Жанр: Словарь
Новейший философский словарь
..., что делает информативную емкость имени чрезвычайно низкой.
Во-вторых, "именной" тип С. никак не учитывает индивидуальные способности, а -
тем более - склонности: набор социальных ролей и, соответственно, имен в племени
жестко определен, и со смертью прежнего носителя той или иной социально значимой
функции его имя дается первому же, кто проходит через процедуру инициации. И, втретьих,
связь имени с фабулой мифа, будучи весьма жесткой и однозначной, сильно
затрудняет введение в процессе С. новой информации, касающейся технологических и
социальных аспектов той или иной социальной роли: поскольку технологическая
информация контекстно вплетена в ткань мифологического сюжета и оказывается
связанной с сакральной информацией о богах и героях, постольку изменение
технологической составляющей мифа неизменно влечет за собой и изменение
сакральной его составляющей, в свою очередь касающейся космогонических сюжетов.
Если в рамках шумеро-вавилонской мифологии Мардук творит небо и землю из туши
убитого им чудовища Тиамат, то в данном культурном контексте невозможно ввести,
к примеру, новую информацию о способах свежевания дичи, не задев сакрального
содержания мифа. Однако, миф живет лишь до тех пор, пока он "сакрально
неприкосновенен" (И. Тренчени-Вальданфель), а потому частая смена мифологических
космогоний, вызванная чисто техническими новациями и син-кретичностью
мифологического сознания, в контексте которой любая новация иррадиирует на весь
мифокомплекс, означает фактическое разрушение мифологического сознания. И -
соответственно - выход за пределы "именного" типа С. Ему на смену приходит
"профессионально-кастовый" тип, отличающийся практически только тем, что в
качестве носителя имени выступает не индивид, а семья, род как профессиональный
коллектив (как, например, в Крито-Микенской Греции: врачеватели называли себя
асклепидами, т.е. сыновьями (детьми) Асклепия, кузнецы - гефестидами и т.п.).
Социализируясь в профессионально артикулированном контексте, ребенок имплицитно
усваивает соответствующие технологии, обязанности и права: С. изначально
протекает как профессионально заданная. Данный тип С. наследует все недостатки
"именного" типа: информативная емкость родового имени по-прежнему низка,
индивидуальные склонности, по наблюдению Геродота за египтянами, по-прежнему не
учитываются: "их глашатаи, флейтисты и повара наследуют занятия отцов, так что
сын флейтиста становится флейтистом, сын повара - поваром, а сын глашатая -
глашатаем, другие при всей звучности голоса не могут их вытеснить, свои же
обязанности они выполняют по заветам отцов". Что же касается возможности
введения инноваций, то отнесенность технологий к богу - покровителю профессии -
еще более затрудняет его: мало просто сообщить новый способ ковки металла, - во
избежание кощунственной авторской конкуренции с богом необходимо еще доказать,
что сам Гефест ковал именно так. Бурная дифференциация ремесел в условиях
античной Греции 8-7 вв. до н.э. привела к трансформации "профессиональнокастовой"
формы С. Если для традиционного общества было характерно ирригационное
земледелие и соответствующий ему консервативный социальный уклад, то для
нетрадиционного греческого общества в силу природных условий ирригационное
земледелие не было возможным: лишь 20% территории ландшафтно были пригодны для
вспашки, а засушливый климат делает традиционное сельское хозяйство в Средней
Греции и Пелопонессе проблематичным. "Труды и дни" Гесиода есть, по сути,
описание последовательной смены различных видов деятельности, пережитых его
отцом, не могущим прокормить семью сельскохозяйственным трудом, и типичных для
Греции этого периода. В условиях, когда в течение жизни человек вынужден сменить
серию различных профессий (от корабела, морехода, торговца до морского пирата)
и, в условиях демократического полиса, серию социально-гражданских ролей
(индивид мог быть последовательно избран и архонтом, и стратегом и др.), - С.
