Жанр: Фантастика
След кроманьонца 2. Последний мятеж
...ерное, рада, что не надо разлучаться с Даней? А Чебик...
- А Чебик ревет не переставая - требует, чтобы ему дали пистолет. Говорит, что
стрелял в демонов из рогатки, попадал, а они не падали.
- Подрастет и станет воином племени Гонителей?
- Он не подрастет, но... все равно, наверное, станет.
- Я правильно понял, что Гонители не попадают в Царство Небесное?
- По первоначальной версии - нет. Воины добровольно отказываются от будущего рая
для себя. Понимаешь, в молодости мне казалось очень важным отделить людей, способных на
убийство, от всех остальных. И исключить право силы.
- Гонители - это каста неприкасаемых?
- Примерно так это было вначале...
- Послушайте, Валентин Сергеевич, я никак не пойму: на меня все еще распространяется
ограничение информации, или вы... не контролируете ситуацию? Действительно не знаете, что
тут у вас происходит?!
- Послушай, Коля... Ты действительно никак не поймешь, что здесь нет ни партии, ни
правительства, ни чиновников, ни солдат, ни милиции. Никто не обязан приходить ко мне с
докладом и получать приказы.
- А как же...
- А вот так! Я живу, потому что несколько человек заботятся обо мне. Кто-то умирает
или погибает, им на смену приходят другие. Почему-то приходят... Люди приходят и просят
решить спорный вопрос или дать совет, кто-то спрашивает, как жить дальше и зачем. Я
отвечаю. Когда-то я этим занимался целыми днями, теперь - редко. Как-то все, наверное,
утрясается без меня... Что там такое, Петя?
Николай вздрогнул и оглянулся - он даже не услышал, как вошел Охотник. Петр
выложил на стол раскуроченный портсигар и просипел:
- Не знаю: проводки, штучки какие-то... - и к Николаю: - Ты что-нибудь понимаешь в
этом?
Николай склонился над столом, ковырнул пальцем:
- К сожалению, в технике я ни в зуб ногой... Увы! Если только...
Он взял коробочку, лизнул языком то, что напоминало клеммы контакта, и сплюнул на
пол:
- Ч-черт, щиплется! На батарейку похоже. Чтоб я в этом понимал... У вас тут что,
вообще никто в этом не разбирается?
Ответом было молчание - то ли знак согласия, то ли очередная тайна.
- Ладно... Могу сказать только, что это явно не мина. Скорее всего, приборчик имеет
отношение к радиосвязи. Хотя, с другой стороны... Вряд ли это рация... Может,
радиоприемник такой портативный? Или... Слушай, Петя, это все, что у него было: часы,
портсигар, спички, фонарик, ножик? Надо бы проверить часы и фонарик. Странно как-то...
- Что странно?
- Вот смотри, Охотник: человек собирается играть роль парламентера. Не берет с собой
ни оружия, ни документов. Почему? Потому что рассчитывает на то, что его обязательно
обыщут и все отберут, правильно? При этом он тащит с собой здоровенный красивый
портсигар, который, по идее, у него должны отобрать в первую очередь.
- Хочешь сказать, что нам его... подкинули?
- Не совсем так. Скорее можно предположить, что... гм... для этой штуки не важно, в
чьих руках она окажется. Если бы все пошло по их плану, то портсигар у Майора могли и не
отобрать. Ведь могли?
- Говори!!
- Полегче, Петя! Я бы настоятельно советовал вам показать эту штуку тому, кто
разбирается. Если у вас таких людей нет, то вряд ли вы сможете эффективно бороться с
этими... с демонами. Сам я и в технике собственного мира не разбираюсь, а уж в вашей-то тем
более! Это может быть каким-нибудь датчиком, измерительным прибором, еще чем-нибудь...
А скорее всего... Я думаю, что это просто маячок.
- Что?!
- По нашим книжкам и фильмам... В общем, приборчик, посылающий сигнал, по
которому издалека можно определить, где он находится. Вчера и сегодня никто не летал над
бункером? Самолеты - вертолеты, а?
- Летали, но очень высоко.
