Жанр: Журнал
Эссе по экономике и геополитике
...ается изучение и сравнение разнообразнейших
инновационных программ.
Темпы потеряны. Деньги на разработку этих программ истрачены (конечно, мелкие
деньги, но и их тоже жалко). Практическая деятельность отсутствует.
Контрольное решение:
* Разработать и принять временные законы "о статусе инновации", "об
инновационной деятельности", "об инновационной корпорации", "о НИР и
НИОКР на территории РФ";
* Подготовить силами экспертного сообщества и опубликовать доклад
"Национальная инновационная система РФ", придать этому документу статус
закона;
* Создать (также на временной основе) ряд инновационных институтов, описанных в
докладе;
* По мере развития инновационного процесса вносить изменения в принятые
документы, имея в виду получить к концу 2 года работы (2002 год) окончательных
версий законов, докладов, Института.
Пространство СНГ
Правительство Б.Ельцина, похоже, вообще обходилось без внешнеполитической
доктрины. Внешняя политика В.Путина не озвучивалась, но, насколько можно судить,
сводится к обеспечению суверенитета РФ над своей территорией, поддержанию
сравнительно мирных отношений с ЕС, США, Китаем и поиску активной "игры" на
постсоветском пространстве, прежде всего, среди государств СНГ.
СНГ - естественный источник рабочей силы для РФ. Привлекательность России, как
"мирового перевозчика" во многом зависит от того, осуществляет ли Россия контроль над
транспортными структурами "лимитрофов". Некоторые из стран СНГ могут быть
интересны с точки зрения разработки и утилизации их природных ресурсов (Казахстан),
другие привлекают географическим положением и возможностями геополитического
контроля территорий (Белоруссия, Украина, Армения, тот же Казахстан), есть области,
где РФ может по-прежнему выполнять свою роль "арбитра", выстраивающего
региональную систему отношений. Наконец, СНГ является рынком сбыта для
российского производителя: сырьевого, промышленного, постиндустриального.
Понятно, что по тем же причинам пространство СНГ интересует конкурентов России и,
прежде всего, ЕС, для которого постсоветские государства - естественный источник
роста и развития. И Евросоюз плодотворно работает в этом направлении. Он уже включил
в свой состав Литву, Латвию и Эстонию (что, кстати, существенно понизило уровень
военной безопасности РФ) и - через "Оранжевую революцию" - Украину и Грузию.
Была попытка спровоцировать "оранжевые" выступления в Армении. Идет борьба в
Молдавии. Практически, за истекшее четырехлетие Россия проиграла схватку за
пространство СНГ, в то время как Европа выиграла ее. Какие-то шансы, впрочем, еще
остаются...
Чем объяснить столь неблагоприятное для РФ развитие событий (особенно, с учетом
выгодного географического положения России, наличия исторических, политических,
культурных, личных связей с "лимитрофами")? Причина все та же: организационноуправленческий
коллапс, растрата активного времени. Российская политика, да и
экономика действовали в пространстве СНГ "с медлительностью, для которой нет
имени".
Здесь необходимо указать, что, если "силовые" или "экономические" министерства
России еще осуществляют какую-то, пусть и крайне медленную, но все-таки деятельность,
то российский МИД, по-видимому, находится в глубоком анабиозе. Дело обстоит даже
хуже: он не только не в состоянии вести сколько-нибудь последовательную и разумную
политику, но и блокирует все попытки других инстанций заняться (вероятно, от отчаяния)
внешнеполитической деятельностью.
В результате Россия политически проигрывает везде.
В ситуации с Киотским протоколом, где была занята твердая, надежная, непробиваемая и
отвечающая интересам РФ позиция, отсутствие своевременной "игры" привело к
неожиданной и унизительной капитуляции. На Дальнем Востоке странная как по форме,
так и по содержанию попытка МИДа разом решить тяжелую проблему взаимоотношений
России и Японии лишь по счастливой случайности не завершилась катастрофой. В
Абхазии, Аджарии и Грузии была видимость деятельности, но, опять-таки, с таким
"отставанием по фазе" от развития событий, что результат получился прямо
противоположный ожидаемому. Еще хуже была проведена операция на Украине.
