Жанр: Фантастика
Остров Буян 1. Остров буян
...и появилось на свет чудовище,
известное как зверь апокалипсиса. И именно с этим зверем заключил договор рыцарь Анри де
Руж.
Собственно, к этой догадке меня подтолкнуло странное поведение Верки. Ей почему-то
непременно нужно было спрятать тело убитого Жака в подвале. А ведь замок Френ, как и замок
Руж, расположен неподалеку от древнего капища - почему бы не предположить, что и из этого
подвала есть путь к двери. Той, в которую когда-то очень давно постучались чернокнижник
барон де Френ и его супруга благородная Жанна. Если мне не изменяет память, то у тогдашней
Жанны был жених. Во всяком случае, о нем упоминалось в записках барона де Френа, которые
мне читала Наташка. Очень может быть, что этот жених, которого звали Рене де Круа, искал
способ отомстить барону, отбившему у него невесту. Да и Жанна, затосковавшая в браке с
нелюбимым человеком, принялась активно помогать своему бывшему жениху и любовнику.
Барон де Френ, столь неосторожно приобщивший молодую жену к черной магии, пришел в
ярость от ее измены. Он объявил Рене де Круа демоном и убил его. А потом, возможно по
совету жены, спрятал тело убитого любовника в подвале. Рядом с той самой заветной дверью,
которая ведет к древнему капищу.
- И вы считаете, что злые духи языческого капища воскресили несчастного Рене де
Круа? - с ужасом выдохнул отец Жильбер.
- Именно так. Но воскресили в облике зверя. Того самого зверя, с которым
легкомысленный предок благородного Гийома де Ружа столь неосмотрительно заключил союз.
Думаю, что впавшие в ересь Жанна и Рене давно искали источник, способный помочь им
в борьбе с чернокнижником де Френом. И в этих поисках добрались до Вавилонской башни, но
об этих своих догадках я не стал рассказывать отцу Жильберу - ему и без того хватало
впечатлений.
- Но если зверь всего лишь простой смертный, как ему удалось прожить такую долгую
жизнь, чтобы пасть от вашей руки, благородный Вадимир?
- Для этого ему и нужны были девственницы из рода де Руж, владеющего теми землями,
где расположено капище. Видимо, он черпал из этого источника магическую силу для
продления своей жизни.
- А Жанна? А де Френ?
- Тогдашнего барона убил Рене де Круа, ставший зверем. А благородную Жанну, скорее
всего, действительно сожгли на костре, заподозрив в связях с дьяволом. На что у церкви
имелись достаточно веские основания.
- И зверь не пришел ей на помощь?
- Рене де Круа, даже став зверем, отнюдь не стал всесильным. Возможно, он испугался,
но не исключено, что он заподозрил Жанну в сговоре с бароном де Френом. И такое могло
быть. Коварная Жанна, жившая двести лет назад, вполне могла подставить любовника под удар
меча мужа, дабы потом превратить его в зверя, покорного своей воле. Точно так, как это
сделала Жанна нынешняя.
- Вы считаете, что есть магическое заклятие, с помощью которого можно управлять
зверем?
- Я этого не исключаю.
- Но тогда это заклятие распространяется и на вас? - предположил отец Жильбер.
Предположение это можно было назвать резонным, если бы не одно весьма существенное
обстоятельство - я был атлантом. То есть человеком, от природы наделенным магическими
качествами, которые затрудняли управление мною с помощью определенных заклинаний.
Видимо, именно в силу этого обстоятельства я был неудобен Варлаву, и он решил меня
устранить, заменив орудием, более послушным своей воле. И таким орудием стал несчастный
Жак - сын Рене де Круа и Марии де Руж.
- Вероятно, всё же не распространяется, - ответил я священнику, - иначе зачем им
понадобился еще один зверь?
- Кому им? - не понял отец Жильбер.
- Жанне де Френ и Фарлафу де Бриссару-старшему. Они рвутся к древнему капищу. До
сих пор у Фарлафа де Бриссара была только замочная скважина, теперь у него появился и ключ
в лице Жака де Круа.
