Жанр: Фантастика
Остров Буян 1. Остров буян
...онятно, как он попал в эту подозрительную
компанию.
В данном случае я был согласен с Мишей. Борщов и в Вавилонской башне смотрелся
телом инородным, и в казино он, скорее всего, действительно попал случайно. Тем не менее
поговорить с ним следовало.
И в первую очередь требовалось выяснить, как на нем отразилось пребывание в
загадочной башне.
- Высадите меня здесь, господин Мащенко.
Поскольку генерал Сокольский не выразил по поводу моих слов никакого протеста, Борис
Семенович немедленно притормозил у обочины.
- Ну, ни пуха тебе, ни пера, - успел он бросить мне в спину, и тут же рванул с места, не
желая, видимо, слушать мое ответное пожелание. Поскольку всю сегодняшнюю ночь он как раз
и провел с чертом, то есть со мной. И впечатлений, судя по всему, предпринимателю хватит на
всю оставшуюся жизнь.
Идти мне пока что было некуда. Моя квартира сильно пострадала в результате взрыва,
насколько я мог судить по телевизионной картинке, а беспокоить знакомых мне не хотелось.
Тем более что до рассвета было всего ничего. Я с удобствами расположился на скамейке в
десяти шагах от подъезда девятиэтажного дома, в котором проживал Петр Иванович Борщов. Я
не стал его тревожить среди ночи и решил с пользой провести оставшееся до утра время, то
есть выспаться. Надо сказать, что мне это удалось. А проснулся я только тогда, когда
торопившиеся на работу жильцы стали хлопать дверью подъезда. На меня никто не обратил
особенного внимания - ну сидит на лавочке какой-то молодой человек и пусть себе сидит.
Борщов, между прочим, тоже прошел мимо. Мне пришлось его окликнуть:
- Петр Иванович.
Борщов в буквальном смысле раскрыл рот от изумления. Такой вид, наверное, бывает у
людей, которые впервые в жизни видят привидение. Минуту или больше он стоял в
оцепенении, пока я не взял его под руку, чтобы вывести из ступора.
- Но как же так, - потрясенно проговорил он, - вы же покойник! Я собственными
глазами видел сейчас по телевизору, как ваш труп грузили в "скорую помощь".
- Если по телевизору, то уже не собственными глазами, - возразил я Борщову. -
Телекамере свойственно обманываться самой и обманывать других.
- Понимаю, - растерянно произнес царь Пирр, хотя это утверждение, явно не
соответствовавшее его виду, было слишком поспешным.
- Давайте присядем на скамейку, - предложил я.
- Тогда уж лучше - в мою машину. Я на работу опаздываю.
Борщовские "жигули" стояли тут же во дворе под развесистым тополем. Стоило бросить
на автомобиль взгляд, чтобы понять, что его хозяин человек небогатый. Тем не менее завелась
видавшая виды машина без проблем и бодрой собачонкой выскочила на проезжую часть, где
едва не была раздавлена неуклюжим КамАзом.
- Вы успокойтесь, Петр Иванович, а то мы так с вами далеко не уедем.
- Легко сказать, успокойтесь, - криво усмехнулся Борщов. - Всё-таки сижу рядом с
привидением.
- Так ведь вы в некотором роде и сами царь Пирр.
- Я вас умоляю, Чарнота, какой я, к черту, царь! Я - экономист! И в ваших темных
делах я участвовать не собираюсь. В конце концов, я ведь не самый большой грешник на земле,
чтобы ко мне вот так запросто являлся демон. Ну, допустим, я изменил жене три раза.
Случались со мной такие казусы, но это когда было...
- Три раза - это уже не казусы, это тенденция, - не согласился я с экономистом.
- Можно подумать, что вы, Чарнота, святой. Я слышал по телевизору подробности
вашей биографии. Только учтите, наркотой я заниматься не стану, а будете приставать -
позвоню в милицию. Нашли, понимаешь, мальчика. Я, между прочим, действительную
морпехом служил и так просто в руки вам не дамся.
- Так вы считаете, что вас попотчевали наркотиками?