- Ну вот! Надо было эту штуку там и оставить, а нe тащить сюда.
Кажется, они все поняли и больше не задавали вопросов. Старик и Охотник долго молча
смотрели друг на друга. Николаю сначала было просто тягостно, а потом до него дошло, что
старик, наверное, не сможет жить без своей ванны с теплой водой. И как же они?
Когда Петр наконец обернулся, Николаю показалось, что под его глазными щелями что-то
блеснуло. Приказ прозвучал совсем уж невнятно:
- Пошли!
Это было то самое место: белесое межпространственное марево клубилось совсем близко
- всего в каких-то двухстах метрах выше по склону.
- Почему вы решили отпустить меня, Петя? У вас, похоже, скоро начнется настоящая
война, и я мог бы быть полезен.
- Война уже началась.
- Да, ваши комфаши явно оживились: гудит то здесь, то там. Вы, конечно, будете воевать
до победного конца? Если ты и не главный начальник, то явно не из последних. Скажи, как ты
представляешь победу? Или цель борьбы? Я же все равно сейчас уйду и ничего не выдам!
- Пока не умрет последний Гонитель...
- Знакомая логика... По опыту нашего мира могу сказать, что маленький народ может
бесконечно долго воевать с могучим государством. Но только при одном условии... Точнее,
условий много, но, мне кажется, главное из них то, что это государство должно быть... гм... не
тоталитарным - не советским, не фашистским. В общем, демократическим или хотя бы с
претензией на это. Тут у вас, во тьме внешней, намечаются какие-то изменения, типа нашей
перестройки. Ваш противник будет меняться. Ты знаешь, с кем будешь воевать завтра?
Победить молодое демократическое государство - не подвиг, а подлянка, удар в спину или
ниже пояса. А справиться с тоталитарной машиной...
- Гонители живут не ради победы. Ради того, чтобы жили другие.
- А ты уверен, что для этого обязательно нужно расстреливать мальчишек, которых
командиры гонят на ваши окопы?
- Нападающего - убей. Продавший душу дьяволу не должен жить. Мы не одиноки в
этой борьбе.
- Что ты имеешь в виду?! Что "запад" вам поможет? Не смеши меня! Ты знаешь, какая
маркировка была на этой штучке - на портсигаре Майора?
- Какая?
- Я не хотел этого говорить Валентину Сергеевичу - ему было и так не сладко. Бункер
разбомбили, и он погиб - маячок сработал. И теперь я скажу тебе - может быть,
задумаешься, прежде чем в очередной раз всадить в кого-то одну из своих заточек. Там были
буковки... Похоже, что прибор произведен в Америке - той самой, которую вы считаете чуть
ли не Царством Небесным. Возможно, он был куплен или украден советскими агентами, но
более вероятным мне представляется, что американские спецслужбы просто начинают
налаживать сотрудничество с советскими органами. Ты заметил, с какой точностью был
нанесен удар? Первая бомба (или ракета?) вскрыла входной шлюз, а вторая попала в пролом и
взорвалась внутри. Разве это по-нашему, по-советски? Вместо того чтобы засыпать бомбами
всю округу...
- Мы не одиноки в этой борьбе, - повторил Охотник, и кожа на лицевой стороне его
головы сморщилась. Понять, что это означает (усмешку? скорбь? ярость?), было
невозможно. - Книжку, которая была у Деда, я знаю наизусть - учился по ней читать и
писать. Бог есть, и Он приходил. И сказал, что каждый выбирает сам. Даже когда не понимает
этого. Мы не одиноки, и мы будем убивать тех, кто выбрал дьявола. А ты уходи и больше не
возвращайся - ты можешь быть полезен, но вреда от тебя будет больше.
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
Глава 1. Мир магии
Большие пушистые снежинки падали на лицо воина. И не таяли.
- Зачем ты принес его, Лис?
- Чтобы они не взяли его силу. Пусть лучше волки...
Черный Хорь с тревогой посмотрел в заснеженную степь:
- След?
- Мой след пока чист. Но двое ушли. Падает мало снега - они приведут стаю.
