Жанр: Любовные романы
Брак по завещанию
...ть для меня кого-то еще на
тот случай, если вы решите уехать.
Само собой, он должен приняться за поиски нового жениха в тот самый день,
как узнает о вашем категорическом нежелании жениться на мне.
Джек собирался протестовать, однако Тринити не дала ему такой возможности.
— Я знаю, что вы считаете меня не в меру порывистой и скорой на
решения, но по моим расчетам у меня осталось не больше семи недель, чтобы
выйти замуж точно за полгода до годовщины смерти дедушки. Вы согласны?
— С чем? С вашими расчетами? Согласен.
— Таким образом, если приют отклонит наше предложение...
— Не отклонит.
Тринити вспыхнула.
— Это всего лишь гипотеза, сэр!
— Прошу прощения. Продолжайте.
— Если я стану дожидаться в течение двух недель, а потом приют отклонит
наше предложение, а вы решите вернуться в Бостон, тогда почти не останется
времени найти другого кандидата в мужья. Поэтому я намерена написать мистеру
Брэддоку сегодня же.
— Отлично. Как вы уже говорили, он ждет от вас письма.
Тринити снова прикусила губу.
— Конечно, только...
— Да?
— Если вы решите остаться, а приют отклонит наше предложение, чего, по
вашему мнению, быть не может... — Она помолчала, изобразив сладкую
улыбку. — Что нам делать тогда?
Джек медлил с ответом, и Тринити, воспользовавшись этим преимуществом,
добавила:
— Прежде чем дать ответ, вспомните, что я уже пошла на беспрецедентный
для себя компромисс.
— Что правда, то правда, — не удержался от улыбки Джек.
Тринити улыбнулась в ответ:
— Как вы уверяете, приют почти наверняка примет предложение. Но если,
как ни странно, совет опекунов предпочтет оказать уважение воле дедушки...
— Если такое случится, я имею в виду, что мы станем партнерами, а
опекуны примут иррациональное решение после этого, тогда я буду иметь честь
стать вашим супругом на полгода, — заверил ее Джек, твердо убежденный,
что никоим образом не следует ожидать подобного развития событий.
— Правда? — Тринити слегка отступила назад, и щеки ее порозовели
то ли от смущения, то ли от чувства победы. — Какое облегчение узнать,
что вопрос решен.
— Теперь вам легче?
— Само собой. — Ее румянец стал ярче. — Но есть еще одна
крошечная деталь.
Джек поднял брови.
— Рассел Брэддок писал, что вы прекрасная собеседница. Я только сейчас
понял, что он имел в виду. Какую же это крошечную, как вы говорите, деталь
нужно еще обсудить?
— Любопытно, что вы упомянули о мистере Брэддоке, — начала
она, — потому что именно он сделал такое предложение. По его мнению, мы
должны использовать две недели, которые нужны вам для решения вопроса о
возможности инвестиций, чтобы определенным образом подготовиться к нашей
первой брачной ночи.
— Не имею представления, что бы это могло значить, — поморщившись,
сказал Джек.
— Он брачный агент, — напомнила Тринити. — У него огромный
опыт в заключении скорых браков между незнакомыми друг с другом как следует
людьми. Он мне рассказывал о случаях, когда жених и невеста вступали в брак
в день первой встречи. Разве не пугает сама мысль о подобном?
Прежде чем Джек собрался ответить, Тринити поспешила продолжить:
— Мистер Брэддок всегда советует парам подождать, если это возможно,
неделю или две, чтобы получше узнать друг друга.
— В этом есть смысл.
— Для более близкого знакомства он рекомендует вступить в интимные
отношения, а не просто обмениваться сведениями о прошлом и так далее. Хотя и
это, разумеется, очень важно.
— Интимные отношения? — Джек не удержался от смеха. — Дорогая
моя мисс Стэндиш...
— Не продолжайте. Ваша постоянная склонность поддразнивать просто
убийственна, сэр. — Она очень серьезно взглянула на него. — Мистер
Брэддок всего лишь имеет в виду, что мы.., что любая предполагаемая
супружеская чета должна постепенно повышать уровень., словом, уровень...
— Интимности?
— Да. Например, брать друг друга за руки. Целовать или обнимать друг
друга, здороваясь или прощаясь. И так далее и тому подобное, увеличивая..,
увеличивая...
