Жанр: Драма
Площадь диктатуры
...о больше фамилий.
- Хватит деликатничать! - распаляясь, кричал он. - Эти мерзавцы рядом с нами. Пусть
на каждом предприятии, в каждой парторганизации знают врагов в лицо! И сами принимают
меры! К каждому! Обвалять в дерьме, погрузить на тачку и - за ворота. Рабочие быстро
разберутся, кто есть кто. А не разберутся - подскажем! Или мы не авангард рабочего класса?
Однако непосредственные начальники Николая Владимировича - Воронцов и Кузин -
были людьми в высшей степени осторожными и требовали прямо противоположное.
Промучившись до позднего вечера, Волконицкий не стал испытывать судьбу. Слегка
почиркав стенограмму недавнего совещания с журналистами, оставил выступления Гидаспова,
Кузина, Суркова и Воронцова. Результат должен был устроить всех. Была конкретика, были
фамилии, произнесенные с самого верха - попробуй поспорь! Но до запланированных 11
страниц не хватало двух с половиной. Их заполнила речь Мельниченко, ветерана партии с
пятидесятилетним стажем.
"Старый конь борозды не испортит, хоть и вспашет неглубоко", - подумал Волкницкий
и пошел получать согласующие резолюции.
КОММУНИСТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ СОВЕТСКОГО СОЮЗА
ЛЕНИНГРАДСКИЙ ОБКОМ КПСС
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
Исх. № 961-36-дсп от 09.01.90 г. Для служебного пользования
Возврату в общий отдел не подлежит
Секретарям, зав. отделами ОК КПСС, секретарям горкомов, райкомов, секретарям
парткомов с правами райкома, Общественно-политический центр и идеологический
отдел ЦК КПСС, Политуправление Ленинградского военного округа, Политотдел
Военно-Морской Базы, парткомы военных академий и училищ, ОК ВЛКСМ; в
редакции газет "Ленинградская правда", "Ленинградский рабочий", "На страже
Родины", "Защитник Балтики".
Направляем для закрытого информирования пропагандистов и лекторов системы
партийной учебы и повышения квалификации идеологического актива сообщение о
связи участников и руководителей неформальных политических объединений
негативной (антисоветской) направленности с зарубежными преступными центрами.
Приложение: упомянутое по тексту на 11 л.
Председатель Комиссии обкома КПСС по вопросам анализа, прогнозирования и
взаимодействия с общественно-политическими организациями и движениями В.
Александров
2.7. Не сыскать ключа-ключика во глубок воде
По дороге в Краснодар пришлось сделать две пересадки: в Москве и Харькове. Но,
переплачивая проводникам почти вдвое, он прекрасно понимал: если захотят найти - все
равно найдут!
Горлов засыпал и просыпался, мимо неслись заснеженные поля и голые, черные рощи.
Менялись соседи по купе, но он их не запоминал.
"Беглец бежал быстрее лани, беглец бежал быстрее лани", - строчки привязались
назойливо и неотступно, скрежетали, как колеса вагона - железом о железо, но продолжение
никак не вспоминалось.
Последние дни будто слились в этом стуке, с того момента, когда они сбежали из дома
отдыха. Он так торопился, что даже не стал ждать утра, когда откроется бухгалтерия. Нина
обещала получить деньги за неиспользованные дни потом, после его отъезда. Он толком ничего
ей не объяснил потому, что и сам не понимал случившегося. Однако первая догадка - еще там
во время обыска - позже стала уверенностью: причины связаны с той историей, когда он
попросил Рубашкина помочь в подготовке документации. Горлов думал, что после беседы с
Павлом Владимировичем из КГБ - или - Васильевичем? - все закончилось. Однако, вот -
продолжение!
Где-то он слышал, что КГБ никогда не отпускает своих жертв? Задолго да перестройки
можно было слушать "Голос Америки", травить анекдоты и даже читать "Доктора Живаго", но
только до тех пор, пока тебя не заметили.
Так, что же им теперь от него надо? Горлов искал и не мог найти ответа, однако был
уверен, что самое лучшее - как можно дольше не появляться дома.
Проехали Ростов, и погода переменилась. Солнце грело даже через запыленные окна, в
оврагах лежал снег, а в полях стаяло и местами пробивалась изумрудно яркая зелень.