- А то чем же. Я их, правда, прежде никогда не употреблял, но с чего бы вдруг у
здорового мужика начались глюки? И черт меня дернул пойти в это казино, лучше бы купил
жене шубу.
- А почему царь Пирр? Назвались бы Александром Македонским?
- До Македонского я еще не дошел. Я ведь накануне Плутарха читал и аккурат на этом
царе Пирре остановился. Но вы, Чарнота, тоже хороши. Других упрекаете в царских замашках,
а сами-то в кого превратились, боже мой.
- А что такое? - не понял я упрека.
- Мало нам было этого великана с птичьей головой, так тут еще вы превращаетесь в
волосатое чудовище и начинаете рвать всех подряд. Я прямо обмер. Чуть богу душу не отдал. А
уж как эти визжали, просто спасу нет.
- Какие еще "эти"?
- А черт их знает. Бесы, наверное. Такие образины, что смотреть противно. Я уж думал
всё, большой привет тебе, Петя, но тут вы, конечно, расстарались и обратили в бегство не
только нас, но и их тоже.
- А как вы домой вернулись?
- Понятия не имею. Очнулся на той самой скамейке, где вы сидели, поднялся и пошел
домой.
- А никаких перемен вы в себе не заметили?
- Да вроде нет. Правда, заметно возросла потенция. Прямо гигант секса. Жена цветет, а
я, честно скажу, в большом сомнении пребываю. Уж больно он забористый, этот ваш
стимулятор. Супружеский долг - дело, конечно, святое, но чтобы перед этим такие муки
терпеть - увольте.
- А за долгое отсутствие вас жена не упрекала?
- Так ведь не было отсутствия - двадцать первого утром ушел и двадцать первого
вечером вернулся.
- Но вы же сказали, что просидели в башне чуть не две недели?
- Мне так показалось, но, выходит, я ошибся.
- А вам не могли этот бумажник подбросить?
- Зачем?
- Хотя бы затем, чтобы вы пошли в казино.
- А кто знал, что я туда пойду? Я ведь мог и в ресторан закатиться, и в стриптиз-бар.
Были у меня и такие грешные мыслишки.
- Значит, ничего экстраординарного с вами по возвращении из башни не произошло?
- Разве что тестя вылечил от радикулита простым наложением рук. Он мне бутылку
обещал поставить. Но это, конечно, просто совпадение.
- Вот вам номер моего мобильника, Петр Иванович, если к вам обратятся с каким-нибудь
странным предложением - позвоните мне. Только обязательно. Это в ваших же интересах. И
никому о моем воскрешении не рассказывайте. Да и вообще об этом деле не распространяйтесь.
- На этот счет можете не сомневаться, господин Чарнота. Я в психушку не тороплюсь.
- Вот и отлично. Всего хорошего, Петр Иванович.
Кажется, Борщов что-то прокричал мне вслед, боюсь, что нецензурное, но я его уже не
слышал. Всё, что мне нужно было знать о царе Пирре, я уже узнал. Этот человек вляпался в
чужие темные дела по глупой случайности и собственному легкомыслию. Борщову можно было
посочувствовать, но временем для зализывания чужих душевных ран я сейчас не располагал.
Мне нужна была машина. Своей я воспользоваться не мог, она наверняка сейчас является
объектом пристального внимания. Мои счета в банках, скорее всего, заблокированы, а карточки
изъяты из домашнего сейфа. В общем, куда ни кинь - всюду клин. Конечно, можно было бы
попросить машину у Сокольского, но мне этого делать не хотелось. Я не люблю, когда меня
пасут, пусть даже и с благими намерениями.
У меня на примете был один "форд", про хозяина которого я знал совершенно точно, что
он будет отсутствовать в городе еще по крайней мере месяц. Автомобиль стоял на платной
автостоянке, охраняемой с особым тщанием, ибо там имели привычку парковаться весьма
влиятельные и обеспеченные люди. И всё же я решил рискнуть. Изъятие чужой собственности
прошло без сучка и задоринки. Я, по своему обыкновению, показал бдительным охранникам
ничего не значащую бумажку и благожелательно им улыбнулся. После чего сел в чужой
"форд" и укатил по своим делам. Будем надеяться, что угнанной машины не хватятся и я успею
ее поставить на место до возвращения законного хозяина.
