Жанр: Фантастика
Таня гроттер 08. Таня гроттер и ботинки кентавра
...алый собирался дать
грандиозный военный парад в честь состоявшейся помолвки своего сына Форна и дочери
Бэра III принцессы Августы.
Здесь же, в нескольких ночных заплывах от От-И-Тиды, за все прошедшие дни они
встретили только один фрегат, да и тот был слишком далеко, чтобы с него можно было
что-то толком разглядеть. Зато Левиафан, заметив корабль, так возбудился, что едва не
кинулся в погоню, собираясь обдать экипаж паром, сшибить хвостом мачту и пробить
головой борт корабля чуть ниже ватерлинии. Именно такой способ атаки чаще всего
применяют водные драконы в борьбе с неприятельским флотом. Струи пара и кипятка
отгоняют экипаж от пушек и гарпунов. Сшибленная мачта лишает корабль подвижности. Ну
а удар головой в борт, служащий приглашением океанской воде проникнуть в корабельные
трюмы, ставит точку в этой истории.
И-Вану чудом удалось отвлечь внимание Левиафана от фрегата. Он считал ночи и
внимательно вглядывался в берег. Две ночи... три... Эта ночь была четвертой. Значит, завтра
они доберутся до Бухты Птицы, где их будет ждать Мардоний.
Левиафан вернулся за два часа до рассвета. Он был сыт и пыхтел от удовольствия.
Впервые за все дни ему удалось наткнуться на косяк тунца и сильнейшим ударом хвоста по
воде оглушить немало рыбы. Вопреки предсказаниям кентавра, инстинкт все же брал свое и
мало-помалу Левиафан восстанавливал утраченные в неволе навыки.
И-Ван к тому времени успел уже развести костер, согреться и поесть. Вновь увидев
Левиафана у берега, И-Ван встал. На берегу змеился дымок потухающего костра.
- Нам пора. Мы потеряли много времени, поэтому тебе придется плыть быстро. Днем
где-нибудь пересидим, а завтра встретимся с Мардонием, - сказал он Левиафану.
Дракон зевнул. Он так объелся, что ему хотелось только одного - спать. Но И-Ван знал,
что холодная вода и плавание быстро приведут дракона в чувство и смоют с него остатки
сна.
Перед тем, как зайти в воду и перебраться на шею к дракону, И-Ван снова вернулся к
портрету девушки на песке. Ему хотелось взглянуть на нее хотя бы еще раз, прежде чем
навсегда с ней расстаться. Но там ничего уже не было - все смыл волнами неосторожный
Левиафан.
"Прощай!" - пальцем написал И-Ван на песке и, не оглядываясь больше, шагнул в
океан. Дракон уже ждал его.
Утро пошло как-то криво. Все планы, которые прежде казались И-Вану такими
простыми, логичными и неуязвимыми, рушились, как карточный домик. Рассвет наступил
слишком быстро. Колесница Гелиоса выкатилась на небо с такой поспешностью, словно за
ней гналось пьяное языческое божество с мухобойкой, и сразу же начало припекать.
Встречное береговое течение мешало дракону. К тому же берега пошли скалистые, высокие.
Серый камень громоздился неприступными утесами, и И-Ван с тоской думал, что им совсем
непросто будет найти бухту, чтобы отсидеться там в самые опасные дневные часы. То, что
нет кораблей, еще ничего не значит. В скалах - в неприметных с виду трещинах и
расселинах - легко может оказаться дозор или сторожевой пост, который сигнальными
дымами подаст знак, и, когда они все же доберутся до Бухты Птицы, там их будут уже
ждать.
Не случится ли тогда, что вместе с собой они погубят и Мардония?
Час проходил за часом. Берега оставались все такими же неприступными. Ни одной
подходящей бухты или просто укрытия - сплошная стена из камня, кое-где раскрошившегося,
с проросшими в самых немыслимых местах, прямо на отвесных стенах, соснами.
Они - эти корявые красноватые сосны, - упорно цеплявшиеся корнями за скалы и
тянувшиеся к солнцу, казались И-Вану простыми, постоянными и непобедимыми, как жизнь.
