Жанр: История
АНДРОПОВ: 7 ТАЙН ГЕНСЕКА С ЛУБЯНКИ
...плут Соколов стал снабженцем гришинского семейства.
Естественно, что люди Андропова этот персонаж взяли под зоркое наблюдение. Нетрудно
было выявить и всю дальнейшую воровскую сеть. Замыкалась она вовсе не на Трегубове, а
на Московском Первом. А тут еще партсекретари и шефы исполкомов (не все, надо
полагать) начали тоже взимать свою мзду. Совершенно распоясался и "мэр" столицы -
грубиян и хапуга В. Промыслов (правда, злые языки по Москве сплетничали, что
управляет-то, по сути, столичным городом его помощник Шуб, земляк "мэра" и
родственник его жены).
Словом, чекисты эту простоватую воровскую малину выследили, а потом
"раскололи" очень легко, когда к началу 1983-го Андропов стал полновластным хозяином
в стране. Соколова взяли первым, быстро осудили и даже расстреляли (шушукались по
Москве, что на следствии он держался заносчиво и перечислил слишком много
влиятельных персон). Затем ничего уже не стоило взять Трегубова и кучу его людей
(правда, никого больше не расстреляли).
Гришин был опытный администратор и понимал, куда гнет нынешний Генсек. В
июне 1983-го состоялся актив творческой интеллигенции Москвы. Хорошо известно, что
"ораторы" - подготовленные, разумеется, загодя - не должны были поминать имя
Андропова. Так и произошло, только актриса А. Степанова (еврейка, одна из вдов
писателя А. Фадеева) назвала его в положительном смысле, но... оторвавшись от
врученного ей текста. Единственное и весьма характерное исключение.
Через несколько дней по московскому телеканалу прошла передача о Красной
Пресне, в докладе первого секретаря райкома Козырева-Даля имя Андропова тоже не
упоминалось. Ясно, что это было не случайно, а в переводе на партийный лексикон
означало: столичная организация КПСС не очень-то доверяет новому Генсеку. Андропову
подобное пришлось проглотить.
Так-то оно так, но лубянская задача была выполнена - Гришин скомпрометирован,
его кадры тоже. Проживи Андропов еще чуть-чуть, московского Первого убрали бы с
треском. И еще: когда Ельцин пришел править Москвой, он устроил массовый разгон
столичных кадров (которых лично не знал и знать не мог), но подглядывал, видимо, в
"заделы" КГБ, сотворенные еще при Андропове.
С простоватым ленинградским судостроителем обошлись совсем просто. Летом
1983 года Андропов его "повысил", перевел из Ленинграда в Москву, поручив ему
опекать в ЦК "оборонку". Говорили, что в подчинении его оказалось непосредственно 26
человек, а всей гигантской проблемы он, существо невеликих способностей, быстро
охватить не мог. И его убрали запросто, когда к власти пришел воспитанник Андропова и
его духовный наследник М. Горбачев (считают специалисты, что снять Романова в
Ленинграде, где у него была мощная опора внизу, было бы неизмеримо труднее).
А теперь о "воспитаннике" и "наследнике". Тема эта самая сложная в нашем
повествовании, ибо задача тайной полиции взрывать мосты, а не строить их.
Карьера Горбачева гладкая, как лед для фигурного катания. Она хорошо известна, не
будем на это отвлекаться. Только скажем об одном маленьком обстоятельстве юности.
Будущий Генсек, Президент и избранник Андропова несколько месяцев побывал... на
оккупированной территории. С таким жутким клеймом в сталинское время никак
невозможно было поступить в МГУ, да еще на юридический факультет, где готовили
кадры для МГБ, МВД и Прокуратуры. Но молодой Миша поработал трактористом в
родном Ставрополье, а главное - стал кандидатом в члены КПСС. Как у него все это
легко и просто получилось, пусть он и расскажет. Когда-нибудь. Ну, скажем, переехав на
виллу в Калифорнию, которую ему "подарили" для его так называемого "фонда"...