Хвоста за мной не было, хотя я нисколько не сомневался, что рано или поздно он
появится. Надо полагать, что работающие под началом Сокольского профессионалы сумеют
просчитать маршрут демона, тем более что круг моих интересов не был для них тайной. Что же
касается Варлава, то он пока считает Вадима Чарноту покойником, и этим выгодным для меня
обстоятельством нужно воспользоваться в полной мере.
Я подрулил к Наташкиному дому и притаился в засаде. На собственном опыте я убедился,
что между купленной мной по случаю квартирой и храмом Йопитера есть устойчивая связь. Не
исключено, что Варлав и его подручные используют эту квартиру в своих интересах. А уж
после моей объявленной смерти им и вовсе не от кого таиться и некого бояться.
Я почти два часа просидел в машине, прежде чем интересующий меня объект появился в
поле моего зрения. Наташка вихляющей походкой раскованной городской девахи вышла из
подъезда и направилась к обочине. Я угадал ее желание и подал свой автомобиль через пять
секунд после того, как она вскинула руку в расчете на отзывчивость доброй души. Наташка, не
раздумывая, села на заднее сиденье моего "форда" и небрежно буркнула мне в спину:
- В ГУМ, пожалуйста.
- Решила обновить свой гардероб? - полюбопытствовал я, трогая машину с места.
- А тебе какое дело, - надменно бросила мудрая львица, но, перехватив мой взгляд в
зеркале, осеклась. - Ты...
- Почему это тебя так удивило?
- Но ты ведь умер?!
- И ты едешь покупать траурное платье, чтобы оплакивать меня всю оставшуюся жизнь?
Судя по фырканью, доносящемуся с заднего сиденья, я ошибся в своем предположении.
Кажется, Наташка пока не знала, как реагировать на мое неожиданное воскрешение: то ли
радоваться, то ли огорчаться. А Варлав, видимо, не догадался снабдить ее инструкциями на
этот счет.
- У меня к тебе каверзный вопрос, красавица. Это ты вывела меня к замку Руж?
- Такова была воля жрецов, - небрежно бросила она.
- Маленькое уточнение - тебе волю жрецов передал Варлав?
- Допустим, и что из этого?
- Сдается мне, что я должен был погибнуть в этом замке.
- На всё воля богов.
- Это тоже сказал Варлав?
- Да.
- Но ведь ваши боги всего лишь создание атлантов?
- И что это меняет? Они достаточно могущественны, чтобы раздавить и тебя, и меня.
- Но ими можно управлять с помощью магии?
- Можно. Только это не всегда и не всем удается. Случается, что восставший против бога
гибнет под тяжестью взятой на себя непосильной ноши.
- Зачем Варлаву понадобилась моя смерть?
- Не знаю. Куда ты меня везешь?
- Я хочу, чтобы ты познакомила меня с людьми Варлава, которые наслали порчу на
Людмилу.
- Зачем?
- Хочу воскресить свою подругу.
- Ты мог бы сделать это и сам. В тебе достаточно магической силы.
- Зато у меня слишком мало опыта по ее применению. Я боюсь ошибиться и сделать
что-нибудь не так. Эта женщина мне слишком дорога, чтобы я стал рисковать ее здоровьем.
- Хорошо. Но я всё-таки не понимаю, что ты задумал?
- А что задумал Варлав? И что нужно от меня жрецам?
- Спроси у них сам.
Вот так вот. Надо признать, что мудрая львица особа скрытная. И в этой связи меня
интересовал только один вопрос: на кого она работает? Если на жрецов храма, то это еще
полбеды, а вот если на Варлава, то это много хуже. Тем не менее она согласилась проводить
меня к подручным хитромудрого ведуна. За что я выразил ей благодарность в устной форме.
Варлав, судя по всему, с удобствами устроился в нашем мире, во всяком случае,
недостатка в средствах он точно не испытывал. Такой офис в самом центре города может себе
позволить только очень богатый человек. Красивая вывеска на фасаде гласила, что в данном
помещении располагается ЗАО "Юпитер". Прямо скажу, в чувстве юмора Варлаву не
откажешь.
