Жанр: Любовные романы
Счастье найдет тебя
... от парня, влюбленного в Белинду, как ваша
любовница подсунула мужу ребенка, кото—рого вы с ней зачали. И после этого у
вас хватает неприкрытой наглости обвинять меня в аморальности.
— Но та статья, которую я нашел в кухон—ном столе, далека от
юмора, — сказал Рэй хрип—ловатым голосом.
— Правильно, но дальше кухни она никуда не ушла. Я написала ее, чтобы
отвести душу, выпустить пары после очередного вашего суди—лища, однако у
меня не было намерения прода—вать ее. Хотела разорвать, да за всеми дела—ми
забыла. — Она вскинула голову. — Вопреки вашему мнению обо мне, я
никогда не зарабаты—вала тем, что лила на кого-либо грязь, даже на вас, двух
лицемеров, тем более если есть риск запятнать ни в чем не повинное существо.
Ваш ребенок даже не знает, какой подлец его истин—ный папаша! — Это она
бросила в лицо Конраду, и он покраснел от замешательства.
— Но вы пытались шантажировать меня, —вмешалась Белинда. —
Помните, в тот день, когда заявились в ресторан вы назвали имя Пат—рика
Чейза.
— Где же тут шантаж?
— Как это где? Для чего еще вы упомянули его имя, если не для того,
чтобы я купила ваше молчание.
Стефани рассмеялась.
— О Боже, вспомните, я пришла и сказала, что хочу вам помочь. Я думала,
что вы и этот Патрик еще любите друг друга. Посчитала, что ваш брак, может
быть, из-за него и распался. Если бы вы не помешали, я сказала бы, что он
вовсе вас не бросил. Вас разлучил с ним настыр—ный постоянно лезущий в чужую
жизнь братец. Я хотела сказать вам, где можно отыскать Пат—рика. У меня был
его калифорнийский телефон—ный номер. — Стефани насмешливо взглянула на
нее. — А оказалось, что для вас его имя — пустой звук. Настала очередь
покраснеть Белинде. Она хо—тела что-то сказать, но вмешался Конрад:
— Факт остается фактом — документы из сейфа исчезли. Вы их держите про
запас?
Стефани засмеялась и покачала головой.
— Если бы на мне были те грехи, которые вы мне приписали, я давно бы на
ваших тайнах разбогатела. Вы считали, что деньги для меня все. Если бы они
были моей целью, я поста—ралась бы выжать из вас побольше за уход от Рэя,
тем более когда обнаружила, что беременна.
Белинда ахнула, а Конрад с недоумением уставился на нее.
— Вы беременны? Вы в этом уверены?
— Она избавилась от беременности, — мрачно произнес Рэй.
Стефани гордо вздернула подбородок, пока—зывая, что не собирается обсуждать
с ними эту тему, и продолжила:
— Все, что мне требовалось, — это получить от Рэя при расставании
заранее обещанную мне сумму... — Она бросила на него саркасти—ческий взгляд
и закончила фразу: — ...сумму, которую я, как мне кажется, честно
зарабо—тала.
Несколько секунд все молчали, но Конрад ре—шил все-таки добиться полной
ясности в вопросе, который волновал его больше всего:
— Бумаги тем не менее исчезли. Верните!
Стефани передернула плечами:
— Мои вещи упаковывал Рэй. Спросите его, укладывал ли он в чемоданы
ваши документы. Кроме того, он в тот день вытряхнул из моей сумочки все
содержимое. Вот и поинтересуйтесь у него, были ли в ней ваши ужасно важные
бумажки.
— Не было, — подтвердил Рэй. Он смотрел на Стефани не отрываясь.
— Тогда где же они? — упорствовал Кон—рад.
В нью-йоркской квартире, естественно. В кухонном ящике.