как профессионально-кастовое вживание в единственную социальную роль,
унаследованную по традиции от предков, не может служить базово типовой. На смену
ей приходит "универсально-логический" тип С, основанный на усвоении абстрактных
формул социального поведения (взамен традиционных конкретных рецептур) и
предполагающий формирование специального института обучения (в эпоху Солона был
принят закон, согласно которому мужчина не был обязан содержать престарелого
отца, если тот в свое время не отдал его в обучение ремеслу). Таким образом,
социальные функции С. обусловлены тем, что она выступает важнейшим механизмом:
воспроизводства субъекта социально-исторического процесса; обеспечения
преемственности в развитии культуры и цивилизации; поддержания бесконфликтного
существования общества как интегрированной системы посредством адаптации
индивида к социальной среде и имплицирования в содержание его сознания
общезначимых норм легитимного поведения (идея "предупреждения нарушения
общезначимых норм" выступает аксиологическим центром современных разработок в
области пенологии: наказание рассматривается, в первую очередь, как средство
социального контроля (И. Анденес, Н. Моррис, Э. Хирш). В рамках философской
концепции С. были эксплицированы многие серьезные проблемы
общеантропологического характера. Прежде всего, это проблема интерпретации
самого феномена социальной адаптации: как приспособления биологического
организма к условиям социальной среды (Фрейд с его базовой концепцией
пансексуализма), как силового генеративного воздействия на человека внешней
среды культуры (М. Мид, показавшая, что и подростковые конфликты, и стереотипы
сексуального поведения порождены не возрастными или половыми особенностями
индивидов, но "принципами культуры") или как комплексного процесса,
фундированного как биопсихическими, так и социальными основаниями (Тард, Мид,
Парсонс). Важнейшей проблемой, эксплицированной в рамках теории С, является
проблема девиант-ного поведения. Конституирование внутри индивидуального
сознания блока контроля, репрезентирующего нормы социальной легитимности и
коллективные аспектации, с очевидностью деформирует автохтонность сознания,
нарушая свободу его проявлений. Фрейдизм трактует это как почву для развития
невроза (собственно, чем более человек культурен, т.е. чем более социокультурных
ограничений стали для него имманентными, тем более он невротик), Парсонс - как
основу формирования чувства неполноценности, возникающего в результате
постоянного переживания индивидуальным сознанием оценочного отношения со стороны
окружающих и, в конечном счете, себя самого. Особенно ярко это проявляется, по
Парсонсу, в культурах западного типа с выраженным "достиженческим комплексом",
основанном на "инструментальном активизме". Сопротивление сознания навязанному
диктату "достиженческого" аксиологического комплекса осуществляется по двум
направлениям. Во-первых, это индивидуальное девиантное поведение, т.е.
поведение, оцененное в рамках аспектаций данной культуры как неприемлемое и
подвергнутое стигмации или "клеймению" (Ф. Таненбаум, Д. Силвермен, Д. Уолш, П.
Филмер). Второй формой сопротивления выступает формирование альтернативных
официальной культуре периферических субкультур, ориентированных либо на
переосмысление общепринятых норм (отказ от "культуры отцов" в идеологии "новых
левых") либо на их тотальном отторжении (негативная идеология хиппи). В рамках
чикагской школы символического интеракционизма поставлена проблема
семиотического механизма С, в частности - проблема языка как "медиума"
межличностного взаимодействия и средства интернализации социального стандарта;
показано, что в ходе знаковой перекодировки ситуации меняется ее социальное
значение, а, стало быть, язык может выступать средством "создания новых миров" с
новым раскладом социальных ролей (Блумер, А. Стросс, Т. Шибутани). Айовской
школой символического интеракционизма актуализирована проблема роли и статуса
различных символических систем в процессе С. (Т. Портленд, М. Кун). В рамках
"социодраматического подхода" к социальной реальности С. рассматривается как
"становление актера" - процесс овладения "мастерством ношения маски" и "умения
жить внутри сценария" (К. Берк, Гофман, X. Данкен). В настоящее время в
исследовании проблематики С. наблюдается тенденция к комплексному
междисциплинарному взаимодействию, взаимопроникновению подходов и методов,
выработанных в рамках ее философского, социологического, социальнопсихологического
и историко-этнографического анализа.
