Жанр: Детектив
Мама
...ь может, звуки, доносившиеся с потолка, как разто
и стали причиной помешательства Ларисы, в результате которого она чуть не
отравилась снотворным. А может, никакого помешательства и в помине не было, и она не
растворяла в стакане больше одной таблетки? Вернее, это сделал кто-то вместо нее...
Ольга стряхнула с себя набежавшую дрему, а вместе с нею и всякие невероятные
мысли. Ну что за бредовые идеи ей приходят иногда в голову! Так она точно, скоро
отправится в психушку вслед за Ларисой.
А все потому, что она почти не спит. Наверное, Павел прав, ей нужно всего лишь
сменить комнату. И с позором сдаться?! Ольге стало до ужаса стыдно.
Но тут же взглянув на часы, она поняла, что помимо воли считает оставшееся время.
Солнце не торопилось уходить. Это были последние дни мая, на смену ему скоро
явится июнь, месяц самых коротких ночей. Комнату оживляли густые краски заката. Пока
еще солнечные лучи попадали в окна, Ольга сохраняла спокойную уверенность. Но с
наступлением сумерек к ней незаметно начали подкрадываться сомнения.
Водворилась ночь. Настенные часы показывали четверть двенадцатого. Вдруг она
услышала шаги - только не сверху, а за дверью. Ольга выглянула в коридор и увидела
заплаканную Ириночку.
- Ириночка! - ласково позвала она. - Почему ты не спишь? Что случилось?
- Мне приснился плохой сон. Я боюсь, что если усну, он приснится мне опять.
- Глупости! Не бойся, ничего тебе такого не приснится больше.
- Юлик всегда читает мне сказку на ночь, а сегодня не захотел. Сказал, чтобы я
посмотрела телевизор. Но ведь мультики уже закончились. Раньше мне читала сказки
мама, - добавила она со вздохом.
- Хочешь, я тебе почитаю?
Ириночка робко кивнула. Тут Ольге пришла в голову счастливая мысль.
- Только я почитаю в моей комнате. Хочешь пойти ко мне?
Ириночка кивнула снова.
- Тогда пошли, - Ольга взяла ее за руку.
Девочка с удобством растянулась в ее постели, а Ольга открыла томик Пушкина на том
месте, где была сказка о мертвой царевне.
- Разве это сказки? - недоверчиво спросила Ириночка.
Дойдя до слов: "И встает она из гроба", Ольга побоялась даже взглянуть на Ириночку.
Она успела забыть содержание этой сказки и не знала, как получилось, что выбрала
именно ее.
Наверху стояла мертвая тишина. Словно тот, кто расхаживал каждую ночь по мансарде,
знал, что сейчас она в своей комнате не одна, и решил отложить хождение.
Нет, она ошиблась! С потолка донесся какой-то скрип, а затем прямо над головой
раздались чьи-то тяжелые шаги. Кто-то снова передвигался по мансарде. Ольга, боясь
заглушить звуки скрипом кровати, не смела пошевелиться. Ну, теперь-то, по крайней
мере, у нее появится свидетель. Так она думала.
Но Ириночка сладко спала, разметав распущенные волосы по большой Ольгиной
подушке.
Втайне Тарас надеялся, что о договоре между ними Сашок стал забывать. Идеальным
случаем было бы, забудь он совсем. Но на память приятель не жаловался, этого Тарас
никак не хотел учитывать.
Тот заговорил об этом ровно неделю спустя, как и обещал.
- Ну и как там чувствует себя наша золотая рыбка? Пора ей уже и в невод, хватит,
засиделась.
- Послушай, Сашок, - Тарас занервничал, он уже знал, что раз тот зацепил тему, так
просто не отстанет. - Мне нужно еще время. Такую на улице не снимешь.
- Чего, чего? Может, мне за нее взяться?
Тарас испугался: здесь он оказался прав!
- Зря ты так, - упрекнул он. - Она особенная.
- Будешь так говорить, когда попробуешь, - Сашок не поддался на его мягкий тон, он
был попрежнему груб. - Ну все, хватит! Понадеялся я на тебя, слизняка. А ты слизняк,
оказывается, и есть.
