Жанр: Любовные романы
Счастье найдет тебя
...? — спросила Бе—линда, когда они спустились по лестнице и
дви—нулись к гостиной. — Здесь?
— Да, я снимаю в Ла-Барро квартиру вместе с подругами, — ответила
гостья.
Интересно, что бы графиня подумала, если бы узнала, что означает
жить с
подругами
? Одна приятельница проводит Стефани тайком на чер—дак, где можно
спать на полу вместе с тремя дру—гими девчонками, а вся ее собственность
—спальный мешок.
В гостиной никого не было, но через открытое в парк окно хозяйка и гостья
могли видеть на террасе Конрада, снова беседующего с той рыже—волосой. Они
вышли, сели за резной стол, и Кон—рад подвел к ним свою собеседницу.
— Белинда, у тебя есть какие-нибудь поже—лания для Марии в отношении
приема на вино—градных плантациях?
— Да. Извините, Стефани, я должна вас на минутку покинуть.
Белинда ушла вместе с миссис Леннон, Кон—рад уселся рядом с гостьей.
— Я вижу, вы подобрали себе неплохой —наряд.
— Да уж, получше, чем купальный халат. — Вы и в халате выглядели
очаровательно.
Она улыбнулась ему, довольная, что услыша—ла то, что ей хотелось.
— Благодарю вас. — Подперев подбородок рукой, девушка внимательно
взглянула на Кон—рада. Он ответил заинтересованным взглядом.
— Вы надолго приехали сюда? Не к нам, я имею в виду, а в Ла-Барро...
В его вопросе послышался добрый знак.
— Вообще в ближайшее время уезжать не собираюсь.
Хозяин, дабы не заскучала гостья, заговорил о торжествах, растянувшихся на
неделю, о гото—вящемся празднике на виноградных плантациях. Гостья выказала
живейший интерес.
— Вы на главной виноградной плантации выращиваете виноград на продажу
или делаете вино?
— Делаем, но не так, как прежде. Наши рабо—чие уже не давят ногами виноград, чтобы выжать сок.
Стефани сморщила нос.
— А почему они больше не делают этого?
Конрад, протянув руку, легонько дотронулся пальцем до носа девушки.
— Вот именно по той причине, по какой вы сморщили ваш носик. В нынешние
времена никто не станет покупать вино, зная, что в нем купались крестьянские
ножищи. Люди сейчас очень при—вередливы. Все должно быть изготовлено с
пре—дельным соблюдением гигиенических норм.
Последнюю фразу он произнес с неодобри—тельными нотками в голосе, что
Стефани приня—ла как подсказку для продолжения разговора. Хозяин явно не
одобряет новаций, как не согла—сен и со снобизмом привередливых людей.
— Что касается меня, то я вовсе не вижу ничего плохого в дедовских
методах приготовления вина. Может быть, вы не согласитесь со мной. Но мне
видится в этом некоторая роман—тика. А вы сами пробовали давить виноград
ногами?
— Было. Правда, много лет назад.
— Залезали в большую бочку и там марширо—вали? — засмеялась
Стефани. — В виноградной жиже по щиколотку или по колено?
— Это была не бочка, а большое каменное корыто или чан. Большинство
рабочих стояли в винограде по колено. Но вам, милая Стефани, боюсь, виноград
был бы по пояс. — И он взглянул на ее ноги.
— Вы могли бы пощадить меня и не упоминать про мой рост.
— Вам не нравится ваш рост?
— Чаще всего от этого происходят одни не—приятности, — призналась
она.
— Не думаю, вы такая изящная.
Ответ понравился — приятный комплимент мимоходом. Конрад, видимо, более
опытен в от—ношениях с женщинами, чем она думала. Он вовсе не пользовался
репутацией плейбоя— — этот титул безраздельно принадлежал Рэю. Мол—ва
донесла — Конрад серьезный человек, много работающий и довольно сдержанный.
Ну и, ко—нечно, завидный жених — богатый, с прекрасной внешностью, хорошо
воспитанный. Ему за три—дцать — самое время подыскивать жену. Но по семейной
традиции претенденткой будет только блондинка. Брюнетки, а также шатенки со
вздо—хом оставляли его в покое, поняв, что кокетни—чать с ним — напрасная
трата времени. А блон—динками эти южные края не богаты. Глупый принцип
семьи, возможно, оберегал завидного жениха от излишней суеты на женском
фронте.
