Жанр: Любовные романы
Голливудские мужья
...bsp;Это я знаю.
— Раз знаешь, о чем говорить?
— Как хочешь.
Остальную часть пути они проехали молча.
На всевозможных приемах Джейд всегда проникалась духом вечера. Она прекрасно
понимала: время в обществе Антонио никак не запишешь в разряд культурных
событий. Скорее это яркая вспышка, приключение, повеселимся — и будь что
будет! Она и оделась соответственно: заткнула в черные сапоги черные же
сатиновые брючки в обтяжку. Сверху — длинная черная рубашка, схваченная на
двадцатидвухдюймовой талии широким ремнем. Каскад бижутерии от Бутлера и
Уилсона из Лондона — подарки Марка. В этом смысле у него было поразительное
чутье — всегда покупал то, что надо. Впрочем, кто знает? Возможно, их
покупала другая женщина. Наверняка у него кругом были любовницы. А она
скрашивала ему жизнь только в Нью-Йорке.
Взбив косматую медь волос, она искусно приладила несколько заколок, чтобы
локоны спадали как бы свободно. Потом наложила рыжевато-коричневый грим,
выделила широко посаженные, скрученные золотистыми веснушками глаза
коричневыми тенями и мягким карандашом для век. Поверх золотистой помады —
блеск для губ. Она была полностью готова, когда в ее квартиру вломились
Антонио с тремя друзьями — в руках цветы, пластинки, бутылки вина и
всевозможные китайские деликатесы, купленные в
Чинн-Чинне
на бульваре Сан-
сет.
— А я поняла, что мы куда-то едем, — сказала она, видя, что они
явно собираются бросить здесь якорь.
— Едем, едем, драгоценная моя, — заверил ее Антонио, отдавая
распоряжения своим приспешникам. Один отправился на кухню — разогревать
закуски в микроволновке. Другой — к бару, открывать вино. Третий —
распределить по вазам великолепие цветов.
Она засмеялась.
— Это вторжение, — запротестовала она.
— Это достойная встреча. — Антонио показал свою изысканную и
отработанную улыбочку. — Добро пожаловать в Лос-Анджелес, Delissima.
— А на прием не опоздаем?
Он поджал губы.
— Велика беда! Пока не появится Антонио, все равно ничего произойти не
может.
Его компаньоны, пристроенные к делу, согласно закивали.
Антонио поцеловал кончики своих пальцев.
— Ты просто сказка, cara. Скажи, кого нужно убить — и я это сделаю.
— До чего ты испорченный, Антонио.
— Еще какой!
— Очень испорченный.
— А как же иначе!
Нора по-дружески обнялась с Мэнноном.
— Ты — настоящий принц, — шепнула она.
— Я не принц, а поц, — ответил он. — Знаешь, сколько я
просидел в этой чертовой машине, чтобы сюда попасть?
— Мне очень жаль.
— И мне тоже.
Она подозвала официанта.
— Что будешь пить?
— Виски. Лучше двойное.
Мелани-Шанна бессловесно стояла рядом. У нее никто не спросил, чего она
желает выпить. Кому до нее есть дело? Главное, ублажить мистера Суперзвезду.
— А мне, пожалуйста, стакан белого вина, — попросила она
официанта.
Мэннон продолжал изливать желчь. Нора внимательно слушала, потом решила
поддразнить его, потом подольститься, и постепенно он успокоился. Но тут
появилась его бывшая жена, Уитни. Мелани-Шанну бросило одновременно и в жар,
и в холод. Ведь они никогда не встречались.
— Господи! — Мэннон повернулся к Норе. — Она-то что здесь
делает?
— Я понятия не имела, что вы не разговариваете, — сказала Нора.
— Да разговариваем мы, — буркнул он, хотя совершенно не был в этом
уверен. Во время их последней встречи она была холодна и надменна. Можно
сказать, небрежно от него отмахнулась. Что ж... ее можно понять. Совсем
недавно
Пипл
опубликовал интервью с ним, и там он назвал ее актрисочкой,
обезумевшей от желания сделать карьеру, а Чака Нельсона — королем пляжа,
которого смыло волной истории.
Слава Богу, хоть с этим типом она рассталась. Не успел он об этом подумать,
как у ее локтя возник Чак, и сама мысль о том, что его Уитни приехала сюда в
сопровождении Чака Нельсона, привела Мэннона в бешенство.