— Должно быть, ты уехал из Нью-Йорка следом за мной, — обратилась
она к Рэю. —Когда ты вернешься, то найдешь мое письмо. В нем я написала, где
искать ваши бумаги. —Стефани помолчала и добавила: — Кстати, в письмо вложен
чек — ты мне дал сверх оговорен—ного, а мне больше не требуется. — Рэй
всплеснул руками, но не успел и слова вымолвить, по—тому что она быстро
продолжила: — В письме также говорится, что любые события прошлой жизни
Белинды и Конрада — их сугубо личное дело и меня не касаются. Ошибки делает
каждый, без этого не проживешь, но невозможно про—стить то, что было
проделано со мной, вот почему я никогда....
Она остановилась на полуслове, потому что Изабель стала бешено колотить
кулаками в дверь спальни и кричать, чтобы ее выпустили.
Конрад вынул ключ из кармана и сказал: — Если выяснится, что вы солгали нам
и ваша сомнительная статья все-таки появится в прессе...
— Этого не случится, — коротко ответила Стефани.
— Я за нее ручаюсь, — неожиданно пре—рвала брата Белинда. — Я
благодарна Стефани за то, что теперь знаю правду. Скольких бы бед мне
удалось избежать, узнай я ее раньше! Когда в кафе ты произнесла имя моего
парня, я, ко—нечно, сразу вспомнила все, но мне не хотелось, чтобы ты знала,
как много Патрик для меня когда-то значил.
Стефани смотрела на нее с удивлением, что-—то уж очень непривычны и эти
слова, и интона—ция. Так и скрывала свою искренность и боль под оболочкой
холодной светскости. И хоть скорлупа у Белинды была инкрустирована
бриллианта—ми, это весьма хрупкая защита от обид, на—носимых жизнью.
Неплохая она, наверное, женщина, да вот только их обеих ослепила обоюдная
злость.
Рэй прервал размышления Стефани. Он взял ее за руку и заглянул в глаза.
— Ты что-то еще хотела сказать?
Изабель уже колотила в дверь не только кула—ками, но и ногами, и Конрад
наконец поспешил ее освободить. Выкрикивая по-испански руга—тельства,
девушка вылетела из спальни.
Рэй попытался взять за руку и Изабель, но она обрушила на него град
обвинений:
— Из-за вас Стефани выкинули из общежи—тия на улицу. Это вы все
подстроили. Вы знали, что у нее нет ни гроша и поэтому она вынуж—дена будет
уйти к вам и спать с вами!
— Я вовсе не ходил в ваше общежитие. — Рэй ничего не
подстраивал, — вмешалась Белинда. И, побледнев от волнения,
призна—лась: — Это моя работа. я была так зла...
Стефани пожала плечами.
— Теперь это уже не имеет никакого значения. Представляю себе, каким
ударом для тебя было то, что, восстановив против меня Конрада, ты тем самым
расчистила дорогу его братцу.
— Все было не так, — резко возразил Рэй. — Не так? Ну, да,
впрочем, и это тоже не имеет значения. — Стефани подняла руку и
от—бросила прядь волос с лица. — Пожалуй, действительно все сказано.
Пошли, Изабель.
Рэй загородил ей дорогу.
— Я должен поговорить с тобой наедине. — Нам не о чем
говорить! — выпалила Стефани, повернулась и торопливо вышла.
С букетом свежих цветов Стефани шла по длинному коридору бывшего монастыря.
Вла—дельцы потратили целый год и кучу денег, чтобы превратить монашеские
кельи в номера пяти—звездочного отеля, трапезную — в шикарный ресторан, а
монастырский двор — в чудесный сад с фонтаном.
Стефани получала огромное удовольствие от того, что живет и работает в таком
чу—десном месте. Она поднялась на смотровую площадку, чтобы в тиши и
одиночестве поразмы—слить о своей жизни.
Свежий ветерок шевелил ее волосы. Она взглянула на небо. Уже пришла осень,
летний зной спал, его сменило мягкое и приятное бабье лето. Виноград
собрали, и сок уже бродил в огромных чанах.
Стефани услышала за собой шаги, удивлен—но обернулась и оцепенела, увидев,
что по тро—пинке к ней поднимается Рэй. Он торопился, словно боялся, что она
ускользнет от него, и не—сколько секунд не мог отдышаться.