- Приведут...
- Зря мы забрались так далеко в страну раггов.
- Кто ж знал, что придет Холодная Беда? Если бы мы не заняли их лагерь под скалой...
- То давно были бы в Стране Счастливой Охоты. И не мучались бы.
- Что об этом говорить, Лис... Ты же знаешь... Те, кто стремится попасть туда без Его
воли, без мучений, оказывается в стране Вечного Голода. Мы должны делать то, что должны...
Лис вздохнул и прислонился к засыпанному снегом камню. Все это он, конечно, знал,
только с тех пор, как от гнева Творца содрогнулся мир, когда небо исчезло, а земля раскололась
трещинами, когда одни ручьи и реки исчезли, а другие разлились и затопили все вокруг, когда
шевелились камни, а песок тек как вода... Когда потом все замерло и замерзло, обретя новый
облик... Нет, он не будет больше вспоминать об этом - что толку? Просто с тех пор мысль о
смерти, о Стране Счастливой Охоты не покидает его. Он чуть не попал туда сегодня, но
Журавль принял на себя удар чужой дубины. Ему теперь хорошо...
Что ж, Журавль прав - вождь должен умереть последним. Кому-то нужно вести остатки
людей племени Серых Лис по этой холодной земле. Вот только правильно ли он все делает? И
можно ли иначе?
Выпал снег, и стали видны все следы. Но животных совсем мало, стада погибли или
распались - охотиться почти невозможно. До снега можно было находить и есть замерзшие
туши, а теперь... Люди слабеют на глазах, а рагги...
Лис мрачно усмехнулся: ...а рагги получили преимущество! Трусливые и робкие когда-то,
они сбиваются в большие стаи и рыщут по степи. Если долго нет другой пищи, они едят друг
друга. Когда они напали первый раз, Лис сначала не понял, почему они радостным визгом
приветствуют каждый труп - и своих, и врагов.
А людей осталось совсем мало - три руки и еще два пальца. И только двое воинов, не
считая их с Хорем. Им тогда пришлось покинуть свой лагерь и уйти в степь. Они пытались
охотиться и дрались с раггами. Сначала Малый Лис стремился двигаться туда, откуда они
пришли, - к земле охоты Большого Лиса. Из этого ничего не получилось, и он изменил свою
цель - просто сделал так, чтобы люди пережили еще один день, еще одну ночь...
В конце концов они оказались здесь - у подножия вот этих низких гор. Лис не знал,
хорошо это или плохо. Он жевал кусок волокнистого жесткого мяса, слегка, обжаренного на
огне несколько дней назад, и смотрел на своих людей. Женщины и подростки забились между
камней, закутались в шкуры и пытаются спать. А вот эта старуха, подставившая падающему
снегу лицо с открытым ртом, уже не проснется. Не проснется - в этом мире. И дети давно
умерли - один за другим... Лис не испытывал нежности к детям, но знал, что в них живет
Племя. И вместе с ними оно умирает...
Что же случилось с раггами? Ведь он хорошо знал их повадки, как и повадки всех зверей
и птиц великой тундростепи. Жизнью раггов правит страх: они всегда боятся смерти, голода
и... друг друга. А теперь... Теперь, кажется, ими овладела жажда смерти. И какая-то
магическая сила притягивает их к людям. Нет, они не отстанут...
Все понимали, что рано или поздно рагги атакуют их большой толпой, со всех сторон
сразу. Пятеро, а сегодня уже только четверо воинов не смогут сдержать натиск. В лучшем
случае смогут сами отбиться и уйти, оставив остальных на съедение. Такого, конечно, никто не
сделает: без Племени нет смысла жить.
Они долго совещались с Черным Хорем и решили хотя бы оттянуть этот момент. Они
стали по очереди уходить в степь, стараясь убить как можно больше раггов. Обычно удавалось
выбить семейную группу - пять-шесть раггов - на виду у остальных. Они не приходили на
помощь друг другу, а потом дрались возле трупов. Вчера и сегодня все получилось иначе...
В долине, где когда-то тек ручей, они с Журавлем напали на группу из пяти раггов.