Минут десять мы с Наташкой сидели в машине, наблюдая за суетой большого
муравейника, именуемого городом. Ничего подозрительного я не обнаружил. Сотрудники ЗАО
"Юпитер" ничем особо не отличались от прочих наших озабоченных деловыми проблемами
сограждан. Но тех субъектов, что под дулом пистолета отправили меня туда, не знаю куда,
среди них не было. Я покинул машину и стал прохаживаться перед дверью в офис. Охрана, а
она в ЗАО "Юпитер" была, никак на меня не отреагировала. Правда, один из облаченных в
черную униформу молодых людей помахал Наташке рукой, на что я обратил внимание
рассеянной жрицы.
- Знакомый?
- Я здесь бывала несколько раз.
Я уже собрался, воспользовавшись протекцией Наташки, проникнуть в тщательно
охраняемый объект, как мое внимание привлекла сладкая парочка, как раз в эту минуту
покидающая офис. К счастью, я увидел их через стеклянную дверь раньше, чем они заметили
меня, и поспешно отвернулся. Не думаю, чтобы черные очки на моем носу помешали Верке
меня узнать. Ведьма Жанна торжественно покидала офис в сопровождении весьма неприятного
типа. То есть тип-то был ничего себе, но у него имелся один очень существенный недостаток,
он был похож на меня как две капли воды. На Наташку парочка не обратила никакого
внимания, а я успел вовремя спрятаться за газетный киоск. Пока мудрая львица, потерявшая
внезапно кавалера, удивленно озиралась по сторонам, я уже сидел в машине и пристально
следил за своим двойником.
Верка с Лжечарнотой уселись в серебристую "тойоту" и как ни в чем не бывало покатили
по улицам моего родного города. Хотел бы я знать, под какими документами проживали в
Российской Федерации эти двое граждан, поскольку Верка официально числилась покойницей,
да и неприятный тип, если он воспользовался моей фамилией, тоже неизбежно попадал под
подозрение наших бдительных правоохранителей. Я цепко висел на хвосте у живых
покойников, довольно успешно лавируя в потоке машин, заполонивших центральные улицы.
Притормозили они у обочины, в месте, для стоянки вроде бы не предназначенном. И
машину покинул только пассажир. Я быстренько сориентировался в ситуации и последовал его
примеру. Судя по всему, Лжечарнота направлялся к киоску. То ли Верке захотелось пить, то ли
у нее кончились сигареты. У киоска наши с двойником пути пересеклись. Он действительно
взял бутылочку газировки и пачку сигарет.
- Простите, - вежливо обратился я к двойнику, - вы ведь, если не ошибаюсь, Вадим
Чарнота?
- Да, - нагло отозвался мой оппонент, поворачиваясь ко мне лицом.
- Извините. Значит, не обознался.
Ни секунды не задумываясь, я врезал этому типу по печени, а потом еще добавил ударом
ноги в челюсть. При падении он ударился затылком об угол киоска и мгновенно отключился.
Не знаю, кем он был, демоном или человеком, но такие удары для здоровья даром не проходят.
Подхватив выпавшие из рук двойника бутылку с напитком и пачку сигарет, я мгновенно
ретировался с места происшествия под неодобрительные возгласы случайных свидетелей.
- Что там такое? - лениво повернулась ко мне Верка.
- Какого-то придурка хватил солнечный удар, - отозвался я, передавая ей сигареты.
Одеты мы были с двойником абсолютно одинаково - синие потертые джинсы, белая
рубашка. Я, между прочим, всегда так хожу летом, и уж кому, как не Верке, это знать.
Наверняка этот тип воспользовался моим гардеробом, и уж конечно по совету своей
любовницы. Отличались мы только солнцезащитными очками, но их-то я как раз снял и
аккуратно положил в карман.
