Жанр: Любовные романы

Брак по завещанию

сторінка №13

скажем, к его фантазии. Вот и
отправили ребенка в Дельта-Вэлли.
Тронутая, Тринити похлопала Джека по руке.
— Замечательно, просто чудесно с вашей стороны было помочь ему. Вы
пристыдили меня, Джек Райерсон.
— Каким образом?
— Сказать вам правду? — Она опустила крепко сжатые руки на колени
и несколько секунд смотрела на них, о чем-то думая. — Я лишена
материнского инстинкта. Полностью. И вот сегодня вы безоглядно принимаете
этого ребенка в свое сердце. Как бы мне хотелось стать похожей на вас!
— Если бы вы побывали сегодня там и услышали то, что услышал я, вы
поступили бы точно так же. Испытали бы инстинктивную потребность помочь ему.
— Нет, Джек, чего-то во мне недостает.
— Это смешно. Я видел вас с девочками, особенно с Джейни. С вашим
материнским инстинктом все в полном порядке.
— Джейни очаровательна, и мне с ней хорошо. Но у меня нет желания стать
ей матерью. И вообще стать матерью кому бы то ни было. Я завидую ей, когда
вижу, как она возится с поросятами, честное слово. Она совершенно
естественно воспринимает все их потребности, а я бы этого не могла. —
Джек снова хотел возразить, но Тринити не дала ему заговорить. — Вы
думали хоть раз о том, что произошло бы, если бы мы приняли условия
завещания и за полгода брака я понесла бы от вас ребенка?
Джек поморщился.
— Поскольку я с самого начала строил планы, как обойти завещание, то не
обдумывал подобное развитие событий. Однако это интересный вопрос. Каков ваш
взгляд на эту проблему?
— Я позволила бы вам увезти ребенка в Бостон и воспитать его без моего
участия. — Тринити уловила вспышку ужаса в его глазах и холодно
добавила:
— Вам понятно?
Вас это, естественно, пугает, но я противоестественно лишена материнского
инстинкта.
Джек облизнул губы, как бы подыскивая ответ, и наконец заговорил:
— Во время нашего первого разговора вы обмолвились, что намерены выйти
замуж после того, как вдоволь попутешествуете. Разумеется, вы найдете себе
мужа, склонного к приключениям, но со временем вы скорее всего родите
ребенка, как вам кажется?
— Я с этим смирюсь, — признала Тринити. — Большинство мужчин
хотят обзавестись хотя бы одним сыном. Но существуют няньки, гувернантки,
наемные воспитатели...
— Школы-интернаты?
— Никогда! — Тринити вспыхнула, поняв, что Джек поймал ее на
слове. — Ох, ради всего святого!
— Кажется, в вас все же есть некоторые намеки на материнский
инстинкт, — заметил Джек с иронией. Он обхватил ее за талию и поставил
на ноги, поднявшись с кресла сам. — Идемте, я познакомлю вас с Ники.
Прошу вас, не отталкивайте его.
— Я не собираюсь его отталкивать. Я просто испытываю облегчение от
того, что вы не ожидаете, будто я стану его воспитывать. — Тринити
высвободилась, выражение лица у нее было враждебным, но она тут же
справилась с собой и спросила:
— Нет ли хоть какой-то возможности полагать, что Ники прав? Что его
отец не убивал свою жену и детей?
— Ни малейшей. И это одна из причин, почему я привез его сюда. Мы с ним
должны снова и снова говорить об этом до тех пор, пока он не будет готов
принять ужасную правду. Сейчас он вполне искренне признает, что опознал
мертвое тело отца. И сразу после этого утверждает, что это не мог быть его
отец. Если вы спросите его, почему он так уверен в этом, он ответит: Потому
что па не мог убить мою ма. И он не убил бы себя и не оставил бы меня одного
на свете
.
— А шериф уверен, что мужчина убил себя?
— Коронер убежден, что сомнений быть не может.
— Они могут ошибаться. Точно так же они твердят, что дедушка упал, а я знаю, что его толкнули.
У Джека потемнело лицо.
— Вы не собираетесь рассказывать об этом Ники? Он меньше всего
нуждается в подобных разговорах, Тринити.
Поверьте мне, в этом случае у властей нет никаких оснований для сомнений.
Сосед видел, как Грегори Холлоуэй подъезжал к дому в сумерках, и через
несколько минут услышал три выстрела. Сосед бросился бегом к дому и
обнаружил женщину и двух маленьких девочек убитыми.
В углу комнаты стоял Холлоуэй и все еще сжимал в руках пистолет. Прежде чем
сосед успел вмешаться, Холлоуэй выстрелил себе в голову. Коронер подтвердил,
что рана нанесена его собственной рукой.
— О, Джек!..
— Одна из девочек была еще жива. Она умерла на руках у соседа и перед
смертью сказала: Папа меня застрелил.