- Боже мой! - только и сумел вымолвить кюре. - Бедная девочка. Как вы думаете,
Анри де Руж знал, с кем он имеет дело в лице зверя?
- Скорее всего да. Иначе он вряд ли рискнул бы нарушить договор, отдавая свою дочь за
испанского гранда. Не исключаю, что и Анри де Руж имел доступ к капищу и потому
воображал себя неуязвимым. Но зверь оказался сильнее рыцаря, и духи капища покарали
клятвопреступника.
- И что же теперь?
- Фарлаф де Бриссар попытается открыть двери капища, а что за этим последует -
неизвестно даже ему самому. На вашем месте, отец Жильбер, я бы покинул замок Френ.
- Но я не могу бросить девочку на растерзание колдунам.
- Боюсь, что Маргариту они уже не выпустят. Слышите шум во дворе? Похоже, это
прибыл главный чернокнижник.
Нам с отцом Жильбером пришлось выйти на террасу, ибо разглядеть что-либо через
слюдяное окошко не представлялось возможным. В своих предположениях я не ошибся.
Фарлаф де Бриссар, он же ведун из храма Йопитера, уверенно спрыгнул с коня на
каменные плиты двора замка Френ. Из вкатившей следом за ним в замок кареты выпорхнули
две прекрасные дамы, очень хорошо мне знакомые. Я имею в виду Людмилу и Наташку.
Должен сказать, что средневековые наряды им были к лицу. Что же касается меня, то я никак не
мог избавиться от мысли, что участвую в очередном костюмированном представлении. Хотя
вынужден признать, что декорации нынешнего спектакля не шли ни в какое сравнение с
декорациями водевиля, разыгранного в стенах драматического театра. Надо полагать, и финал
новой постановки господина Варламова будет более впечатляющим, чем предыдущий.
Всё-таки опыт в театральном деле, как и в магии впрочем, - это великая вещь.
Мне пришло в голову, что Варлав уже там, в театре, мог разрешить все свои проблемы. У
него был под рукой Жак, сын зверя апокалипсиса, и замочная скважина в лице Жанны де Френ.
Ведь и Жак, и Жанна имели самое непосредственное отношение к древнему капищу. Но в
последний момент Варлав обнаружил подмену и изменил сюжет спектакля. Мое вмешательство
в магический процесс, видимо, ничего хорошего ему не сулило. Дверь в капище так и осталась
запертой. Этот сукин сын здорово рисковал. Рисковал, правда, не столько собой, сколько
собравшимися в театре зрителями, но зато никто из жрецов храма Йопитера не мог ему в тот
момент помешать. Всё-таки не зря умные люди считают театр подозрительным явлением. Как
известно, в основе этого древнего искусства лежит именно магия, которая, возможно, не
выдыхается с годами и в умелых руках способна преподнести множество сюрпризов.
Новоиспеченная вдова Жанна де Френ вышла встречать гостя на ступеньки крыльца.
Лицо ее было печальным, но следов глубокого и искреннего горя я на нем не обнаружил.
Впрочем, не исключено, что я слишком пристрастный наблюдатель. Варлав склонился в
поклоне перед хозяйкой замка, после чего та в свою очередь обнялась поочередно с его
спутницами. Зрелище было умилительное, особенно для моих глаз. У меня создалось
впечатление, что все мои любовницы собрались вместе, чтобы учинить спрос с демона,
оскорбившего их чувства, то есть с меня.
Почтенный Варлав заметил наконец нас с отцом Жильбером и в знак приветствия помахал
рукой. Жест сопровождался улыбкой. Причем настолько дружелюбной и обворожительной, что
мы с отцом Жильбером сразу поняли - наше дело дрянь. Тем не менее я в долгу не остался и в
свою очередь послал собравшимся во дворе леди и джентльменам воздушный поцелуй. А кроме
Варлава здесь находилась и примечательная троица, я имею в виду Цезаря, Наполеона и
Гитлера. К сожалению, я до сих пор так и не выяснил, зачем почтенный чернокнижник
пригласил их в свою колдовскую мистерию.
