Жанр: Юмор
Сборник рассказов.
...й. Вот
фотографии детей, сэр. Они умирают, сэр. Вы только представьте, и
сейчас тоже, сэр.
Зверюга, увидел подъезжающего Птенца. Он со вздохом достал
из нагрудного кармашка двадцатку и протянул ее негру.
- Сэр, вы хотите спасти только одного ребенка?- недовольно
загорелись глаза негра.- Вы посмотрите сюда, вот список
жертвователей. Тут меньше ста долларов и нет ни у кого.
- Тем, хуже, сэр, верните мне двадцать и подождите здесь.
Через полчаса я привезу вам денег на десять... Да, что там
мелочиться! Заводить детей так заводить. На двадцать детишек.
Негр как будто не расслышал последних слов и начал
рассыпаться в благодарностях от себя, от спасенных детей и от
всей Африки в целом. В конце он даже попросил расписаться Зверя в
списке жертвователей.
Когда Зверюга сел в машину, Птенец, чуть не убил его за то,
что он позволил нагрузить себя на целых двадцать долларов самому
обыкновенному вымогателю.
- Успокойся, Птенец.- философски рассудил Зверюга.- Меня
предупреждали, что здесь всегда надо носить на случай ограбления
в отдельном кармашке двадцать долларов. Кроме того, теперь у нас
с тобою хоть дети есть. Пусть черненькие, но дети.
- Ты мог ничего и не давать.- не унималась она. Сердясь, она
становилась сказочно хороша.- Здесь бы никто убивать тебя не
стал.
- Знаешь, Птенец, за что я тебя безумно люблю?
- За что?
- Когда ты рядом, то со мною все время что-то приключается.
- Все, кроме одной вещи.
- Что ты имеешь в виду?
- Когда мы рядом, мы не можем навсегда соединить наши
судьбы.
- Да, ты права.
- Послушай, ты можешь сейчас дать мне одну клятву.
- Какую?
- Поклянись сначала, что ты ее исполнишь.
- Хорошо, клянусь.
- Поклянись, что ты обязательно придумаешь, как навсегда ко
мне приехать в течении ближайшего месяца.
- Нет, Птенец, это невозможно.
- Тогда проваливай, ко всем чертям. Езжай в свою Москву,
трахайся на здоровье со всеми подряд. А я больше так не могу.
- Ты хочешь, чтобы я завтра навсегда исчез из твоей жизни?
Скажи, хочешь? И я завтра исчезну.
- Нет, Зверюга, только не это.- зарыдала она.
- Тогда пойми, у меня свой путь. Ну хорошо, я завтра приеду
сюда. Представим, мне это удалось. Буду работать здесь, скажем,
программистом, лет десять буду вживаться в здешнее общество.
Ясно, что я буду всегда на шаг или два отставать во всем от
аборигенов. Ты же первая меня за это возненавидишь.
- Что же нам делать?- ее глаза были полны соленой влаги,
вкус которой он так любил.
- Не знаю... Хотя, послушай. А что нам мешает пожениться
прямо сейчас?
- Ты сошел с ума.
- Ну хотя бы обвенчаемся. Здесь где-нибудь поблизости есть
церковь?
- Ты забыл, что я не христианка.
- Да. И я для синагоги как назло до сих пор не обрезан.
Внезапно он услышал доносящийся издалека мягкий,
завораживающий перезвон металлических трубочек разного диаметра,
которые китайцы подвешивают по кругу, чтобы ветру любого
направления было удобнее их перебирать. В квартале от улицы, где
они стояли на светофоре, начинался Чайна-Таун, куда в поисках
Птенца однажды забрел и Зверюга.
- Я знаю, что делать,- сказал он.- Поворачивай.
- Что ты задумал, сумасшедший?
- Поехали, там объясню.
Когда они въехали в китайский квартал, Зверюга попросил
Птенца остановиться рядом со странного вида магазинчиком, в витрине
которого стояла целая гора позолоченных Будд. Когда они вошли
внутрь, он оказался самый настоящим буддийский храмом, в котором
заодно с религией приторговывали и всяческой восточной экзотикой:
от изящных украшений, до корня женьшеня.