— Степень интимности?
Тринити отшатнулась от него, щеки у нее стали малиновыми.
— Вы становитесь невыносимо грубым!
Джек расхохотался.
— Это абсурдная концепция, мисс Стэндиш. Выдуманная Брэддоком только
ради того, чтобы манипулировать нашими чувствами. Неужели вы этого не
понимаете?
— Он заботился единственно обо мне, сэр. Возможно, вы не в состоянии
представить тревогу такой молодой и неопытной женщины, как я, при мысли о
необходимости делить постель с совершенно чужим человеком. Вам это,
разумеется, смешно.
Джек поспешил сменить тон:
— Простите, что я поддразниваю вас, мисс Стэндиш.
И простите, что я подвергаю сомнению мотивы такого святого человека, как
Рассел Брэддок. Я сочту за честь находиться в более коротких отношениях с
вами в ближайшие две недели.
— Прекратите! — Возмущенная Тринити топнула ножкой. — Наш
разговор окончен. — — Ну что ж, тогда я вернусь к стаду. —
Райерсон ухмыльнулся без малейшей видимости раскаяния. — Не
поупражняться ли нам в поцелуе на прощание?
— Джек!
Тринити пустилась было прочь, но Джек сгреб ее в объятия.
— Имеете ли вы представление о том, как вы прекрасны, когда вот так
сердитесь и краснеете?
— Имеете ли вы представление, какого осла из себя строите? —
выпалила она. — А я еще уверяла Элену, что вы настоящий джентльмен!
Ой! — С этим возгласом Тринити вытянула шею и посмотрела Джеку за
спину. — Тебе нужно поговорить с твоим братом, Джейн? Или со мной?
Джек отпустил Тринити и обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть распахнутые
в изумлении глаза своей сестры.
— Привет, радость моя. — Джек откашлялся и задал довольно глупый
вопрос:
— Т-ты хочешь снова навестить коров?
— Элена говорит, что пора возвращаться, ей уже надо накрывать стол к
обеду. — Девочка глубоко вздохнула и спросила:
— Вы опять поссорились? Когда мы ссоримся, ты, Джек, говоришь, что это
грубо. Почему же не грубо, когда ты ссоришься с мисс Стэндиш?
— Ну, во-первых, мы не ссорились, а просто шутили.
А во-вторых, у взрослых людей бывают свои разногласия, в которых им
приходится разбираться.
— Ты никогда не ссорился с Эрикой.
Джек испустил стон отчаяния, наклонился, подхватил Джейн на руки и подбросил
в воздух.
— С этой минуты каждый раз, как ты упомянешь Эрику, будешь наказана.
Поняла?
— Эрика, Эрика, Эрика.
Джек расхохотался от этой дерзкой выходки.
— Свежий воздух плохо действует на твое поведение.
— И на твое! — весело крикнула девчушка.
Тринити хлопнула Джека по плечу.
— Не пора ли присоединиться к остальным? Если Элена говорит, что надо
возвращаться, никто не смеет заставлять ее ждать.
— Значит ли это, что мы больше не ссоримся?
— Вы отлично понимаете, что это значит, сэр.
К его удивлению Тринити подхватила Джека под руку, другую руку протянула
Джейни, которая тотчас ухватилась за нее.
И они втроем зашагали к Элене и девочкам в дружелюбном молчании.
Когда экипаж наконец скрылся из виду, Джек вскочил в седло Рейнджера и
направился к стаду. Короткая поездка на мустанге, когда он вез Джейн
знакомиться с коровами, убедила его, что Клэнси был прав насчет Плутона: при
всей своей выучке и внешних достоинствах чистокровный жеребец слишком
нервничал вблизи стада, чтобы оказаться полезным.
Рейнджер, наоборот, чувствовал себя как дома среди молодых бычков, и Джек
пришел к выводу, что хорошо тренированный конь мог бы его научить не
меньшему, чем научил его во время их объезда сам Клэнси. Внимание лошади
вскоре привлек отбившийся от стада бычок, и Джек прищелкнул языком, понуждая
тем самым своего коня дать ходу и
показать, как это делается
. В то же
мгновение Рейнджер приступил к делу и, завернув бычка, погнал его к стаду.
Бычок замедлил бег, явно обдумывая, как ему атаковать лошадь и всадника.
