Жанр: Фантастика
След кроманьонца 2. Последний мятеж
...отят подчиняться...
Молодые и сильные хотят власти, слабые хотят быть сытыми. Сегодня они забрасывают
камнями солдат, а завтра ползут потайными тропами в города идугов... Они подметают улицы,
чистят канализацию, строят дома, храмы... Они строят храмы идугов!!! Идуги платят...
Смеются, презирают, плюют и... платят! А мне нечего им предложить! Нечего!!! Только веру!
Только борьбу...
Но уже есть... уже есть наша столица!.. Почти столица... Правительство, министры,
полиция... Правительственный квартал, Резиденция, это - моя Резиденция! Но он не звонит...
Вар-ка уже начал потихоньку беспокоиться. Старик вот-вот отключится, и тогда, скорее
всего, за ним придут и быстренько отправят к этому Шаннаку в гости. Это если повезет -
быстренько... Прозвучал зуммер, Анкур Масс вскинулся и безошибочно схватил нужную
трубку. Вар-ка расслышал почти все слова невидимого собеседника:
- Живи вечно, Наставник. Акция возмездия начнется через пятнадцать минут. Цель -
Правительственный квартал.
- Но...
- Оппозиция очень рада: ты обманул.
- Я...
Гудки отбоя.
Анкур Масс смотрел на столик, уставленный телефонными аппаратами, и раскачивался из
стороны в сторону:
- Это Ранкуп, я узнал его, это его голос... Агент, наш лучший агент! Он всегда
предупреждает... всегда... уже пять лет!
Он посмотрел на трубку у себя в руке, пощупал провод:
- Нет, это невозможно... не может быть... пять лет...
Вдруг он повернул голову к Вар-ка и заорал так, будто тот был в чем-то виноват:
- Ты понимаешь, что на этот телефон позвонить можно только по одному аппарату!!! Их
всего два!!! Во всем мире!!! Во всей Вселенной!!! Только!!! Два!!! Ты понимаешь? Второй в
кабинете премьер-министра идугов!! На столе! На столе у Генерала... слева, возле
пепельницы... пять лет...
- Прости, Наставник, но мне кажется, они собрались тебя убивать?
Старик хотел изобразить смех, но не смог - закашлялся:
- Убивать? Кхе!.. Кхе!.. Меня?! Убивать...
Он выпустил из руки трубку, сжал голову и продолжал раскачиваться, как бы превозмогая
сильную боль:
- Получается, что они могли убить меня сто раз. Могли... Но предупреждали... Ранкуп
- фальшивка, я никогда не видел его... Они боятся не меня... Не могут подобрать замену...
Анкур Масс перестал раскачиваться и, наверное, целую минуту сидел неподвижно. Потом
резко встал, открыл дверцы встроенного в стену шкафа и стал быстро переодеваться. На свет
появился военный мундир защитного цвета с множеством каких-то значков, брюки, высокие
ботинки. Наверное, он выглядел комично со своим брюхом в военной форме, но Вар-ка стало
скорее страшно, чем весело: ему показалось, что сквозь обрюзгшую тушу проступают контуры
настоящего, прежнего Анкур Масса - яростного, безжалостного монстра, способного вести на
смерть толпы фанатиков.
Старик дернул шнурок звонка. Появился слуга. В его волосах и бороде, кажется,
действительно прибавилось седины.
- Уходим!
- ?
- И этот тоже!
Слуга прошел через комнату, отодвинул занавеску и набрал код. Еле заметная дверь
отъехала в сторону. Они прошли через какую-то комнату и стали спускаться по лестнице...
Часов у Вар-ка, конечно, не было, но, по его прикидкам, шли они минут десять. Причем
первую половину пути тоннель был горизонтальным, а потом начал довольно круто
подниматься вверх. На поверхность они выбрались на склоне среди крупных известняковых
глыб. Был, вероятно, вечер - диск солнца уже касался моря на горизонте. Город протянулся
узкой полосой вдоль берега бухты. Прямо перед ними располагалось, вероятно, то, что старик
назвал "правительственным кварталом" - группа трех-четырехэтажных зданий из желтого
камня с плоскими крышами. На самой большой из них, разрисованной белыми полосами и
кругами, стояли два вертолета. Дальше в море вытянулись три пирса, возле которых
покачивались большие лодки с мачтами.