М.А. Можейко
СОЦИАЛИЗМ - 1) одна из версий общественного идеала в европейской социальнофилософской
и политической традиции 19 в.; 2) одна из моделей - тенденций
организации жизни общества индустриального типа, предполагающая значимое
вмешательство государства во все сферы жизни социума в целях осуществления
глобальных программ "догоняющего развития" - О. Бисмарк, Сталин и др. (антипод
либерализма); 3) самообозначение общественно-экономического устройства ряда
государств в 20 в. ("национал-С." в Германии при Гитлере, "С." сталинского СССР,
"развитой С." в СССР при Брежневе и т.п.). Выступив реакцией прогрессивных
мыслителей Европы на стихийные катаклизмы буржуазного общества конца 18 - первой
половины 19 вв., теория и идеология С. претерпела в ходе своей эволюции ряд
кардинальных трансформаций. Истоки С. как специфической модели идеального
общественного устройства принято усматривать в утопических концепциях,
постулирующих позитивную необходимость активного вмешательства государства и его
органов в экономическую, социальную и культурную жизнь людей. (И. Шафаревич в
работе "Социализм как явление мировой истории" усматривает социалистический
идеал уже в схеме организации государства у Платона). Оставаясь не более чем
амбициозным и претенциозным утопическим идеалом вплоть до середины 19 в., С.
приобрел иное общественное звучание после его синтеза с марксовой идеей
социально-обновленческого революционизма. В дальнейшем все ортодоксальные
марксистские сценарии социалистического общественного переустройства оказывались
неразрывно связаны с постулатом позитивности насилия в целях его осуществления.
Насильственная экспроприация собственности у имущих классов на ранних фазах
построения С, насильственное "раскулачивание", "разбуржуазивание", "раздворянивание"
и вертикальная ротация маргинальных общественных слоев и групп,
перманентная насильственная нивелировка населения по имущественным, культурным,
мировоззренческим и идеологическим измерениям на всем протяжении его
существования - основа существования С. как общественной системы. С. как система
в исторической перспективе жизнеспособен исключительно в ходе постоянной
геополитической экспансии (создание "социалистического лагеря" Сталиным,
"доктрина Брежнева" и т.д.). Мирное экономическое соревнование наглядно
продемонстрировало исторически ограниченный потенциал С. к конструктивному
многомерному самообновлению.
А.А. Грицанов
СОЦИАЛЬНАЯ ГРУППА - любая относительно устойчивая совокупность людей,
находящихся во взаимодействии и объединенных общими интересами и целями. В
каждой С.Г. воплощаются некоторые специфические взаимосвязи индивидов между
собой и обществом в целом в рамках определенного исторического контекста.
Внешние отличительные признаки С.Г.: 1) статика существования С.Г. проявляется в
непрерывной динамизации групповых процессов в латентной или явной форме; 2) С.Г.
характеризуется определенным набором социальных норм, институционали-зацией
ценностей, репродуцируемых групповым контекстом; 3) С.Г. имеет свою ролевую
структуру с достаточно выраженными функциональными нагрузками. Существует
значительное число критериев, характеризующих специфический способ действия
каждой С.Г.: их разделяют по числу входящих в них индивидов (большие, средние,
малые), по индивидуальным признакам входящих в них индивидов, по характеру
внутренней структуры, по статусу в обществе, по уровню сплоченности, по степени
взаимодействия членов, по ее культурологическим признакам. История изучения С.Г.