Так они плыли почти до полудня, вольно ли, невольно, нарушая все советы мудрого
кентавра. Внезапно Левиафан замер в воде и настороженно повернул голову, но не к берегу,
как можно было ожидать, а от берега. И-Ван, знавший, что древние ящеры обладают
сверхъестественным чутьем и ощущают опасность куда лучше человека, тоже всмотрелся,
но не увидел ничего подозрительного. Ни паруса, ни лодки, только чайки...
- Ты чего? Успокойся! Там же никого нет... Не хватало еще, чтобы ты стал охотиться
за чайками, - сказал он Левиафану, однако дракон никак не мог успокоиться.
Он фыркнул, погрузил голову в воду, сделал несколько быстрых гребков, точно
прикидывал, не нырнуть ли, и вновь уставился туда же, куда и раньше.
- Ты что-то чувствуешь, да? - спросил И-Ван. Разумеется, ответа он не получил.
Левиафан выдохнул тонкую струйку пара и быстро поплыл, изредка поглядывая в ту
сторону, точно стремился избежать встречи с кем-то или с чем-то.
Несколько минут спустя И-Ван различил очень высоко, там, где соприкасались две
большие рыхлые тучи, небольшое пятнышко. Оно быстро приближалось, двигаясь против
ветра. Внешне в этом пятнышке как будто не было ничего, что должно было внушать
опасность, но тревога дракона передавалась И-Вану. И, как оказалось, не напрасно. С каждой
минутой пятнышко росло, и его очертания становились не просто узнаваемыми, а грозно
узнаваемыми.
И вот уже над океаном в полусотне метров над ними завис каменный остров с низкой
стеной, похожей скорее на бетонный парапет набережных, и высокой башней. На вершине
башни помещался большой хрустальный шар, от которого отрывались синеватые молнии.
- Пикирующая крепость Борея! - воскликнул И-Ван.
Все в От-И-Тиде боялись этих крепостей - главного наступательного оружия
города-государства Борея. Крепости налетали всегда внезапно - повелевали ветрами,
вызывали штормы или песчаные бури, разрушали селения и стремительно уносились прочь,
не дожидаясь подхода основных сил. Против них бессильны были водные драконы, которым
нечем защищаться от смерти, обрушивающейся на них с небес. Другое дело драконы магов
Огня, выдыхавшие гремучий огонь во всякую бойницу. Но даже он едва ли мог повредить
заговоренным камням летающей башни и лишь загонял внутрь ее защитников, давая
возможность высадиться десанту боевых магов на коврах-самолетах.
В одно мгновение И-Ван осознал всю опасность их положения. Они были застигнуты и
прижаты к берегу в неудачном месте, у скал. Мелководье мешало дракону нырнуть и уйти на
безопасную глубину, делая его легкой мишенью для крепости.
И-Ван смутно надеялся, что сверху не заметили их, хотя отлично знал, как отчетливо
должен быть виден на прозрачном мелководье громадный Левиафан, скользящий над
шевелящимся ковром водорослей.
Как известно, надежда умирает последней, однако эта надежда приказала долго жить,
едва хрустальный шар выбросил первую молнию. Это была не знаменитая шаровая молния
Пламмельбурга, не фиолетовая молния Арапса и не тонкая, длинная и быстро гаснущая
молния От-И-Тиды, которая хорошо скользила лишь в толще океанских вод и по его
поверхности. Это была самая опасная на всем континенте знаменитая молния магов Борея,
им лучше других были известны тайны облаков, и они использовали их мощь, заключая ее в
хрустальные шары своих пикирующих крепостей.
Вода вздыбилась. Громадной волной даже Левиафана едва не перевернуло на спину -
что же тут говорить об И-Ване? Он уцелел лишь потому, что вцепился в шею дракона,
вместе с ним выдержав первый натиск волны.
Заклинание, наложенное на следующую молнию, было послабее. Там наверху явно
развлекались, направляя их то правее, то левее Левиафана и наблюдая, как мелькает белое
брюхо огромного дракона, который ничего не может сделать с гигантскими волнами,
швырявшими его, как дохлого кита.