Я человек не курящий и терпеть не могу, когда кто-то курит в моем присутствии. Верке
это отлично известно, тем не менее она тут же раскурила сигарету и жадно затянулась. Из чего
я сделал вывод, что мой двойник более терпимо относится к человеческим порокам. Минздрав
предупреждает, а ад, понимаешь, потакает. Безобразие.
Верка явно нервничала и вела машину без особого блеска. Судя по всему, нам предстояли
великие дела, о которых я, впрочем, не имел ни малейшего представления. В лежащей на
заднем сиденье Веркиной сумочке заиграла нежная мелодия. Я извлек мобильник и выкинул
его в приоткрытое окно.
- С ума сошел, - возмутилась ведьма. - Он же денег стоит.
- Терпеть не могу, когда во время операции меня отвлекают по пустякам.
По моим расчетам, мой недавний оппонент еще не очнулся, но предосторожность в
подобных ситуациях никогда не бывает лишней. Верка вырулила на улицу Строителей, где, по
моей информации, проживал Вацлав Карлович Крафт, он же Цезарь. Конечно, это могло быть
совпадением, но я почти не сомневался, что через несколько минут увижу худую физиономию
своего недавнего соратника по приключениям в Вавилонской башне. Мы остановились у дома
под номером пятнадцать, и на этот раз покинула машину Верка. Направилась она к третьему
подъезду, где и находилась квартира вышеозначенного подозрительного субъекта.
Я извлек из кармана мобильник, одолженный у Сокольского. Станислав Андреевич,
услышав мой голос, даже растерялся. Он, видите ли, был уверен, что это я сейчас лежу без
сознания в машине "скорой помощи", и врачи хлопочут над моим почти бездыханным телом.
- Вы там не слишком суетитесь, - остерег я Сокольского. - Пусть этот сукин сын еще
хотя бы пару часов побудет в забытьи.
- Врачи считают, что ему вообще не очнуться.
- На это не рассчитывайте. Вколите ему снотворного в лошадиной дозе. И будьте
настороже. Этот молодой человек, судя по всему, обладает недюжинными способностями.
- Где вы сейчас находитесь, Чарнота?
- У дома Вацлава Крафта. Похоже, операция вступает в решающую фазу. Проверьте, чем
занимается ЗАО "Юпитер" и кто его возглавляет. У меня пока всё.
Я едва успел спрятать мобильник, как Верка с Крафтом вышли из подъезда и быстрым
шагом направились к моей машине.
- Я всё-таки не понимаю, к чему такая спешка, - сердито прошипел Вацлав Карлович, с
удобствами располагаясь на заднем сиденье.
Я тоже ни черта не понимал и именно по этой причине не спешил с ответом. Зато Верка,
кажется, знала всё или почти всё, но почему-то тоже помалкивала.
- Давайте без истерик, господин Крафт, - прикрикнул я на расходившегося Цезаря. -
Накладки бывают в любом деле. Никто ведь не обещал вам, что наш путь будет устлан розами.
Верка отозвалась на мои слова одобрительной усмешкой, из чего я сделал вывод, что
Вацлав Карлович в этом сатанинском раскладе невелика птица и вякать на старших по званию
ему не полагается.
- Подождите, - вновь заволновался Крафт, - а куда мы едем?
- В театр, - хмуро бросила через плечо Верка. - Варлав уже там.
- А Борщов? - не унимался нервный Цезарь. - С Борщовым вы договорились?
- Место царя Пирра займет мой муж, барон де Френ.
- Но ведь он не был в Вавилонской башне! Он ведь выбросил и деньги и инструкцию,
которую подобрал этот придурок.
- Заткнитесь, Крафт, - рыкнула на Цезаря ведьма. - Что вы дергаетесь как истеричка в
последней стадии беременности. У моего мужа есть одно весьма ценное качество - он
покойник. В конце концов, Варлаву виднее, кого привлекать к операции.
Сраженный последними доводами распалившейся Верки, Вацлав Карлович надолго
умолк. Я же попытался проанализировать полученную информацию. Судя по всему, на роль
царя Пирра изначально планировался Петр Сергеевич Смирнов. Но в последний момент он то
ли струсил, то ли его совесть заела. В общем, он попытался выйти из игры самым вроде бы
радикальным и надежным способом - пустил себе пулю в сердце. Но, к сожалению для Петра
Сергеевича, не все проблемы в этом мире разрешаются пулей. Смирнов не столько облегчил,
сколько усугубил свое положение.