Самолетов, собственно, не было слышно. Высоко в безоблачном небе тянулись три белые
полоски, чуть в стороне и сзади - еще три...
Взорвалось все сразу, одновременно: дрогнула, встряхнулась земля под ногами, что-то
сверкнуло, и центр города исчез в облаке желтой, подсвеченной солнцем пыли.
Эхо еще перекатывалось между прибрежных скал, а Вар-ка вдруг ощутил мгновенный,
остро-пронзительный приступ страха - как будто что-то очень чувствительное в кишках резко
сжали. Он не стал сопротивляться и, падая на колени, услышал странный звук: "Туп!"
Перекатываясь в сторону, увидел, что над переносицей у слуги образовалось пятнышко
размером с ноготь, а затылка, кажется, уже нет...
Анкур Масс не заметил, как исчез оборванец, как медленно заваливается мертвое тело
слуги. Он стоял неподвижно, и в него не стреляли. Он стоял и смотрел на город, который
должен был стать, почти стал уже столицей его государства. Правительственного квартала
больше не было. Не осталось даже стен - только груды щебня. Он скрипел зубами, сжимал
кулаки в бессильной ярости. Нет, ему не жалко было ни домов, ни людей, просто в самом
центре среди руин невредимо возвышалось только одно здание - его Резиденция, а в море у
разбитого пирса среди обломков покачивалась только одна яхта - его яхта...
У тропы на камне сидел ребенок и плакал. Он был очарователен: лет семи-восьми,
худенький, с голыми исцарапанными ногами, тонкими ручками, стриженный ежиком, с
огромными карими глазами под широкими темными бровями. Вар-ка ощутил всю бездонную
глубину его горя и решил подойти. Зря, наверное, но почему-то вдруг захотелось...
- Что случилось, парень? Может быть, я смогу помочь тебе?
Он угадал - здесь нужен был язык миелсумов. Пацан посмотрел на него без радости и
без надежды:
- Ты? Помочь? Да иди ты!..
- Ну, что же с тобой случилось?
- Случилось, случилось! Ничего не случилось! Они побили меня и убежали в город.
Теперь они съедят все, что приготовила ма на ужин, а я... А-а-а!..
Он опять заревел, размазывая сопли.
- М-да-а-а... Пусть это будет самой большой бедой в твоей жизни! Ты слышал взрывы?
- Ну, слышал. Опять бомбили?
- Идуги разбомбили Правительственный квартал...
- Правда? Весь? - лицо ребенка осветилось чистой, незамутненной радостью и
надеждой.
- Похоже, что весь... Как и не было!
- Значит, у Гратима отец погиб? И он не купит ему рогатку - настоящую, как у
Длинного!! Ты смотришь телевизор: Длинного показывали - он стрелял в солдат! Говорит, что
одной тетке подбил глаз! Врет, наверное... И по телевизору его показывали со спины - может,
это и не он был? А?
- Наверное, Длинный врет. А откуда у него настоящая рогатка?
- Как это - откуда? Отец купил! У него отец богатый, он работает в саду у одного
идуга. Три монеты в день получает! Это в три раза больше, чем отец Гратима!
- А отец Гратима работает?..
- Папаша Гратима работает заместителем какого-то министра в нашем правительстве.
Анкур Масс платит ему одну монету в день и при этом заставляет быть на службе почти
круглые сутки! Только не видать теперь Гратиму рогатки!
- Дались же тебе эти рогатки! Зачем тебе?
- Ты что, дурак? А из чего стрелять в солдат? Настоящая дюралевая рогатка стоит десять
монет, а сотня шариков к ней - еще пять монет! Вот если бы я нашел пятнадцать монет...
- Послушай, но ведь солдаты вооружены. У них винтовки, автоматы...
- Нет, ты точно дурак! Ты откуда свалился? Чокнутый, да? Не знаешь, что солдаты
идугов не стреляют в детей? Даже резиновыми пулями? Иди отсюда, псих ненормальный!
Вар-ка уже собрался последовать рекомендации юного воина, но у него оставался еще
один вопрос:
- Ты зачем живешь, парень? Чего хочешь?
- Я вырасту, выучу язык, и идуги возьмут меня на работу. Я накоплю много денег и
куплю автомат. Буду воевать с идугами и стану великим воином, и все будут мне подчиняться!