Крупный самец долго отбивался топором, но в конце концов они справились и с ним. А
потом... потом со склонов сбежали другие рагги. Часть из них накинулась на трупы, а
остальные уже сами напали на людей. Что-то похожее случилось и вчера с Хорем... Неужели
верна его страшная догадка? Та, о которой он не говорил пока никому? Раггам нужна наша
жизненная сила - они хотят уподобиться людям перед лицом Его...
Когда-то, много лет назад, на стоянке у большого мелкого озера умирал шаман. Он
остался без ученика, который однажды ушел бродить в мир духов и заблудился там. Старый
шаман мучился много дней - демоны рвали на части его внутренности, он извергал их и никак
не мог умереть - ему некому было передать свое Знание. Тогда старшие мужчины племени
решили помочь ему. Малый Лис и Черный Хорь долго слушали его невнятный,
захлебывающийся шепот. Они вскоре пожалели о своем решении, но уйти от старика уже не
могли. Он вцепился в них мертвой хваткой: говорил, а потом задавал вопросы и требовал,
чтобы они отвечали. Он утверждал, что, если они не поймут и не запомнят все, он не сможет
уйти.
За прошедшие с тех пор годы почти все забылось. А потом пришла Холодная Беда... Нет,
ее не удастся ни преодолеть, ни пережить. Она выходит за пределы всего обыденного, всего
повседневного. И то, что когда-то казалось ненужным и даже смешным, вдруг обрело значение
и смысл. Каким-то глубинным инстинктом Лис чувствовал неоспоримую, непреложную связь
между туманными рассуждениями о незримом и всесильном Творце всего сущего и
оскаленными рожами раггов, забывшими страх.
Лис очень устал, и дрема временами затягивала его сознание. Но как только он засыпал,
он вновь оказывался посреди пологой, открытой всем ветрам долины ручья. Он опять работал
топором - бил расчетливо и мощно, бил и слышал хруст костей, гулкие звуки
раскалывающихся черепов. Если очередной противник отскакивал слишком далеко, он
доставал его дротиком, а потом добивал топором. Вот и все - Журавль сбивает последнего...
Но их не становится меньше! Вот этот уже совсем близко, за ним второй замахивается
дубиной!.. На!!! - кремневый клин наконечника застревает в глазнице (не сломать бы!), и
топором сверху: на! И снизу наискосок - на!! И летят брызги мозгов, льется кровь на
истоптанный снег. Только бы не оступиться, не запнуться о чьи-то дергающиеся в судороге
ноги... На!! - по лицу на пределе дистанции и - дротиком в шею - есть!! Дальше!
Тело дергалось, пытаясь парировать удары противника и ударить самому, когда враг
раскрывался. Лис понимал, что видит сон, просыпался и старался расслабить перетруженные
мышцы. Получалось плохо, и он опять думал...
А ведь шаман тогда рассказывал что-то важное о людях и раггах... и Творце...
Создатель невидим, всесилен и всезнающ. Он сотворил все - камни, траву, воду,
животных, людей, раггов, добрых и злых духов, демонов и богов. С ним соединяются, в его
бытие уходят души умерших. Как это понять, как это представить? Люди живут в среднем
мире, а есть нижний и верхний миры, где обитают духи и боги. Большинство из них не добрые
и не злые - их можно просить, заставлять, задабривать подарками. Они насылают болезни,
голод или даруют удачу в охоте. Сквозь их незримые толпы до Творца не докричаться, не
услышать голос Его - да это и не нужно, ведь с живущими имеют дело лишь духи. Но там, в
Посмертии... Он создал Страну Счастливой Охоты - для тех, кто честно прошел свой
жизненный путь здесь, кто очистился страданием, для тех, кто при жизни приобщился к Его
божественной сути...
Вот! Вот это, кажется, то самое... Людям известна Великая Тайна. Тайна причащения,
приобщения к сущности Творца. Когда-то давно Он открыл способ для этого... Мамонт...
Воплощение мудрости и всесилия... Люди становятся или являются людьми, когда соблюдают
законы и правила жизни... Но без мамонта это бесполезно...