имеет давнюю традицию. Еще Гоббс попытался дать определение С.Г. как
"...известного числа людей, объединенных общими интересом и делом", и выделил
группы упорядоченные и неупорядоченные, политические, частные и другие. В
дальнейшем этот термин приобрел более глубокую социальную окраску. Одним из
основоположников теории С.Г. является Зиммель, рассмотревший целый спектр
закономерностей и аспектов взаимодействия микро- и макроструктур. Значительный
вклад в изучение С.Г. внес Куля, рассмотревший влияние на социализацию индивида
первичных групп. Дальнейшее развитие теория С.Г. получила в работах Э. Мэйо,
акцентировавшем свое внимание на изучении оптимальных условий сотрудничества в
производственных групповых образованиях, и Морено, который ввел в оборот
методику измерения характера и уровня межличностного взаимодействия, известного
в практике как социометрия. Общие проблемы взаимодействия С.Г. с обществом в
рамках функционального анализа изучались Парсонсом. Наибольшее развитие теория
С.Г. получила в рамках психологии, где акцентировались именно интрогрупповые
характеристики, через призму которых далее проецировался внешний мир. Именно в
таком контексте получили жизнь три общепсихологических подхода к изучению группы
в целом и межгруппового взаимодействия: 1) мотивационный (Фрейд, Берковитц,
Адор-но), где постулатом являлся момент образования группы на основе общей
выгоды и целей с позиций аутгрупповой враждебности и внутригрупповой
сплоченности; 2) ситуационный (А. Тэджфел, М. Шириф), где единственным
основанием для образования группы являются цели: "...индивиды, стремящиеся к
цели посредством взаимозависимых действий, становятся группой, они развивают
социальную иерархию и специфические нормы; 3) когнитивный (Фергюссон, Келли,
Горовитц и др.), когда формирование группы имеет место там, где два или более
человека начинают воспринимать себя с позиции ингрупповой-аутгрупповой
категоризации. Любая совокупность людей с большей вероятностью будет
характеризовать себя как группу, когда субъективно воспринимаемая разница между
ними меньше, чем разница между ними и другими людьми в данных условиях. В
социологических теориях вопрос изучения С.Г. имел некоторый функциональный
оттенок в контексте выхода не на атмосферу существования группы, а на процессы
ее взаимодействия с другими социальными образованиями в обществе. С этой точки
зрения имеют место также онтологические подходы, как холизм (теории социальных
систем, структурно-функциональный анализ и т.д.), культурологические концепции
(антропологические, концепции гуманитарного толка и т.д.), биологизм. В каждом
из направлений понятие С.Г. имеет свою специфику в интерпретации.
Е.А. Коростелева
СОЦИАЛЬНАЯ ДИСТАНЦИЯ (лат. distantia - расстояние) - понятие,
характеризующее размещение социальных групп и индивидов в социальном
пространстве и устанавливающее степень близости или отчужденности их между собой
- как задаваемую институционально, так и ощущаемую самими агентами социальных
взаимодействий. Термин был введен в формальной социологии Зиммелем и лег в
основу концепции Визе, определявшем через степень С.Д. между индивидом и
надиндивидуальными социальными образованиями различия масс, коллективов и групп.
Активно использовался термин и представителями Чикагской школы прикладной
социологии (прежде всего, Э. Берджесом и Р.Э. Парком) в рамках программы
изучения локальных сообществ и концен-трическо-зонального членения и организации
городского пространства Чикаго, а также миграции как коллективного поведения,
образующего экологический и надстраиваемые над ним экономический, политический и
культурный порядки. Термин "С.Д." проник в психологию, где стал использоваться
для сравнительного описания психологической близости между людьми и механизмов
симпатии-антипатии; активно прижился в теории социального обмена (Хоманс
интерпретировал его как показатель меры сплоченности группы) и в теории
символического интеракционизма (в частности, в концепциях Гофмана и Т.
Шибутани). Так, Шибутани по величине С.Д. определял степень автономности или
уступчивости индивида, а увеличение С.Д. трактовал как переход от первичных
(персонифицированных) отношений в ситуации "лицом-к-лицу" - к вторичным
отношениям, в которых человек начинает видеть в "другом" лишь частный случай
определенной социальной категории, а сама С.Д. превращается в объект
институционализации (в ролях и нормах) и социального контроля. У Гофмана С.Д.
характеризует отношения актеров социальной драмы. В рамках названных концепций
оформилось представление о различении личностной (интимной) и публичной
дистанций как вариаций расстояния, удерживаемого индивидом между собой и
"другими" в процессах взаимодействия. В структурно-функциональном анализе С.Д.
