Жанр: Фантастика
Остров Буян 1. Остров буян
...совершенно бессмысленно.
Лес встретил нас дружелюбно, но без падений не обошлось. Ходить по лесу, да еще в
ночную пору, - это особое искусство, которым никто из моих спутников-горожан не обладал в
полной мере. В результате господин Закревский повредил о подвернувшийся сук руку, Цезарь
порвал свою роскошную тогу, а Бонапарт потерял треуголку. Все эти печальные события
сопровождались руганью людей, обиженных судьбой, обстоятельствами и коварным злодеем
Варлавом. Именно в адрес Варлава и изрыгались в большей степени нехорошие слова, и была
надежда, во всяком случае у меня, что он сейчас икает, беспрерывно поминаемый неразумно
доверившимися ему простофилями.
Светало. Проснувшиеся птички зачирикали у нас над головой, что сразу же настроило
меня на лирический и местами мажорный лад. Мои спутники моего радужного настроения не
разделяли и даже принялись глухо роптать по поводу трудностей пути и голодных желудков.
Они почему-то решили, что раз рыцарь Вадимир принял их в свою свиту, то должен обеспечить
им приятный досуг и приличное питание.
- Я, господа хорошие, не просто рыцарь, я странствующий рыцарь. Какие, собственно, к
нашему брату могут быть претензии?
- Чтоб ты провалился, Чарнота, - запыхтел Хохлов. - А еще демоном называешься.
- От Наполеона слышу, - не остался я в долгу.
- Всё, - сказал Закревский, опускаясь на пенек, - я больше не могу. Прошу учесть,
господа, что у меня изношенный организм и подобные переходы мне уже не под силу.
- По-моему, там впереди, за деревьями, какое-то здание, - указал перстом не
потерявший присутствия духа Цезарь.
- Это не здание, Вацлав Карлович, - поправил я его, - это замок Руж, в котором я
совсем недавно убил зверя апокалипсиса.
При виде знакомого замка я вздохнул с облегчением, ибо в логове старого рыцаря Гийома
мы могли найти не только приют, но и пищу. Я не стал ломать голову над тем, как здесь
оказался замок, который по всем приметам должен был находиться в другом месте. В конце
концов, мы находимся на острове Буянее, а здесь возможны любые перемещения.
- А нас туда пустят? - выразил сомнение Хохлов.
- Мне за вас стыдно, господин Бонапарт, - укоризненно вздохнул я. - По-вашему,
доблестный рыцарь Гийом де Руж способен отказать в приюте своему странствующему
собрату?
- Я бы отказал, - сказал со свойственной всем римлянам прямотой Цезарь. - Уж очень
вы подозрительный тип, Чарнота.
Но Вацлав Карлович ошибался, скажу более - он был посрамлен в своем некрасивом
намерении оболгать нанимателя, ибо рыцарь Вадимир был принят в замке Руж с великим
почетом. К слову, челяди в замке Руж за это время сильно прибавилось. И кроме знакомых мне
Жана, Жака и Марии по двору и залам замка бегало еще десятка два расторопных вассалов,
готовых услужить гостям своего сюзерена.
- Рад приветствовать в своем замке доблестного воителя, рыцаря Вадимира, сына
Аталава, - торжественно произнес благородный Гийом. - Я никогда не забуду вашей услуги,
дорогой друг.
- Какие пустяки, - равнодушно махнул я рукой, словно драки со зверями апокалипсиса
были моим повседневным занятием. - Вы извините, дорогой Гийом, что мы нагрянули к вам
без приглашения. Гроза застигла нас на привале. Перепуганные кони сорвались с привязи и
ускакали, унеся с собой наше оружие и припасы. Пропал даже мой драгоценный меч
Экскалибур. Можете себе представить всю степень моего огорчения.
Благородный Гийом и отец Жильбер сочувственно зацокали языками, исподтишка
посматривая на моих спутников. Потом рыцарь спохватился и, движимый состраданием к
моему горю, преподнес мне старинный меч, очень хорошего закала, добытый в битве с
коварными нурманами. Я меч принял с благодарностью, чмокнул, как водится, его лезвие и тут
же прицепил оружие к поясу, вернув себе тем самым статус грозного воителя.
