Жанр: Детектив
Та, что правит балом
... чтобы ты влюбился в меня. - Я прижала его ладонь к своим губам и опять
улыбнулась. И он улыбнулся в ответ, и из его глаз исчезла настороженность, хотя со
вчерашнего дня ничего не изменилось: и я была я, и он - самим собой. Хотя нет, он
изменился. Или все-таки я? - Я не думала, что ты позвонишь, - сказала я тихо.
- И я не думал.
Мы оба засмеялись. Его лицо стало дерзким и очень молодым, и я на мгновение
решила, что мы каким-то фантастическим образом перенеслись в свою юность, все стало
просто и ясно. Я вздохнула с облегчением, точно после долгого путешествия вернулась
домой.
- Я все еще не свыкнусь с мыслью, что ты позвонил и сидишь напротив, - сказала я,
проводя пальцами по его губам. - Забавно, правда? Ты ведь просто так позвонил? А не по
делу, да?
- Конечно, какие могут быть дела у бездельника вроде меня.
- Чудесно. Куда пойдем? Или останемся здесь?
- Я предлагаю напиться.
- Принято, - хихикнула я.
- Тогда начнем с самого шикарного ресторана.
- Кто из нас угощает?
Он засмеялся.
- Дорогая, ты меня оскорбляешь. На один день хорошего загула моих денег все-таки
хватит.
- Ты чудо, и я так рада, что ты позвонил.
- Я тоже рад, что додумался до этого.
К часу ночи мы с ним оказались в каком-то переполненном клубе. Ревела музыка,
возбужденные, потные лица мелькали перед глазами. Несмотря на все это, а может, как
раз и благодаря, мне было очень весело. Мы танцевали, перебрасываясь ничего не
значащими словами, и беспричинно смеялись. Оба были пьяны и счастливы.
Музыка на минуту смолкла. С трудом сквозь толпу мы пробились к стойке и сели на
свободные места.
- Классно танцуешь, - сказал Павел.
- Да, если учесть, что я совсем пьяная и раза три наступила тебе на ногу.
- На твое счастье, я этого не заметил. Скажу по секрету, я вообще ничего не замечаю,
только смотрю на тебя в полном обалдении.
- Моя пьяная физиономия так на тебя действует?
- Она еще прекраснее, чем трезвая.
- Хм, комплимент какой-то сомнительный.
- Это не комплимент, а констатация факта.
- Ты не пьян. Пьяный человек ни за что не выговорит конст... Черт, видишь, у меня не
получается!
- У меня тоже. Случайно вышло.
- Ты смеешься надо мной?
- Я тобой любуюсь. Обожаю пьяных женщин. Тебя я никогда не видел пьяной, и,
оказывается, это восхитительное зрелище.
- Скажи еще раз.
- Восхитительное, - по слогам произнес он. - Ты просто восхитительна.
- Все-таки смеешься. Даже не знаю, что теперь делать: то ли мне рассердиться и
бросить пить, то ли напиться еще больше.
- Лучше напейся. Повторить! - бросил он бармену, и мы оба рассмеялись.
Я взглянула в зеркало над стойкой, хотела поправить волосы, но рука вдруг замерла: из
зеркала на меня смотрели глаза. Пристально смотрели, цепко, и я несколько секунд,
точно в трансе, завороженно глядела в них, потом медленно повернулась. Человек исчез,
мгновенно растворившись в толпе. Вроде бы его и не было вовсе, и все это пьяный бред,
но я готова была поклясться, что он и сейчас таращится мне в затылок, так отчетливо я
ощущала его взгляд. Я заставила себя встряхнуться, попыталась вспомнить, о чем только
что говорила с Павлом, повернула к нему голову и натолкнулась на его взгляд:
насмешливый, недобрый. Он усмехнулся и поспешно отвел глаза в сторону, но этого
мгновения было достаточно, чтобы понять: Павел засек наблюдателя так же, как и я, -
нет, гораздо раньше! - и что вовсе он не пьян.
Я должна была что-то сказать, но странное безразличие как будто сковало меня. Я
залпом выпила бокал вина и пробормотала, глядя куда-то в пространство:
- Кажется, пора на покой.
- Пожалуй, - согласился Павел.
Я встала и направилась к выходу, он чуть задержался, расплачиваясь за выпивку.
