Жанр: История
Как виктор суворов сочинял историю
...о какому принципу Суворов подбирает себе
источники, и самое главное, каким образом он определяет, кому верить можно, нужно и
должно, а кому ни в коем случае нельзя. Не понимаю этого и сейчас. Одно точно -
Суворовым при написании "Очищения" не был использован, или каким-либо другим
образом потревожен ни один базовый закон логики. Не наш это метод. Мы пойдем другим
путем. Как всегда, распахнутой настежь двери мы предпочтем окно на третьем этаже,
пару раз рухнем оттуда в клумбу, всеми правдами и неправдами (в основном -
последними) туда вскарабкаемся и тут же обнаружим, что ошиблись подъездом.
Вместо логики, суворовская аргументация во многих главах незыблемо покоится на
доводах и рассуждениях такого непредвзятого и глубокого мыслителя как Йозеф
Геббельс. Причем оные доводы Суворов почерпнул ни много, ни мало, из последних
записок вышеозначенного стратега от рупора и генерала от пишущей машинки.
Последний, на пару с фюрером просматривая в 1945 году фотографии советского
генералитета, пришел к выводу, что их генералитет с точки зрения расовой теории не
столь ядрен и правилен, как наш.
Признаюсь вам по секрету, я сам большой любитель предсмертной прозы доктора
Геббельса. Очень приятно, знаете ли, смотреть, как оный доктор лихорадочно роется в
сводках, пытаясь найти в них хоть что-либо утешительное. Как он, на манер Суворова, из
самых ничтожных зацепок строит громадные муляжи того, как союзники передерутся
между собой, как британский парламент вынесет вотум недоверия Черчиллю, как
доблестный вермахт, ведомый фюрером, остановит Красную Армию, а Сталин предложит
ему мир. И каждый раз по окончании построения иллюзии, убитый горем Геббельс
признает, что это чистой воды утопия.
Ну чем, как не истерией и предсмертным маразмом, являются совместные посиделки
Гитлера и Геббельса, которые в критические для государства моменты не находят ничего
лучшего, как сидеть над сборником шаблонных биографий советских маршалов и с
убийственной серьезностью вычислять, на какой "народной закваске" оные маршалы
были взращены и из каких "хороших народных слоев" они вышли. И самое смешное, что
определяется эта "энергия" и "народность" исключительно по выражению физиономий
наших генералов на фотографиях! Таким образом, самым народным и, соответственно,
самым могучим нашим полководцем должен был стать Клим Ворошилов со своей
простоватой физиономией. И самое главное - Суворов гордо подписывается под подобной
оценкой, которая вполне могла бы послужить диагнозом обоим своим авторам .
Однако этот метод оценки личных качеств высшего командного состава армии не
лишен известных изъянов. Ведь даже такая отвратительная бездарь, как трижды клятый
Суворовым Тухачевский, при помощи накладной бороды, носа на резиночке, засаленного
картуза и должной доли актерского мастерства (коего, по слухам, расстрелянному
маршалу было не занимать) мог с легкостью превратиться из "бездари" в "корифея" и
"звезду первой величины". Таким образом, мы подходим к неотложной необходимости
подергать Ворошилова за нос, Калинина за бороденку, Сталина за у... Ой! Нет, Сталин
настоящий, его мы дергать не будем.
Как вам способ Геббельса-Суворова по определению даровитости военачальника
исключительно с помощью физиономической экспертизы?
Мне, в самом деле, несколько неловко за нашего защитника демократии, который
вдруг ни с того, ни с сего съехал вслед за Гитлером и Геббельсом на рельсы расовой
теории. Понятно, они - нацисты, им положено, но вы-то, Виктор, куда? Ладно, когда
Муссолини устроил генеральное "очищение" своему генштабу заставив всех сдать кросс и
велосипедные гонки. Но, опять-таки, вы-то чего за ними вприпрыжку бежите? Вернитесь!
Эта дорожка ведет в Нюрнберг, а оттуда сами знаете куда.