- Мои друзья, - махнул я рукой в сторону своих спутников. - Господин Бонапарт...
- Итальянец? - почему-то насторожился Гийом.
- Скорее корсиканец, - поправил я его. - Господин Закревский, магистр Белой Магии,
и господин Крафт, врач, сиречь лекарь.
- Рад приветствовать вас в своем замке, - вежливо поклонился благородный Гийом,
бросив при этом настороженный взгляд на актера. - Прошу к столу, дорогие гости.
К чести гостей, упрашивать они себя не заставили и в мгновение ока заняли места на
неуклюжих деревянных лавках.
Я бы не назвал обед, приготовленный поварами благородного Гийома, изысканным. Пища
была простая, но сытная, и мои проголодавшиеся спутники в два счета смели ее со стола.
Особенно усердствовал артист Закревский, который при мелких своих габаритах и худобе
отличался прямо-таки невероятной прожорливостью и такой же предосудительной
склонностью к горячительным напиткам.
- А я слышал, что магистры питаются только акридами, - вздохнул отец Жильбер,
словно бы между прочим.
- А что это еще за акриды? - удивился Закревский.
- Саранча, - пояснил священник.
Мне показалось, что почтенный кюре заподозрил в моем спутнике еретика и
чернокнижника. Отчасти это было верно, тем не менее я счел своим долгом заступиться за
актера. В конце концов, подобное подозрение бросало тень и на мою во всех отношениях
безупречную репутацию.
- Господин Закревский большой специалист по изгнанию бесов и прочей досаждающей
приличным людям нечисти. Мне сдается, что его присутствие в ваших краях будет
небесполезным. Как я слышал, у вас здесь опять пошаливают.
- Увы, - возвел очи горе отец Жильбер. - Вы правы, сын мой. А тут еще в замке Френ
появились новые владельцы. Более чем за сто лет замок превратился в руины, и все эти годы о
нем шла дурная слава. По слухам, новый владелец замка Френ чернокнижник.
- А мне барон де Френ показался вполне приличным человеком, - возразил Гийом.
- Время всё расставит по своим местам, - вздохнул отец Жильбер. - Приличные люди
в подозрительных местах не селятся.
- Кстати, - перевел разговор на другую тему благородный Гийом, - а где ваш
доблестный оруженосец Безусый Лев?
- Ну, не такой уж он и доблестный, - возразил я рыцарю де Руж. - Просто я внял
увещеваниям отца Жильбера и отпустил его на все четыре стороны. Ибо жизнь в плотском
грехе хоть и скрашивает трудности странствий, но сильно отягощает душу.
Мое благочестие тронуло почтенного отца Жильбера, он даже порозовел от удовольствия
и, вероятно, сразу же записал еще одну спасенную из цепких рук дьявола душу на свой лицевой
счет. С прискорбием, однако, должен сказать, что со мной он, кажется, поторопился. Впрочем,
эти свои сомнения я не стал высказывать вслух, чтобы не огорчать симпатичного мне человека.
- Как поживает ваша дочь, прекрасная Маргарита? - спросил я у барона.
Вопрос мой прозвучал неожиданно, и, видимо, поэтому благородный рыцарь смутился.
Впрочем, он быстро обрел себя и выразил горячую надежду, что судьба его дочери с божьей
помощью сложится благополучно. Оказывается, у прекрасной Маргариты появился жених. Это,
разумеется, был рыцарь, владелец хорошо укрепленного замка, а не странствующая шпана
вроде меня. Вместе с тем мне показалось, благородный Гийом не был в восторге от этого
сватовства. В чем тут была причина, я так и не понял. Возможно, отцу просто не хотелось
отдавать взращенную и спасенную от зверя дочь в чужие руки. Но, с другой стороны, не могла
же дочь рыцаря де Ружа вековать свой век в старых девах.
- А как зовут жениха?
- Благородный рыцарь Фарлаф де Бриссар.
