Жанр: Фантастика
сага о шуте и убийце 2. Золотой шут
...в кружки пиво. Но когда
король задавал свои загадки, мальчишка тут же давал на них
ответы. Причем не только правильно, но еще и теми же
словами, которыми думал король. Сначала Шилд ужасно
расстроился, потому что мальчик испортил ему развлечение. Но
довольно быстро он заметил, что его раздражение быстрыми
ответами паренька доставляет страшное удовольствие
зрителям, не меньшее, чем сами шутки. Прежде чем покинуть
таверну тем же вечером, он позвал мальчишку и тихонько
спросил у него, откуда он знает ответы на такое количество
загадок. Паренек удивленно ответил: "А разве вы сами не
шептали мне их, после того, как произносили загадку?"
Король Шилд был человеком не только веселым, но и
умным. Той же ночью он отвез мальчика в Баккип и привел к
мастеру Скилла со словами: "Этот весельчак неплохо
продвинулся по дороге Скилла. Найди других, таких же как он, и
воспитай для меня группу, которая будет уметь не только
пользоваться Скиллом, но еще и смеяться". Вот так мальчик
получил имя Мерри Весельчак, а новая группа стала называться
"Кружок Мерри".
Слек, "Подлинные истории из жизни"
День выдался морозный, и утоптанный снег скрипел у меня под сапогами, когда
я шагал по дороге
в город. Я услышал у себя за спиной топот копыт и отошел в сторону, чтобы
пропустить всадника, но
не забыл положить руку на рукоять меча. Старлинг натянула поводья и пустила свою
лошадь шагом. Я
посмотрел на нее, но ничего не сказал. Меньше всего сегодня мне хотелось
разговаривать с ней.
- Чейд передал тебе мое послание? - спросила она.
Продолжая идти, я кивнул.
- И что? - не отставала она.
- Мне нечего тебе сказать.
Старлинг так сильно натянула поводья, что лошадь возмущенно заржала.
Менестрель соскочила
на землю и встала передо мной, загородив дорогу. Мне пришлось остановиться.
- Что с тобой происходит? Чего ты от меня ждешь? - возмущенно спросила она.
- Чего еще ты
можешь хотеть такого, что я тебе не дала? - Голос у нее задрожал, и, к
собственному изумлению, я
увидел у нее на глазах слезы.
- Я... ничего. Я не... А чего ты от меня хочешь?
- Чтобы все было, как раньше. Мне нужна твоя дружба. Я хочу с тобой
разговаривать. Хочу стать
человеком, на которого ты можешь положиться.
- Но... Старлинг, ты замужем.
- И поэтому ты даже разговаривать со мной не можешь? Не можешь улыбнуться,
когда видишь в
Большом зале? Ты ведешь себя так, словно я перестала существовать. Пятнадцать
лет, Фитц. Мы
знакомы почти пятнадцать лет, ты узнаешь, что я замужем, и вдруг перестаешь со
мной даже
здороваться.
Я просто стоял и смотрел на нее, не в силах отвести глаза. Старлинг всегда
действовала на меня
завораживающе, но я так к этому и не привык. Воспользовавшись моим
замешательством, Старлинг
бросилась в атаку.
- В прошлый раз, когда я тебя видела... мне был нужен друг. А ты взял и
отшвырнул меня в
сторону. Я была твоим другом много лет, когда ты нуждался в поддержке.
Проклятье, Фитц, я семь лет
делила с тобой постель! А ты даже не спросил, как у меня дела. И отказался сесть
со мной на лошадь,
как будто боялся, заразиться от меня мерзкой болезнью!
- Старлинг! - выкрикнул я, чтобы прервать ее тираду.
Получилось чересчур резко, она вскрикнула от неожиданности и вдруг
расплакалась. Семь лет
нельзя вычеркнуть из жизни - я обнял ее за плечи и прижал к груди.
- Я не хотел причинять тебе боль, - прошептал я ей на ухо.
Я гладил шелковистые волосы, и такой знакомый запах ее духов окутал нас
обоих. И тогда я
решил, что должен объяснить ей то, что мы оба и без того знали.