- Мороз ударит - озимым хана! Природа совсем разладилась, на который год опять без
урожая, - глядя в окно, горестно покачал головой сосед, но Горлов промолчал.
- Суровый ты мужик, на москвича похож, - обратился к нему сосед.
- Раз похож, значит - так и есть, москвич, - сказал Горлов.
- Неужели донского казака обидишь? Не выпьешь за кампанию?
Разлили по полстакана, закусив салом и мягким хлебом, потом молча добавили, пока не
кончилась бутылка. Разговаривать не хотелось, и сосед, видно, что-то почувствовал.
- Вот и моя станция! Брось, не переживай, все образуется. Удачи! - сказал он, выходя
из купе.
Поезд пришел в Краснодар в два часа ночи. Горлов не предупредил Цветкова, и место не
было забронировано, но он все же пошел в гостиницу "Москва", где останавливался раньше.
Горлов долго звонил, пока к дверям не подошел заспанный швейцар.
- Написано же русским языком: мест нет, - едва приоткрыв, проворчал он.
Горлов молча сунул ему пятерку и прошел внутрь.
- Кончай спать, Галка! Выходь и скажи, что некуда, а то от меня не понимают, -
закричал швейцар на весь вестибюль.
Администраторша протирала глаза и на ходу поправляла сбившуюся набок юбку, но
увидев Горлова, узнала и улыбнулась:
- Опять к нам? А заявки на вас нет. Ладно, поселю в исполкомский, но только до утра,
сменщице скажу, что-нибудь придумаем.
Номер стоил больше тридцати рублей, но Горлов вместе с заполненной анкетой положил
в паспорт пятьдесят, и администраторша осталась довольна.
Приняв душ, Горлов лег и, перед тем, как заснуть, подумал, что лучше никогда не ездить
поездом.
Утром его никто не разбудил, и Горлов проспал до одиннадцати. Приняв горячий душ, он
позвонил Цветкову.
- Ты в Краснодаре? - удивился тот. - Вот, не ждал, но очень кстати. Сейчас у меня
запарка, а в три буду в офисе, подъезжай.
В буфете было безлюдно и пусто. Ни масла, ни колбасы не было, только яичница, и
Горлов долго ждал, пока ее принесут. Запив съеденное нетеплым, едва подкрашенным чаем, он
спустился в регистратуру.
Вчерашней администраторши уже не было, а та, что сидела на ее месте, смотрела хмуро и
куда-то в сторону.
- Могу продлить только до вечера с условием по первому требованию.
- Что по первому требованию? - переспросил Горлов.
- Выселение! Если вас не будет, то мы вещи сами вынесем, но лучше - сдайте в камеру
хранения, - сказала она, протягивая квитанцию на доплату.
Уходя из гостиницы, Горлов на всякий случай взял с собой сумку с вещами. Она была
небольшой, но удобной и вместительной. До назначенного Цветковым времени оставалось
больше двух часов. Он походил по базару, купил яблок и кулек орехов. Потом пошел по
Красной улице вниз, по пути заходя в магазины. Деньги у него были, но ничего не
приглянулось. Уже подходя к дому, где находился цветковский кооператив, Горлов заметил
мужчину, которого раньше видел на базаре и в одном из магазинов. Однако тот был совсем не
похож на кагэбэшника.
"У страха глаза велики", - подумал Горлов, усмехнувшись возникшему было
подозрению.
- Извини, брат, запарка! Машину в Сочи отправляю, вздохнуть некогда, - Цветков
опоздал почти на час и, не раздеваясь, уселся напротив.
- Что здесь происходит? Почему никто не работает? - обведя рукой пустую комнату,
просил Горлов.
- Хорошо, что ты приехал - по телефону много не скажешь. Недавно вышли новые
правила: продавать кооперативам по ценам в пять раз выше государственных. Представляешь
во сколько нам лазеры и комплектующие будут обходиться? Мы попробовали смухлевать,
дескать, раньше закупили, на старых запасах работаем, но это же смех один, долго не
продержишься. Первая проверка - и загремим костями об нары. Ради чего, спрашивается?
Прибыли от нашей техники, сам знаешь - кот наплакал! Короче: прикрываем старый
кооператив, создаем новый, торгово-закупочный, с легким, как говорится, производственным
уклоном. Через пару недель в исполкоме зарегистрируют документы, и - вперед! Чуть не
забыл, за мной должок! Включая процент за груши-яблоки, которые ты в Питере пристроил,
выходит двадцать восемь с небольшим тысяч. Округляем - тридцатник! Получи вместе с
портфелем.
