Жанр: Любовные романы

Как узнать любовь

сторінка №4

ло
бы г
Оливия закусила губу и отвернулась. Легко, очень легко представить, что к
тебе эти картинки не имеют никакого отношения. Еще легче прийти завтра к
доктору Стейтси и сказать, что своего решения она не изменила. А потом лечь
на стол и уснуть, после чего уйти свободной и одинокой. Она ведь уже так
привыкла быть свободной и одинокой!
— Подумайте о том, как потом вы будете жить, зная, что сделали, —
тихо сказала Маргарет. — Я поняла, что не смогу ни спать, ни работать.
У меня тоже нет мужа, нет и родных, но я уверена, что мои дети будут самыми
счастливыми на всем свете, ведь я люблю их!
Оливия почувствовала, что сейчас расплачется. Она могла вынести все: уговоры
доктора Стейтси, увещевания матери, легко могла привести с десяток причин,
по которым нужно избавиться от ребенка, но как она заставит себя забыть об
этих картинках и жутких словах? Как не думать о том, что совершила убийство,
лежа одинокими ночами в холодной постели?! Как жить дальше, зная, что
навсегда лишила себя радости увидеть первую улыбку, первый шаг, услышать
первое слово?! Кажется, так говорила мама?
Морщинки, появившиеся на лице Оливии в последние дни, разгладились, и она
подняла голову.
— Мне кажется, вы сделали правильный выбор! — улыбнулась Маргарет.
Она протянула Оливии визитку. — Здесь есть и мой домашний телефон. Если
у вас будут какие-то вопросы, знайте, что я всегда рада помочь вам.
— Спасибо, Маргарет, если бы вы знали, как уже мне помогли! —
поблагодарила ее Оливия, пряча визитку в сумочку.
— В конце концов, если женщины не будут предостерегать друг друга от
ошибок, кто же им поможет? Не мужчины же!
Они рассмеялись, и Маргарет, махнув на прощание рукой, легкой, танцующей
походкой вышла из магазина. Оливия удивленно смотрела ей вслед. До этого все
беременные женщины казались ей неуклюжими и неловкими. К тому же блеклые
спутанные волосы, обломанные ногти, землистый цвет лица. Но Маргарет была
прекрасна, словно сошла с картин Тициана. Она не жаловалась, не проклинала
судьбу. Она научилась любить своих детей, таких нежданных и ненужных, но
вдруг ставших самыми родными существами на земле.
И о чем я, спрашивается, вообще думала? — спросила у себя Оливия.
Только маму и папу зря расстраивала. Хотя мне иногда кажется, что они с
самого начала всерьез не воспринимали мое решение сделать аборт. Если кто-то
и знает все о тебе, так только твои родители.
— Ты что-нибудь выбрала? — спросила Эстель, подходя к дочери.
— Да, мам. — Оливия протянула ей книгу Мой малыш.
— Значит, ты все же сделала правильное решение? Я рада. Ни минуты не
сомневалась в твоей разумности.
— Только я так и не знаю, что же мне делать дальше! — Оливия
развела руками.
— Это тебе расскажет врач. Я только помню, что нужно пить какие-то
витамины и обязательно фолиевую кислоту. Ты пойдешь завтра к доктору
Стейтси?
— Конечно.
— Он и расскажет тебе, что делать дальше. Все же я была беременна
тридцать шесть лет назад.
— Я вовсе не то имела в виду, — расстроенно сказала Оливия. —
Как мне дальше жить?
— Для начала научись спокойно относиться к тому, что ты теперь не одна.
Теперь вас двое. Ну-ка скажи: Я жду ребенка.
— Это же глупо! — возмутилась Оливия.
— Отнюдь не глупо! Ты ведь до сих пор не желаешь смириться с тем, что
теперь твоя жизнь изменится. Давай громко: Я жду ребенка!
— Мам...
— Не стесняйся! Многие женщины готовы кричать об этом на весь мир.
Давай, Лив, ты должна это сделать!
Оливия тяжело вздохнула.
— Я жду ребенка, — тихо сказала она.
— Я ничего не услышала, а ведь еще слишком рано для старческой глухоты!
— Я жду ребенка, — уже громче сказала Оливия.
— Все равно слабо.
Оливия почувствовала, что вышла из себя. Она набрала побольше воздуха в
легкие и на весь магазин крикнула:
— Я жду ребенка!
На миг в зале воцарилась полная тишина, затем на Оливию со всех сторон
посыпались поздравления. Эстель поняла, что дочь этого уже не выдержит, и,
схватив Оливию за руку, вывела ее из магазина.
— Ну и как? — участливо спросила мать.
— Знаешь, ты была права. Я уже спокойно воспринимаю тот факт, что у
меня будет ребенок! — удивленно ответила Оливия.
— Вот и отлично. Пройдет еще немного времени — и ты научишься его
любить. Мне тоже было очень сложно принять тот факт, что теперь моя жизнь
будет подчинена красному орущему комочку. Но из этого комочка получилась
красивая умная женщина, так что я страдала не зря. — Эстель усмехнулась
и обняла дочь.