Вереница такси замерла возле клуба, Павел что-то долго объяснял таксисту, должно
быть, надеялся засечь "хвост". Наконец машина тронулась с места. Я откинулась на
спинку сиденья и закрыла глаза.
- Устала? - спросил Павел. Несмотря на заботу, в голосе слышалась ирония.
"Все напрасно, - хотелось сказать мне. - Все напрасно". Только кому я это должна
сказать? Павлу? Он все знает лучше меня, разумнее промолчать. Молчать, наблюдая, как
за окном плывет город с разноцветными огнями, коробками домов и лужами на асфальте
там, где прошли поливальные машины.
Павел тоже смотрел в окно, и его рука была далека от моей руки, может, он даже не
заметил, как отодвинулся от меня, подобрался. И вот уже нет "нас", а есть он, и есть я, и
кожаное сиденье - как разделительная полоса, за которой чужая территория. И хоть он
был рядом, но я-то знала, что полосу отчуждения преодолеть удается далеко не всем, и я
не из их числа.
Возле моего дома мы простились, торопливо и равнодушно. В квартиру я не пошла, что
там делать, надоедать команданте своей болтовней? У него и так, поди, от нее уши вянут.
Я поднялась на крышу и долго лежала под звездами, раскинув руки, и на ум то и дело
приходили слова: "На свете счастья нет, но есть покой и воля", и сейчас от них не щемило
жалобно сердце, а казалось, все так и должно быть, и даже бог с ней, с волей, главное -
покой. Тишина. Здесь, над городом, и в моей душе.
Я проснулась оттого, что в глаза бил яркий свет. Нехотя разлепила тяжелые веки и
машинально взглянула на часы. Двадцать минут четвертого. Хотела отвести настольную
лампу в сторону, чтобы не слепила глаза, и только тогда увидела Ника. Разумеется, это не
удивило и уж точно не обрадовало. Он развалился в кресле напротив и терпеливо ждал,
когда я приду в себя.
- Ох, мама дорогая, - пробормотала я, приподняв голову и тут же опуская ее на
подушку. - Башка-то как болит. Черт... Когда-нибудь у меня будет сердечный приступ от
твоих внезапных появлений.
- Ты скончаешься раньше, чем я или алкоголь успеем причинить серьезный вред
твоему организму, - ответил Ник со смешком.
- Мрачноватый юмор, ты не находишь? Слушай, зачем ты меня разбудил? Лучше б
убил, ей-богу, чтоб не мучилась.
- В следующий раз так и сделаю, - сказал Ник. - Хотя хотелось бы все-таки проститься.
- Перебьюсь.
- Оно и правильно, на том свете все равно рядышком будем, не успеем как следует
соскучиться.
- Дай хоть воды, что ли... - попросила я.
- Свежевыжатый сок, - мурлыкнул Ник, протягивая мне стакан. - Все для тебя, дрянь ты
моя ненаглядная.
- Обожаю тебя, - сказала я вполне искренне.
- Я тебя тоже, - кивнул он, разливая коньяк в две рюмки. - Ну что, похмелишься?
- С ума сошел?
- Жаль, тогда я в одиночестве. - Он выпил рюмку коньяка и закусил лимоном.
- Радость моя, тебе что, черти покоя не дают? - спросила я, немного придя в себя.
- Не поверишь, даже не беспокоят.
- А чего тогда притащился в такое время?
- Соскучился.
- А мрачный юмор откуда?
- Ты же знаешь, я плохо воспитан. Опять же, у меня большая обида. Вот что ты за
человек такой? Стоит появиться какой-нибудь красивой морде, и папулю уже по боку.
- Не выдумывай. Только тебя я вижу в самых светлых снах. Вот сейчас, к примеру,
видела. Ты дряхлый старичок с палочкой, бредешь себе по чистенькому садику, а я сижу
на веранде и пью чай с малиношным вареньем.
- И ждешь: может, повезет, и старичок свернет себе шею?
- Что за мысли? Я думала о тебе с любовью и благодарностью.
- Тады ладно, а я уж хотел в зубы дать на всякий случай.
- Ласковый ты мой... Ладно, скажи мне "спокойной ночи" и иди куда-нибудь, где ты
нужнее. В самом деле, какого черта ты притащился среди ночи?