Андропов всегда лечился в Кисловодске, Сочи он избегал (отчасти, надо полагать,
от глубокой неприязни к кремлевским коллегам, а в Крым отправился в конце жизни
только вследствие тяжелой болезни). Весь обширный курорт Минеральных Вод входил в
Ставропольский край, а с 1970-го возглавлял его Михаил Сергеевич. По долгу службы он
обязан был встречать и провожать Андропова, а по приглашению столичного босса - и
навещать его. Дело длилось не один год, о чем уже говорилось ранее.
Андропов был умен, а Горбачев хитер и услужлив, они легко сошлись (при
покровительстве старшего, конечно). Андроповский план вырисовывается очень просто: у
него есть молодой конкурент - Романов и одногодок Гришин, оба имеют за собой
громадной силы партийные организации, чьи кадры разбросаны в Центре и по всему
Союзу. Следовательно, нужно подставить молодого "кадра", ну, моложе Романова, по
крайней мере. Что же, "кадр" есть, огромный сельскохозяйственный край, к тому же
наследник М. Суслова и его любимец, а у обоих были близкие отношения. Генсек хотел
двинуть на пост скончавшегося Секретаря ЦК Ф. Кулакова своего любимца Сережу
Медунова, но Суслов и Андропов дружно сыграли против Брежнева. Видимо, оба члена
ПБ сошлись. Горбачев становится сперва с 1973-го Секретарем ЦК по сельскому
хозяйству (огромные заслуги его там известны), а в марте 1985-го - Генеральным.
Ясно, что Андропов без помощи "Кощея" вытащить в Москву его земляка не мог. А
вместе они смогли. И вот начинается блистательная карьера Михаила Сергеевича. В
апреле 1978-го он приезжает в Ленинград на "вызов" Романова в Москву (ясно, для чего
это делалось). Вскоре на сессии Верховного Совета РСФСР именно он выдвигает
Воротникова вместо Соломенцева. Далее: орден городу Кургану вручал Горбачев. В июле
1983-го в Москву приехал старый друг Андропова Кадар: на пышном приеме на заводе им.
Лихачева его сопровождал Горбачев (хотя это не имело никакого отношения к сельскому
хозяйству). В августе того же года собрали ветеранов войны и труда, вел встречу Горбачев
- какой уж там ветеран! Но все это множилось в прессе и по телевизору, и люди
привыкали к Горбачеву.
Почему Горбачев так прилепился к Андропову? Ну, не от обещаний же в
Минеральных Водах, не такой человек был Юрий Владимирович. Или, с другой стороны:
да, Михаил Сергеевич был подхалим и плут, но ведь шеф КГБ в людях неплохо
разбирался. Значит, для чего-то Андропову ставропольский провинциальный секретарь
был нужен? Почему? На эти вопросы сегодня нельзя дать точного ответа.
Но тут возникает вопрос, весьма осторожный. Почему органы КГБ так сошлись на
Медунове? Или Сочи были хуже Минеральных Вод? Не верится. Более того, андроповские
люди ухватили ростовского "первого" Бондаренко, хотя он был простак из простаков.
Кобалоев, шеф Северной Осетии? Да, хапуга, но разве он один такой на Северном
Кавказе? И ведь "русистов" сознательно натравливали на них, воров, конечно, однако
почему-то никого не вытащили из Минеральных Вод? Или там ничего не "брали"?
Скажем, Горбачева там открыто именовали "Мишка-пакет", ибо он охотно брал, был
жаден всегда, а уж его Раиса Максимовна - тем паче. Значит, Андропову нужен был
такой человек. Почему? Вот это и есть тайна. А какова она - никто пока не знает.
Можно лишь предположить, что, подмачивая соседей Горбачева усилиями КГБ,
хотели выставить его в наилучшем свете среди кандидатов в члены Политбюро по
сельскому хозяйству. Вроде бы сходится так. И добавим, что малейших талантов в
сельских делах он не проявил, зато в интриганстве и двурушничестве оказался мастак,
каких мало.
