Жанр: Фантастика
Опасный спутник
...азал он.
Мы с трудом пробирались по каменистой местности. Я, мягко говоря, волновалась.
Меня беспокоил тот факт, что мы все еще не увидели спасателей. Сотрудники парка, уж
конечно, установили бы наблюдение на одной из самых высоких точек, с окулярами
дальнего действия - для слежения. И все же, если бы не наличие нескольких летательных
аппаратов, эту планету действительно можно было бы счесть такой же безлюдной, какой
она была по мнению Косгро.
Подойдя к вершине холма, мы посмотрели вниз на след, ведущий от платформ
долины к парку флиттеров. Наличие протоптанной дороги должно было сразу же убедить
Косгро.
Но - там ничего не было. Разве что слабое напоминание, что такой путь когда-то
существовал. Я не ошиблась - именно здесь сбежали Бартаре и ее брат, а я последовала
за ними. Чуть далее отсюда была скала, где я оставила записывающее устройство Лазка
Волька. Но теперь не было не только коробки: сама скала - я огляделась по сторонам -
тоже исчезла.
- Килда, где дорога? Что случилось с дорогой? - плакал Оомарк.
- Да, так где же дорога? - торжествующе вопрошал Косгро, будто это доказывало
его правоту. И все же я видела слишком много ориентиров, оставшихся неизменными, так
что я не ошибалась. А если присмотреться повнимательнее, то можно было разобрать
остатки дороги.
- Дорога проходила здесь. И вот ее часть еще можно разглядеть! Там! Там! Там! -
я тыкала пальцем. Но то, что она изменилась от хорошо заметного пути до такого
состояния - мне было очень тяжело понять.
- Я хочу домой, пожалуйста, Килда! - испуганно говорил Оомарка.
- Мы пойдем вниз, к парку флиттеров. - Я взяла его за руку. - Сюда. - Я
решительно двинулась по этому вполне удобному пути, который должен был служить нам
связью с цивилизацией. Здесь недалеко... всего два поворота...
Ноги болели. Камни, так не похожие на дерн серого мира, царапали кожу сквозь
хлипкие сандалии. Но я ковыляла дальше.
Парк флиттеров - да, остатки от него! Ни один флиттер не стоял на потрескавшейся
поверхности, края которой торчали грубыми зубцами в тех местах, где из нее выпали
большие куски. Им явно очень давно не пользовались, следов ремонта тоже не было
заметно. Как такое могло произойти всего за несколько дней? Все выглядело так, словно
прошли годы с того момента, как здесь хоть кто-то был.
От станции сотрудников парка осталась один остов. Крыша провалилась, само
строение было заброшено, и, должно быть, уже давно. Наверное, я закричала, не в силах
поверить тому, что видела, и все же понимая, что это не сон. Это было так же реально, как
и обдувавший меня ветер, как песок, царапающий мне ноги.
Чья-то теплая рука взяла меня под локоть. Я вцепилась в Джорса Косгро, держалась
за него, так же как Бартаре и Оомарк вцепились в меня.
- Пожалуйста! - Мой голос тоже был детским и напуганным. - Что, что
случилось? Это... это же был парк, это станция... Был, говорю же, был!
- Есть только одно объяснение этому. Я не хотел этому верить. Но ты права. Это
когда-то действительно было тем, о чем ты говоришь.
- Тогда что случилось? Отчего все так изменилось? Не может быть, чтобы такое
случилось за несколько дней!
Его рука обняла мои плечи, а теплота рядом и его сила успокаивали. Меня всю
трясло, и, казалось, я никогда не согреюсь.
- Есть еще и другая часть легенд старой Терры - легенд о подменышах и о мире
фольков. Я как-то не задумывался об этом раньше. А теперь, похоже, это действительно
так.
- Что... что ты хочешь сказать?
- Что некоторые из тех, кто отправился в серый мир, или кого туда забрали,
вернулись обратно через - как им казалось - день, месяц, а, может быть, год. Но когда
они снова возвращались в свои родные места, выяснялось, что прошли года или столетия.