Всего за сотню он уговорил бритого наголо узкоглазого
священника, обмотанного длинной оранжевой тогой, прочесть для них
перед алтарем венчальную молитву.
Для свершения таинства священник позвал похожего на него,
как две капли воды, однако более молодого напарника. Они зажгли
на алтаре курительные палочки. Священник открыл какую-то
старинную книгу в кожаном переплете с иероглифами, и закрыв
глаза, под размеренный стук помошника деревянным молотком о кусок
красного дерева, стал раскачиваясь читать молитву.
Одному Богу было известно, что он там себе под нос бормотал,
но совершенно неожиданно это произвело потрясающий эффект на
венчающуюся пару. Стоя перед алтарем, Зверюга вдруг совершенно ясно
осознал, что сегодня их юность заканчивается. С этой минуты они
становились совершенно взрослыми. Припасла ли жизнь замену их
юношеским чувствам? Ему скоро стукнет тридцать. А после тридцати
все становятся ударенными жизнью.
Рядом, безмолвно рыдая, стояла женщина, которую он безумно
любил, и лишь ее одну хотел видеть рядом с собою в этой жизни. Не
смотря на разницу в шесть лет - учитывая опережающее развитие
женщин - она также находилась в точке наивысшего расцвета красоты
и развития.
Для них обоих начинался праздник жизни в преддверии смерти.
Скоро, лет через тридцать они станут старыми. А потом лет через
двадцать совсем старыми. А потом вообще забудут, были ли они в
молодости мужчиной или женщиной. И тогда они станут окончательно
счастливы и беззаботны. Скорей бы.
Когда они выходили из магазинчика, Зверюга кинул один доллар
в металлическую банку с прорезью. Под нею на медном подносе
лежала горка свернутых в трубочку желтых бумажек с
предсказаниями судьбы. Он поворошил горку рукой, выбрал одну
бумажку и незаметно сунул в карман, решив прочитать предсказание,
только когда они расстанутся с Птенцом.
Они остановились у той же станции метро, где встретились
утром, вышли из машины и замерли посередине улицы в нескончаемом
поцелуе. Спешащие в метро из-за надвигающегося дождя прохожие
удивленно смотрели на них - "Неужели нельзя выбрать более
удобного места для этого занятия?"
К их неправильно припаркованной машине подъехал
полицейский-индеец на велосипеде и стал что-то выписывать у себя
на планшете. Двое молодоженов, поглощенные друг другом, его не
замечали, впрочем, как и занятый своей работой полицейский не
замечал их. Когда полицейский хотел уже вставить под дворник
штрафную квитанцию, он поднял глаза и обнаружил перед собой
старых знакомых, которые забыв обо все на свете целовались.
Чему-то улыбнувшись, он покачал головой, разорвал квитанцию и
поехал штрафовать дальше.
- Ну все, мне пора,- едва слышно произнес Птенец.- Меня
будут искать.
Как будто услышав ее слова, упала первая капля дождя.
- Удивительно, - сказал он,- впервые пошел дождь за все
время, пока я здесь. Такое впечатление, что природа чувствует,
что с нами происходит.
Неожиданно он вспомнил тот самый первый дождь, который
принадлежал только им двоим. Они стояли под козырьком какого-то
подъезда в Москве, и их, едва знакомых, вдруг как
наэлектризованных потянуло друг к другу. Он помнил только ее
тянущиеся к нему горячие губы, и свое дрожащее тело. Сколько же
горьких слез он принес той маленькой неопытной девочке! И почему
снова пошел дождь? Неужели, это знак? Знак справедливого
возмездия ему. Что, если и правда они видят друг друга в
последний раз?
Зверюга знал, что пришла минута, когда он должен сказать
что-то главное. Но что? И вдруг он понял.
- Знаешь, Птенец, прости меня.