— Я очень тебе благодарна за все, мама. Если бы ты не приехала, я бы
наделала глупостей.
— Для того родители и существуют, чтобы уберегать детей от
глупостей. — Эстель улыбнулась и поцеловала Оливию в лоб.
— Слушай, мне ужасно хочется есть! — заявила дочь и тут же
потянулась к ларьку с хот-догами.
— Ну уж нет! — возмутилась Эстель. — Теперь никакого
фастфуда! Только натуральная полезная пища. И ты должна следить за своим
весом!
— Я пятнадцать лет за ним следила! — отмахнулась она. — А
сейчас хочу хот-дог.
— А как насчет салата с креветками?
— Ой, я сейчас согласна и на пророщенную пшеницу, лишь бы что-то было в
желудке! Я вот только не знаю, говорить мне кому-то о беременности?
— А как ты собираешься это скрывать? — задала резонный вопрос
Эстель. — Но на работе пока что можешь никого не оповещать. Говорят,
это плохой признак. А друзьям почему бы и не сказать? Они порадуются вместе
с тобой.
— Думаю, сначала они будут дико шокированы... — пробормотала
Оливия.

5



Оливия последний раз помахала маме рукой и тяжело вздохнула. Когда Эстель
была рядом, все казалось таким простым и ясным, но вот она уехала и Оливия
вновь почувствовала себя маленькой одинокой девочкой, только что попавшей в
огромный город. Быть независимой, успешной, популярной Оливия научилась
давно, а вот кто научит ее быть матерью? Наверное, этому тоже нужно учиться
самостоятельно, набивая шишки и синяки.
Вот только проблема в том, что синяки и шишки я могу получить не одна. Что,
если пострадает мой ребенок?
В ужасе Оливия вздрогнула, но постаралась побыстрее отогнать от себя видения
всяческих бед, понимая, что начинает склоняться в другую крайность и из
детоненавистницы скоро превратится в наседку.
Сейчас три раза вздохну быстро, потом еще три медленно и отправлюсь на
работу спокойной и уверенной в себе Оливией. Такой, какой меня привыкли
видеть все вокруг!
Она поймала такси и попала в офисе как всегда за три минуты до начала
рабочего дня.
— Привет, Оливия!
— Как дела, мисс Хэмстон?
— Вам уже лучше?
Со всех сторон на нее сразу же посыпались вопросы. И Оливия вновь чуть не
расплакалась, понимая, какие рядом с ней работают милые и отзывчивые люди!
— Спасибо, все в порядке. Это было простое переутомление. Так что всем
настоятельно советую отдыхать как можно больше! — Оливия улыбнулась и
села за компьютер. Наверное, стоит сообщить шефу, что я жду ребенка.
Нехорошо получится, если он узнает об этом из третьих рук. Ведь пройдет еще
несколько месяцев и не догадаться о том, что со мной происходит, будет
просто невозможно! Да, в перерыве пойду к мистеру Берингу.
Оливия с головой погрузилась в работу и оторвалась от монитора только тогда, когда ее окликнул Джек.
— О, привет! — обрадованно сказала Оливия. — Как дела?
— Я зашел узнать, как твои дела. Вся пятница прошла под знаком
Бедняжка Оливия Хэмстон сошла с ума. Что ты тут натворила?
— Знаешь, у каждой женщины наступает в жизни момент, когда ею руководит
не разум, а гормоны, — уклончиво ответила Оливия. Оказывается, сказать
я жду ребенка в магазине, среди незнакомых людей, гораздо проще, чем
сообщить об этом старому другу.
— Ясно, — пробормотал смутившийся Джек. — Не хочешь вместе
сходить на ланч?
— Прости, мне нужно зайти к Берингу.
— Ладно. Тогда встретимся вечером? Во сколько ты сегодня закончишь?
— В пять.
— Отлично! Значит, до пяти!
Но не успел он отойти на пару шагов, как Оливия окликнула его, проклиная
начавшую подводить ее память.
— Джек, сегодня я уйду раньше! У меня очень важное дело.
— Ну хорошо. — Джек с деланным безразличием пожал плечами. —
Тогда до завтра!
— До завтра! — Оливия улыбнулась ему и помахала рукой.
Как только Джек ушел, она положила голову на руки и подумала, что стала
слишком быстро уставать. Но перерыв слишком короток, чтобы позволять себе
расслабляться. Оливия тряхнула головой и поднялась из-за стола.
Перед дверью в кабинет Беринга Оливия в растерянности остановилась. Как же
сказать об этом? И как Беринг воспримет новость, что она скоро отправится в
отпуск? Или пообещать ему, что после рождения ребенка она вернется через две
недели.