- А как же наша тема? Во всех планах стоит, у меня почти весь сектор на ней
держится, - спросил Горлов.
- А что с ней сделается? Внедрение опытного образца оформим без вопросов, медицина
не подкачает. В конце года напишешь отчет, премию распределишь, а отчет - на полку. Не
забивай голову, не в первый раз! Кстати, я для наших уже договорился на "Жигули" без
очереди, сверху - по божески, пять штук. Если хочешь, оставь пятнаху, и через месяц тачка -
твоя.
- Спасибо, подумаю...
- Чего думать? - удивился Цветков. - Бери!
- Пора на черный день копить, мало ли что случится.
- Какой к лешему черный день! Бабки со всех сторон сыпятся, только подставлять
успевай!
- Ну, это уж без меня, - Горлов понял, что их сотрудничеству пришел конец. Стало
грустно, в последнее время Цветков заразил его азартом, удачные сделки даже доставляли
удовольствие, как те несколько машин с фруктами, которые удалось быстро раскидать по
столовым благодаря помощи одноклассника Вовы Алексеева - тот после института работал
товароведом на овощной базе.
- Как без тебя? - вскричал Цветков. - Такие темы светят, похлеще твоей плановой, а
ты в кусты собрался. Это брось, ты нам позарез нужен!
- Фрукты-овощи пристраивать? - спросил Горлов, скривившись как от зеленого
лимона.
- Эта линия тоже накрывается. Наши колхозники совсем оборзели, денег им уже не надо,
дают только по бартеру, да и то с разбором: им шифер, брус, цемент подавай. Но кто ж нам
фонды на стройматериалы даст? Как ни крутись, а без фондов - опять же нары! В общем, мы с
мужиками посоветовались и нашли вариант: собираем лом цветных металлов и - за бугор!
Знаешь сколько тонна меди стоит?
- Рублей двести... или триста, не помню, - ответил Горлов.
- Правильно, деревянными! И никому медяхи не нужны, зеленеют от старости. Только у
нас, в филиале тридцать восемь тонн чистой меди запасено. Зачем? Никто не знает, говорят, на
всякий случай. А за бугром - одна тонна от пятисот до тысячи баксов! А возьми титан или
молибден. Приедешь домой, сходи к себе на пятый склад, поинтересуйся что с какого года
лежит.
- Ты, видно, уже поинтересовался?
- Через Котова получил полную картину. Он же обещал лицензию выбить и с таможней
утрясти. Но не будет же секретарь райкома в мелочи вникать, хлопотней заниматься.
- Он теперь высоко летает, а моя задача, выходит, бегать? - спросил Горлов.
- Зачем бегать? У тебя машина будет. В конце концов, если боишься свои бабки
вкладывать, мы тебе авансом выделим, будешь по доверенности ездить. Первые партии
откачаем - "Жигуль" твой, обещаю.
В дверь заглянул хмурый мужчина лет сорока в промасленном ватнике.
- Погода портится, а мне через перевал ехать, - сказал он Цветкову.
- Погрузили? - спросил тот.
- Уж с полчаса...
- Слушай, Боря, не хочешь до Сочи махнуть? Мужик конечно надежный, но по дороге
может заквасить, случалось с ним такое. А груз, понимаешь, тонкий, не дай Бог... Ты же все
одно в отпуске. Заодно отдохнешь, я позвоню, чтобы хороший номер сделали.
Горлов сразу же согласился, и Цветков схватился за телефон.
- Гостиница "Дружба" в Адлере устроит? У самого моря, финская сауна, директор
встретит, как родного, обещал полный комфорт. Согласен? Я всегда знал, что ты, Боря,
надежный, как скала. А что до нашего разговора, так будем считать, что договорились.
- Хорошо, договорились, но только в принципе, без деталей, - ответил Горлов.
- Детали потом, когда документы сделаем. Я сам прилечу, посидим втроем с Котовым,
все вопросы отрешаем, - обрадовался Цветков.
- Так он со мной и станет решать, он меня на порог не пустит, - одевая куртку, буркнул
Горлов.