Оставим Горбачева, пусть разбираются с ним кто как хочет, а от расплаты за
низость свою ему не уйти...
О плохих, даже враждебных отношениях Андропова и Черненко знала, как
говорится, "вся Москва". Мне случайно довелось стать свидетелем и даже в какой-то мере
объектом проявлений такого рода, причем выполненных явно напоказ.
В августе 1983-го скончался Анатолий Васильевич Никонов, знаменитый когда-то
редактор "Молодой гвардии". Доживал он после снятия в скромном журнале "Вокруг
света", не выдержал удара, стал попивать и плохо себя чувствовать, скончался, не дожив
до шестидесяти лет. Его хорошо знали и любили в русских журналистских и литературных
кругах, на похороны собралось множество народа.
Естественно, пришел и я, находившийся тогда на глубине своей опалы. Многие из
старых знакомых кланялись лишь издали, а иные вообще не узнавали (мы стояли рядом с
М. Лобановым, подошел А. Софронов, говорит: "Здравствуй, Миша!"; меня же в упор не
видит, а ведь не раз печатался у него, были в добрых отношениях, дом посещал...). Вижу,
стоит в группе людей Иван Петрович Кириченко, давний работник ЦК КПСС, а в
последние годы - основной помощник Черненко, фигура! С покойным они были давние
товарищи, но и со мной он находился в относительно близких отношениях, я не раз
посещал его на службе, разговоры вели весьма откровенные. После моей "истории" я ему,
естественно, не звонил, хотя до этого часто в его кабинете в подъезде № 1-а даже
рисковал относить ему "самиздат"...
Мы поклонились издали, потом он вдруг подходит ко мне сам, на виду у всех
отводит в сторону, расспрашивает о делах, нарочно не отпускает. Более того, еду с ним в
черной машине на кладбище, а после похорон он даже подвозит меня домой. И опять
говорили откровенно.
Все на это обратили внимание, а потом долго судачили. Вывод был один: раз я
"крестник" Андропова, то публичное внимание ко мне со стороны ближайшего
сотрудника Черненко было весьма показательным.
Иван Петрович ненадолго пережил своего шефа. После его кончины он некоторое
время был замзавом Общим отделом ЦК КПСС. Я тогда вышел из опалы, и мы попрежнему
встречались в его новом кабинете. Я был на его похоронах. Проходили они
очень скромно...
Покойный Иван Петрович был хорошо известен всей столичной пишущей братии,
ибо во второй половине шестидесятых занимал в отделе пропаганды должность
заведующего сектором журналов. Тогда этот пост был сугубо на виду! Так вот, вся Москва
знала, что Кириченко занимает сугубо прорусскую линию. Яковлев показательно выгнал
его из аппарата ЦК - всего лишь заместителем в номенклатурную, но второстепенную
газету "Советская культура". Став Секретарем ЦК, Черненко взял его в помощники. В
этой должности мы постоянно поддерживали с ним довольно-таки доверительные
отношения. Разумеется, говорил я, а он спрашивал или больше помалкивал, но поступок
его был по тем временам в высшей степени необычным. Мир праху его.
Закончим данную главу еще одним необычным документом. Первая моя собственная
"записка для себя" о начале правления Андропова уже приводилась. Ровно год спустя,
находясь в том же Переделкино, я в одиночестве составил другую такую же "записку для
памяти". Оказалось, что она словно бы подводила итог его недолгому царствованию, ибо
уже 9 февраля 1983 года он скончался в больнице.
Документ этот интересен тем, что носит непосредственный отпечаток той эпохи,
глухой и суровой. Мало кто тогда отваживался на составление таких сочинений - даже
для сверхузкого круга. Мы убеждены, взгляд на события двадцатилетней давности, так
сказать, "изнутри", из той эпохи, представит несомненный интерес для читателей.