Здесь даже как-то неудобно говорить о "контрольном решении", столь оно очевидно:
* Прежде всего, стране необходимо определиться с политическими целями страны
- в мире, в регионах, в пространстве СНГ;
* Затем нужно создать проводника этой политики (поскольку российский МИД не в
состоянии перестроиться, а в своей современной форме физически не способен
проводить в жизнь что бы то ни было);
* Вести политику поддержки экономической зависимости государств СНГ от России
при всемерной поддержке их культурной и политической независимости;
* Расширять культурное сотрудничество;
* Способствовать созданию в пространстве СНГ региональных объединений;
* Способствовать проникновению на территорию СНГ крупных российских
корпораций (прежде всего, РАО ЕЭС России, Газпрома, Транснефти);
* Иметь в качестве стратегической цели тесно связанные политико-экономические
объединения внутри СНГ, созданные вокруг России ("Союз четырех", "Золотой
круг" и т.п.).
Заметим здесь, что дальнейшее проведение "запаздывающей" внешней политики в
пространстве СНГ приведет к тому, что оно будет потеряно, а следующей "площадкой" -
для той же игры по тем же правилам, станет территория самой Российской Федерации.
В мире "Туманности Андромеды", или "Когда счет идет на столетия": Россия на
Тихом океане
Как-то, при анализе романа И.Ефремова "Туманность Андромеды", обнаружилось, что
время в этом тексте не двигается. Технические системы развиваются с неправдоподобной
медлительностью (прирост характеристик звездолетов составляет единицы процентов за
столетие), социальные отношения не развиваются вообще, даже на уровне личности время
стоит: за характерное время звездной экспедиции порядка 20 лет на Земле ничего не
изменилось, даже возлюбленная Эрга Ноора по-прежнему молода. Автор не акцентировал
на этом особого внимания, но, в действительности, он просто изображал цивилизацию
не-европейского типа, с выраженными "восточными" корнями.
Россия - по крайней мере, со времен Петра - настаивает на своей принадлежности к
Европе и, с учетом впечатляющего динамизма ее истории, с этим трудно не согласиться.
Однако в некоторых вопросах наша страна ведет себя так, как будто у нее сколько угодно
времени, и потеря трех-четырех столетий ничего для России не значит.
Первая попытка России выработать стратегию борьбы за Тихий океан принадлежит XVIII
столетию. Григорий Шелихов, сын небогатого купца из Рыльска, начал эту операцию,
добравшись до Иркутска и вступив в местную колонию зверопромышленников. Накопив
средств, он закладывает в Охотске три парусных корабля и с суммарным экипажем 192
человека отправляется в плавание. Он поставил перед собой следующие задачи:
* Создание факторий (присоединение к России де-факто) Командорских и
Алеутских островов, Аляски, Калифорнийского побережья;
* Создание русскоязычных школ для местных жителей (русский язык, русская
литература, закон Божий, арифметика);
* Установление экономического и военного контроля над Гавайским архипелагом;
* Установление присутствия России на Филиппинских островах, Тайване и в
Голландской Ост-Индии (Индонезии);
* Перевод российского форпоста на Дальнем Востоке из Охотска в Авачинскую
бухту полуострова Камчатка.
Большую часть этих задач Шелихов успешно решил за три года. Затем он вернулся в
Иркутск, отчитался перед местными зверо- и золотопромышленниками, был послан в
Петербург, доложил проект "Русская Америка" высшему руководству Империи, получил
высочайшую поддержку и благословение, вернулся в Иркутск готовить новую
экспедицию, и скоропостижно скончался от неизвестной болезни.
Последователи Г.Шелихова не имели его пассионарности и размаха, но распорядиться
наследством, в общем, сумели, обеспечив за собой и за Россией Алеуты, Аляску,
Калифорнийское побережье.
Затем Россия начала терять эти земли. Сперва Калифорнию, а затем и Аляску с Алеутами.
Последний акт ликвидации "Русской Америки" и российского влияния на Тихом океане
пришелся на царствование Александра Второго. Вряд ли Освободитель с легким сердцем
расставался с завоеванными землями, зарабатывая сомнительную славу первого русского
самодержца, торгующего территорией России. Увы, вариантов не было: Россия так и не
удосужилась создать на Тихом океане систему обороны, а русский флот, опоздавший к
промышленной революции, был неконкурентоспособен.