- У тебя же бессонница, вот я и подумал: выпьем, расслабимся.
- Я не могу пить, - поскучнела я.
- Это я вижу. Ну, что, как там твой Француз?
- Ты за этим пришел? Не мог утра дождаться?
Ник скривился.
- С вашего первого свидания прошли сутки. И что?
- Что? - простонала я.
- Вот именно: что? В смысле, чем папу порадуешь?
- Пока только пьяной физиономией. Я не звонила, потому что новостей не было, -
заговорила я серьезно, сообразив, что Ник хоть и настроен философски, но надолго его,
конечно, не хватит, и тогда к моим страданиям прибавятся дополнительные.
- Вот как?
- Ага.
- Он ведь ночевал у тебя?
- Следишь за мной? Такое впечатление, что ты ничем другим не занят. За что тебе
деньги платят?
- Тобой я занимаюсь в нерабочее время. Ты - мое хобби.
- Мило, - пожала я плечами. - Ну, ночевал он здесь, и что? Об этом событии надо было
сразу донести тебе?
- А других нет? - хмыкнул Ник. - Неужто паренек не раскололся? Не всплакнул на
твоем роскошном бюсте, типа, я во всем виноват, но я же все исправлю, и для этого у
меня кое-что есть, некий пустячок на черный день.
- Не все так просто, как ты, должно быть, думаешь. - Я приподнялась, а потом даже
села на постели, сунув подушку за спину, потому что сообразила: как известно, от черта
молитвой не отделаешься, а от Ника не отделаешься ничем. Терпение и еще раз терпение.
И воздается мне: он уйдет, а я усну. Возможно. - Он меня подозревает, - сказала я сурово.
- Убежден, что меня подослал ты. И в постель ко мне напросился с одной целью:
надеялся, что разговорюсь. Как видишь, сходные мотивы привели нас к полному фиаско.
Господи, слова-то какие на ум приходят, и это среди ночи и с перепоя.
- Гены, - пожал Ник плечами. - Ты ж у нас профессорская дочка, вот и плющит.
Значит, парень молчит, как партизан?
- Молчит. Слегка обеспокоен и намекнул: чего, мол, Нику от меня надо, раз все, что
хотел, он получил давно? А я намекнула, что хотела бы получить нечто
компрометирующее хозяев с целью от этих самых хозяев свалить подальше, но он либо
намека не понял, либо его проигнорировал. А может, и нет у него ничего, что, кстати,
представляется мне более вероятным. В противном случае он вряд ли бы здесь появился.
- Плохо, детка. Очень плохо. В наших с тобой интересах, чтобы у него что-то было.
Надо постараться.
- А я что делаю? Вот напилась до бесчувствия, надеясь, что у него, пьяного, язык
развяжется.
- Развязался?
- Нет.
- А у тебя? - Он усмехнулся и придвинулся ближе. - Ты, часом, не надумала папу
кинуть?
- Если бы такая мысль и пришла мне в голову, я бы не стала ее развивать. Давай
рассуждать здраво: мы не уверены, что у него что-то есть? - Ник кивнул. - Не уверены. Но
пока имеется хотя бы шанс, на парня стоит потратить время.
Теперь Ник весело фыркнул.
- Тебе нравится с ним трахаться?
- Идея была твоя. Я даже не знала, что он в городе.
- Так нравится или нет? - спросил он, все еще усмехаясь, но глаза смотрели зло.
- Да что такое на тебя нашло? - удивилась я. - Не помню, чтобы ты был ревнив. Дело
прежде всего, разве нет?
- Ох, дорогуша, чувствую, ты что-то затеяла. Играть со мной не советую, сама знаешь;
выйдут тебе твои игры боком.
- Кстати, он меня здорово разозлил, - сказала я и выпила коньяк, надеясь, что спиртное
поможет справиться с нервозностью - руки у меня дрожали, но это можно было списать
на похмельный синдром. - Я была уверена: стоит нам встретиться и.., короче, он не прочь
вспомнить былое, но я ему нужна так же, как корове седло.
- Какое сравнение, - хмыкнул Ник. - Кстати, ты и раньше была нужна ему примерно так
же. Говорят, даже самые профессиональные обольстительницы однажды встречают
мужчину, на которого их чары не действуют. Похоже, наш общий знакомец - как раз твой
случай. Ты его любила сильно-сильно, а он плевать на твои чувства хотел.