- Фарлаф, вы сказали? - насторожился я. - Это такой худощавый тип со сладким
выражением лица и родинкой над верхней губой?
- Так вы его знаете? - удивился старый Гийом.
- Но он ведь женат, - вмешался в разговор артист Закревский, сразу же сообразивший,
о ком идет речь. - Еще сегодня поутру он познакомил нас со своей молодой женой.
- Нет, господа, вы не поняли, - запротестовал отец Жильбер, - речь идет о сыне
благородного де Бриссара, которого тоже зовут Фарлаф.
- А вы видели этого сына? - опять насторожился я.
- Мы с отцом Жильбером нет, а Маргарита успела с ним познакомиться, когда гостила у
своей тетушки.
Я почти не сомневался, что в роли молодого Фарлафа выступал мой двойник. Этот сукин
сын Варлав подсунул его вместо меня, выдав за того самого Вадимира, сына Аталава, который
спас девушке жизнь в замке Руж. Это была величайшая наглость, требующая большого спроса.
Мало того что этот еретик и чернокнижник увел у меня женщину, так он еще и вознамерился
обмануть невинное создание, используя дешевую подделку под Вадима Чарноту. Свое
возмущение я, однако, скрыл от благородного Гийома. Еще не время выкладывать на стол все
свои карты, тем более что стратегия игры моего оппонента Варлава оставалась для меня тайной
за семью печатями. Я никак не мог понять, какие цели преследует ведун Варлав и зачем ему
понадобилась Маргарита.
- Прошу прощения, благородный Вадимир, что отвлекаю вас досужими разговорами,
тогда как вы и ваши спутники нуждаетесь в отдыхе.
- Я бодр и свеж, благородный Гийом, а вот что касается моей свиты, то здесь вы,
безусловно, правы.
Обед закончился взаимными комплиментами. Расторопная Мария повела моих боевых
товарищей отсыпаться, а я, взяв под руку отца Жильбера, вышел с ним на крыльцо, дабы
проветриться, а заодно и познакомиться с хозяйством доблестного рыцаря. Осмотром
свинарника, коровника и конюшни я остался доволен. Чем, кажется, слегка удивил
деревенского кюре, который, похоже, не ожидал встретить в странствующем рыцаре
поклонника и знатока сельского хозяйства.
- Вам пора остепениться, благородный рыцарь, - осторожно посоветовал мне отец
Жильбер. - Вы уже не юноша. Самая пора позаботиться о женитьбе.
- Увы, святой отец, но у меня нет замка, где я мог бы преклонить голову. Я ведь гол как
сокол. И кроме меча у меня ничего нет за душою.
- Вы доблестный воитель, благородный Вадимир, а доблесть во все времена была в цене.
Вы без труда найдете достойную и богатую невесту. Многие, знаете ли, именно женитьбой
поправляли свои дела. Благо и у нас в округе нет недостатка как в благородных девицах, так и
молодых вдовах.
- Это интересное предложение, отец Жильбер, но, к сожалению, я человек не
практичный и очень боюсь промахнуться, увлекшись смазливым личиком и упустив из виду
чисто житейскую сторону дела. Согласитесь, мало приятного оказаться после первой брачной
ночи у разбитого корыта с законной женой, но без гроша в кармане. Мне нужен мудрый
советчик. Не скрою, я рассчитываю на вас, святой отец.
Почтеннейший отец Жильбер был польщен моим доверием и выразил готовность (о!
абсолютно бескорыстно) поспособствовать мне в обретении домашнего очага. Но, разумеется,
если потом я пожертвую малую толику обретенного имущества в пользу матери-церкви, кюре
не будет возражать.
- Это уж как водится, - с готовностью поддакнул я. - Церковная десятина - дело
святое.
Разумеется, отец Жильбер отлично понимал, что имеет в моем лице дело с прожженным
авантюристом, искателем приключений и чужого добра. Но, с другой стороны, а кто в те
времена не был авантюристом? Про меня кюре хотя бы точно знал, что я человек относительно
благочестивый и к тому же умеющий за себя постоять как в драке с людьми, так и в
противоборстве с нечистой силой. А большего требовать от рыцаря было по тем временам
просто неблагоразумно.