Маргариты среди встречающих я не приметил и слегка обеспокоился по этому случаю.
- Вы давно видели девушку? - спросил я кюре.
- Вчера вечером.
- Попробуйте с ней встретиться и поговорить. Расскажите ей всё об убийстве жениха.
Предупредите, что ее собираются обвенчать если не с демоном, то, во всяком случае, с
призраком.
- Но в замке Френ нет другого священника, кроме меня, а я никогда не стану принимать
участие в сатанинском обряде.
- Фарлаф де Бриссар - великий маг и чародей, он вполне способен использовать вас в
своих целях без вашего на то согласия.
К сожалению, на совет, состоявшийся в кабинете барона де Френа, нас с отцом
Жильбером не пригласили. А подслушать, о чем там говорят, не было никакой возможности.
Кюре отправился разыскивать Маргариту, а я воспользовался случаем и заглянул к Людмиле.
Нельзя сказать, что меня приняли с распростертыми объятиями, но за дверь всё-таки не
выставили, и мне не оставалось ничего другого, как удовольствоваться малым.
- Как чувствует себя в чужом мире мадам де Бриссар? - вежливо полюбопытствовал я.
- Хватит паясничать, Вадим, - недовольно оборвала меня Людмила. - Я и без того
живу в последнее время как во сне. Можешь мне объяснить, что это за люди и зачем они
устроили этот спектакль?
- Ну, милая моя, это не спектакль, это целая мистерия. Твой супруг, почтеннейший
Варлав, возмечтал о власти и даже использует для достижения своей цели магические приемы,
почерпнутые из седой древности.
- Он сумасшедший?
- К сожалению, нет. Иначе мы бы просто поместили его в психиатрическую клинику, а
ты бы носила ему передачи.
- Значит, его надежды не беспочвенны?
- Безусловно нет. Он обещал сделать тебя царицей мира, и он сдержит свое слово. Ты
ведь дала ему согласие на брак добровольно?
- Я полагала, что он говорит всё это в переносном смысле. Что речь идет всего лишь о
деньгах. Больших деньгах. Но мне и в голову не приходило, что придется провести остаток
жизни в средневековой дыре.
- На этот счет можешь не волноваться. Господин Варламов планирует властвовать над
нашим миром. И думаю, что он обставит всё вполне благопристойно, дабы не травмировать
чуткие души наших сограждан. Станет, скажем, президентом. Или генсеком ООН. У этого
человека ума палата. А ты будешь блистать в салонах Лондона и Парижа. Завидная карьера для
женщины, которая еще вчера была заштатным экономистом с жалованьем в двести долларов.
- Ты, кажется, меня осуждаешь?
- С чего ты взяла? Ты вправе устраивать свою жизнь так, как тебе заблагорассудится,
платя за это ту цену, которую ты готова заплатить.
- И что это за цена?
- Моя голова. Ибо пока я жив, твоему мужу никогда не стать правителем мира.
- Значит, Варламов сказал мне правду.
- Ты о чем?
- Это по твоей милости мы оказались в этом мире. И пока ты жив, мы не выберемся
отсюда никогда. Ты действительно демон, Вадим. А я еще удивлялась тому, что никак не могу
тебя раскусить. Как может смертная женщина постичь душу сына Сатаны?
- Моего папу звали Аталавом. Ты что-то путаешь, Людмила.
- Нет, Вадим. Ты слишком долго играл моей душою, чтобы у меня остались хоть
какие-то сомнения на твой счет. И единственное, что я могу тебе сказать, - уйди.
Меня подвела самоуверенность. Я посчитал, что в сердце этой женщины сохранилась
любовь ко мне. Но недаром же умные люди говорят, что от любви до ненависти один шаг.