- Это ты причинила мне боль, когда я обнаружил, что кроме меня в твоей
жизни есть другой
мужчина. Возможно, с моей стороны было глупо рассчитывать, что дело обстоит
иначе. Ты же никогда
мне ничего такого не говорила. Я знаю, что обманывал самого себя. Но мне было
больно.
Старлинг прижалась ко мне и расплакалась еще сильнее. Лошадь явно
чувствовала ее состояние,
переступала с ноги на ногу и, в конце концов, запуталась в поводьях. Продолжая
обнимать Старлинг, я
сделал один шаг в сторону и схватил поводья.
Спокойно. Подожди, - сказал я кобыле, и она немного опустила голову.
Я прижимал Старлинг к груди, надеясь, что она успокоится, но она продолжала
плакать. Она
всегда казалась мне бессердечной и холодной. Но слово "беззаботная" гораздо
лучше к ней подходило.
Старлинг, как ребенок, брала то, что хотела, и никогда не думала о последствиях.
Я же лучше нее
понимал, какими они могут быть, и должен был вести себя иначе. Я заговорил,
почти шепотом, и она
немного затихла, чтобы слышать мои слова.
- Я хочу, чтобы ты знала одну вещь. Тогда я сказал, что, каждый раз обнимая
тебя, думал о
Молли - это неправда. И никогда не было правдой. Мне не следовало так говорить.
Когда я тебя
обнимал, для меня существовала только ты и больше никто. Мне очень жаль, что я
причинил тебе боль
своей ложью.
Она продолжала плакать.
- Старлинг, расскажи мне, что случилось?
- Дело не в том... не только в том, что ты обошелся со мной жестоко.
Понимаешь... - Она
вздохнула. - Я думаю... я подозреваю, что мой муж... Той ночью он сказал, что не
понимал раньше, как
сильно хочет иметь ребенка. Даже несмотря на то, что он не сможет наследовать
имущество своего отца
и ему не нужен свой собственный наследник, он это сказал. И... мне кажется,
он... Наверное... - Она не
договорила, не в силах произнести вслух то, чего больше всего боялась.
- У него появилась любовница? - тихо спросил я.
- Думаю, да! - И Старлинг снова разрыдалась. - Когда мы только поженились,
он хотел меня
каждую ночь! Я, конечно же, понимала, что так не будет продолжаться вечно, но,
когда его пыл начал
утихать, он по-прежнему... Но в последнее время он на меня почти не смотрит.
Даже когда я уезжаю на
несколько дней, а потом возвращаюсь, его больше не переполняет страсть. Он
засиживается допоздна с
друзьями за азартными играми, приходит домой сильно навеселе. Роскошные платья,
украшения, духи
- что бы я ни делала, - он ничего не замечает.
Слова лились потоком вместе со слезами, Старлинг попыталась вытереть
рукавом лицо, но только
размазала слезы по щекам, и я предложил ей свой платок.
- Спасибо. - Она вытерла глаза, потом сделала глубокий вдох, расправила
плечи и выдохнула.
- Думаю, я ему надоела. Он смотрит на меня и видит немолодую женщину. Я стою
перед зеркалом и
разглядываю свою грудь, живот, морщины на лице... Фитц, неужели я так сильно
постарела? Неужели
он жалеет, что женился на женщине, которая намного его старше?
Я не знал ответов на ее вопросы и потому просто обнял за плечи.
- Сегодня холодно. Давай не будем стоять на месте, - предложил я, чтобы
выиграть пару минут
на размышление.
Так мы и двинулись дальше по дороге: Старлинг обнимала меня за пояс, а ее
лошадь покорно
шагала за нами.
Через некоторое время она тихо проговорила:
- Знаешь, я вышла за него, чтобы, наконец, успокоиться и чувствовать себя в
безопасности. Он
не хотел детей, у него большое состояние, он привлекателен, и он был. от меня в
восторге. Однажды я
подслушала, как он сказал другу, какое испытывает удовольствие оттого, что может
представлять меня
как свою жену. Ведь все знают, что я менестрель королевы. Он гордился моей
славой, и мне это
нравилось. Когда он попросил меня выйти за него замуж и всегда принадлежать ему,
я испытала...
знаешь, такое ощущение, будто мой корабль вошел в тихую гавань, Фитц.