К тому же, боюсь что целый ряд наших генералов из приведенного списка "отличников
боевой подготовки" по версии Суворова в конце первой главы "Очищения", не сдюжили
бы испытание беговой дорожкой. И не потому что "закваска" недостаточно "народная".
Просто в ходе столь прославляемого вами, Виктор, "очищения" эта закваска была сильно
подпорчена следователями НКВД. Шутка ли - упомянутый в вашем списке Рокоссовский
лишился в ходе "очищения" 9 зубов, 3 ребер и дважды присутствовал на собственном
расстреле. Да, кстати, кросс он точно не сдюжил бы. Ему молотком отбили пальцы на
ногах . Испытание спортом не прошел бы также и упомянутый в вашем похвальном
списке Мерецков. После своего ареста в январе 1941 этот действительно хороший генерал
был так "хорошо" "обработан" доблестными чекистами, что спустя еще много времени
Сталин на совещаниях разрешал ему докладывать сидя . Да, кстати, из тюрьмы Мерецков
был выпущен только в сентябре 1941 года! Так что вся ваша теория о том, что всех
генералов освобождали точно к сроку проведения "операции "Гроза", с фактами не
стыкуется . На другого, обласканного вашей высочайшей благосклонностью маршала,
Малиновского, в тридцать седьмом был уже собран материал, заведено дело, которое,
однако, благодаря счастливому для Малиновского и РККА стечению обстоятельств не
получило хода .
Вот так!
И не думайте, что Суворов хоть на миллиметр приближается к действительности,
объясняя репрессии прореживанием военачальников с целью отсева худших.
Ознакомьтесь с цифирью "очищения", которую Суворов, по своей застарелой нелюбви к
фактам, полностью не приводит:
"... сталинские репрессии вырубили из пяти маршалов трех, из пяти командармов
первого ранга - трех, из 10 командармов второго ранга - всех, из 57 комкоров - 50, из 186
комдивов - 154, из 16 армейских комиссаров 1-го и 2-го ранга - всех, из 28 корпусных
комиссаров - 25, из 64 дивизионных комиссаров - 58, из 456 полковников - 401. Это
сведения о командирах и политработниках, первыми удостоенных персональных
воинских званий в ноябре 1935 года. А.И.Тодоровский не касался здесь последующего
присвоения этих званий, не суммировал потери от репрессий за какой-то период, выяснял
лишь масштаб потерь в тогдашнем первом эшелоне военных кадров, "вынесших на своих
плечах в чисто военном смысле гражданскую войну" ""Они не молчали". с.269.".
Как мистер Суворов нам объяснил, разумеется, "доказательно" и "научно",
расстрелянные маршалы, командармы, комкоры и все без исключения комиссары -
бездари, "обиженные" и "каратели", коим не место в готовящемся освободительном
мероприятии. Пускай все это так (спорить с таким маразмом просто тошно), пускай. Но
вот вопрос: как же быть с полутысячей полковников, которых выкосило даже почище, чем
маршалов - не 3 из 5, а 8 из 9!!! Может, и они - поголовно бездари, непонятно как
пробравшиеся на высокие должности в РККА, и составлявшие на момент свой гибели
основной костяк ее командирских кадров?
И, наконец, главный вопрос: за что их судили? Что написано в их приговорах? На что
опирался прокурор, эти приговоры вынесший? Он рассматривал их военные таланты? Он
инспектировал состояние их частей? Он наблюдал за маневрами? Ничего подобного!
Чтобы делать выводы о квалификации военных, нужно, по меньшей мере, самому
являться таким же по квалификации военным. А кто хватал за руку это "военнофашистское
охвостье троцкистских заговорщиков"? Мехлис! Ежов! Вышинский!
Зачитайте, пожалуйста, их военно- теоретические труды. Определите, к какой школе
военной мысли они относились. На худой конец, предъявите их послужной список и
боевые награды! Так за что судили полковников? За профессиональную непригодность?