Почтенный Варлав меня переиграл, причем на моем же поле. Я это понял в тот момент, когда
пол вдруг провалился под моими ногами. Точнее, я понял это мгновением раньше, и, вероятно,
именно это обстоятельство спасло мне жизнь. Я действительно рухнул в пропасть, но в
последнюю секунду успел зацепиться за скобу, торчащую из стены, и повис на одной руке над
бездной. Положение мое было практически безнадежным. До захлопнувшегося над моей
головой люка было метра четыре абсолютно гладкой стены. К тому же, даже если бы я
каким-то чудом до него добрался, вряд ли бы мне удалось его открыть. Не знаю, сколько я мог
провисеть на скобе на вытянутой руке, но рано или поздно мои пальцы обязательно бы
разжались. Следовало что-то предпринимать, и немедленно, пока еще не иссякли силы и
подступающий к горлу страх не захлестнул меня с головой. Изогнувшись, я нащупал ногой
выступ в стене. Это было уже кое-что. Мои глаза потихоньку привыкали к темноте, и я заметил
чуть ниже выступа, в который упиралась моя правая нога, штырь. Расстегнув ремень, я
попытался дотянуться до него пряжкой. С третьей попытки мне это удалось. Был риск, что
пряжка не выдержит веса моего рухнувшего вниз тела, но, к счастью, всё обошлось.
Я повис над пропастью теперь уже на ремне, приблизительно двумя метрами ниже скобы.
К сожалению, я не знал, сколько мне придется лететь до дна пропасти, а потому и не спешил
разжимать руки. Зато я довольно активно шарил по стене ногами и наконец нащупал то, что
искал. Это была выемка в стене, в которую я сумел вставить ногу и тем самым дал роздых
рукам. В таком положении я бы мог продержаться на стене и час и даже более того, но, к
сожалению, выигранное время ровным счетом ничего не меняло в моей незавидной судьбе. Я
попытался вогнать в обнаруженную на уровне колена трещину кинжал, и мне это удалось.
Теперь я висел над пропастью, вцепившись левой рукой в его рукоять. Я проделал этот прием
еще один раз и сполз вниз по стене метра на два. Теперь я уже видел дно, и по моим прикидкам
до него оставалось метров пять. Надо было прыгать, поскольку другого выхода всё равно не
было. В свое время мне приходилось прыгать с парашютом, так что приобретенные навыки
очень мне пригодились. Едва соприкоснувшись с землей, я тут же завалился на бок, и, кажется,
довольно удачно, не повредив при падении ни рук, ни ног. Столь мягкое приземление
объяснялось еще и тем, что дно колодца, в который я угодил, было усыпано костями. Кости,
разумеется, были человеческие. Похоже, я был не первым простофилей, угодившим в ловушку,
приготовленную заботливыми строителями замка. Если судить по количеству костей, то здесь
нашли последнее пристанище по меньшей мере два десятка человек.
К счастью, из каменного мешка имелся выход. Я понятия не имел, куда меня выведет этот
тоннель, тем не менее без раздумий двинулся по нему в почти полной темноте, выставив вперед
вооруженную кинжалом правую руку. Тоннель вывел меня к пещере, посреди которой потоком
бурлила вода. Мне ничего другого не оставалось, как погрузиться в этот поток в надежде, что
он вынесет меня наконец из подземного ада. И мои надежды оправдались довольно скоро.
Правда, пару раз меня всё-таки ударило о камни, но большого ущерба я не понес, благополучно
выбравшись на берег. Осмотревшись, я обнаружил, что нахожусь примерно в двухстах метрах
от замка Френ на открытой поляне. Местность была живописная, но меня вполне могли засечь
со стен замка и, чего доброго, послать погоню. Недолго думая, я бросился к зарослям, где и
затаился, пытаясь привести в порядок мысли и чувства. Ситуация складывалась незавидная.
Мало того что я едва не погиб, так еще и потерял всякую возможность влиять на ход событий,
которые, надо полагать, не заставят себя ждать.
