Жанр: Любовные романы
Алтарь эго
...перный справочник и
брошюру
Стройные бедра за тридцать дней
.
Напряглась, чтобы различить звуковые сигналы... довольно отвратительные
звуки.
Что может быть ужаснее, чем слушать, как другие занимаются сексом? Особенно,
если каждый прыжок в постели вырывает пучки твоих волос. Осознав, что
происходит над моей головой, я издала невольное
ох
— так выдыхают воздух,
когда видят аварию на дороге.
Отвратительные звуки прекратились.
— Ты слышал? — донесся голос Кейт с протяжным австралийским
акцентом.
— Нет, — промямлил Джулиан, его бормотание плавно перешло в долгий
роскошный стон.
Мысль о том, что Кейт может быть эротичной в постели, наполнила меня
удивлением и отчаянием одновременно. Как Джулиана могла возбуждать Кейт?
Этого я не могла объяснить. Я заткнула уши, но их вопли тянули на десять
баллов по шкале Рихтера. Господи! Им обязательно так громко вопить,
занимаясь сексом? А со мной он так же громко трахался?
Этого унижения было недостаточно — мне пришлось выслушивать прелюдию к
следующему акту.
— Сладкие мои губки.
Сладкие губки? Боже, кажется, меня сейчас вырвет.
— Это было прекрасно, — промурлыкал Джулиан.
— В смысле, ты был прекрасен. Да уж, точно пора блевать.
— Правда? А Бекки жаловалась, что я слишком пассивен в постели, и
говорила:
Там наверху так одиноко
.
И это мой собственный муж! Я едва сдерживалась — так хотелось вскрикнуть и
вмешаться в их беседу.
— Д-а-а. Ей трудно угодить. Она всегда жаловалась. Ныла по поводу тебя,
свадьбы, брака, говорила, что не хочет детей...
...и еще о том, какой подлой сучкой оказалась моя подруга!
— Мне с тобой так комфортно, Кейт. Я подумал: может, нам поехать вместе
куда-нибудь в отпуск? Куда-нибудь, где романтично. На Сейшельские острова,
Маврикий...
Сейшельские острова, Маврикий?!. Никаких смертных казней и приговоров!
Никаких стихийных бедствий! Никаких мух цеце!
— Кейт, я работал как проклятый всю свою жизнь, и ради чего? Я уже
сделал все, что хотел, и могу наслаждаться жизнью. Я нес на плечах
ответственность за весь мир, а теперь пришло время нанять носильщика.
Носильщика? Где-то я уже это слышала.
— А когда мы вернемся, я подумал... Почему бы тебе не переехать ко мне?
Переехать? Я знала, что так и будет. О господи. Они собираются съехаться.
Ребра впивались мне в легкие.
— Переехать?.. Ой, я даже не думала об этом. Да уж, конечно. Это
случайно ты оставила на кухне свою кофеварку. Почему же тогда твои трусы
красуются в шкафчике? И почему миска с едой для твоей сраной кошки украшает
спальню? Почему ты стараешься казаться милой-премилой?
— Может быть, нам даже пожениться?.. Женатые мужчины намного здоровее и
гораздо меньше рискуют скончаться от сердечного приступа, чем холостяки. Я
на той жизненной стадии, когда просто необходимо быть женатым.
Женатым? Я чуть не откусила себе палец, на котором когда-то красовалось
подаренное Джулианом обручальное кольцо.
— Ведь мы не становимся моложе, — добавил Джулиан. — Я
определенно хочу иметь детей. А чего ждать? Пока самим не понадобятся
старческие подгузники?
Детей?! Пальцы сами потянулись в рот — мне явно требовалось хирургическое
вмешательство.
— Может, задействуем твои яичники, Кети-леди?
— Вообще-то, по правде говоря, Джули-пули, последнее время мои старые
фаллопиевы трубы подавали кое-какие позывные...
Кети-леди? Джули-пули? Я охнула так громко, что на мой голос прибежала кошка
Кейт. Она прокралась под кровать и высокомерно меня оглядела. Я не очень-то
люблю находиться в компании кошек. И не только по причине аллергии. От
желания чихнуть я вся сморщилась. Глаза слезились. Я старалась
контролировать себя. Шмыгала носом. Сопела. Молилась. Кошка презрительно
прошла мимо, махнув хвостом у меня перед носом.