- Не пойму, какая кошка у вас пробежала. Что раньше было, то быльем поросло. Котов
- нормальный мужик, сидит на своем месте, все контролирует, деловой, что еще надо?
Выпьете по бутылке и все устаканим. Вы с ним еще подружитесь, вот увидишь!
Через час Горлов уже выехал из Краснодара. В кабине было грязно и пахло бензином,
шофер, скрипя зубами, жевал мундштук с потухшей сигаретой и ожесточенно ругался. Горлов
надвинул на глаза кепку и, привалившись в угол, заснул.
- Вот и море синее, - сквозь сон услышал он и открыл глаза. Фары высвечивали
петляющую дорогу, слева поднимался вверх лес, а с другой стороны было черно и пусто.
- Где море? - спросил Горлов, потерев рукавом глаза.
Он опустил стекло, сквозь шум мотора загудел прибой, навстречу пахнуло свежо и остро.
- Вот оно, Черное! Вот оно, родимое - перед нами, - улыбнувшись, радостно сказал
водитель.
2.8. В подземелье крот скребется
- Гляди-ка, где твой объявился, - Косинов перебросил через стол листок, и Павел
Васильевич едва успел его поймать.
Секретно
Экз. - единств.
ИСХ НР 201/56-05-7-С ОТ 08/01/90
Шифротелеграмма
ЗАМНАЧАЛЬНИКУ УКГБ ПО ЛЕНИНГРАДУ И Л/О,
ГЕНЕРАЛ-МАЙОРУ МОКРОВУ
ИЗ КРАСНОДАРСКОГО КРАЙУКГБ
СОГЛАСНО ВАШЕМУ ЗАПРОСУ НР 386/78-5-С ОТ 11.09.89 УСТАНОВЛЕНО
ПРИБЫТИЕ ОБЪЕКТА "ЗВЕЗДОЧЕТ" КР=ДАР ТЧК ОБЪЕКТ ОСТАНОВИЛСЯ
ГОСТИНИЦЕ " МОСКВА" ТЧК ПОСУТОЧНЫЕ СВОДКИ МЕРОПРИЯТИЙ "С" И
"НН" БУДУТ ОФОРМЛЕНЫ И ВЫСЛАНЫ ВАШ АДРЕС ДОПОЛНИТЕЛЬНО ТЧК
СООБЩИТЕ ДАЛЬНЕЙШИЕ ДЕЙСТВИЯ ОТНОШЕНИЕ ОБЪЕКТА ТЧК
ЗАМНАЧАЛЬНИКА КРАЙУКГБ ПОЛКОВНИК КУЗНЕЦОВ
- Будем там брать? - дождавшись, пока Коршунов вернет бумагу, спросил Косинов.
- На чем брать?
- Подставим Рубашкину иностранца, тот предложит помощь демократическому
движению, даст деньги, возьмет расписку, а после невзначай станет расспрашивать о сути
секретной работы - деталями мы его снабдим точнейшими. По записи беседы и выйдет, что
Рубашкин ему все выдал - не отвертится, голубчик! А дальше - раскрутим твоего
"Звездочета" и дополним план по "Дымку". Хорошо дополним: антисоветчики на службе у
иностранной разведки, продают противнику государственные тайны, - как о решенном сказал
Косинов. Он ничем не рисковал, и его мало волновало, сыграется или не сыграется комбинация:
объект был расписан за Коршуновым - ему и отвечать.
- Сражаясь с ничтожным противником, ни за что не одержать достойной победы, -
невпопад ответил Коршунов.
- Не понял? - раздражаясь, спросил Косинов.
- Я бы не стал торопиться, - неопределенно пожал плечами Коршунов.
- Ни да, ни нет не говорю? Так, что ли, Пал Василич?
- Я бы тебе посоветовал, перед тем как задумывать комбинацию внимательно
ознакомиться с оперданными по объекту...
- Я и ознакомился. Беседу профилактирования ты хорошо провел, квалифицированно,
только из нее шубу не сошьешь, - возразил Косинов.
- Предлагаю доложить твой замысел на утверждение, акцентируя на мерах в отношении
Рубашкина, а "Звездочета" пока не трогать. Никуда он не денется, пусть пока гуляет, - думая
о своем, заключил Коршунов.
Предложенный Косиновым план был хорош, однако он не мог быть выполненным,
поскольку уже был утвержден другой. Через день, максимум - два Рубашкин попадет в
больницу и будет лежать в реанимации долго, очень долго.
