Жанр: Фантастика
Предания колдовского мира
...й окликнул ее! Герта набрала полные легкие воздуха... Да, она
узнала его!
Его лошадь, обученная бою, хорошей породы, осторожно двинулась вперед.
Поводья лежали у нее на шее, всадник не управлял ее движениями. Герта хотела бежать,
но здесь нет никакого убежища, ей негде спрятаться - не укрыться и в логове жаб, где
они уже однажды побывали вместе.
- Госпожа... - Его приветствие словно повисло в воздухе между ними и она
отказывалась слышать его. Лошадь спокойно встала, и он спешился с легкостью бойца,
оставив щит висеть на месте. И направился прямо к ней, слегка скрипя сапогами по
камням. Герта обрела дар речи, смогла поднять руку и сделать предупреждающий жест.
- Нет!
Если он услышал ее, то не обратил внимания. Теперь она видела его загорелый
подбородок, полногубый рот под полумаской шлема. Он остановился, снял металлические
перчатки, сунул их за пояс, потом искусно расстегнул крепления шлема, снял его с
головы, и ветер подхватил его волосы. Слегка сузившимися глазами он разглядывал ее так
задумчиво, что Герте захотелось оказаться где-нибудь в другом месте, далеко отсюда, в
безопасности от мыслей, которые он пробуждает в ней. Ничто не должно отвлекать ее от
цели. Укрепив свою решимость, она в свою очередь сделала шаг вперед, подняла обе
руки, грязные, со сломанными ногтями, с окровавленными пальцами, и повторила
предупреждающий жест.
- Господин Тристан, зачем ты здесь?
Она не могла найти других слов, хотя ее одолевало множество мыслей.
- Я был в Литендейле; но ты уехала оттуда. - Он говорил просто, словно с
испуганным ребенком. - Мне сказали, что ты будешь искать помощи в странном и
опасном месте. Поэтому я приехал сюда.
Герта языком облизала губы, почувствовав горький привкус мази.
- Это... мое дело... - Она пыталась разжечь в себе спасительный гнев. Всегда,
кроме одного случая, она защищала свою независимость, сама несла свое бремя.
- Я не сведущ в колдовстве, - серьезно сказал он. - Может, ты права и только
твои руки, - он посмотрел на ее окровавленные пальцы, - могут совершить это. Но ведь
может быть и так: двое, госпожа, легче и быстрее справятся с делом, чем один.
И прежде чем Герта смогла отступить, он быстро приблизился к ней и попытался
взять за руку. Но она отдернула руку.
- Нет! - воскликнула она. - Они защищены.
- Защищены! - И он слегка приподнял одну бровь: она помнила это выражение
его лица. - Судя по их виду, защита мало помогла им сегодня. Расскажи мне. - Теперь в
его голосе слышались властные нотки; так говорит человек, много раз отдававший
приказы другим. - Расскажи, что ты здесь делаешь и почему.
- Почему? - Она должна оттолкнуть его, и быстро, избавиться от него, он тут ни
при чем, и его нельзя вовлекать в ее беды. Запахнув грязный плащ, она повернулась и
наклонилась к корзине. Потом подняла с земли, прижав к бедру, одернула покрывало с
лица Эльфанор. Даже тусклый свет безжалостно показывал ясные признаки проклятия.
Девочка смотрела широко раскрытыми глазами, смотрела злым все понимающим
взглядом. - Видишь? - яростно спросила Герта, внимательно вглядываясь в воина,
ожидая первых признаков отвращения.
Но нужно признать, что он умеет держать себя в руках. Никакого проявления
отвращения она не заметила.
- Мне рассказывали - Это подменыш... - Говорил он медленно, как будто
опасался ее встревожить. - И ты думаешь, госпожа, что здесь найдешь ответ?
- Может быть, только может быть. - Она чувствовала себя странно, не
встретившись с отвращением, к которому готовилась. Что это за человек, который, не
моргнув глазом, смотрит на следы воздействия темного зла?