Глупо обещать то, что не сумеешь выполнить наверняка. Попрошу два месяца, а
дальше будет видно, решила Оливия.
Она постучала и вошла.
— О привет! — обрадованно сказала шеф. — Как вы себя
чувствуете?
— Спасибо, хорошо, — ответила Оливия.
— Присаживайтесь, — жестом радушного хозяина предложил
Беринг. — Надеюсь, что теперь, когда у вас все в порядке, вы закончите
проект в срок?
— Конечно! — Она закончит не просто в срок, а значительно раньше,
но сообщать об этом никому не будет: ей нужны хотя бы небольшие перерывы.
— Что привело вас ко мне?
— Мне нужно сообщить вам одну важную новость, мистер Беринг.
— И что же это? — насторожился он.
— Я жду ребенка! — выпалила Оливия и удивилась, что лицо шефа
расплылось в улыбке.
— Ух, а я-то думал, что вы собрались от нас уйти!
— Но почему?
— Как минимум раз в неделю вы заявляете об этом всему отделу! Вот я и
решил, что в ближайшее время лишусь ценного сотрудника...
— Ну, меня-то вы все равно лишитесь...
— Если у вас со здоровьем все будет в порядке, то почему бы не работать
до последнего, мисс Хэмстон? Вы ведь не можете жить без работы... А потом я
с удовольствием дам вам четыре месяца, а еще пару можете взять из своих
накопившихся отпусков. А там вам уже будет полегче, ребенок чуть подрастет и
не будет требовать вашего постоянного присутствия.
— Спасибо, мистер Беринг! — благодарно улыбнулась Оливия. — Я
не знала, как мне просить об отпуске.
— Как работодатель я вам все равно обязан его предоставить. А как отец
троих детей прекрасно понимаю, как вам будет тяжело в первое время. Но,
учтите, мисс Хэмстон, через полгода после рождения малыша вы должны будете
стать прежним полноценным сотрудником.
— Конечно! Вы правильно сказали, я не могу без работы. И потом, я
подумала, что часть могла бы делать дома...
— Нет уж! Дома вы должны отдыхать. Мы перестанем вас чрезмерно
загружать, тем более что вам сейчас вредно много сидеть за компьютером.
— И что же мне делать?!
— Я тут уже давно подумывал, не дать ли вам отдельный кабинет, мисс
Хэмстон. И тут такой повод...
Оливия лишилась дара речи.
— Как отдельный кабинет?
— Уже давно нужно было сделать кого-то начальником вашего отдела. Вы на
эту кандидатуру подходите лучше всех. Вы великолепный специалист, отлично
знаете свое дело, вас невозможно разжалобить, мужчины уважают вас и даже
любят, несмотря на злословие. Короче, не будет зависти. Так что с
завтрашнего дня вы, мисс Хэмстон, начальник отдела. Готовьтесь переезжать.
Еще какие-то вопросы?
— Нет, мистер Беринг, — ответила ошеломленная Оливия.
— А теперь идите обедать. Вам сейчас нужно хорошо питаться.
— Да, конечно, — пробормотала она и быстро вышла из кабинета.
Кто бы мог подумать, что грозный Беринг не только войдет в ее положение, но
и предложит повышение. Оливия не раз слышала страшные истории о том, как
женщин под любым предлогом увольняли, как только становилось известно, что
они беременны.
Ну что ж, одной проблемой меньше! — облегченно вздохнув, решила Оливия.
Сейчас найду Кейт и мы с ней пойдем обедать. Уж ей-то нужно все
рассказать...
Кейт, как всегда, корпела над своим планшетом.
— Уже прошло тридцать минут с начала перерыва, а ты до сих пор
работаешь! — возмутилась Оливия.
— Ой, ты меня испугала!
— Извини. Пойдем обедать, а то у меня уже в животе урчит!
— Хорошо, вот сейчас только...
— Сейчас же! — капризно потребовала Оливия и сама испугалась. Она
даже в детстве ни у кого ничего не требовала, и уж тем более не пыталась
заставить весь мир крутиться вокруг нее.
— Что это с тобой? — удивилась Кейт. — Надеюсь, ты просто
шутила.
— И да и нет! — устало сказала Оливия. — Пойдем в кафе, и я
все тебе расскажу.
— Ты — что?! — Кейт удивленно вытаращила глаза.
Оливия покачала головой, такую реакцию она и предполагала, но в глубине души
надеялась, что подруга воскликнет что-то типа: Какая радость!.
— Я жду ребенка. Что в этом странного? Это нормально для
женщины! — Оливия сразу же улыбнулась, вспомнив, как те же слова
говорила ей Эмилия.