А рагги... Шаман говорил, что когда-то, очень давно, они тоже были как люди. Им тоже
было даровано Воплощение. Это другой зверь... Таких сейчас нет... Или нет здесь... Медведь,
очень большой медведь, который живет в пещерах... Это было давно и не здесь, ведь Великий
Лед каждый год уходит все дальше на север, а люди и звери идут за ним... Наверное, большой
медведь не пошел со всеми - здесь нет пещер... И рагги стали раггами... Или, может быть,
Творец сам забрал у них Воплощение?
И пришла Холодная Беда... Бесполезно обращаться к духам - она слишком велика,
необъятна для них... Это сделал Он... и человеку не понять - зачем? Может быть, чтобы
умерли рагги? Или люди? Но людей много, они, наверное, выживут, даже если снег не растает
скоро. Может быть, умрем мы, но останутся люди Большого Лиса, другие племена... А рагги...
До прихода Беды старики говорили, что год от года их становится меньше, что они слабеют...
Они слабеют, потому что не имеют контакта, не имеют связи с Ним, а духи слабы и не в силах
поддержать их, даже если захотят... И вот теперь...
Перед Лисом бесконечной вереницей вставали лица убитых им раггов - яростно
оскаленные, искаженные страхом, залитые кровью... Кажется, он понимает или почти
понимает... У них нет Воплощения... Но перед лицом смерти они хотят приобщиться...
Потому что без этого умирать страшно. Но как? Через тех, кто уже приобщен. Через нас...
Наверное, Лис все-таки задремал, потому что проснулся оттого, что сильно замерзли ноги
- он давно не менял сухую траву под обмотками. После прихода Беды ночь почти не
отличалась от дня - только чуть гуще становились белесые сумерки. И в этих сумерках сквозь
редкий снегопад вдали маячили темные фигуры. Они перемещались, их становилось все
больше и больше. Лис некоторое время всматривался вдаль, щуря воспаленные веки, потом
повернулся туда, где спали его люди:
- Вставайте! Они пришли!
Из-за угловатой каменной глыбы показалась взлохмаченная голова, а потом и сам Хорь.
Он зябко кутался в оленью шкуру:
- Много?
- Да. Они приближаются.
Теперь Хорь стал всматриваться в степь, а Лис разглядывал ближайшие склоны. Место
для стоянки он выбрал почти случайно - люди слишком устала, чтобы идти дальше. А может
быть, его привлекла вот эта сопка, склоны которой наверху почему-то свободны от снега. Тогда
он не задумался над этим, а теперь, размышляя, как лучше принять бой...
- Хорь, а там наверху снег так и не появился?
- Не знаю. Вчера туман спустился совсем низко. Почему на других сопках нет тумана?
Лис не ответил, и Хорь задал новый вопрос:
- Хочешь идти вверх?
- Мы будем выше по склону и сможем бросать в них камни.
- Обойдут?
- Там гребень - не обойдут.
- Это далеко.
- Мы успеем, если пойдем прямо сейчас.
- Но потом не сможем спуститься обратно.
- Не сможем. Мы уйдем на ту сторону. Может быть, они потеряют наш след.
Хорь промолчал - он тоже понимал, что у них нет выбора.
Эти двое замыкали короткую вереницу людей, ползущих по скалам. Они несли только
свое оружие - шкуры и остатки еды тащили женщины и подростки.
- Кажется, нас не преследуют.
- Похоже на то.
- Какой странный туман вокруг! И не холодно здесь.
- Может быть, тут обиталище духов? Или самого...
- Малый Лис, наверное, знает. Они же с Хорем...
- Кажется, если мы так и будем идти, то упремся прямо в небо.
- Да, оно стало совсем низким после Холодной Беды. Только его здесь не видно -
может быть, мы уже поднялись выше?
- Живые не попадают в Страну Счастливой Охоты...
