Жанр: Фантастика
Опасный спутник
...ть, бывал на Дилане. Но зачем? Дилан есть на звездных картах уже
больше ста лет. А исследователи добирались до неизвестного намного дальше. Если
только его не послали сюда по какому-то заданию, и он оказался очень далеко от того
места, где ему следовало бы быть.
- Я попала сюда с Дилана. Как ты попал сюда?
Если б он на это ответил, то, может быть, у меня появился бы ключ к возвращению.
Его разговоры о ком-то из фольков, у кого, может быть, можно было выпытать, как нам
вернуться, не много для меня значили. Мне нужны были только факты.
- Джорс Косгро, исследователь первого разряда, 25-ое подразделение, Сектор
Аргол... - повторял он механически из последних сил.
Я наклонилась ближе.
- Джорс Косгро!
Он уставился на меня, и у меня сложилось впечатление, что он вообще меня не
видит. Обескураженная, я села на корточки. Может, это последствия ранения, а возможно,
он изменился так сильно, что память о прошлом помутилась. Жаль, не было воды: может,
если б брызнуть ему в лицо... Но что он там говорил? Ему нужна была еда, которую я
несла. Я открыла сумку с припасами. У меня осталось три плитки шоколада и
остальное - пачки вафель. И еще - тюбик ежевичного джема, который выдавливают на
вафли, и еще мясной экстракт - его тоже выдавливают. Я выбрала мясо как самое
питательное.
И все же я не сразу решилась открыть колпачок. Ведь припасов было так мало. Надо
быть осторожной, а то я не смогу остаться нормальной или помочь детям. Дети - они
мой первоочередной долг. С другой стороны, этот чужак знал местные опасности. Он уже
однажды спас меня, и, может, поможет нам выбраться отсюда. Такими доводами
убеждала я себя, и среди них был еще и тот, что не могла же я просто отвернуться от того,
кто пришел ко мне вот так, от того, кто был со мной одной расы.
Я просунула руку род его косматую голову, немного приподняла его так, чтобы он
облокотился о мое плечо, и, приложив конец тюбика к его полуоткрытым губам, выдавила
в рот мягкую пасту. Я дала ему лишь немного, помня, что припасы нужно беречь.
Я видела, что он проглотил это, хотя, казалось, процесс этот был трудным и
болезненным. Потом он шевельнулся, будто стремясь сесть; я помогла ему. Он так
наклонился вперед, что мне подумалось - он упадет лицом на землю, но он держался за
живот, а его рот дергался от боли.
- Не... важно... - Он извлекал слова из хриплых вдохов, изо всех сил стараясь
сдержать проявление мучений. - Скоро... станет лучше...
Но мне те мгновения, которые он сражался в этой битве, показались очень долгими.
Наконец он выпрямился. Волосы на его лице блестели от пота; он поднес руку отереть пот
с глаз.
Потом он посмотрел на еду, и я быстро прикрыла ее рукой. Он съел, сколько дали,
но не больше.
- Ты права. - Его голос звучал тверже. - Надо экономить. - Потом, с трудом
повернув голову, указал на ветку. - Дай мне... заметус. - И снова в его голосе
чувствовались сомнения; он смотрел на цветы почти с опаской.
Чего он хотел, я сказать не могла, разве что знала, какую перемену они произвели во
мне. Может, он надеялся на такой же результат. Протягивая ему цветы, я наклонилась
понюхать их.
А вот он резко отвернулся, будто запах, который для меня был таким бодрящим,
казался ему омерзительным зловонием едких испарений.
Я видела, с каким напряжением он заставляет себя медленно повернуть голову,
наклониться к ветке и глубоко вдохнуть. Он с шумом сделал вдох, закашлялся и почти
сразу же отклонился от ветки. Его руки поднимались медленно, словно у человека,
протягивающего пальцы к горящим углям, собравшего всю храбрость для испытания, во
имя долга или воли.
И он взял ветку и держал ее, хотя его трясло и крутило, как под пыткой.
