Жанр: Детектив
Рассказы из серии лью арчер
... подошел ко мне, направил пистолет мне в живот и сказал, чтобы я молчал,
никому не говорил, что он был здесь. Ни сейчас, ни потом. Он сказал, что, если я
проговорюсь кому-нибудь, он вернется и убьет меня. Но сейчас он мертв, ведь так?
- Да, он мертв.
Я чувствовал, что Донни очень боится. Это трудно объяснить, но у меня нюх как у
собаки. Что-то собачье, видимо, есть в моих хромосомах. Волосы у меня на затылке
встали дыбом. Интересно, этот страх Донни связан с прошлым или будущим? Прыщи
на его бледном мрачном лице стали еще заметнее.
- Я считаю, что его убили, Донни. Вы ведь лжете, не правда ли?
- Я?! Лгу?! - Но его реакция была замедленной и слабой.
- Ведь этот человек, который сейчас мертв, был не один. С ним была женщина.
- Какая женщина? - спросил он с притворным удивлением.
- Это вы скажете мне, какая. Ее зовут Ферн. Думаю, что стреляла она, и вы
застали ее на месте преступления. Раненый мужчина выбежал из номера, сел в машину
и уехал. А женщина осталась. Вы с ней беседовали. Возможно, она заплатила вам,
чтобы вы унесли его одежду. Вы также заполнили новую регистрационную карточку.
Но вы забыли о крови на полу в ванной комнате. Я прав?
- Ошибаетесь, сэр. Вы полицейский?
- Частный детектив. Вы попали в тяжелое положение, Донни. Вам лучше
рассказать все, как было, и покончить с этим, пока за вас не взялись полицейские.
- Но я ничего такого не сделал, - сказал он, переходя на фальцет, что
совершенно не соответствовало седине в его волосах.
- Подделка регистрационной карточки - серьезное нарушение. За него придется
отвечать, даже если они не сочтут вас соучастником убийства.
Он начал бормотать в оправдание что-то непонятное, и одновременно его рука
шарила под серым солдатским одеялом. Он сунул руку под подушку, достал оттуда
смятую регистрационную карточку, пытаясь съесть ее, как в плохом детективе. Но я
вытащил карточку из его желтозубого рта.
На ней детским почерком было написано: "Мистер и миссис Ричард Роу, Детройт,
Мичиган".
Донни сильно дрожал. Его худые колени, не прикрытые дешевыми ситцевыми
шортами, ходили ходуном.
- Я не виноват. Она заставила меня это сделать! Наставила на меня пистолет! -
закричал он.
- А что вы сделали с одеждой этого мужчины?
- Ничего. Она даже не впустила меня в номер. Свернула его одежду и унесла с
собой.
- А куда она пошла?
- Вниз по шоссе в сторону города. Я видел ее в последний раз, когда она шла по
обочине дороги.
- А сколько она вам заплатила?
- Ни цента. Я уже сказал вам, что все делал под дулом пистолета.
- И вы были так напуганы, что ничего не рассказали об этом до сегодняшнего
утра.
- Совершенно верно. Я очень испугался. А кто бы на моем месте не испугался?
- Но теперь ее здесь нет. Она ушла. Вы не могли бы описать мне ее внешность?
- Да. - Он сделал усилие, чтобы собраться с мыслями. Один его глаз немного
косил, придавая лицу удивленное аморфное выражение. - Это была высокая крупная
женщина, блондинка.
- Крашеная?
- Наверно. Не знаю. У нее было что-то вроде косы, закрученной на макушке.
Довольно полная. Фигура тяжелоатлетки. Грудастая. Толстые ноги.
- А во что она была одета?
- Не заметил. Очень испугался. На ней, кажется, было фиолетовое пальто с
черным меховым воротником. На пальцах много колец, браслеты и все такое.
- Молодая или старая?
- Довольно старая, я бы сказал. Старше, чем я. А мне уже тридцать девять.
- И она стреляла?
- Думаю, да. Хотя велела мне отвечать, если кто спросит, что мистер Роу
застрелился.
- Вы легко поддаетесь убеждению, не так ли, Донни? А это очень опасно в нашем
мире, где люди используют других людей в своих собственных целях.
