Жанр: Фантастика
След кроманьонца 2. Последний мятеж
...рошо помнит
ее.
В том, что там еще остались люди, Лис не сомневался. Он сомневался, примут ли они его.
Станут ли слушать? Поверят ли? А если поверят, то смогут ли понять? Впрочем, он скажет, а
там будь что будет. Может быть, кто-нибудь там уже и сам догадался? Ведь это так просто...
Главное Воплощение Творца не мамонт, не медведь и не буйвол. Это - человек, которого
Он предназначил для вечной жизни. И бесполезно приносить жертвы - ими кормятся лишь
духи и демоны. Бесполезно вкушать человеческое мясо - этим не стать причастным Ему.
Малый Лис - не мудрец, не шаман, не священник. Он - вождь, он - воин. Он скажет, а
там...
Человек в засаленной меховой безрукавке вздохнул, перехватил поудобней рукоять
топора и зашагал вниз.
Приближение постороннего Вар-ка почувствовал, когда тот был еще далеко внизу. Он
почувствовал и "прикрыл" снаружи сознание, чтобы не выдать своего присутствия.
Маловероятно, конечно, чтобы пришелец умел, как он, чувствовать чужой разум в пустоте, но
- на всякий случай.
Малый Лис не задержался возле вагончика, и Варка решил не вступать с ним в контакт -
пусть идет своей дорогой. Если его люди погибли, он должен был погибнуть вместе с ними.
Значит, они живы. А он возвращается в свою реальность - туда, где царит Холодная Беда.
Потом он стоял и смотрел, как спускается Малый Лис. Смотрел, пока белесое марево не
скрыло его сутулую фигуру. Что же такого важного несет он в свой раненый мир? Это
настолько важно, что он оставил где-то своих людей и идет один? Вряд ли это секрет выплавки
металла или выпечки хлеба. У него, кажется, нет ни одного предмета, созданного
цивилизацией. Он несет что-то более важное - ГОРАЗДО БОЛЕЕ ВАЖНОЕ!
- Не спеши, командир! Загоним коней - вообще никуда не приедем! - Помощник
высморкался, вытер рукой нос и посмотрел на окровавленные пальцы. Он был без шлема, с его
правой щеки свисал лоскут кожи.
- Ты прав, - ответил десятник, придерживая лошадь. Двое всадников, следовавших за
ними, сделали то же самое.
- Ну, и мясорубка! Четверо из десятка осталось! Ничего себе...
- Скажи спасибо, что именно нас послали за помощью! А то бы и мы...
- Думаешь, наши продержатся?
- Не знаю. Вряд ли...
- Просто чудо, что смогли пробиться к арсеналу.
- Какой, к черту, арсенал?! Ты же видел - обычная деревенская халупа, только без
окон!
- Да-а... Ну какой же идиот придумал устраивать склад оружия в этом гадюшнике?! Тут
же на пару тысяч иревов ни одного ремтийца!
- А где его устраивать? У нас же район такой: иревы кучами живут, а ремтийцы порознь.
У них участки большие, они тесниться не любят. Раз есть колонисты, значит, должно быть и
оружие для них.
- Ч-черт, ну и раздали бы им сразу! Они все равно все с оружием. Или хранили бы в
полковом лагере.
- Это ты у начальства спроси. Может, вся эта кухня проходит по разным ведомствам:
правая рука не ведает, что творит левая?
- Да-а, у нас это запросто. А мы отдувайся!
- Нашел, о чем волноваться! Ну, захватят эти ублюдки сотню старых мечей... Тебя-то
сколько лет учили этой штукой орудовать? А они...
- Они, по-моему, и так неплохо обходятся. Никогда не думал, что крестьянский цеп,
коса, серп... Это же страшное дело!
- Да-а, от дубинки, привязанной к палке, щитом не прикроешься.
- Ну, уроды...
- Слушай, они, небось, своих потоптали больше, чем наши побили. И бабы... С чего все
началось-то, ты понял?
- Это все пехота вислоухая. Какой-то мужик у них вроде вырвался и буянить начал.
Голыми руками чуть ли не сотню раскидал и полковника зарубил. Пока они сопли жевали.
- И полковника?!
- Ну не знаю. Может, и его потом, когда заваруха началась...
- Мужика-то взяли?
- А черт его знает! Я же там не был. А солдатик из оцепления, пока мне рассказывал,
заполучил камнем по шлему - аж мозги из носа брызнули.
- Ну, и дебилы! С одним иревом не могли справиться!
- А что ты хочешь от пехоты? Их чему учат-то? Главное, строй держать и команды
выполнять четко. Когда наши прут сомкнутым строем, они кого хочешь сомнут - никаким
варварам не устоять!
- Так то - в строю! Там главное команду не прослушать да с ноги не сбиться. А уж как
сойдутся... Видел я пару раз! Первой шеренге и драться-то не приходится - щит в щит и кто
кого передавит! Тут главное на ногах устоять - упал, и все, труп! Им и рубить-то не
приходится - в основном, колют.