понимается как место индивида (группы) в статусном (структурном) и
функциональном пространствах, далеко не всегда совпадающих между собой (так
референт или личный секретарь, например, в статусном поле далек от своего босса,
но близок к нему в функциональном отношении). В феноменологической социологии
С.Д. истолковывается как механизм преодоления естественной установки, в
экзистенциальной - как выход из "бытия-в-себе" в "бытие-для-себя", аналогично в
неомарксистской социологии С.Д. характеризует переход от "класса-в-себе" к
"классу-для-се-бя". В социологии Манхейма понятие С.Д. используется для
распределения социальных групп (прежде всего интеллигенции) в знаниевом поле.
Таким образом, понятие С.Д. становится поистине универсальным в современной
социологии. Это связано (во многом) с переходом социальных систем от жесткого
задания С.Д. на основе объективных (социальных, экономических, политических)
различий между социальными группами - к "мягкому", связанному прежде всего с
самоопределением личности в культурном, информационном, образовательном
пространствах при приглушении контрастов в экономической сфере (формирование
среднего класса, например) и укреплении механизмов представительных демократий.
В современных обществах снимается удельный вес прямых институализированных
способов введения С.Д. и увеличивается область действия непрямых способов их
установления через символизацию и вторичную ритуализацию схем поведения в
плюрализированном культурном пространстве. Исторически может быть прослежена
тенденция постепенного отхода от сегрегативного задания С.Д., господствовавшего
в традиционных обществах и закрепленного в различных вариантах кастового и
сословного деления, предлагавших открытое пресечение межгрупповых контактов и
насильственное включение групп в социальную иерархию, к формированию С.Д. через
присвоение отличительного поведения (стиля жизни), через задействование
механизмов социального престижа, моды и т.д. К тому же на уровне национальных
государственных программ предпринимаются целенаправленные и последовательные
действия и поддерживаются инициативы по преодолению дискриминации и сегрегации
людей по каким-ибо признакам (движения за рассо-вое равноправие, феминистическое
движение, движения сексуальных меньшинств и т.д.) и разрушению стереотипов,
сформированных на противопоставлении "мы" и "они". В динамичных социальных
системах С.Д. становятся подвижными и изменяемыми в зависимости от особенностей
конкретных ситуаций и личностных качеств взаимодействующих людей.
В.Л. Абушенко
СОЦИАЛЬНАЯ ИЕРАРХИЯ (греч. hierarhia, hieros - святой, arche - власть,
правление) - система последовательно подчиненных элементов, расположенных от
низшего к высшему и характеризующая многоуровневость социального целого. В этом
значении понятие иерархии может употребляться и для характеристики частных
многоуровневых систем. Например, широко распространилось после работ М. Вебера
понятие бюрократической иерархии. Впервые термин был употреблен Псевдо-Дионисием
Ареопагитом в его труде "Небесная иерархия и Духовная иерархия" (вторая половина
5 в.). Термин использовался для обозначения системы церковных и духовных рангов.
В Римской католической церкви понятие "иерархии" объединяет: (1) иерархию
богословского права, (2) иерархию духовного права, (3) иерархию юрисдикции. В
таком качестве понятие иерархии использовалось практически до середины 19 в., и
не обладало смысловым оттенком "социального". В современных социальных теориях
понятие "иерархии" используется для обозначения: 1) любой системы социальных
агентов и/или их отношений, ранжированных один в отношении другого (иерархия
отражает их различия во власти, авторитете, материальном положении, социальном
статусе и т.д.); 2) организации или классификации восходящих или нисходящих
обобщений - уровней сложности. То есть, это система уровней, в соответствии с
которыми организуются социальные и другие процессы. В качестве примера можно
привести иерархию наук Конта, где в качестве уровней организации классификации
выступили время и последовательность возникновения наук, степень их
абстрактности и конкретности, степень сложности. Каждая наука зависит от и
опирается на предшествующие ей, и является более сложной. Понятие СИ. широко
используется в рамках структурно-функционального направления. В частности, в
концепции Парсонса постулируется наличие иерархии необходимых условий
(нормативных и условий окружения) для объяснения функции кибернетического
контроля. Кроме того, в функциональной традиции, понятие СИ. используется для
обозначения взаимоотношений между системами и подсистемами. Например, как
"иерархия подсистем социального действия". Интересно употребление понятия
иерархии в концепции Г. Беккера ("На чьей мы стороне?", 1967), где оно
употребляется для обозначения классификации вероятностей "быть услышанным" для
отдельного индивида в социуме, которая основана на иерархии уровней социальной
организации и соответствующих им статусных предписаний. В современной социальной
философии понятие СИ. используется и для обозначения иерархии потребностей,
иерархии ценностей, иерархии мотивов и др.