За их спинами появился Рэй. Он вышел на террасу и прислушался к беседе.
Подтащив стул, сел на него верхом, положив руки на спинку. Досадно, что он
вторгся в разговор, но ничего не поделаешь, надо продолжить беседу.
— Мне показалось странным, что ваш отец, выросший в семье виноделов, не
интересуется главным делом семьи.
— Откуда у вас такая информация?
— Кто-то из гостей мне рассказал, что ваш отец художник и даже не
держит акций фамильной винодельческой фирмы, — выпалила она, в душе
проклиная себя за то, что обнаружила из—лишнюю осведомленность.
Конрад утвердительно кивнул.
— Да, это так, но тем не менее отец Рэя ценит хорошее вино.
Рэй посмотрел на нее смеющимися глазами.
— Но кто вам все-таки сказал, что он— художник? — спросил он с
ехидцей, словно желая вывести всезнайку на чистую воду.
Но Стефани оказалась достойной противницей.
— Разве не вы сами мне сказали об этом? — —спросила она с
притворным простодушием и, не дожидаясь ответа, обернулась к Конраду: — А вы
не интересуетесь искусством?
— Боюсь, что слабо разбираюсь в этом, хотя бываю иногда на выставках.
Недавно был
. — А на последнем вернисаже здесь, у нас?
— Да. Дело в том, что наша фирма — спон—сор этой выставки. Впрочем, это
не значит, что я приемлю творчество всех представленных на ней художников.
— Вам не нравится современное искусство?
Дискуссия перешла в ту сферу, где девушка чувствовала себя довольно
уверенно, поскольку проторчала на этой выставке полдня, узнав, что Конрад
дал деньги на ее организацию. Кроме того, она прочитала кучу статей о модных
худож—никах. Стефани не преувеличивала масштабы своей эрудиции, но не без
удовольствия отме—тила, что на собеседника ее познания произвели
впечатление.
Мешало присутствие третьего лишнего; краем глаза девушка видела, что Рэй
наблюдает за ней, и хитроватая улыбка то и дело скользит по его губам. Он
как будто все знал и ведал.
Стефани испытала облегчение, когда верну—лась Белинда. Молодая женщина села
на диван и заговорила о семейных новостях с упомина—нием лиц, о которых
нечаянная гостья и слыхом не слыхивала. Может быть, ее специально
от—страняют от беседы?
— Извините, на который час назначен ужин?
— О, милая, простите, я очень давно не ви—делась с кузенами, —
сказала Белинда. — Я пони—маю, что наши семейные дела нагоняют на вас
тоску. Рэй, а почему бы тебе со Стефани не по—гулять по парку? Покажи ей
наши владения, а я тем временем поболтаю с Конрадом. Чуть попоз—же я вас
найду в парке и погуляем вместе.
— О, что вы, что вы, беседуйте на здоровье, а я придумаю, чем мне
заняться.
— Нет, теперь уже я настаиваю — гулять так гулять! — оживился Рэй,
вставая со стула.— — В самом деле, Белинда, в свои личные тайн
ы ты
можешь посвятить меня и завтра.
— С чего ты взял, что у меня есть личные тайны?
Рэй нагнулся и чмокнул сестру в щеку.
— У тебя всегда масса таинственных любовных приключений. И так будет до
тех пор, пока не найдется настоящий мужик, который тебя стреножит и
охомутает.
— Нет, вы послушайте этого человека! Какой психолог и специалист по
вопросам любви, брака и коневодства обнаружился в нашем семей—стве! —
фыркнула Белинда. — Перед тем как вый—ти замуж за Поля, я обязательно с
тобой прокон—сультируюсь.
— К вашим услугам, графиня! А развод ког—да — через полгода?
— Через полгода! — возмущенно воскликну—ла Белинда.
Рэй задумчиво взглянул на нее.
— Возможно, я переборщил — трех месяцев хватит?
Схватив первую попавшуюся под руку подуш—
ку,сестра швырнула ею в обидчика,
после чего демонстративно отвернулась.