Глаза у Тринити были полны слез.
— Как это ужасно.
— Ники провел несколько дней на соседской ферме.
Его отвезли к владельцу похоронного бюро для опознания тела.
— Как это жестоко!
— Хозяева фермы плохо знали Холлоуэя. Он привез семью в Стоктон,
устроил в небольшом коттедже и немедленно уехал в Мексику ради какого-то
выгодного предприятия. В городе узнали и полюбили его семью, но не самого
Холлоуэя. Время от времени от него приходили письма, в которых он сообщал,
что вскоре будет дома, но предприятие, по-видимому, провалилось. Он,
наверное, пытался как-то спасти хоть часть вложенных средств, но безуспешно.
Тринити увидела в глазах у Джека боль и поняла, что он думает, в состоянии
ли чем-то помочь ребенку. Коснувшись щеки Джека, она негромко проговорила:
— Вот, значит, как? Шериф пришел к выводу, что мистер Холлоуэй был
подавлен неудачей в делах и решил по этой причине уничтожить свою семью?
— Это лишь догадки. Репутация миссис Холлоуэй в общине была
безупречной, о муже она говорила с большой любовью и уважением, так что ее
поведение не могло быть причиной трагедии. И как вы сами только что сказали,
Холлоуэй находился в подавленном состоянии. Слава Богу, что Ники в это время
не было дома, иначе он бы тоже погиб.
— Вы поступили прекрасно, что привезли мальчика сюда, Джек Райерсон.
Простите, что я повела себя так эгоистично.
— Это всего на пару недель, — улыбнулся Джек. — Вы бы
послушали его аргументы. Он убежден, что отец вернется домой из Мексики и
сразу поедет за сыном в приют для сирот. Причем Ники хочет выполнять здесь
какие-то обязанности. Поскольку на него огромное впечатление произвел
Плутон, я подумал, что разрешу мальчику ездить на нем для тренировки каждый
день. И он может вместе с Джейни ухаживать за поросятами, это его отвлечет.
Если повезет, он мало-помалу осознает, что бессмысленно всю жизнь дожидаться
того, чего не может произойти.
— Замечательный план. Если двух недель окажется недостаточно, Ники
может оставаться здесь сколько захочет.
А если вы сами решите вернуться в Бостон, то я уверена, что Элена и Клэнси
помогут мне заботиться о нем.
— Вы и сами с этим отлично справитесь, но, откровенно говоря, я считаю,
что чем скорее он вернется в приют, тем лучше для него. Директор думает,
что, как только Ники перестанет жить прошлым, он станет первым кандидатом на
скорое усыновление. Именно в этом мальчик больше всего нуждается. —
Джек взял Тринити за руку и настойчиво повторил:
— Идемте же, я познакомлю вас с Ники. Уверен, вы его полюбите
независимо от того, есть у рас материнский инстинкт или нет.
Тринити позволила ему увести себя в прихожую и дальше на крыльцо, где дети
находились в обществе Клэнси и Луизы, только что вернувшихся с пастбища.
Луиза особенно тепло отнеслась к Ники. Она обняла его, и мальчик порозовел
от чувства благодарности и счастья.
— Вот видите? — шепнула Тринити Джеку. — Луиза будет
прекрасной матерью. Она инстинктивно понимает, как себя вести.
— Но вы же не собираетесь кричать на него или тыкать в него палкой, не
так ли? — не без насмешки спросил Джек.
— Будьте спокойны.
Джек хихикнул и проговорил громким и веселым голосом:
— Эй, Ник? Ты помнишь, я тебе по дороге рассказывал о красивой хозяйке
ранчо? Вот она, мисс Стэндиш.
Подойди и поздоровайся с ней.
Мальчуган улыбнулся Тринити, потом, к полному ее восторгу, подошел и отвесил
поклон.
— Я рад познакомиться с вами, мисс Стэндиш. Для меня это большая честь.
— Добро пожаловать в Сломанную шпору. — Тринити опустилась на
одно колено и посмотрела Ники прямо в глаза. — Я рада, что ты приехал
нам помогать.
— Я очень сильный, — кивнув, ответил Ники. — Джек говорит,
что позволит миг тренировать его коня, но я могу делать и другие вещи.
— Нам всегда нужна помощь по уходу за лошадьми, — сказал
Клэнси. — Кстати говоря, мне пора приниматься за работу, а ты попозже
приходи в кораль, Ники, и мы с тобой потолкуем в свое удовольствие.
Ники посмотрел вслед Клэнси, удалявшемуся легкой походкой.
— Здесь все такие добрые.
— Мы все рады тебе, — сказала Тринити, — и как помощнику, и
как гостю.
— Мне не нужно быть только гостем. Я люблю ухаживать за лошадьми, но не
хочу слишком далеко уходить от дома. Скоро приедет папа, и надо, чтобы он
сразу меня нашел.
— А я тоже не хочу, чтобы ты уходил слишком далеко от дома, так что
вопрос решен, — ответила Тринити. — Ты хочешь есть?
— Да. Тут очень вкусно пахнет.