— Как ты нашел меня? — Собственный го—лос показался ей чужим.
— Поехал в общежитие, нашел Изабель и заставил ее сказать, где тебя
можно найти.— — Жадно вглядевшись в ее лицо, он смущенно спросил: — Скажи
мне правду — ты сделала аборт или нет?
Она не стала увиливать и призналась:
— Я сказала тебе то, что, по-моему, ты хотел от меня услышать. Но когда
сообразила, что не угадала твоего желания, и думала сказать правду, ты уже
рассвирепел и меня уже не слышал.
— Но ребенок-то остался?
— Да, конечно.
— Я что-то ничего не понимаю...
— Глаза ее стали печальными.
— Конечно... Где уж тебе понять... С самого начала ты презирал меня как
человека, считал хищницей, шлюхой. Ты даже решил, что я за—беременела только
для того, чтобы заставить тебя жениться на мне. Не мог даже предста—вить,
что у женщины могут быть какие-то другие причины хотеть ребенка. — Она
гневно отверну—лась от него. — Не понимаю, какого черта ты сюда явился.
Уходи!
— Нет, никогда! — В тоне его прозвучала такая непреклонная
решимость, что она удивлен—но повернулась к нему.
— Больше ты от меня не убежишь. Я твер—до решил быть с тобой и с
ребенком. Я буду любить вас обоих и заботиться о вас, нравится это тебе или
нет. Больше между нами не должно быть никаких недоразумений.
— Спасибо тебе за твое предложение, но у меня есть работа, и я смогу
сама о себе поза—ботиться. Возможно, твоя помощь понадобится позднее, когда
родится ребенок. Но ты сам мне не нужен.
— Неужто в самом деле не нужен?
Глаза их встретились. Он напряженно всмат—ривался в нее, словно хотел
заглянуть ей в душу.
— Да, в самом деле. — Стефани отвернулась, потому что не могла
выдержать его взгляда, ибо лгала ему.
Он нежно погладил ее по голове.
— Но ты мне нужна! — В отчаянии он схватил ее и повернул к себе
лицом. — Я люблю тебя и жить без тебя не могу. Если бы ты знала, какая
провел последние месяцы, как старался не—навидеть и в то же время хотел
тебя, тосковал по тебе, мучился. Каждый день без тебя был для меня адом.
Рэй прижал Стефани к себе и напряженно вглядывался ей в глаза — понимает ли
его эта женщина?
А она не могла произнести ни слова. Так вот, значит, какое оно — счастье!
Рэй истолковал молчание по-иному. Выпу—стив ее из объятий, он посмотрел
вдаль на реку и проговорил с тоской:
— Я понимаю, что после всего случившего—ся гордость не позволяет
принимать от меня по—мощь, но я все равно буду помогать тебе. Ты не сможешь
выкинуть меня из своей жизни.
Глядя на его опечаленное лицо, Стефани решилась сказать то, о чем думала в тяжелые дни одиночества:
— Я оставила ребенка. Знаешь почему? Сам подумай, как же я могла
уничтожить единствен—ную твою живую частицу, полностью мне при—надлежащую.
Глаза Рэя расширились. Он положил ей на плечо задрожавшую от волнения руку.
— Стефани, что... что ты сказала?
Она прикусила губу — нелегко давался ей этот разговор, но, взяв себя в руки,
продол—жила:
— Я изо всех сил старалась ненавидеть тебя. Я не лебезила перед тобой,
и мне каза—лось, что это тебя озадачивает и раззадори—вает. Мужчины любят
овладевать гордыми, не—покорными женщинами, ломать их волю, и я думала, что
ты такой же, как все.
Рэй торопился высказать свое, наболевшее:
— Я увлекся тобой с первого взгляда, на—счет Конрада ты была права — я
ревновал и бесился. Я предложил тебе тот дикий договор по одной причине —
сохранить тебя, иначе ты вообще бы ушла из моей жизни. — Он гладил ее
по щеке, и Стефани чувствовала, что пальцы у него трясутся. — Я
влюбился в тебя сразу, как только увидел, но боялся, что ты это заме—тишь.