Принимая во внимание тот факт, что бычок весил на несколько сот фунтов
больше коня, Джек забеспокоился, как бы ему и его лошадке не пришлось туго.
Однако Рейнджер вел себя не только уверенно, но и смело, и Джек решил
довериться совету Клэнси — по крайней мере на ближайшие минуты.
Бык приближался, сердито фыркая. Рейнджер громко заржал и угрожающе оскалил
зубы. Бык остановился, но Рейнджера это не удовлетворило. Напав на животное,
он куснул его в бок. К вящему удивлению Джека, огромная скотина повернулась
и без дальнейшего сопротивления потрусила к стаду. Однако Рейнджер следовал
за быком по пятам, прихватывая его зубами сзади при малейшем намеке на
замедление, до тех пор, пока животное не вернулось куда положено.
— Неплохо, — похвалил Джека Клэнси.
— Как вы и говорили, Рейнджер сам проделал всю работу.
— Некоторым парням надо несколько недель, чтобы этому научиться. А
бывает, кого-то и вообще не научишь.
А ты самородок, сынок. — Клэнси из симпатии к Джеку перешел на более
короткое обращение. — Если бы тебе не надо было разобраться в цифрах и
подсчитать все доллары, я бы тебя уговорил постоянно работать тут, с нами.
— Я не прочь научиться некоторым трюкам с лассо, которые вы обещали мне
показать, — ответил Джек. — Должен признаться, в этом есть свой
смак. Работа, что и говорить, тяжелая, но и увлекательная.
— Если хочешь по-настоящему позабавиться, понаблюдай, как Рейнджер
управится вон с тем бурым здоровилой. У него на боку клеймо в виде короны.
— Приблудный? — усмехнулся Джек. — И что я должен делать?
— Просто направь Рейнджера к нему, остальное он сам сделает.
Джек поступил в точности, как велел его наставник, и снова Рейнджер взялся
за дело не мешкая и прихватывал бычка Краунов зубами до тех пор, пока тот не
покинул стадо. Некоторое время они рысили за чужаком по дороге, но скоро
Рейнджер убедился, что тот уже не вернется, и повернул назад к тому месту,
где стоял Клэнси.
— Ну как тебе это понравилось? — спросил тот у Джека.
— Просто удивляюсь, почему вы не пускаете Рейнджера к стаду без
всадника.
— Есть такой соблазн, — признался Клэнси. — Ты покрутись
здесь еще немного, если хочешь, сынок, а потом нам надо возвращаться домой.
У меня там дельце, хоть и не очень приятное.
— А мне надо просмотреть несколько счетных книг, — сказал Джек,
умолчав о том, что ему надо успеть помыться и переодеться к обеду: не стоит
появляться перед
нареченной
в пропыленной и грязной одежде, особенно в
свете ее предложения
познакомиться поближе
.
Так похожа на Эрику, рассуждал он, объезжая вокруг стада верхом на
Рейнджере. Полная невинность в сочетании с вызывающим желанием грешить. Но
на сей раз он не намерен противиться. С чего бы, собственно говоря? К тому
же Тринити вовсе не хочет, чтобы их
интимность
зашла чересчур далеко.
А кто знает? — не без веселости подумал Джек. — Может, опекуны
сиротского приюта и вправду отклонят твое предложение, и ты будешь делить
постель с этой красавицей целых полгода. Так потрать грядущие две недели на
то, чтобы по крайней мере подготовить ее к этой потрясающей судьбе
.
Он усмехнулся, понимая, что вероятность подобной ситуации равна нулю.
Опекуны мгновенно сообразят, что надежда получить хоть что-нибудь из
наследства Эйба Стэндиша состоит лишь в том, чтобы принять предложение
Джека. А если не сообразят, он им подскажет либо посоветует обратиться к
официально практикующему юристу. Иначе говоря, он должен сделать все от него
зависящее, чтобы этот брак не состоялся.
— Слишком скверно, — обратился он к Рейнджеру с философической
усмешкой. — Она соблазнительна во многих отношениях, однако потом... —
Его игривое настроение сменилось жесткой решимостью. — Такой была
Эрика. Я не хочу еще раз совершить подобную ошибку, на время или иначе.