— Это Элена печет тортильи, — объяснила ему Джейни. — Если мы
вымоем руки, Элена угостит нас горяченькими, прямо со сковородки, и намажет
их маслом. Хочешь попробовать?
— Конечно. — Ники посмотрел на Джека. — Можно?
— Ты можешь делать все, что захочешь, — ответил тот.
Тройка детей умчалась, а Луиза хотела последовать за ними более размеренной
походкой, но Джек удержал ее.
— — Ну как тебе понравилось на пастбище, Луиза? Высмотрела каких-нибудь
красивых вакеро?
Луиза покраснела.
— Очень немногих. Ты был прав, Джек. Именно там все они и находятся.
Клэнси обещал, что скоро познакомит меня с каждым из них.
— Право? Ты больше не тоскуешь о парнишке Краунов?
— Как только я осмеливаюсь составить собственное мнение о ком-то, ты
вешаешь на меня этикетку, — ощетинилась Луиза. — Скажите
пожалуйста, я тоскую! Выходит, мне весь следующий месяц нельзя ни о чем
думать самостоятельно. Это тебя устраивает?
— Иди угостись тортильями, — сухо посоветовал Джек.
Когда рассерженная Луиза удалилась, Джек обратился к Тринити:
— У меня, быть может, более сильный материнский инстинкт, чем у вас, но
мой отцовский инстинкт явно пасует перед Луизой.
— Она женщина, Джек. Уже не ребенок. Наверное, вам не стоит относиться
к ней по-отечески. Лучше сосредоточьтесь на маленьком Ники. А я попробую
помочь вам ладить с Луизой. В конце концов, между ней и мной разница в
возрасте составляет меньше трех лет.
— Это правда. Она всегда казалась мне маленькой непослушной девочкой.
Впрочем... — тут глаза у Джека заискрились, — примерно то же самое я
иногда чувствую по отношению к вам.
— Следите лучше за собой, — предостерегла его Тринити. — Я
еще не совсем простила вас за то, что вы пригласили в дом моего деда
нежелательных гостей без моего разрешения. — Джек поморщился при этих
словах, и Тринити улыбнулась торжествующей улыбкой. — Ну что, поняли
теперь, что ощущает человек, которого дразнят? Оставьте ваши глупости и
расскажите мне наконец о вашей беседе с начальником приюта. А потом, —
добавила она, усаживаясь на ступеньку, — я поведаю вам о своем первом
дне охоты за сокровищами.
Две последующие недели слились для Тринити в нечто туманное. Слишком многими
— и непривычными, хоть и приятными для нее — делами Тринити приходилось
заниматься. Она помогала Джейни ухаживать за поросятами; пыталась уговорить
Луизу делиться с ней своими мыслями; обыскала весь дом, начиная с чердака,
осмотрела спальни и гостиную самым тщательным образом в поисках ящичка, где
хранились записки деда; присматривала за Ники, в то время как Джек терпеливо
уговаривал мальчика не проводить каждую свободную минуту у ворот, ведущих в
Сломанную шпору, потому что это дело бесполезное; но главное, она
старалась всячески ублажать Джека в надежде, что он останется на ранчо,
старалась угадать его настроение и внутренне готовила себя к его возможному
отъезду, если так уж суждено.
Ники оказался чудным ребенком. Несмотря на то что он с неизменным упорством
цеплялся за свою веру в то, что отец за ним приедет, мальчик вносил в жизнь
на ранчо светлый луч своей неизменной улыбкой и желанием доставлять всем
радость. Тринити знала, что никогда не забудет, как в первый, такой веселый
вечер их общего знакомства с Ники Джейни вдруг сказала:
— Новый мальчик хочет спать на крыльце, но боится попросить тебя об
этом.
Джек был захвачен врасплох, однако ответил:
— Почему бы и нет, Ники, если только ты укроешься потеплее.
На что Джейни тут же заявила:
— Я тоже хочу спать на крыльце. Я тепло укроюсь.
— А ты-то почему хочешь спать на крыльце? — удивился Джек.
— Потому что это на улице. А моя комната в доме.
— Что ж, ладно. Спи на крыльце. Но москиты могут заставить тебя
переменить решение.
Тогда Мэри спросила тихонько:
— А мне можно, Джек?
Окончательно сбитый с толку Джек задал ей тот же вопрос:
— Почему?
Вместо Мэри поспешила ответить Джейни:
— Потому что и ее комната тоже в доме.
Тринити смеялась чуть не до икоты, глядя на ошеломленное лицо Джека. А
потом, словно этой сцене и так недоставало комизма, Луиза предложила спать
вместе с детьми, чтобы с ними ничего не случилось.
Джек фыркнул и обратился к Тринити:
— Полагаю, вы тоже хотите спать на крыльце?
— Если бы я хотела, то так бы и сделала. Мне не надо просить вашего на
то позволения, — со смехом ответила она.