После стольких лет странствий, какая судьба меня ждала, когда я потеряю
голос или королева
перестанет меня жаловать? Я даже и представить себе не могла, что, выйдя за него
замуж, буду
вынуждена расстаться с тобой. А потом, когда ты твердо сказал, что иначе и быть
не может, ну... я
ужасно на тебя разозлилась, потому что считала, что время, которое мы провели
вместе, принадлежит
только нам. Я испытала настоящее потрясение оттого, что ты у меня все отнял и
мои желания не имели
для тебя никакого значения. Но ведь у меня остался мой лорд Фишер. И я убедила
себя, что заплатила
не слишком высокую цену за спокойную старость.
Старлинг замолчала, и мы слышали лишь голос ветра, который метался между
нами. Я думал, она
сказала все, что хотела, но она снова заговорила:
- Но, если он заведет любовницу и она забеременеет или я перестану его
интересовать как
женщина... получится, что я потеряла тебя из-за ложной иллюзии, что мои сети
снова пусты.
- Старлинг, неужели ты думаешь, что королева Кетриккен или Чейд допустят,
чтобы ты
испытывала в чем-нибудь нужду? Ты должна знать, что они всегда будут о тебе
заботиться.
Она вздохнула и вдруг как-то разом постарела.
- Постель, еда и одежда. Да, наверное, об этом мне беспокоиться не стоит.
Но когда-нибудь
наступит день, когда я не смогу больше петь. И тогда меня перестанут почитать...
перестанут считать
красивой и желанной. Я превращусь из Старлинг Песенницы в Старую Каргу, тихо
доживающую свои
дни в каком-нибудь темном углу замка. Я никому не буду нужна, и, в конце концов,
останусь одна.
Неожиданно я увидел ее совсем другими глазами. Возможно, такой она была
всегда. Старлинг
беспокоили только ее собственные заботы и благополучие. Она была хорошим
менестрелем, не просто
хорошим, а очень талантливым, но не обладала даром, который сохранил бы ее имя
для потомков.
Кроме того, она не могла иметь детей, и потому любой из ее мужчин мог
предпочесть Старлинг другой
женщине, способной его очаровать и подарить ему наследников. С годами ее красота
потускнеет, и
страх остаться никому не нужной станет еще сильнее. Поскольку у нее нет детей,
которые привязали бы
к ней мужа, она боялась его потерять, когда он перестанет находить их совместные
постельные утехи
соблазнительными для себя.
Наверное, это главное, что нравилось Старлинг во мне: для меня она всегда
была желанной, а ее
тело привлекательным. Кроме того, я до определенной степени ей принадлежал. Она
знала мою тайну, а
я, как любовник и мужчина, никогда не требовал от нее больше того, что она столь
легко мне отдавала.
Лишившись моего безоговорочного энтузиазма, с которым я принимал ее в своей
хижине и постели, и
столкнувшись с угасающим интересом мужа, она испугалась, что перестала быть
интересна как
женщина. Однако я не мог схватить ее в объятия и потратить час на то, чтобы
доказать, что для нее еще
не все потеряно, как не мог заверить в любви ее мужа. Я изо всех сил пытался
придумать способ ее
утешить.
Неожиданно я остановился и заставил Старлинг встать на расстоянии вытянутой
руки. Затем я
сделал вид, что разглядываю ее лицо и фигуру, словно намереваюсь дать им
надлежащую оценку. Но,
по правде говоря, я видел перед собой лишь менестреля Старлинг, и больше никого.
Впрочем, мне
удалось заставить себя ухмыльнуться и сказать:
- Если твой муж не считает тебя желанной и соблазнительной, значит, он
дурак. Уверен, что
многие мужчины в Баккипе с радостью разделят с тобой постель, ты только намекни.
И я тоже -
сложись обстоятельства иначе. - Я напустил на себя задумчивый вид. - Хочешь, я
ему это скажу?
- Нет! - выкрикнула она и рассмеялась, хотя я видел, что это далось ей с
трудом.
Я взял ее за руку, чтобы она оказалась не слишком близко ко мне, и мы пошли
дальше.
- Фитц... - через некоторое время смущенно проговорила Старлинг. - Ты хоть
немножко меня
любишь?