- Вы в курсе, отец Жильбер, что рыцарь Фарлаф де Бриссар чернокнижник и еретик еще
почище вашего соседа барона де Френа.
- Да быть того не может! - ахнул простодушный кюре.
- А вы с ним хорошо знакомы?
- Собственно, я его практически не знаю. Он дальний родственник и наследник
умершего барона де Бриссара и появился в наших местах совсем недавно.
- А барон умер своей смертью?
- Да как вам сказать, - вздохнул отец Жильбер. - Барон был уже далеко не молод.
Правда, у него были сын и племянник. К сожалению, оба погибли на охоте в расцвете лет. Их
смерть подкосила барона.
- Они охотились в том самом лесу, где завелась нечистая сила?
- Увы, да. Угодья де Бриссаров граничат с владениями де Френов, и межа проходит
прямо по этому лесу. В прежние времена это было причиной многих военных стычек и усобиц.
- Значит, вы допускаете, что этот Фарлаф завладел замком Бриссар не совсем честным
путем.
- Допускаю, - осторожно отозвался кюре. - Но вряд ли в наших краях найдется
человек, который поставит сей поступок в вину благородному Фарлафу, ибо последний уже
успел явить недоброжелателям свою силу.
- Сдается мне, отец Жильбер, что вы рассказали мне далеко не всё о замке Руж.
Священник ответил не сразу. Минуты две он задумчиво тер бритый подбородок, видимо,
собирался с мыслями. За это время я успел осмотреть сторожевые башенки и пришел к выводу,
что они нуждаются в ремонте. Не могу сказать, что замок Руж обветшал до полного безобразия,
но в серьезном обновлении он, безусловно, нуждался.
- Как я понимаю, благородный Гийом человек не богатый?
- К сожалению, да, - не стал спорить со мной кюре. - Войны и усобицы разорили
некогда богатейший род.
- И тем не менее за Маргариту дают хорошее приданое.
- Она единственная дочь барона.
- Значит, замок после смерти благородного Гийома отойдет к ней.
- У рыцаря де Ружа нет других наследников.
Похоже, отец Жильбер заподозрил меня в корыстолюбии, но в данном случае он ошибся.
Меня интересовал не рыцарский замок, а причина, по которой Варлаву понадобилось женить
своего "сына" на прекрасной Маргарите. Не думаю, чтобы любовь играла в этом предстоящем
браке серьезную роль, во всяком случае со стороны жениха. Но ведь не из-за этого же
потрепанного временем замка так суетится почтенный ведун?
Так в чем же главная тайна рода де Руж? Почему он притягивает чернокнижников и
нечистую силу?
- У вас честные намерения в отношении Маргариты де Руж, рыцарь Вадимир? -
спросил вдруг отец Жильбер, пристально глядя мне в глаза.
- Вне всякого сомнения.
- В таком случае пойдемте, но имейте в виду, что я не смогу гарантировать безопасность
ни вашему телу, ни вашей душе.
Кюре огляделся по сторонам, взял меня за руку и потянул за собой. А через несколько
минут мы спустились в подвал замка. Ничего примечательного я здесь не обнаружил, если не
считать бочек с вином. Судя по их количеству, виноделие было едва ли не главным занятием в
этих краях. Я уже было подумал, что отец Жильбер, имевший, как я успел заметить, некоторую
слабость к потреблению горячительных напитков, решил угостить меня каким-нибудь особо
ценным сортом вина из запасов благородного Гийома, но ошибся. Священник в сторону бочек
даже не взглянул. Мы прошли по обширному подвалу метров пятьдесят, которые при этом
разделяли несколько тяжелых дубовых дверей, окованных железом. Похоже, что подвал служил
не только местом хранения ценного продукта, но и тюрьмой, а то и пыточной камерой. Я не
большой знаток в деле выбивания показаний из несчастных узников, но, по-моему, в
помещении, где мы с отцом Жильбером в конце концов оказались, хранились весьма
специфические приспособления.
