Жанр: История
АНДРОПОВ: 7 ТАЙН ГЕНСЕКА С ЛУБЯНКИ
.... Штеменко, изданные огромными тиражами (огромными даже для нашей
страны). Необычным для своего жанра спросом пользовались и быстро исчезли с
прилавков книги В.Л. Янина о берестяных грамотах или Л.Н. Гумилева о хазарах.
Берестяные грамоты? Какие-то хазары, которые "погибоша" бог весть когда? Но все эти
книги распроданы, и появись новое издание любой из них, не хватит и его. А ведь ни один
из названных авторов или мемуаристов ни в чем не пытается потрафить дурному вкусу
иного читателя, не стремится чем-то его позабавить. Но вот еще более разительные
примеры: недавно были немалыми тиражами изданы сборники документов по истории
советских пограничных войск, обзор документов о переговорах СССР, Англии и Франции
в 1939 году - работы сугубо, казалось бы, специальные, сухие, трудночитаемые. И что
же? Попробуйте сегодня спросить их в магазинах...
Ныне наблюдается повышенное общественное внимание к тем произведениям (в
любой гуманитарной области), где содержится основательный и, главное, подлинный
фактический материал. Вот почему неизвестно, что предпочтет сегодняшний читатель -
сборник документов о войне или роман на военную тему, стенограмму партийного съезда
или повесть на историко-партийный сюжет. Но речь идет не только о предметах чисто
исторического жанра. Широкой популярностью пользуются работы наших социологов -
вопреки тому, что этим работам порой не хватает глубины (а порой избыточна
глубокомысленность), читатель как бы авансирует своим вниманием социологию. Даже
такая наука, как экономика, казалось уж совсем не избалованная общественным
вниманием, и то в своих лучших работах - специальных работах! - встречает
повышенный читательский интерес.
Сосредоточим, однако, свое внимание на истории. Вне всякого сомнения,
историческая наука имеет сейчас самые благоприятные условия для своего подлинного
расцвета, дело здесь за самими историками. И важнейшим из этих условий является
огромный (и возрастающий!) всенародный интерес к изучению отечественного прошлого.
Современный советский человек ныне справедливо ощущает себя наследником своих
предков, законным и благодарным продолжателем их дела в строительстве и созидании
нашего великого государства.
"Старь новизну держит" - эту народную мудрость можно узнать не только из
плакатов Общества охраны памятников истории и культуры. Нет, уважение к прошлому,
далекому или близкому, пронизывает ныне всю нашу общественную жизнь. Все мы были
свидетелями, сколь торжественно и вместе с тем как искренне и - не побоимся этого
слова - трогательно отмечал наш народ четверть века Великой Победы. Разве можно
было без душевного волнения смотреть на пожилых соотечественников, надевших в тот
день старые боевые награды на свои не слишком-то модные пиджаки! Да, трогательно. Но
не только. А кроме того, в высокой степени поучительно. Вот он, лучший способ
воспитывать молодежь на реальном положительном примере. В нашем обществе превыше
всего ценятся заслуги перед Родиной. В нашем обществе скромный труженик в дни мира
и войны - вот подлинный герой, окруженный народным почетом и уважением, и не по
чьему-то там приказу или указанию, а в силу здорового народного чувства, родившегося
далеко не вчера. И если идеалы нашей партии и государства согласны с народными
представлениями о человеческих ценностях - разве это не лучшая похвала нашей партии
и государству?
Конечно, кое-кому это не нравится. Конечно, кое-кто хотел бы нарушить это
органическое единство нашего народа с нашим социалистическим государством. Ну что
ж, известно, откуда звучат эти вкрадчивые "голоса". Темные силы мира настойчиво
пытаются любыми способами ослабить наше государство, посеять рознь и вражду среди
советских народов. Вот почему монолитность нашего многонационального Отечества и
дружбу наших народов надобно хранить и оберегать как зеницу ока. И уместно заметить
здесь, что долг всей нашей патриотической интеллигенции состоит в том, чтобы беречь
как свое величайшее национальное достояние эту монолитность нашего общества и
давать решительный отпор любым попыткам разложения и подмыва общественных
устоев, нам присущих.
Ощущение преемственности поколений в деле строительства и защиты Родины есть
лучшая основа для патриотического воспитания граждан, в особенности молодых. И здесь
хотелось бы подчеркнуть, что в охране и сбережении нуждаются не одни лишь памятники
далекого прошлого, не только традиции и обычаи, идущие из глубины веков, но и то, что
было создано в последние пять десятилетий, и в особенности наша Великая Революция.