Восстановив силы, я увидела перед собой две перевернутые головы,
уставившиеся на мою скрюченную под кроватью фигуру. Теперь была очередь Кейт
издавать охи-ахи. Джулиан, побелев от злобы, вытащил меня из-под кровати за
ногу, облаченную в джинсы.
— Бог ты мой, Ребекка! Чего ты, черт возьми, добиваешься? У меня чуть
не случился сердечный приступ!
— И у меня, — вторила Кейт, укутываясь в простыню.
— Господи. Может, вы и правда созданы друг для друга. Два ипохондрика.
Да вам надо пожениться и сразу переехать в больницу. — Я чихала и
кашляла, стряхивая пыль с одежды и оставшихся на голове волос.
— Что ты, мать твою, себе возомнила? Ты что творишь? — Джулиан
рывком поставил меня на ноги.
С благоговейным трепетом я уставилась на его обнаженное тело. Вот что я
ненавижу в мужчинах: когда у них депрессия, они меньше едят. Джулиан потерял
как минимум десять кило с тех пор, как я видела его обнаженным. И как мне
нравилось то, что я видела!
— Послушай, мне было необходимо вмешаться. Понимаешь, Кейт настраивает
тебя против меня! — Я неистово молила о пощаде. — Ты же сам
слышал, что она говорит у меня за спиной. Я должна быть постоянно около нее.
Джулиан прижал ладонь к моему лбу.
— Это психоз. Тебе нужен врач. Почему ты все время преследуешь меня?
— Дело в том, Джулиан... — Я набрала воздуха в легкие. — Я
хочу, чтобы ты вернулся.
— Но ты же устала от меня! Ты же говорила прямым текстом:
Я от тебя
устала
.
— Да, было дело, так вот теперь я отдохнула.
Кейт возмущенно взвизгнула, копаясь в ящичке с нижним бельем в поисках
трусиков.
— Ты рылась в моих вещах?
— Я мельком заглянула в один из ящиков, но дневник твой не читала и
запись про прелести анального секса тоже не видела, так что нет никакой
причины чувствовать себя неудобно.
— Все, конец. Я звоню в полицию, — угрожал Джулиан. —
Накладываю судебный запрет, чтобы ты не могла ступить в этот дом!
Сегодняшнего визита мне было вполне достаточно. Прислонившись к стене, я
заметила открытое окно и выскочила в него. Цепляясь за ветки и хватаясь за
водосточные трубы, я осознала, что любовь определенно может убить, если
вести себя соответственно, и приземлилась, отделавшись повреждениями средней
тяжести. За мной изумленно наблюдал жалкий кошак Кейт, ловко балансирующий
на подоконнике. Кажется, я неплохо справилась с кошачьей ролью.
33
Ночные провинности Авторы популярных песен подозрительным образом умалчивают о том, как
замечательно быть девушкой рок-звезды. Ответ на вопрос, почему так
происходит, я получила в тот самый вечер. Добравшись до дома Закери, я
увидела, что по всей квартире шмыгают полицейские, совершая обыск.
Сыщик остановил меня у дверей.
— Вы мисс Стил?
— Да.
— Это ваше? — прогудел он, показывая мою сумочку. Говорил он
невозможно громко, его галстук был не менее кричащим, чем его голос, и даже
паузы между словами резали слух.
Я кивнула.
— Тогда я должен вас арестовать по подозрению в хранении наркотиков.
— Каких наркотиков? Обезболивающих во время менструации? Это самый
серьезный наркотик, который я когда-либо пробовала.
— У вас есть право хранить молчание. Вам необязательно что-либо
объяснять, но все, что будет вами произнесено, может быть использовано...
— Да вы что? Я даже кофе не пью после семи вечера.
— ... против вас. Это может навредить вашей защите, если вы не будете
отвечать на допросе...
Наверное, наркотики принадлежат Закери — первая мысль в моем воспаленном
мозгу. Вторая — узнать поточнее рост Зака, чтобы заказать ему гроб. Как он
мог так поступить со мной?
— ... и будете отказываться от произнесенных вами слов. Попрошу проследовать со мной в участок.
На меня надели наручники, и это было последней каплей. Но я знала, что
невиновна. О чем мне беспокоиться?