Верка столь резко ударила по тормозам, что я едва не вынес лобовое стекло. Крафт
недовольно выругался у меня за спиной. Но ведьма уже освободила машину, и нам с Цезарем
не оставалось ничего другого, как последовать за ней. В областном театре мне, разумеется,
доводилось бывать и раньше, но приходил я сюда как зритель, через парадный вход. Верка же
повела нас через служебный вход. Вахтер, охраняющий цитадель искусства, пропустил нас
равнодушно, из чего я заключил, что Верка здесь бывала и прежде и успела примелькаться
техническому персоналу.
Мы прошли в закулисье, и Верка толкнула дверь первой же попавшейся нам на пути
артистической уборной. Навстречу нам поднялся не кто иной, как фюрер Закревский во френче,
с характерными усиками и не менее характерной челкой. Разумеется, я его присутствию здесь
не удивился, да и он глянул на меня без всякого интереса. Нервничал артист даже больше, чем
Цезарь.
- Я вас умоляю, Жанночка. Ну что может Закревский в сложившихся обстоятельствах?
Все актеры в отпуске, технический персонал в отпуске. Где, скажите, я найду вам осветителей?
Некому дать свет на сцену, просто некому.
- Варлав в театре?
- Да. Декорации мы установили. Но нет света, Жанночка, нет света.
- Будет вам свет, успокойтесь, - цыкнула на Закревского ведьма. - Вот ведь кадры!
Просто не с кем работать. Хохлов приехал?
- За ним послали, - отозвался поспешно фюрер, который от волнения не мог усидеть на
месте и метался из угла в угол по маленькой гримерной, на ходу заламывая руки. - Но он
сбежит. Сбежит, вот увидите. Он же обеспеченный человек, зачем ему так рисковать.
Похоже, для Закревского бизнесмен Хохлов был последней надеждой, а его бегство
явилось бы для перепуганного артиста спасением. Операцию пришлось бы отменить, и
вляпавшийся в большое дерьмо фюрер мог бы с чистым сердцем отправиться в кабак пить
баварское пиво.
- У нас ведь и девственницы нет, - всплеснул он руками. - Во всём театре нет
девственницы, - можете себе представить, Крафт? Это же просто какое-то обрушение нравов!
А в мое время они были. Поверьте, Вацлав Карлович, среди актрис попадались невинные
создания.
- Хватит трепаться, Закревский, - притормозила расходившегося фюрера ведьма. -
Девственницу буду играть я.
- Милая моя, - ахнул артист, - но какая же из вас девственница? Вы на себя
посмотрите! Вас же не спасут ни грим, ни свет. Вы же типичная женщина-вамп. Как хотите, но
это профанация, и закончится она весьма скверно, поверьте опыту старого артиста.
- Нет, вы только на него посмотрите! - взвилась Верка. - Он, видите ли, может
сыграть фюрера, а я не смогу сыграть девственницу! Я хотя бы была когда-то ею, а из тебя
Гитлер как из собачьего хвоста сито.
- Так я ведь и не спорю, Жанночка, драгоценная вы наша. Я ведь и уважаемому
Варламову сказал - не смогу. Ну, не моя это роль. Всё-таки даже у очень хорошего артиста
есть свой потолок. Скажите, а зверь действительно будет настоящий? Я его как увидел там, в
Вавилонской башне, так у меня всё и оборвалось. До сих пор руки трясутся. Вот, можете
полюбоваться.
Руки у Закревского действительно тряслись, но было ли это следствием пережитого
страха или предчувствием новых ужасов, я судить не берусь. Честно говоря, я мало что понял
из разговора ведьмы и артиста. При чем тут девственницы? Они что, сняли в аренду театр,
чтобы провести здесь репетицию любительского спектакля? В таком случае на какую роль они
пригласили меня - уж не на роль ли зверя апокалипсиса? О своем чудесном превращении в
Вавилонской башне я уже слышал от Борщова, но не очень ему поверил - у страха, как
известно, глаза велики. А потом, одно дело - Вавилонская башня и совсем другое -
российский театр. Это же совершенно другой мир. Какие тут могут быть чудеса?