ИТОГИ ПРОМЕЖУТОЧНОГО ФИНИША
Все области народной жизни в Советском Союзе к исходу правления Брежнева были
приведены в столь плачевное состояние, что перед новым руководителем встали
чрезвычайные и неотложные задачи. Выбор положительных изменений казался широк и
многообещающ, но важнейшими все же казались три направления:
- осторожные преобразования в промышленности, где со сталинских времен не
проводилось никаких серьезных изменений (хрущевские истерические выверты - не в
счет, они были вскоре отменены); тут видятся два пути: либо в сторону рыночной
экономики, либо - к строгой и последовательной централизации, оба направления
имеют свои преимущества и своих сторонников, важно главное - надо что-то делать,
откладывать нельзя, хозяйство громадной страны идет к застою;
- решительные и крутые изменения в сельском хозяйстве и мелкотоварном
производстве вообще, тут плохое положение давно сделалось нормой; совершенно
очевидно, что казарменно-безответственная система земледелия и торговли требует
немедленных перемен, как срочная и временная мера необходимо нечто вроде
ограниченного нэпа;
- коренное оздоровление социальной жизни: беспощадная борьба со
злоупотреблениями во всех областях, укрепление семьи и беспощадное пресечение
пьянства, резкое повышение гласности во всех областях жизни, расширение роли Советов
и прочих общественных организаций.
Нет сомнений, что положительное продвижение по всем этим трем главнейшим
направлениям было бы с восторгом встречено всем советским народом, создало бы
новому руководству тот прочный авторитет и доверие, которого не могли даже отчасти
добиться ни Хрущев, ни Брежнев.
Ныне пошел второй год полной и безраздельной власти Андропова. То, что это была
именно полная и бесконтрольная власть, можно доказать по тому (1) пошлому
славословию, которое окружает имя Андропова, а также по (2) отсутствию хоть какихлибо
намеков на различие мнений в верхах. За всю историю Советского государства народ
приучен, что безудержное восхваление правителя имеет место лишь тогда, когда он
всевластен. И еще: в периоды междуцарствий (борьба за власть в середине 20-х и 50-х
годов, первое время правления Брежнева) даже по скупым сведениям нашей печати
отчетливо можно было выявить разные точки зрения разных людей и сил. Ничего даже
отдаленно похожего на это не заметно с середины ноября 1982 года.
Итак, какие же направления оказались заметны в политике Андропова?
Главное, чем захотел возвысить свой авторитет Андропов, стала, как и было при
Брежневе, внешняя политика, то есть пресловутая "разрядка". Все было поставлено на эту
карту: добиться "мира" и объявить Андропова спасителем человечества, повторить, стало
быть, то, чего так и не удалось добиться Брежневу (с теми же, кстати, помощниками и
советниками - Александровым-Агентовым, Арбатовым, Бовиным, Загладиным,
Замятиным и прочими связанными с еврейством лицами). Тут началась крупная игра в
поддавки с Западом; срочно соорудили газопровод Сибирь-Европа, чтобы качать сырье
западным капиталистам. Громоздкое это строительство превратило в пустыню громадные
пространства страны, но было завершено до срока, в отличие от долгого ковыряния на
БАМе или Саяно-Шушенской ГЭС, где пока еще конца не видно. Замышляется такое же
соглашение о поставках из Сибири сжиженного угля. СССР превращается (и превратился
уже отчасти) в сырьевой придаток западной экономики, становится чем-то вроде Кувейта
или Нигерии. На Запад же идут продаваемые по дешевке золото и лес, руды, нефть и
необработанные алмазы - ценнейшее и невосполнимое богатство наших недр.
В начале нынешнего года на первой полосе "Правды" появилась восторженная
заметка из Франции, как в двух каких-то городках появился сибирский газ. Понять их
радость можно, но сколько крупных и малых городов нашей родной страны еще не имеют
газоснабжения?..