Ужасающий допрос под стражей с сержантом полиции в участке, полный обыск с
раздеванием, шестнадцать пластиковых стаканчиков кофе, три звонка Заку в
Амстердам, шесть часов заключения чуть ли не в газовой камере и обвинение в
хранении пятнадцати граммов кокаина — и я уже не была столь восхищена
британской правовой системой, как раньше.
— Повторяю в миллионный раз, я не употребляю наркотики, —
настаивала я, сидя на допросе. Хотя теперь они бы мне не помешали.
Ухмыляясь, сыщик сложил волосатые лапы на груди, облаченной в синтетическую
рубашку.
— Почему бы тебе еще не поклясться в своей невинности, девушка, а мы
дружно посмеемся? — Легким щелчком он включил магнитофон и продолжил
инквизиторский допрос.
— Откуда вы вообще узнали, что у меня в сумке наркотики? —
взволнованно спросила я. К этому моменту мое кровяное давление достигло
термоядерного уровня.
— Конфиденциальная информация, полученная от заинтересованного лица.
— О господи! — мой желудок резко заурчал. — И вы отправите
меня в тюрьму?
По поразительному недосмотру закона, мне все-таки назначили трезво мыслящего
адвоката. Она (а это была женщина) объяснила мне, что, поскольку объявление
предъявлено мне в первый раз и доза кокаина слишком мала, чтобы подозревать
меня в распространении наркотиков, возможно, удастся отделаться штрафом.
Единственным наказанием будут санкции, предусмотренные правительством США:
Визы не выдаются тем, кто когда-либо был арестован, оштрафован или
привлечен к уголовной ответственности за дело, связанное с
наркотиками
, — пояснила она.
Мрачные судорожные опасения внезапно кристаллизировались в ясное, трезвое
понимание.
— Позвольте мне угадать, кто заинтересованное лицо?.. Это, случайно, не
мужчина с американским акцентом?
Не знаю, почему я так удивилась. Типичное поведение этого подлого негодяя.
Честное слово, агент Закери напоминал персонажа из фильма ужасов, который
никак не подыхал.
Меня уже собирались отпустить под залог, когда Зак влетел в полицейский
участок, мигом примчавшись из аэропорта Хитроу. Я не видела его уже два
месяца. Он обнял меня, словно защищая, и прижался губами к моим, его кожа
была теплой, словно кожица избалованного солнцем баклажана.
— Теперь ты веришь мне... насчет Роттермана? — спросила я, когда
сержант полиции сообщил, что меня известят о вызове в суд, и вручил мои
личные вещи.
— Да, этот подонок наделал тебе неприятностей, правда.
— Он сделал это для того, чтобы я не могла поехать с тобой в Америку...
и, конечно, чтобы подогреть интерес к группе. Если бы ты не подписал этот
херов контракт!
Зак безропотно вздохнул.
— У тебя есть знакомый юрист? — спросил он игриво.
Новость о том, что девушка Закери Феникса Берна была арестована за хранение
наркотиков, попала во все вечерние газеты. Теперь поклонницы группы знали
наш адрес. Мы вошли в дом под непрекращающиеся вопли
Зак! Зак! Зак!
К этому моменту своей жизни я не просто слышала о всех смертных грехах, но
могла поделиться опытом по поводу шести из них. Полицейское дело о
наркотиках стало седьмым. Но остальные — самые вкусные (или самые
горькие) — дольки запретного плода мне еще предстояло вкусить. Как
только мы оказались внутри, я была готова к болеутоляющему сексу. После двух
месяцев я уже сходила с ума по самому сильнодействующему наркотику. Но когда
я зубами стала срывать с Зака одежду, он аккуратно остановил меня.
— Давай чуть позже. Сначала мне нужен твой совет, Бек. По поводу текста
на обложке для диска. Завтра я отдаю готовый текст. — Он начал читать
свои неразборчивые каракули.
— Зак, это всего лишь рекламная ерунда для диска, может, отложим...
— Теперь я серьезно отношусь к своей карьере. Ты б'ла... была права. С
этого момента я с'бираюсь... собираюсь стать серьезным музыкантом. — Я
вдруг почувствовала, что внутренне глумлюсь над абсурдными заявлениями Зака,
когда-то приводившими меня в восторг. Теперь мне безумно хотелось
поиздеваться над его словами. — Мой концерт спонсирует
Международная
Амнистия
, а еще будет выступление на благотворительном вечере
шахтеров, — похвастался он.