- За что?
- За всю ту боль, что я причинил своим появлением в твоей
жизни.
Птенец мгновение молчал. Губы ее дрожали.
- Я тебя прощаю.
Она резко отвернулась от него, быстро обошла машину и села
за руль. Зверюга посмотрел на ее влажный профиль, принявший
решительное выражение настоящей американки и понял, что видит ее
в последний раз.
Она бросила на него взгляд полный слез и сожаления,
передвинула переключатель автоматической коробки передач на ход,
нашла ногой соскочившую туфлю и нажала на газ.
- До встречи, Птенец. До самой последней встречи.-
проговорили беззвучно его губы.
Через секунду ее слезы растворились в уже вовсю зашумевшем
теплом сентябрьском дожде.
Зверюга достал из кармана и развернул желтую бумажку,
купленную за доллар. Она гласила. "Предсказание N 49. Все идет от
плохого к лучшему. Полагайся только на себя. Запомни,
принадлежащая тебе тонкая булавка навсегда исчезнет в безбрежном
океане и ты никогда не сможешь сказать, где она наконец
окажется".
End
Андрей Смирягин
НОЛЬ-ТРИ
Карманов набирает ноль-три:
- "Быстрая", "быстрая" приезжайте скорее, у нас несчастье.
- Это не "быстрая".- Кладут трубку.
Набирает второй раз.
- "Быстрая", "быстрая" приезжайте скорее, у нас несчастье.
- Это не "быстрая".- Кладут трубку.
Набирает третий раз.
- "Быстрая", "быстрая" приезжайте скорее, у нас несчастье.
- Сколько раз можно повторять! Это не "быстрая".
- Но это же "ноль-три"?
- "Ноль-три".
- Что же вы, отбить вашу медь, говорите, что вы не
"быстрая"?
- Мы не "быстрая", мы - "скорая".
- Ну слава Богу, наконец-то дозвонился. Моя жена упала и
ударилась головой о трубу. Приезжайте скорее.
- И сильно ударилась?
- Ой, сильно. Из дыры так и хлещет, так и хлещет!
- Сколько вашей жене лет?
- Ну какое это сейчас имеет значение?
- Чем быстрее вы ответите на все пятьдесят вопросов анкеты,
тем быстрее мы приедем.
- Откуда же мне знать сколько ей лет, она разве скажет.
- А приблизительно.
- Ну, на вид лет тридцать - сорок.
- Дети есть?
- Нет. Одни придурки.
- Раньше у нее удары по голове случались?
- Да. Вчера она мне об голову разделочную доску расколола.
- Я спрашиваю про голову жены.
- А! Ну знаете, я тоже не ангел, но в последнем случае я
абсолютно ни при чем.
- Пьет?
- Да нет как будто.
- Да. Случай серьезный. В ее семье еще кто-нибудь головой
страдал?
- Да почти все. Но удар о трубу - это впервые. Ой! Быстрее
ехайте, мне уже до щиколотки достает.
- Вы что, тоже о трубу ударились?
- Нет, а почему вы спрашиваете?
- У вашей жены не может быть столько крови, чтобы вам
доставать до щиколотки.
- Так она же не одна пострадала.
- А кто еще?
- Соседи снизу.
- У них тоже проблемы с головой?
- Еще какие, но у них это уже давно. Не соседи, а
сумасшедший дом.
- Соседям уже скорую вызвали?
- Еще нет, она им потребуется позже, когда они вернуться из
театра.
- Их что, уже в большой анатомический отвезли?
- Нет, пока только в малый академический. Представляю их
лица. Они входят в квартиру, а с потолка капает. Вот ужас-то!
- Да! Кровь на потолке - это впечатляет.
- При чем здесь кровь? Вода! У них, наверное, уже и по
стенам течет.
- Что течет? Говорите яснее.
- Вода течет.
- Какая вода?
- Я же говорю, моя жена упала и ударилась головой о
водопроводную трубу. Трубу прорвало, и нас теперь затопляет.