- Ну, иногда большего и нельзя просить. - И опять воин сделал несколько
быстрых и уверенных движений, и она обнаружила, что корзина уже у него в руках, что
Тристан крепко держит ее и смотрит на ребенка. - Что, по-твоему, нужно сделать? -
резко спросил он.
Она хотела отнять у него корзину и, потеплее укутав Эльфанор, уберечь ее и от его
глаз, и от холода. Но усталость делала ее неуклюжей, и она покачнулась, упала лицом
вниз, а он, держа корзину одной рукой, другой подхватил Герту, тут же прижав к себе,
поддерживая.
- Пойдем. - Он легко противостоял ее слабым попыткам вырваться, отвел к груде
камней, сел, держа корзину на коленях, а ее усадил рядом. Она же настолько лишилась
сил, что не смогла высвободиться.
Герта дрожала, руки ее бессильно лежали на коленях. И тут, испытывая к себе
величайшее отвращение, она поняла, что плачет. Ей так хотелось сдаться, подчиниться
кому-то. Но - достаточно одного взгляда на Эльфанор, которая, как всегда, лежала
спокойно, но теперь немигающим взглядом смотрела на мужчину и в глубине ее глаз
ожили злые коварные огоньки.
Герта собралась с силами, высвободилась и с трудом встала.
- Камни... остался последний... - Она должна вернуться к своей задаче!
- Какой камень? - Он не пытался ее удержать, но встал и осторожно поставил
корзину на землю.
Герта уже пошла вперед, боясь, что Тристан станет ее удерживать. Если бы он
попытался это сделать, она могла бы сдаться; какая-то предательская слабость
пробудилась в ней, и это удивляло ее и ослабляло решимость.
- Голубой камень, последний... я искала, искала. Нашла два. Третий... не смогла. -
Она споткнулась, протянула над землей израненные руки, словно приказывая ей выдать
камень. - Камни... - она говорила больше с собой, стараясь вернуться к тому
состоянию, когда, кроме задачи, ничего не существует, отрезать все остальное. - Камни
нужно поместить в проходах, тем самым запечатав их. Такова возложенная на меня
задача.
Она лишь отчасти сознавала, что он обогнал ее, подошел к ближайшему из проходов
и посмотрел на камень, с таким трудом установленный ею.
- Такой? - Тристан не стал ждать ответа. Напротив, оглядев камень, принялся за
поиски среди валунов, разбросанных на склоне холма.
Герта тоже пошла дальше, время от времени наклоняясь, чтобы вытащить
небольшой камень, надеясь каждый раз увидеть под ним то, что ищет. Она почти на три
четверти обошла колесо, но камня не нашла. Существует ли он вообще?
- Ха!
Она повернулась, но так стремительно, что потеряла равновесие и болезненно упала
на колени. Сначала Герта не увидела Тристана, но вот его голова появилась почти на
уровне земли, и она вспомнила, что видела там глубокую щель.
- Мне кажется, он там, внизу!
Герта встала и подошла поближе. Тристан наклонился, энергично отбрасывая камни.
Подойдя к краю расселины, Герта тоже увидела камень, из почвы торчал только краешек.
Голубой, как и те, остальные. Но как она его поднимет?
Очистив место от камней, Тристан извлек меч и принялся рубить землю, откидывая
в сторону комья затвердевшей глины. Но работал он неторопливо и осторожно, чтобы не
повредить оружие.
Герта провела по лбу тыльной стороной ладони, смазав с лица защитное покрытие.
Она в отчаянии смотрела вниз, где трудился Тристан. Он может высвободить камень, да,
но как она его оттуда вытащит? А потом ведь нужно еще переправить на место. А силы
совсем оставили ее.
- Вот он, госпожа! - Тристан отступил и снова вложил меч в ножны, довольно
глядя на выкопанный камень.
Герта сумела прохрипеть:
- Вверх... Как его поднять?
Она признала, что не в силах поднять камень из расселины. Но ведь она одна должна
это сделать, в этом она уверена и знала это с самого начала.