Ибо эта Великая Революция есть также наше бесценное национальное достояние. И мы,
советские граждане, гордясь творениями древних мастеров Новгорода и Еревана, Киева и
Самарканда, нашей великой литературой и музыкой, подвигом народа, освоившего
гигантские пространства Европы, Азии и Америки, славой Бородина и Сталинграда, -
гордимся Великой русской революцией, открывшей новую эпоху в судьбе Родины и всего
мира. Да, и всего мира.
Нельзя не гордиться народом, свершившим небывалую в истории революцию,
народом, который босиком и куда уж как без приварка создал гигантскую индустрию,
народом, чьи сыны с гранатой ложились под вражеские танки, шли на таран, закрывали
собой амбразуры. (Последним, кстати сказать, может похвалиться только наша Советская
Армия.) Отсюда вытекает важнейший ценностный критерий применительно к
общественным явлениям, ныне происходящим, и притом, смею думать, критерий
безотносительный; способствует ли то или иное явление делу укрепления нашей
государственности или нет. Вот в чем вопрос. А ответ на него в каждом конкретном
случае можно дать вполне определенный. И разговоры об относительности всего сущего
вряд ли окажутся здесь убедительными.
"Старь новизну держит"... Но ведь давно ли нам пытались внушить нечто совсем
иное. Известный в свое время "левый" публицист С. Третьяков - он был, увы, далеко не
одинок в подобных настроениях - писал: "В отношении к старью полезно не забывать:
старье - навоз, но не пища" ("ЛЕФ", 1923, № 2. Слова эти были набраны жирным
шрифтом, столь важными они казались автору и редакции!). Что же разумел сей
радикальный публицист под старьем? Энергичное и категорическое указание следовало
сразу же. В "старье" зачислялись: драматургия Островского, поэзия Некрасова, музыка
"Могучей кучки", творчество передвижников. Ну, а что относили сии новаторы к разряду
"старья" из современной им культуры? Пожалуйста, ответ и на это давался рядом:
Владимир Блюм назвал торжественно отмеченный в ту пору юбилей великого русского
певца Леонида Витальевича Собинова "оскорбительной чепухой". Следует добавить, что
все эти весьма "левые" товарищи поносили не только русское культурное наследство и
наличные ценности русской культуры. В том же номере журнала "ЛЕФ" (другие, право
же, не лучше, и напомнить об их содержании стоит, но это уже особый разговор), так вот,
в том же номере лингвист Г. Винокур оценил начавшуюся тогда в Советской России
гигантскую работу по созданию письменности у бесписьменных народов как "массовое
производство туземных Кириллов и Мефодиев".
Нигилистический разгул по отношению к культурному достоянию нашего прошлого
был, к сожалению, довольно-таки моден среди части интеллигенции в 20-е годы. Стоит
ли говорить, что все подобные извращения находились в глубочайшем противоречии с
ленинскими указаниями о бережном отношении ко всем духовным богатствам,
накопленным человечеством. Тогдашние бойкие поборники всего "левого" в искусстве
старательно избегали даже поминать известное высказывание В.И. Ленина на этот счет в
речи на III съезде комсомола. Этих (и подобных) ленинских слов они не вспоминали. Зато
страницы журналов "ЛЕФ" и "На посту" буквально пестрели трескучими цитатами
Троцкого, и цитаты эти заключались в торжественные рамки и набирались самым
крупным шрифтом. Поистине трудно переоценить тот вред, который причинил развитию
нашей культуры троцкизм, во главу угла своей "теории" поставивший глубочайшее
отвращение к нашему народу, его опыту, традициям, обычаям, его истории.
Истории нашего народа в ту пору особенно досталось. В этой связи я не могу не
возразить своему уважаемому коллеге А.Н. Сахарову, участнику нашей дискуссии. В его
содержательной статье дается, в частности, высокая оценка работам М.Н. Покровского,
известного историка, наиболее активная деятельность которого пришлась как раз на 20-е
годы. Покровский и его последователи установили в ту пору подлинную монополию в
исторической науке, весьма сурово расправляясь со всеми инакомыслящими. Покровский
и его "школа" поставили перед всей историей России жирный знак минус и размашисто
переписывали эту историю по принципу "от противного". Так, в деятельности великого
преобразователя России Петра I Покровский усмотрел только пьянство да сифилис. В его
очерках русской истории (которые правильно было бы назвать очерками антирусской
истории) почти не упоминались Суворов и Кутузов, Севастопольская эпопея 1854- 1855
годов и многие иные лица и события, ставшие (и оставшиеся!) священными для всякого
гражданина-патриота.