- Больше... не... могу... - На его губе, там где, должно быть, зубы врезались в
плоть, появилась капля темной крови. Он отбросил ветку и сел, ссутулившись, с таким
безутешным видом, что я с волнением спросила:
- На что ты надеялся?
- Я зашел слишком далеко... После того как я потерял свои припасы, мне
оставалось или есть их еду, или умереть с голоду, хотя я никогда бы не сдался! - Он
сидел, уставившись на свое собственное тело, будто одновременно и презирал, и боялся
того, что видел. Потом, наверное, ему удалось посмотреть на факты трезво и победить
себя - его голова снова поднялась, он взглянул на меня, готовый принять то, что было
здесь и сейчас.
- Нельзя идти вперед, глядя назад. - Может, это была цитата. - И для нас сейчас
должно быть важно только движение вперед. Ты из старой расы Терры? - Перемена
темы удивила меня.
И тут я рассмеялась, потому что вопрос был таким глупым.
- Да кто же из нас с Терры, когда даже ее месторасположение никто не знает? Мой
отец был исследователем. На Чалоксе он вступил в планетный брак, в результате чего я и
появилась. Откуда мне знать, сколько сотен поколений связывает меня с Террой?
- Терра неизвестна? Но это невозможно! Ведь у меня на корабле ленты с Терры! Я
только в четвертом поколении от Первого Корабля на Нордене.
Пришла моя очередь изумиться. Я никогда не встречала, даже среди тех дальних
странников, которые время от времени бывали в жилище Лазка Волька, кого-нибудь, кто
действительно вступал в контакты с Террой. Уже многие поколения это была легенда.
Рассказывали, что ее уничтожили в какой-то галактической войне. Те, кого я знала, были
либо межпланетными гибридами, как я, или могли проследить - и прослеживали, с
нескрываемой гордостью - свое родословное древо к Первому Кораблю. Но и этот
корабль, в свою очередь, был с одной из перенаселенных внутренних планет, а не с Терры.
- Никогда не встречала никого, кто так или иначе контактировал бы с Террой. -
Интересно, он говорит правду или почему-то старается произвести на меня впечатление?
- Неважно. Важно то, что на Терре есть очень древние легенды о месте, таком как
это. - Его рука указала на то, что нас окружало. - Но тогда это было частью Терры.
Теперь я точно знала: он потерял рассудок - так измучен пребыванием здесь, что
несет всякую чушь. - Это же Дилан! - возразила я. Только вот в этом я не была так уж
уверена. Это точно был не тот Дилан, который я знала.
Тот, кто называл себя Джорсом Косгро, покачал головой.
- Ты говоришь, ты попала сюда с Дилана. Я знаю, что попал сюда с неизвестной
планеты, на которой приземлился. И у Терры есть легенды. Ленты на моем корабле - на
них есть обо всем этом... Они рассказывают о людях с холмов, которые живут под землей
и стараются заманить к себе смертных. Если отведать их еды или питья, становишься
привязан к ним. Шкарк - и о нем тоже есть легенды. На три-ди я даже видел похожую на
него древнюю статую. А Шак - говорят, он скитался ночами по Терре, принося несчастья
или смерть любому, кому попадался на глаза. Такие люди обладали странными силами
разума, так что делали вещи, которые человечеству казались невозможными. Даже кольца
безопасности - их тоже иногда видели на земле Терры. И считалось, что вступить такой
круг - это к несчастью, и к несчастью вдвойне - его так или иначе уничтожить.
Его слова звучали убедительно. По крайней мере, очевидно было, что он верил в то,
что говорил. Но не может быть, чтобы это была Терра! Не может быть! Я так и сказала.