- Есть веревка, которой перевязаны вьюки твоего пони. - Он встал, поджав губы,
и посмотрел на камень. - Можно вытащить с помощью лошадей.
Герта моргнула. В его словах есть смысл, но ее так одурманила усталость, что такая
возможность не приходила ей в голову. Почувствовав прилив энергии, женщина вскочила
и направилась туда, где лежали вьюки. Да, веревка есть, и прочная. Но достаточно ли
прочная, чтобы выдержать вес камня, можно узнать, только попробовав. Обернув веревку
вокруг руки и плеча, Герта принесла ее и бросила конец Тристану.
Тот ловко подхватил его прямо в воздухе и, наклонившись, обвязал камень, умело
используя все его выступы, чтобы закрепить веревку. Наконец поднял голову и посмотрел
на нее.
- Приведи свою и мою лошадей, и посмотрим, выдержит ли веревка вес камня!
Ее собственная спокойная лошадь не доставила хлопот, позволив привести себя к
расселине. Но лошадь Тристана попятилась и потянула назад узду, традиционный "земной
конец" всадника-бойца, повела глазами и фыркнула. Герта ухватилась за узду покрепче и
обрадовалась: лошадь наконец послушалась ее и неохотно тронулась за ней.
Тристан выбрался из расселины и завязав конец веревки петлей и надел на рог седла
Герты. Второй конец он по-прежнему держал в руке, садясь верхом, и обернул его вокруг
рога собственного седла.
По сигналу воина обе лошади тронулись с места, и Герта увидела, что веревка
натянулась туго, как тетива, врезавшись в край расселины. Она боялась услышать треск
лопающихся веревок. Но этого не произошло. Лошадь Тристана шла медленно, шаг за
шагом, ее собственная лошадь тоже шла вперед, и веревка оставалась туго натянутой. А
камень уже высвободился из-под земли и теперь поднимался по стене расселины, царапая
ее и оставляя в ней борозду.
И вот наконец камень перевалился через край и упал у ног Герты. Она торопливо
подбежала к веревке; кроме нее, ничем тащить не удастся. Тристан, тут же оказавшись
рядом, отодвинул Герту и принялся освобождать камень от веревки.
- Что теперь? Где тот проход, который нужно закрыть?
Герта покачала головой.
- Я должна это сделать! Моя вина, мое и наказание! - Она попыталась
протиснуться мимо него, схватилась руками за вымазанный землей камень. Это должно
быть сделано только ей самой!
- Нет. - Голос его доносился словно издалека. Голова ее так занята
необходимостью завершить задачу, что она с трудом слышала его. - Если тебе нужно
прикасаться, хорошо. Но помни, я тоже смотрел в морды жабам...
- Потому что я заманила тебя. - Герта не понимала, что плачет, пока не
почувствовала на губах соленый вкус слез. - Все сделала я. Отпусти меня. Камень нужно
положить на место до заката!
Он не ответил. Напротив, наклонился, ухватил камень обеими руками, собрал все
силы и покатил камень по земле. Герта с криком отчаяния побежала за ним. Она первой
добежала до камня, всю оставшуюся энергию вложила в толчок и почувствовала, что
камень сдвинулся только на несколько дюймов.
Тристан снова оказался рядом с ней.
- Мы вместе сражались здесь, госпожа. И снова будем сражаться вместе. Я не для
того отыскал тебя, чтобы снова потерять. Ты будешь двигать камень, только уже вместе
со мной. Та Сила, что послала тебя, не может отвергнуть мою помощь!
Герте не хватало дыхания, чтобы ответить ему. Она трудилась над камнем, и теперь
од пошел вперед легче, раскачиваясь из стороны в сторону. Если она не выполнит
возложенную на нее задачу, то проиграет. И в одиночку ей не справиться, в этом нет
сомнения.