— Это нормально для домохозяйки, замужней дамы, кого угодно, но только
не для тебя!
Оливия обиженно надулась.
— А я что, ненормальная женщина?
— Прости, но ты не создана для радостей семейной жизни. По крайней
мере, ты производишь такое впечатление.
— Обманчивое впечатление. Очень хорошо, что я не сообщила тебе об этом,
когда думала, что делать дальше.
— Так ты решила оставить ребенка?
— Да! — твердо сказала Оливия.
— А как же работа?
— С Берингом я уже договорилась. Кстати, с завтрашнего дня я начальник
отдела! Все же они попали мне под каблук!
— Что-то я не понимаю шефа, — призналась Кейт. — Ты же уже
через пару месяцев исчезнешь чуть ли не на год!
— Мы договорились, что я работаю до последнего. После родов мистер
Беринг дает мне шесть месяцев, чтобы снова войти в колею.
Кейт лишь покачала головой.
— Что ты этим хочешь сказать? — насторожилась Оливия.
— Тебе будет очень, очень сложно! И это начнется уже сейчас. Ты хоть
представляешь, сколько в наше время стоит ребенок?!
— То есть? — Оливия не поняла подругу.
— Пеленки, распашонки, врачи, питание... Перечислять можно до
бесконечности!
— У меня есть деньги, — перебила ее Оливия.
— Конечно! Но они имеют одно отвратительное свойство: заканчиваются.
— Я всегда смогу заработать.
— Оливия! Ты просто не понимаешь, что такое ребенок! В первые четыре
месяца ты даже не сможешь нормально поспать, потому что тебе нужно будет
каждые три часа его кормить. А потом начнутся первые зубки, расстройства
желудка, ветрянка и так далее вплоть до первой сигареты и первого секса! И
чем старше ребенок, тем сложнее. Поверь мне. У меня семь младших братьев и
сестер. Это просто ад!
— Я не знала, что у тебя такая большая семья. — Оливии стало
немного стыдно, ведь она ни разу не спросила Кейт о том, кто ее родители,
где они живут, если ли у нее братья или сестры.
— Вот поэтому я так уверенно говорю: ребенок — это очень, очень сложно.
— Я понимаю, Кейт, но что ты мне предлагаешь? Сделать аборт? Я не могу.
Уже не могу. Я полюбила этого ребенка и хочу родить его!
— Да бога ради! Только, Оливия, почему ты одна должна тащить этот
крест? Все же в создании ребенка участвовали двое. Почему бы тебе не найти
его отца?
— Но как? — растерялась Оливия. — И потом, что я ему скажу?
Здравствуйте, мы с вами напились на вечеринке и переспали, теперь я буду
рожать вашего ребенка, так что придется мне помогать!
— Отличный вариант! — одобрила Кейт. — Именно так тебе и
нужно сделать.
Оливия лишь махнула рукой.
— Ты не справишься сама. По крайней мере этот мужчина мог бы тебе
помочь материально.
— Я решила оставить ребенка, мне и разбираться с ним.
— Это неправильная позиция! — не сдавалась подруга. — Мужики
только и делают, что осеменяют женщин, а потом куда-то испаряются, а ты
крутись как хочешь. Кто ему мешал воспользоваться презервативом? Я уж не
говорю о том, что ты была в полном беспамятстве и это попахивает
изнасилованием. Ты его вообще посадить могла бы!
— Это уж совсем смешно, Кейт! Ты же видела, я выглядела вполне
вменяемой.
— Оливия, он должен был подумать о предохранении! Так что эта проблема
и его, и твоя. Ты не должна все взваливать на себя. Все знают, что ты
сильная женщина, но, скажи мне, что ты будешь отвечать ребенку, когда он
спросит, где его папа.
— Ну, скажу что-нибудь...
— Зачем тебе обманывать собственного ребенка? Найди отца. Если он не
окажется полным мерзавцем, он тебе поможет. А если окажется, ты будешь иметь
полное моральное право сказать своему ребенку, что его отец мерзавец, и не
врать о разбившемся летчике.
— Ладно, уговорила, — наконец решилась Оливия. — Мне, если
честно, уже очень тяжело. Так сложно сосредоточиться на работе! Но как я его
буду искать? Не спрашивать же у всех подряд, не вы ли со мной переспали!
На иронию подруги Кейт не обратила ровным счетом никакого внимания.
— Во всяком случае, круг подозреваемых ограничен, — наконец выдала
она.
— Вот это да! — Оливия расхохоталась. — Теперь они уже
подозреваемые!