Но судьи ее, как видим, и определить-то не смогли бы. Даже если бы очень захотели в
этом разобраться. Так по какому принципу чистилась Красная Армия?
"Если взять хотя бы такой короткий отрезок времени как 16 месяцев - с мая 1937 по
сентябрь 1938 года, то окажется, что репрессиям подверглись командующие войсками,
члены военных советов и начальники политуправлений всех военных округов, все
командиры дивизий и бригад, большинство политработников корпусов, дивизий и бригад,
около половины командиров полков и около трети комиссаров полков, многие
преподаватели высших военных учебных заведений" ""Они не молчали". с.269.". Это море
крови собственных военных руководителей пролито для усиления боеспособности своей
армии?
Теперь к вопросу о расстреле комиссаров.
Суворов пытается убедить нас в том, что армейский комиссар образца 1937 года есть
полный кровопивец с маузером в зубах, стреляющий всех направо и налево. Бывало,
разумеется, по-разному. Мехлисы тоже встречались. Однако на самом деле комиссары
были все - таки людьми военными. Очень много комиссаров перешли на политработу из
офицеров, а ряд офицеров в прошлом были комиссарами.
Кстати, некоторые комиссары в бою проявили себя как способные офицеры.
Например, бригадный комиссар Попель за свою первую в ходе войны атаку удостоился
упоминания аж в дневнике лично Гальдера. И руководил он ей не из теплого штаба, а из
"тридцатьчетверки", отлично справляясь с обязанностями боевого танкового командира.
И вот что еще: на эту должность он попал не случайно, как многие другие комиссары
(после гибели офицера), а был назначен своим непосредственным начальником (не по
политчасти) для управления частью мехкорпуса со своей самостоятельной задачей. То
есть он был, по сути, заместителем командира, которому тот доверил вести бой на
направлении главного удара. А Суворов требует считать всех комиссаров уголовниками,
расписанными якорями, и о них ни в коем случае не жалеть.
Мало Попеля? Пожалуйста, еще. Рокоссовский в своих мемуарах с большой теплотой
отзывается об Иване Павловиче Камере - начальнике артиллерии 19-й армии. "На самом
деле это был он, мой старый сослуживец времен конфликта на КВЖД, когда я водил в бои
5-ю отдельную Кубанскую кавбригаду, а он командовал в ней артдивизионом.
Замечательный артиллерист, крепкий большевик (в гражданскую войну был комиссаром!)
и чудесный товарищ (с.28- 29) ". Вот ведь парадокс - "был комиссаром" и при этом
"замечательный артиллерист!"
Продолжим разговор о политруках: в бою 92-го танкового полка "невозможно было
отличить, где танк взводного, ротного, где - комбата или политрука, - все дрались в
одном, почти неуправляемом порыве, как в рукопашной" . Секретарь партбюро 92-го
полка политрук Давыдов участвовал в ударе по вражеской колонне . И таких примеров
масса.
Можно, конечно, заявить, что дивизия эта создавалась на базе особой кавалерийской
бригады НКО , поэтому, мол, и политработники у нее особые. Но ведь и хрестоматийный
снимок "Комбат" - там, где командир с высоко поднятым пистолетом поднимает бойцов в
атаку, - это фотография именно политрука!
Кстати, если бы Коба послушался своего почитателя относительно комиссаров, то не
было бы ни вылетов Василия Петровича Бахвалова (звание Героя Советского Союза
получил еще за финскую, окончил курсы политруков, а в Великую Отечественную был
комиссаром эскадрильи 5-го истребительного авиаполка) , ни умелого руководства
батальонного комиссара (на политработе с 1931 года) Сергея Андреевича Миронова 27-м
стрелковым полком 7-й дивизии при штурме Выборга 4 марта 1940 года, когда командир
выбыл из строя (полк первым ворвался в город), за что он, собственно, и получил звание
Героя Советского Союза (кстати, в 1940-1941 окончил курсы Академии Генштаба
"Выстрел") . Наконец, комиссар Баранов Николай Васильевич, воевал в Гражданскую, до
1941 года занимал ответственные руководящие посты в партийных и советских органах,
затем - командир 1372-го стрелкового полка 417-й стрелковой Сивашской дивизии. За
мужество и героизм при штурме Сапун- горы и освобождении Севастополя
подполковнику Баранову было присвоено звание Героя Советского Союза .