— Твою мать! — приглушенно выругался он.
— Что? — спросила Мелани-Шанна.
— Ничего, — выплюнул он.
Он и Уитни шли встречным курсом. Столкновения было не избежать.
Мэннон подобрался, приготовился.
— Все, я снимаюсь, — заявила Хевен нетерпеливо, поднимаясь с травы
и стряхивая со своего длинного плаща сухие листья и веточки.
— Крылышки не забудь пристегнуть, — посоветовал Эдди, он продолжал
возиться с двигателем
Мустанга
, но пока безрезультатно.
— А я просто проголосую, — сказала она; теперь ей вдруг приспичило
обязательно попасть к матери на прием.
— Ты что, не вздумай, опасно.
— Ох-ох-ох! Заботливый папочка! — поддразнила она его. — Уж
как-нибудь доберусь, не маленькая.
Он выпрямился.
— Ну да — сядешь в тачку к какому-нибудь маньяку, каких сейчас
развелось с хренову тучу, — вот он до тебя доберется.
— Ах, конечно. По Беверли-Хиллс только маньяки и разъезжают, только и
мечтают, как бы меня прокатить!
— Кончай выступать, — рассердился он. — Никуда сама не
поедешь — и точка. Тогда оставляем
Мустанг
здесь и едем вместе.
— Давно пора! — фыркнула она.
Уэсу приходилось бегать с высунутым языком. Сколько ему там обещал Рокки?
Все равно мало. В подсобке он пропустил пару стаканов пивка, но в целом был
совершенно трезв. Тут не до питья. Вон какая карусель.
Помимо всего прочего, Рокки организовал прибыльный побочный бизнес —
приторговывал кокаинчиком, снабжал киношных шишек. Слушок уже разошелся, и
клиент повалил. Уэса Рокки подключил на комиссионной основе, и вдвоем они
довольно ловко вытряхивали денежки из карманов гостей.
Уэс трудился за стойкой бара у бассейна, и наблюдать за Силвер Андерсон у
него возможности не было, хотя он видел, как она эффектно выплыла сверху
ровно в девять часов, и вся пресса и прочие прихлебатели очумели от счастья.
— Она замужем? — спросил он у Рокки.
— Не-а, — протянул Рокки. — Педик из кухни сказал мне, что у
нее новый хахаль каждую неделю.
— А кто на этой?
Рокки рыгнул.
— Я тебе кто? Бабушка на крылечке? Мне только и дел, что сплетни
собирать.
Они оба застыли на полуслове, потому что мимо прошествовала Уитни Валентайн
Кейбл.
— Это баба, я понимаю. — Рокки с вожделением облизнулся. —
Вот уж кому не отказался бы вставить.
— Угу, — согласился Уэс.
Позже он продал немного кокаина Чаку Нельсону. Очень хотелось спросить того
о шикарной подружке, но он сдержался. Где проходит черта, переступать
которую нельзя, Уэс знал прекрасно.
На такую удачу — Джек Питон и Кларисса Браунинг — Нора даже не рассчитывала.
Надо лишь уговорить его сфотографироваться вместе с Силвер — и первые
страницы газет всего мира будут у ее ног. Брат и сестра никогда не снимались
вместе.
Она бурно приветствовала Джека и постаралась направить его в нужном
направлении.
Но он, с присущим ему обаянием, изящно ускользнул из-под ее опеки.
— Может быть, ты отведешь к Силвер Клариссу? Она жаждет с ней
познакомиться.
— А ты, Джек? Ты не собираешься поздравить сестру с днем рождения?
— Попозже, Нора. — Он легонько подтолкнул Клариссу в нужную
сторону. — Вперед. Ты ведь ради этого сюда приехала, верно?
И, заметив Хауэрда, он направился к нему.
— Вот уж кого не ожидал здесь увидеть, так это тебя, — удивился
Хауэрд.
— Я тоже, — признался Джек. — Надеюсь, что долго здесь не
задержусь.
— Привет, Мэннон, — сказала Уитни своим шелковистым голосом;
уголки губ опущены вниз, ослепительной улыбки не было и в помине.
— Здравствуй, Уитни. — Он коротко кивнул. — Здравствуй, Чак.