Ко всеобщему веселью, Джек тотчас поспешил удалиться с каким-то невнятным
объяснением насчет необходимости просмотреть счета.
Как ни любила Тринити поддразнивать его этим, ей необычайно нравилось
внимание Джека к каждой мелочи в жизни ранчо. А самое главное, ей очень по
душе пришлась его привычка посвящать ее в эти подробности. Каждый вечер они
сходились в кабинете, и Джек втолковывал ей то одно, то другое, и, хотя она
вслушивалась в его объяснения с некоторой тревогой (а вдруг он все же решил
уехать?), это общение ее просто завораживало.
Разумеется, Джек оставался Джеком и дразнил се, настаивая на обязательном
игривом поцелуе при встрече, и проделывал эту процедуру со всяческими
ужимками, если никто из домашних при сем не присутствовал. Но то были всего
лишь легкие прикосновения губ к щеке Тринити.
Иначе говоря, он больше не позволял себе тех вольностей, какими были
отмечены три первых дня с момента их знакомства, хотя возможностей для этого
было сколько угодно во время их занятий в кабинете, когда губы Джека порой
настолько приближались к ее уху, что Тринити ощущала тепло его дыхания. В
такие минуты ей хотелось крикнуть: Поцелуй меня! Поцелуй, пока мы еще можем
оправдывать себя вымыслом, что сиротский приют отклонит твое предложение!

Она понимала, конечно, почему он отказывается смешивать финансы с
удовольствием, и, более того, понимала, что он прав, подготавливая ее к
худшему. Если такое случится — если он заберет свою милую семью и
уедет, — то останется еще шанс, что она сможет вести дело и спасет
Шпору, ранчо своего деда, благодаря скрупулезным урокам Джека.
Было бы облегчением, решила Тринити, если бы приют в конечном счете принял
их предложение. В сочетании с глубоким интересом Джека ко всем сторонам
деятельности ранчо это почти наверняка убедило бы его остаться.
Это было бы облегчением, но также и разочарованием, И каждый прошедший день
приближал Тринити к ответу на сакраментальный вопрос.