Впрочем, до захода солнца у меня еще оставалось достаточно времени, чтобы изобрести
способ вернуться в замок, откуда меня столь нелюбезно выставили. Развесив мокрую одежду на
кустах, я с удобствами расположился на травке, глядя на синеющее над головой небо. Пока мое
тело отдыхало, мозги работали с полной нагрузкой. Я напряженно анализировал ситуацию,
пытаясь постичь ход мыслей великого стратега Варлава. Несомненно, что в качестве жениха
для прекрасной Маргариты он использует Жака де Круа, превратившегося в зверя. Но, между
прочим, ваш покорный слуга тоже не лыком шит. В том смысле, что не только человеческое, но
и звериное нам не чуждо. Я со вздохом посмотрел на свое разукрашенное плечо и в который раз
попытался прочитать, что же там написано. К сожалению, мне и в этот раз не удалось сложить
буквы-значки в более или менее понятные слова. Я выстраивал их и так и этак, но получалась
полная галиматья. Во всяком случае, русское ухо с трудом воспринимало все эти "мрт" и "крт",
которые выговаривал мой язык. Ну, судите сами, может ли для русского человека что-нибудь
значить слово "мкрткртрчак", где на десять согласных только одна гласная. Разумеется,
приличные люди так не говорят. Но это слово я всё-таки произнес вслух. Конечно, я вычитал на
своем плече и еще какие-то слова, но не запомнил их, а это почему-то запало мне в память.
Я точно знал, что Жак де Круа сейчас находится вне стен замка Френ. После того как он
отправил в мир иной барона, его появление вряд ли было бы встречено ликованием
обслуживающего персонала.
Другое дело, что Жак, возможно, не всегда пребывает в зверином обличье, а временами к
нему возвращается человеческий облик. И в человеческом облике этот монстр и сын монстра
очень похож на Вадимира, сына Аталава, то есть на меня. В конце концов, почему бы мне не
воспользоваться этим обстоятельством и не проникнуть в замок де Френ в качестве Жака де
Круа, тем более что Вадима Чарноту все его обитатели числят покойником. Конечно,
идеальным вариантом было бы выследить зверя и устранить его, дабы он не испортил мне
обедню в самый неподходящий момент.
Но, к сожалению, я не знал, где его искать. К тому же мне не хотелось убивать
несчастного молодого человека, который и без того уже был покойником. Не говоря о том, что
этот оживший покойник мог запросто убить меня. Для меня главным было вытащить из замка
прекрасную Маргариту де Руж, которую я сам же неосторожно туда привез. Не сомневаюсь,
что Варлав всё равно добрался бы до девушки, даже если бы ему пришлось для этого убить
старого рыцаря и разрушить его замок. Под рукой у ведуна храма Йопитера ходило не менее
полусотни головорезов: именно столько воинов сопровождало его по приезде в замок Френ.
Не сомневаюсь, что в случае нужды он способен навербовать шайку и в тысячу человек,
ибо здесь, на острове Буяне, он полный хозяин, а я всего лишь гость, не обладающий и сотой
долей его познаний в области магии. Помешать Варлаву могли только жрецы храма Йопитера,
но они то ли боялись ведуна, то ли не считали нужным его останавливать. Очень может быть,
что в рассчитанном на тысячелетия проекте атлантов охота Варлава за мировой короной была
всего лишь шалостью, развлечением, которое мог себе позволить облеченный властью и
знаниями человек, не вызывая осуждения коллег. Правда, Варлав убил Ширгайо, но вполне
возможно, что жрецы, чьи взоры устремлены в блистающую даль, об этом даже не
подозревают.
Мне нужна была новая одежда, и добыть ее я мог только на большой дороге. Будучи
человеком от природы законопослушным, я испытывал по этому поводу чувство, очень
похожее на угрызения совести. Проблема в том, что люди и в стесненных обстоятельствах
весьма неохотно расстаются даже с поношенными штанами. А на рыцаре Бернаре де Перроне
они были новехонькими, не говоря уже о сапогах с серебряными шпорами и камзоле из бархата,
по-моему даже венецианского. А что касается меча, то его ножны и вовсе были изукрашены
золотом и драгоценными камнями.