- Может, и не Терра, может, что-то другое. Может, это существование в другом
пространственно-временном измерении, мир, не подчиняющийся законам природы,
которые мы знаем; но время от времени он вступает в контакт с какой-нибудь нашей
планетой, так что между ними возникает пространственная связь. Все легенды о Терре
очень-очень древние. И - действительно - они из того времени, когда планета была
очень малонаселенной, и человеческий род был невелик. Такие пересечения миров были в
далеком прошлом. Так что, может, случилось так, что связь с этим миром разорвалась и
он, или Терра, перешел в новое положение. И тогда, когда врата открылись, они
открылись в новый мир.
- Но для чего они заманивают, переносят нас сюда? - Кое-что начало
проясняться. - Бартаре... Она хотела приехать сюда - ее кто-то направлял. Но зачем она
им понадобилась?
- Бартаре - это кто?
Я вкратце рассказала ему, почему и как здесь очутилась, и что должна найти детей.
- Подменыш, - сказал он. - В одном из сказаний о людях с холмов им по какойто
причине время от времени была нужна новая кровь, и приходилось черпать свежие
силы у человечества. Они или переманивали взрослых, или обманным путем зазывали их
в свои владения, или обменивались детьми с человечеством, когда те были еще очень
маленькими, хотя, может, последнее сказание все-таки о чем-то другом. Ясно, что твоя
Бартаре отлично знала, за чем охотится, и нашла это здесь. И - если она их крови, а это
вполне возможно... - он покачал головой. - Не думаю, что она вернется добровольно.
- Добровольно или нет, она должна вернуться, - сказала я с решительностью; но в
глубине души и сама не понимала, как эта решительность еще не угасла.
- Интересно... - начал он; и когда запнулся, я подсказала ему.
- Ты что-то знаешь... Где я могу ее найти?
- Возможно. Ее призывание - работа одного из Великих. Тебе придется пойти в
один из их городов, чтобы выяснить это. А так как у них есть охрана, тех, кого ты ищешь,
предупредят о твоем приходе. И не недооценивай их, Килда с'Рин, ибо наш род зависит от
работы человеческого ума и машин, которые выполняют наши приказы, а то, чем они
обладают, абсолютно чуждо нашему образу мышления и нашим силам, но здесь это
могущественнее.
- Но ты можешь показать мне... Отвести меня туда? - Я отмахнулась от
предупреждения.
- Если пожелаешь. Кажется, у нас выбора особенно нет.
Что он, возможно, сказал бы дальше, узнать не удалось, потому что вдалеке мы
услышали тот рев, который напугал меня и Оомарка. Но в этот раз не было способного
спасти нас кольца. Мой спутник двинулся со скоростью, большей, чем, я могла от него
ожидать. Он вскочил на ноги, глядя прямо в завесу тумана; его широкие плоские ноздри
вбирали воздух, будто он по запаху определял, откуда исходит угроза.
Сначала он повернулся в сторону, откуда доносился звук. И в этот раз я не
обманулась - он был ближе. Потом посмотрел направо и снова засопел.
- Там находится бегущая вода, - указал он, будто все это видел. - Если мы до нее
доберемся, у нас есть шанс...
Почему вода означала безопасность - я не понимала. Но придется доверять тому,
кто больше знал об этом мире. Так что я прикрепила сумку с припасами к поясу, а в руки
взяла ветку и сумку с камнями.
Он указал на ветку.
- Это может им помешать. Каждый раз как я скажу "Здесь!", поворачивайся и мети
ею по земле, где мы только что прошли. Собаки в замешательстве потеряют след.
И мы отправились в путь, прикрываемые туманной завесой. Каждый раз, когда он
говорил "Здесь!", я разворачивалась и подметала за нами землю. Время от времени мы
слышали, как зовет горн, и как в ответ звучит тявканье. Иногда он звучал ближе; и тогда
сердце мое билось чаще, я чувствовала, как во мне поднимается холод страха. Потом, к
счастью, звук снова отдалялся, хотя - не знаю, может, это была какая-то особенность
тумана. Что я видела, так это то, что моя ветка, пережившая столь долгое использование,
после того как ее оторвали от родного дерева, начинала обтрепываться, а цветы увядать.