- Да, парень... Я пошел, пожалуй... Извини, не могу пожелать тебе удачи.
Вар-ка представил себе путь, который ему предстоит, и содрогнулся: нет, сюда он больше
не вернется и Николая в этот мир не потащит!
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Глава 1. Мертвые земли
- Мир дому твоему, Учитель!
- Мир и тебе, Охотник! Ты уже знаешь?
- Да, Учитель! Воинство сатаны вновь спустилось та землю. Настал час нашего
служения! Давненько Вии... На сей раз их много, и они что-то затевают.
- Чему же ты радуешься?!
- Смыслу и цели, Учитель! Не для того ли живет племя Гонителей?
- Для того... Ты хочешь вести всех?
- Конечно! Оставшиеся не простят мне и... тебе. Они так долго ждали этого!
- Да, что-то мы не учли. Или я. Постарайся, чтобы все было не очень...
- Мы справимся, Учитель!
- Удачи тебе, Петя!
Они сидели на склоне и рассматривали раскинувшийся внизу пейзаж.
- Как тебе этот мир, Коля?
- Пока никак, Вар.
- А я-то надеялся, что тебе здесь понравится: не холодно и не жарко, природа вполне
дикая, но люди присутствуют. Ты бы посмотрел на мир идугов и миелсумов: там жара, полно
народу, сплошная цивилизация и при этом смертоубийство на каждом шагу!
- Судя по твоим рассказам, та реальность сильно смахивает... сам знаешь на что. В моем
мире можно заплатить полштуки баксов, провести четыре часа в самолете и оказаться почти
там - никаких межпространственных переходов не нужно. Во всяком случае, по результатам
твоего разведочного рейда можно сделать вывод, что действие или бездействие амулета в той
или иной реальности не связано с количеством имеющегося в ней зла.
- Да, пожалуй, не связано. Иначе все было бы слишком просто. У тебя не возникает
желания немедленно отсюда уйти? Или острого чувства опасности?
- Кажется, нет... А у тебя возникает? Как ты вообще себя чувствуешь, попадая в новый
мир?
- По-разному, Коля, по-разному: там, где амулет активен, я просто купаюсь в боли,
ярости и радости всех живых существ вокруг, а здесь для меня тихо и пусто, как... как в
могиле. Но это обычно быстро проходит, и жизнь вновь обретает цвет, вкус и запах. Не
слишком яркие, конечно, но вполне достаточные.
- А меня, в данном случае, больше всего смущает ландшафт. Да, пожалуй, именно он!
Только я пока не готов сформулировать, в чем его странность. Погоди-ка... - Николай встал и
начал всматриваться в даль, горько жалея об отсутствии бинокля.
- Ага, ты тоже заметил?
- Да, вон там, в долине - на косе... Только слишком далеко. Это что, люди?
- Люди и животные. Они идут вниз по течению.
- Караван, что ли? Аргиш?
- Ничего себе, аргиш! Я давно на них смотрю: идут и идут!
- А гул ты слышишь?
- Не слышу. Хотя погоди, погоди... Сверху, очень далеко... Да?
- Бр-р, не понял! - Вар-ка потер глаза и тоже встал на ноги.
- Что не понял?
- Теперь никого нет, Коля!
- Где нет?
- Да там, в долине! Там же шли люди. Они, наверное, двигались вдоль реки, и их было
видно, когда они выходили на открытое пространство - вон от тех зарослей до деревьев. Там,
наверное, расстояние метров триста. А теперь никого нет - испарились!
- Да брось ты! Далеко же!
- Далеко - не далеко, но их же много было, а пространство открытое. И вдруг все
исчезли!
- Может, померещилось? Хотя я тоже видел... Мир призраков, однако!
- Призраков, призраков... - покачал головой Вар-ка. - Вон к тебе, между прочим, два
призрака сзади подбираются. Не двигайся, Коля! Спокойно...
- А-а-а!!! - заорал Николай и, изогнувшись, упал на колени. Это было похоже на укол
раскаленным шилом. Боль почти ослепила, но он успел увидеть, как Вар-ка изображает что-то
похожее на боксерский "бой с тенью".
- Есть! А второй ушел, гад!
- Больно, блин! Прямо под лопатку... - простонал Николай. - Что это было, Вар? Аж
рука занемела!