Коршунов вспомнил, как поначалу пыжился Котов и как сник, когда понял, что не узнает
ничего сверх допустимого. И по форме - не придерешься. Требовали доложить о мерах - мы
доложили: пресечем! А как и когда пресечем - наше дело. Руководящую роль партии никто не
оспаривает, но и возноситься над Органами никому не позволим!
Как и ожидал Павел Васильевич, план Косинову не утвердили, и через день в Краснодар
ушел ответ.
Секретно
Экз. - единств.
ИСХ НР 479/78-05-11-С ОТ 10/01/90
Шифротелеграмма
ЗАМНАЧАЛЬНИКУ КРАСНОДАРСКОГО КРАЙУКГБ
ПОЛКОВНИКУ КУЗНЕЦОВУ
ИЗ УКГБ ПО ЛЕНИНГРАДУ И Л/О,
НА ВАШ ЗАПРОС ИСХ НР 201/56-05-7-С ОТ 08/01/90 ТЧК МЕР В
ОТНОШЕНИИ "ЗВЕЗДОЧЕТА" НЕ ПРЕДПРИНИМАТЬ ТЧК О ДАТЕ И СПОСОБЕ
УБЫТИЯ ОБЪЕКТА КРАСНОДАРА МЕСТУ ПОСТОЯННОГО ПРОЖИВАНИЯ
ПРОШУ ИНФОРМИРОВАТЬ ТЧК ЗАМНАЧАЛЬНИКА УКГБ ПО Л/О
ГЕНЕРАЛ-МАЙОР МОКРОВ
Рапорт сотрудников "наружки", не заметивших, что Горлов уехал на машине, был
своевременно передан по службе, но из-за отмены активных мер на него не обратили внимания,
аккуратно подшив в дело.
Ситуация могла сложиться совсем иначе, но Косинов допустил незначительную
неточность: готовя ответ, он запросил сведения об отъезде Горлова ИЗ КРАСНОДАРА.
Поэтому запрос без всяких объяснений был спущен в городской отдел КрайУГБ, где не знали,
что объект уже покинул город и выполнили задание по обычной, типовой схеме, взяв под
контроль железнодорожные и авиакассы. Но никаких билетов Горлов в Краснодаре не покупал,
поскольку уже был в Адлере, откуда уехал не зафиксированным спустя неделю. А за это время
случилось непредвиденное, и оперативный интерес к нему исчез.
2.9. Прилетела птица быстрая к морю чермному, да к холодному
До Сочи добрались в начале двенадцатого. Лил дождь вперемежку с мокрым снегом,
улицы были темны, будто все вымерло. Шофер довез до вокзальной площади, что-то буркнул
на прощание и тут же уехал, а Горлов пошел договариваться с таксистами. Те, словно
сговорились: за поездку в Адлер заламывали несусветно. В конце концов пришлось отдать
тридцатник, зато через сорок минут дребезжащая на каждой колдобине "Волга" заглохла у
подъезда пансионата "Дружба".
- Вишь, такое дело! Прибавить бы надо, - огорчился шофер, безуспешно пытаясь
завести мотор.
- А мне что? Даю, как договаривались, - возмутился Горлов, но, выходя из машины,
передумал и добавил десятку.
"Черт с ним, не обеднею", - подумал он, перехватив портфель с деньгами в другую руку.
В вестибюле никого не было, только в глубине, у стойки бара сидело несколько человек.
Прождав администратора минут десять, Горлов не выдержал и постучал монеткой по стеклу.
Одна из женщин в баре оглянулась и неторопливо направилась к нему.
- Никого не поселяем! - с очевидным пренебрежением оглядев Горлова, сказала она и
повернулась идти обратно.
- На меня заказано, директор знает, - и он назвал свою фамилию.
Никогда Горлов не видел, чтобы не только лицо но и, казалось, весь человек менялись так
быстро. Не больше секунды - и перед ним сияло искреннее радушие и гостеприимство.
- Геннадий Николаевич весь вечер ждал, прям таки извелся, через каждые десять минут
выглядывал - не подъехали ли. Буквально полчаса назад ушел и строго-настрого наказал... Да,
что ж я разболталась, идемте в номер, разденетесь, а тем временем ужинать накроем.
- Накрывай, Наташка, - крикнула она.