- Ага, значит, будем воздействовать на чувство вины, - кивнула я. - Не битьем, там
катаньем, но узнаем, есть ли у него что-нибудь такое, что и нам сгодится. Обязуюсь
трудиться с полной самоотдачей. А теперь иди отсюда, ладно?
Ник в самом деле вроде бы собрался уходить, но тут зазвонил телефон. Первой мыслью
было: вдруг Павел? Вдруг и ему не по себе, что мы так расстались? Взгляд метнулся к
телефону, Ник проследил его и усмехнулся.
- Сними трубку, - сказал он. - Разве тебе не интересно?
- Мне не интересно. Я спать хочу.
- Возможно, это меня, - пожал он плечами.
Я не успела перехватить его руку, он снял трубку и сказал резко:
- Слушаю. - На том конце провода молчали, потом пошли короткие гудки. - Со мной
говорить не пожелали, - хихикнул он. - Может, это твой дружок?
- И чему ты радуешься, придурок? - покачала я головой. - Мне будет трудно убедить
парня в своих чувствах, если он доподлинно знает, что по ночам здесь обретается еще ктото.
- А ты злишься... - засмеялся Ник. - Не переживай. Я из него, засранца, махом все
выбью. Так что, если твои чары на него не подействуют, мы пойдем другим путем. - Он
пересел ко мне и потянул меня за руку. - Солнышко, осчастливь, который день без тепла и
ласки.
- Спятил? Я гожусь только на то, чтобы добрести до туалета, - возмутилась я.
- Брось, в конце концов, тебе ж не мешки грузить, работенка не пыльная, либо лежишь,
либо стоишь...
- Хотелось бы, чтобы ты остался мной доволен.
- И мне бы хотелось, но так и быть, перебьюсь.
Ясно, это что-то вроде проверки. Ник на такие штуки мастер. Откажись я, и он всерьез
заподозрит, что я решила его обставить.
- Если меня вырвет, ты уж без претензий... - предупредила я, ухватив его за ремень
джинсов.
Меня мотнуло, я напряглась и смогла икнуть вполне естественно, то есть
профессионально. По моему мнению, у нормального мужика прыти должно было
поубавиться, но это у нормального... Ник повалил меня на диван, хватаясь за мою грудь, и
тут у него зазвонил мобильный.
- Вот, черт! - выругался он, но все-таки ответил:
- Чего опять? А до утра не подождет? Капец личной жизни, - сообщил он, закончив
разговор. - Вот так всегда, сгораю на работе.
- Кофе сварить?
- Времени нет. Пока, радость моя. Жди меня, и я вернусь... Как там дальше, сучка
ученая?
- "Как я выжил, будем знать только мы с тобой, просто ты умела ждать, как никто
другой", - послушно продекламировала я.
- Душевные стихи... - развеселился Ник. - Прямо слезу прошибают. Ты мне их на
бумажке напиши.
- Я тебе книжку подарю, а стихотворение помечу красным фломастером.
- Вот спасибо, а то с нашей-то серостью... - Он уже взялся за дверную ручку, и тут
охота дурака валять его оставила. - Мой человечек был за рулем, когда Гадюка два дня
назад в Москву отправился. Так вот, он слышал, как Гадюка по телефону велел с нашего
паренька глаз не спускать. Возможно, он ставит не на ту лошадку, но будет обидно, если к
финишу он придет первым.
- А я не против, - усмехнулась я. - Финиш - это всегда мертвецкая.
- Хорошо сказала, слушай! - с грузинским акцентом произнес Ник и наконец-то ушел.
А я начала бродить по комнате. Надо решить, что делать. То, что Павел свалял дурака,
появившись в городе, не вопрос. Вопрос - как теперь выйти из ситуации. Есть у него
компромат или нет, но он здорово рискует. Ден почему-то решил, что есть. Возможно, у
Гадюки имеются причины так думать, и он, как и Ник, боится опоздать. Зачем компромат
Дену? На этот вопрос может ответить только он. Логично предположить, что Гадюка
надеется получить некую выгоду. Нику компромат нужен, чтобы обезопасить себя. Мог
бы позаботиться и раньше, хотя... Так, если я скажу Павлу "Уезжай", он вряд ли меня
послушает. Скорее поступит по принципу: "выслушай врага и сделай наоборот". Неужто
он в самом деле считает меня врагом? Я зажмурилась от непереносимости этой мысли и
тут же погнала ее прочь - сейчас не до моих переживаний, надо придумать, что делать.