- Нет! - Это казалось выше моего понимания. Я закрыла глаза, отказываясь
смотреть на опустошение вокруг меня, отказываясь верить, что все это - действительно
дело времени, и что нас многие годы считают пропавшими.
Потом он немного отстранился, сильно надавив мне руками на плечи. Он даже
немного встряхнул меня, будто стараясь обратить на себя все мое внимание; я через силу
открыла глаза и встретила его спокойный проницательный взгляд.
- Килда, когда ты попала в этот серый мир - какая была дата? Не планетного
времени, а галактического.
- Это был... 2422 год После Посадки...
- 2422 год, - повторил он. - Но, Килда, когда я здесь приземлился, был 2301 год
После Посадки.
- На сто двадцать один год раньше! Не верю! - Мне хотелось отрицать это, я на
такое была не согласна! И все же, оглядевшись, увидела, что доказательства очевидны. Я
снова со страхом встретила его взгляд. - А... а какой год может быть сейчас? Как долго?..
- Здесь этого уж точно не выяснишь. Надо добраться до какого-нибудь поселения.
- Ближайшее очень далеко отсюда. - Я провела языком по неожиданно высохшим
губам. - Без флиттера до Тамлина не доберешься.
- Но не с моим кораблем, - возразил он. - Даже сто двадцать лет не смогут
повлиять на судно первооткрывателя. Пошли.
Я охотно приняла его предложение. Чем скорее я покину это место, тем лучше, пока
не привыкну к мысли, что время - наш враг. Но я видела, что Косгро был молодым
человеком - конечно, усталым и истощенным, но молодым. И дети - они тоже остались
такими же, какими были, когда мы прошли сквозь врата. Моя собственная кожа была
гладкой - на ней не было следов старения. Я провела кончиками пальцев по лицу.
Полной уверенности не было, но на ощупь кожа была такой же гладкой и без глубоких
морщин, - как на руках.
- Куда мы идем?
- Обратно... туда...
- Килда, где флиттеры? Почему все разрушено? - вмешался Оомарк. - Я хочу
поехать домой.
Бартаре налетела на него:
- Нет никаких флиттеров, а может, и города тоже нет, - пронзительно закричала
она. - Все исчезло - все, все! Вы хотели вернуться? Так смотрите, что из этого вышло!
- Прекрати! - В первый раз за долгое время я заговорила с ней резко. - Мы ни в
чем не уверены, Бартаре. Оомарк, мы пойдем на корабль Косгро. В нем или в
разведческом флиттере он отвезет нас в Тамлин.
И хотя все мы ускорили шаг, ведь всем хотелось побыстрее попасть на корабль, мы
его так и не нашли. Вместо этого мы вышли на открытое место, и там Косгро резко
остановился, оглядываясь вокруг, очевидно в поисках ориентиров. Когда он повернулся
ко мне и заговорил, его голос был мрачным и пустым.
- Исчез.
- Я знаю. Он в парке музея в Тамлине.
Мы оба уставились на Оомарка.
- Что? Откуда ты знаешь? - хором спросили мы.
- Потому что когда джентльхомо Ларгрейс вез нас сюда, он по дороге рассказал о
таинственном корабле. Когда поселенцы только прибыли, они нашли здесь брошенное
разведывательное судно. Оно тут было уже давно, потому что было такой разновидности,
какой они никогда не видели. Но о нем так ничего и не выяснили - оно было заперто. Так
что в конце концов его перевезли в город в музей. Он обещал взять нас посмотреть на
него во время следующей экскурсии.
- Если это в городе, придется идти туда пешком.
- Как? У нас нет припасов, а это долгий путь по незаселенной местности до
ближайшего землевладения - если землевладения еще есть.
- А разве у нас сейчас есть выбор? - спросил он, и я знала, что он прав. Выбора не
было - разве что остаться здесь и умереть на месте. А какими бы усталыми мы ни были,
конец - это был не наш выбор.