Александр Третий подошел к тихоокеанским задачам с истинно царским размахом.
Опираясь на Петропавловск и Владивосток, оборудованные как первоклассные крепости,
он начал строительство колоссальной трансконтинентальной магистрали (руководителем
строительства был наследник престола Великий Князь Николай Александрович) и,
одновременно, создание Тихоокеанского флота. Предполагалось, создав все необходимые
предпосылки, развернуть активные действия на Тихом океане, прежде всего, в его
западном секторе.
К несчастью, Николай Второй в тонкости отцовских замыслов посвящен не был. В
результате Россия, воспользовавшись случайно подвернувшимся тактическим шансом,
захватила Порт-Артур и оказалась преждевременно втянутой в войну с Японией. Война
эта обернулась политической катастрофой, потерей половины Сахалина и ликвидацией
русского Тихоокеанского флота.
После Второй Мировой войны Сахалин вернулся обратно (а с ним и полезный "довесок" в
виде Курильского стратегического барьера), но особого интереса не вызвал. За
прошедшие десятилетия на острове даже не сочли нужным заменить железнодорожную
колею на русскую. В эпоху Третьей Мировой (Холодной) войны Дальний Восток
рассматривался лишь как место базирования подводных ракетоносцев.
Сейчас, через 250 лет после Шелихова, перед Россией вновь стоит задача определить
свою тихоокеанскую политику. На сегодня восточнее меридиана Иркутска живет менее
двенадцати миллионов человек, непосредственно в Дальневосточном Федеральном
Округе - около трех миллионов. Экономическая, социальная, культурная связность этого
региона с Россией очень мала. Экономика ряда областей ДВФО растет значительно
быстрее, нежели увеличивается пропускная способность инфраструктуры. Согласно
"транспортной теореме" это означает, что при "позиционной игре" на "мировой
шахматной доске" Российская Федерация Дальний Восток не удерживает.
Рост рынка АТР и перспективы активного развития тихоокеанской торговли, - все это
ставит Россию перед необходимостью как-то соотнести свое региональное развитие с
мировыми трендами. Эту проблему российский истэблишмент решает, по крайней мере, с
момента создания Федеральных округов, если не раньше. Тем не менее, по сей день
программы развития Дальнего Востока нет и не предвидится, средства на ее разработку и
реализацию не выделены. В этих условиях отдельные субъекты Федерации начинают
разрабатывать собственные самостийные стратегии и политики - с вполне понятным
результатом.
"Контрольное решение" в этой задаче - делать хоть что-нибудь. Как в старом английском
анекдоте: "скажите им... ну, хоть, прощайте, ребята!". Идеальное решение - полностью
сосредоточить внимание страны на Дальнем Востоке и Тихом Океане, для чего перенести
во Владивосток одну из столиц РФ (Президентскую) , резко усилить военный флот на
Тихом океане, чтобы, для начала, обеспечить прикрытие морской границы РФ по КурилоКамчатско-Сахалинскому
барьеру, объявить Охотское море внутренним морем РФ. Далее
создать торговый флот на Дальнем Востоке, построить мост, связывающий Сахалин с
материком, инсталлировать кольцевую инфраструктуру Сахалин - Хабаровский край -
Приморский Край - Китай - Корея - Япония - Сахалин, наращивать возможности портов.
2. Почему происходит потеря темпа?
Сдвиг фаз как атрибутивное свойство индустриальных каналов
управления
Всякий управленческий уровень можно рассматривать как контур обратной связи между
управляющим и управляемом модулями системы:
Этот механизм работает в двух основных режимах: директивном, когда источником
управленческого сигнала является Пользователь, и релаксационном, когда управляющий
сигнал создается социосистемой и свидетельствует о том или ином неблагополучии.
Директивный режим отвечает динамическому, а релаксационный - статическому
равновесию социосистемы. В любом случае в аппарате управления происходит сравнение
директивного сигнала (как должно быть) и индикативного сигнала (так есть), разностный
сигнал передается Пользователю либо рассматривается как директивный сигнал для
следующего уровня управления.