Когда-то все трое были близкими друзьями. Он жили по соседству на берегу
океана и все свое время проводили вместе. Мэннон даже помнил, что как-то,
уезжая на съемки, он попросил Чака присмотреть за Уитни. Ха! Обхохочешься!
Уж Чак присмотрел, еще как — может, уже тогда пытался затащить ее в свою
навидавшуюся разных видов постель.
— Здорово, приятель, — приветствовал его Чак. — Все на
мази? — Как всегда, накололся или нанюхался, бездельник чертов. Уитни
наркотики терпеть не может. Почему она снова с ним?
— Вы знакомы с моей женой? — спросил Мэннон, не поддерживая
фамильярностей, и представил Мелани-Шанну, которая сразу поняла, что эта
встреча ему неприятна.
— Мелани, — протянул Чак, слегка покачиваясь. — Какой
неожиданный сюрприз! Вы просто очаровательны. Впрочем, старина Мэннон всегда
отличался хорошим вкусом.
— Спасибо.
Мэннон решительно взял ее под руку. За что она благодарит этого ублюдка?
Уитни сделала шаг в сторону. Выглядела она роскошно. Как всегда. Мелани-
Шанна была хорошенькой, спору нет, но любая женщина меркла рядом с Уитни.
Чак понял, что Уитни хочет уйти, и послушно последовал за ней.
— Рад тебя видеть, дружище, — сказал он Мэннону. — И очень
рад, что познакомился с вами. — Он одарил Мелани-Шанну обжигающим
взглядом. — Заезжайте к нам как-нибудь на побережье.
— Кретин безмозглый, — пробормотал Мэннон, глядя ему вслед.
— С виду вполне приятный, — сказала Мелани-Шанна, тут же понимая,
что говорит совершенно не то.
— Господи! — Мэннон закатил глаза. — Когда ты чему-нибудь
научишься?
Роль звезды — хозяйки бала Силвер очень нравилась. Она переходила от одной
группы к другой, улыбалась, флиртовала. Позировала перед фотографами со
съемочной группой
Палм-Спрингс
. Нашла едкие и остроумные ответы на вопросы
Джорджа Кристи из
Голливуд рипортер
. Болтала с друзьями и знакомыми. В
конце концов она попросила Нору дать ей отдохнуть от прессы. Их постоянные
вопросы и яркий свет, который телевизионщики установили около дверей —
дальше их не пустили, — все это начинало действовать ей на нервы.
— Я хочу, чтобы они сфотографировали тебя с Джеком, — тревожилась
Нора.
— С кем?
— С твоим братом.
— Боже! Он что здесь делает?
— Приехал с Клариссой Браунинг.
— М-мм... Похоже, ей начинает изменять вкус. Когда дело касалось семьи,
все тепло и очарование, исходившие от Силвер, куда-то исчезали. Однажды Нора
спросила ее об этом в лоб.
Да, особой близости между нами нет
, —
призналась тогда Силвер. Что называется, мягко сказано.
Весь вечер Нора исподволь наблюдала за Джеком Питоном. Он постоянно следил
за тем, чтобы между ним и его сестрой буфером толпился народ. Ясно, что
сближаться с ней он не собирался.
— Я могу пригласить тебя на ленч? — У Хауэрда вспотели ладони —
Уитни обдумывала ответ.
— Это насчет роли, которую ты хочешь мне предложить?
— Да, это... и еще кое-что.
— Что
кое-что
, Хауэрд? — поддразнила она, и ее опущенный рот вытянулся в широкую улыбку.
— Слушай, крошка, не заводи меня. По-моему, мы с тобой уже движемся в
верном направлении.
— Провести вместе ленч можно, — любезно согласилась она. — Я приеду со своим агентом.
— На кой черт мне твой агент?
— Ты хочешь сказать, что его присутствие нежелательно?
— Когда? — нетерпеливо спросил он.
— Я тебе позвоню.
Хауэрд быстро оглянулся. Поппи стояла у стойки бара с Чаком Нельсоном.
— Почему ты опять с этим подколотым раздолбаем Нельсоном? —
спросил Хауэрд, склоняясь чуть ближе к ее лучистой красоте.
— С ним удобно.
— Зато у него мозги набекрень.
— С этим я как-нибудь управлюсь.