Так что я боялась, она скоро погибнет. Я поделилась своими опасениями с Косгро, но
единственное, чем он меня утешил, это надеждой, что нам удастся найти другое
серебристое дерево - редкостью они не были.
- Мы уже ближе - слышишь?
Я слышала журчание воды. У наших ног лежала голая серая земля, на которой
тускло мерцали белые камни. Косгро стал на одно колено и обеими ладонями зачерпнул с
земли несколько таких камней. К моему удивлению, он стал внимательно изучать их,
будто как раз сейчас было самое подходящее время поиграть в детскую игру. Отобрав
девять из них, он махнул мне рукой. Мы оказались на берегу потока, не только быстрого,
но и с мутной водой. Мне вовсе не улыбалось идти вброд.
- Вот. - Один за одним он брал камни, плевал на каждый и бубнил что-то таким
низким голосом, что мне не было слышно. После такой обработки он бросал их в воду,
первый рядом с берегом, потом каждый чуть дальше, будто так делал мост. Я вот-вот
собиралась потребовать объяснений, как вдруг просто потеряла дар речи.
Разве могла я поверить свидетельству моих изумленных глаз? Из струящейся воды,
как раз там, куда хлюпнули эти камешки, выросли белые кирпичики, построившись в
выложенную из камней дорожку. Должно быть, это оптический обман.
- Вперед! - Он еще держал в руках три камушка, но другой рукой слегка
подтолкнул меня, подчеркивая важность приказа. Ясно было, он собирался довериться
кирпичикам. Я, может быть, запротестовала бы - но тут снова зазвучал горн - слишком
близко.
Так что я шагнула на ближайший ко мне кирпич в твердой уверенности, что у меня
под ногами не окажется устойчивой поверхности и я шлепнусь в воду. Только вот под
моими перевязанными ногами была твердая опора. Воодушевленная этим, я пробовала
дальше и дальше. Сквозь туман мне не было видно другой берег потока, не знала я и
насколько хватало мостика.
Я подошла к шестому камню - а вода все струилась передо мной. Косгро дышал
мне в спину; он ненадолго задумался, прежде чем бросить седьмой камень, потом сказал:
- Жди здесь, пока я не смогу выяснить, близко ли нам до того берега.
Он прыгнул на седьмой камень и оттуда бросил восьмой. Теперь его закрывала
пелена тумана, и я видела его очень расплывчато. Я ждала, вздрогнув от того, что струйка
воды, ударившись о кирпичик, на котором я стояла, намочила мне ступни и ноги.
- Вперед. - Его крик звучал приглушенно, но мне подумалось, он зовет меня. Так
что я прыгнула на седьмой, на восьмой, и, наконец, на последний камень. Вода все еще
расстилалась передо мной, слишком много воды. Но туман уже не скрывал Косгро: он
стоял в воде по пояс, держась одной коренастой рукой за упавшее дерево, которое
выглядывало из воды. Он жестом приказал мне прыгать, так, чтобы он смог до меня
дотянуться.
Убедившись, что сумка с камнями и запасы еды надежно прикреплены к поясу, я
выбросила перед собой то, что оставалось от ветки, освободив обе руки, и - наконец -
прыгнула.
Течение было столь сильным, что меня бы сбило с ног, закрутило и затянуло под
воду, если бы волосатая рука не схватила и не удержала меня. Кое-как мы оба
бултыхались в воде и из последних сил выбрались на берег, после чего, еле дыша, стали
приходить в себя.
И снова прозвучал горн, так близко, что, должно быть, он как раз был на другом
берегу.
- Кирпичики - а они по ним...
- Смотри, - сказал он; что я и сделала.
Кирпичиков не было - а ведь по меньшей мере два из них я должна была увидеть.