И-Вана, давно отпустившего шею Левиафана, тоже швыряло, переворачивало и
увлекало на дно, но все же ему перепадало куда меньше, чем дракону. Он отплыл и
наблюдал за крепостью, торопливо размышляя, что делать.
И-Ван не мог видеть Шурасино - выполняя приказ браслета, осторожный магистр
предусмотрительно наложил на себя заклинание невидимости. Однако он заметил другое.
Всякий раз перед тем, как вспыхивал большой хрустальный шар, метавший в них молнии и
вздымавший волны, - недалеко, у парапета, загоралась маленькая голубоватая точка. Когда
очередная молния ударила совсем рядом и, вздыбив воду, едва не увлекла И-Вана на дно, он
вдруг с внезапной ясностью сообразил, что именно он видел! Пикирующая крепость не
могла стрелять сама. Кто-то наводил ее. Значит, это был энергетический амулет
мага-невидимки, управлявшего огнем хрустального шара. Считая себя в полной
безопасности, маг этот вышел из башни и склонился над парапетом. Теперь он был всего в
десяти или пятнадцати метрах над И-Ваном и перед каждой новой молнией свешивался вниз,
приглядываясь и проверяя, куда попала предыдущая. Амулет его вспыхивал, отдавая приказ
шару.
И-Ван торопливо прикинул расстояние. Он никогда прежде не участвовал в магических
войнах, но, как драконюх, не раз присутствовал при тренировке ящеров, которых учили
выдыхать пар по команде или ударами хвостов создавать защитные волны.
Пикирующая крепость держалась высоко - выше, чем мог добить раскаленной струей
обычный водяной дракон, - но все же не так высоко, как добивал лучший боевой дракон
От-И-Тиды. И И-Ван, знавший возможности своего питомца, все это прекрасно видел.
Разумеется, струей кипятка пикирующую крепость не сбить, да только расчет его был совсем
не на это.
- Пар, Левиафан! Выдыхай пар! - крикнул И-Ван, выныривая рядом с драконом. В этот
момент крепость неторопливо переплывала по воздуху, перемещаясь в более удачный для
обстрела сектор. - Не по башне! По парапету! Вот туда! Ну же, родной, давай!
Едва ли Левиафан сообразил, что такое парапет. Драконы гораздо умнее собак, но все
же они не гении. Зато Левиафан прекрасно понял движение руки и слово "пар". Он раздулся,
вытянул шею, выдохнул, и раскаленная струя рванула вверх, на несколько мгновений окутав
ту часть парапета, на которую показывал И-Ван.
Шурасино невольно схватился за лицо. Его вспыхнувший амулет на длинной цепочке
свесился вниз. И-Ван, барахтавшийся в воде, увидел даже не амулет, а ярко блеснувшую
точку.
Хап-цап!
Мысленно удлинив руку, так что его воля стала продолжением его пальцев, И-Ван
дернул за цепочку. Всю силу своей магии, всю мощь своих четырех стихий он вложил в это
движение... Однако получилось у него что-то или нет, он узнал не сразу. Самое большое
испытание было еще впереди.
Хрустальный шаг пикирующей крепости выбросил молнию, ударившую в воду совсем
близко от И-Вана. Громадная волна захлестнула его, несколько раз перевернула и,
навалившись на него всей своей массой, поволокла на дно. Мир завертелся у И-Вана перед
глазами и стал съеживаться, покрываясь пузырьками. И-Ван попытался дышать, используя
подводное дыхание магов его стихии, но вспененная вода была слишком горячей. Тогда он
что было силы оттолкнулся руками и рванулся наверх, к ускользающему свету. Все мелькало
перед ним - глубины перемешивались с блеском солнца, и И-Ван с трудом представлял уже,
куда плывет. Еще один сильный гребок, и... голова его оказалась на поверхности.
Сражение было кончено. Волны улеглись. Пикирующая крепость больше не стреляла.
В десятке метров от И-Вана в воде беспомощно барахтался долговязый парень, с которого
водой смыло всю магию невидимости.
Левиафан целеустремленно скользил к нему по воде, вытягивая шею. Шурасино
попытался телепортировать, но водная стихия, в которую был погружен он и его амулет,
выпивала из его талисмана всю силу, делая невозможным применение всего чародейского
арсенала Борея. Смекнув это, Шурасино завопил и, как лягушка, заколотил по воде руками.