Понятно, что процесс передачи информации сопровождается изменением длины
информационного вектора (изменение объема информации при трансляции,
действительная часть информационного сопротивления) и поворотом этого вектора в
аспектном пространстве (изменение структуры информации при трансляции, мнимая
часть информационного сопротивления). В этой связи если директивный сигнал
объективно совпадает с индикативным, будет вырабатываться ложный разностный
управляющий сигнал - управленческий "шум".
Для нас существенно, что директивная и индикативная информация, касающаяся одного и
того же события, не может быть синхронизирована, причем величина задержки
определяется особенностями работы аппарата управления.
В традиционном обществе аппарата , как такового, не существует. В результате для этого
общества характерны три моды управления:
1. Управление ситуацией - непосредственная реакция Пользователя на те или иные
события (например, приказы, отдаваемые на поле битвы, лично Королем Франции);
2. Управление будущим - распоряжения, предусматривающие действия, результаты
которых заведомо проявятся лишь в следующих поколениях (строительство соборов;
мелиорация северной Италии по приказу герцога Медичи);
3. Управление без управления - холостая прокрутка механизма директива/индикатива
при решении малозначимых вопросов ("Как челобитную подаешь, холоп?!").
Заметим здесь, что возможность управления будущим в европейском средневековом
обществе существовала только благодаря Римской Католической Церкви, которая, как раз,
обладала развитым административным аппаратом современного типа. Именно наличие
аппарата и вместе с ним - сдвига в управлении - и привело к катастрофе католицизма
- Реформации.
Индустриальная фаза развития ознаменовалась созданием национальных государств с
системой разделения властей (де факто) и переходом от цехового к корпоративному
способу организации производства. В обоих случаях возникал административный
аппарат, отчужденный как от Пользователя, так и от управляемой системы. Этот аппарат
обладал качествами информационного усилителя, он резко повышал эффективность и
глубину управления, как директивного, так и индикативного, но он представлял собой
достаточно сложную и медленно функционирующую систему. В результате в канале
управления возник неустранимый фазовый сдвиг между директивной и индикативной
информацией, относящейся к одному и тому же событию. Этот фазовый сдвиг привел к
функциональной перегрузке управленческих каналов (которые отставали от реальности
всегда, как бы быстро они не работали), к снижению качества управления и, в том числе,
к возникновению автоколебаний в цепи управления и, в конечном итоге, к
экономическим потерям.
В военной, а, в известной мере и в бизнес-сфере возникшую проблему пытались
разрешить за счет планирования, то есть, управления будущим. Однако, планирование
имело дело не с реальным миром, а с некой его проекцией, и в этом смысле фазовый
сдвиг внутри канала управления заменялся на фазовый сдвиг между реальностью и ее
моделью, используемой при планировании. Самовозбуждение административной
системы, включающей штабное звено, проявляется в антагонизме штабных и "полевых"
структур, а внутри самого штаба - как противоречие между оперативным и
стратегическим звеньями управления.
Создание штабного звена, тем не менее, способствовало улучшению качества управления.
Необходимо, однако, иметь в виду, что в государственных структурах мирного времени
такое звено отсутствует, а в корпоративном бизнесе оно резко ограничено в правах. Кроме
того, самая совершенная штабная структура бессильна против неожиданностей, то есть
против случайных событий, которые не могут быть предсказаны в принципе, и против
закономерных событий, являющихся результатом процессов с характерными временами,
меньшими, нежели сдвиг в контуре управления.
Проблема запаздывающего управления разрешалась в индустриальную фазу за счет
избыточной эксплуатации ресурсов, что подразумевало избыточную открытость
индустриальной социосистемы. Иными словами, индустриальная "Ойкумена" всегда
существовала за счет территориальной, национальной или классовой "Окраины", которая
и платила за управленческие ошибки . Точно также, за административные ошибки
крупных корпораций расплачивались юридические и физические лица, не защищенные
корпоративным ресурсом.