Остаток этого кошмарного путешествия превзошел все, с чем мы сталкивались в
сером мире. Не то чтобы нам угрожали чудовища из тумана, но голод не оставлял нас ни
на секунду. Косгро применял свою подготовку на выживание, и только благодаря его
умениям мы остались живы.
Мы жили мясом животных, которых он ловил в ловушки, убивал метким
попаданием камня или ударом палки. Он сражался с животными и птицами за ягоды -
почти иссохшие ягоды. Лохмотья нашей прежней одежды превратились в тряпки, которые
уже не закрывали наших тел, и мы носили очень непрочные заменители одежды из травы
и тростника. Ноги все сильнее и сильнее болели, а потом постепенно становились все
более и более огрубелыми; в отношении времени мы только подсчитывали дни с того
момента, как нашли развалины станции.
И за все это время мы ни разу не видели флиттеров, вообще никаких свидетельств,
что на этой планете все еще обитают люди. Я даже представить не могла, что же
произошло. Когда я исчезла с Дилана, на нем был небольшой, но стабильный приток
эмигрантов. С каждым годом создавалось все больше и больше плантаций и пастбищ. А
сейчас мы несколько раз натыкались на травоядных животных, но быстро научились
избегать их. Они совершенно одичали и стали меньше, сильнее и настороженнее, будто
научились защищаться, чтобы выжить.
На двадцатый день нашего скитания мы наткнулись на первый признак того, что
человек когда-то приручил эту часть земли. Вдоль холма тянулись вьющиеся
виноградники, и плоды все еще свешивались с ветвей сухими увядшими гроздьями,
опустошенными птицами и насекомыми; очевидно, урожай так и не собрали. Мы срывали
и ели сморщенные, морщинистые плоды. Они были горькими и намного меньше, чем те,
которые мне помнились, но это была еда, и мы не только наелись досыта, но и сделали
сумки из листьев, сколотых шипами, чтобы унести с собой припасы.
Эти виноградники обросли дома и сделали их почти недоступными. Стены их были
так оплетены и скрыты, что мы и не пытались проникнуть внутрь. Ясно было, что не
осталось ничего, что могло бы нам пригодиться.
Но даже после этого доказательства крушения цивилизации Дилана я не теряла
надежды, что город и порт все же сохранились. Если бы мы до него добрались, то нашли
бы там людей, если и не тех, кого оставили - давно ли? - то все-таки людей.
Довольно странно, но чем дальше мы продвигались, тем больше Бартаре утрачивала
то, что проявлялось в ней от того серого мира, все больше становилась нормальным
ребенком. И хотя Оомарк поначалу задавал беспокойные вопросы, он тоже начал
принимать эти странные обстоятельства. И я подумала, что и он, и она - еще маленькие,
и потому могли лучше адаптироваться, чем я и Косгро. Для меня это был бесконечный
кошмар, и я изо всех сил старалась проснуться и сбросить его с себя.
К счастью для моего рассудка, а, возможно, и для душевного равновесия Косгро
(хотя он, в силу своей профессии, был лучше подготовлен к встрече с такими странными
ударами судьбы) наши дни наполняло само стремление к выживанию, продвижение
вперед и присмотр за детьми, их здоровьем и благополучием. Но я почти сломилась, когда
мы пробирались через заброшенные и заросшие землевладения и шли к окраинам
Тамлина.
Здесь все та же бурная растительность еще не успела посеять столь страшное
опустошение. Дома стояли целыми, хотя то здесь, то там недоставало крыши или
виднелись другие признаки долгой заброшенности и запущенности. Казалось, Дилан
погрузился в пустоту и тишину волей какого-то удара судьбы или катастрофы. Мы
подошли к дому, из которого когда-то вышли, чтобы поехать на экскурсию в долину. Я
вошла в сад - прямо передо мной были закрытые двери. Я нерешительно позвала. Как и
ожидалось, ответа не последовало. И все-таки я подошла и открыла дверь комнаты Гаски.
В ней не было даже мебели.