Камень движется так медленно. Становилось темнее, но не от туч, собиравшихся
перед бурей, просто приближалась ночь. А ночью Тьма обретает силу, и если они до
заката не сумеют поставить камень на место... Герта дышала тяжело и прерывисто.
Наконец, слева открылся проход. Тристан сменил положение и встал рядом с Гертой,
чтобы давить на камень с обеих сторон.
Герте казалось, сама земля сопротивляется им, что от оснований камней ползут тени,
пряча поверхность и препятствия.
- Осталось совсем немного, госпожа... - Он теперь тоже дышал тяжело. Потом
опустился на одно колено, прижался к камню плечом.
- Отойди! - приказал он.
Она увидела, как напряглось его тело, побагровело лицо. Очень долго казалось, что
камень застыл на месте. Потом...
Медленно, качаясь из стороны в сторону (Герта смотрела с тревогой, прижав
окровавленные руки ко рту), он двинулся вперед и остановился в самом центре прохода.
Неожиданно налетел ветер, холодный и острый, как лезвие меча, взметнул плащ
молодой женщины, запорошил глаза пылью. Откуда-то из этого пыльного тумана
появились руки, подхватили и поддержали ее. Послышалось ли ей или действительно в
вое ветра прозвучал странных хор гортанных проклятий? Или она только вообразила это?
Девушка с трудом держалась на ногах. Тристан, чуть ли не на руках, вывел ее из
водоворота пыли и шума и довел до куста, под которым стояла корзина с Эльфанор.
Ветер стих, и Герта услышала другой звук - отчаянный плач ребенка. Тристан
отпустил ее, и она заторопилась к колыбели. Было все еще светло, сумерки только начали
сгущаться. Герта схватила корзину в руки и опустилась на колени. Одной рукой прижимая
к себе ребенка, она отвернула одеяло. Эльфанор продолжала плакать.
Герта смотрела на свое дитя. Из глаз лились слезы, должно быть, туда попали песок
и ветер. Герта отчаянно моргала, пытаясь увидеть хоть что-то. Но вот наконец она
способна видеть.
Личико ее дочки покраснело от усилий, глазки плотно закрыты, девочка кричит,
размахивает в воздухе сжатыми кулачками, которые умудрилась высвободить.
Красное лицо, но...
Страх Герты рассеялся. Это не подменыш! Она победила! Проклятие снято. Глаза
ребенка открылись. Темные, но никакого чуждого знания в них, точно так же, как на
покрасневшей коже - никаких чешуек.
- Свободна! Она свободна! - крикнула Герта, баюкая девочку и вместе с
колыбелью прижимая ее к себе. На плечи ей легли крепкие руки. Она смутно чувствовала,
как в нее вливается новая сила, что она больше не одна.
- Ты освободила ее, - четко прозвучали рядом слова Тристана.
Герта повернула голову и посмотрела на него, благодарность поднималась в ней, как
пламя.
- Только с тобой я смогла это сделать.
- Разве я мог не прийти к тебе на помощь? - Он смотрел на нее строго и жестко в
уходящем свете. Но на самом деле Тристан не таков, теперь она это знает. И впервые за
многие дни, месяцы, даже годы, насколько она может помнить, Герта отказалась от своей
независимости, погрузилась в безопасность его поддержки и присутствия..
- Только с тобой, - повторила она негромко. И по внезапно смягчившимся губам и
блеску в глазах поняла, что он услышал. - Многим одарила меня Гуннора, и все ее дары
хороши.
- Да будет прославлено ее имя, - сказал он тогда, хотя Гуннора хранительница
женской силы, и мужчины никогда не поклонялись ей. - Она многое дала нам в этот час.
Госпожа, уже темнеет, не пора ли нам в дорогу?
Герта взглянула на Эльфанор. Гнев, охвативший ее, когда она сражалась с силами
тьмы, прошел. Девочка сонно моргала.
- Да, - воскликнула она. - Пойдем - домой! И на лице Тристана отразилась
такая радость, что Герта подумала: больше ей желать нечего.
Закладка в соц.сетях