Уступчивость Западу принимала порой совсем уж чрезмерный характер: из той же
Франции не так давно выставили полторы сотни наших граждан с нехорошими
обвинениями, тамошняя печать подняла громкой и оскорбительный шум. В подобных
обстоятельствах полагалось бы выслать примерно такое же число французов, ибо они
занимаются в Москве тем же, чем наши в Париже, так и поступают обычно в
дипломатическом обиходе. Но в Москве на сей раз проявили совершенно не
свойственную ей кротость и молча стерпели. Пример Парижа оказался заразителен,
наших представителей поперли еще кое-откуда - в ответ то же кроткое молчание. Когото,
значит, заботило главное: только бы не повредить "разрядке"!
Андропов пошел в "разрядке" очень далеко, гораздо дальше, чем это предполагалось
при Брежневе: вывод и уничтожение наших ракет из европейской части страны. Начались
сложные и не известные общественности переговоры, в ходе которых к исходу 1983 года
дело вроде бы клонилось к благополучному концу. Тогда Андропова увенчали бы званием
спасителя человечества, но... все окончилось пшиком. Советские и американские
"профаны" не поняли тонких усилий "премудрых". Наши сшибли ночью пассажирский
самолет, а те среди бела дня вторглись в убогую Гренаду. А дальше произошло то, что
известно всем читателям газет.
Примечательно, что, несмотря на все старания в пользу "разрядки", в годовщину
правления Андропова Советский Союз оказался в глубочайшей международной изоляции,
такого не наблюдалось с последних лет Сталина. Западные страны ныне целиком против
нас, а те простодушные обалдуи, которые протестуют против американских ракет,
большинства своих народов, к нашему сожалению, не представляют. В "третьем мире"
ожидали вывода наших войск из несчастного Афганистана - не дождались. Андропов, в
сущности говоря, оказался "невыездным" в самом пошлом значении этого советского
выражения, то есть за год с лишком он никуда не смог поехать и никого не сумел принять,
в Москву заявились при нем только бедные финны, глубоко от нас зависимые.
Не лучше складывается развитие и в социалистическом лагере, Венгрия давно уже
стала второй Югославией, растут связи с Западом (и задолженность ему) в других
странах. В Польше напряжение вроде бы спало, но именно "вроде бы": страна в распаде,
и на исходе минувшего года нам пришлось уплатить за нее западным банкирам
миллиарды срочных долгов; не решен больной вопрос, волнующий польское общество, а
именно - о наказании воров шайки Герека. Всем полякам известно, что запрет тут
исходит из Москвы. Понятно, почему: варшавские воры были тесно связаны с ворами
московскими. Завсектором Польши из международного отдела ЦК был переведен
заместителем председателя Госкино, а ведь говорили люди знающие, что ему возили
подарки из Польши целыми эшелонами.
К исходу номинального правления Брежнева многонациональный советский народ
прямо-таки стонал от лихоимства воров, взяточников и прочих начальственных и
полуначальственных хапуг. "Наводите же порядок!" - этот молчаливый народный стон
был уж слишком силен, чтобы его долго можно было "не замечать". Начальные жесты
Андропова в этой части породили у народа надежду. Выражалось это в двух словах:
"укрепление дисциплины". Ясно, что тут ожидался публичный суд над Медуновым и
Кобалоевым, уже снятыми к тому времени, а потом такие же суды над сотнями иных
медуновых, провинциальных и столичных. Короче говоря, народ и партия ожидали
широкой чистки брежневских темных заповедников, открытой критики, направленной на
оздоровление нашего трудового общественного строя, укрепления народной
нравственности.
И что же?