- Это волшебство не длится долго, и если я пожелаю, другие не смогут им
воспользоваться. Есть кое-что полезное в том, чтобы шпионить за фольками, знаешь ли. Я
таился, скрывался и шпионил за ними, как только мог, выслеживая, как они живут за
пределами своей крепости - надеясь вызнать достаточно, чтобы устроить себе
возвращение или заключить с кем-нибудь из них сделку. Они не особенно обращают на
меня внимание - я ведь один из Между: не из Темных и не из их племени - так как я
все-таки не подчинился их образу жизни. Единственное, на что я надеялся - это узнать,
что удастся. Но по крайней мере хоть что-то из доставшегося мне с таким трудом
сослужило нам в этот час хорошую службу.
Хотя мне до сих пор едва верилось, что он перевел нас через реку таким необычным
способом, я не могла отрицать, что мы находились на другом берегу.
Горн снова позвучал - на этот раз дикой угрожающей нотой. Я вскочила на ноги,
готовая броситься бежать. Но Косгро, казалось, не торопился.
- Бегущая вода, - он указал на поток. - Она остановит Темных, пока они гденибудь
не найдут мост, по которому перейдут сюда. Так что на время они нам не угроза.
Глава 11
- Но мы же не останемся здесь! - Как бы далеко ни был этот мост, мне хотелось
оказаться подальше отсюда, хотя и передвигаться в тумане тоже было не безопасно.
- Нет. - Он отряхнулся, подобно тому, как отряхиваются от воды животные. Моя
одежда плотно облепила тело. Впервые я затосковала о жаре, о возможности увидеть
солнце и согреться в его лучах.
Я охотно предоставила ему возможность выбирать маршрут, у меня ведь ориентиров
не было. В такой слепоте я могла просчитаться настолько, что вернулась бы обратно к
реке. Он снова понюхал воздух, будто так мог учуять, куда следует идти. Потом сказал:
- Недалеко отсюда есть безопасное местечко фольков.
И быстро зашагал, словно ясно видел дорогу. Я поспешила догнать его и
требовательно спросила:
- Откуда ты знаешь?
- А ты не чуешь?
Все что я могла унюхать - это аромат увядших цветов.
- В своих заклинаниях, чтобы заколдовывать и расколдовывать, фольки
используют растения. От того места, где они растут, исходит тяжелый запах.
- Такой как этот? - я дотронулась до запачканной ветки.
- Нет, это кое-что другое. Я не знаю, кто их посадил. Но фольки ими не
пользуются. Оно из более ранних времен, может, от другой расы...
- Эти холмы, у которых они растут - это когда-то был город или захоронение?
- Да, могло быть и то, и другое. Если кто и знает историю этого мира, то только
Великие из фольков. А они ревностно охраняют свое знание. Между ними и Темными
вечное соперничество. И еще соперничество между собой. И есть что-то еще... - Он
остановился, будто не хотел продолжать.
Но я настаивала - ведь все, что я узнавала, каждый кусочек, мог оказаться важным
для возвращения в тот мир, который я знала.
- Что еще?
- Не думаю, что фольки высшие существа, хотя, правда, пока что им удается
держать Темных под контролем. Но я достаточно слышал, чтобы понять, что есть что-то,
чего и они боятся, и чему время от времени приносят жертвы, причем живыми
существами - и это еще одна из причин, по которой им приходится вербовать существ из
других миров.
- Дети! - Неужели Бартаре призвали с этой целью? Если так - то тем более мне
нужно найти их - и быстро.
- Не знаю, - казалось, его это не слишком заботило.
Меня накрыла волна гнева, пока ее не иссушил здравый смысл. В конце-то концов, с
чего бы ему переживать? Для него дети ничего не значили. И возможно, единственное,
что привязывало его ко мне - это еда, которую я несла. Только - если это именно так,
почему он просто не стукнет меня и не заберет пищу? Я не сомневалась, что он был
сильнее меня и дрался лучше, и мог забрать припасы без особых усилий. И все же с
самого начала он действовал просьбами, а не силой. Да, ну и загадкой он был - и эта
загадка продолжала меня изводить.
- Туман рассеивается.