— Можешь называть их хоть гипотетическими отцами, мне все равно! —
отмахнулась Кейт. — В любом случае это мог быть только кто-то с
вечеринки, если я все правильно поняла? У тебя еще кто-то был в то время?
— Ну, я встречалась в самом начале месяца с Кевином...
— Это какой был день?
— Седьмой, — уверенно ответила Оливия: теперь она изучила свой
цикл вдоль и поперек и такие вопросы больше не ставили ее в тупик. Зато,
думала она, если бы раньше я больше внимания обращала на работу своего
организма, этой ситуации можно было бы избежать.
— Маловероятно, но проверить стоит, — вернул Оливию к
действительности голос подруги.
Она с трудом сообразила, о чем говорит Кейт.
— И как я буду проверять? — поинтересовалась она.
— Например, ты можешь подойти к нему и прямо спросить, как он смотрит
на то, чтобы стать отцом. Если обрадуется, можешь больше ничего не делать и
никого не искать. Неделя туда, неделя сюда. Не ровно же девять месяцев ты
будешь носить ребенка!
— Это нехорошо, Кейт.
— Какая тебе разница?! Вдруг он уже много лет мечтает стать отцом? А ты
подаришь ему ребеночка. Тут и до свадьбы недалеко...
— Метишь в подружки? — поинтересовалась Оливия.
— Я только забочусь о тебе.
— Ладно, — оборвала ее Оливия. — Я сегодня пойду к доктору и
уточню у него, могло такое быть или нет.
— Думаю, он скажет, что не могло. Но проверить Кевина стоило бы!
Оливия задумалась, помешивая трубочкой молочный коктейль.
— Тут и так все ясно, Кевин отпадает, — наконец сказала
она. — Надо решить, как искать других.
— У тебя же есть запонка! — воскликнула Кейт. — Помнишь, ты
мне показывала ее! Как жаль, что в тот вечер я не обращала внимания на
детали одежды мужчин!
— Ну и что? Не буду же я ходить с ней по всему офису и требовать, чтобы
хозяин признался!
— Зачем требовать? Давай составим список тех, кто мог бы с тобой
переспать, с кем ты могла бы согласиться и у кого могут быть золотые
запонки. Потому что переспать с тобой мечтает подавляющее большинство, а вот
деньги на такие запонки есть не у всех.
— А если это наследство дедушки?
— Оливия, ты совершенно не разбираешься в ювелирном деле! —
попеняла ей Кейт.
— Это ты на глаз можешь оценить стоимость запонки. Вот и просвети меня.
— Эта вещица из последней коллекции итальянского ювелирного дома
Каррера и Каррера. Ты ее рассмотри повнимательней, явный эротический
подтекст, а это их вотчина.
— Ну ладно. И кто это может быть?
— Давай думать.
Через полчаса у них в руках был короткий список из трех имен. Так что круг
подозреваемых максимально сузился.
— Теперь за дело, Оливия! — провозгласила Кейт.
— И как я буду выяснять, чья это запонка?
— Достаточно подойти к человеку и показать ему эту штуку. Уверена,
владелец себя проявит. А дальше сама решай, что с ним сделаешь: либо
потащишь в суд, либо попытаешься получить добровольное согласие.
— А если у него жена и дети?
— Оливия, какая тебе разница?! Детей теперь у него будет на одного
больше. Нужно было думать до того, как вы переспали, так что теперь поздно.
— Хорошо, — вздохнула Оливия и посмотрела на изящные
часики. — Пойдем на работу.
До конца дня она внимательно рассматривала всех троих подозреваемых, благо
они работали в ее отделе. Но ни один не проявлял никаких признаков тревоги,
заинтересованности или чего-то еще. Никто не подмигнул Оливии, не посмотрел
на нее дольше, чем обычно. Все трое вели себя сдержанно и достойно, и Оливии
эта идея начала казаться глупой.
Нет, Кейт права, я не должна тащить все одна! — твердо решила Оливия. В
конце концов, мы оба совершили ошибку и, как бы ни были хороши последствия
этой ошибки, нужно вместе ее исправлять. У ребенка должен быть отец.