Всем теперь ясно, "что"... На Кубани забрали под стражу сотни воров и воришек, но
сам-то главный вор и разоритель края тихо помер в Москве. Со многих милицейских
чинов сорвали погоны, но Щелоков-то никакого наказания не понес. Даже сынок его,
уличенный в грязных мошенничествах, отделался тем, что сдал иностранную машину и
квартиру размером со стадион, и ничего, работает в советской печати, воспитывает, так
сказать, злодей. На одном совещании в Москве в декабре 1983 года Федорчуку задали
вопрос о судьбе Щелокова, ответ: он остался в партии и получает генеральскую пенсию...
Правда, супруга его как-то странно скончалась. Примеров можно более не приводить,
любой гражданин назовет множество их, тыча пальцем вокруг себя. Настораживает
другое: суровость наказаний для относительно мелких хапуг и полная
неприкосновенность хапуг высокопоставленных.
Недавно вот приговорили к расстрелу директора Елисеевского магазина. Ясно, что
обнаглевший ворюга достоин строгого наказания, но все же людей он не убивал,
малолетних не насиловал, так что мера возмездия выглядит похожей на месть. Ладно,
закон наш допускает такое, но в ходе суда выяснилось, что он давал крупные взятки
начальникам из торготдела Моссовета. Но те-то гораздо вреднее для общества, чем
бывший завмаг; спрашивается: если того приговорили к смертной казни, то с этими как
надлежит поступать по той же строгости закона?!
Вот тут-то и начинается самое странное. Оказалось вскоре, что начальники
московской торговли брали взятки со многих завмагов (некоторые уже посажены). Что
же, высшие руководители столицы годами не догадывались об этом? Скажем, столичный
"мэр" - дурак и хам Промыслов? Но в столице очень многие знают, что Промыслов -
вор из воров, что всеми делами Моссовета управляет его жена-еврейка (очень любит
лечиться за границей) и ее родственник - его помощник, что определенные граждане за
мзду (или иные услуги) запросто получают квартиры в столице, что Промыслов выполнял
воровские поручения Брежнева, его Виктории и их Гали. Яснее ясного, что поганый
"мэр" имел свою долю от завмагов, и немалую. И совсем уж нехороший вопрос: ну, а
товарищ Гришин? Известно, что он очень хлопотал за елисеевского завмага, но тот
слишком уж увяз, и вытянуть его не удалось. Кстати, семейство Гришина не менее
примечательно, чем семейство Брежнева. Супруга его того же, говорят, происхождения,
что и Виктория. Дочурка (она очень талантлива) в 30 лет стала доктором наук и зав.
крупнейшей кафедрой МГУ, а при этом успела дважды выйти замуж и родить двух детей
да еще сделать в Париже пластическую операцию; москвичи и гости столицы могли
наслаждаться ее портретом на выставке картин Шилова - этого самого дорогостоящего
ныне портретиста. А братец ее, чуть постарше, давно доктор, профессор и директор (он
тоже очень талантлив), да к тому же успел обучиться ездить на "мерседесе". Словом,
семейство Гришиных столь же заслуживало бы внимания по части "укрепления
дисциплины", как и Промыслов, но...
Во что же упирается это самое "но"? Вопрос немаловажный. Бытует мнение, и оно
усиленно распространяется всеми сторонниками "премудрых" среди "профанов", что
Андропову якобы "мешают" проводить чистку, а то бы он... Кто мешает, неясно, никто же
не воспрепятствовал ему заменить провинциала Федорчука своим ставленником
Чебриковым, а ведь пост главы госбезопасности в наших условиях - не шутка, это вопрос
куда как поважнее судьбы какого-нибудь проворовавшегося "мэра". Так же не "мешали"
перекачивать нефть и газ буржуям, принимать и осуществлять вредительский план
затопления Русского Севера, стать "президентом" вопреки решению ЦК 1964 года о
запрещении занимать два поста и т.д. до бесконечности, а вот бороться с ворами бедному
Андропову, видите ли, запрещают... Все это сказки для простачков.