— Хочется верить. Рядом возникла Нора.
— Хауэрд, прошу прощения. Уитни, дорогая, пресса умирает заполучить
снимок — ты и Силвер.
Ньюсуик
даст его на своей рекламной странице.
— Почему нет? — не стала кокетничать Уитни и поцеловала Хауэрда в
щеку. — Прояви терпение, — шепнула она. — В понедельник
позвоню.
— О чем ты говорил с Уитни? — спросил Мэннон.
— Она нужна
Орфею
, — ответил Хауэрд. Это не было полной ложью.
Если верить Поппи, имелся подходящий сценарий, к тому же...
Орфеем
был он,
и Уитни была нужна ему. А их двадцатилетняя дружба с Мэнноном... черт с ней!
Через каньон Хевен и Эдди перевезла молодая пара — они ехали в своем фургоне
в Голливуд, чтобы впервые в жизни посмотреть порнофильм. Они уговаривали
молодежь поехать с ними. Всю дорогу Хевен не сильно противилась их уговорам,
но когда они выехали на бульвар Сансет, она решительно попрощалась с ними и
вместе с Эдди вышла из машины.
За отелем
Беверли-Хиллс
, возле автобусной остановки, их взялись подбросить
две девушки — они ехали на какую-то вечеринку к океану. Они сошли у
западного въезда в Бель-Эйр и двадцать минут шли пешком, потом остановили
патрульную машину. Два полицейских выслушали их и подвезли до самого места —
машина остановилась около особняка Силвер.
— Ничего себе, местечко! — воскликнул Эдди, пока Хевен объясняла
скептически настроенному охраннику, кто она такая.
— Вроде недурно, — согласилась она.
— А почему ты здесь не живешь? — спросил Эдди, когда они, получив
зеленый свет от охранника, потащились к дому, вверх по подъездной дорожке.
— Не знаю, — неопределенно ответила она. — Мне нравится там,
где я есть.
Она не стала рассказывать ему, что мать никогда и не предлагала ей сюда
переехать. Да и сама Хевен не умирала от желания жить здесь.
— Ну, ты даешь! — поразился Эдди. — Я бы примчался сюда на
второй день!
Ближе к дому они услышали звуки музыки, позвякиванье посуды.
— Похоже, там уже приступили к ужину, — пошутила Хевен. —
Силвер любит, чтобы все было путем.
— Слушай, а одеты мы нормально? — вдруг заволновался Эдди,
поддергивая свою кожаную куртку с заклепками.
— Подумаешь, велика важность, — с вызовом произнесла Хевен. —
Пусть скажет спасибо, что я вообще приехала.
Они вошли в дом. Мимо них к выходу прошагали два фотографа. Они окинули
Хевен внимательным взглядом, но ей было не привыкать. Да, на пай-девочку
мало похожа. Разноцветные пики волос, мощные полосы грима, диковинный наряд
— она являла собой нечто среднее между Твистед Систер, Родом Стюартом и Шер.
На ней было красное микроплатье с вырезами в стратегически важных местах, и
оно не столько скрывало плоть, сколько обнажало. Позади волочился длиннющий
плащ. На ногах — черные сапоги на шнуровке, под ними — полосатые под зебру
колготки-трико. Дешевые украшения из пластика свисали с нее, как побрякушки
с елки. В одном ухе, проткнутом четыре раза, помещались четыре разных
сережки.
— Мать честная! — воскликнул Эдди, когда они остановились,
стараясь разобраться в обстановке. — Во мы попали! Да это чистый
дворец!
— Ну, так! — уверенно подтвердила Хевен. — А я — приехавшая с
визитом принцесса!
19
Джейд, Антонио и его друзья уничтожили четыре бутылки красного вина и все
чудеса китайской кулинарии и в десять вечера отправились не прием. Спутники
Антонио оказались весьма живописной группой: художник-гример со сложной
прической — концы волос загнуты внутрь — и восточным разрезом глаз; художник-
парикмахер, большей худобы Джейд в своей жизни не видела; и студент из
киноколледжа, вне всякого сомнения последний любовник Антонио. Этот студент
позволил себе выпить лишь один стакан вина, потому что за рулем
Кудиллака
Антонио сидел именно он. В Бель-Эйр они въехали с западной стороны и тут же
заблудились. Кто-то кричал:
Сюда!