- Не топи его! Просто возьми в плен! Коолдурав пеонив курране! - крикнул И-Ван,
дублируя человеческий язык распространенной драконьей командой.
Левиафан неохотно подчинился. Мгновение - и визжащий Шурасино уже свешивался
из его пасти. И-Ван перебрался к дракону на шею, и в последний раз оглянулся на
неподвижно зависшую над океаном крепость. Похоже, кроме подростка, которого он
сдернул в воду за шнурок от его амулета, в крепости больше не оставалось магов.
Искушение захватить пикирующую крепость было весьма соблазнительным, и И-Ван не
устоял.
- Эй! - окликнул он Шурасино. - Ты меня слышишь? Я, И-Ван, беру в плен тебя и
твою крепость! Ты можешь сделать так, чтобы она летела за нами? Только без фокусов!
- Да иди ты! - хмуро буркнул Шурасино, оказывая грозному воителю От-И-Тиды
уважения не больше, чем дохлой селедке.
И-Ван потрепал Левиафана по шее.
- Мой бедный дракончик так давно не ел! Его просто мутит от голода... Не правда ли,
малыш?
Объевшийся тунцом Левиафан икнул. Если его от чего-то и мутило, то только от вида
еды.
- Э-э, стой! Я военнопленный! Ты не имеешь права прикончить меня!.. Ладно, я все
сделаю, как ты хочешь! - переполошился Шурасино, мигом утратив всю спесь.
- А ты разве не пытался меня убить? - поинтересовался И-Ван.
- Кто? Я? Кто тебе сказал эту чушь! Я не собирался вас убивать!
- Да уж. Расскажи эту сказочку братьям Вримм! Шурасино снисходительно -
насколько это было возможно, находясь в драконьей пасти, - воззрился на него.
- Я Шурасино, главный магистр Борея! Ты понимаешь, что это означает? Если бы мне
нужна была твоя смерть, я бы там, наверху, просто щелкнул пальцами, произнес заклинание,
и вы с драконом отправились бы на дно! Я же просто обстреливал вас молниями, причем
слабенькими! Если бы ты не сдернул меня за амулет, я бы выпустил еще молний десять и
улетел. Ты сам виноват, что последняя молния оказалась сильнее остальных. Я перепугался,
когда летел с парапета головой вниз, и слегка психанул, - с горячностью заявил Шурасино.
И-Ван внимательно уставился на него. Чутье подсказывало ему, что Шурасино не врет.
- Но зачем ты нас вообще обстреливал?
- Мне так приказали. Наверное, имелось в виду, чтобы я с вами расправился и убил, но
я... В общем, я решил сделать вид, что не совсем понял приказ. Я, конечно, не ангел, но уж
убийцей точно становиться не собираюсь, - сказал Шурасино.
- Кто тебе приказал? Кому мы так досадили? Кто еще мог знать, что мы бежали из
От-И-Тиды?
Магистр Борея насупился.
- А вы бежали, в самом деле? Мне приказал браслет... Он заранее знал, что я найду вас
на мелководье... А теперь вели своей плавающей ящерице меня отпустить! - буркнул он.
Левиафан гневно встряхнул головой, его шея выгнулась, распрямилась, как тетива
лука, и Шурасино, описав высокую дугу, плюхнулся в воду.
- Осторожнее со сравнениями. Он многое понимает. А теперь залезай позади меня! Для
такого пловца, как ты, здесь явно глубоковато, - предупредил И-Ван.
Недолго поразмыслив, Шурасино уцепился за чешую дракона и, пыхтя, полез вверх.
И-Ван помог ему, бесцеремонно ухватив его за мокрую мантию.
- А что этот... браслет... называл тебе мое имя? - спросил он.
- Нет. Просто приказал, чтобы я летел на запад и атаковал мальчишку и дракона,
которых встречу на мелководье. Он ЗНАЛ, что вы тут будете, - Шураснно уселся на
драконью шею позади И-Вана и принялся отряхивать свой амулет, чтобы он поскорее
просох.