В качестве образцово-показательного комиссара Виктор приводит нам Фриновского.
Он был "паханом", "уголовником", сделавшим "бандитско- чекистскую карьеру", потому
его мудрый Сталин застрелил в подвале. А раз есть плохой Фриновский, то, по
суворовской логике, остальным комиссарам тоже необходимо прописать по пуле в
затылок. И если бы тут Сталин послушался бы совета своего заморского почитателя, то,
ручаюсь, не было бы ни Попеля, ни удачного на оперативном уровне контрудара 8-го
мехкорпуса на Дубно, ни записи в дневнике Гальдера. А что бы было? Образцовопоказательный
марш а-ля французская кампания на Киев?
А что касается "пахана" Фриновского, можно согласиться с тем, что моряк он, видимо,
был никакой, но это уже вопрос не к Фриновскому, а к тому, кто его туда назначил. Наш
флот, хотя бы в теории, - военная сила, или место для ссылок опальных особистов?
Ну да ладно. Смысл в том, что мы можем даже согласиться с Суворовым. Да, да,
согласиться. Пусть все командармы, расстрелянные Сталиным, были бездарями и
кровожадными комиссарами. Пусть. У вас не рождается мысль, что слишком много в
Красной Армии было "бездарей"? Следуя логике нашего главного честеблюстителя ("мы
не дураки!") получается, что до 1937 года СССР обладал самым бездарным комсоставом
на планете. Сталин все "исправил". И результат? Немцы два года подряд ведут на нашей
территории наступательные бои. Да, кстати, все немецкие генералы - бездари. Гитлер не
на тех поставил. Наступление на Восток повел не Рем. А если бы он поставил на тех? Что
тогда? Рем - завоеватель Камчатки?
Ну да ладно. Все путем. Но вот вопрос - разве на генералах чистки кончаются? Они на
них только начинаются!!!. Что же вы, господин Суворов, на генералах-то клините? В
столь любимых вами мехкорпусах не хватало командиров рот, взводов, батальонов! Что,
они тоже бездарями были? Очень интересно как это вычислялось. Кто решал бездарь или
нет командир 5-й роты Тарас Ржеоглобля? Товарищ Сталин, да? Рассмотрев внимательно
его дело, разумеется. Боюсь, что в таком случае зеленая лампа на сталинском столе горела
бы круглые сутки без перерыва, - только успевай лампочки менять. Ну, что говорит у нас
Суворов по этому поводу? "А у нас 40 тысяч генералов! Куда их девать?" - завывает
дурным голосом наш пророк на 43 странице
- Ну, по крайней мере полковник или генерал, да, конечно, генерал; в этом роде, во
всяком случае.
- А-сколько лет твоему брату?
- Тридцать один год. Почему ты спрашиваешь?
Я предпочел не отвечать на встречный вопрос. Я размышлял про себя. У нас нужно
маршировать полных четыре года, чтобы стать ефрейтором, а потом, может быть, унтерофицером.
А Карл Эрнст стал генералом, но за всю свою жизнь ни единого дня не был
солдатом" .
Будучи заинтригованным такими карьерными аномалиями, Винцер (тогда ефрейтор
рейхсвера) получил аудиенцию у Карла Эрнста. Вот впечатления, которые у него
остались:
"Перед зданием стояли два штурмовика, ремни от каски затянуты у подбородка. Они
устроили такой спектакль, как если бы я желал проникнуть к самому Господу Богу. Но
когда я им сообщил, что самолично договорился с группенфюрером по телефону о
встрече, они проявили чрезвычайное усердие. Они вызвали вестового, который - все же
после долгих расспросов и разговоров - в конце концов, быстро провел меня наверх. Там
повторился с самого начала тот же спектакль. Я должен был пробиться через два или три
караульных помещения, пока я добрался до адъютанта. Этот, наконец, был в курсе дела.