Четырьмя часами позже Джек чувствовал себя усталым, как никогда в жизни, к
тому же у него возникло ощущение, что в последующие часы ему придется
страдать от душевной боли, не менее сильной, чем усталость. Однако день
оказался продуктивным: он близко познакомился с той работой, на которой было
основано и от которой зависело процветание
Сломанной шпоры
в настоящем и
будущем.
Они вместе ехали домой, и Клэнси оказался превосходным источником сведений
по истории ранчо, особенно во всем, что касалось вражды между Стэндишами и
Краунами. Джек заметил, что забор между двумя владениями не соответствует
своему главному назначению — удерживать стада по отдельности: за все время,
что он провел, объезжая стадо верхом на Рейнджере, он то и дело натыкался на
животных с клеймом в виде короны. Да и Клэнси подтвердил, что забор этот не
более чем символ. Он принес с собой куда больше проблем, чем реальной
пользы, и обходился дорого, особенно если учесть необходимость постоянного
патрулирования и столь же постоянных починок. Но Эйб Стэндиш настаивал на
его возведении, а Клэнси неукоснительно следовал традиции.
Когда они добрались до загонов, Джек задал вопрос, который уже много часов
сидел у него в голове.
— Вы верите, что Уолтер Краун убил Эйба?
Клэнси сложил губы трубочкой:
— У старика Уолта много плохого. Я у него проработал пять лет, мне это
хорошо известно. Убийца ли он? Такого я не мог бы сказать ни об одном
человеке, если бы не был полностью уверен.
— Я разделяю это чувство. И вы слышали, я уверен, что шериф и врач
считают смерть Эйба результатом несчастного случая.
— Да, я об этом слышал.
— Эйб упоминал при вас о приступах головокружения?
Клэнси кивнул.
— Они все время усиливались.
— Стало быть, возможно, что произошел несчастный случай?
Клэнси в ответ передернул плечами и сказал:
— Но ведь человек, у которого то и дело кружится голова, не станет
слишком близко подходить к самому краю обрыва, верно?
— Это как сказать.
— Я считаю, что его толкнули, — произнес наконец Клэнси. — Но
я не могу утверждать, что толкнул его Уолт.
И не могу придумать, кому еще это было бы нужно. А вы?
Он устремил пристальный взгляд на Джека, словно бы говоря:
Думайте что
хотите, но не вынуждайте меня называть убийцей кого бы то ни было без прямых
доказательств
.
— Все ясно, — сказал Джек.
Он спешился, потрепал по шее Плутона, на котором ехал теперь, и подошел к
Рейнджеру, желая освободить тяжело поработавшую лошадь от седла и сбруи.
Рейнджер вполне заслужил право побегать на свободе.
— С лошадьми я сам управлюсь, — заявил Клэнси. — А вы
побудьте пока с вашими девочками. Как вижу, они нашли для себя полезное
дело.
Джек обернулся в ту сторону, куда смотрел старый ковбой, и, к своему
великому удовольствию, увидел, что Мэри и Луиза и вправду занялись полезным
делом: они снимали с веревок, натянутых между кухней и кладовой, высохшее на
солнышке белье. Джек быстро направился к ним и похвалил обеих за готовность
поработать. Потом спросил, где Джейни.
— Она в конюшне вместе с Тринити, — ответила Луиза. — Ей
только бы играть с поросятами, больше ничего.
Работник натаскал в стойло много свежего сена, так что Джейни может
забавляться не пачкаясь. — Тут кузина окинула Джека неодобрительным
взглядом. — А ты опять весь в пыли.
Джек хлопнул ладонью по своим брюкам, в воздух поднялось облако пыли, и Мэри
закричала:
— Уходи отсюда! Ты перепачкаешь чистое белье!
— Простите, мисс. — Джек улыбнулся и приподнял шляпу. — Пойду
в дом и вымоюсь, пока вы обе сделаете тут всю работу.
Мэри рассмеялась.
— Это вовсе не похоже на работу. Какой чудесный был день! Я так рада, что ты взял нас с собой.
— Я тоже рад. — Он обратился к Луизе:
— Ну а ты?
Тоже рада?
Луиза пожала плечами.
— В Сан-Франциско мне больше понравилось. Но и здесь неплохо. По
крайней мере пока.
— Ей скучно, потому что здесь все мужчины старые, — съязвила Мэри.