- Хм... А ты всегда такой послушный? Делаешь то, что тебя велят?
- Он умеет убеждать, ты уж поверь. Не хотел бы я быть на месте того, кто ослушается
его приказа. Большей боли не испытаешь и на раскаленной сковороде, - пояснил Шурасино,
с тревогой размышляя, знает ли уже тот, кто стоит за браслетом, о постигшей его неудаче.
И-Ван похлопал Левиафана по шее, поощряя успокоившегося дракона продолжить
плавание. Он опасался, что вспышки молний и рев дракона не остались незамеченными с
берега, а значит, чем скорее они покинут это место, тем лучше. Левиафан фыркнул и быстро
поплыл, изредка не без опасения оглядываясь на следующую за ними пикирующую
крепость.
Первым молчание нарушил Шурасино, который уже минут пять с беспокойством
поглядывал на свой амулет. Тот совсем уже просох, но Шурасино не покидало ощущение,
что телепортировать сейчас опасно, даже на очень короткое расстояние. Почему - он не смог
бы объяснить и сам, но, как маг и причем опытный, он привык доверять интуиции больше,
чем логике.
- День сегодня дурацкий. Одно задание завалил, а еще нужно было подобрать на холме
девицу, - пожаловался он.
- Твоя девушка? - спросил И-Ван.
- Почему обязательно моя? Просто абстрактная девица. Я даже не знаю, как ее зовут, -
вознегодовал Шурасино.
- Тоже этот устроил свидание? - поинтересовался И-Ван, кивая на широкий браслет на
запястье у борейского мага.
- Да.
- И что, тоже будешь обстреливать ее молниями? - спросил И-Ван, вспоминая о
девушке, чье лицо он нарисовал и поцеловал сегодня ночью на песке. Он уже знал, что
всегда будет искать ее. Пока не найдет... Если же не найдет, то поиски будут продолжаться
вечно.
- Нет. Ее требовалось доставить в Арапе. Только и всего, - сказал Шурасино.
- Но ты ведь мысленно настроился на свидание? Так или не так?
- Ни на что я не настраивался! Отвяжись! Свою бабушку допрашивай! - рассердился
магистр.
- Я не помню своей бабушки. Ничего не помню, - сказал И-Ван.
- Совсем ничего? - внезапно заинтересовался борейский маг. - А вот с этого места,
пожалуйста, подробнее.
- Когда ты потерял память? Примерно с год назад, не так ли?
И-Ван повернулся так резко, что едва не столкнул Шурасино с шеи Левиафана.
- Откуда ты знаешь?
- Я первый спросил! - быстро затарахтел Шурасино. - Возможно, ты появился вдруг
непонятно где и ничего о себе не знал... Просто как заново родился, разве что говорить умел.
Побрел куда-то, растерянный, испуганный, не понимая, на каком ты свете, а тут тебе
навстречу какой-нибудь мужик в соломенной шляпе: "Ба, да это же И-Вась! Чего не
здороваешься, зазнался? Забыл, как мы вместе опилки в гречку подсыпали?" Ну как, в общих
чертах верно?
- Примерно так все и было. Но меня зовут И-Ван! И опилки я в гречку не подсыпал. И
наткнулся я не на мужика в соломенной шляпе, а на стражников От-И-Тиды.
- Неважно, - небрежно отмахнулся Шурасино. - Это частности. Я же, как яркая
личность, предпочитаю мыслить глобально.
Скалы оставались все такими же неприветливыми. Ни единой бухты, ни единого
укрытия. Плыть было опасно, отгребать далеко в океан неразумно, находиться на месте
просто глупо. Дважды им попадались лодки, но рыбаки еще издали при их приближении
торопливо начинали грести к берегу.
- Ну вот, первые голубки полетели! Скоро нас будут встречать с военным оркестром, -
грустно сказал И-Ван.