Однако я должен был еще подождать, потому что у Карла Эрнста как раз был посетитель.
Таким образом, у меня было достаточно свободного времени, чтобы приглядеться к
обстановке в высшей инстанции берлинских штурмовых отрядов. Тот, кто носил на
мундире какие-либо звездочки, считал, что должен разговаривать особенно крикливо,
чтобы доказать, что он кое-что значит. Тот, кто не имел звездочек, держался не менее
шумно; входя и уходя, он щелкал каблуками и орал "хайль Гитлер!". И каждый - при
звездочках или без оных - громко хлопал дверью. Это, видимо, должно было
свидетельствовать о воинственности. У нас в штабе полка обстановка тоже не
напоминала девичий пансион или монастырскую школу, но все же здешний цирк
производил буквально отталкивающее впечатление - во всяком случае, на солдата. Эти
желтые мундиры, и околыши фуражек, весь этот парад напоминал оперетту. Мне это не
слишком понравилось.
Тем временем из комнаты Карла Эрнста вышло несколько командиров штурмовых
отрядов. Один из них, длинный как жердь и однорукий, был, очевидно, Хейдебрек. Лицо у
него было чрезвычайно желтое, с явными следами того, что он потребляет в день не
меньше литра коньяку. Он славился как пьяница, а его померанские штурмовые отряды
отличались штетинскими попойками, во время которых они имели обыкновение стрелять
из револьверов в зеркала и люстры. Они производили "чистку". Видимо, и на совещании у
Карла Эрнста фюреры снова выпили: они разговаривали шумно, перебивали друг друга.
Теперь примчались ординарцы и принесли портупеи. Один из них помог Хейдебреку
закрепить ремни, и тот в знак благодарности дал ему пинок в зад. Ничего подобного в
рейхсвере я не видел.
Когда я вошел в комнату Карла Эрнста, бокалы из-под коньяка еще стояли на столе. Он
приказал подать еще один и поднес его мне. После обычных вопросов: "Как поживаете?"
и "Нравится ли вам служба в рейхсвере?" и после еще нескольких бокалов коньяку он
выложил свое дело:
- Не перейдете ли к нам?
Меньше всего я ожидал, что мне будет сделано такое предложение, и это,
соответственно, отразилось на моем лице. Очевидно, Карл Эрнст решил, что я согласен, и
неверно истолковал мое изумление. Он продолжал:
- Вы удивлены, не так ли? Между нами, мой дорогой, в вашей конторе неблагополучно
по вине канцелярских крыс, этих дурацких генералов, живущих вчерашним днем. Вам
абсолютно незачем сокрушаться по
поводу расставания с рейхсвером, там еще многое изменится.
Я взглянул на него вопросительно.
- Рейхсвер окостенел, офицерский корпус устарел. Туда надо влить свежую кровь и
хорошенько проветрить. Никак не угадаете, что вскоре произойдет. Рейхсвер станет
национал-социалистской народной армией; унтер-офицеры, рядовые и некоторые
молодые офицеры за нас. Вы ведь знаете, кто такой Эрнст Рем, начальник штаба
штурмовых отрядов? Это человек, знающий дело, он реорганизует рейхсвер" .
Ну как, знакомые речи? Похоже на Геббельсовские откровения образца 1945 года,
которыми нас Суворов пыжится убедить? Не кажется, что от этой "свежей крови" пахнет
как-то несвеже? Коньячком и гамбургскими подворотнями. Вот от такой "свежей крови"
да "народной закваски", по мнению Суворова, у РККА должны поджилки от страха
затрястись? Вояки в опереточной форме, нагружающиеся коньяком прямо на совещаниях,
а в реальности не держащиеся в седле не то что под огнем, а даже на параде, представляли
бы большую угрозу РККА, чем вермахт? Организация, генералы которой вербуют на
личных встречах ефрейторов рейхсвера, а те отпираются, и боком, боком за ворота?