Номер оказался просто шикарным. Гостиная метров двадцать с импортным цветным
телевизором и стильной румынской мебелью, в буфете блестел хрусталь. Через открытую дверь
Горлов разглядел спальню с широкой, видимо, двуспальной, кроватью, а на столе стояли
бутылка шампанского, вино и ваза с фруктами.
- Это вам, к приезду! - включив торшер, сказала администраторша. - Снимайте куртку
- весь промокли - располагайтесь и спускайтесь. А я на кухню сбегаю, горячее организую.
Ресторан уже закрыт, но повара еще там - после смены гуляют. Вам что лучше: телятинку
отбивную, курочку или рыбное - утром форель завезли?
- Форель с телятинкой! Гулять - так гулять, - ответил Горлов, вспомнив, что с утра
ничего не ел.
Оставшись один, он быстро принял душ. Вода была едва теплая, но усталость отошла.
Перед уходом он засунул портфель с деньгами на дно сумки, а сверху положил пропотевшее
белье.
"Авось, не стащат", - подумал Горлов, закрывая дверь на два оборота.
- Дурная моя голова, даже не познакомились, меня Таней зовут, а вас? - встретив
Горлова у лестницы, она взяла его под руку и повела к бару. Таня успела причесаться,
подкраситься, одеть другое платье, и выглядела хорошенькой. На вид ей было лет тридцать. -
Здесь вы будете завтракать, а обед и ужин в ресторане или позвоните - вам все в номер
принесут. Геннадий Николаевич распорядился - за счет администрации.
- По высшему разряду! - восхитился Горлов, подойдя к столу. На белоснежной
скатерти были черная и красная икра, осетрина, горбуша, языки, твердокопченая колбаса,
зелень, а от блюда с лавашом и хачапури еще шел пар.
- С дорожки - водочки? Экспортная, с винтом! - сказала Таня и потянулась к бутылке,
но Горлов налил сам и, только выпив, почувствовал, как проголодался. После второй рюмки
она раскраснелась и болтала без умолку о чем-то своем, он не слушал.
Когда принесли мясное, Горлов уже насытился, его разморило, хотелось спать так, что
слипались глаза.
- Хватит! А то прямо здесь отключусь, - сказал он, отодвигая налитую рюмку.
- Не люблю пьяных мужиков, а слегка - очень даже. Веселее, - сказала Таня и
придвинулась совсем близко. - Кофе будете? Наташка хорошо варит, если не мухлюет.
- А ты очень, очень, как бы сказать... Наш человек! - сказал Горлов и выпил до дна.
Кофе оказался действительно хорошим, и от него прояснилось. Он достал бумажник, но
Таня замахала руками и стала объяснять, что все уже оплачено.
"Ну и черт с ними, пусть платят, если хотят", - подумал Горлов, поднимаясь по
лестнице. Он не мог вспомнить звал ли ее с собой, или она сама пошла. Добравшись до кровати,
он уснул, едва укрывшись одеялом, хрустящим от свежести белья. Потом почувствовал
прохладу женского тела, шелковистого и мягкого.
- Опять горячую отключили, пришлось холодной споласкиваться, - прошептала Таня.
Целуя его, она спускалась все ниже, он вскрикнул от неожиданно острого ощущения и
опрокинул ее на спину.
Она обнимала мягко и податливо следовала за его ритмом. Под конец всхлипнула: "Ой,
мамочка!", и вслед за освобождением он провалился в глубокий и ясный сон.
- Ну и дура! Даже паспорта не спросила, а теперь, конечно, неудобно. Гость, ясное дело,
и есть гость, да разве я говорил, что регистрировать не надо? Ну, чего молчишь, глазищи
таращишь? И когда ты головой будешь думать, а не передком после? Думаешь, не знаю, что ты
его уже закувыркала? - выговаривал Геннадий Николаевич подчиненную.
- Виновата, хотела вам угодить! Простите, Геннадий Николаевич! -оправдывалась
Таня. - Что хотите сделаю, только не выгоняйте.
- А если милиция спросит - что будем делать? Кто ответит?
- Да кто спросит? Участковый - нашей Верки брат, я с ним вмиг улажу.
- Мигом не отделаешься, он мужик здоровый.
- Не волнуйтесь, Геннадий Николаевич, я послезавтра внеочередь выйду, сама у него
паспорт спрошу и все сделаю, комар носа не подточит.