Он достал из пачки дорогую сигарету, прикурил от зажигалки. Они находились в
машине, Сашок приспустил окно, готовясь выпустить дым.
- Как часто она ездит в банк? - неожиданно спросил он.
- А я почем знаю? Зачем оно мне? Я не спрашивал, - отрезал Тарас, удрученный его
напористостью.
- Выясни, когда она поедет в следующий раз.
- Что ты еще надумал? - спросил он встревоженно.
- Не понимаешь? Уличное ограбление. Самое банальное уличное ограбление. Не хочет
она с нами иметь дело - и не надо! Без нее обойдемся! Останавливаем "Мерседес" гденибудь
по дороге, направляем на них стволы и приказываем выйти из машины... Да не
бойся, они нас не узнают. Мы же будем в другой одежде и в масках.
- А если она окажет сопротивление?
- Ну что ты! В такую минуту они все становятся ручными. Кто захочет рисковать?
- Ты ее не знаешь, - угрюмо настаивал Тарас.
- Послушай, тебя деньги интересуют или она? Что ты за нее так беспокоишься?
- Это слишком рискованно. Кто знает, как они себя поведут... Машина оборудована
радиосигнализацией, - нашелся он. - Водителю достаточно нажать на кнопку, и сигнал о
нападении тут же поступит на милицейский пульт.
Разумеется, он это сочинил, но Сашок все равно не сможет проверить. Тот скис в один
миг.
- У меня есть другое предложение, - Тарас выждал, пока Сашок проявит интерес. -
Послушай, у них в доме чего только нет! Ну прямо как в ломбарде. Между тем я слышал,
они поговаривали о поездке в выходные куда-то на озера. Можно улучить момент, когда
никого не будет, и спокойно обчистить дом.
После неудачи с планом нападения Сашок приободрился.
- У них деньги лежат прямо на секретере, - Тарас продолжал подвергать его соблазну. -
А сколько столового серебра!
Сашок заерзал.
- Полная уверенность, что дома никого не будет?
- Отвечаю! - убежденно заявил Тарас, в этом-то и был фокус: Ольга тоже уедет вместе с
детьми, а значит, она вне опасности.
- А привратник? Ты сам говорил, что они держат привратника.
- Это для вида. На самом деле он работает только днем. Ночью там никого не будет.
- Как я понимаю, мы должны войти туда ночью, - догадался Сашок.
- Тогда и соседей можно не бояться.
- Но ты забыл про сигнализацию, - напомнил он с меньшим энтузиазмом. - Такая себе
малость.
- Есть и на это средство.
- Да? Интересно, как ты собираешься ее отключить?
Тарас хитро улыбнулся.
- А я и не предлагаю ее отключать.
Сашок посмотрел на него с недоумением.
- Там есть одно окно без сигнализации: мансарда. Сигнализацию меняли в этом году.
Мансарду закрыли раньше. Однажды хозяин повесил на дверь замок и с тех пор никого
туда не впускал. Даже для такого случая не сделал исключения.
- Протиснуться в него хотя бы можно? - поинтересовался Сашок, не давая ему
уклониться от темы.
- А хоть и вдвоем.
- Надо составить подробный план дома.
- Вот здесь, - Тарас постучал себя пальцем по лбу. - Подробнее не бывает. Не зря же я
облазил все темные углы в поисках привидений.
- Каких еще таких привидений?
Тарас снова самодовольно ухмыльнулся.
- Мама наших двух отпрысков умерла в прошлом году. Мы сделаем так, что никто ни о
чем не догадается. Они думают, что по дому бродит призрак...
Сашок прищурил глаза. И вдруг покатился со смеху.
- Свалить все на привидение! - он уже лежал на руле и хватался за живот. - Нет,
правда?.. Я тащусь! Такого в наших краях еще не бывало!
Поездка на озера планировалась по окончании учебного года, а до конца занятий в
школе оставались считанные дни. Завершающим аккордом должен был стать "последний
звонок" для старшеклассников, в котором Ириночкина роль, как первоклашки, сводилась
к тому, чтобы вручить букет цветов какому-нибудь оболтусу выпускнику.