Я слишком глубоко погрузилась в свои собственные мысли, чтобы заметить это,
пока он не обратил внимание. Но теперь и я заметила: и правда, обзор расширился. Очень
скоро мы подошли к дороге. Это была не просто тропинка из дерна, вроде тех, что вели к
холмам, а настоящая, выложенная хорошо подогнанными друг к другу блоками. И
некоторые из этих блоков светились таким же светлым сиянием, как и камни, из которых
мой спутник построил столь странный мост. Другие были красными, или желтыми, или
даже черными. И хотя, казалось, они были разбросаны наугад тут и там, не составляя
различимого узора, все-таки можно было идти, наступая на кирпичи только одного
цвета - если не торопиться и смотреть внимательно.
- Подожди, - рука Косгро поднялась передо мной, как преграда. - Это один из их
путей переходов.
- Дорога, как я вижу...
- Не просто дорога. Она ведет не в одно место, а во много. Не могу объяснить,
потому что сам не знаю, как она работает. Но видел, как ею пользуются. И работает так -
кирпичи разного цвета ведут в разные места. Если идти неосторожно, то она или не
сработает, или приведет тебя туда, куда идти не хочешь - ведь Темные тоже ею
пользуются. Раз ты ищешь определенных людей, выбирай светящиеся кирпичики.
Переступай только с одного такого кирпича на другой, и на каждом шагу держи в уме
лицо того, кого хочешь увидеть. Сконцентрируйся на этом изо всех сила - и тогда она
приведет тебя к нему.
- Но ведь детей двое - Оомарк и Бартаре.
Он пожал плечами.
- Наверное, тебе придется выбрать.
Выбрать? Бартаре была с загадочной Леди, которая привезла сюда ее - и нас. А раз
она приехала по доброй воле, возможно, она была ограждена здесь от многих опасностей,
как любой, кто здесь живет. Но Оомарк сбежал в неизвестность. И подумав об охоте, и о
тех, кого я видела у холмов, я решила, что в конечном счете выбора-то у меня нет -
только Оомарк; я так и сказала.
- Как скажешь. Ступай на светящиеся кирпичи и представляй его себе, каким он
был, когда ты видела его в последний раз.
Я была удивлена, потому что говорил он так, словно его не интересовало, куда я
пойду. Значит ли это, что здесь мы расстаемся? Я спросила об этом, и он издал звук,
который, наверное, был резким смехом.
- Оставить тебя? Нет - пока ты носишь то, что для меня жизнь. Но одно место не
хуже другого, если мы будем подальше от Темных. Я все еще лелею смутную надежду,
что из нашей встречи может получиться кое-что еще. Однако раз в поисках ты, тебе и
вести. Только возьми меня за руку, потому что у меня в воображении нет картинки в
помощь, так что мне придется полностью положиться на тебя.
На долю секунды я была склонна отказаться, освободиться от Джорса Косгро. Мои
старые подозрения пробудились вновь. Но наконец я протянула руку, и он твердо сжал ее.
Если бы кто-нибудь видел, как мы шли по дороге, странную картину он бы узрел.
Чтобы ступать только по светящимся кирпичам, я двигалась странным зигзагом, иногда
вперед, иногда - если было нужно - назад. Я старалась изгнать из своего мозга все,
кроме Оомарка, каким я видела его в последний раз - убегающим от меня из-за того, что
я держала ветку.
Моя возвратно-поступательная тропа увела нас от места, где мы впервые вступили
на вымощенную дорогу. Теперь, когда туман рассеялся, я видела, что дорога резко
обрывалась всего в нескольких метрах от того места, где я остановилась, чтобы изучить
оставшиеся кирпичи. Пока что мы ничего не добились, и я уже собиралась отказаться от
этой идеи и потребовать, чтобы Косгро поменял маршрут.
- Думай о мальчике! - Вполне возможно, он читал мои мысли и подстегивал меня
снова сконцентрироваться.