Ты предложила свой тон — я его принял. Думал, хоть так удержу тебя рядом. А
потом полагался на время, но почему-то взаимная лю—бовь у нас не задалась...
Стефани виновато усмехнулась.
— В этом моя вина. Мне потребовалось слишком много времени, чтобы
осознать мое истинное чувство к тебе. — Она посмотрела на него так,
словно просила о снисхождении:— — Я
,наверное, плохо представляю себе, что
такое настоящая любовь. В этом смысле жизнь меня искалечила.
Рэй обнял ее за талию и прижал к груди. — Расскажи мне о себе.
— Тяжело. Прежде я никому не рассказы—вала. Да и какое это имеет
значение?
— Конечно, раз мы снова вместе, то все, что было, не имеет никакого
значения. — Улыбка осветила его лицо, когда он уточнил: — Все трое
вместе. Но все-таки расскажи.
— Ах, Рэй...
Она приникла лбом к его плечу, вздохнула и начала:
— До двенадцати лет я была вполне счастли—вой девочкой. А потом отец
бросил семью. Мать стала выпивать, водила в дом бесчисленное коли—чество
любовников. А те пытались путать наши постели. Я жаловалась матери, но она
обвиня—ла во всем меня, выпроваживала из дома.
Она остановилась — воспоминания были не из легких. Рэй обхватил ее лицо
ладонями.
Душа ее оттаивала в мужских объятиях, и Стефани продолжила:
— Врач, лечивший мать, помог — поместил ее в лечебницу для больных с
психическими расстройствами. Умирала она очень долго, не—сколько лет. Годы,
годы физических и мораль—ных мук... Мужчины, видя перед собой бедную,
беззащитную девчонку, пользовались этим и из—девались, как могли. После
этого я и вознена—видела мужиков, всех. Вот почему так не скоро у меня
появилась мысль, что ты, может быть, не такой...
Не выпуская ее из объятий, Рэй спросил: — Теперь ты в этом убедилась?
— Теперь я знаю, что люблю тебя, — смущенно улыбнулась
Стефани. — Так что, может быть, наш ребенок был зачат в любви.
Рэй поцеловал ее нежным, долгим поцелуем. Выпрямившись, он улыбнулся
счастливой улыб—кой.
— Пошли! У нас с тобой масса дел. — Каких же?
— Подготовка к свадьбе, естественно.
Стефани застыла и уставилась на Рэя.
— Что ты сказал?
— Все будет так, как ты хотела. Помнишь, как в Америке ты описывала
воображаемую свадьбу в кафедральном соборе. Вот так оно и будет, включая
Белинду в роли подружки невесты. Сестра и сама скоро выйдет замуж за
славного американца Джека Блейкмора.
Стефани все еще не мигая смотрела на ново—явленного жениха.
— Рэй, ты сам-то веришь в то, что говоришь?
— Верю полностью.
— А как же твоя семья, Конрад, родители?
— Я ведь женюсь на тебе, а не на них. К тому же когда. они тебя узнают
поближе, то наверняка тоже полюбят. Я устрою такую феери—чески красивую
свадебную церемонию, что все будут ее помнить до конца своих дней.
— С тобой я была бы счастлива расписать—ся в самой обшарпанной
комнатушке муници—палитета.
— Ты забываешь, что выходишь замуж за Баго. Поэтому свадьба должна быть
блиста—тельной. — Он озорно улыбнулся. — Возможно, несколько
поспешной, потому что чуточку за—поздала. Свадьбу торопит нетерпеливый новый
Баго. Кого ты хочешь — сына, дочь? Кого захо—чешь — тот и будет!
Стефани посмотрела на Рэя и сказала внезапно севшим голосом:
— Подойди ко мне.
Он удивленно поднял брови и подошел к любимой вплотную.
И впервые в жизни исполнилось ее самое заветное желание — она поцеловала
мужчину, за которого хотела выйти замуж, поцеловала с лю—бовью и
благодарностью...
Закладка в соц.сетях