Павел заранее выбрал день и предупредил об этом всех, включая Ольгу. Втайне Ольга
ужасно обрадовалась: как же она мечтала о передышке, хотя бы и кратковременной, вне
стен этого дома, переполненного кошмарными тайнами. Он, подобно вулкану, был жив,
дышал и готовился нанести внезапный удар.
Следующую ночь она ждала с откровенно растущим внутренним беспокойством. Долго
сдерживаемое чувство искало выход. Страх, как забродивший сок. Его можно закупорить,
но нельзя удержать: выстрелит.
Шаги раздались как обычно, если вообще выражение "как обычно" применимо в
данном случае. Напряжение достигло предела. Ольга сама от нервозности забегала по
комнате. Впрочем, ожидание, это было еще хуже. Она знала, что рискует сорваться, как
Лариса, но это был бы для нее сладостный срыв. Ее сдержанность подвергалась
искушению. Ну, а сейчас она прямо-таки подошла к краю.
Нет, она больше так не могла, она чувствовала, что должна дать этому какой-то выход.
А иначе, действительно, пусть тихо, но сойдет с ума.
Ольга выбежала из комнаты и помчалась в ту сторону, где начиналась узкая лестница.
Ее заносило на поворотах, и ночная рубашка развевалась, будто крылья птицы. Она сама
могла сойти за привидение.
Ольга смело взошла ступенями на лестничную площадку перед входом в таинственную
мансарду. Впрочем, это была смелость приговоренного смертника, решившегося на побег.
Луч фонарика высветил нетронутую щеколду и замок, прикипевший к ней. Ольга
прислушалась. За дверью стояла безупречная тишина.
Тишина возмутила ее еще больше, чем шаги, доносившиеся с потолка.
- Там кто-нибудь есть? Отзовитесь! - громко потребовала она.
Не щадя кулаков, она забарабанила в дверь.
- Отворяйте! Кто там?..
И снова никто не ответил. Зато теперь, после того, как она вслух это произнесла, Ольга
поняла, что поверила, и испугалась.
С таким вот открытием вернулась она к себе.
Она прошла к туалетному столику, села и посмотрела на себя в зеркало, расчитывая
увидеть первые признаки безумия в собственных глазах.
Тут она расслышала запах духов. Ольга могла подумать, что забыла закрыть или
неплотно закрыла какой-то из флакончиков, находившихся на столике. Но это был не ее
запах, не ее духи. Ни один из кремов, которыми она пользовалась, тоже не имел такого
запаха. Сомневаясь в самой себе, она проверила подряд все без исключения тюбики и
флакончики. Нет, определенно, запах исходил не отсюда.
Тогда она встала и прошлась в другой конец комнаты. Запах не исчез и даже не
ослабел. Он просто стоял в комнате, как будто только что в ней находилась некая особа,
использующая эти духи. Вероятно, женщина. Но в доме, кроме Ольги, никто не мог
пользоваться женскими духами.
Она осмотрелась, стараясь останавливаться на мелочах. Нет, все предметы как будто на
месте. Расстеленная кровать, забытая расческа, двойной свет, от люстры и настенного бра
- все, как и было. Но вот запах... И форточка не помогла ему выветриться.
Ольга резко рванула на себя одну за другой обе створки окна. Свежий ночной воздух
ворвался в помещение, вытесняя загадочный запах. Она постояла так, дыша всей грудью,
пока он не растворился в ароматах летних садов. А ей все казалось, будто она чувствует
его до сих пор.
Услыхав, как заурчал автомобиль, Ольга подождала немного, а затем вышла во двор и
прошлась с деловым видом в летнюю кухню. Не глядя в ее сторону, Роман крутился около
машины. Когда она возвращалась, он как раз закрывал гараж, готовясь отвезти детей в
школу.
- Дети только что закончили завтракать, - поздоровавшись, сказала она. - Еще
буквально пять минут.
Собственно, это был только предлог, чтобы заговорить.
- Я не тороплюсь, - пожал плечами Роман, все еще отводя глаза.
- Сегодня последний день. Конец занятий.
Следующий шаг к примирению. Ему пришлось посмотреть ей в лицо. Она заметила,
что он смущен не меньше, и это придало ей уверенности.