, кто-то
Туда!
, одни предлагали ехать
вверх, другие вниз. В общем, почти час ушел на поиски.
Джейд понятия не имела, где они. Естественно — чужая территория.
Они носились по холмам, а из стереомагнитофона рвалась музыка Эла Джарро.
Наконец — по чистой случайности — они нашли нужный дом.
Охранник у ворот подозрительно заглянул в машину.
— Пшикни духами, дорогая, — суфлерским шепотом произнес
Антонио. — Иначе он нанюхается наших запахов и забалдеет.
Джейд быстро пшикнула
Опиумом
. В
Кадиллаке
явственно чувствовался запах
наркотика — друзья Антонио пускали бычок по кругу.
— Спасибо! — пискнул художник-гример. Охранник сверился со списком
приглашенных, нашел в нем имя Антонио и махнул рукой — проезжайте!
Когда Хевен и Эдди появились на сцене, Джек наконец-то уговорил Клариссу
уехать. Наткнувшись на свою заблудшую племянницу, он застыл на месте.
— Откуда ты взялась? — спросил он.
— Дядя Джек! А вы как сюда попали?
— Сам не знаю. Важнее другое — как сюда попала ты?
— Без понятия. — Она пожала плечами. — Решила, что это —
неплохая идея! — Она хихикнула. — Это Эдди. Я тебе о нем
рассказывала. Я пою с его группой.
Джек обменялся официальным рукопожатием с темноволосым парнем и должным
образом представил им обоим Клариссу.
Хелен не могла не восхититься дядей. Она слышала о его романе со знаменитой
актрисой, но никогда с ней не встречалась.
Кларисса, со своей стороны, пришла от девочки в восторг.
— Значит, ты Хевен, — сказала она, оглядывая ее. — Надо же,
какое редкое имя.
— Угу. Я самая.
— Мне нравится твоя прическа.
— Спасибо.
— И плащ.
— Отхватила в этом шикарном местечке на Мелроузе.
— Как-нибудь свози меня туда.
— Я? Вас?
Кларисса кивнула.
— Если найдешь время, поболтаемся с тобой по магазинам, а потом я
приглашу тебя на ленч.
— Ого! Чего-чего, а времени...
— Силвер знает, что ты должна приехать? — перебил ее Джек.
— Надо думать, знает. Меня Нора пригласила.
Джек нахмурился. Интересно, зачем Норе это понадобилось? Едва ли Силвер
сгорала от желания увидеть дочь — тем более здесь. Она всю жизнь Хевен не
замечала — с чего бы ей вдруг приспичило? Или одумалась по поводу дня
рождения? Чего в жизни не бывает!
— Мы уходим, — сказал он. — Надеюсь, ты приятно проведешь
время... хотя мне кажется, что тут ты будешь не вполне в своей тарелке.
Хевен потянула его за рукав пиджака.
— Дядя Джек. У Эдди машина сломалась по ту сторону каньона. Как нам
вернуться в Вэлли?
Несносная девчонка! Но все равно он ее любит.
— Это что, моя проблема?
Она хихикнула.
— Теперь да.
На дядю Джека можно рассчитывать — это она знала точно. Увы, про мать такое
не скажешь.
Сунув руку в карман, он достал несколько купюр. Отделив две бумажки по
пятьдесят долларов, сказал:
— Когда будешь готова уехать, попроси Нору вызвать такси. — Он
взглянул на часы. — Только не загуливайся. Комендантский час у тебя
ведь до двенадцати?
— Угу.
— Не нарушай.
— Ни за что.
— А если приведешь волосы в порядок, мы тебя как-нибудь возьмем
пообедать.
— В порядок — это как? — спросила она невинным голоском.
Он нежно погладил ее по щеке.
— Знаю, тебе трудно понять, что это такое. Но я все равно люблю тебя,
малыш. — Он кивнул Эдди и коротко распорядился:
— Присматривай за ней, не то придется иметь дело со мной.
— Так точно, сэр! — гаркнул Эдди и стал по стойке
смирно
.
— Клевый, да? — сказала Хевен, глядя Джеку вслед. — И она
вроде ничего. Не выпендривается, не тычет в нос своим величием. Как
считаешь?