Стефани вовсе не улыбалось оставаться наедине с Рэем. Чего доброго, снова
начнет допе—катьсвоими намеками. Надо при возможности побыстрее от него
отделаться.
Когда они дошли до конца лужайки, он ска—зал:
— Вы ведь не видели всего нашего парка. Давайте забредем подальше, там
чудесно.
— Благодарю, но мне хотелось привести себя в порядок.
Стефани повернулась и пошла к дому, но Рэй догнал ее и твердыми сильными
пальцами взял под локоть.
— До вечера у вас еще бездна времени. Пойдемте, я покажу вам наш
фруктовый сад. Может быть, какой-нибудь змий угостит нас там ябло—ком.
Рука у него была железная, и Стефани поняла, что он ее не отпустит. Она
бросила на Рэя сердитый взгляд и вынуждена была усту—пить.
Парк был хорош, ничего не скажешь. Искус—ные арки и тоннели из вьющейся
зелени причуд—ливо вбирали в себя солнце. Цветы, подстрижен—ные кустарники.
Прекрасные статуи, каменные скамьи... Глаз не отвести.
— Изумительно! — искренне восхитилась го—стья. — Наверное,
десятки лет потребовались, чтобы вырастить такую живую изгородь.
— Да, не одно поколение людей выросло вместе с этими деревьями.
— Скажите, Рэй, а вот вы и ваша родня дей—ствительно так уж всерьез
чтите своих предков и семейные традиции?
— У вас есть какие-то возражения?
Она дернула плечом.
— Нет, конечно. Просто мне не свойственны подобные чувства.
— Разве у вас не было семьи, своих дедушек и бабушек?
Вопрос некстати. Промолчим. Благо пейзаж давал возможность отвлечь
собеседника и самой отвлечься.
Они дошли до конца зеленого тоннеля и ока—зались на нижнем плато у подножия
холма. Куда ни посмотри, склоны были покрыты фруктовыми деревьями или
аккуратными рядами виноград—ных лоз.
— Все эти земли принадлежат вам? — спро—сила девушка.
— Да, это владения Дома Баго. Когда-то здесь были сплошь виноградники,
но затем мы разнообразили нашу продукцию и стали выращи—вать фрукты для
джемов и компотов.
Подойдя к вишне, Рэй сорвал несколько ягод и протянул гостье.
— Попробуйте.
Вишни темно-красные, крупные. Стефани взяла одну ягоду в рот — сок оказался
горячим, сладким. Смежив веки, она млела от удоволь—ствия. Раньше ей никогда
не доводилось есть вишни, только что сорванные. А те, что она при—носила из
супермаркета, были холодные и почти безвкусные.
— О, сказочно вкусно — Она открыла глаза, вынула косточку изо рта и
обнаружила, что Рэй уставился на нее взглядом, который говорил о многом.
Taкoe не было для нее внове. Многие мужчины так поглядывали, и она знала,
когда можно этим. воспользоваться, а когда нужно бе—жать без оглядки. Тут уж
действовал ее собствен—ный выбор, а не желание партнера. Сейчас мне это
абсолютно ни к чему, подумала Стефани едва ли не с раздражением.
Щелчком отправив косточку в траву, она по—вернулась, чтобы идти обратно к
дому. Но Рэй взял ее за руку.
— Подожди. У тебя сок на губах.
Девушка хотела стереть следы вишни, но Рэй сказал мягко:
— Нет, позволь мне.
Глаза его потемнели. Он наклонился, что—бы слизнуть языком сок с ее губ, но
получил от—пор.
— Держитесь от меня подальше и выкиньте из головы эти ваши
затеи, — предупредила она, глядя на него с неподдельным возмущением.
— А на вид ты весьма сексуальная девочка.
— Мой вид вас не касается.
— Ага, понятно. Ты бережешь себя для Конрада, не так ли? — Рэй
отступил и засунул руки в карманы брюк. — Высоко метишь, Стефани.
Она вскинула голову.
— Высоко? А что же тут плохого, если вы—соко?
— Ну, плохого в этом, может быть, и нет, но мой кузен предпочитает
другой сорт девушек, хоть ты и блондинка. Может быть, цвет твоих волос
надоумил тебя попробовать подцепить Конрада? Ты ведь знаешь нашу мужскую
семей—ную традицию — жениться на блондинках?