- А что с женой?
- Какой женой?
- Вашей!
- Так нет ее.
- Уже скончалась?!
- Нет, за слесарем побежала.
- Вопросов больше нет. Высылаем машину. Ждите.
- Скорую?
- Скорую, скорую. Психиатрическую!..
/^\
|A.S|
/^\_/^\ ___ \ /
/=== | / \ | |
\ @ @ / \/ \/
--"^_ "--_ /\ |
/ `---'\ `\ | | /
| | | |
"__""__"
(C)opyright
Андрей Смирягин
ПОДРЫВНИК
Очнувшись с утра, Подрывник попробовал определить
местоположение своего тела. Это была кровать в чьей-то квартире.
Ободренный первым успехом, он двинулся последовательно дальше и
попытался опознать личность тела, находящегося в непосредственной
близости. И снова удача. Это была женщина. Дальше пошло легче.
Теперь важно было оценить сумму ушерба и понесенных потерь со
вчерашнего вечера, и наконец, найти способы выхода из сложившейся
ситуации.
Женщина спала, и это сильно облегчало ситуацию. Редкая
женщина лежа выглядит красивой, но вчера вечером она, видимо,
выглядела на уплаченную сумму.
Подрывник неслышно оделся. Из-за шума в голове он ничего не
слышал. Казалось, что тупая волнообразная боль начинается где-то
в полуметре от головы. Дальше коридор и туалет. На кухне какие-то
люди еще пили и играли на гитаре. Среди них знакомых не было.
Мысленно он бросил на кухню гранату и выскочил на улицу.
Город, в котором он находился, показался в целом ему
знакомым. Но когда дело дошло до деталей и расположения улиц, все
становилось пугающе запутано и неопределенно. В довершение всех
бед, Подрывник вдруг понял, что он забыл свое имя. Помучив
немного память, он махнул рукой, и пошел в направлении общего
потока пешеходов.
Солнечное и освежающее утро немного привело Подрывника в
чувства. Он с удовольствием вдыхал тонизирующую прохладу воздуха
и наблюдал за людьми, выходящими из своих домов и торопящимися на
работу. Какое счастье, что остальной мир продолжает свою
бессмысленную суету. Это помогало восстановить утраченную со
вчерашнего вечера стабильность сознания и определить возможное
направление к собственному дому.
Интуитивно повернув на очередную улицу, где расположился
небольшой продуктовый рынок, Подрывник чуть не сбил с ног пьяную
женщину. На ней был слой косметики, как у хорошо полежавшего
покойника. Сквозь грязь и алкоголический румянец он узнал в
женщине свою знакомую из предыдущей, кажется, третьей по счету
жизни. Она тоже узнала или сделала вид, что узнала, Подрывника.
Подойдя к нему с виноватой улыбкой, она стала что-то предлагать.
Подрывнику показалось, что записанную на магнитофон речь
прокручивают задом наперед.
Наконец ценой неимоверного сосредоточения, он понял суть ее
предложения. Опустившаяся, спившаяся, когда-то очень красивая и
имеющая огромное число поклонников женщина, за бутылку предлагала
отодрать ее в подъезде. Подрывник на секунду задумался, что
милосерднее, просто купить ей бутылку или дать бутылку и
отодрать?
Милосерднее было ее прикончить. Подрывник достал бумажник и
отсчитал несколько мелких купюр. Пока женщина суетливо прятала
деньги в грязный лифчик, он мысленно пихнул ей в сумку
мину-ловушку.
Найти свой дом долго не удавалось. Наконец, сочетание ям и
вырытых труб показалось ему знакомым. Подрывник вошел в подъезд и
поднялся по грязной и темной лестнице на пятый этаж. Вытерев ноги
о коврик соседа, он подошел к обитой потрескавшимся дермантином
двери.