Дальше подниматься было некуда. Осторожно высунувшись из-за черной глыбы, Лис
осмотрел площадку. Она была невелика, и за ней склон круто уходил вниз. Здесь же находилось
много странных предметов, которые не казались опасными, но имели совершенно
неправильные формы. Запах тоже был странный. Он чем-то отдаленно напоминал запах
покинутого жилья. Тут явно кто-то жил, и не очень давно, а сейчас никого нет. Лишняя
осторожность, правда, еще никому не мешала...
Лис жестом подозвал ближайшего мальчишку - изнеможденный многодневным
недоеданием и тяжким подъемом, парнишка сидел на скатанной шкуре оленя и тупо смотрел
перед собой.
- Иди, - одними губами сказал вождь. На почерневшем, с глубоко ввалившимися
глазами лице ребенка ничего не изменилось. Он даже не кивнул в знак согласия, а просто встал
и побрел вперед.
Бесшумно подошел Хорь и тоже стал смотреть, как по площадке бродит парнишка. Пацан
явно не понимал, зачем его послали и чего от него хотят. В конце концов он вернулся обратно и
встал перед Лисом, желая только одного: чтобы разрешили сесть и не двигаться. Вождь кивнул
и забыл о нем.
- Никто не нападет, ничто не шевелится, Хорь.
- Я и так чувствую, что здесь нет жизни. Но, кажется, она была раньше.
- Ты думаешь, что все это создано живыми?
- М-м-м... Мы с тобой, Лис, никогда не бывали ни в верхнем, ни в нижнем мире. Там
могут путешествовать только шаманы.
- Но, может быть, существует еще нечто?
- Ты думаешь о местах, откуда приходят... м-м-м... промежуточные существа? Такие,
как Чужая, Пожиратель Дыма и Повелитель Грома?
- А тебе ничего не напоминает этот запах?
- Да, я почему-то сразу подумал о них, когда принюхался.
- Во всяком случае, те, кто сотворил это, сами являются тварными. Как и мы. Я так
думаю.
- Но почему, Лис, тут так много прямых линий? Зачем?!
- Может быть, в этом заключена непонятная нам символика? Давай подумаем. Что у нас
бывает прямым и что это означает?
- Ну-у-у... Прямым бывает луч солнца, линия вечерней и утренней тени... Натянутая
тетива лука, просто натянутый ремень или веревка... если подвесить камень или палку... Что
еще? А, вспомнил! Еще почти прямыми бывают стрелы и древко копья!
- Так-так-так... Чувствуешь тут какую-то связь? Солнце - тень... Камень на веревке -
он стремится к земле и делает ее прямой! Натянутая тетива... она сдерживает силу лука - он
тоже как бы хочет распрямиться, но не может и посылает стрелы... И они летят... И летит
копье... Они летят прямо, пока хватает силы, пока хватает стремления...
- Хорошая стрела - это прямая стрела. И копьем орудовать легче, когда у него прямое
древко!
- Ты тоже начинаешь понимать, Хорь?
- Пожалуй. И как это я сразу не догадался?! Но тогда получается...
- Да, это очень серьезная символика. Похоже, что прямая линия, прямизна - это знак
связи Земли и Неба, знак силы стремления к совершенству!
- Что ж, каким-нибудь раггам ни за что не выразить силу стремления. Мы бы, наверное,
смогли, но нам это просто раньше не приходило в голову. Мне опять вспоминаются
"промежуточные" существа, Лис.
- Мне тоже. Тем более что линии в этих сооружениях... м-м-м... не такие прямые, как
луч или тетива, но явно обозначают, символизируют эту прямизну. Пойдем потрогаем!
Лис сделал знак людям, чтобы они сидели и не двигались, а сам ступил на площадку.
Хорь двинулся за ним следом.
- По-моему, это похоже на жилище.
- М-м-м... Снаружи оно покрыто прямыми кусками дерева...
- Да-а-а... Это сколько же нужно сил, чтобы выстругать каждый такой кусок?!
- Наверное, этим занимались многие поколения. Смотри: дерево довольно старое,
кое-где оно начало разрушаться, а на углах несколько кусков сломано.
- Вижу. Но что означает само сооружение? С этой и с той стороны есть дырки внутрь.