Наша партия пресекла эти нигилистические извращения в советской исторической
науке, и сам Покровский в конце жизни (он умер в 1932 году) частично признал свои
заблуждения. Нельзя, однако, забывать об этих заблуждениях, только хорошая память
сможет предохранить нас от повторения подобных же ошибок в будущем. История всегда
была и остается теснейшим образом связанной с политикой. Относительно того же
Покровского уместно напомнить: видимо, не случайно он вместе со своим другом
Бухариным в критические дни заключения Брестского мира стал одним из руководителей
антиленинской фракции "левых коммунистов". Тех самых "левых коммунистов", которые
готовы были пойти на гибель нашей страны и советской власти во имя призрачной
надежды на то, что Россия послужит спичкой для костра грядущей мировой революции.
Как видно, отношение к прошлому и настоящему органически связано.
Теперь ясно видно, что в деле борьбы с разрушителями и нигилистами перелом
произошел в середине 30-х годов. Сколько бранных слов обрушено было задним числом
на эту историческую эпоху! Любителям вздыхать о "золотом веке", который якобы царил
в литературно-художественных салонах 20-х годов, всем тем, кто кроме этих самых
салонов и видеть ничего не хочет в нашей культуре и народной жизни, - всем им
полезно напомнить, что именно после принятия нашей Конституции, которая
законодательно закрепила огромные социальные сдвиги в стране и в обществе, возникло
всеобщее равенство советских граждан перед законом. И это было гигантским нашим
достижением. Навсегда исчезло подразделение людей на различные категории при
поступлении на работу, на государственную службу, в армию, при приеме в учебные
заведения. Все честные трудящиеся нашей страны отныне и навсегда оказались слитыми в
единое и монолитное целое. Мне кажется, что мы еще до сих пор не осознали всю
значимость гигантских перемен, случившихся в ту пору.
Эти перемены оказали самое благотворное влияние на развитие нашей культуры.
Модернистским извращениям был положен предел. Глумлению над прошлым Родины и
ее народа уже более не оставалось шансов на успех. Поистине символичным для тех лет
стал известный плакат: советский танкист в шлеме, поднимаясь из танковой башни,
смотрит вдаль, приложив ладонь ко лбу, а за ним, в глубине плаката, возвышается
знакомая фигура бородатого и широкоплечего васнецовского богатыря с тем же жестом
руки, с тем же настороженным и смелым взглядом... Плакат этот - о тех самых
танкистах, которые грудью встретили вскоре страшную вражескую лавину. И опять-таки
не случайно, что в тревожные дни ноября 1941 года нам напомнили об Александре
Невском и Дмитрии Донском, Козьме Минине и Дмитрии Пожарском, Александре
Суворове и Михаиле Кутузове. Поистине, прошлое и настоящее неразрывны!
Однако нет-нет да возникают рецидивы брюзгливого нигилизма в нашей нынешней
литературно-критической практике. Конечно, у сегодняшних разрушителей не тот размах,
что прежде, да и условия нашей жизни изменились не к их выгоде. Но вирус, как видно,
живуч. Не так уж давно появилась печально знаменитая статья, в которой многие факты
нашего давнего и недавнего прошлого походя объявлялись легендами. Сколько было
шума, какие разгорелись страсти! А отчего? А оттого лишь, что одному столичному
литератору довелось продемонстрировать свою "смелость" в области истории. И
"Аврора", мол, не стреляла 25 октября 1917 года, и того не было, и этого... Не хочу
возвращаться к тем уже отшумевшим баталиям, но все же почитаю себя обязанным
напомнить читателям: в фундаментальных академических исследованиях советских
историков давно и безусловно установлено, что выстрел из носового орудия "Авроры"
был! Был! И штурм Зимнего дворца, и баррикада из поленьев на Дворцовой площади, и
даже такая забавная деталь тех незабываемых дней, как женский ударный батальон,
неудачно пытавшийся спасти Керенского, - все это были подлинные исторические
обстоятельства. И что из того, что в иных наших романах и в особенности кинофильмах
этот штурм показан бутафорски и просто неверно? Кстати говоря, уж если речь зашла о
фильмах, то позволительно будет сказать, что из всех известных мне кинолент на сюжеты
революции наиболее произвольным обращением с реальными фактами отмечена
известная картина С. Эйзенштейна "Октябрь". Но наши нынешние скептики почему-то
никак этой темы не касаются. А жаль. Вот уж где широкое поле для обличения всяких
ошибочных "фактов" и "легенд".