- Это дыба, - подтвердил мои подозрения священник. - А вон там, в углу, испанский
сапог.
- У благородного Гийома много врагов?
- Нынешний владелец замка де Руж здесь не бывает. Впрочем, мы уже вышли за
пределы замка, как вы, вероятно, успели заметить, рыцарь.
- Это потайной ход?
- Можно назвать его и так. И если, к примеру, повернуть направо, то, сделав не более
тридцати шагов, мы окажемся на берегу лесного ручья. Но мы с вами не пойдем направо, мы
пойдем налево.
Отец Жильбер зажег факелы, один протянул мне, и действительно повернул налево, а я
последовал за ним. Сказать, что в подвале было прохладно, я не могу, но меня вдруг охватила
мелкая противная дрожь. Очень может быть, что я просто боялся, хотя особых причин для
испуга вроде бы не было. На стенах стали появляться изображения гнусных рож, которые
скалили в нашу сторону приличных размеров клыки. Мне показалось, что этот подземный ход
построен гораздо раньше замка и куда более искусными мастерами. Мы прошли чуть ли не
километр и остановились перед дверью, отлитой из неизвестного мне металла. По краям в
нишах стояли два изваяния. Более отвратительных существ мне видеть не приходилось.
Оставалось только радоваться тому обстоятельству, что эти монстры созданы из камня, а не из
плоти и крови.
- Это гаргульи, - шепотом пояснил мне отец Жильбер и перекрестился. - Силы ада
используют их в качестве стражей.
- И что они здесь стерегут, если не секрет?
- Не знаю, - покачал головой священник. - Но по слухам, именно за этой дверью
несчастный рыцарь Анри де Руж заключил сделку с дьяволом. Более никто и никогда не
открывал эту дверь и не переступал этот порог.
- Неужели никто и никогда за минувшие двести лет даже не пытался туда войти?
- Охотники были, - сокрушенно вздохнул отец Жильбер. - Трижды отчаянные
авантюристы стучались в эту дверь, но она не открылась. А через день-два рано поутру
обитатели замка Руж находили растерзанные тела своих гостей, которых вечером оставляли на
ложе живыми и здоровыми. Говорят, что им мстили гаргульи, оскорбленные попытками
нечестивцев проникнуть в чужие тайны.
- Но ведь они каменные?! - удивился я, подходя ближе к уродливому существу с
мордой льва, козлиными рогами на голове и крыльями за спиной.
- Они оживают, - прошептал отец Жильбер, - по ночам. И горе тому, кто встанет на
их пути.
- Ну а при чем здесь Маргарита?
- Договор Анри де Ружа с дьяволом не расторгнут. А по этому договору древнее капище
языческих богов поступает в распоряжение мужа наследницы замка Руж.
- А в капище можно попасть только этим путем? Или есть и другой вход?
- Может быть, и есть, но я о нем ничего не знаю. Многие пытались отыскать древнее
капище наверху, в лесных зарослях, но все их попытки заканчивались ничем.
- Должен признать, святой отец, что за девицами из рода де Руж дают обременительное
приданое.
- Именно поэтому я и привел вас сюда, доблестный рыцарь Вадимир. Мне не хотелось,
чтобы вы совершили роковую ошибку. А что касается Маргариты, то для нее будет лучше,
если, сохранив девственность, она проведет остаток дней в монастыре.
- И что, есть монастырь, готовый принять столь опасную послушницу?
- Мы подыскиваем ей место, - сделал печальное лицо отец Жильбер. - Но вы правы,
благородный рыцарь, охотников принять под свою защиту несчастную девицу пока не нашлось.
Меня это обстоятельство нисколько не удивило. Кому охота связываться с нечистой
силой. Правда, одного из кандидатов в мужья Маргариты я убил, но это еще не факт, что не
появятся другие, быть может, более пристойного обличья, но с еще более черной душой.