- Ясное дело, в тесноте не помашешь! Потому у них и мечи короткие и по бокам тупые.
- Да? Я-то думал, что это их из экономии такой дрянью вооружают. Видал я, как ребята
после драки эти свои мечи ногами распрямляли. Разве такую штуку заточишь?
- Ты, может, и прав. Что тут из чего проистекает - дело темное. Прикинь: в армии
пехота - основная сила. И этой пехоты по всей империи, по провинциям, распихано, наверное,
больше, чем жителей в Ремте. Даже когда войны большой нет. Ну, допустим, кормят-то их
местные за счет налогов, но оружие-то идет за счет казны. Да нормальный меч, вроде наших,
стоит больше, чем пара пехотинцев со всеми потрохами!
- Пара пехотинцев вообще ничего не стоит! Видал, как их сегодня? Растащили в разные
стороны и смяли как детей! Кто успел друг к другу прибиться, те и спаслись. По крайней мере
- пока...
- Ясное дело: если хоть десяток клином встанет, они сквозь любую толпу, как горячий
нож сквозь масло. Только для этого надо суметь построиться, надо, чтоб было кому
скомандовать.
- Да-а-а... А еще говорят, что пехотинец бессмертен!
- Это старая шутка. Ее варвары на северной границе придумали. Они-то, как воевать
соберутся, расфуфыриваются друг перед другом, чтобы, значит, не спутать, кто какой подвиг
совершит. А наши прут на них строем - все на одно лицо! У всех все одинаковое - и
амуниция и оружие. Ну какой дикарь, с пером в заднице, солдатика завалит и начинает петь
победную песню. А чего петь-то, если на его месте уже другой стоит? Точно такой же!
- Слышал я эти сказки! Говорили даже, что как-то раз какие-то батты или хатты целую
сотню вырезали. А на другой день на них из лагеря выходит точно такая же. Так они
обделались со страху и разбежались - решили, что это мертвые восстали!
- Ну, с иревами этот номер уже не пройдет. Раз они нашей крови попробовали...
- Так они ее давно пробуют, сволочи! В ту войну, говорят, наших тысячами валили!
- Насчет тысяч не знаю, но две пехотных сотни они сегодня в грязь втоптали. И без
всякого оружия!
- Если бы только пехота... Ты видел, как погиб наш сотник? Мы гнали по улице
каких-то баб, а из калитки мужик выскакивает с вилами. На длиннющей рукоятке. Он эту
рукоятку в землю воткнул и ногой придавил, а сами вилы... Близко уже было - первому не
остановиться... Я-то вторым шел... Ну, гады!
- Остынь! Они нам за все заплатят!
- Я их, наверное, десятка два покрошил, а они все...
- Тихо!! Стой! Стой, тебе говорят!!
Всадники остановились и, привстав на стременах, стали всматриваться в густеющие
сумерки. По дороге, зажатой скалами, им навстречу двигалась темная масса. Отдельных людей
различить было нельзя, но ветер нес навстречу мерные выдохи: МАА... СЭЭ... АХХ...
Командир длинно выругался. Помощник хлюпнул разбитым носом:
- Похоже, помощь уже идет. Но не нам.
Женька подпрыгнул и, ухватившись руками, повис на ограде. Забор был каменным,
капитальным и старинным. Старинным настолько, что для ног даже нашлась какая-то опора,
позволившая слегка разгрузить руки. Парень довольно усмехнулся и стал потихоньку
подтягиваться, склонив голову набок. В конце концов его левый глаз оказался чуть выше
кромки стены. Приподнявшись еще немного, Женька смог увидеть стражника на той стороне.
Все было грамотно и правильно: охранник располагался именно в том месте, откуда
можно просматривать всю относительно доступную часть забора вокруг особняка. Страж стоял,
прислонившись спиной к дереву, широко расставив ноги и сложив на груди могучие руки.
Голову он держал прямо и, казалось, пристально всматривался в видимую часть периметра. Но
это только казалось, потому что на самом деле охранник спал.
"Вот это профессионал! - восхитился Женька. - Сколько же надо тренироваться, чтобы
научиться спать в такой позе?!" Впрочем, судя по седым космам, торчащим из-под шлема, воин
был далеко не молод и времени для тренировок у него хватало. Женька попытался рассмотреть
в полутьме его веки: кажется, они неподвижны, значит, не притворяется.
Дорожка под стеной была посыпана мелким гравием, и пришлось максимально смягчить
прыжок, чтобы он не хрустнул под ногами. Тихий шорох все-таки прозвучал, но стражник не
шевельнулся, и ночной гость опустил в карман камень-голыш - привычное с детства
метательное оружие. Бесшумно и плавно, как кошка, он двинулся сквозь знакомый сад.