Вар-ка показал, и Николай на некоторое время лишился дара речи. Он даже забыл про
нарастающий рокот в небе - настолько это было...
- Монстр какой-то! Чудовище, но...
- Знакомое, да?
Николай попытался почесать спину (рубашка прилипла - неужели кровь?!), втянул
носом воздух, посмотрел вокруг: серое низкое небо, лес, скалы, река - все на месте, мир как
мир, но... Умирающее существо, которое Вар-ка не без усилия удерживает рукой на весу... Это
же...
Да, это всего лишь... комар!
- Витя, я схожу с ума! - тихо прошептал Саня. Он понимал, что жаловаться
старослужащему бесполезно, но удержаться не мог.
- Ну, и что? Все сходят! Сегодня уже четверг, завтра нас снимут, - голос звучал
равнодушно, но обычной издевки в нем не было.
- Я больше не пойду сюда! Лучше в "отказ"!
- А тебя спросят? Раньше надо было думать.
- Раньше, раньше! Я же не мог тогда знать...
- Погоди-ка! - остановил его Витька. - Вон там, в пятом секторе... Баба, что ли?!
- Уф-ф! Значит, глюки не только у меня!
- Бинокль дай! - протянул руку солдат. - Или опять в боксе оставил?
- Да на фиг он нужен? Все равно в него сквозь щиток ни черта не видно. Задолбал этот
щиток: ни покурить, ни сморкнуться, ни плюнуть!
- А ты сними - вдруг ничего не будет! - ехидно предложил Витька.
- Сейчас! Ребята говорили...
- ...Что если тут больше недели проторчишь, то яйца отвалятся и рога на лбу вырастут?
А про то, как наши тут с русалками в речке купались, слышал? Как с лешими самогонку пили?
- Да-а, а сам-то ты купался, Витя? Что-то я не заметил, чтоб ты без комбеза на улицу
выходил. Слабо поднять щиток?
- Вот сам и поднимай! Подыши свежим воздухом, а то тебе мерещится всякая фигня!
- Но ты же сам видел: вон там - в пятом секторе!
- Мало ли, что я видел! Второе правило Устава забыл?
- Ага: верь Партии и Правительству, а не глазам и ушам своим!
- А также товарищу старшине! Понял? Тебе сказали, что здесь никого нет, значит, нет и
быть не может!
- Но комары-то летают! И какие!
- Нет никаких комаров! Они тебя трогают?
- Ну, в комбинезоне-то... Но раз они тут водятся, значит, они кого-то едят?
- Сильно умный, да? В школе учился? Сказано: нет комаров!
- Кончай придуриваться, Витька! А зачем тогда лес, кусты вокруг выжигали? Зачем
колючку ставили?
- Это специально, чтобы салаги вроде тебя службу несли, а не в лес за грибами ходили!
- Какие тут грибы... Слушай, а правда...
- Вы, молодые, задолбали!
- Что ты бесишься, Витя? А вдруг правда, что комбинезон не помогает, а? Вдруг
потом...
- Стоять не будет? Дети с двумя головами родятся, да? Поубивал бы гадов! Никто же не
заставляет: не нравится - иди на нормальную срочную и труби свои десять лет! Можно
подумать, что после такого "червонца" у тебя что-нибудь стоять будет... Ничо-о, сосед
поможет!
- Не злись, Витя, тебе же всего полгода осталось, а мне... Ты когда-нибудь бывал так
далеко от границы? Тут что, всегда так?
- Как "так"?
- Ну... тихо, тревожно, неподвижно. И лес этот... Мерещится всякое. Вот смотри: в этом
секторе от проволоки до леса метров сто - кочки, коряги, пеньки какие-то, да? А мне вот
кажется, что на том дежурстве кочек меньше было... или они были по-другому...
- Кажется ему! Докладывать надо, когда кажется: старлей тебе мигом кочки на место
поставит!
- Не, я ничего... Ты же старший наряда... А почему нас так долго не снимают отсюда? В
прошлый раз через три дня сменили, а теперь... И эти свою машину не заводят!
- Ты совсем дурак, Саня? Вообще не рубишь? У них же станок сломался, шестеренка
какая-то полетела! А мы из-за них должны тут торчать!
- А зачем они дырку-то в земле делают? Военная тайна, да?
- Какая тут, к черту, тайна! Это только вам, деревенским...