Глава 9



Джеку не понадобилось много времени, чтобы осознать, что он в самом деле
остается в Калифорнии и намерен вернуть Шпоре ее прежнюю славу. Перед ним
стояла задача, какие он любил, и она делалась даже более увлекательной
благодаря той дикой, первобытной атмосфере, которая пронизывала ранчо.
Нельзя сказать, что он провел в этой среде столько времени, чтобы успеть
полюбить ее, но даже когда он уединялся в кабинете, сделанные прошедшей
весной захватывающе интересные расчеты Эйба Стэндиша вдохновляли его.
Он еще не сообщил своей будущей деловой партнерше хорошую новость, хоть и
понимал, что она волнуется. По причинам, которые он не собирался
анализировать, для Джека было важно сначала принять и еще одно решение:
будет ли он вкладывать в дело возрождения ранчо деньги Оуэна Толбота или
свои собственные средства. Перспектива собственной инвестиции и привлекала,
и одновременно беспокоила его, но по мере того, как проходили две
обусловленные недели, Джек все более склонялся к мысли, что хочет сделать
этот проект своим, будь то выигрыш или потеря.
Приняв решение, Джек почувствовал такую вспышку возбуждения, что больше не
мог ни минуты пробыть в замкнутом пространстве и, пока солнце еще высоко
стояло в послеполуденном небе, отправился в кораль, чтобы получить у Клэнси
очередной урок по овладению лассо.
Клэнси как раз чем-то занимался вместе с Ники, и Джек понаблюдал за ними,
надеясь увидеть хоть намек на то, что мальчик собирается бросить свои
патологические дежурства. В последние две недели мальчик был общительным и
веселым, однако в конце дня его неизменно можно было найти на крыльце дома;
он вглядывался в даль, ожидая Грегори Холлоуэя. И часто, очень часто, почти
всегда с ним рядом сидела Луиза. Обняв Ники за худенькие плечи, она уверяла
его, что настанет день. Джек не одобрял подобное утешительство, но в то же
время понимал, что для ребенка это самые драгоценные минуты в его нынешней
жизни, и потому не бранил Луизу за поддержку трагических фантазий мальчика.
Джек взял лассо и начал практиковаться в соответствии с теми советами, какие
дал ему Клэнси во время прошлого урока. Ты слишком много времени тратишь,
чтобы устроить зрелище для леди, — ворчал старик. — А ты просто
бросай эту чертову веревку, и все дела
.
Но половина удовольствия от этого нового рода деятельности заключалась в
мягком жужжании веревки, пока она крутилась над головой, и потому Джек начал
практиковаться в том же духе, что и раньше, устраивая из этого зрелище, но
раз за разом укладывал петлю все более точно. Он определенно был готов
работать с движущейся мишенью и улыбнулся, когда в поле его зрения попала
Джейни, зеленые глаза которой горели озорством.
С минуту Джек любовался не только здоровым загаром девочки, но и светом
радости, который излучало все ее существо. Она стала такой почти с первого
дня их приезда, и свою роль тут сыграли и возня с поросятами, и веселые игры
с Ники, и поиски спрятанных Эйбом сокровищ, и разговоры с Тринити.., во
всяком случае, Джек даже не мог в точности припомнить, как она выглядела в
Бостоне.