- Мне говорили в трактире, что дорога к замку Френ небезопасна, но я не думал, что она
небезопасна до такой степени, - огорченно сказал рыцарь де Перрон, потирая ушибленный
при падении зад.
Конечно, как благородный человек и странствующий рыцарь, я мог бы вызвать Бернара де
Перрона на поединок, но мне сейчас было не до китайских церемоний, поэтому я и напал на
него из-за угла, а точнее, из-за дерева. Мое нападение было настолько стремительным, что
несчастный де Перрон не успел обнажить свой грозный меч. И пока он, ошеломленный
нападением, приходил в себя, я в два счета сдернул с него одежду.
- Се ля ви, - сказал я незадачливому рыцарю. - За каким чертом вы вообще поперлись
в замок Френ, если всей округе известно, что там завелась нечистая сила.
- Мало ли что болтают попы и невежественные крестьяне, - пренебрежительно махнул
рукой рыцарь де Перрон. - Я слышал, что новая хозяйка замка необыкновенно хороша.
- Ведьма она, - просветил я любвеобильного рыцаря. - Ваше счастье, что вы до нее
так и не добрались.
- А барон де Френ действительно чернокнижник?
- Барон де Френ в данный момент покойник. Он был растерзан демоном, которого сам
же и вызвал из глубин ада.
- Какой ужас! - поразился моему рассказу Бернар. - Так Жанна де Френ теперь вдова?
- Я бы даже сказал, очень богатая вдова.
- А вы кто будете, любезнейший? - нахмурил брови в мою сторону благородный де
Перрон.
- А я как раз и есть тот самый демон, которой убил барона и спит теперь с его женой.
Мои слова произвели на благородного де Перрона очень сильное впечатление. Настолько
сильное, что он рванул с низкого старта с такой скоростью, что ему позавидовал бы чемпион
мира по спринтерскому бегу. Мне не оставалось ничего другого, как помахать ему вслед рукой
и взгромоздиться на его коня.
Похоже, стражники замка Френ приметили меня издалека, во всяком случае, подъемный
мост опустился раньше, чем я дал о себе знать грозным окриком. Горделиво подбоченясь, я
въехал во двор замка, где и спешился в окружении знакомых мне лиц. Цезарь, Наполеон и
Гитлер косились на меня с подозрением, но на мой высокомерный кивок отозвались
вежливыми поклонами. Судя по всему, они знали, что в предстоящей магической мистерии мне
отведена важная роль. То есть не мне, конечно, а Жаку де Круа, которого я имел честь
изображать.
Мое появление в покоях благородной Жанны де Френ вызвало переполох. Служанки,
окружавшие высокопоставленную ведьму, сыпанули в разные стороны, а сама она, вздохнув с
облегчением, приветствовала меня любезной фразой:
- Ну наконец-то вы приехали, мы вас заждались.
- За вами должок, сударыня, - произнес я, сурово насупив брови.
- Что вы имеете в виду? - сделала удивленное лицо баронесса.
- То самое, что мне не удалось свершить из-за вмешательства вашего мужа.
- Ах, это, - Жанна смущенно отвела глаза. - Я помню. Однако настоятельно советую
поберечь вам силы, Жак, перед грядущим серьезным испытанием. Варлав уже прибыл, вы об
этом знаете?
- Наслышан, - сухо отозвался я. - Когда состоится церемония?
- С заходом солнца.
- Хорошо. Надеюсь, меня накормят в вашем замке.
- Сию же минуту. Я распоряжусь.
Не знаю, какой уж там ведьмой была Верка, но зверя Жака де Круа она боялась явно и
отнюдь не горела желанием отвечать на его ласки. Это я приметил еще вчера, а сегодня
убедился на все сто процентов. Видимо, были в этом молодом человеке некоторые
особенности, которые заставляли осторожную даму уклоняться от его объятий. Тем не менее
эта же дама без зазрения совести подталкивала в лапы монстра девицу де Руж. По-моему, такое
коварство заслуживало сурового наказания, и я поклялся рано или поздно, но посчитаться с
Веркой за ее нынешнюю гнусность. Был у меня счетец и еще к одной даме, не менее любезной
моему сердцу. Я имею в виду Людмилу, которая не моргнув глазом отправила на тот свет
своего любовника, пусть и бывшего. Правда, я не был уверен, что люк под моими ногами
распахнулся ее усилиями, скорее всего за рычаг потянул кто-то другой. Тем не менее красавица
не могла не знать, что этот другой, весьма недружелюбно ко мне настроенный, стоит за
портьерой и слушает наш разговор.