Сейчас в нашей стране сложились необычайно благоприятные условия для
неспешного и глубокого осмысления и изучения прошлого и настоящего в жизни
Отечества. Мы покончили с суровым догматизмом давно минувших лет и с
легкомысленным шараханьем времен не столь уж давних. Что ж, перефразируя слова Ф.
Достоевского, можно сказать, что мы даром времени не теряли. Народы нашей страны за
полвека, минувшие со времен Великого Октября, изрядно накопили всякого опыта. В
нашей истории бывало, что враг подходил к Москве, случалось, что и самую Москву
заполоняли в оные времена высокомерные и презрительные иноземцы. Но недаром
записано в старой русской летописи, записано тогда, когда на берегах Москвы да Яузы
стояли еще непроходимые леса: "погибоша аки обре...".
Наша советская интеллигенция не зря именуется ныне народной интеллигенцией.
Наша задача - хранить и оберегать вечные ценности народного бытия, активно
участвовать в великом деле созидания самого справедливого общества на земле -
коммунизма. Именно в этом мне видится профессиональный долг всей отечественной
гуманитарии.
"Молодая гвардия", 1970, № 8
Документ № 2
ЗА РАЗРАБОТКУ АКТУАЛЬНЫХ ПРОБЛЕМ ИДЕОЛОГИЧЕСКОЙ БОРЬБЫ
В июне сего года в идеологические учреждения была разослана обширная докладная
записка с грифом "Проект", подготовленная Академией общественных наук, на тему:
"Особенности идеологической борьбы на современном этапе и некоторые актуальные
проблемы идеологической работы КПСС". Авторы - тов. Иовчук М.Т. и группа
профессоров и преподавателей академии.
В "проекте" идет речь о множестве самых разнообразных проблем (это целая книга
в 116 стр.): о социалистическом соревновании, о составе депутатов местных Советов, об
экономических и производственных вопросах, о борьбе с пьянством и хулиганством, о
воспитании детей в семье и т.д., но по существу обойдена главная идеологическая
проблема современной действительности, как ее формулировал XXIV съезд КПСС: борьба
буржуазной и социалистической идеологий в условиях построения коммунизма, которая
приобретает особые, специфические черты в развитом социалистическом обществе в
период разрядки международной напряженности. На первой странице "проекта" авторы
вспоминают слова из отчетного доклада съезду о "незатухающей идеологической войне",
но они не видят (или не хотят видеть) этой самой войны в ее конкретных проявлениях
сегодня.
В "проекте" множество общих фраз и положений, но слишком мало конкретных
фактов, почти нет имен. Получается, что идеологически опасными фигурами являются
чуть ли не исключительно Фишер, Гароди и некоторые другие ревизионисты. Однако
всем практическим идеологическим работникам известно, что влияние названных
персонажей ничтожно как среди западной, так и, тем более, среди советской
интеллигенции. Эти жалкие фигурки не стоят бумаги, что тратится на их критику, более
того - преувеличенное внимание только делает выгодную рекламу этим отщепенцам.
Какие же имена следует назвать, если говорить о вредных и, к сожалению,
влиятельных врагах нашей идеологии? Это прежде всего Сахаров и Солженицын, чьи
"сочинения" размножаются "самиздатом", транслируются днем и ночью по разного рода
"голосам", печатаются за рубежом и контрабандой провозятся в СССР. Нельзя закрывать
глаза, что идеи технократии, конвергенции, интеллигентского авангардизма,
"либерального", "гуманного" социализма находят некоторую почву в определенных слоях
населения, в частности среди интеллигенции. Антисоветизм в "сочинениях" Сахарова,
Солженицына, Жореса и Роя Медведевых, Лидии Чуковской, Максимова, Галича и др.