Е.А. Угринович
СОЦИАЛЬНАЯ КАТАСТРОФА - скачкообразные изменения общества, возникающие в
виде внезапного ответа социальной системы на плавное изменение внешних условий.
Идеи катастрофизма возникают в глубокой древности, воплощаясь в различных
вариантах эсхатологии. Например, античность рассматривает эволюцию как
последовательность всемирных катастроф, ритмически уничтожающих космос и
расчищающих место для нового цикла; христианство выдвигает идею второго
пришествия Мессии, когда наступит конец времен и через Страшный Суд
преображенное человечество войдет в совершенное бытие. В 19 в. в рамках геологии
и биологии (Ж. Кювье) формируется теория катастроф, рассматривающая историю
планеты как серию глобальных катастроф, сопровождающихся гибелью всего живого и
внезапным возникновением качественно иных его форм. Современная теория катастроф
бурно развивается с 70-х 20 в. в форме универсального математического метода
исследования любых скачкообразных переходов (Р. Том, Пригожин); их причин и
путей установления нового равновесия. Катастрофа возникает как результат
синхронизации различных кризисов, аккумуляции огромного числа ошибок, которые
долгое время не исправляются, как следствие "одряхления" системы на клеточном
уровне. Важно учитывать, что глубинная причина СК. потенциально связана с
трансформациями духовных оснований общества, их размывании и смене
миросозерцаний, когда складывается катастрофическое сознание и "в тоске
смертельной мечется толпа" (А. Ахматова). Подобное сознание усиливается при
утверждении в обществе идеи разрыва с прежней культурной традицией (а такие
тенденции весьма характерны для генотипа европейской цивилизации), с глубинами
религиозного сознания, в которых, как показывает опыт, укоренены положительные
начала общественной жизни. Обостряется изначально присущее человеку (в силу
наличия у него свободы выбора) чувство страха, чем вызывается желание найти
быстрые и простые, а потому неэффективные, пути выхода из резко меняющейся
ситуации. К С.К. ведут попытки осуществить различного рода утопии, претендующие
на знание будущего; закономерный крах утопий резко обостряет катастрофическое
сознание. Тенденция к катастрофизму сознания характерна для маргинальнолюмпенских,
плебейских социальных слоев, неукорененных в культурных традициях и
склонных к нигилизму и максимализму, упрощению и уравнительности. Теоретически
такой способ социального действия обосновывается в различных радикалистских
концепциях, например, в анархизме с его проповедью люмпенского бунта, идеей
сози-дательности тотального разрушения существующего общества. Необходимо также
учитывать и национальные особенности. Скажем, характерное для России наложение
двух культур - традиционной и европейской, их неслияемость и постоянный раскол
во многом обусловили катастрофичность русской истории. Возможны различные формы
СК. Наиболее наглядно катастрофы выражаются в социальных революциях (что
отмечалось в трудах Франка, Сорокина, Бердяева и др.). Хотя теории революции
оправдывают С.К. как способ достижения лучшего общества, на самом деле революция
ведет к его деградации, к возвращению назад, массовому безумию общества, к
деформациям человеческого поведения. В то же время нужно учитывать, что
революционные катастрофы - результат длительного подавления не находящих выхода
творческих сил социума, задержки назревших социальных изменений. Однако,
соединившись с катастрофическим сознанием, революция ведет к антропологической
катастрофе в форме разрушения фундаментальных духовно-нравственных основ жизни
людей. И чем радикальнее революция, тем сильнее катастрофа, что и показал опыт
коммунистических революций 20 в., выявивших также, в полном соответствии с
теорией катастроф, что "пусковой крючок" разрушения может быть весьма
незначительным, но, разразившись, катастрофа приобретает свою логику движения, в
ходе которого стихийно через множество страданий лю
...Поділитися у соцмережах