Я знал, что должен ответить на ее вопрос быстро. И на самом деле мне даже
не пришлось лгать.
- Да. - Я посмотрел ей в глаза и добавил: - Иногда ты причиняла мне боль.
Говорила жестокие
вещи и совершала поступки, которые я не мог принять. Я поступал с тобой точно
так же. Но ты
совершенно права: пятнадцать лет. Когда люди столько времени вместе, они многое
принимают как
данность. Недостатки и достоинства. Сколько песен ты спела для меня около моего
очага? Сколько
ужинов я для тебя приготовил? Пятнадцать лет превращают претензии и радости в
обычную жизнь. Мы
с тобой слишком легкомысленно относились к чувствам друг друга. Точно то же
самое происходит со
мной и Чейдом. Просто мы знаем, что прожитые вместе годы и то, что мы собой
представляем, важнее
обидных слов, сказанных в порыве гнева.
- Я тебя обманула, - помолчав немного, тихо проговорила Старлинг.
- Да, обманула. - Я вдруг понял, что больше не сержусь на нее. - А я тебя
разочаровал. Я
думал, что имею право поступать со своей жизнью так, как считаю нужным, вне
зависимости от твоего
к этому отношения. И такое же право есть у тебя. Ты вышла замуж. Я выбрал жизнь
вдалеке от людей, в
полном уединении. Таков был выбор каждого из нас. Но я хочу, чтобы ты знала:
сколько бы лет не
прошло, даже если мы никогда больше не будем делить постель и ты постареешь, я
всегда буду очень
высоко тебя ценить. Всегда.
Верил ли я до конца в то, что сейчас ей сказал? Нет. Но как бы там ни было,
она оставалась моим
другом и нуждалась в поддержке. Мои слова немного ее успокоили, а мне ничего не
стоили. Я
незаметно ухмыльнулся: Старлинг спала со мной по той же самой причине, по
которой я сейчас
произнес то, что она хотела услышать.
Она кивнула и снова заплакала. Мы некоторое время шли молча, а потом она
спросила:
- Что мне делать с мужем?
Я покачал головой.
- Не знаю, Старлинг. Ты его любишь? Хочешь быть с ним?
Она смущенно кивнула, отвечая сразу на оба вопроса.
- Ну, в таком случае, думаю, ты должна ему это сказать.
- И все?
- Мне кажется, ты не у того спрашиваешь, - пожав плечами, ответил я. -
Человек, которому
больше повезло в любви, наверное, сможет дать тебе более разумный совет.
- Например, Чейд.
- Чейд? - Я был потрясен и одновременно удивлен, но не устоял перед
искушением и
совершенно спокойно сказал: - Да, пожалуй, Чейд сможет тебе помочь.
Я пожалел, что не смогу присутствовать при их разговоре.
- Наверное, ты прав. Ему удается держать свои похождения в тайне, а его
любовницы всегда
всем довольны. Даже когда он решает расстаться с какой-нибудь из них... -
задумчиво проговорила
Старлинг и рассмеялась, увидев потрясение у меня на лице. - Понятно. Даже ты не
знал о его связях.
Да, ты прав, он самая подходящая кандидатура. Мне еще ни разу не доводилось
слышать, чтобы какаято
женщина его бросила - он всегда уходит первым. А ведь он уже далеко не молод.
Ладно, поговорю
с ним сегодня вечером, когда буду делать доклад.
Ее последние слова вызвали у меня подозрение, и я решил рискнуть.
- Значит, ты надеешься обнаружить, где поселился однорукий?
Старлинг искоса посмотрела на меня, словно я отыграл очко в игре.
- Раньше, чем ты. А еще он попросил напомнить тебе, чтобы ты держался
подальше от Лодвайна,
- когда я тебя нагоню. Естественно, в городе его знают под другим именем, иначе
Чейд уже давно
нашел бы его. Ладно, я тебе передала его слова. Кстати, он заверяет, что в
данном вопросе лучше тебя
понимает, что следует делать.
- Или он так думает, - холодно заявил я. Значит, мы со Старлинг встретились
неслучайно.
Чейду каким-то образом удалось узнать, что я покинул замок, и он выслал Старлинг
вдогонку, чтобы
помешать мне встретиться с Лодвайном. А заодно дать мне возможность помириться с
менестрелем.