"Глобализация" означает, помимо всего прочего, и утилизацию ресурса "Окраины". То
есть, современным национальным государствам, национальным и транснациональным
корпорациям придется столкнуться с проблемой запаздывания управления напрямую.
Запаздывание как необходимое условие индустриального капитализма
Итак, фазовый сдвиг в канале управления есть плата за глубину и всеохватность этого
канала, за высокое качество индустриального управления. Индустриальное управление на
всех уровнях (корпораций, стран, армий) есть управление Прошлым. Попытки обратить
это управление в Будущее привели к созданию штабных инстанций (а вооруженных силах
- генеральные штабы, в экономике - Госплан или аналогичные структуры), для которых
фазовый сдвиг между настоящим временем и временем управления становился
отрицательным. Все знакомое нам "управление" опережало события, но за счет
возникновения фазового сдвига между Текущей Реальностью, где находился штаб и
Пользователь, и управляющейся Реальностью, с которой штаб работал.
Если в военной области штабное управление было сравнительно эффективным, то в
экономической оно приводило к нарастающим дисбалансам и автоколебаниям даже
быстрее, нежели обычное запаздывающее управление. Связано это с особенностями
функционирования такой имманентной для индустриальной фазы системы, как рынок.
Точнее говоря, кредитно-финансовый рынок.
Индустриальное производство принципиально кредитно. За площади, производственные
мощности, сырье и рабочую силу приходится платить раньше, чем товар будет произведен
и, тем более, продан. Из этого вытекают два важных обстоятельства:
Во-первых, индустриальное производство "в целом" должно расширяться, что
подразумевает рост производства, увеличение объемов продаж и, следовательно,
источников сырья и рынков сбыта. То есть, индустриальная фаза, рассматриваемая как
единый экономический субъект, не может находиться в равновесии с окружающей
фазовой средой и должна непрерывно расти;
Во-вторых, начиная производство, предприниматель не знает, какие цены сложатся на
рынке в тот момент, когда товар будет произведен и поступит на продажу. Это делает
производство облигатно рискованным и вынуждает предпринимателей создавать
различные формы монопольных объединений или вертикальных интегрированных
структур, способных обеспечить прибыль при любых реальных колебаниях спроса и
предложения.
Запаздывание между получением кредита и фиксацией прибыли дает крупным
производителям возможность ограничить реальный доход мелких субъектов
производства, а система залога позволяет конфисковать инновационные производящие
структуры, деятельность которых грозит нарушением равновесия. Иными словами,
именно запаздывание в цепи "производство - потребление" сохраняет производство
на индустриальном уровне.
При отсутствии такого запаздывания рынок немедленно подразделяется на
воспроизводящий и инновационный сектора, причем уровень прибыли во втором секторе
много выше, чем в первом. Тем самым, капитал будет покидать область воспроизводства
и стремиться в инновационную область. Другими словами, он будет покидать область, где
господствуют крупные (и, поэтому, "медленные" компании) и стремиться в области, где
производство наиболее подвижно и изменчиво. В подобной экономической системе
вместо циклического кризиса перепроизводства происходят циклические кризисы
корпораций.
Воспроизводящие производства носят "сырьевой" характер, отличаются низкой нормой
прибыли и стремлением к олигопольности или даже монопольности. Инновационные
производства отличаются высокой нормой прибыли и высоким органическим строением
капитала и стремятся к предельной мультипольности. При этом, однако, инновационное
производство преходяще: на следующем шаге оно либо гибнет либо вырождается в
воспроизводящее.
Поскольку производство и потребление энергоносителей лежит в воспроизводящем
секторе, соответствующие цены носят в "быстром мире" зависимый и в известной мере
договорной характер. Тем самым, экономика с малым запаздыванием между
производством и потреблением не является индустриальной: она подчиняется другим
законам, и критической для нее является стоимость не энергоносителей, но креативной
рабочей силы.
Заметим в этой связи, что индустриальная экономика может быть рассмотрена как
частный, низкоэффективный случай креативной экономики.
Низкая эффективность объясняется формальной процедурой возврата ресурса из
инновационного в воспроизводящий сектор (то есть, в зону с более низким органическим
строением капитала).