Он оказался прав. Когда с вершины одной скалы усиленный сторожевой пост
От-И-Тиды, состоящий из двадцати солдат и магфицера, увидел пикирующую крепость,
которая медленно двигалась по воздуху за плывущим драконом, мысли солдат потекли во
вполне предсказуемом русле. Они решили, что их враги борейцы выследили дракона и
теперь летят за ним, выбирая момент для атаки. Несколько солдат бросились к катапульте, а
магфицер, прошедший ускоренную подготовку в школе боевых магов, вскинул короткий
магический жезл - один из ста двенадцати жезлов водной стихии и всего лишь тридцать
восьмой в списке редчайших артефактов стихии, чем магфицер втайне гордился.
- Тритоно посейдоним пропертит куингиррис эоапоу! - решительно произнес он
длинное заклинание и атаковал пикирующую крепость вертикальным столбом воды,
который отбросил крепость на добрые двадцать метров в сторону и, не отпуская, завертел.
Тем временем солдаты прицельно выстрелили из заговоренной катапульты и первым же
камнем разворотили ворота, убедив И-Вана, что и в арсенале водной магии много чего есть
против магии воздушной.
Левиафана закружило в бурлящей воде вокруг атакующего крепость столба. Сверху на
них сыпались камни. Два совсем немаленьких ударили по броне Левиафана - к счастью, в
самом крепком ее месте, на спине. Дракон гневно заревел и, вскинув морду, обдал крепость
струей кипятка. Простодушному дракону сложно было объяснить, кто на чьей стороне воюет
и зачем.
И-Ван понимал, что, пока двадцатиметровый водный столб все так же будет
вздыматься в опасной близости, все силы Левиафана уйдут на то, чтобы не попасть в него.
Когда же с пикирующей крепостью будет покончено, солдаты, вне всякого сомнения,
заинтересуются драконом и теми, кто на нем. Возможно, Шурасино еще оставят для обмена
военнопленными, но его-то сразу вздернут, едва связавшись с От-И-Тидой.
- Недурно... Смотри, как ее трясет! Не иначе, как у водников там сильный артефакт!
Когда они смоют всю левитационную замазку, крепость рухнет прямо на нас. Избежать
сражения все равно не удастся. Ты не против, если я сделаю твоим друзьям замечание? -
крикнул Шурасино.
- Они не мои друзья. Я больше не служу Гуссину!
- Вот и хорошо. После того, что я сейчас устрою, ты точно не сможешь вернуться. Есть
одно славное заклинание. Правда, профессор Шмокодявкинс сказал бы, что это все равно,
что стрелять из пушки по мухам, но все же... - с предвкушением произнес магистр.
Обхватив левой рукой шею дракона, Шурасино вскинул амулет, зажав его между
пальцами.
- Геферро лизидум орнданаск фрамен куккило реагеапа! - промурлыкал он, точно кот.
Хрустальный шар полыхнул длинной молнией. Молния ударила в тучу, пронизала ее,
наполняясь энергией. Небо потемнело. Бесконечно длинная молния зигзагом ударила в
вершину скалы и походя, как спичку, сожгла катапульту. Послышался страшный грохот и
треск. Вершина скалы, срезанная наискось точно ножом, начала неторопливо съезжать в
океан. Магфицер успел описать жезлом круг и телепортировал вместе с солдатами.
Шурасино, которому не нужно было уже цепляться за дракона, принял более-менее
вертикальное положение.
- Ты видел, что я могу, если работаю в полную силу?
- Теперь ты понимаешь, что я тебя жалел? - самодовольно обратился он к И-Вану.
- А кто этот профессор Шмокодявкинс? - поинтересовался И-Ван.
- Мой злейший критик! Ему не нравится все, что я делаю. Стоит мне опубликовать
новое заклинание или написать работу - профессор Шмокодявкинс жадно прочитывает все в
первый же день и мгновенно обрушивается на меня с критическими замечаниями.
Получается, что и я ничтожество, и заклинания мои дрянь и все на свете ничего не значащая
дребедень. На фоне же всей этой бессмыслицы, ханжества и темноты рельефно
просматривается лишь светлый лик профессора Шмокодявкинса.
- А что, он известный маг? - спросил И-Ван.
Шурасино сладко заулыбался, очень довольный вопросом.