- Я обнаружила какие-то духи, - продолжала она так, словно никогда между ними не
пробегала кошка. - Я таких и не встречала раньше. С выраженным запахом лаванды.
- С лавандой? - подхватил Роман. - Ну, тогда это покойной хозяйки. Ее любимый запах.
Она отличалась оригинальностью вкусов.
Ольга ни на что другое и не расчитывала, а все равно это ее шокировало.
- А где вы их нашли? - воспользовавшись ее молчанием, спросил он. - Хозяин не
оставил ничего после ухода жены, все запер в мансарде.
Он это уже говорил. Он так сказал однажды, когда увидел на Ольге ее блузку.
- Я... нашла их в своей комнате.
- Они до сих пор там?
- Нет, нет! - поспешно ответила Ольга. - Я решила, что они принадлежали Ларисе, и
выбросила.
- И правильно сделали. Они принесли бы вам несчастье.
Ольга побледнела.
- Несчастье?
- Все, к чему покойница прикасалась, хозяин возненавидел, как и память о ней.
- От детей мне приходилось иногда слышать... - осторожно напомнила Ольга. - Они
говорят о ней, как о живой.
- Ну да. Мне кажется, он ее ненавидит еще больше оттого, что дети не хотят забыть.
С Тарасом они договорились встретиться прямо в школе. Ольга не хотела дразнить
Романа, едва успев помириться, и поэтому уговорила его уехать, заверив, что праздник
может затянуться.
Ириночка была очень нарядная, и сама это чувствовала. Букет можно было сравнивать
с ее ростом. А вот Юлика это мероприятие, напротив, заметно тяготило. Он радовал, как
всегда, примерным послушанием, но на его лице застыла смертельная скука. Вместе с
Ольгой он стоял позади и безразлично следил за церемонией.
В середине ее Ольга услышала за спиной приглушенный голос Тараса:
- А вот и я.
Юлик оглянулся назад и с детской непосредственностью перевел взгляд на Ольгу,
расчитывая увидеть ее реакцию. Он как бы все понимал, и только вместо ехидства
попрежнему демонстрировал недетское равнодушие.
- Вы сегодня, как никогда, прекрасны, - заявил Тарас, не стесняясь присутствия
Юлика.
Ольга родила вымученную улыбку: со стороны Тараса это была явная ложь, она почти
не сомкнула глаз в последнюю ночь и не лучшим образом провела предыдущие. Она сама
боялась взглянуть на себя в зеркало. Что он еще выдумал!
Впрочем, у Тараса были и другие причины расточать комплименты.
- Кто вас этому научил? - спросила Ольга.
Она почти угадала, что за его лестью что-то стоит, в чем он едва ли признается.
- Вы, - дерзко ответил он.
Ольга сокрушенно покачала головой и попросила Юлика присмотреть за Ириночкой.
Первоклассников с цветами уже выстроили в ряд.
- Скоро мы с вами расстанемся: мы с детьми уезжаем отдыхать. Вам оно тоже пойдет
на пользу.
- Не говорите так!
Она расслышала упрек.
- Сами же в этом убедитесь.
- Когда вы едете? - спросил он обреченно.
- В субботу.
- Как, уже в эту субботу?! - повторил Тарас упавшим голосом.
Он расстроился совершенно искренне, но Ольга и не догадывалась о настоящей
причине его беспокойства.
Ириночка вместе с другими детьми побежала навстречу выпускникам.
- Вот увидите, к нашему возвращению вы о нас забудете, - убежденно заявила Ольга.
- О нас? Ну да, конечно, как же я сразу не сообразил! Вы вчетвером: вы, дети, и он...
Еще бы! Такой лакомый кусочек... - к его горечи примешалась неожиданная злоба.
- Не смейте! - она оборвала его с досадой, но продолжала уже спокойнее. - У него
срочные дела. Он пробудет с нами только сутки и вернется уже в воскресенье, к вечеру. Я
останусь с детьми одна. Это моя работа. Не верите?.. Ну и напрасно. Он-то вам не
конкурент. На вашем месте я бы не стала ему завидовать. Это сложный человек. Даже
дети его боятся. Меня он опекает, но... настолько, что одержим жаждой мести.