— Все молодые заняты объездами, — объяснил Джек, про себя добавив,
что оно и к лучшему. Меньше всего он сейчас нуждался в целой ораве букару,
выманивающих по ночам Луизу из ее спальни через окно.
Джек глянул в сторону конюшни, подумав, что забавно было бы полюбоваться на
Джейни, играющую с поросятами, но решил, что стоит переодеться, прежде чем
встречаться с хозяйкой дома. Направляясь к дому мимо кораля, он с удивлением
заметил на дороге трех всадников, скачущих прямо к парадному крыльцу.
— Гром меня разрази! — буркнул Клэнси, хлопнув Плутона по крупу,
чтобы тот отправлялся в загон. Потом старый ковбой затворил ворота загона,
не сводя глаз с нежданных гостей.
— Вам эти люди вроде бы знакомы? — спросил Джек.
— Это Уолт Краун и два его парня.
— Ну, в таком случае и меня разрази гром.
— Я скажу, что им тут делать нечего.
Джек удержал старшего рабочего за руку.
— Не спешите. Как я понимаю, это может быть хорошим знаком. Возможно,
им, как и мне, опостылела кровная вражда и они решили начать все заново.
— Мисс Тринити не понравится их появление здесь И она не одобрит вашего
знакомства с ними.
— Она мне только сегодня говорила, что доверяет моему суждению во всем,
что касается управления ранчо. И к тому же, — добавил он,
подмигнув, — она сейчас в конюшне с Джейн и пробудет там еще какое-то
время. Давайте сделаем хотя бы первый шажок.
Он встал перед домом и, положив руки на бедра, ждал, пока всадники не
подъехали совсем близко. Тогда он сдвинул шляпу на затылок и проговорил
совершенно невозмутимо:
— Добро пожаловать в
Сломанную шпору
. Я Джек Райерсон, друг семьи.
Чем могу быть полезен?
— Вы новый партнер? — спросил старший из троих всадников,
перебрасывая ногу через спину лошади и тяжело опускаясь на землю;
улыбнувшись, он протянул Джеку руку. — Я Уолт Краун. Полагаю, вы обо
мне уже слышали.
Джек кивнул и пожал протянутую руку.
— Вы владелец ранчо, расположенного к югу от
Шпоры
.
— Это все, что вы слышали? — Уолт Краун усмехнулся и повернулся к
своим спутникам. — Два эти кисляя — мои сыновья. Ну, мальчики, идите
сюда. Где же ваши хорошие манеры?
Старший из парней нахмурился и даже не подумал выполнить приказ отца.
Младший, помедлив самую малость, спрыгнул на землю. Вытер ладонь о штаны и
протянул Джеку руку.
— Я Рэнди Краун, сэр. Приятно познакомиться.
— Взаимно, — сказал Джек и пожал руку Рэнди.
— Фрэнк, а ну, тащи сюда свою задницу, живо!
Старший сын зло прищурился, однако подчинился отцу и присоединился к
остальным. Прежде чем протянуть Джеку руку, он окинул его быстрым
оценивающим взглядом.
Джек собрал волю в кулак, поняв по выражению лица Фрэнка, что тот готов
скорее сломать, чем просто пожать ему руку. Однако он не дрогнув выдержал
мощную хватку и произнес:
— Добро пожаловать в
Сломанную шпору
, мистер Краун.
Отец снова усмехнулся, понимая, что мужчины готовы схватиться не на шутку
вопреки деланному внешнему бесстрастию. Оба наконец опустили руки,
старательно скрывая неприятные ощущения, и Уолт сказал:
— Мы не ожидали, что нас встретят дружелюбно, Райерсон.
Джек обменялся с ним выразительным взглядом и ответил:
— И тем не менее вы приехали.
— Нам с вами необходимо кое-что обсудить.
Джек заметил в глазах у главы семейства проблеск удивления и подумал, уж не
впервые ли Краун переступает порог дома Эйба Стэндиша. Судя по выражению
лица старшего из сыновей, тому это было не по душе.
А младшему? Глаза у Рэнди были широко распахнуты, а рот приоткрыт, но это
относилось явно не к приглашению войти в дом. Внимание парня было приковано
к чему-то другому, и это
другое
находилось у Джека за спиной.