- Я всё-таки не понимаю, - опередил меня с вопросом Вацлав Карлович Крафт. - При
чем здесь театр?
- Вы о магии искусства слышали? - обернулась в его сторону Верочка.
- Но ведь это же просто слова, драгоценная вы наша, - опять вмешался в разговор
Закревский. - Я уже тридцать лет на сцене и с уверенностью могу говорить, нет здесь никакой
магии. Понимаете? Нет! И зря уважаемый Варламов всё это затеял, ничего у него не получится.
- Тогда и вам, Закревский, волноваться нечего, - усмехнулся я. - Сыграете еще одну
роль еще в одном спектакле, и точка.
- Я ведь за дело волнуюсь, молодой человек, - скосил глаза в мою сторону фюрер. -
Люди большие деньги потратили, огромные усилия приложили, и вдруг - конфуз!
- Вам заплатили деньги, Закревский? - окрысилась на испуганного артиста Верочка. -
Вы согласились участвовать в эксперименте? Вот и помалкивайте!
- Кто ж знал, что всё будет именно так, - вздохнул Вацлав Карлович Крафт.
Возможно, Цезарь сказал бы что-нибудь еще не менее крамольное и интересное, но в это
мгновение дверь в гримерную распахнулась, и на пороге картинно возник мой старый
знакомый ведун Варлав. Правда, на этот раз он был в белых брюках и рубашке крикливой
расцветки. Ни дать ни взять режиссер провинциального и не шибко процветающего театра. На
лице ведуна была написана решимость. Он наполеоновским взглядом оглядел свое оробевшее
воинство и осмотром остался доволен.
- Все готовы? - спросил он слегка охрипшим голосом.
- Хохлова нет, - пискнул из угла фюрер.
- Бонапарт уже на сцене.
- А как же супруг Веры Григорьевны? - спросил Цезарь.
- Он явится в свой черед. Жанна, вы готовы?
- Внутренне да, но мне надо переодеться.
- Через пять минут начинаем, господа. Как прозвенит третий звонок - всем быть на
сцене.
Варлав любезно подхватил порозовевшую Жанну под руку и покинул помещение, где в
горестном недоумении застыли два потрясателя Вселенной и ваш покорный слуга.
- Это будет самый бездарный спектакль из всех, в которых я участвовал, - простонал
Закревский.
- Чего уж там, - махнул рукой Цезарь и опасливо покосился в мою сторону.
- А я текст забыл, - спохватился я. - Видимо, перегрелся на солнце.
- Да какой у вас текст, молодой человек, - махнул рукой Закревский, - рычите только
погромче и размахивайте руками. Мы тут недавно "Аленький цветочек" играли, вот там был
текст! А как всё хорошо закончилось! Добрый молодец и красна девица сыграли свадебку. Я
там был, мед-пиво пил...
- По усам текло, а в рот не попало, - дополнил фюрера Цезарь.
- Вы только нас не перекусайте, почтеннейший Вадимир, - заискивающе попросил
Закревский. - Я ведь всего лишь подручный при благородном отце.
- А кто у нас благородный отец? - удивился я.
- Гай Юлий Цезарь, естественно, - пояснил мне актер. - У Гитлера, как вы знаете,
детей не было. Вас что же, даже с сюжетом не ознакомили?
- Увы, - развел я руками. - Всё спешка, спешка.
- Вот это организация процесса, я вас умоляю, - возмутился Закревский. -
Выталкивают человека на сцену, не объяснив ему сверхзадачу спектакля. Значит, так, молодой
человек: вы Ромео, она Юлия из рода Юлиев. Девушка влюбилась в вас безумно, и вы в нее
тоже. Но вы Ромео со специфической репутацией, то есть демон. А у Юлии есть жених, некий
барон де Френ. И вот в самый ответственный момент он появ
...Закладка в соц.сетях