Стефани не стала отвечать. Она почувствова—ла угрызения совести из-за того,
что однажды, прочитав об этой традиции в каком-то журнале, действительно
подумала, что имеет маломальский шанс — ведь она натуральная яркая
блон—динка.
Она зло посмотрела на мужчину, и тот не—медленно истолковал это как
подтверждение своих слов.
— Так и думал! — Он радостно хохотнул. —Если бы ты знала, сколько
белокурых девиц —натуральных и крашеных — вешались Конраду на шею!
Блондинка не блондинка, шут с ним! Но ведь сумела же она разговорить
человека, они нашли там, на террасе, общий язык, мило беседовали. Значит,
шанс остается?
— Позвольте вообще усомниться в правиль—ности выбора супруги, словно
лошади, по масти. Ваш брат, мне кажется, выше подобного прин—ципа.
— Не думаю. Конрад стойко блюдет обычаи семьи. Кстати, учти, ненавидит
ложь и коварство. Если он обнаружит, что ты хитростью пробра—лась на
сегодняшний прием и ни за что ударила этого бедного американца — Рэй криво
усмехнулся, — ты вылетишь отсюда со скоростью мол—нии.
— Как вы смеете со мной так разговаривать? И вообще, что вы от меня
хотите?
— А почему я должен от тебя чего-то хотеть?
— Мужчины всегда чего-то хотят от женщин, — уверенно сказала
Стефани, памятуя свой уже немалый жизненный опыт. — Вы пытались меня
поцеловать, и вам пришлось не по нраву, когда я сказала
нет
. А теперь вы
еще угрожаете выкинуть меня отсюда. Очень прошу вас — ве—дите себя спокойно.
— Ты меня уже об этом просила, — напом—нил Рэй.
Она покачала головой.
— Нет, я просила вас не мешать мне, а вы теперь пытаетесь меня
шантажировать. Инте—ресно, что я должна сделать, чтобы вы перестали лезть в
мои дела? Лечь с вами в постель? Отдать—ся вам, чтобы вы могли торжествовать
победу над девушкой, которая вам раньше сказала
нет
?
Он поднял голову, впился взглядом в глаза Стефани и, чуть помедлив, спросил
с похотливой улыбкой:
— А почему бы и нет?
— Потому что нет! И всегда моим вам ответом будет — нет. Идите,
рассказывайте вашему брату все, что вы обо мне думаете. Я лучше пеш—ком уйду
отсюда, но вашей не стану.
Она стояла перед ним маленькая, хрупкая, само воплощение отчаянного
сопротивления, гла—за ее горели от ненависти, щеки пылали.
Рэй не сводил с нее глаз и, вынув руки из кар—манов, сжал их в кулаки.
Противоречивые чувства отражались на его лице. Наконец он процедил сквозь
зубы;
— Вам следует знать, Стефани, что на свете встречаются весьма странные
мужчины.
— Что вы этим хотите сказать?
— Хочу сказать, что я, как и Конрад, люблю играть в открытую. Я обещал,
что предоставляю вам шанс попробовать увлечь его, и я говорил правду. У меня
нет намерения доносить, что вы хитрите с ним.
От удивления она открыла рот. — Вы не скажете ему?
— Нет! Да будет вам известно, что я не шан—тажирую девушек, которыми
хочу овладеть. И быть может, вам это покажется удивительным, но я достаточно
хорошо воспитан и принимаю отказ женщины без раздражения.
Он замолк, взволнованный не меньше, чем гостья.
— В таком случае прошу простить меня, — —сказала, запинаясь,
Стефани. Это были единст—венные слова, пришедшие на ум.
Рэй пятерней взъерошил свои волосы.
— Но кто вам подсказал эту идею? Неужто вы сами додумались до такой
авантюры?
— Конечно сама. Извините.
— Ну ладно. Гуляем дальше.
Умопомрачительная природа отвлекла на время от мрачных мыслей. Долго гуляли
молча и вдруг, не сговариваясь, остановились полюбо—ваться закатом.
— Вы не хотите мне рассказать, как это все случилось?
— Как я дошла до жизни такой — это вы хотите узнать?
Он утвердительно кивнул. В ответ — вздох.
— История не очень веселая, вряд ли она вас развлечет. Тем не менее
попытаюсь.