Основательно изнасиловав замок ключом, Подрывник внутрь
попасть так и не смог. Но здесь дверь сама открылась. На пороге
стояла незнакомая с большими слегка припухшими, как у лягушки,
глазами худенькая девушка. Совершенно естественная в своем
безобразии она затараторила: "Как здорово, что ты пришел. А я
тебя ждала всю ночь. У меня страшная бессонница. Никак не могу
заснуть, когда рядом кого-нибудь нет. Что-нибудь случилось?"
"Забавная Лягушечка,- окрестил про себя девушку Подрывник и
плюхнулся на диванчик.- Хорошо бы это оказалась моя сестра".
Девушка легла рядом и положила ему руку на бедро. "Нет,-
подумал Подрывник,- это не сестра".
- Ты разве забыл, что сегодня мы хотели идти расписываться,-
неожиданно сказала девушка и стала расстегивать ему брюки.
"Любопытно,- думал Подрывник в полудреме после бурного
соития,- оказывается, я обещал на ней жениться. Впрочем, почему
бы и нет. Если человек женат, когда бы он ни проснулся, он всегда
с уверенностью может сказать, кто лежит рядом, и где он
находится. И главное, не надо никуда от этого бежать, потому что
это бесполезно и называется "семейное счастье". А жена из нее,
судя по тому, как она занимается любовью, может получится
хорошая".
- Кстати, я все забываю спросить, а сколько тебе лет,-
спросила, отдыхая рядом на спине, Лягушечка.
Подрывник открыл рот, чтобы ответить, но вдруг с ужасом
осознал, что не вспомнит этого, даже если его будут пытать. -
Знаешь,- решил отшутиться он,- я такой старый, что все, кто знал
мой возраст, давно умерли, а я со своим старческим маразмом уже и
не помню.
- А ты ничего, шутник,- сказала девушка.- Нет, это просто
здорово, что мы решили пожениться.
"Здорово!- подумал Подрывник.- Только почему она так
некрасива? Если бы она чуть-чуть была попривлекательней. Не
красавицей, нет, для жены богиня не подходит также, как и
кухарка, но хотя бы, чтобы утром, вставая, ты целый день потом не
мучился, правильный ли выбор в жизни ты совершил".
Он встал и, одеваясь, подошел к окну.
- Что это у тебя за слой золы снаружи на подоконнике?-
спросил он.
- А! Это,- открыла глаза Лягушечка.- Не обращай внимания. У
нас тут крематорий недалеко. Когда ветер в нашу сторону, золу и
наносит. А ты куда?
- Пойду, куплю себе пива,- сказал Подрывник и поцеловал
Лягушечку в лоб.
- Что это ты меня целуешь, как хоронишь?
- С чего ты взяла? Лучше поспи, пока я не вернусь,- сказал
Подрывник и взглянул на часы. Было начало двенадцатого.
Лягушечка лежала на кровати, блаженно закрыв глаза. "Нет,
все-таки фигурка у нее необыкновенно хороша",- подумал Подрывник,
мысленно закладывая под кровать два килограмма тратила. Мыслено
же он поставил часовой механизм на двенадцать часов и спокойно
вышел на улицу.
Пива он так и не купил. Когда он дошел до магазина,
навстречу из дверей вышла женщина с бородой и усами.
Приглядевшись внимательней, Подрывник понял, что это не женщина,
а его одноклассник Петя Неродной.
- Подрывник! Какими судьбами!- состроил гнусную рожу, что у
него, видимо, обозначало приветствие, воскликнул Петя.- Ты что,
не узнаешь меня? Это же я - Петр.
- Петя, ты!- неуверенно проговорил Подрывник, косясь на двух
мрачного вида бритоголовых быков, выросших по обе стороны
Неродного.- Неожиданная встреча. А я смотрю и не могу понять, ты
это или не ты.
- Кто же еще. Я тут объезд магазинов делаю. Смотрю, морда
знакомая. Ты как? Все фейерверки устраиваешь? В школе, я помню, у
тебя это здорово получалось. Кстати, мне как раз на работу в
фирму люди вроде тебя нужны.
- В какую фирму?- не понял Подрывник.