- Как будто ты сам из города! Ну, скажи, Витя!
- Чего говорить-то? Пробурят дырку, натолкают туда взрывчатки, рванут и сразу узнают,
где тут нефть, где золото, где что...
- Как это, Витя?
- А вот так! Это тебе не в носу ковырять - тут наука! Ладно, заболтался я с тобой, а
меня Боб ждет. Пора, однако, огнемет проверять!
Витя удалился за угол ангара, но солдат недолго нес службу в одиночестве: пугливо
озираясь, к нему приблизился общезащитный комбинезон с номером 11354 на груди.
- Привет, Жора! - поприветствовал его Саня. - Твой тоже ушел... огнемет проверять?
- А то! Боба с утра корежит - еле дотерпел! Слушай, Саня, у них там что, спирт в
баллонах?
- Да какой, на фиг, спирт! Спирт только старлей со старшиной пьют! А наши в баллонах
бражку заквасили. Гадость, наверное...
- А я бы вмазал! - завистливо вздохнул Жора. - Или хоть покурить - уши пухнут.
- Чего пришел-то? А если увидит кто? - забеспокоился Саня.
- Не увидят - они до пересменки бухать будут!
- Может, и будут. Чего надо-то, Жора?
- Ну, ты это... Саня, посмотри тут, а? Шумни, если что, ладно?
- Что, в сортир приспичило?
- Нет, я... мне... Мне к воротам подойти надо!
- Что-о-о?!
- Ну, Са-аня... Понимаешь... там... Там мама пришла!
- Кто пришла?! Куда пришла?! Сюда два часа на вертолете?!
Ругательство застряло у Сани в горле: у "ворот", где спирали тонкой колючки заходят
друг за друга, действительно стояла тетенька в платочке.
- Я быстро, Саня, я - мигом!
Саня сначала смотрел, как Жора, пригибаясь и оглядываясь назад, бежит к воротам, как,
закинув за спину автомат, пытается выдернуть из земли кол, к которому крепится внутренняя
спираль проволоки... Потом он вспомнил о собственном секторе наблюдения и привычно
пробежал глазами выжженное пространство между колючкой и лесом...
Танька стояла прямо напротив него - сразу за проволокой. Она была... Он никогда не
видел ее голой! Он так мечтал об этом!! Таня!!!
- Р-рядовой Семенов! Дол-ложите обстановку! - Витька был еще далеко, его едва
заметно покачивало.
Сердце ухнуло куда-то в желудок: сейчас он увидит! И Жору бы предупредить...
Но Жора уже бежал, неловко переваливаясь и волоча автомат за ремень, к своему посту.
"Ворота" он закрыть, кажется, так и не успел. Может, не заметят? Гадство, как все не вовремя!
- Куда собрался, воин? Почему с маршрута сошел?
- Я... я...
Саня не знал, как ему объяснить, почему он сошел с тропинки, протоптанной часовыми
вдоль периметра. Зато он знал, что старший наряда сейчас увидит Таню за проволокой, и
начнется такое...
Но Витька молчал. Дымчатый щиток его шлема был обращен туда, куда только что
смотрел он сам. Потом Витя медленно поднял левую руку, отодвинул Саню с дороги, задвинул
локтем автомат подальше за спину и... пошел к проволоке.
Саня повернулся и посмотрел ему вслед: за колючкой Татьяны не было! Там стояла
совершенно незнакомая девушка-блондинка с распущенными волосами. А где же?!.
Как-то боком, неловко прихрамывая (ногу подвернул?), к Сане подходил Жора. Вокруг
было все так Же мрачно и тихо, но в Саниной голове гудели колокола: "Где Танька?! Ведь это
же была она!!!"
- Иди на пост, Жора! Сейчас Боб поя...
Сквозь гул и сумятицу в мозгах до Сани вдруг дошло, что Жора почему-то стал ниже
ростом и щиток... Дымчатый, односторонне-прозрачный щиток Жориного шлема опущен не
полностью! Да-да: снизу видна щель в два пальца!
- Жора, ты...