Я ждал появления Варлава с большой опаской, - пожалуй, он был единственным в этом
замке человеком, который мог бы меня раскусить. Но, к счастью, ведун храма Йопитера так и
не появился в зале, где я ужинал в компании благородных дам и джентльменов. Была здесь,
между прочим, и Наташка, которая не проявляла к моей персоне никакого интереса. В общем, я
заподозрил, что мудрая львица, пока единственная из всех присутствующих, меня опознала.
Или усомнилась, что перед нею Жак де Круа, он же зверь.
- Я всё-таки не понимаю, - встрепенулся вдруг Закревекий, - куда же подевался
Чарнота?
- Сбежал, боясь разоблачения, - жестко отозвалась Верка - Не сомневаюсь, что это
именно он убил моего мужа барона де Френа. Этот субъект окончательно утратил свои
человеческие качества и стал попросту опасен для окружающих. Ваше счастье, Маргарита, что
вы сумели вырваться из лап этого страшного монстра.
- Мне, право, неловко, благородная Жанна, что я вступаю в брак в столь неурочное
время, когда тело барона де Френа еще не предано земле.
- Не волнуйтесь по этому поводу, моя милая. Пьер бы, безусловно, одобрил ваше
решение, ибо отлично понимал, что промедление в вашем положении смерти подобно.
- Вы думаете, что этот страшный монстр может еще вернуться?
- Всё может быть, конечно. Но пока в замке Френ находится барон де Бриссар, он
сможет защитить и вас, и своего сына. Теперь нам осталось только уговорить отца Жильбера
исполнить обряд. Старик проявляет редкостное упрямство.
Маргарита смерила меня настороженным взглядом, в ответ она получила ослепительную
улыбку. Честно скажу, у меня не было большого желания вступать в брак с кем бы то ни было,
но в данном случае обстоятельства складывались не в мою пользу. Ну в конце концов, если не
я, то кто же? Ответ на этот вопрос был однозначным. Моим конкурентом был зверь
апокалипсиса, а уж он-то рано или поздно доберется до несчастной девственницы из рода де
Руж. Маргарита была обречена на страшную участь договором, который ее предок заключил с
силами, обитающими в подземном капище. И эти силы то ли по злой воле, то ли просто по
недоразумению не собирались его отменять. Я, конечно, тоже не ангел. В том смысле, что и
меня коснулось сатанинское крыло, но именно поэтому я должен был добраться до тех сил,
которые на протяжении столетий, а то и тысячелетий правили бал в этом краю.
Отец Жильбер глядел на меня с удивлением. Он, похоже, не совсем понял, зачем к нему
пожаловал сын благородного Фарлафа де Бриссара. Я же не торопился раскрывать перед
священником свои карты из опасения, что нас подслушают. Кюре, только что выдержавший
напор чернокнижника Бриссара, не был расположен внимать просьбам его сына, тем более что
очень хорошо знал, с кем имеет дело.
- И не просите, молодой человек, - отмахнулся от меня кюре. - Я уже сказал вашему
батюшке, благородному Фарлафу, что без согласия рыцаря де Ружа ваш брак с Маргаритой
невозможен.
- Не хотите ли прогуляться, отец Жильбер? В замке душновато. Похоже, этой ночью
будет гроза.
Священник бросил на меня странный взгляд и без возражений последовал за мной на
террасу Наше внимание привлекла суета во дворе. В замке явно готовились к какому-то
событию, и, скорее всего,
...Закладка в соц.сетях