Как же старик любит дергать всех за веревочки! Он неисправим... Я понял, что
улыбаюсь.
- Ну, в таком случае, тебе лучше сесть в седло и продолжить путь верхом,
если ты намерена
отыскать Лодвайна раньше меня.
Старлинг наградила меня удивленным взглядом.
- Ты все равно пойдешь в город?
- Да, у меня там полно дел.
- Каких, например?
- Нед.
- Он в городе? Я думала, он остался в твоей хижине.
Получается, Старлинг знает далеко не все, что известно Чейду. Утешительно,
конечно, но не
слишком.
- Нет. Одной из главных причин, по которой я вернулся в Баккип, было то,
что мне
представилась возможность определить его учеником к хорошему мастеру. Сейчас он
работает у
Гиндаста.
- Правда? И у него получается?
Клянусь всеми богами на свете, мне ужасно хотелось ей соврать и сказать,
что дела у Неда идут
просто великолепно.
- Он с трудом привыкает к жизни в городе, - осторожно ответил я. - Впрочем,
думаю, он
справится.
- Нужно будет зайти повидать его. Гиндаст - мой давний поклонник. Неду не
повредит, если я
поинтересуюсь его делами.
В представлениях Старлинг о славе и ее значении было столько наивности, что
я даже не смог на
нее обидеться. Неожиданно она замолчала, словно ей в голову пришла мысль,
которая ее удивила.
- Слушай, может быть, он все еще на меня сердится? Она так легко причиняла
другим боль, что
ей, должно быть, казалось, будто они так же легко забывают обиды. Наверное, это
проклятье всех
менестрелей - талант играючи разбрасываться словами. Заметив мои колебания,
Старлинг сказала:
- Значит, все-таки сердится, так ведь?
- По правде говоря, я не знаю, - поспешно ответил я. - Ты довольно сильно
оскорбила его
чувства. Но у него сейчас гора своих забот, да и у меня тоже. Так что мы с ним
это не обсуждали.
- Ну, хорошо. Тогда, наверное, мне нужно с ним помириться. Если удастся, я
утащу его у
Гиндаста на целый вечер. Уверена, мастер отпустит мальчика со мной. Сначала я
его хорошенько
накормлю, а потом покажу районы города, которые ученикам показывать не принято.
И нечего
хмуриться. Нед всего лишь мальчишка. Вот увидишь, мы с ним скоро снова будем
друзьями. А теперь
мне действительно пора. Фитц, я рада, что между нами снова все хорошо. Я по тебе
скучала.
- Я тоже по тебе скучал, - сказал я, начисто забыв о честности.
Мне стало интересно, как отнесется Нед к ее приглашению и поймет ли
Старлинг, насколько
сильно он повзрослел и изменился. На самом деле я мечтал только об одном - чтобы
она оставила его
в покое, но я не знал, как сказать ей это, не причинив новой обиды. Очевидно,
Чейд хотел, чтобы у нас с
ней снова установились хорошие отношения. Я дал себе слово выяснить, зачем ему
это нужно.
Я помог Старлинг забраться в седло и улыбнулся, когда она посмотрела на
меня сверху вниз. Она
улыбнулась мне в ответ, и я понял, что сказал правду - я действительно по ней
скучал. И предпочитаю,
чтобы она мне улыбалась, а не швыряла в лицо всякие мерзости. Впрочем, Старлинг
чуть все не
испортила, когда, ухмыльнувшись, спросила:
- Слушай, скажи мне правда, чтобы мы смогли забыть последнее оскорбление,
которое я тебе
нанесла. Лорд Голден действительно предпочитает юношей девушкам? Поэтому никому
из придворных
дам не удается завлечь его в свои сети?
Мне удалось удержать улыбку на лице.
- Насколько мне известно, он предпочитает спать в одиночестве. Несмотря на
явные
заигрывания, свидетелем которых я был, мне еще ни разу не удалось застать когонибудь
у него в
постели. - Я помолчал, а потом добавил уже тише, всей душой содрогнувшись от
ненависти к себе: -
Подозреваю, что он очень скрытен и осторожен. Но я всего лишь телохранитель,
Старлинг. И не могу
знать всех его тайн.