Боли Саня почти не почувствовал - только легкий толчок в грудь и короткий хруст. Он,
наверное, умер не сразу, потому что успел увидеть, как оживает, вспучивается, встает на ноги
все пространство между проволокой и лесом - каждый обгорелый куст, каждая кочка... А еще
он увидел, что Витя так и не дошел до колючки, за которой была блондинка, - теперь он лежит
лицом вниз, а между лопаток у него темное пятно, из которого что-то торчит. Выстрелов с
другой стороны, от ангара, Саня уже не услышал, хотя Боб опустошил магазин даже раньше,
чем успел протрезветь.
Завал был необъятным и плотным. Лойка отошла чуть в сторону, сунула в рот палец и
стала думать: "Нет, слева не обойти - там такие колючки... И справа тоже скала и кусты -
все ноги исцарапаешь! А через верх? Вон, между тех веток под верхний ствол можно
подлезть... Попробовать?"
Девочка поправила лямки пустого мешка, висящего за спиной, и стала взбираться на
завал. Это было почти как игра: сучки и обломанные ветки так и норовили схватить, а гнилая
кора на стволах съезжала, обнажая скользкую древесину, и норовила сбросить вниз. Уже почти
на самом верху толстенная ветка под ногой вдруг обломилась и рассыпалась трухой. Лойка
едва успела ухватиться за сучок, торчащий над головой. Этот сук, кажется, ломаться не
собирался, и Лойка счастливо засмеялась, раскачиваясь на одной руке: "Не вышло, не вышло!
Вы не пускаете меня, да? Не пускаете? У-у, злые мертвые деревья! А я все равно пролезу, а я
пролезу!"
Качнувшись чуть посильнее, она разжала руку, в коротком полете поймала другую ветку
и, не задерживаясь на ней, прыгнула еще дальше вперед. Оп! Она уже на самом верху! Две
некрупные бабочки с желтыми крыльями, сидевшие возле раскоряченного корня верхнего
дерева, недовольно посмотрели на нее, и Лойка показала им язык: "А я залезла, залезла!"
Бабочки неодобрительно качнули крыльями и вернулись к прерванной беседе, щупая друг
друга усиками.
Лойка посмотрела на лес по ту сторону завала и затанцевала на скользком бревне, рискуя
свалиться:
- Траль-ля-ля, ой-ля! Я нашла, я нашла! Ой-ля!
Собственно говоря, ничего особенного впереди не было - все те же дремучие заросли,
разве что деревья чуть потоньше и стоят дальше друг от друга. Но она-то знает! Ее-то не
обманешь: "Вы, кусты, можете сколько угодно притворяться, сплетаться и не пускать, но я-то
знаю! Здесь обязательно должна быть тоха, обязательно! Да-да: вон там, наверное, и вон там!"
Спуск с завала оказался совсем легким, и скоро Лойка уже сидела на корточках, гладя
рукой шерстистый граненый ствол растения:
- Тоха, хорошая тоха! Я возьму одну, ладно? Только одну - совсем маленькую, можно?
Растение согласно зашуршало листьями. Лойка сняла мешок, извлекла из него маленькую
копалку и стала аккуратно рыть землю чуть в стороне от ствола. Грунт оказался мягким, и
корнеплод она нашла почти сразу: на глубине двух ладоней показался шершавый
коричневато-желтый бочок.
- У-у, ты моя хорошая! Иди ко мне, иди! - Она отложила копалку и принялась работать
пальцами. Плод оказался неправильно-округлой формы чуть больше ее головы. Лойка
аккуратно оборвала корешки, извлекла тоху из ямки и, смахнув остатки земли, закатила ее в
свой мешок (ой, какая тяжелая!). Под соседними кустами она нагребла несколько горстей
прелых листьев и ссыпала их в ямку. Потом, присев на корточки, помочилась туда, извинилась
за то, что сейчас, к сожалению, больше ничего не может, и стала засыпать ее землей, добавляя
горсти перегноя с поверхности.
- Вот и все! И совсем не больно, правда? - виновато спросила она. Кажется, растение не
обиделось, и Лойка пошла искать следующее.
Она так увлеклась выкапыванием второй тохи, что не сразу услышала сопение за спиной:
"Конечно же, здесь должны быть хрюны, а как же! Я же видела их следы!"
Длинное рыло с кривыми клыками под круглым носом высунулось из травы совсем
близко. Мамаша перебирала короткими ножками, сопела и злобно смотрела на Лойку
маленькими глазками.
- А-а, привет! - улыбнулась девочка. - Ты почему такая злая, хрюна? Тохи жалко?