Эффективность индустриальной экономики тем ниже, чем выше ее управляемость (то
есть величина запаздывания и ссудный процент). Механизмами понижения
эффективности (индустриальной деструкции) служат:
* Циклические кризисы перепроизводства;
* Избыточное потребление, не обусловленное реальными потребностями;
* Индустрия рекламы;
* Военная и террористическая деструкция, меры безопасности;
* Правовое и налоговое давление;
* Экологическая деструкция, природоохранительные мероприятия.
По мере развития индустриальной фазы, механизмы деструкции работают все более и
более эффективно, что приводит к непрерывному уменьшению органического строения
капитала и, опосредовано, к падению производительности капитала и увеличению нормы
эксплуатации.
Антиглобализм - вызов запаздывающей индустриализации
Механизм перекачки средств из инновационных в воспроизводящие сектора экономики
работает тем лучше, чем более связным является правовое пространство (как область
информационного пространства). Иными словами, запаздывание в кредитной цепи
возрастает по мере "застройки" экономического и правового пространства, то есть, по
мере "старения" индустриальной фазы.
Понятно, что по мере падения рентабельности производства в "застроенных областях"
капитал стремится вырваться на менее освоенные территории, где величина запаздывания
в кредитной цепи меньше. Таким образом, индустриальная экспансия обусловлена не
только поисками источников сырья и борьбой за рынки сбыта (расширение производства
вследствие облигатно кредитного характера фазы), но и стремлением капитала "убежать"
из зарегулированных областей в "индустриально пустые".
Можно согласиться с тем, что структура фазы меняется по мере того, как изменяется
характер географического движения капитала.
В.И.Ленин справедливо характеризует империалистическую стадию индустриальной
фазы экономически значимым международным экспортом капитала (век тоталитарных
войн, господство геополитической парадигмы, колониализм, войны за "естественные
границы"). Для века посттоталитарных демократий речь идет уже не об экспорте
капитала, но о вынесении на особые площадки целых производственных комплексов и
секторов экономики, в известном смысле - о "бегстве экономики, как целого"
(геоэкономический мир, неоколониализм, рента отсталости и рента развития, совокупная
геоэкономическая рента, борьба за "естественные ценности").
В этом языке мы можем определить глобализацию как обретение информационной
оболочкой человеческой цивилизации новой связности, позволяющее выравнивать
индустриальные потенциалы территорий. В роли механизмов, обеспечивающих подобное
выравнивание, выступает ВТО, международное торговое законодательство и
международный закон вообще, наконец, "антитеррористические коалиции",
модифицирующие правовое и индустриальное пространство целых макрорегионов.
Расширение ареала индустриальной экономики - с одной стороны, и усугубление
международного регулирования экономики - с другой стороны, привели к исчерпанию
индустриально свободных, неосвоенных территорий. Не только капитал, но и экономика
если не утратили возможность для бегства, то стремительно его утрачивают.
В этих условиях реальным продуктом экспорта Ойкумены в Окраину оказывается
"постиндустриальный барьер": "экспортируется" проблемная зона современной
цивилизации (в проекции на пространство экономики это означает: высокая норма
эксплуатации, низкое органическое строение капитала, низкая производительность
капитала, высокая аварийность).
Но Окраина физически не может взять на себя проблемы постиндустриального развития,
поскольку не прошла еще индустриальный отрезок пути развития. Информационное
пространство Окраины застроено "сверху" (другими словами, оно заполнено с точки
зрения Ойкумены, жители же Окраины большую часть индуцированных смыслов не
опознают: для них эти смыслы не существуют, а информационное пространство -
пустое). Поэтому постиндустриальная проблемная зона вырождается на Окраине в
индустриальную. Как обычно, "расплата за индустриальность" - загрязнение среды,
потеря страновой независимости по целому ряду наименований продукции, ужесточение
"правил игры" в экономике, массовое обезземеливание и другие формы
перераспределения ресурсной базы - приходит раньше, нежели начинают проявляться (и
притом, в понятных обществу смыслах) преимущества индустриального хозяйствования.
Следовательно, антиглобализм мы должны связать с проявлениями столкновений
традиционного общества с индустриальным барьером. В истории Европы можно найти
немало п
...Закладка в соц.сетях