Суворов, вы что, всерьез считаете, что эти паяцы продвинулись бы хотя бы на метр от
нашей государственной границы? Боюсь, что с такими противниками РККА за две недели
вышла бы к границам Бельгии, а День Победы отмечался бы 22 июля.
Опять выходит, что Суворов или дурак, или лгун, сознательно пытавшийся представить
нам штурмовиков как достойную смену "окостеневшему" рейхсверу- вермахту.
"А не пора ли задуматься над странным обстоятельством? Перед войной Сталин
уничтожил гениальных полководцев, но завершил войну с несокрушимой армией и целым
ансамблем не менее выдающихся генералов и маршалов... А Гитлер свою армию не
обезглавливал, но завершил войну с разгромленным государством, с разбитой и
безголовой армией... А ведь трагедия германской армии налицо. И заключалась она в том,
что Гитлер к войне не готовился, генералов сотнями перед войной не стрелял... О величии
и ничтожестве стратегов судят по результатам войны. Так давайте же судить по конечным
результатам, давайте же цыплят по осени считать!" (с.20) - надрывается дальше наша
бристольская пифия. Давайте. Давайте считать. Население СССР на начало войны?
Бронетанковые силы СССР на начало войны? Авиация СССР на начало войны? А потери
СССР в начале войны? Кто все книги напролет вопит о более чем трехкратном танковом
превосходстве РККА над вермахтом на 22 июня 1941 года? А численное превосходство
авиации? И армии, кстати, тоже. А результат - немцы у Союза половину его европейской
части оттяпали, вернув только после тяжелейших, более чем двухлетних боев. Наши
войска только в середине 1944 года на линию госграницы СССР вышли.
Вот уж воистину, казус Суворова: у СССР танков лучших - море, самолетов лучших -
океан, дивизий - со счета сбиться можно, офицеры от генерала до лейтенанта
"прорежены" НКВД, а значит - титаны. А против немцы - танки в сельских кузницах
деланы, глава авиации - дурак и толстяк, офицеры - отбросы (как же, ведь их никто не
расстреливал!). Вот такая, по словам Суворова, картина на лето 1941 года. А теперь
вспомним, что последовало за этим не в заливистых песнях Суворова, а в реальности.
РККА, терпя тяжелейшие потери, под ударами "дураков" отступает 2 года подряд,
полностью теряет 6 (и большую часть Карело-Финской ССР) из 16 союзных республик.
Еще два года уходит на то, чтобы все это вернуть обратно. Вам не кажется, что
суворовские сказки и реальность не стыкуются?
Какая может быть речь о гениальности Верховного, который прозевал вражеское
вторжение, и это при том, что, кажется, вся страна знала, что на нас скоро нападут?
Верховный, который, имея огромный танковый потенциал, в порыве гигантомании к
началу войны настрогал аж 29 мехкорпусов, которые к 22 июня 1941 года в среднем были
укомплектованы в пределах 50 процентов ""1941 год - уроки и выводы". М.: Воениздат,
1992. с.28."? Верховный, который позволил противнику оккупировать территорию,
равную четырем Германиям? Главком, который начал войну с того, что рассорился с
собственным Генштабом? И под конец, главком, все операции которого планировали за
него Василевский и Жуков? Это, по-вашему, образец для подражания? Этот, с позволения
сказать, гений, был ярмом на шее Генштаба и армии всю войну, а по поводу его
полководческих способностей весь перечисленный вами "ансамбль не менее выдающихся
генералов и маршалов" плюется в своих мемуарах с частотою пулемета!