Но Эдди ее не слышал. Глаза у него полезли на лоб. Он перенесся в мир звезд и дрожал от наслаждения.
— Ну, как тебе моя племянница? — спросил Джек, оберегающим жестом
кладя руку на плечо Клариссе и направляясь к парадным дверям.
— По-моему, это заброшенная родителями девочка.
— Да, ей нужна мать, — согласился Джек с жесткими интонациями в
голосе. — Но она никогда ее не получит. Силвер живет только для себя.
— Может, ей и нельзя иначе, — предположила Кларисса. — Она
создала свой образ и должна все время за ним следить. — Ну,— восхитился
он, — для актрисы ты невероятно умна!
Он передал билетик за парковку человеку из обслуги, и тот кинулся пригонять
машину.
— Сию минуту, мистер Питон.
— И грубиян же вы, мистер Питон, — с издевкой произнесла Кларисса.
Он внимательно всмотрелся в ее чуть вытянутое и бледное лицо, прищуренные
глаза.
— Если не возражаете, мадам Браунинг, я отвезу вас домой и покажу,
какой я грубиян.
Она кивнула, предвкушая удовольствие.
Парковщики уже не ждали новых гостей. Наоборот, они вовсю подгоняли машины
для отъезжающих, как вдруг подкатил Антонио со своей свитой.
— Что это, все уже снимаются? — вскричал Антонио, выскакивая из машины и хлопая в ладоши.
— Нет, сэр, — ответил человек с калифорнийским загаром. —
Только некоторые.
— Кого я вижу! — Антонио заметил Джека и Клариссу.
Те отпустили друг друга и приветствовали знаменитого фотографа. Он, как
всегда, явился в окружении каких-то эксцентричных чудаков, вывалившихся за
ним из машины. Среди них оказалась шикарная девушка, Джек явно ее где-то
видел. Сейчас он даже встрепенулся и тут же пожалел об этом, потому что от
Клариссы не могло укрыться ничто.
Девушка была высокая и стройная, глаза смотрели прямо и открыто, в ней
улавливалась чувственность, медного цвета волосы были уложены в какое-то
диковинное сооружение. Ее глаза лишь на секунду пересеклись с его
внимательным взглядом и скользнули дальше, словно его здесь и не было. К
такому невниманию Джек не привык.
— Ваша машина, мистер Питон, — объявил парковщик, придерживая
дверцу.
— Божественная встреча! — вздохнул Антонио. — Ах, какой
сюрприз!
Джек залез в свой
Феррари
, завел двигатель и рванул машину с места, чуть
быстрее, чем требовалось. Кларисса положила руку ему на бедро.
— Домой, — сказала она с легким холодком в голосе. — И
выбрось эту дешевку из головы. Жеребец года — это больше не твое амплуа.
Помнишь? Как же хорошо она его знала.
— Поехали отсюда, — сказал Мэннон.
— Как хочешь, — послушно откликнулась Мелани-Шанна, ей хотелось
как можно скорее остаться с ним наедине и сообщить радостную новость.
Мэннон насмотрелся на свою бывшую жену в безумной толпе — с него довольно.
Ему так хотелось заполучить ее назад! Видеть ее в окружении типов вроде Чака
Нельсона он просто не мог.
Он решил — первым делом с утра позвонит своему адвокату, пусть тот
подготовит контракт о единовременной выплате Мелани-Шанне в связи с
расторжением брака. Тут надо поступить по справедливости; Мелани-Шанна —
милая девочка, но не для него. Действовать нужно сразу, не откладывая, даже
если это здорово скажется на размере его счета в банке. Зато все свое
внимание он сосредоточит на Уитни — на том, как ее вернуть.
Первой Хевен увидела Нора. По крайней мере, она решила, что это Хевен — кто
еще мог заявиться в таком виде? Она поспешила к ней, почти потеряв дар речи,
что с Норой случалось крайне редко.
— Я тебя еле узнала.
С нахальной улыбкой Хевен крутнулась перед Норой, и длинный плащ прокрутился
за ней.
— Я ни на кого не похожа! — гордо заявила она. — И Эдди.
Эдди кивнул, рыская по комнате голодными глазами.
— Да, это заметно, — сухо заметила Нора. Она не видела Хевен
бо
...Закладка в соц.сетях