Стефани все еще не верила этому человеку и не очень-то была убеждена, стоит
ли перед ним распахивать душу. И потому изложила на ходу ею же
отредактированную и процензурирован—ную версию своей жизни в последние
месяцы.
— Началось с того, что мне предложили ра—боту недалеко от Ла-Барро,
быть кем-то вроде администратора модного гольф-клуба, куда при—езжает
множество богатых англоговорящих ту—ристов. Поначалу все шло прекрасно, пока
не начался экономический спад. Наша компания разорилась, и я осталась без
работы. К тому же мне не выдали зарплату за два месяца.
Она замолчала. Вспомнит ли он, что в эконо—мическом спаде повинна их фирма?
Но на лице собеседника не отразилось никаких эмоций. Воз—можно, в ее
изложении причинно-следственная цепочка между банкротством какого-то гольф-
—клуба и процветанием Дома Баго четко не про—слеживалась. Да ему плевать на
то, что множе—ство людей лишились куска хлеба. Не стоило и распинаться перед
ним, поэтому Стефани доба—вила сухо и коротко:
— Потом я нашла другую работу — прода—вала лотерейные билеты на
процентной основе, но тут ко всем своим бедам еще заболела и снова осталась
без работы.
— Что с вами случилось? Чем вы заболели? — Ангиной, к тому же с
осложнениями. Я скопила деньги на обратный билет в Англию, врачебная справка
не только не облегчила вылет, а наоборот — мне,
заразной
, билет не
продали. К тому же я себя до того скверно чувствовала, что и физически не
могла отправляться в неблиз—кое путешествие. Так что, в конце концов, все
мои деньги ушли на оплату комнаты, которую я снимала.
— Ну и...
— Одна девушка, которая вместе со мной распространяла билеты, получив
работу здесь, в городе, решила, что и для меня найдется вакан—сия. На
последние гроши я приехала сюда, но ничего не получилось — большинство
компаний предпочитают нанимать гидов из местных. Я смогла найти лишь такую
жалкую работу, что денег едва хватало, чтобы сводить концы с кон—цами.
— И вот тогда-то вы и подумали, что надо подыскать богатого
мужа, — подсказал Рэй с ух—мылкой.
Ну, естественно, что же еще можно предпо—ложить. Сейчас он бы и не поверил,
что на самом деле привело ее сюда. И что заставило остаться здесь. Теперь
речь не только о редакционном задании. Безумная мысль о браке на миг
дейст—вительно промелькнула в голове. Но как объяс—нить это баловню судьбы?
Да и понять ли такое мужчине? С мужской точки зрения, порядочная женщина не
унизится до охоты за богатым жени—хом и не вступит в брак по расчету. Чтобы
за—клеймить таких женщин, у мужчин масса оскор—бительных фразочек:
брачная
авантюристка
,
охотница за деньгами
, в общем,
охмурительница
. А когда
оказываешься в чужой стране безработная, голодная и отчаявшаяся, замужество
представляется совсем не плохим выходом из положения. Но как объяснить
самодовольному собеседнику, что и замужество для нее отнюдь бы не означало
примитивную куплю-продажу. Муж сделал бы весьма ценное приобретение — она
была бы любящей, исключительно заботли—вой женой. Ему не на что было бы
жаловаться. Уж это она знала наверняка.
— Брак — еще более древнее занятие, чем проституция, — выпалила
она, вместо того чтобы делиться своими грустными мыслями.
Он быстро взглянул на нее и спросил:
— Ну а если я оплачу вам обратный билет, вы улетите к себе в Англию?
Стефани рассмеялась.
— Какой смысл? В Англии мне будет хуже, чем здесь: устроиться на работу
там так же трудно, а получить жилье вообще, наверное, не—возможно.
— Но ведь семья-то у вас должна быть?
— Нет у меня семьи.
Стефани резко повернулась и зашагала по тропинке вверх, к дворцу, не
оглядываясь, но чувствуя, что не осталась без спутника.
Они дошли до дома, и Рэй взглянул на часы. — Я думаю, пора готовиться к
ужину. С семи тридцати в гостиной уже подают выпивку.
Вместе с гостьей он поднялся по широкой мраморной лестнице парадного
подъезда. Они прошли по коридору и остановились неподалеку от двери ее
комнаты.