Да, Сталин был прагматичным и гибким политиком. Да, Сталин был корифеем
партийной интриги. Этого у него не отнимешь. Но в начале войны он был нулевым
полководцем и, тем более, - стратегом. Это факт, доказанный горами трупов. Это же
хрестоматийный пример того, как политик, возомнив себя гением, лезет в военную сферу
и портит там все, к чему прикасается! Александр I в свое время "покомандовал" русской
армией при Аустерлице. Все. Он понял с первого раза. А лучший друг советских пионеров
с упорством, достойным лучшего применения, весь 1941-1942 год стучал кулаком по
столу - ни шагу назад. На каждый стук - по котлу.
Достаточно вспомнить его "гениальное" стратегическое решение "поработить"
Финляндию силами одного Ленинградского округа. Благодаря этому эпохальному
решению "еще одного Маршала Советского Союза" несчастный Мерецков, который,
опять-таки, тщась не подпасть под расстрельную категорию "обманщиков", должен был
выкручиваться, всеми правдами и неправдами пытаясь пробить "несуществующую"
"линию Маннергейма" силами своего многострадального округа. Ну что? Еще одна
"бездарь", "Мерецков-Туесков"? Но само собой "еще один Маршал Советского Союза" тут
совершенно ни при чем! Он-то чист, как белый лист бумаги! Это уж как водится: "Ты -
начальник, я - дурак. Я - начальник, ты - дурак". Главком - всегда не виноват. Это тупые
полководцы, достойные только свинцовой пилюльки, во всем виноваты. То-то
Шапошников, вернувшись из "отпуска" по кабинету, держась за голову, круги нарезал!
Как вспоминает врио начальника Информационного Отдела Разведупра полковник
Новобранец, "война была объявлена при участии Ворошилова так поспешно, что даже
начальник Генштаба Б.М.Шапошников об этом не знал. Он в то время был в отпуске.
Конечно, Шапошников немедленно прервал отпуск и прибыл в Москву. Здесь он узнал все
подробности. Потрясенный, схватился за голову, бегал по кабинету и с болью в голосе
восклицал:
- Боже! Что наделали! Ай-яй-яй! Осрамились на весь мир! Почему же меня не
предупредили?!
Да, Борису Михайловичу Шапошникову, военному ученому, написавшему научное
исследование о службе Генштаба - "Мозг армии", - было чему ужасаться.
Высокопоставленные невежды начали войну, даже не предупредив своего начальника
Генштаба!"
И вот ведь, какие метаморфозы происходят с платными правдорубами! Всего пару лет
назад, перед всем честным украинским народом клялся: мол, если что, сограждан бывших
из автомата крошить побежит. Теперь же, с пеной у рта борется за то, чтобы честь
мундира генералиссимуса Сталина не была запятнана!
Все, сказанное о генералиссимусе, полностью применимо и к полководческому гению
фюрера. Воспарив на крыльях французской компании, сей гениальный стратег,
почувствовал себя настолько могучим, что начал активно объяснять профессиональным
военным, его окружающим, как им нужно воевать. Но, само собой, во всем виноваты
бездарные генералы. Это уж как всегда!
"В том и разница: Сталин никогда никому не грозил. Повторяю: никогда никому.
Правило: виновного - прости. Или убей". Прекрасно зная это любимое правило Сталина,
его военачальники всегда были крайне нервным народом. И на управлении войсками это
сказывалось далеко не лучшим образом.
Кстати, по поводу "никогда никому" сразу вспомнился пример: Зальцман, какой-то
начальник на Кировском заводе в Ленинграде, оправдываясь за задержку поставок
раскроенных броневых листов со своего завода, принес Сталину цеховой чертеж,
переданный ему из КБ Ильюшина, говоря, что работа тормозится исключительно из-за
качества чертежей. А. С. Яковлев пишет: "Когда Зальцман стал потрясать перед
Сталиным якобы негодным чертежом, я сразу понял, в чем дело. Чертеж действительно
был рабочим цеховым документом - рваный, в масляных пятнах, а многочисленные
технологические пометки можно было принять за исправление ошибок. Зальцман сказал,
будто все чертежи штурмовика такие. Сталин рассвирепел.
- Мне давно говорили
...Поділитися у соцмережах