Я уткнулась лицом в подушки. Прекрасно! Вот еще один эгоистичный трудоголик,
озабоченный только собственной карьерой. Дело кончится определенно тем, что
мне, страдалице, снова придется появляться в одиночестве на светских
мероприятиях.
Зак позвонил всем членам группы и наказал им сделать втык Роттерману. Я
услышала, как он с гордостью отчитывает гитариста:
Надо говорить не
ин'ересно
, а интересно
, — и поняла, что доктор Франкенштейн
вернулся.
Он предложил мне бокал пулиньи-монтраше восемьдесят восьмого года,
самодовольно назвав его прихотливым и капризным
. Я ошеломлено наблюдала,
как он вытер губы салфеткой и положил вилку с ножом на тарелку под углом в
шестьдесят градусов — по всем правилам международного этикета. Потом
принялся убирать со стола, прочитав мне лекцию по кухонной гигиене.
Все окончательно прояснилось, когда он вынул батарейки из нашего вибратора и
переставил их в пульт телевизора, чтобы посмотреть вечерние новости. Я с
ужасом осознала, какого монстра сотворила. А сотворила я, в сущности, еще
одного Джулиана, с белыми дизайнерскими запонками, щепетильного в отношении
грамматики и притворяющегося, что ему не нравятся расистские шутки. Старая
версия Джулиана. Великолепно. Теперь Джулиан воспринимал жизнь слишком
фривольно, а Зак — слишком серьезно. Я чувствовала, что скучаю по тем дням,
когда Зак говорил незатейливо и односложно.
И вот я сгораю от желания и трепещу в ожидании жаркого неистового секса, а
он размышляет вслух, почему в слове односложный
четыре слога. Черт. Этот
парень так увлекся английским, что принялся склонять существительные.
— Нам обязательно все время разговаривать? — не выдержала
я. — Нельзя ли просто заняться сексом?.. Ведь слова существуют только
для того, чтобы убить время до того, как мы потрахаемся, помнишь? — Так
он сам говорил мне.
Но когда мы занялись любовью, в моей голове роились образы Джулиана. Думаю,
Джулиану, бакалавру права, доктору филологических и философских наук, было
бы трудно себе представить, что кто-то хочет исключительно его тело, забывая
о его мозгах...
Зак неожиданно включил свет.
— Ты думаешь о ком-то другом? — обвиняюще спросил он.
Заявление Закери и яркий свет лампы, словно на допросе, заставили меня
вернуться в реальность из
страны Джулиана
.
— Совсем нет, — притворно ответила я. — Не будь дурачком.
Свет мешал моим тайным фантазиям, и я занималась сексом, словно под
анестезией.
— О господи, что же я натворила? — тихо говорила я сама себе в
потолок. — И как же сделать так, чтобы все вернулось на свои места?
Пришло время положить этому предел... Что было довольно сложно, учитывая то,
что все пределы я давно уже преступила.
Скрестить ноги и надеяться на смерть Заложница — это женщина, приглашающая в свой дом гостей. Что может быть
хуже, чем крутиться вокруг незнакомых людей и делать все, чтобы они
чувствовали себя как дома, на самом деле больше всего желая, чтобы они были
дома у себя.
Тем не менее Анушка решила устроить летнюю вечеринку.
— Кстати, теперь Дариус занимается экстремальными видами спорта, —
возбужденно трещала она в телефонную трубку, позвонив, чтобы пригласить меня
на вечеринку. — Спускается с водопадов, борется с пираньями — в общем,
приближается к ранней смерти.
Близится час неминуемой расплаты
— так она называла свой план действий.
Вернувшись к рабочему столу, я обнаружила записку от Анушки, написанную
неразборчивым почерком:
P.S. Вечеринка-маскарад. Дресс-код: кичливая
деревенская корова-мещанка
. Поэтому несколько дней спустя я катила на
вечеринку в костюме садового гнома с переброшенной через плечо связкой
сосисок.
Что может быть хуже вечеринки-маскарада? А вот что: на этой вечеринке ты
единственный человек в маскарадном костюме. Распахнув дверь, я застыла на
месте, с содроганием и отчаянием оглядывая публику. Но нет. Все женщины были
в черных коктейльных платьях.