Жалко, да?
- У-уйди! - издало невнятный звук животное.
- И уйду! Подумаешь! Я взяла всего две - совсем маленьких, вот смотри! А ты уже
рассопелась: вой-вой-вой! Жадина какая!
- У-уйди!!
- А-а, вот в чем дело! - догадалась наконец Лойка. - У тебя полосатики! Ой, какие
хорошенькие! Как много... Не трогаю! Не трогаю я твоих полосатиков!! Хочешь, за ухом
почешу? Ну, скажи: хочешь? А полосатики мне твои совсем не нужны!
- У-уйди...
- Ну, и пожалуйста! Я пошла!
- Хр-р!
- Чего еще?
- Почеши...
- Ага! Ну, иди сюда, толстобокая, иди!
"С этими хрюнами вечные проблемы, особенно с мамашами, - пожаловалась сама себе
девочка. - То они прямо заесть готовы за своих полосатиков, то от них не отделаешься: за
одним ухом почеши, за другим, теперь бок, потом пузо..."
Это занятие ей надоело довольно быстро, и она слегка пихнула коленкой теплый бок:
- Да ну тебя! Вставай, хватит! Уже все твои полосатики разбежались! Разлеглась тут.
Иди лучше покорми их - вон, вымя-то какое отрастила! Иди, иди, а то горник заест
кого-нибудь.
- Хор-рник?! Хр-р! - мгновенно вскочила на ноги хрюна.
- Шучу, шучу я! - погладила ее по холке Лойка. - Нет тут, кажется, горников. Все, я
пошла! Бывай, толстобокая, - хрр-хрр!
Тохи были действительно не очень большие, но отдавили всю спину, пока Лойка
добралась до ночевки. Чебик, как всегда, спал, а Пуш...
- Ты опять, Пуш?! - с ходу накинулась на него девочка. - Сколько раз я тебе
говорила?!
- Ой, Лойка пришла! - искренне обрадовался Пуш. - Тоху принесла, да? Люблю тоху
- тоха вкусная!
- Ну-ка, отпусти его! Не мучай животное!!
- Не-е, он злой! Смотри, какой злой!
- А если бы тебя за нос? Схватить и держать, а? Ты бы добрый стал, да?
Забава продолжалась, наверное, уже давно: комар явно выбился из сил, но еще продолжал
махать крыльями и упираться ногами, пытаясь вырвать хобот из лап Пуша.
- Меня-то зачем за нос? Я же не набрасываюсь! А он сзади подкрался, глупый какой!
- Ну и что? Дал бы ему в лоб хорошенько, а мучить-то зачем?!
- Я дал, а он опять прилетел, дурак! Не, он злой, я ему хобот отломаю.
- Это ты дурак, Пуш! Как же он без хобота?! Или убей сразу, или отпусти - ты же не
маленький уже!
- Не маленький, - вздохнул Пуш и разжал лавы. Освобожденный комар на радостях
перепутал верх с низом и чуть не врезался в тлеющий костер.
- Так-то лучше!
- Ничего, я его запомнил: если опять прилетит, Ноги оторву, а хобот завяжу узлом -
пусть порезвится.
- Какой же ты злой, Пуш!
- А чего он?!
- Ладно, давай тоху готовить!
- М-м-м, слюнки текут - люблю тоху. Сварим, да?
- Лучше в углях зажарим.
- Ну, давай вари-ить, Лой, дава-ай! - начал канючить Пуш. - Я бульон люблю-у-у,
давай варить, Ло-ой...
- Заныл, заныл, горе мое! А кто кастрюлю потом будет чистить? Или мы ее так и
понесем - закопченную?
- Ну, Ло-ой, я почищу-у кастрюлю-у, да-а... И воды принесу-у! Давай вари-ить, Ло-ой!
- Хватит скулить! - смилостивилась наконец Лойка. - Бери посуду и отправляйся!
Одна лапа здесь, а остальные - там! И полную неси, не половину!
Она успела набрать дров, почистить и порезать тоху, а Пуш все не возвращался, хотя до
воды было всего два-три десятка шагов. Наконец он явился: довольный, мокрый, но с полной
кастрюлей. Пуш поставил кастрюлю на землю, уселся рядом и, ожидая похвалы, стал
вылизывать свою мокрую шерсть.
Лойк
...Закладка в соц.сетях