- Я не понял вас, сэр. Повторите, пожалуйста. - Он смотрел на меня своими
голубыми глазами, моргая и улыбаясь.
- Ладно, забудем об этом, - сказал я и ушел.
В нескольких сотнях ярдов от дома Донни я увидел патрульную машину с двумя
полицейскими в форме, ехавшую мне навстречу. Донни ждали неприятности. Я
выбросил его из головы и поехал в сторону Палм-Спрингс.
Палм-Спрингс - небольшой городок, но довольно шикарный. Девушки здесь все
красавицы. Главная улица напоминала Голливуд, неизвестно как перенесенный сюда
через пустыню какой-то сверхъестественной силой и замаскированный под Дикий
Запад, что, естественно, никого не могло обмануть. Даже меня.
Я нашел магазин женского белья Гретхен в выглядевшем дорогим торговом
центре, размещенном на площадке. Посреди бил небольшой фонтан, несколько
охлаждая воздух. Был конец марта, курортный сезон заканчивался. Большинство
магазинов, в том числе и тот, который был мне нужен, практически пустовали.
Это был маленький магазинчик, пропахший дорогими духами покупательниц. Из
укромного уголка в глубине появилась хозяйка, дама с крашенными хной волосами,
танцующей походкой. Она заспешила ко мне.
- Вы хотите купить подарок, сэр? - спросила она весело.
Несмотря на ярко накрашенное лицо, похожее на маску, было видно, что это уже
немолодая, уставшая женщина, вынужденная работать и субботними вечерами, тогда
как другие наслаждались, пили коктейли у овальных бассейнов за высокими стенами,
через которые ей так и не удалось перелезть.
- Не совсем так, - ответил я. - Вернее, совсем не так. Прошлой ночью со мной
произошла странная вещь, и я хочу рассказать вам об, этом. Но это довольно
запутанная история.
Она внимательно на меня посмотрела и решила, что я тоже работаю, чтобы иметь
деньги на жизнь. Фальшивая улыбка на ее лице уступила место другой улыбке, более
искренней.
- По вашему виду не скажешь, что эта ночь была для вас легкой. И вам следовало
бы побриться, - сказала она просто.
- Я повстречался с девушкой, - начал я. - Вернее, это была скорее взрослая
женщина, фигуристая блондинка. Я буду с вами вполне откровенен. Мы
познакомились на пляже в лагуне.
- Я бы не вынесла лжи, парень. Так в чем же загвоздка?
- Не торопитесь. Вы испортите мой рассказ. Так вот, мы встретились с ней на
берегу теплого летнего моря при заходе солнца и поняли, что созданы друг для друга.
- Не знаю, о каком теплом море вы говорите. Когда я в нем купаюсь, вода мне
кажется ледяной.
- Прошлой ночью вода была теплой. Мы плавали при свете луны, прекрасно
проводили время и все такое прочее. А потом она ушла. И только после этого я понял,
что могу никогда больше не увидеть ее. Я не спросил у нее номера телефона. Я даже не
знаю ее фамилии.
- Замужняя женщина, наверное. Вы считаете, что у меня здесь клуб одиноких
сердец? - Ей все еще было интересно, что же последует дальше, хотя она, конечно же,
не верила тому, что я ей говорил. - Ну и что же? Она назвала в разговоре мое имя? А
как ее звали?
- Ферн.
- Редкое имя. Вы говорите, что это была крупная блондинка?
- Но очень пропорционально сложенная, - добавил я. - Если бы у меня было
классическое образование, я бы сказал, что она похожа на Юнону.
- Вы смеетесь надо мной, ведь так?
- Немножко.
- Так я и думала. Я даже люблю, когда со мной шутят. А что она говорила обо
мне?
- Только хорошее. Дело в том, что я ей сделал комплимент по поводу ее... как бы
это сказать, нижнего белья.
- Понятно. - Она уже давно забыла, как люди краснеют.
- Прошлой осенью у меня была клиентка по имени Ферн. Ферн Ди. Она работала
в клубе Джошуа. Но ее внешность не соответствует вашему описанию. Это была
брюнетка среднего роста и средней упитанности. Довольно молодая. Я запомнила ее
имя, потому что она попросила, чтобы на всех вещах, которые она у меня покупала,
было вышито это имя - Ферн. Довольно странная идея, не правда ли? Но желание
клиента для меня - закон...