Анушка примчалась ко мне через всю гостиную:
— Вот так видок, куколка, вот так выбор.
— Но твоя записка! Вечеринка-маскарад!
— Это была месть, дуреха шерстяная, — проурчала Кейт,
материализовавшаяся с другой стороны.
— Да? Ну тогда я надеюсь, ты не забыла надеть свой пуленепробиваемый
лифчик, Кейт, потому что я объявляю тебе войну!
Анушка указала на группу загорелых подтянутых мужчин, топтавшихся вокруг ее
мужа.
— Если бы я сделала операцию по смене пола, чтобы встречаться с теми
аппетитными мужчинами, значило бы это, что я гомосексуалистка? —
спросила она жалобно.
Но мы с Кейт еще находились в невидимой схватке.
— Ты же сама советовала мне трахаться, — упрекала меня моя бывшая
подруга. — Ты делала для этого все, разве что не надела на шею лассо и
не сбросила меня с вертолета на мужскую тюрьму самого строгого надзора, мать
твою! Ты говорила, нужно измениться. Вот я и изменилась. И что я еще хочу
тебе сказать, — она кокетливо отбросила прядь волос, — передо мной
открылся совершенно иной мир, полный неизведанного.
— Да уж, словно сама Шарон Стоун ноги раздвинула. — Я подцепила
пальцем ее колготки в сеточку. — Знаешь, в кого ты превращаешься? В
одну из тех женщин, к которым ты раньше питала отвращение.
Моя злобная тирада прервалась с появлением Джулиана. В поисках укрытия от
летнего ливня он поспешно вошел в гостиную. Его волосы, блестящие от дождя,
были зачесаны назад, и он чем-то напоминал мафиози. Новый образ дополняла
небритая бахрома пятидневной давности над верхней губой. Он выглядел как
настоящий принц-незнакомец, с грустью подумала я.
— Джулиан отрастил усы? — спросила Анушка.
— Зачем? — обратилась я к Кейт. — Теперь вас никто не сможет отличить друг от друга.
— Почему бы вам просто не устроить дуэль. Можете стреляться на
пистолетах, — предложила Анушка, которой так надоели наши
препирательства, что она поспешила поприветствовать своих старых-старых
друзей — которых она никогда в жизни не видела.
Эта вечеринка, так же как когда-то Анушкина свадьба, протекала в
параллельных измерениях. Друзья супругов приветствовали друг друга с
фальшивым энтузиазмом. В то время как Анушкины денежные подружки сравнивали
упругость бальных платьев, друзья Дариуса обсуждали раздражительность сосков
и пирсинг пениса.
Я провела прелестный вечер, наблюдая, как соус гуакамоле чернеет у меня на
глазах, и с легким наклоном головы и озабоченным выражением лица изучая обои
на стенах. Нервы мои были на таком взводе, словно их взбивали в миксере. Я
скрылась за диваном, еле сдерживаясь, чтобы не заплакать.
— Да-рагая, — Дариус застыл, увидев мой наряд и связку
обветрившихся сосисок. — Почему бы тебе не подняться наверх и не надеть
что-нибудь из Анушкиного?
— Ну... Ты, наверное, никогда не видел ее голой и поэтому не знаешь,
что она анорексичнее меня на размер.
Дариус фыркнул.
— Это тебя убивает, да? — Он фыркнул еще раз.
— Да, но слишком медленно.
— Тогда позаимствуй что-нибудь из моего. У меня правда есть платьица,
дарагая. Ну, что я могу поделать? — ответил он при виде моих удивленно
подпрыгнувших бровей. — Просто у меня от природы такие ножки, которым
идеально подходят чулки в сеточку и высокие каблучки. А ты не стесняйся.
— Спасибо.
Осторожно передвигаясь к лестнице, я думала, как сообщить Анушке, чтобы она
его не убивала. В общении Дариус был намного приятнее в качестве
гомосексуалиста, чем гетеросексуала. Я уже начала свое восхождение, как чьи-
то щупальца с часами
Ролекс
присосались к моему предплечью.
Неизвестно, кто выдумал консультантов по семейным вопросам, но основные
подозрения падают на дьявола. Саймон всегда выискивал угнетенных женщин,
которым он мог бы предложить свое сочувствие. В таких ситуациях на его лице
читалось:
Мне так жаль, что я не группа женской поддержки
.