часто выступает под видом "антисталинизма", причем спекулятивно искажаются
решения XX съезда КПСС. Опасность с этой стороны нельзя недооценивать! Например,
пошлые, проникнутые откровенным антисоветизмом "песни" Галича размножаются ныне
многочисленными магнитофонными лентами и получили, к сожалению, некоторую
популярность среди части советской молодежи, в особенности - среди студенчества.
Наша печать не дает отпора "идеям" Сахарова, Галича и К°, а между тем каждый вечер
немало наших граждан слушают по зарубежному радио их грязное поношение нашего
социального строя. Советские люди нередко спрашивают: как могут благополучно жить в
Москве Сахаров, или Лидия Чуковская, или Рой Медведев - эти профессиональные
антисоветчики?..
К сожалению, в тексте "проекта" острейшие эти политические проблемы обойдены,
как если бы их не существовало.
Порой принципиальные вопросы идеологической работы подменяются какой-то
странной игрой "в технику". Например, ставится в образец один райком, вооруженный
электронно-счетной машиной (стр. 49-50). Именно за это, то есть за использование
машины, а не за передовые показатели в производстве, не за успехи в коммунистическом
воспитании трудящихся. Этот глубокомысленно поданный эпизод мог бы быть смешным,
и только, если бы в нем не проглядывалась опасная тенденция недооценки идейной
стороны дела, подмены ее разного рода техническими новациями - тенденция,
демагогически ссылающаяся на научно-техническую революцию.
В "проекте" правильно говорится об опасности, которую представляют собой
средства информации, оказавшиеся в руках враждебных или оппортунистических
элементов. В 1968 г. в Чехословакии это получило классическое выражение. Но разве
только в Чехословакии и только в 1968 г.? Или авторам "проекта" не известно о крупных
идеологических ошибках, вскрытых партией в АПН, на телевидении, критика в адрес
журналов "Спутник", "Юность", "РТ" и др.? В этой связи странно читать о "повышенном
спросе" на книги Розанова, Леонтьева, С. Булгакова, Бердяева, Соловьева, славянофилов
(стр. 89). По данным Всесоюзной книжной палаты эти книги за годы Советской власти не
издавались ни разу! Вот пример "борьбы" со вчерашним днем!
В разделе "Марксистско-ленинское образование трудящихся СССР в современных
условиях" т. Иовчук и его группа не поставили важнейшую проблему изучения истории
нашей партии. Лишь в перечне многих иных проблем упомянут "популярный (?) курс
истории КПСС". Подобный подход не может не вызвать удивления. Многие поколения
членов партии, советских людей получали идейную закалку, изучая историю КПСС.
Теперь некоторые товарищи пытаются подменить эту тему разными новомодными
предметами социологического характера. Но при этом из поля идеологического
воздействия выпадают славная история наших пятилеток, коллективизация и особенно -
борьба партии с троцкизмом, тема, имеющая ныне необычайную политическую
актуальность. Сегодня партийные кадры явно недостаточно изучают исторический опыт
КПСС. К сожалению, авторы "проекта" следуют той же тенденции.
Известно, какую опасность представляет собой в настоящее время реакционная
идеология сионизма. Однако авторы "проекта" рассматривают сионизм лишь в плане
международном или внешнеполитическом. Это неверно. Сионистская агентура в нашей
стране ведет активную идеологическую работу. Эта антисоветская работа предполагает
объектом отнюдь не только граждан еврейского происхождения. За последние несколько
лет за границу уехало около 30 членов Союза писателей, значительное число членов
других творческих союзов (художников, композиторов, журналистов,
кинематографистов). Деятельность этих перебежчиков и тех, кто их выдвигал и
поддерживал, имела воздействие на граждан всех национальностей СССР. Ядовитые идеи
абстрактного гуманизма, пацифизма, конфликта поколений, очернительства всех
оттенков и т.д. - все это в изобилии прокламировалось в "произведениях" режиссера
Калика, поэтов Бродского и Бетаки, писателей Коржавина и Свирского и многих иных.
Однако лица, их пропагандировавшие, не были призваны к ответу. Например, поэт Б.
Слуцкий совсем недавно давал "партийное поручительство" за Наума Коржавина.
Коржавин отбыл в Израиль, а Слуцкий по-прежнему занимает видное положение в ССП.
Весной нынешнего года в Ленинграде органами КГБ была раскрыта сионистская
деятельность профессора Педагогического института, члена ССП Е.Г. Эткинда.