- Когда-то в молодости он изобрел заклинание от мозолей и подагры. Прекрасное
заклинание! Мозоли и подагра исчезали начисто. Многие тогда им воспользовались. Это был
настоящий прорыв в магии... Но через два года обнаружилось, что заклинание имело
побочный эффект. Ступня необратимо превращалась в копыто. После такой грандиозной
неудачи профессор Шмокодявкинс поспешно свернул свою лавочку и занялся
исключительно критикой.
- Может, тебе стоит обращать на Шмокодявкинса по меньше внимания? Хотя бы не
читать всю эту его критику? - посоветовал И-Ван.
- Ну уж нет! Должна же у него быть какая-то цель в жизни, или он просто зачахнет.
Так и быть - наполню его жизнь смыслом и красками! - возмутился Шурасино.
Левиафан продолжал быстро плыть вдоль берега. И-Ван жадно вглядывался в его
очертания. Интуиция, которой он привык доверять, подсказывала, что уже вот-вот, совсем
немного... Но где же, где? Вот серая, наклоненная к океану скала, смахивающая на древнюю
магическую книгу, которая была слишком опасна и потому языческие боги превратили ее в
камень. Вот вытянутая скала с узким выступом на вершине, напоминающим смотровую
бочку из тех, что крепятся на топ-мачте судна. Берег за ней был не виден - скала закрывала
все своим плоским боком, который, точно старыми раковинами, обычно покрывающими
днище парусников, оброс кустарником.
И-Вану казалось, они никогда не доплывут. Скала-бриг ускользала от них в тумане,
оставаясь все такой же далекой, и лишь сосны на ее вершине становились чуть более
различимыми.
Наконец упорный дракон обогнул скалу, и тотчас стало ясно, почему скала так долго
дразнила их. За скалой, словно приз, обнаружилась подковообразная бухта. В центре бухты
был небольшой каменистый выступ, справа и слева от которого точно два крыла
расходились две бухты поменьше. Это было отличное природное убежище, малозаметное со
стороны океана и труднодосягаемое с берега, так как со всех сторон его окружали скалы, а
наверх вела единственная тропинка, лепившаяся к уступам.
- Бухта Птицы! - радостно крикнул И-Ван.
Не дожидаясь подсказки, Левиафан свернул к берегу. Ему давно надоело плыть с
задранной головой, уподобляясь неуклюжей курортнице, которая, обгорев на пляже, решила
освоить брасс, и он рад был возможности отдохнуть от своих седоков и спокойно понырять.
Они еще не достигли берега и пикирующая крепость, тащившаяся за Шурасино, все так
же нависала над ними, когда на уступе, на самой верхней, плоской его чаше возник
отчетливый силуэт вороного кентавра. Он стоял неподвижно, грозно, точно врос в камень, а
в руках в него был лук.
- А вот и Мардоний! - воскликнул И-Ван.
- Я люблю мою лошадку, оглушу ее лопаткой... - с раздражением сказал Шурасино,
ощупывая амулет.
Он только что ощутил странную щекотку, точно кто-то осторожно дышал ему в
волосы. Отлично зная, что это может означать, юный магистр попытался заблокировать
сознание, но не сумел. Кентавр был сильнее. Он прочитывал его легко, точно книгу.
Копыта застучали по камню. Мардоний подскакал к ним. Прежде чем заговорить, он
оглянулся на скалы.
- У меня важный разговор. Но сначала мы должны как можно быстрее покинуть эту
бухту. Скоро здесь будут две сотни солдат. По дороге сюда я напоролся на лазутчика.
Когда я услышал шорох в кустах, было уже слишком поздно. Мне не удалось его
догнать. Я выпустил две стрелы, но без толку, - сообщил кентавр.
- Ты уверен, что это был лазутчик? Может, птица или заяц? - спросил И-Ван.
Кентавр усмехнулся.
- Это был лазутчик, не сомневайся. Лишь самое примитивное знание основывается на
зрении. Знаю, потому что вижу, это не знание. Равно как и верю, потому что вижу, это не
вера... Поспешим. Твой друг может пойти с нами.
- Он не мой друг, он мой пленник. А эта пикирующая крепость - мой трофей, - заявил
И-Ван.
- Отвянь! Тоже мне воитель нашелся. Я тебе сейчас покажу тр
...Закладка в соц.сетях