Итак, теперь мне стало понятно, что ищет в этих местах почтенный Варлав и зачем ему
понадобилось извлекать из небытия замок Руж с его обитателями. Ведуну явно нужно древнее
капище, на руинах которого забывчивые люди построили замок. Помешать ему я мог только
одним способом, постучав в металлическую дверь. Что я и сделал, к ужасу отца Жильбера.
Впрочем, ничего неожиданного, а уж тем более рокового не произошло. Дверь гулом
отозвалась на мои удары, но каменные гаргульи даже не шелохнулись.
- Вы совершили страшную ошибку, рыцарь Вадимир, - сказал со стоном отец
Жильбер. - И эта ошибка может стоить вам головы.
- Будем надеяться, что всё обойдется. Должен же я раскрыть тайну замка Руж.
- Есть тайны, благородный рыцарь, которые лучше оставить их владельцам.
Обратный путь мы проделали без приключений. Никто не бросился за нами следом,
требуя объяснений от нахала, потревожившего покой обитателей древнего капища. В принципе
человеку, живущему в двадцать первом веке, трудно поверить во всю эту средневековую чушь
с оживающими каменными гаргульями. Однако же я был несчастливым исключением в ряду
скептически взирающих на странности мира атеистов, поскольку уже имел возможность пожать
руку ожившему изваянию. Я имею в виду каменного гостя, который столь не ко времени
вмешался в наш с Веркой спор. До сих пор не могу понять, каким образом, а главное, с чьей
помощью дважды вроде бы убиенный Петр Сергеевич Смирнов превратился в изваяние. Да
мало того что превратился, так он еще вздумал в таком виде разгуливать по сцене и хватать за
руку несчастного Дон Жуана, который имел неосторожность приблизиться к его жене. Если бы
каменного гостя видел я один, то его вполне можно было счесть галлюцинацией, но, к
сожалению, его видели очень многие, включая собравшихся на затеянное Варлавом
представление зрителей.
- Это вы, Фарлаф? - услышал я вдруг за спиной горячий девичий шепот.
Голос принадлежал Маргарите, мимо двери которой я как раз проходил, отправляясь в
покои, выделенные мне для послеобеденного отдыха благородным Гийомом. Не успел я глазом
моргнуть, как девица втащила меня в свою комнату, с которой у меня были связаны далеко не
лучшие воспоминания, и закрыла дверь на засов.
- Зачем вы здесь, да еще под чужим именем? - зашипела рассерженной гусыней
Маргарита. - Ведь мы же договорились с вами.
- Меня привела любовь, - попробовал я было оправдаться, но понимания не встретил.
- Прекратите паясничать, Фарлаф, мы же договорились. Никаких плотских утех. Я
остаюсь девственницей, а вы получаете столь нужный вам для раскопок земельный участок. Вы
действительно спасли меня от страшной участи, но, согласитесь, это еще не повод, чтобы вести
себя не по-рыцарски.
Честно говоря, я не совсем понял, на чем поладили мой двойник и Маргарита, но то, что
этот негодяй обманул девушку, выдав себя за благородного Вадимира, сына Аталава,
победителя зверя апокалипсиса, было совершенно очевидно. Меня такая наглость возмутила не
на шутку. Изволь тут побеждать всякую нечисть, чтобы плодами твоих побед пользовались
другие. Должен сказать, что днем Маргарита выглядела не менее соблазнительно, чем ночью.
Очень красивая девушка с большими зелеными глазами. Что же касается цвета ее волос, то тут
я угадал - она действительно была рыженькой. Сейчас ее волосы были заплетены в косу и
уложены на голове наподобие золотой короны, что придавало девице де Руж вид горделивый и
неприступный.
- Сожалею, что не прихватил с собой оруженосца.
- При чем здесь ваш Безусый Лев?
- Мне показалось, что вы собрались стать лесбиянкой. В вашем положении это
действительно выход.
- Я вас сейчас ударю, доблестный рыцарь.
- Прошу прощения, сударыня. Я просто пошутил неудачно. Так вы не хотите идти в
монастырь?
- Не хочу. И именно поэтому согласилась с вами обвенчаться. К сожалению, никакого
другого достойного кандидата у меня на примете не оказалось. Мы же обо всем договорились,
Фарлаф!