И снова я послушно вызвала лицо Оомарка в памяти и прошла три последних шага
по вымощенной дорожке, таща за собой Косгро как на буксире. Потом, казалось, я
побежала, но и земля подо мной тоже двигалась, так что мне пришлось прибавить
скорости, чтобы удержаться на ногах. С обеих сторон что-то жужжало и расплывалось,
будто от нашей скорости страна, по которой мы перемещались, затуманивалась.
Потом я упала, или, скорее почувствовала, будто меня отшвырнули с движущейся
дороги, так что я довольно сильно ударилась о какую-то твердую поверхность и пару
секунд лежала, тяжело дыша, пока не смогла сесть и осмотреться. Я услышала стон и
оглянулась.
Косгро лежал чуть поодаль; его руки прижимались к ране на груди, будто его
скрутило от боли. Потом, напрягшись изо всех сил, он сел, так что мы сидели бок о бок,
стараясь разглядеть, куда забросил нас это странный вид путешествия.
От места нашей посадки простиралась широкая полоса зеленого покатого склона.
Луг был богат зеленью, но более темных колец на нем не было заметно. Зато были
бледные цветы, белые и кремовые, и кусты, отяжеленные теми золотистыми ягодами,
которыми так наслаждался Оомарк. И вокруг каждого куста собрались летающие и
прыгающие существа.
Неподалеку передвигались существа побольше; они или угощались фруктовым
изобилием, или лежали в траве. Оомарк? Может, это Оомарк? Или это? Или это?
С такого расстояния они для меня были почти одинаковыми. Все они ходили на
раздвоенных копытах, были волосатыми и с рогами, как и мальчик. Только когда двое
двигались рядом, можно было различить очень маленькую разницу в росте. Я не могла
отличить одного от другого. Если позвать - придет ли Оомарк?
Трое из них, похоже, играли, перекидывая друг другу предмет округлой формы.
Другой ласкал маленькое животное, теребя и приглаживая его шерсть. Ни на одном не
было клочков одежды, которые все еще носил Оомарк, когда покинул меня. Но помня, как
легко он отбросил ботинки и верхний пиджак, я не могла рассчитывать, что он не
выбросил и остальную свою одежду из другого мира.
- Отличишь его? - допытывался Косгро.
- Нет. Могу позвать.
- Нет! - он не скрывал эмоций. - Мудро будет не привлекать больше внимания,
чем нужно.
- Они... они ведь не Темные?
- Нет, они из фольков, но очень молодые. Все они страшные проказники и ничем
тебе не помогут. Как раз наоборот. Так что лучше постарайся узнать мальчика потише.
- Но они все одинаковые! Разве что, кажется, некоторые чуть повыше других. Это
все равно что ожидать, что я выберу одну песчинку из кучи песка. - Я сосчитала. Их
было десять, и я не видела различий.
- Это, конечно, представляет собой проблему, - согласился Косгро. - Было ли
что-нибудь, к чему он был очень привязан и о чем ты можешь заговорить сейчас, чтобы
привлечь его внимание? Если есть, то мы можем подойти поближе. Тогда ты сможешь
обронить нужное словцо и ждать реакции. Остальные постараются его спрятать, но,
может, из-за твоей речи он как-то выдаст себя.
- Бартаре? Я могла бы заговорить о ней...
Косгро покачал головой:
- Она связана с событиями этого мира и в том, что касается тебя. И может, они о
ней знают. И могут симулировать ответную реакцию, чтобы ввести нас в заблуждение.
- Ты, похоже, много о них знаешь...
- Да. Когда я впервые попал сюда, именно они украли мою еду, когда я застрял в
болотной трясине. Они отбежали, так что я не мог их догнать, и, разодрав мою сумку,
разбросали все, что в ней было. Когда я все-таки выбрался, то шел за ними по следу, пока
не узнал, что гнев привлекает Темных. И я открыл, что должен контролировать свои
эмоции, чтобы защищаться. Эти существа меняются каждую минуту, и поступки их тоже
не бывают последовательными долго. Думаю,
...Закладка в соц.сетях