- Понятно, - ответила она, разочарованная тем, что я не сказал ничего
интересного.
Менестрели просто обожают скандальные сплетни. Она не раз говорила мне, что
самые лучшие
песни возникают из слухов. Я думал, что теперь-то уж она уедет, но Старлинг
снова меня удивила.
- Хорошо. А как насчет тебя, Фитц?
- Я - как мой хозяин, - вздохнув, ответил я, - предпочитаю спать один.
- Разве нельзя иначе? - спросила Старлинг, приподняв одну бровь.
- Старлинг, - предупредил я.
- Ладно. - Она рассмеялась, и мне показалось, что почему-то мой ответ ее
успокоил.
Ведь он означал, что я не нашел ей замену. А, отказав ей, лишал себя
очевидного удовольствия.
Думаю, она осталась довольна. Старлинг послала мне воздушный поцелуй и ускакала
прочь. Покачав
головой, я некоторое время смотрел ей вслед, а затем зашагал дальше по дороге в
город.
Несколькими минутами позже мимо меня проскакал Сивил Брезинга, который тоже
направлялся в
город. Несмотря на заснеженную скользкую дорогу, он мчался вперед и даже не
удостоил меня
взглядом. Сомневаюсь, что он меня узнал, но если и узнал, сейчас его явно
занимало другое. Я успел
заметить, что он без перчаток и с непокрытой головой, плащ, словно крылья,
развевался у него за
спиной. Казалось, он покинул замок в страшной спешке. Может быть, причина в том,
что принц
отказался утром отправиться с ним на прогулку и ему нужно предупредить кого-то,
что планы
изменились? Я тихонько выругался и поспешил за ним, но Брезинга быстро скрылся
из виду.
Сообразив, что мне его не догнать, я остановился, пытаясь отдышаться.
Спокойно, уговаривал я
себя. Спокойно. Я не могу узнать, что произошло с Сивилом. Значит, не будем
менять планов и
займемся поисками Лодвайна. Почему-то я не сомневался, что при этом мне удастся
выяснить и куда
торопился Сивил.
Первым делом я решил побывать на рынке. Там я купил красный шарф и
приличный нож, при
этом постоянно расспрашивая всех подряд, где я могу найти свежее козье мясо для
особого
джамелийского блюда, которое вдруг потребовал мой хозяин. Я получил несколько
указаний, но,
главным образом, меня отправляли к фермерам, державшим коз за городом. Только
двое из них жили в
городе, и один - неподалеку от улицы Кузнецов.
Короткий зимний день уже близился к вечеру, когда я шагал в сторону улицы
Кузнецов. Лично
меня вполне устраивало, что на город начали спускаться сумерки. Владелец коз,
которого мне
порекомендовали, держал всего несколько голов, больше ради молока, чем на мясо.
Я нашел его дом по
запаху и в темноте осторожно к нему подошел. В окно я увидел семью с тремя
детьми, занимающуюся
вечерними делами. В сарае за домом обнаружил около дюжины коз. К балкам были
подвешены головки
сыра. Самым отвратительным существом, которое мне встретилось, был старый козел
с налитыми
злобой желтыми глазами. Я ушел так же тихо, стараясь не привлекать внимания и
размышляя над тем,
не ошибся ли я. Возможно, звуки, услышанные мной, когда я проник при помощи
Скилла в
воспоминания Олуха, не имели ничего общего с тем местом, где сейчас находился
Лодвайн. Или
заговорщики встречаются не там, где поселился вождь Полукровок.
Я обошел еще три небольших домика, расположенных неподалеку, но видел лишь
людей,
собиравшихся ко сну. Между заброшенным сараем и следующим домом я наткнулся на
лошадь Сивила.
Она была привязана к забору и еще тяжело дышала. Почему он ее здесь оставил -
чтобы она не
слишком бросалась в глаза? Я замер на месте. Если я обнаружил место, где
прячется Лодвайн, значит,
здесь должны быть сторожа - люди или животные, наделенные Уитом. Вполне
возможно, что меня
уже заметили. От этой мысли по спине у меня пробежал холодок. Впрочем, я
понимал, что изменить
ничего не могу. Я подошел поближе, стараясь ступать тихо по утоптанному снегу.