- Килда, все исчезло - моя одежда - моя ракушка - все! Все пропало! -
Оомарк выбежал ко мне из комнаты, которая когда-то была его. Бартаре даже не подошла
к своей двери - она стояла у высохшего бассейна.
- А ты на что надеялся? - В голосе снова зазвучало ее былое нетерпение. - Все
исчезло, давно исчезло! - Может, смысл всего того, что мы видели до сих пор, не так уж
поражал Оомарка до этого момента. Он побледнел. Потом подошел к Косгро и спросил
дрожащим голосом: - Значит, это правда? Нас не было долго-долго?
Косгро не пытался его утешить. Вместо этого он ответил, как ответил бы мальчику
намного старше или мужчине:
- Это правда, Оомарк.
- Жаль... жаль, что моя ракушка не сохранилась, - сказал он. - Папа, она была у
него, когда он был маленьким. Он хотел, чтобы я всегда ее хранил. Я хотел бы, чтобы хоть
она осталась...
Он медленно пошел к воротам, и, повернувшись, спросил:
- А если здесь никого не осталось, что нам делать?
- Мы еще не были в порту. Если кто-то и остался, то его - или их - следует
искать именно там.
Мы не заходили в другие дома. Теперь мы спешили по улицам города. А вокруг нас
были только молчаливые руины.
И вот, мы подошли к защитному ограждению посадочной площадки. Кораблей не
было. Я и не ожидала, что они будут. Обожженные шрамы, оставленные многими
стартами, все еще отмечали поле, но ведь они сохраняются потом многие годы.
- Башня контроля... - Косгро будто разговаривал сам с собой; он заметил башню и
направился по полю этой сожженной площадки к зданию, которое было центром жизни
порта, где должно было быть полно компьютеров и устройств связи. Может, если нас и
бросили здесь - у меня внутри что-то вздрогнуло, - там все еще будет работать какоенибудь
устройство, и мы сможем вызвать помощь со звезд?
Я ускорила шаг, а дети побежали, стараясь угнаться за быстрым шагом Косгро. Мы
добежали до центральной двери башни - закрыта. Но управление дверью все еще
работало, и она нам открылась.
Косгро позвал - голос его казался раскатом грома:
- Здесь кто-нибудь есть?
Глава 18
В ту же секунду я пожалела о его словах, ибо его голос отдался пустым эхом,
вернувшись зловещим сгоном. Я не ожидала никакого ответа, и от этого испугалась.
Из пустого воздуха авторитарным требованием прозвучали слова: "Кто там?". На
долю секунды мне даже поверилось, что мы вернулись обратно на серую планету, где
подобные иллюзии могли быть возможными.
- Космический разведчик Косгро и его спутники, - ответил мой попутчик. Потом
он подошел к одному из экранов интеркома и ткнул пальцем в панель управления, чтобы
мы появились на каком-нибудь работающем экране в здании.
Я услышала приглушенный возглас, а потом:
- Наблюдательный пункт за полетной палубой. Садитесь на грав и поднимайтесь.
В правой стене плавно отворилась дверь, открыв нам шахту грава. Мы вошли,
энергетическое поле охватило нас и понесло наверх. Внутри меня расслабилась лента
тугого давления. Что ж, мы все-таки были на Дилане не одни. Что бы ни случилось с того
дня, как мы отправились в эту роковую прогулку в долину, это было ужасным, но, по
крайней мере, от этого наш вид не прекратил здесь свое существование.
Грав доставил нас на наблюдательный пункт вышки. И как только дверь отворилась,
мы увидели ожидающих нас трех человек. Но среди них не было знакомых лиц. И я
поняла, что глупой была моя надежда увидеть коменданта Пизкова, который поверил бы
нашему рассказу уже просто потому, что мы наконец объявились здесь и сейчас.
Эти трое были немолоды; они были одеты в униформу. Но их пиджаки были
залатанными и изношенными. У двоих был знак планетной милиции, третий был
смотрителем. У них наготове были лазеры, которые они вложили обратно в кобуры, как
только мы сделали шаг вперед.
- Кто вы? - спросил главный.