- Появилось одно маленькое препятствие, драгоценная моя Маргарита. Отец Жильбер
интригует против меня. И почти уже уговорил вашего отца отказать мне. Я понимаю
благородного Гийома, ему трудно поверить в наши платонические отношения, тогда как наша
плотская связь грозит и ему, и окружающим, да и, пожалуй, нам с вами большими
осложнениями.
- Я это знаю. Что вы предлагаете?
- Я вас скомпрометирую.
- Каким образом?
- Я проведу ночь в вашей комнате. А утром ваша служанка обнаружит нас мирно
спящими в объятиях друг друга и сообщит об этом рыцарю Гийому, гостям и челяди. Все
решат, что мы с вами уже согрешили. И вашему отцу не останется ничего другого, как
обвенчать нас. И вряд ли возражения отца Жильбера кто-то будет брать в расчет.
- А вам можно верить, Фарлаф? Вы не станете меня насиловать?
- Как вы могли подумать такое, изумрудная моя?! Я же рыцарь. К тому же я не
сумасшедший. Вы слишком опасное сокровище, чтобы нашлись охотники вами обладать.
- Всё-таки вы мерзавец, Фарлаф!
- Я натерпелся такого страху, сражаясь с предыдущим претендентом на вашу руку,
сударыня, что в последнее время потерял всякий интерес к женскому полу.
- Я вас поздравляю.
- С этим не поздравляют, золотоволосая моя. Об этом скорбят. Мне страшно не везет в
последнее время. Я имел неосторожность вступить в связь с замужней женщиной, но она
оказалась ведьмой. Вы, кстати, в курсе, что ваша соседка баронесса де Френ - ведьма? Теперь
ее развлекает другой любовник - демон.
- Вы всё лжете, Фарлаф, уважаемая Жанна очень милая женщина.
- Это она предложила вам в качестве жениха Фарлафа де Бриссара-младшего, то есть
меня?
- Можно подумать, что для вас это тайна.
Еще недавно для меня это было тайной, но природный ум и хорошо подвешенный язык
позволили мне проникнуть в планы своих оппонентов и даже внести в них кое-какие
коррективы. У меня появился шанс провести коварного Варлава и спасти эту чудную девушку
от больших неприятностей. Увы, прекрасная Маргарита не оценила моих благородных
порывов, впрочем, ее недоверие в большей степени относилось к моему двойнику, но этот
негодяй иного к себе отношения и не заслуживал.
Я успел вовремя выскользнуть из комнаты Маргариты и тем самым отвел от себя
подозрения служанки Марии, которую благородный Гийом послал поднимать гостей к ужину.
Провалявшиеся чуть не целый день в постели императоры и фюреры на призыв рыцаря
откликнулись охотно и гурьбой скатились по лестнице к столу.
Благородный рыцарь де Руж был мрачен. Похоже, отец Жильбер уже успел нашептать ему
на ушко о моем вызывающем поведении у входа в капище, и теперь в замке ждали событий из
ряда вон выходящих.
- Надеюсь, благородный Вадимир, сын Аталава, вы отдаете себе отчет в своем
поступке? - мрачно изрек старый рыцарь, поднимая кубок с вином за здоровье гостей.
- А что он натворил? - забеспокоился Закревский.
- Я постучался во врата ада.
Фюрер едва не захлебнулся вином, которое как раз в этот момент неосторожно поднес ко
рту:
- А где находятся эти врата?
- В подвале замка. Не беспокойтесь, благородный Гийом, у нас всё под контролем. А
присутствие в замке господина Закревского, великого мага и чародея, гарантирует всем
обитателям безопасность. Он специалист по гаргульям.
Возведенный мной в маги и специалисты Закревский, к сожалению, не сумел достойно
пронести свалившуюся на его плечи ношу. Он раскрыл рот, потом снова его закрыл, расплескав
при этом вино. Словом, повел себя так, словно слышал об этих самых гаргульях в первый раз и
с трудом представлял себе, как они вы
...Закладка в соц.сетях