Джек обернулся, полагая, что на сцене появилась Тринити и вот-вот начнется
сражение, однако он ошибся: это Луиза неслышно подошла к собравшимся и
теперь с испытующей улыбочкой на хорошеньком личике разглядывала нежданных
гостей.
— Это моя кузина, мисс Луиза Райерсон. Милая моя, этот джентльмен — наш
новый сосед, Уолтер Краун. А это его сыновья, Фрэнк и Рэнди.
— Добро пожаловать в
Сломанную шпору
, — проворковала Луиза, не
сводя глаз с младшего Крауна.
Уолт приподнял шляпу.
— Добрый день, мисс Райерсон.
Младший Краун подошел ближе к девушке.
— Приятно с вами познакомиться, мисс. Я Рэнди. Живу вон там. — Он
ткнул рукой куда-то назад и глуповато улыбнулся. — Я очень-очень рад
нашему знакомству.
Луиза покраснела.
— Я тоже рада с вами познакомиться.
Уолт расхохотался:
— Мы приехали сюда поговорить по делу, Райерсон, но, как я понимаю, от
этого парня нам теперь никакой пользы не будет. Мы слышали, что вы привезли
с собой вашу семью, но никто не упомянул о том, какие у вас красивые
родственницы. — Повернувшись к Рэнди, он добавил сухо:
— Почему бы тебе не познакомиться поближе с мисс Райерсон, пока мы с
Фрэнком потолкуем о делах с ее двоюродным братом?
— Джек? — Луиза с надеждой посмотрела на брата. — Он мог бы
помочь нам во дворе. Я и Мэри были бы рады с кем-нибудь поболтать, пока мы
там работаем. Если вас, — поспешила она добавить, обращаясь к
Рэнди, — это устраивает.
— Меня это очень даже устраивает, — заверил тот.
— Тогда идемте.
Луиза поманила юношу за собой, и парочка мгновенно скрылась за углом дома.
Все еще улыбаясь, Краун-старший повернулся к Джеку — Кстати, о красивых
женщинах, где же новая владелица ранчо?
— Почему бы вам не рассказать мне сначала, какова цель вашего приезда
сюда? Если я пойму, что это может ее заинтересовать, я попрошу мисс Стэндиш
присоединиться к нам. — С этими словами Джек поднялся по ступенькам
крыльца и широко распахнул дверь. — Мы можем поговорить в кабинете.
Оба Крауна последовали за ним и, войдя в большую прихожую, сняли шляпы.
— Вот уж не думал, что когда-нибудь попаду в этот дом, —
проговорил Уолтер.
— А я никогда и не хотел сюда попасть, — возразил отцу
Фрэнк. — Давай покончим поскорее с этим делом.
У отца глаза полыхнули огнем.
— Мистер Райерсон, приношу вам извинения за моего сына. Его мать
умерла, когда он был всего трех футов ростом, а мне с тех пор не удалось
научить его хорошим манерам.
— Я обращаюсь с людьми так, как они заслуживают, — отрезал
Фрэнк. — Мы здесь не для того, чтобы любезничать. Мы приехали
предложить двойную цену за эту землю. Разве этого недостаточно? И незачем
строить из себя дураков.
Джек приложил все усилия, чтобы сохранить приветливое выражение лица.
—
Сломанная шпора
не продается, мистер Краун. Я уверен, что вы об
этом знаете.
— А если бы продавалась, то не Крауну, не так ли? — Уолт
передернул плечами. — Я полагал, что хорошенькая маленькая кошечка так
и думает, но когда услышал, что она пригласила в качестве советника
известного бизнесмена из Новой Англии , то решил, что вы, быть может,
вложите ей в голову хоть немножко здравого смысла. Или я, или банк,
Райерсон. Если банк откажет в праве выкупа закладной, ни вы, Райерсон, ни
девушка ничего не получите. Я предлагаю вам выгодную сделку.
— Все выплаты по закладной были сделаны полностью и вовремя, —
спокойно ответил Джек. — Опасаться отказа банка не приходится, мистер
Краун. И как я понимаю, мы вряд ли с вами сойдемся в оценке ранчо, так что
пока нет смысла говорить о двойной цене. С другой стороны, — со вздохом
продолжал он, — я считаю, что в наших общих интересах было бы получше
узнать друг друга. Мы ж
...Закладка в соц.сетях