- Исследователь первого разряда Джорс Косгро, Килда с'Рин, Бартаре и Оомарк
Зобак, - ответил Косгро за нас всех.
- Ваш корабль - где разбился? - смотритель проявлял настойчивость. - Вы
беженцы?
- Судя по виду, ты попал в точку. - Офицер махнул рукой другому. - Не
сомневаюсь, им нужна еда. Садитесь. А ты, Бролстер, принеси припасы.
Вот так неожиданно мы заняли места в креслах тех, кто отслеживал отправляющиеся
и прибывающие космические корабли, и ели еду, в существование которой мне уже почти
не верилось. Что бы тут не случилось по воле судьбы, у них все еще были
саморазогревающиеся контейнеры, содержимое которых следовало смаковать кусочек за
кусочком.
Однако когда острый голод был утолен, и я оглядела помещение, то увидела, что оно
уже не было больше рабочим местом. Многие устройства закрыты тканью и запечатаны
защитной пленкой, будто ими долго не пользовались. По сути дела, похоже, в рабочем
состоянии была только высокая панель кнопок и рычажков, перед которой сидел человек,
представившийся нам как сектор-коммандер Вейджил.
Его товарищами были патрульный Бролстер и смотритель Кьюри; именно Кьюри
взирал на нас так, словно затаил какие-то подозрения относительно целей нашего здесь
пребывания.
- Вы ведь потерпели крушение, не так ли? - спросил Вейджил, когда мы поели.
Не успел еще Косгро ответить, как Оомарк подошел к нему и положил
исцарапанные запачканные ручки на руку сектор-коммандера.
- Пожалуйста, скажите, где все? Они... они все были здесь вчера... - Он обернулся
и посмотрел на меня. - Ведь это был вчера, Килда? Долго мы были в этом месте?
- Не знаю. - Довольно долго, чтобы самой испугаться, если начну
распространяться об этом.
- Что... - нетерпеливо перебил Кьюри.
И снова Вейджил поднял руку:
- Не сейчас, - приказал он, прежде чем мягко, подбадривающе улыбнуться
Оомарку. - Люди умерли, сынок, почти все. А что, у тебя тут был кто-то, кого ты хотел
увидеть?
- Маму, она болела. А еще Рандольфа и его чертенка Гриффи, и джентльхомо
Ларгрейса, и коменданта Пизкова...
Я видела, как при упоминании последнего имени Вейджил сощурился, и поняла, что
это имя ему знакомо.
- И ты думаешь, они все здесь?
- Конечно. Они ведь были здесь - все были здесь, когда мы отправились в долину.
А теперь... все по-другому. Все наши вещи исчезли из дома. Даже ракушка, которую мне
подарил папа - все!
- Прошло уже сорок лет, как коменданта Пизкова перевели, - тихо сказал
патрульный. - Его имя было в записях, которые мы опечатали на прошлой неделе. Сорок
лет!
- А какого числа вы пошли в долину? - спросил Вейджил Оомарка.
Оомарк немного нахмурился и взглянул на меня.
- Килда, когда это было?
Мне не хотелось им говорить, но выбора не было.
- Четвертого ади 2422 года После Посадки.
Они изумленно уставились на меня. Я увидела недоверие и подозрительность на
двух лицах. Только Вейджил, казалось, остался непоколебимым.
- Сейчас, - сказал он, - двадцать первое нарми 2483 года После Посадки.
- Нет! - Наверное, именно мой крик ужаса убедил их. Рука Кьюри снова
потянулась назад к прикладу оружия. Но после моего возгласа его пальцы расслабились. Я
подозревала, но не была уверена. Больше шестидесяти лет! А я не чувствовала, что
состарилась, и дети выглядели не старше, чем тогда, когда мы попали в серый мир. А
потом я вспомнила - ведь для Джорса прошло больше ста восьмидесяти лет!
- Это уловка. - Это был Кьюри. - Они шпионы, их выслали обмануть нас. - Он
вытащил лазер и направил его на Косгро, наверное, считая исследователя самым опасным
из всех нас.