Я взглянула на телефон, и вдруг пришло решение. В тот момент оно показалось
простым и правильным. Человеку не дано знать, кто шепчет ему на ухо: ангел или демон,
и понимание этого приходит иногда слишком поздно.
Я сняла трубку и набрала номер. Мне долго не отвечали, я уже хотела дать отбой, но
тут раздался щелчок и тихий вкрадчивый голос произнес:
- Я слушаю.
- Ден, это Юля.
- В чем дело, сладкая? Пять часов утра...
- Прости, но мне надо с тобой поговорить.
- Ты спешишь в мои объятия? - усмехнулся он.
- Речь не обо мне. О тебе.
- Вот как? - удивился он, потом некоторое время молчал. - Приезжай, ты же знаешь, я
тебе рад.
- Нет. Встретимся на первой бензоколонке по дороге в аэропорт. Я буду в такси. Никто
из твоих людей не должен меня видеть. Через час.
- Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, - прошептал он, Разумеется, он меня подозревал.
Такой тип, как Ден, привык подозревать всех, и мое предложение встретиться в таком
месте и в такое время лишь усилило его подозрения. Я здорово рисковала, но иного пути
не видела. Ник мог следить за мной, но даже если слежки нет, он очень быстро поймет, в
чем дело. Однако доказать ничего не сможет. На это я и рассчитывала.
Я торопливо оделась и вышла из дома, на проспекте найти такси в любое время не
проблема. Так и есть, вереница машин тянулась до универмага. Я выбрала машину с
тонированными стеклами.
Пока шла от дома до проспекта, я пыталась засечь наблюдателя. Безрезультатно.
Может, его и нет вовсе? Может. Иногда и мне везет. Оказавшись в машине, я продолжила
наблюдение, по моей просьбе таксист безропотно кружил по городу. Немыслимо
спрятаться на пустых улицах, и если кто-то все-таки ведет меня, то он настоящий
фокусник. Наконец мы поехали в сторону аэропорта. Увидев нужную заправку, я велела
свернуть на нее. Протянув таксисту двести долларов, объяснила:
- У меня здесь встреча. Когда подъедет машина, идите к кассе и ждите там.
Мужик глянул недоверчиво, но деньги взял.
Через пять минут со стороны города показались две машины, на передней дважды
зажглись и потухли фары.
- Ответьте, - попросила я таксиста.
Водитель выполнил просьбу и поспешно скрылся в здании. Из первой машины
появился Ден с заспанным некрасивым лицом и еще трое. Из второй машины высыпало
пять человек - как видно, подготовились ребята серьезно.
Ден подошел к такси и постучал по стеклу. Я чуть приоткрыла его и сказала:
- Садись с той стороны.
Охрана окружила машину плотным кольцом, Ден открыл дверь и быстро сел рядом.
- Ну, что? - спросил, закуривая.
- Ты всегда появляешься в таком сопровождении?
- Стараюсь. Люди, знаешь ли, злопамятны. Ты поболтать пригласила или
действительно дело есть?
- Есть. У тебя ведь охранная фирма, так?
- Ну... - отозвался Ден, приглядываясь ко мне.
- Я хочу тебя нанять.
- Вот как? Пожалуйте в офис. Работаем с 10.00 до 20.00, ежедневно, без выходных и
перерывов на обед.
- Ты же знаешь, я не могу в офис.
- Не знаю, - усмехнулся он. - В чем дело, детка? Ты кого-то боишься?
- Боюсь. Так боюсь, что коленки дрожат. Помнишь наш разговор о компромате на
Долгих?
- Когда ты послала меня к черту?
- Не преувеличивай. В конце концов, сказав "никогда", я ведь уже прибежала к тебе и
прошу помощи. Разве не этого ты хотел?
- Чего я хотел, тебе прекрасно известно.