- Какой еще мести? - спросил Тарас почти что равнодушно.
Ольге пришлось рассказать.
- Когда-то на вокзале, по дороге домой я уснула, а в это время какие-то воры сняли с
меня туфли. Это случилось ранней весной, еще стояли заморозки. Пока я добралась до
села, простудилась и подхватила пневмонию. После этого долго лежала в больнице. К
счастью, все закончилось благополучно. Но он вбил себе в голову, будто должен отыскать
воров и воздать по заслугам.
У Тараса пересохло в горле.
- Вы сказали, воров? С чего вы взяли, что вор был не один?
Ольга растерялась.
- Ей Богу, не знаю, почему я так сказала... Впрочем, это он так выразился, а я лишь
повторила за ним.
Увидев, как он затрясся, Ольга осуждающе покачала головой.
- И вы туда же!
Глава 2 (6)
Тарас сам позвонил Сашику. Ему казалось, он никогда еще не чувствовал себя
настолько отвратительно.
- Никого не будет с субботы на воскресенье. Потом он вернется.
Сашок сразу догадался, о чем речь.
- Значит, у нас только одна ночь, и все. Пора действовать!
- У тебя все готово?
- Давно.
- У меня тоже.
После каждой фразы следовала небольшая заминка: оба колебались. Во время этого
короткого разговора ни один не признался в том, что его беспокоило.
Тарас промолчал в отношении Ольги: он-то теперь знал, что Ольга и есть на самом
деле та самая колхозница с вокзала. Это удваивало его страдания.
А Сашок? Не далее как час назад его пригласил к себе Егорыч и снова заговорил об
известном случае на вокзале. А потом показал фотографию потерпевшей - той самой
важной особы. Описание вкупе с фотографией кое-что напомнило Сашику...
Они выехали после полудня, расчитывая к вечеру прибыть на место. Но уже в середине
пути Павел принял телефонный звонок.
- Да, да, разумеется... Где вы намерены остановиться?.. Прекрасно, утром я вам
позвоню.
Он спрятал телефон с озабоченным видом.
- Роман, остановитесь, - велел он.
Автомобиль съехал на обочину, в сумерки, под крона деревьев. Дело шло к закату,
солнце еще пробивалось сквозь верхнюю листву, но от земли уже тянуло прохладой и
болотной сыростью.
Такое впечатление, будто он хотел сделать остановку. Но Павел и не думал выходить из
машины. Ольга спросила Ириночку, не хочет ли она выйти. Тогда Павел попросил
подождать.
- Извините, но планы поменялись. Завтра с утра мне предстоит важная встреча. Я
собираюсь заключить контракт с одной голландской фирмой. Только что позвонил ее
представитель. Поймите меня правильно. Это очень важная сделка. Он уже прилетел и
звонил из аэропорта. Мы должны встретиться завтра в моем офисе. Поэтому сейчас нам
придется повернуть назад. Да, я понимаю, это не совсем удобно, когда мы столько ждали
этого дня, и вот... Но что же тут поделаешь!
Ириночка еще не успела ничего понять и бестолково ерзала на сидении, по очереди
заглядывая в лица окружающих. Юлик, напротив, все понял в один миг и отвернулся к
окну, на этот раз не удержавшись и с шумом демонстративно вздохнув.
- Впрочем, я думаю, ничего страшного пока не произошло. Завтра с самого утра вы все
поедете, только без меня, - добавил Павел. - А теперь, кто желает, может выйти. Лес
рядом.
Возвращались они уже в темноте. Ольга клевала носом, Ириночка видела второй сон у
Юлика на коленях. Незадолго до полуночи "Мерседес" подъехал к опустевшему дому.
Привратник ушел сразу же после их отъезда, поэтому Роман сам вышел из машины, чтобы
открыть ворота.
Ольга хотела понести Ириночку на руках, но та проснулась и брезгливо оттолкнула
протянутые руки. Ольга надолго запомнила ее отталкивающий жест.
Уложив детей спать, она спустилась на кухню, чтобы приготовить себе чаю, и
повстречала Павла в домашнем халате и шлепанцах на босу ногу. Он торчал возле аптечки
с медикаментами. Аптечка находилась сразу за кухней, рядом с электрощитком и
выходом на веранду.