Ночь поздней весны тепла и благоуханна, и, конечно, все окна в доме распахнуты
настежь. Подоконник располагался на уровне его лица, и разглядеть спящих на широкой
кровати было невозможно. Женька оперся руками и легко запрыгнул в комнату. Постоял,
принюхиваясь и прислушиваясь, потом подошел к изголовью постели.
Спящие были укрыты лишь лунным светом, раздробленным листвой деревьев за окном. К
запаху цветов примешивался тонкий дразнящий аромат мужских и женских выделений.
"Они, наверное, неплохо порезвились, - почти без зависти подумал гость. - Мне,
наверное, никогда не научиться спать в обнимку с женщиной: чувствую себя связанным и
беспомощным, а это невыносимо. Женщины же, наоборот, почему-то ощущают себя в такой
позе надежно и защищенно - глупость какая..."
Эллана засопела во сне и слегка подвинулась. Теперь можно было разглядеть лицо ее
партнера. Так и есть: Елед - гвардеец, сын здешнего министра финансов. "Что ж, - мысленно
усмехнулся Женька, - им очень повезло, что я так и не сумел обзавестись тем, что все
называют словом "ревность". Впрочем, с виду они прекрасная пара, парень, наверное, очень
красив по женским меркам. Ладно, будем считать, что он оказал мне услугу, влюбившись в
Эллану. Наверное, он дорого заплатит за это... Прощай, Элл! Будь счастлива и постарайся
искалечить не слишком много мужских судеб".
Женька постоял еще несколько минут, любуясь обнаженными телами, потом повернулся к
приоткрытой двери и сказал тихим, но внятным шепотом:
- Опусти арбалет, Патиш! Не трону я их...
- Выходи отсюда! - так же шепотом приказал капитан и распахнул дверь.
В его огромном кабинете шептаться смысла не было, но предутренние сумерки к крикам
не располагали. Патиш опустился в свое кресло и положил взведенный арбалет на колени:
- Стой, где стоишь, ближе не подходи!
- У этой штуки, - улыбнулся Женька, - сбоку такая щеколда, вроде предохранителя.
По-моему, ты забыл...
- Да! - не дослушал его капитан. Он вынул из желоба болт и щелкнул спущенной
тетивой. - Какого черта?
- Попрощаться зашел, - пожал плечами парень. - Видно, не бывать тебе моим тестем.
- Проваливай! - кивнул капитан в сторону окна.
- Слушаюсь! - усмехнулся гость и влез грязными босыми ногами на белоснежный
мрамор подоконника. - Сделай доброе дело, Патиш: скажи дочери, что я застал ее с другим,
обиделся и ушел.
- Она знает, что тебе плевать на ее любовников!
- Конечно, знает, но, может быть, не до конца верит, как и все женщины... Уйти просто
так было бы совсем невежливо, а я не хочу обижать ее.
- Проваливай! - повторил капитан и подумал, что на самом деле не испытывает
никакой злобы к этому парню. Наоборот, он чувствует, что они с ним... Как бы это сказать?
Одной крови, что ли? И поэтому могут быть либо лучшими, надежнейшими друзьями, либо
заклятыми врагами. Друзьями им не стать, а врагов у него и так хватает, так что пусть уходит.
Только бы дочь не взбрыкнула... Кажется, она уже поняла, что в жизни ей нужен именно он, но
еще не научилась отказывать себе в чем-то ради конкретного мужчины. Ничего, перемелется...
Женька спрыгнул на булыжную мостовую, осмотрелся и поднял лицо к предрассветному
небу: все! Прощай, Хаатика! Он вновь одинок и свободен! Даже непривычно как-то - ведь
чуть не засосало...
Он сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, как бы избавляясь от шлаков недавнего
прошлого, и двинулся по улице в сторону темнеющего за домами массива Священной горы.
Впрочем, далеко он не ушел: человек, похожий на нищего, сидевший на корточках у стены
дома, поднял голову и посмотрел на него.
Женька встал как вкопанный:
- Вар?!! Ты! Здесь?! Ух!..
В их обычае не было ни объятий, ни рукопожатий, ни хлопанья друг друга по плечам.
Женька тоже опустился на корточки, и они минут пять молча смотрели друг другу в глаза,
смакуя встречу. Потом Вар-ка сказал:
- Ты знаешь, тут недалеко есть один мир. Там сейчас заваривается жуткая буча. Мне
кажется, что нам с тобой надо...
- Угу, - кивнул парень. - А Коля?
- Мы выполнили свою задачу, и он отправился домой. Только есть у меня подозрение...
- У меня тоже! - подхватил Женька. - Вы же с ним как бы двойники! Интересно, он
продержится у себя хотя бы до следующего лета?
- Да, чует мое сердце, - улыбнулся Вар-ка, - что мы еще намучаемся с ним.
- Или он с нами, - засмеялся парень и встал. - Пошли, Вар, а то скоро утро, повалит
народ, и к окраине будет не протолкаться!
Сергей Щепетов: "Последний мятеж"
Библиотека Альдебаран: http://lib.aldebaran.ru
Закладка в соц.сетях