- Ден, мне нужна твоя помощь, и я действительно хочу нанять твоих парней. Деньги у
меня есть. Вот... - Я написала цифру на листе бумаги и протянула ему, он равнодушно
взглянул. - Может, этого не хватит? Я не знаю твои расценки.
- Вполне достаточно. А теперь я хотел бы услышать, чего ты хочешь от меня за свои
деньги.
- В городе появился человек, мой давний знакомый, зовут Павел Тимофеев. - Лицо
Дена не изменило выражение, но скука и некое томление могли быть наигранными. Хотя
верить Нику я тоже особенно не спешила. В общем, оставалось гадать, произвели мои
слова на Дена впечатление или нет. - Так вышло, что им интересуется Ник, точнее - его
хозяева.
- И в чем причина их интереса? - подал голос Ден, говорил с ленцой и смотрел в окно,
избегая моего взгляда.
- Когда-то в руки этому парню попала пленка, компрометирующая Долгих. Ник ее
вернул, но теперь у него возникли сомнения, не перехитрил ли его парень. Собственно,
именно о нем ты тогда и говорил.
- Ага, - кивнул он. - И ты тогда забыла мне сказать, что Француза хорошо знаешь.
Очень хорошо.
- Забыла, - кивнула я. - Потому что убеждена: ничего у него нет.
- Откуда такая уверенность?
- Когда-то он убедил в этом Ника, что, думаю, было нелегко.
- Меня вот что удивляет: парень до сих пор жив. Ты не находишь это
противоестественным? - Он улыбнулся и посмотрел мне в глаза. - Я могу найти этому
лишь одно объяснение...
- Пленка, то есть дубликат, все еще у него, - не дав Дену договорить, высказала свою
версию я.
Ден кивнул и спросил:
- Разумная мысль, верно?
- Ты забываешь про Ника.
Впервые в глазах Дена появился интерес.
- И что там с нашим красавчиком? - усмехнулся он.
- Боюсь, пленка уже у него. Или Ник надеется ее получить. Если у него, он убьет парня,
как только сочтет момент подходящим, если еще нет.., в любом случае Павел очень
рискует.
- И тебя это беспокоит?
- Меня беспокоит вот что: Ник может получить то, что хочу получить я.
- Ну, есть другие способы, - пожал Ден плечами, физиономия его вновь приобрела
скучающее выражение.
- Например?
- Я займусь твоим Французом, и он выложит все, можешь поверить.
- Не сомневаюсь. И пленка окажется у тебя. Но тебе она не нужна. Зачем тебе Долгих с
его старыми грехами?
- А тебе зачем? - проявил он интерес.
- Ты знаешь, - отрезала я. Он опять взглянул на меня, и мы пялились друг на друга не
меньше минуты.
- Я предлагал тебе дружбу, - заговорил Ден с усмешкой через некоторое время. - Но ты
отказалась. А теперь являешься и требуешь от меня услуги...
- Может, я чего-то не знаю? - перебила я. - У тебя возникли спорные вопросы с
хозяевами Ника, и пленка тебе самому нужна?
- Детка, - вздохнул он, - у нас нет и не может быть спорных вопросов. Откуда? У
Долгих свой бизнес, у меня свой.
- Тогда помоги мне, черт возьми! - не выдержала я.
Ден усмехнулся, пару раз провел ладонью по небритой щеке, глядя куда-то перед
собой.
- Ты боишься за своего любовника и нанимаешь меня его охранять? В оригинальности
тебе не откажешь.
- Он был моим любовником много лет назад. Странно, что ты не в курсе, но именно
благодаря ему я оказалась в тюрьме. Потом он впутал нас с подружкой в историю с
компроматом, и мне пришлось познакомиться с Ником. Одного этого достаточно, чтобы
охладить любой пыл. В общем, у меня нет оснований испытывать теплые чувства к этому
парню. Но у него может быть то, что мне очень нужно, и поверь, я сделаю все, чтобы это
получить.
- Я уже сказал, есть более простой способ...
- Точно. А я тебе ответила: компромат окажется у тебя. И что тогда буду иметь я?
- У меня встречный вопрос: а что ты готова предложить? - съязвил он.