- До послезавтра еще дожить надо, а у нас человек живет не прописанным.
- Он же ученый, Геннадий Николаевич, вовсе не из этих... Ну, про которых сообщать
надо.
- Видали мы таких ученых! Так тебя затрахал, что синячищи под глазами в полщеки.
Иди, на себя в зеркало посмотри, бесстыжая! - махнул рукой директор.
На свое место Геннадий Николаевич попал после выхода на пенсию - друзья помогли
устроиться. Последние десять лет он служил на Севере в службе охраны режимных объектов.
Переписывал бумажки, собирал донесения и рапорты - работа тихая и спокойная, выслуга - с
тройным зачетом, не то, что в столицах. Нынешняя работа была намного хлопотливей,
требовала постоянной настороженности и внимания, а, самое главное, - понимания, кому надо
услужить, кому помочь, а кого отфутболить, чтобы дорогу забыли. Директор гостиницы был
нужным человеком, нужнее многих начальников в Москве и заработки у него соответствовали
его уровню. Хотя, приходилось делиться. Иногда Геннадий Николаевич подсчитывал
отстегнутые "наверх" деньги и горестно вздыхал: если бы не надобность делиться, его
двухэтажный кирпичный дом был бы давно достроен. Но с другой стороны понимал: не
поделится - и месяца в должности не усидит! Чтобы уволить и повода искать не надо: работа
- сплошные нарушения. Возьми любое и увольняй за милую душу. Или сажай!
"А в общем ничего страшного. Ну, не прописали гостя - бывает. В крайнем случае -
бутылка, другая, к тому же не из своих платить. Конечно, если за гостем ничего не тянется, но
судя по всему - не должно. Из крайисполкома звонили, что гость из кооператоров. Большую
силу взяли ребята! Обещали, что все оплатят. Ну и пусть платят, коли денег - куры не клюют.
Тысчонки две на расчет накину! Нет две - много, полторы - в самый раз будет" - думал
Геннадий Николаевич. Сердился он больше для порядка. Танька дуреха прозевала, сама и
влетит, если что не так сложится.
"Обойдется!" - решил Геннадий Николаевич и по дороге на инструктаж очередной
смены, зашел в бар.
- Налей-ка мне кофейку с пятью каплями, - велел он буфетчице.
- "Арарат" кончился, есть грузинский, но хороший - "КВК", - сказала та, показывая
этикетку.
- Давай, попробуем, - выпив полчашки, Геннадий Николаевич будто невзначай
спросил: - Вчерашний Танькин хахаль, как показался?
- Не нахальный! Что не дашь - всем доволен.
- Откуда - не говорил?
- Вроде, москвич.
- Хорошо, денег не бери - потом рассчитаюсь - и обслуживай, как я велел. Если
перейдет меру - скажи мне, - окончательно успокоившись, сказал директор.
Сведения о проживании Горлова в Адлере поступили на учет в ЦАБ ОВД города Сочи
почти через неделю, всего за день до его отъезда. Все это время он жил никем не замеченным и
напрочь выпал из поля зрения Ленинградского УКГБ, будто растворился бесследно.
2.10. Винна ягода по сахару плывет
На несколько дней для Горлова наступил зрелый и развитой коммунизм. Служащие
пансионата были вежливы и предупредительны, постельное белье менялось ежедневно, в
ресторане и в баре у него не брали деньги, даже чаевые.
- Жаловался, что Котов тебе отпуск испортил? Вот и отдохни по-человечески, как белые
люди на диком Западе. Лови кайф и расслабуху, коли карта выпала. Ты нам нужен веселым,
здоровым и трудоспособным. А про деньги не бери в голову, считай - это аванс. Ты меня
знаешь: должок не заржавеет - из первой получки вычту, - успокоил его по телефону
Цветков.
- Домой мне позвонил? - спросил Горлов, договорившийся с Ниной, что если Цветков
будет спрашивать, где он, то, значит - с ним все в порядке.
- Жена сказала, что ты в деревне. Знала бы, где ее муж оттягивается! Говорят, что ты
весь женский персонал в пансионате отбарабанил. Взять бы, да и заложить тебя, конспиратор
хренов!
- Не заложишь!
- Почему? - удивился Цветков.
- Наши
...Закладка в соц.сетях