Увидев ее, он обрадовался.
- Ах, Ольга! Как хорошо, что вы еще не легли. Вы разбираетесь во всем этом? Где-то
здесь, среди прочей отравы, должно быть снотворное. Прошу вас, помогите мне его найти.
- Конечно! - с готовностью ответила она.
Ольга порылась среди вороха упаковок.
- Вот, пожалуйста.
- Огромное спасибо! Не могу никак уснуть, - пожаловался он. - Наверно, этот
внезапный звонок так на меня подействовал. Дайте, пожалуйста, воды запить.
Ольга налила ему из чайника.
- Сколько я должен принять таблеток?
- Здесь написано, одну.
- Значит, две, - сказал он и бросил сразу две таблетки в рот.
Павел выплеснул в раковину остаток воды.
- Дети уже спят?... Ну, тогда спокойной ночи!
Его тапочки прошлепали ступенями и затихли наверху, в спальне.
Серый "Опель", еще больше серый в темноте, прополз под уличным фонарем и
прикипел к бордюру в тени между двумя фонарными столбами. Улица тихая, и днем
движение вялое, а уж ночью и вовсе никакого.
Сашок с Тарасом переглянулись.
- Двигаем?
Оба вышли из автомобиля. Сашок позакрывал двери на замки, вот только
сигнализацию не стал включать. Лучше рискнуть, оставив его без сигнализации, чем
разбудить полквартала воем автомобильного гудка. Ну, и по теории вероятности, две
бригады воров на одной улице - вещь абсолютно невообразимая.
Они остановились за два дома до нужного адреса.
- Там собаки есть? - поинтересовался Сашок.
Тарас ответил, будто задели его гордость:
- В таком районе, как этот, дворовых собак не держат.
Приятели сначала прогулялись улицей, изучая обстановку. Никакого движения. Все
вымерло. Дом опустело смотрел черными прямоугольниками окон.
Убедившись, что никто их не видит, они друг за дружкой перемахнули через забор. Это
было самое слабое место в программе. Сашок покраснел, представляя, что подумают
друзья. Да, они с Тарасом могли обыкновенной отмычкой в два счета открыть калитку. Но
уж очень не хотелось оставлять следы.
Минуя гараж, они зашли с тыльной стороны дома. Тарас двигался наощупь, помня
только, что в десяти метрах от гаража должна быть летняя кухня. Они боялись включить
фонарь: кто-то из соседей мог случайно заметить.
А вот и она. Здесь можно было и посветить, ото всех сторон прикрытый луч никто не
увидит. В свете луча Тарас отыскал лестницу, спрятанную за летней кухней.
С этой стороны дома под окнами был разбит цветник. Это была пора тюльпанов.
Ночью бутоны сворачивались и огненно-красными факелами устремлялись к небу. В
цветник упиралась крытая веранда, а на ее крыше архитектор разместил солярий.
Приставив лестницу к веранде, они спокойно взобрались на солярий. Осталось
вытащить ее наверх и приставить к краю черепичной крыши. В отместку за забор с
невиданным комфортом вылезли они на крышу дома. Еще два метра по наклонной
поверхности - и они добрались до окна мансарды. Здесь Тарас нашел прикрученную к
раме самодельную скобу и потянул за нее. Окно свободно открылось. Рваные тучи,
угрожая закрыть и без того неполную луну, тревожно ползли над их головами.
Под ним образовался черный провал. Тараса проняла мелкая дрожь, следствие
суеверия, но Сашок стоял сбоку и ждал своей очереди. Затаив дыхание, на глазах у
приятеля Тарас первым спустился в темноту. Повиснув на руках, он не видел ничего под
собой, даже своих ног. Возможно, только чуть-чуть нехватило ему роста, чтобы коснуться
пола, а возможно, под ним была целая пропасть. Если бы не Сашок, подгонявший его
сверху, он так никогда и не решился бы.
Заставив себя разжать пальцы, он спрыгнул и попал на коробку из картонной гофры,
хрустнувшую у него под ногами, будто вафельная трубочка. С языка само собой слетело
ругательство.
- Подсвети мне, - потребовал он.