Они заделаны прозрачным камнем.
- Это скорее какой-то нетающий лед. Сквозь него видно насквозь.
- Да, видно, что внутри большая пустота, но она замкнута и попасть в нее невозможно.
- Может быть, это символ разделенности миров? Этим сооружением из дерева создатели
выразили разобщенность пространств?
- А-а-а, в том смысле, что, скажем, мир живых и мир мертвых отделены друг от друга!
Есть только отверстия, в которые жители того и другого могут заглядывать?
- Скорее всего. Согласись, что на ТАКОЕ не стоит жалеть сил!
- Конечно! Но меня смущает другое. Души умерших как-то ведь попадают в свой мир.
То есть он как бы замкнут, изолирован, но, с другой стороны, одновременно и открыт. Для тех,
кто жил правильно, конечно.
- Ты хочешь сказать, что где-то здесь должно быть обозначение входа?
- Ну-у-у... Если мы правильно поняли этот сим вол...
- А вот это не может быть им?
- Это?! Ты когда-нибудь видел вход или выход, выраженный прямыми линиями?
- Но все это сооружение олицетворяет стремление к прямизне. Кажется, у него даже
крыша почти прямая!
- Хм... Может быть, ты и прав, Лис... Такая как бы крышка... И в нее упирается эта
странная палка. Она, наверное, является знаком закрытости?
- Скорее всего, Хорь. Но, заметь, это знак закрытости для тех, кто внутри, а не снаружи.
- Не обязательно. По-моему, это может означать и отсутствие кого-либо внутри. То есть
это как бы знак внутренней пустоты. И наверное, предложение внешним заполнить эту пустоту.
Может, попробовать?
Не дожидаясь ответа, Хорь взял в руки толстый кривой лом. Дверь вагончика со скрипом
приоткрылась...
Малый Лис и Черный Хорь сидели у начала спуска и вглядывались в бесцветное марево
перед собой. За их спиной в центре площадки у маленького костра копошились женщины -
Лис разрешил им отламывать небольшие кусочки дерева от прямолинейного сооружения.
- Какой странный туман... Ты совсем не боишься, Хорь?
- Если тебе страшно, то я один! Там внутри четыре лежанки - именно столько взрослых
мужчин у нас осталось. Разве это не прямое указание?
- М-м... нет, всем нельзя. Давай лучше сначала мы с тобой вдвоем попробуем. Вот
только что из этого может получиться?
- Давай прикинем. Внутри много странных предметов, но места для лежания обозначены
четко. Значит, внутреннее пространство является пространством мертвых, из которого они
должны возродиться.
- Хм... Как бы обозначение материнской утробы, выраженное прямыми линиями?
- Ну да! Помнишь, когда мы жили с Большим Лисом, у нас была погребальная пещера?
- Помню. Она потом обвалилась... Точнее, у нее вход засыпало. Но там были кости, а
здесь их нет.
- Вот поэтому-то я и хочу попробовать: скорее всего, мы возродимся в своих
собственных телах!
- Ты хочешь сказать, что мы как бы умрем, оставаясь живыми?
- Или оживем, став мертвыми. Я так думаю. Мы ляжем там слать и, наверное...
- Вождь!.. Малый Лис, мы пришли... Там в снегу...
Лис и Хорь оглянулись: на почтительном расстоянии стояли два подростка, похожие на
обтянутые кожей и завернутые в шкуры скелеты. Они робели и смущались, не зная, кому
говорить первым. Лис озадаченно крякнул и ткнул пальцем:
- Говори ты!
- Там в снегу... Мы пошли за водой... Там в снегу ноги.
Второй парнишка добавил:
- Там много ног! И круглые камни... зеленые камни!
- Это не камни! Они с боков мягкие...
- Э-э-э... Ладно! Пошли посмотрим, Хорь! - вождь почесался и встал, подхватив
оружие.
Лис выворотил из снега смерзшийся ком и положил его на камни. Под ним в снегу
оказался еще один такой же. Хорь присел рядом на корточки.
- Что же это?! И
...Закладка в соц.сетях