6



Оливия несмело постучала в дверь кабинета доктора Стейтси и вошла.
— Добрый вечер, Оливия. Как вы себя чувствуете? — поинтересовался
доктор, и лицо его растянулось в улыбке.
— Неплохо, — осторожно отозвалась Оливия.
— Так что вы надумали? — беспокойно спросил он. — Нам
готовить операционную?

Оливия тяжело вздохнула, но уверенно ответила:
— Нет. Я решила оставить ребенка.
— Вот и молодец! — с довольной улыбкой похвалил ее доктор. —
Теперь нам стоит начать все сначала.
— То есть? — удивилась Оливия.
— Вы пройдете полный осмотр у всех специалистов, чтобы мы могли
исключить возможные осложнения или, если все же что-то не в порядке, вовремя
принять меры. Я вас сейчас подробно расспрошу о ваших родителях и обо всем,
что вы знаете об отце ребенка.
Оливия покраснела и опустила глаза.
— В чем дело? — встревоженно спросил доктор.
— Я о нем ничего не знаю, — тихо сказала она.
— Ой, как же я мог забыть! — Он выразительно ударил себя рукой по
лбу, и Оливия невольно улыбнулась. — Кстати, я, как врач, прописываю
вам на весь срок беременности только положительные эмоции. Да, еще вы должны
начать принимать витамины и минеральные комплексы, ведь в наши планы входит
родить здорового ребенка...
— Конечно! — подтвердила Оливия и мечтательно улыбнулась. Она уже
легко представляла себя рядом с маленьким красным комочком, который будет ее
любимым сыном или обожаемой дочуркой.
— Как у вас с финансами?
— Мой ребенок должен получить все самое лучшее! — твердо сказала
Оливия — У меня достаточно денег, и я всегда могу заработать еще, чтобы он
ни в чем не нуждался.
— Вот и хорошо, — похвалил свою пациентку доктор. — Вижу, у
вас появился позитивный настрой. Похоже, вы станете образцовой матерью.
Оливия вновь зарделась, но теперь уже от комплимента.
— А теперь давайте-ка немного поработаем! &mdash

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.