— Убегай от меня, но не слишком быстро, — предложил он. — Я
попробую тебя поймать.
— Сестренка с радостным смехом бросилась бежать, а Джек, медленно
раскрутив лассо над головой, метнул его — и промахнулся.
— Ты не можешь меня поймать! — задыхаясь от восторга, выкрикнула
Джейни. — Тринити, смотри! Джек не может меня поймать!
Краем глаза Джек заметил Тринити, медленно идущую по направлению к коралю, и
знакомое чувство сильного желания охватило его. Ее манера двигаться была
такой естественной и привлекательной, и Джек при одном только взгляде на нее
живо представлял себе длинные, стройные ноги Тринити и ее полную, высокую
грудь, которую не слишком успешно пыталось скрыть легкое летнее платье.
— Это не похоже на вас, Джек Райерсон, явиться сюда белым днем и
приняться за упражнения с лассо, — заговорила она с задорной
улыбкой. — Вы уже кончили просмотр документов? Времени хватило?
— Вы имеете в виду завтрашнюю поездку в сиротский приют?
— Да, и к тому же срок следующей выплаты по закладной совсем близок. Мы
с вами еще не обсуждали этот вопрос особо...
— Я собирался обсудить его с вами нынче вечером, если вы готовы.
— Само собой. Я готова всегда.
— Мысль почти пугающая, — усмехнулся Джек.
— Джек, накинь на меня лассо еще раз, — вмешалась в их разговор
Джейни, умоляюще глядя на брата.
Джек начал раскручивать лассо у себя над головой, потом метнул его и ловко
набросил петлю. Джейни вскрикнула в притворном ужасе и попыталась
высвободить прижатые к телу руки.
— Отпусти меня! Тринити, спаси меня!
— Не будьте таким злодеем, Джек! — со звонким смехом воскликнула
Тринити.
— Ведите себя смирно, иначе вы станете следующей, — пригрозил
Джек, подтягивая к себе Джейни и осторожно освобождая ее от пут.
— Да, да, да! — радостно хлопая в ладоши, закричала Джейни. — Поймай теперь Тринити!
— Перестаньте дурить, вы оба, — сказала Тринити, бросив на Джека
грозный взгляд.
Он перехватил этот взгляд и, подобрав освободившуюся веревку, подмигнул
сестренке и принялся снова раскручивать лассо.
— Вы не посмеете.
Тон у Тринити был уверенный, но Джек заметил, что она посматривает в сторону
широко распахнутых дверей амбара, явно намереваясь в случае чего укрыться
там. Он продолжал искушать ее, вращая лассо все быстрее и быстрее, пока
Тринити наконец не пустилась бежать. В ту же секунду Джек метнул петлю, и
она легла точно, прижав руки Тринити к бокам, но не дав ей упасть.
— Bay! — завопила Джейни в полном восторге.
— Ты предательница, Джейн Райерсон, — с улыбкой сказала ей
Тринити, потом повернулась к Джеку с видом повелительницы. — Хороший
бросок, ковбой. А теперь освободите меня немедленно.
Их прервал голос Элены, донесшийся от очага под открытым небом:
— M'ijita! Donde esta? .
— Я здесь! — отозвалась Джейни.
— Ya estan listas las tortillas! .
— О! — Джейни нырнула под веревкой, натянутой между Джеком и
Тринити, и бросилась бежать на призыв. — Тортильи готовы, Джек. Скорей,
пока мальчик не съел их все!
Джек схватил сестренку за плечо свободной рукой:
— Почему ты все время называешь его мальчик?
— Но он и есть мальчик, — возразила Джейни. — Нам надо
спешить, Джек. Разве ты не слышал, что сказала Элена? Las tortillas estan
listas. Их лучше всего есть, пока они горячие, прямо с решетки. Масло на них
тает, они такие теплые, мягкие и delicioso .
— Мы присоединимся к вам через минутку, — пообещал Джек и,
посмотрев вслед убегающей Джейни, обратился к Тринити:
— Ее преподаватель французского языка, похоже, придет в ужас и не
сообразит, как с ней быть.
— С ней все в порядке, и вы это знаете. Вы бы наконец развязали меня?
Джек легким шагом направился к ней, ослабив по пути натяжение веревки.
— Сначала я хочу поговорить с вами.
Щеки у Тринити вспыхнули.
— Отлично. Так развяжите меня.
— Я хочу поговорить с вами в укромном месте, — сказал Джек, слегка
потянув веревку к себе и вынуждая тем самым Тринити следовать за ним к
амбару.
— Довольно, Джек Райерсон. Что, если кто-нибудь увидит, как вы себя
ведете?
— Разве вы не слышали? Estan listas las tortillas. Никто нас не
заметит.
Он ввел ее в полутемный амбар, а дальше препроводил к стойлу, полному свежей
соломы. Уселся сам и, похлопав ладонью по соломе, предложил:
— Садитесь и вы.

— Развяжите меня.
Джек шумно вздохнул, потом потянул за конец веревки сильным рывком, так что
Тринити плюхнулась прямо к нему на колени. Заливаясь смехом, она тем не
менее старалась вырваться из рук Джека, и тогда он уложил ее спиной на
солому, навалился на нее и неотрывно смотрел на ее красивое, особенно
красивое сейчас лицо.
Тринити тоже смотрела на него, в ее фиалковых глазах читалось смущение.
— Что вы делаете?
— Вы меня спросили, закончил ли я просмотр финансовых документов ранчо.
Отвечаю: да, закончил. И если место вашего делового компаньона еще вакантно,
я сочту за честь его занять.
— О, Джек! — Тр

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.