- Нас могут заметить, - напомнил Сашок.
Он был, конечно, прав, свет на крыше виден издалека, но Тараса это заботило куда
меньше, чем затаившаяся темнота мансарды.
- Скорее я тут сломаю себе ноги!
Сашок распластался на краю, свесил руку в проем и зажег фонарик. Узкий сноп света
вырвал из темноты лицо женщины с копной всклокоченных волос и пронзительным
взглядом, устремленным на Тараса. Тот в ужасе попятился. Будь фонарик у него, он бы
его, несомненно, уронил.
- Ты чего? Это же картина! - образумил его Сашок.
Луч скользнул по деревянной раме, выкрашенной в бронзовый цвет.
- Убедился? Эх, ты! Тоже мне, домушник!
- Поживи среди них, и я посмотрю, что ты тогда запоешь, - сказал в оправдание Тарас.
- Вот еще! Нашел, чем испугать! - фыркнул Сашок. - Посторонись! Я спускаюсь, -
предупредил он.
Теперь и он выругался, споткнувшись о ту же самую, возможно, коробку.
- Какого хрена! Что это еще за хлам?
Он снова осветил картину. Теперь ее глаза переместились на Сашика, неотрывно следя
за всеми его перемещениями.
- А она ничего, симпатичная. Коль увидишь какой дух - свистни. Я бы не против с ним
завести шуры-муры.
В воздухе стоял прелый запах старых вещей. Мансарду загромождали темные свалки
чего-то там.
Осторожно обходя завалы, Тарас пробрался к двери. Осмотрел косяк. Сашок светил
фонариком. Свет из глубины комнаты рассеивался, не достигнув окна.
Тарас нашел торчащие концы замковой скобы и подобрал гаечный ключ.
В волнующей тишине любой шорох давил на психику.
- Ну, что ты там копаешься? - нервно подхлестнул его Сашок. - Долго еще?
- Сам попробуй! Тут все проржавело, - огрызнулся Тарас.
Мама осуждающе следила за ними со спины.
Глухой стук с потолка и шаги, ставшие привычными, разбудили Ольгу глубокой ночью.
Еще сквозь сон она распознала этот звук и проснулась резко, как от удара током.
Лежа в кровати, она прислушалась. Шаги то затихали, то звучали вновь. Это было
невыносимо.
Ольга потянулась рукой к выключателю, чтобы зажечь светильник у изголовья, но он
не зажегся. Тогда она встала с кровати и попробовала включить верхний свет. Тоже
напрасно.
Она почувствовала себя неуютно: в темноте, с более чем странным соседством наверху.
Все же она накинула халат и открыла дверь. Серый прямоугольник окна, затеняемый
высоким деревом, смутно выделялся в конце коридора. Вытянув руку, Ольга наощупь
продвигалась вдоль стены.
За поворотом сердце учащенно забилось.
У подножия лестницы она замерла, собираясь с духом. Она уже хотела было занести
ногу на первую ступеньку, как вдруг услышала возню у самой двери. Кто-то с другой
стороны пытался открыть дверь!
Душа ее ушла в пятки. Ольга побежала назад. Наталкиваясь на невидимые препятствия,
один раз даже споткнувшись, она кое-как добежала до спальни Павла. Ворвалась к нему
без стука.
Лунный свет оставил узор тюлевых занавесок на белом пододеяльнике.
Она была уверена, что разбудила Павла дверью, но ошиблась. Он спал сном младенца,
уткнувшись лицом в подушку и натянув одеяло почти до самой макушки. Ольга
попробовала его будить - бесполезно! Он был неподвижен. Хоть стреляй из чего!
Тут-то она и вспомнила о ружье. Она прожогом метнулась из спальни в кабинет.
Охотничье ружье висело на своем месте, в шкафчике за стеклянной дверцей. Дверца была
закрыта на ключ. Не раздумывая, Ольга схватила стул и разнесла стекло вдребезг.
Осколки с яростным звоном посыпались на пол.
Патроны хранились в нижнем ящике стола, она это знала. И про то, что ящик не
закрывался. Впрочем, это ее наверняка не остановило бы. Злость вытеснила с
...Закладка в соц.сетях