— Я слышал о вашем разрыве и новом увлечении Джулиана. — Саймон
усилил хватку, пока я не взвизгнула от боли. — Тебе нужна физическая
боль, чтобы прижечь боль душевную. Это символично. Помнишь про индейцев
племени сиу? Они висели вверх тормашками, их животы были проткнуты
медвежьими когтями — так они обращались с просьбой к богам. — Он снова
сжал мою руку. К глазам подступили слезы. — А теперь ты можешь просить,
чтобы тебя освободили от душевных мук.
— Единственная моя просьба, чтобы ты прекратил это знахарство. — Я наступила ему на ногу.
Шлепая длинными войлочными тапками, я умудрилась пробраться наверх.
Переодевшись, можно было улизнуть, проскользнув мимо Джулиана, и скрыться в
ночи, сохранив хоть чуточку самоуважения...
Если я когда-нибудь стану участвовать в телевизионной игре
Самый умный
,
тема
Социальное унижение
будет моим коньком. Именно над этим я размышляла,
когда вдруг стукнулась лбом о своего бывшего мужа.
Увидев меня, Джулиан включил сердито-серьезное выражение лица. Икра упала с
крекера на белый половик, выстроившись в полоску черных точек-нот,
потерявших свой нотный стан. Мы завели беседу с субтитрами, столь типичную
для расставшихся любовников.
— Привет, — сказала я. — Как поживает моя вафельница? —
Что означало:
Господи, как я по тебе соскучилась
.
— Ничего, а как моя сковородка? — Что означало:
Пожалуйста, иди
ты вон из моей жизни
.
Взглянув на мой костюм, он сказал:
— Смелый выбор. — Что означало:
Что ты такое напялила, черт
возьми? И как я вообще мог на тебе жениться?
— Прости меня. За ту ночь, — сказала я. Что означало:
Я люблю
тебя, я люблю тебя, как же я люблю тебя. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста,
возьми меня обратно
.
— Послушай, я уверен, пройдет какое-то время и мы сможем стать
друзьями, хорошо? — Что означало:
Ты для меня не больше чем
перевернутая картинка на сетчатке, которую распознают восприимчивые к свету
клетки. Следовательно, ты существуешь для меня только в виде набора
импульсов и перестанешь существовать, как только я закрою глаза
.
Он сделал движение, чтобы пройти мимо. Я знала: сейчас или никогда. И
решилась на
сейчас
.
— Джулиан. — Сделав неловкую попытку установить перемирие, я
обвила пальцами маленький кусочек его запястья. — Неужели ты никогда не
сможешь меня простить?
— Простить? Ну, вообще-то я не собирался с тобой даже разговаривать,
причем до конца своей жизни.
Вспомнив, что нахожусь не в самом привлекательном виде, я отлепила фальшивую
бороду.
— Как говорится в руководстве по брачным делам, теперь ситуация у тебя
под контролем. Ты на раздаче, Джулиан.
Бровь цвета карамели слегка приподнялась на его шикарном лбу.
— Я дала маху. Я думала, это любовь. В итоге оказалась всего лишь
страсть. Я никогда больше не совершу подобной ошибки. Обещаю тебе...
Скрещиваю ноги и надеюсь только на смерть.
Джулиан раздраженно вздохнул.
— Ребекка, неверность возникает не между ног, а в другой части тела,
знаешь ли.
Я почувствовала жаркий прилив желания. К моему Очаровательному Принцу
вернулся хулиганский шарм.
— Ты становишься таким привлекательным, когда злишься, Джулз.
— Наверное, сейчас я просто неотразим. Неверность ранит очень глубоко,
Ребекка. Навсегда. И эту боль невозможно рационализировать. Ты не просто
была моей женой. Ты была моим лучшим другом. Как, ты думаешь, я себя
почувствовал после этой истории?
— Знаю, что вела себя омерзительно. Но ведь многие люди так
делают, — защищалась я. — Нарушают супружескую верность... это так
типично, это такой неоригинальный грех... Ты же сам сказал, что брак
приводит в действие низменные инстинкты... Но ты сказал, что он приводит в
действие и самые высокие помыслы. Такие, как прощение...
&m
...Закладка в соц.сетях