Характерно, что литературные его выступления неоднократно подвергались острой
идейной критике, однако это не мешало Эткинду процветать, печататься в "Литературной
газете", воспитывать своих многочисленных аспирантов и сотрудников в откровенно
националистическом духе.
Проблема борьбы с сионистской идеологией ныне является проблемой
внутриполитической, но авторы "проекта" не хотят замечать очевидного.
Данной теме посвящен раздел "Вопросы интернационального и патриотического
воспитания". Однако о пропаганде идей советского патриотизма говорится бегло и
вскользь. Особенно "не повезло" военно-патриотической работе, эти проблемы почти не
затронуты. Между тем представляется неоспоримым, что в современных условиях эта
тема не может быть недооцененной.
Как видно, в документе, составленном группой т. Иовчука, многие важные,
принципиальные проблемы идеологической борьбы оказались обойденными или
затушеванными. Гораздо хуже, что в "проекте" есть ложные ориентиры, которые могут
только дезорганизовать идеологическую работу партии.
Прямой недобросовестностью отмечено толкование работ писателя М. Лобанова,
которому приписывается странный тезис о "загадочности русского народа" (?).
Характерно, что в приведенной сноске на книгу Лобанова не указана страница. И не
случайно - таких слов в книге нет. Отдельные положения в статьях Лобанова вызвали
оживленное обсуждение, были как положительные, так и критические высказывания.
Авторы "проекта" вправе присоединиться к любой точке зрения, но в данном случае
настораживает нарочитость обвинений.
Нельзя не поддержать авторов "проекта", когда они критикуют идеализацию
Тимура, атаманов Запорожской Сечи и т.п. Сюда можно бы добавить неумеренные
восторги генералом Скобелевым, армянским царем Давидом Сасунским, смехотворные
утверждения о том, что Киевская Русь была "украинской" (последняя точка зрения
получила распространение в беллетристике, но до сих пор не встретила отпора в печати).
Все это так, хотя вопрос этот в сегодняшней идеологической работе в общем решен,
сторонники идеализации царей и ханов получили уже должный отпор. Обличая
идеализацию царицы Тамары, авторы "проекта", как и в некоторых других случаях,
стреляют уже в прострелянные мишени. Но опять-таки обратим внимание на другое:
непосредственно за перечнем "личностей, которые сыграли реакционную роль в
историческом развитии", стоит имя... писателя Солоухина! Авторы документа
утверждают, что его книге "Черные доски" присуще "воспевание старины" и
"патриархально-крестьянский характер с религиозной окраской" (стр. 78). Тут следует
разобраться.
Вряд ли "Черные доски" есть лучшее произведение известного писателя,
критические замечания тут были бы правомерны. Но при чем здесь "воспевание
старины"? Солоухин пишет о древнерусских иконах, высказывает свои суждения (не
бесспорные) о древнерусском искусстве, справедливо выступает против хамского
пренебрежения к памятникам прошлого (что получило широкую поддержку советской
общественности) и т.д. Однако в названной работе нет "воспевания старины" хотя бы
потому, что в повести вообще не идет речь о прошлом. Особенно следует подчеркнуть,
что в этом и других произведениях Солоухина нет никакой "религиозной окраски", автор
- несомненный атеист, о чем он не раз высказывался вполне определенно и
недвусмысленно. Совершенно непонятен упрек писателю в "патриархально-крестьянских
настроениях". Солоухин - типичный горожанин, и не по прописке, а по характеру своего
творчества, его описания природы, деревни это именно взгляд горожанина, то есть извне,
а не изнутри.
Очевидной натяжкой является толкование статьи С.Н. Семанова "О ценностях
относительных и вечных", опубликованной в 1970 г. Автору, известному историку,
приписывается мысль, будто "историческое прошлое каждого народа, составляющее его
национальную гордость, можно оценивать только в "одномерном" определении. Оно не
может быть оценено "под знаком относительности". Патриотические чувства вечны,
нетленны и неизменны" (стр. 78). Как видно, в отрывке есть несколько закавыченных
слов, которые выглядят как цитаты. Но опять-таки сноска на страницы отсутствует, и
опять не случайно. В статье С.Н. Семанова таких выражений нет. Он нигде не пишет, что
патриотические чувства вечны и т.п. В своей статье он лишь выступает против
"расщепления ясных и определенных понятий под предлогом относительности всего
сущего", таких, н
...Закладка в соц.сетях