— Увидимся позже, — сказал он.
Стефани приняла душ, вымыла голову и высу—шила волосы феном, не торопясь
наложила кос—метику. Потом натянула элегантное облегающее платье из черного
бархата. Почувствовав себя полностью готовой к выходу, она остановилась
перед длинным зеркалом. Нечасто девушка вы—глядела так великолепно.
Радостное волнение наполнило душу. Она почувствовала желание жить, прилив
светлых надежд — давненько не приходилось испытать этих чувств! Однако жизнь
научила ее — чем радужней надежды, тем горше их утрата. Только не хотелось
слы—шать собственные предостережения. Как же при—ятно чувствовать свою
привлекательность, как хочется забыть хоть ненадолго все печали-го—рести.
Без двух минут восемь девушка вышла из комнаты. Из зала доносились голоса — гости начали собираться.
Стефани поднялась по лестнице и сверху, с площадки, наблюдала некоторое
время, как Кон—рад и его дед приветствуют прибывающих гостей. Она словно
смотрела фильм: хорошо одетая со—лидная публика, голоса, смех, великолепные
де—корации. Не верилось, что ей предстоит играть роль в этом фильме, стать
частью некоего дейст—ва. В зале появились, держась за руки и смеясь, Рэй с
сестрой. Белинда выдернула руку и, под—бежав к какому-то пожилому гостю,
чмокнула его в щеку. Рэй пошел за ней, но что-то заставило его поднять
голову. Увидев Стефани, он застыл на месте, и тогда Конрад тоже посмотрел в
ее сторону. То был великий момент в жизни девуш—ки — оба брата окаменели,
вытаращив на нее глаза. Стефани улыбнулась и легко сбежала по ступеням. Рэй
отступил в сторонку и позволил брату первым приветствовать Стефани. Конрад
взял ее руку и задержал в своей.
— Вы выглядите обворожительно. — Глаза мужчины потеплели. В улыбке
его можно было увидеть нечто большее, чем одобрение.
— Да, это платье вам очень идет, — сказала подошедшая Белинда и,
положив руку на плечо Конрада, сообщила, что дед желает знать, кто эта
гостья.
— Ну, Стефани, что мы ему скажем? — Внешне Белинда держалась с ней
по-прежнему тепло и дружески, но женской интуицией Стефани мгновенно
почувствовала затаенную антипатию. Почему? Зависть? Неужели велико—светская
красавица настолько тщеславна, что чей-то успех для нее непереносим? Да и
нечего избалованной всеобщим вниманием женщине нервничать — в своем
облегающем серебряном платье та выглядит потрясающе. Так что не стоит ломать
голову над причудами женской психики и переменчивостью настроений. Раз есть
возмож—ность наслаждаться жизнью — будем наслаж—даться.
Конрад подвел Стефани к старому Баго, представил ее как свою приятельницу, а
затем отвел в гостиную, где подал ей бокал вина. Здесь она познакомилась с
другим двоюродным братом — Невиллом и его женой Стеллой, на которой было ярко-
красное просторное платье, не только не скрывавшее, но подчеркивавшее
беременность. Но
,как ни странно, наряд очень ей шел.
— Я знаю, что в темном платье лучше вы—глядела бы, — призналась
она Стефани. — Но от этого мог бы загрустить мой малыш, а я хочу, чтобы
он был веселым и счастливым.
— Ты — сумасшедшая, — сказал Невилл и нежно поцеловал супругу.
Подошла Белинда, отвела Стефани в сторон—ку и предложила:
— Если хотите, можете познакомиться с ро—дителями Рэя. — И,
понизив голос, сказала: — Правда, жена кузена выглядит потрясающе?
Посмотришь, и самой хочется забеременеть. —Затем, сменив тон, добавила: —
Пока что Не—вилл — единственный из молодого поколения Баго, кто женился на
блондинке. Возможно, Рэй и Конрад не пожелают продолжать эту тради—цию, тем
более что блондинки всех оттенков постоянно вешаются им на шею. Я думаю, что
братья правы, — пора кончать с этим обычаем. Вы согласны со мной?
— О, абсолютно согласна, — с готовностью откликнулась Стефа
...Закладка в соц.сетях