- Деньги. - Он криво усмехнулся. - И свою дружбу, - добавила я. - Ты знаешь, кто из
твоих людей работает на Ника? - С его физиономии мгновенно сползла усмешка, он вновь
уставился на меня, а я продолжила:
- Два дня назад ты ездил в Москву. Кто был за рулем?
- Вот сука! - буркнул Ден, ударив ладонью по колену, точно прихлопнул невидимого
врага. - Никогда к нему душа не лежала. Доказательства? - нахмурился он.
- Присмотри за ним, и они появятся. Ник случайно о нем проговорился...
"Так ли уж случайно?" - вдруг подумала я. Но было уже поздно.
- Ну, так что? - спросила я со вздохом.
- О'кей, - кивнул Ден. - Итак, мои парни глаз не спускают с этого Тимофеева, берегут
как зеницу ока... Как долго? - поинтересовался он.
- Сколько понадобится.
- Этих денег может не хватить, - хмыкнул Ден. - Но с тебя я охотно возьму натурой.
- Я могу быть уверена...
- Ни один волос не упадет с головы твоего парня, - перебил он. - Довольна?
- Пока не знаю. В любом случае спасибо тебе.
- Что ты! - усмехнулся он. - Если с водилой ты не напутала, я твой должник.
- Все равно спасибо.
Он опять усмехнулся, похлопал меня по руке и вышел из машины. Окруженный
соратниками, направился к ожидавшему автомобилю, а я, зажмурившись, вздохнула.
Правильно ли я поступила? Что-то холодное, жуткое поднималось в душе. В очередной
раз я плачу за одну жизнь другой, и опять не своей. Был бы Ник рядом, непременно бы
сострил, что это входит у меня в привычку.
Две огромные машины Дена промчались в сторону города, через минуту появился
таксист.
- Можно ехать? - спросил хмуро.
- Можно. О том, где мы были и что вы видели, лучше помалкивать.
- Не дурак, сообразил, - буркнул он.
Через три дня, поздно вечером, я сидела у Виссариона, когда там появился Ник. Рожа у
него была такой, что кишки у меня сразу скрутило, однако я тут же постаралась взять себя
в руки, пока он шествовал к роялю, раскланиваясь на все стороны девицам:
- Добрый вечер, прелестные дамы.
Прелестные дамы враз затосковали и потянулись к выходу - Ник умел нагонять тоску
на граждан одним своим присутствием. Подобрался ко мне и захлопнул крышку рояля. Я
едва успела убрать руки.
- Солнышко, концерт отменяется. У меня чрезвычайно срочное дело.
- Что еще за дело? - проворчала я, покрываясь липким потом.
- Ей еще работать три часа, - возвысил голос Виссарион из-за стойки. Я сделала ему
знак молчать, а Ник ткнул в него пальцем и ласково попросил:
- Дед, заткнись. Сегодня во всех смыслах никуда не годный день.
- Ладно, пошли, - кивнула я. - Выпьем где-нибудь.
- Это обязательно! - продолжил кривляться Ник. - Как же не выпить? Идем, моя
голубка...
Мы спешно покинули кафе, но далеко не ушли, Ник втолкнул меня в ближайшую
подворотню, схватил за горло и прижал к стене.
- Ты сдала моего парня, шлюха!
При всем желании ответить я не могла, если это был вопрос, конечно, в чем я
сомневалась. Я могла лишь хрипеть и глаза закатывать, чем сразу же и занялась. Но Нику
быстро надоело видеть мою посиневшую физиономию, и он меня отпустил. Теперь я сама
схватилась за горло и принялась кашлять. Я бы могла заниматься этим довольно долго, но
терпение сегодня Нику было не свойственно, и он навернул мне коленом, после чего я
оказалась на земле. К кашлю прибавились стоны, что-то вроде кошачьего концерта, и
проходившие мимо граждане непременно бы отреагировали, не привыкни они к
подобным звукам давно и основательно. Район считался скверным, и народ здесь ночами
особо по улицам не болтался, люди и к окнам подходить были отучены, случайно
заслышав чьи-то вопли. В общем. Ник мог вволю веселиться, а я вволю вопить.
Человечеству это по фигу, и слава богу. Правда, один представитель хомо сапиенс все ж
таки возник в подворотне, и я ничуть не удивилась, узнав Верку (любопытство ее когданибудь
погубит). К счастью,
...Закладка в соц.сетях