Когда я скорчился в тени, я вдруг услышал стук приближающихся копыт. В
городе Баккип мало
кто ездит верхом. Крутые, выложенные булыжником улицы не слишком удобны для
прогулок в седле, а
держать лошадь в городе, где от нее не слишком много прока, накладно. Судя по
звуку, к дому
приближался большой тяжелый конь. У входа грохот копыт стих. И почти сразу же
распахнулась дверь.
Какой-то грузный человек вышел на крыльцо и приветствовал всадника словами:
- Я не виноват. Не знаю, зачем он сюда явился, а на мои вопросы он отвечать
не желает. Сказал,
что будет говорить только с тобой.
Я сразу узнал голос из воспоминаний Олуха: к этому человеку его привели в
самый первый раз.
- Я разберусь, Пэджет. - Голос Лодвайна.
Его тон пресек все попытки Пэджета объяснить происходящее. Я спрятался за
лошадью Сивила и
слышал, как Лодвайн соскочил на землю.
- Молот, иди с ним, - приказал он коню, и я мельком увидел тень крупного
мужчины,
державшего на поводу коня вождя Полукровок, с которым тот был связан Уитом.
Мужчина провел жеребца мимо дома в сторону покосившегося сарая.
Я сразу вспомнил этого человека, он сопровождал Лодвайна, когда они
пытались захватить
принца. Лодвайн вошел в дом и с грохотом захлопнул за собой дверь. Через
несколько минут Пэджет
вернулся из сарая и последовал за ним.
Дом был добротным, все щели заделаны, а ставни плотно закрыты, чтобы не
впускать внутрь
зимний холод. Я не мог заглянуть туда, но прекрасно слышал громкие голоса тех,
кто находился за
дверью. Впрочем, слов я не разбирал. Тогда, прячась в тени, я прижал ухо к стене
и прислушался.
- Ты что, идиот? Зачем ты сюда явился? Я же тебя предупреждал, чтобы ты
здесь не появлялся и
не пытался со мной встретиться! - В голосе Лодвайна звучала неприкрытая ярость.
- Я пришел сказать, что наш договор больше не имеет силы.
Мне показалось, что я узнал голос Сивила, но он прозвучал слишком
пронзительно и был полон
страха.
- Ты так думаешь? - Снова Лодвайн, и внутри у меня все похолодело, когда я
услышал угрозу в
его голосе.
Сивил тихо ответил. По-видимому, что-то вызывающее, потому что Лодвайн
громко
расхохотался.
- Ты ошибаешься. Я сам решу, когда ты перестанешь на нас работать. И это
произойдет только
тогда, когда ты будешь больше мне не нужен. Впрочем, ты поймешь, что перестал
быть мне полезен,
потому что ты перестанешь быть живым. Ты понял мой намек, Сивил Брезинга? Будь
мне полезен,
мальчик. Ради своей матери, если уж не ради себя самого. Ну, какие новости ты
мне принес?
- Ради моей матери я вам отвечу - никаких. Я больше не стану ничего для вас
делать. - Голос
Сивила дрожал от страха и решимости одновременно.
Насколько я помнил, Лодвайн был человеком прямым. Похоже, он успел
научиться неплохо
владеть левой рукой. Я услышал, как тело Сивила Брезинги ударилось о стену. А
потом прозвучал
ласковый голос:
- И почему бы это, приятель?
Ответа не последовало, и я испугался, что он убил юношу одним ударом.
- Поднимите его, - приказал Лодвайн кому-то.
Я услышал, что по полу протащили стул, скорее всего, чтобы усадить на него
Сивила. Через
несколько мгновений снова прозвучал голос Лодвайна:
- Я задал тебе вопрос, дружище. С чего это ты вдруг решил меня предать?
Голос Сивила звучал не слишком внятно, видимо, удар пришелся в челюсть или
зубы.
- Я не предатель. Я вам ничего не должен.
- Неужели? - Лодвайн громко расхохотался. - Твоя мать все еще жива. Разве
ты не должен мне
за это? Да и ты жив. Разве она не моя должница? Не будь дураком, парень. Как ты
може
...Закладка в соц.сетях