- Обычная охранная фирма. "Крыша" называется,- пояснил Петя.
- И кем ты там работаешь?- спросил бывшего одноклассника
Подрывник.
- Да ладно, какая разница.
- Ну, а все же?
- Понимаешь ли, как бы это лучше сказать, я там генеральный
директор,- вдруг покраснел от удовольствия Петя.
- А что ты так засмущался? Не всем же звезды с неба
хватать,- съязвил Подрывник,- кому-то надо быть и генеральными
директорами.
Подрывник тут же вспомнил, как в школе он всегда бил Петьку
Неродного, сына их классной руководительницы, считая, что от
учительских сынков ничего хорошего ждать не приходится, что и
доказывают братья Ульяновы.
- Ну, ладно. Ты извини, тороплюсь,- сказал Петя.- Вот моя
визитка, если надумаешь, заходи. Побазарим, вспомним молодость.
Помнишь, как ты на уроке по военной подготовке напихал мне бумаги
в противогаз и я во время бега чуть не помер от удушья.
- Да, веселое было время,- промямлил Подрывник, хотя такого
случая из школьной практики уже не помнил. Одновременно он
мысленно закладывал под сиденье малинового "Лексуса", в которую
усаживался Петя со своими головорезами, тратиловую шашку с
детонатором на вибрацию.
Когда машина с пробуксовкой лихо отъехала от бордюра,
Подрывник развернулся и направился в магазин, покупать пиво.
Внезапно улицу и окрестности потряс многократно отразившийся эхом
в окружающих домах страшный взрыв. Откуда-то сверху посыпались
стекла, и Подрывник от испуга прикрыл голову руками. Обернувшись,
он увидел, как с огненными протуберанцами разлетается во все
стороны роскошный "Лексус".
"Это не я!- было первой мыслью Подрывника.- Я же пошутил".
Улица, находящаяся несколько мгновений в шоке, вдруг закричала и
забегала. Кто-то тащил из своего автомобиля огнетушитель, кто-то
бежал вызывать скорую и пожарных, кто-то помогал подняться паре
упавших пешеходов, оглушенных взрывной волной.
Не осознавая почему, и вопреки всякому здравому смыслу,
Подрывник поспешил не к месту происшествия, как остальная толпа
сочувствующих и любопытных, а как можно быстрее скрыться за углом
ближайшего дома.
Остановившись и немного отдышавшись, он попытался привести
свои мысли в порядок. Ясно, что его воображаемый акт минирования
перед взрывом не мог являться ничем иным, кроме чистого
совпадения. Это можно проверить. Сегодня с утра он подбрасывал
бомбы уже три раза, и все обходилось. И даже сама мысль о том,
что это нужно проверять, бредовая. Он же проделывал все это в
уме!
Взять даже нищенку, в чью сумку он бросил мину-ловушку. Где
она теперь? Ноги Подрывника сами кинулись к улице, где произошла
встреча. Когда до маленького рыночка оставалось лишь пересечь
улицу, он услышал громкий хлопок, а затем истошный вопль сразу
нескольких женщин.
Подрывник с трудом протиснулся в центр собравшейся вокруг
происшествия толпы. В дымящейся луже крови и грязных разорванных
тряпках сидела, неестественно раскинув когда-то красивые ноги,
женщина. Она была еще жива и обводила окружающих людей
непонимающим пьяным взглядом. Наконец ее взгляд остановился на
Подрывнике. Вздрогнув, она как будто о чем-то вспомнила. Протянув
руку, она безмолвно зашевелила губами. Подрывник в ужасе
попятился. Но толпа позади напирала, еще секунда и крючковатая
окровавленная рука схватила бы его за одежду.
- Это не я!- в не себя от ужаса завопил Подрывник и наконец
прорвался сквозь внезапно отпрянувших от него людей.
К дому Лягушечки он бежал с единственной мыслью: "Только бы
успеть до двенадцати!" Ровно без пяти двенадцать Подрывник
трахал, как сумасшедший, в дверь и орал, чтобы Лягушечка
побыстрее отпирала. Наконец кто-то изнутри загремел замком и
дверь распахнулась.