Намек обнаружился давно, еще в странном деле по магазинам "Океан", когда ушлые
дельцы переправляли ценности за рубеж, условно говоря - в швейцарские банки. Дело
было очень темное, несчастного заместителя Минрыбпрома Рытова расстреляли,
судебный процесс раздробили на части и замяли. Но... известно становится постепенно,
что вклады за рубежом имеют и кое-кто еще, никакого отношения к продаже икры не
имеющие. Точных сведений тут, разумеется, нет, нельзя потому и назвать имена, даже
предположительно, но неужели не ясно, что людям, имеющим в СССР миллионы, тут их
просто-напросто некуда девать? Квартиру любовнице, машину невестке? Тьфу, ерунда, о
которой даже не стоит толковать. Так куда же?
Ясно, куда. "Туда". Туда, где банки не опекаются народным контролем, туда, где
работают в советских представительствах сыновья, внуки и зятья "премудрых", туда, куда
после торжества "разрядки" можно будет проехаться и самому "вкладчику", чтобы
насладиться наконец пахучими прелестями Парижа или Лас-Вегаса.
Когда Хрущев начал кричать о злоупотреблениях при Сталине, о гибели множества
невинных людей, то главнейшей, решающей слабостью этой его линии было то, что он
никак не мог ответить на простейший вопрос: ну, а вы-то сами где были? Хрущев злился,
ругался, бросался в крайности, но от этого только углублялась его слабость. Смелый и
решительный деятель, он так и не нашел в себе мужества сказать: да, и мы тоже виноваты,
давайте же теперь вместе... Говорят, Андропов очень скромен в быту, его семья вроде бы
тоже. Очень хорошо, особенно в сравнении с вороватым "маршалом", но это все же
мелочь, когда речь идет о политическом деятеле, а уж о главе громадной державы - тем
более. Так вот: что же, Андропов и Чебриков не ведали о том, как Галина Леонидовна
собирала бриллианты, как Медунов превратил Сочи в воровской притон, как Щелоков
собирал картинные галереи, что "мэр" столицы - вор и многое другое, чего мы, рядовые
граждане, не знаем и знать не можем? Не доносили им обо всем этом сотрудники КГБ,
явные и секретные? Ну, теперь-то, ясное дело, во всем виноват покойный Брежнев! Но
почему же Андропов не выступил в свое время где следовало, не ушел на пенсию, не
повел себя с ленинской, так сказать, принципиальностью?
На все эти вопросы ему нечего ответить. Вот почему столь непоследовательно
боролся Хрущев против наследия Ягоды и Берии, вот почему так вял и нерешителен
Андропов в борьбе с приобретателями и валютчиками.
Нет сомнений, что воровская шайка, сложившаяся вокруг Брежнева в верхушке
общества, непосредственно связана с пресловутой "разрядкой", то есть - прямо скажем
- буржуазным образом быта и мышления. Вот суть. В стране и за рубежом хорошо знали
покойного брежневского приближенного Иноземцева Николая Николаевича (в девичестве
- Николая Израилевича), одного из серых кардиналов теневого (и подлинного!)
московского руководства. Но не все знают, что последним земным деянием Иноземцева
было... возвращение им в казну 16 тысяч рублей в возмещение ворованных материалов для
постройки подмосковной виллы. Конечно, эти жалкие тысячи для людей порядка
Иноземцева - пустяк, мелочь; важно, однако, что пришлось ему еще при жизни
опозориться, уворованную мелочь вернуть.
Тут напрашивается примечательный вывод. Если все эти "иноземцевы-агентовы"
имеют много денег (а они имеют), если их сынки и близкие пребывают по большей мере в
заграницах, то... Много толкуют в Москве о пресловутом "бриллиантовом деле", которое
как-то выплыло через потрясенную Польшу: будто некоторые лица из окружения
Брежнева переводили ценности... кое-куда. Как точно известно полякам, туда же прятал
свое ворованное золото нечистый Герек. Да, приходится признать, что валютные гешефты
тесно повязаны с "разрядкой".
Прямым следствием брежневского разложения яв
...Закладка в соц.сетях