- Не торопись! - Вейджил пристально разглядывал нас, но говорил с
Оомарком: - Ты ходил здесь в школу?
- Конечно! - с нетерпением ответил Оомарк. - Я был в четвертой группе, с
Рандольфом и Фюрвеллом и Портусом...
- С кем еще? - подсказал Вейджил, когда тот остановился.
- Ну, с Рандольфом и Фюрвеллом и Портусом - с ними я дружил. Но там еще
были девочки - и были Бути Наверс и Клив. А... его звали так же, как вас! Он были
Кливом Вейджилом! Он ваш сын? А он никогда не говорил, что у него папа военный...
- А он им и не был, - медленно ответил начальник. - Клив Вейджил был моим
старшим братом.
Оомарк покачал головой.
- Не может быть. Он же маленький мальчик, как я, а вы, вы - старый!
- Их внедрили, снабдили этим диким рассказом и внедрили! - снова перебил
Кьюри. - Наверное, послали подкинуть какую-нибудь гадость с земли змей. Лучше
сжечь их прямо сейчас.
- Тихо! - На этот раз голос Вейджила был резким. - Оомарк Зобак, его сестра
Бартаре и Килда с'Рин. - Указательным пальцем он показал на каждого из нас. - Да, я
вспомнил! Долгие месяцы искали и так и не нашли никаких ваших следов. Дело оставили
только когда началась война. А лотом ни у кого уже не было времени...
- Какая война?
И он рассказал нам; его голос звучал так, будто он старел на глазах, излагая
факты - как их знали те немногие, что уцелели на Дилане. Произошло неожиданное
нападение неприятельских отрядов с целью захватить кольцо внешних миров. Ее разбили
в сражении возле Небулы, но это было только начало. Уничтоженная группа была лишь
разведывательным отрядом огромной армады. Последовали рейды и снова нападения.
Когда враги-инопланетяне были окончательно разбиты, вся эта секция галактики, некогда
цивилизованная, оказалась в хаосе, в котором сильные выживали, а слабые быстро
уходили из жизни. Между отдельными солнечными системами, даже между мирами, не
осталось коммуникации. Неведомые болезни, распространявшиеся сами по себе или по
чьей-то злой воле, превратили некоторые миры в склепы.
На третьем году войны весь Дилан, кроме караульной службы, спешно
эвакуировали. Какое-то время поле здесь, на Тамлине, служило центром техобслуживания
для небольших военных кораблей. А потом корабли перестали прилетать. Пять лет назад
маленький гарнизон выслал свой собственный последний исследовательский корабль,
чтобы выяснить, что случилось. Он так и не вернулся. К счастью, на складах рядом с
портом оставалась огромная масса запасов топливных элементов.
Землевладения и пастбища давно превратились в пустоши. Несколько остававшихся
на Дилане семей съехались в один из кварталов порта и были размещены в зданиях,
изначально предназначенных для военного командования. Они все еще проводили
постоянный мониторинг внепланетных устройств связи, надеясь уловить какие-нибудь
новости. Только вот уже долгое время ничего не слышали.
- Итак, - сказал Кюри, когда Вейджил закончил этот безрадостный доклад, -
откуда вы прибыли? Вы беженцы? Или шпионы, которых внедрили, чтобы нас захватить?
Бартаре подошла ко мне. Теперь ее рука дотронулась до моей. Чары, которые когдато
управляли ею, отступили. Ей нужна была та слабая поддержка, которую я могла ей
оказать.
- Ну же, - настаивал Кьюри. - Откуда вы прибыли? И не рассказывайте мне о
шестидесяти годах из прошлого! Если вас послали враги, вам это не поможет. У нас еще
работают поля слежения, и мы не дадим вам их испортить!
- Килда? - Косгро обратился ко мне. Наверное, он считал, что мне скорее поверят,
хотя чем больше я думала о нашей истории, тем она мне самой казалась невероятней.