- Что случилось?- спросила, округлив от испуга и так
невероятно большие глаза, Лягушечка.
Отодвинув с дороги девушку и сметая все на своем пути,
Подрывник бросился к кровати. Упав, чтобы заглянуть под нее, он
сильно ударился подбородком об пол, но боли не почувствовал.
Никакой мины там не было. Подрывник приподнял кровать,
отодвинул ее и обшарил все углы. Но кроме, завязанного узелком и
засохшего презерватива, ничего не обнаружил.
Сев сверху на кровать, он тихонько зарыдал. "Все хватит,-
думал Подрывник,- с таким образом жизни можно окончательно
поехать. Сегодня же заведу детей и осяду до старости здесь. Это
будет мой дом. Здесь достаточно тепло и уютно. Как это здорово,
вот так с холода приходить домой, а там кто-то суетится. И
Лягушечка не такая уж и некрасивая. Впрочем, ну и пусть, во
всяком случае никто не уведет".
В это время в комнату вошла Лягушечка и протянула ему
опутанную проводами коробочку с часами наверху:
- На, держи,- довольная собой сказала она.- Я знала, что ты
будешь искать, и убрала подальше.
Часы сверху коробочки показывали ровно двенадцать.
Что еще мог сделать Подрывник? Показывая пальцем на
коробочку, он стал сгибаться пополам от смеха. Ничего не
понимая, Лягушечка смотрела на него, как на сумасшедшего.
- Ты чего это? Свихнулся?- спросила она и сама легонько
прыснула в кулачок.
Но Подрывник не мог ответить, он уже катался по полу, то
рыдая, то хрюкая, то просто безмолвно стуча головой о паркет. Тут
и Лягушечка не выдержала этой заразительной клоунады и сама
зашлась от хохота. Подрывник, увидев это, закатил глаза, задрыгал
ногами и даже несколько раз пукнул. Пять минут спустя оба сидели
обессиленные на полу, стараясь не глядеть на лежащую между ними
подозрительную коробку с часами, чтобы не вызвать новый взрыв
истерики.
В десять минут первого с абсолютно серьезным лицом Подрывник
резко встал, взял несработавшую мину в руки, отодрал от нее
провода и спросил:
- Где у тебя мусорное ведро?
- Там, на кухне,- ответила Лягушечка, утирая слезы.- А что
это было?
- Шутка,- ответил Подрывник.- Это была всего лишь моя
дурацкая шутка.
Он взял с кухни мусорное ведро, бросил в него коробку с
часами и пошел выносить мусор, ведь теперь это была его
обязанность - выносить мусор в собственном доме.
А.Смирягин
ТУАЛЕТ КАК ЗЕРКАЛО ДУШИ
Каждый, кто хоть раз в жизни бывал в общественном туалете какого-нибудь
учебного заведения, знает, что это место, замечательное
во всех отношениях. Во-первых, его можно использовать по прямому
назначению. Однако это далеко не самая важная его функция. Во-вторых,
здесь можно покурить, но и это полезное качество имеет второстепенное
значение по сравнению с самой важной для учащихся стороной
общественного сортира - служить своеобразным информационным мостом
между людьми.
Каждая генерация учащихся считает за правило оставить свою
уникальную запись на его стенах. И нельзя не проникнуться уважением
к такому способу поддерживать связь времен, так как эта традиция
уходит корнями в глубь веков и повелась еще от первобытного человека,
первым открывшим возможность выразить свою неповторимую индивидуальность,
накарябав что-нибудь угольком на стенах пещеры.
Не вызывает и тени сомнения факт, что туалет является первым
местом для пробы пера всех будущих талантливых художников, стихотворцев
и остряков. Спросите знаменитого художника, и, будь он пооткровеннее,
он бы признался, что начинал свое восхождение к славе и
признанию с крохотной картинки неприличного содер
...Поділитися у соцмережах