Однако кроме правды мы ничего не могли им предложить. Ее я и рассказала им, сократив
свой рассказ до изложения голых фактов того, что произошло со мной, с Оомарком и с
остальными из нашей маленькой компании. И даже в таком виде история, казалось, заняла
много времени и звучала очень странно.
Когда я закончила, первым заговорил Вейджил.
- Другой пространственно-временной континуум, время от времени связанный с
другими мирами.
- Хочешь сказать, ты им веришь? - резко спросил Кьюри.
- Такая теория известна, - возразил его начальник. - И она подходит к тому, что
я знаю об исчезновении этих троих. - Он жестом указал на детей и меня. - А ты? - Он
обратился к Косгро. - Когда ты вошел в этот мир и как?
Джорс снова рассказал о приземлении на планету в качестве исследователя -
первопроходца, о том, что случайно попал в серый мир, и о годе, в котором это
произошло.
- Год 2301! - Кьюри не скрывал, что не верит.
- Да, 2301 год, - повторил Косгро. - Думаю, я смогу предоставить вам
доказательства. Оомарк говорит, что здесь был обнаружен и перевезен в музей
исследовательский корабль. Вы все знаете особенности этих машин. Они все на
персональном коде и открываются только тому, кто его устанавливает. Если корабль все
еще здесь - он откроется только для меня, и ни для кого другого.
Я забыла об этой мере предосторожности исследовательских кораблей. Он не только
находился на персональном коде после приземления, так что посторонний в него
приникнуть не мог, и в случае необходимости корабль мог служить укрытием, но и
внутри был разработан так, что его управление реагировало только на одного человека: на
того, кто был его пилотом. Для Джорса не было лучшего способа доказать, кто он, чем
войти в этот корабль.
- В музее? - переспросил Вейджил, и потом его голос окрасился волнением. -
Конечно, он все еще там. Не было оснований его перемещать.
- Тогда отведите нас к нему, скорее, - потребовал Косгро.
- Оставайся у коммуникатора, - приказал Вейджил Бролстеру. Они вели
круглосуточное наблюдение, надеясь, что шепот космоса когда-нибудь подскажет им, что
о них не забыли.
Мы спустились на граве и вышли на площадку перед терминалом, выжженную
ракетным огнем, но не ощущавшую этого горячего дыхания уже долгие годы. Но не
отправились пешком в город-призрак. У Вейджила неподалеку была припаркована
наземная машина, и хотя она была маленькая, мы все в нее втиснулись. И когда ехали по
пустым улицам, гул мотора отдавался слишком уж громким эхом. Мне все меньше и
меньше нравился вид этих слепых окон, и пыли, и сухих листьев, и осыпавшихся
обломков у некоторых зданий. Так основательно они были построены, что вполне могли
бы простоять здесь и не пятьдесят лет, а и сто, и больше; памятник мертвой колонии...
Сколько еще таких миров вращалось вокруг других солнц? А ведь на некоторых,
возможно, не осталось даже горстки жителей, которые могли бы проехаться по отдающих
эхо городам. Наверное, некоторые были полностью сожжены и превратились в мертвые
тлеющие угли, на другие нападала чума, оставляя мертвецов непохороненными лежать
там, где они падали. Я старалась не думать об этом. Лучше думать о том, что если уж мы
и вернулись в опустевший мир, то по крайней мере в тот, который мы знали, а не в тот
серый, населенный чудовищами, что держал нас в плену.
Наконец мы притормозили у двухэтажного здания. Из-за него выглядывал,
устремившись вверх, нос корабля, готовый обыскивать свою стихию - космос. Он был
куда меньше, чем лайнер, доставивший нас на Дилан, даже меньше чем средний
свободно-торговый корабль. Но все же это был космический корабль, и его вид вселял
надежду, что человечество еще не до конца изгнали со звезд.
Мы прошли через парадный двор музея, и Вейджил прожигал замки лазером,
торопясь к тому выходу, за которым находился исследовательский корабль. Когда мы
дошли, Косгро быстро вышел вперед и стал у основания одного из стабилиз
...Закладка в соц.сетях