- А она все еще в городе?
- Я не видела ее вот уже несколько месяцев. Но ведь это не та женщина, которую
вы ищете? Или та?
- А когда вы ее в последний раз видели?
- Прошлой осенью, в самый разгар бархатного сезона. Она была у меня в
магазине всего один раз, но приобрела здесь очень много вещей: чулки, ночные
рубашки, нижнее белье. И я, помню, подумала тогда: эта девица, наверное, выиграла
большую сумму денег.
- С тех пор она могла поправиться и выкраситься в блондинку. С женщинами
иногда происходят странные вещи.
- Не говорите, - сказала она. - А сколько лет было этой вашей знакомой?
- Я бы сказал, около сорока. Немного меньше или больше.
- Тогда это не она. Девушка, которую я имею в виду, молодая. Ей не больше
двадцати пяти. А я всегда точно определяю возраст женщин. Видела их немало и
всяких возрастов - от студенточек до старых ведьм.
- Не спорю с вами.
Она внимательно смотрела на меня. Под глазами у нее были синяки, не то от
усталости, не то от краски.
- Вы полицейский?
- Был полицейским.
- Хотите со мной поделиться своими заботами?
- Как-нибудь в другой раз. А где этот клуб Джошуа?
- Он еще закрыт.
- Я все-таки попытаюсь туда попасть.
Она пожала своими худенькими плечиками и дала мне адрес клуба. Я
поблагодарил ее.
Клуб размещался в ничем не примечательном одноэтажном здании в полквартале
от главной улицы. Обитая кожей дверь открылась, когда я толкнул ее. Пройдя через
вестибюль с куполообразным потолком, обставленный кадками с банановыми
пальмами и напоминавший джунгли, я очутился в большой комнате, стены которой
были украшены обоями с видом пустыни. За стойкой бара из ротангового дерева под
пологом в виде рыболовной сети бармен, по виду мексиканец, протирал несвежим
полотенцем бокалы. Он даже не поднял головы.
На сцене за наваленными в кучу стульями молодой парень в белой рубашке играл
на пианино. Его пальцы бегали по клавишам, догоняя свою тень, то кругами, то
прыжками, но так и не могли ее догнать. Я немного постоял рядом с ним, слушая
музыку. Он поднял голову и посмотрел на меня, все еще бренча левой рукой по басам.
- Прекрасный инструмент, - сказал я.
- Согласен с вами. - Его левая рука еще трижды ударила по одним и тем же
клавишам и опустилась вниз. - Кого-нибудь ищете, дружище?
- Я ищу Ферн Ди. Она приглашала меня зайти, когда будет время.
- Вам не повезло. Пустой номер. Она ушла отсюда в конце прошлого года. Была
ничего себе соловушкой, но не профессионалка. Голос был, но она не владела им. Пой,
пташечка, пой...
- А куда она подалась?
Он улыбнулся, как улыбаются трупы в руках умелого гробовщика.
- Я слышал, наш босс уволил ее, чтобы она могла жить личной жизнью. Она
живет теперь у него. Вот что я слышал. Но я не общаюсь с такими
высокопоставленными людьми, поэтому точно не могу вам ничего сказать. А для вас
это важно?
- В каком-то смысле да. Но ведь она совершеннолетняя. Ей больше двадцати
одного.
- Совсем немногим больше. На пару лет.
Глаза его потемнели, и тонкие губы скривились.
- Жаль, что это произошло с такой девчонкой, как Ферн. Не говорю, что скучаю
по ней...
Я прервал его разглагольствования.
- А кто этот босс, который, вы говорите, живет с Ферн?
- Ангел. Кто же еще?
- А в каком раю живет этот Ангел?
- Вы, должно быть, не местный? Недавно здесь? - Его глаза уставились вдруг
куда-то поверх моей головы, рот его открылся и тут же закрылся.
Кто-то позади меня сказал тенором:
- Вы что-то хотели спросить, дружище?
Пианист вернулся к своему инструменту, как будто бы этот неприятный тенор стер
меня с лица земли, уничтожил. Я повернулся. В дверях, заставленных барабанами,
стоял кудрявый брюнет лет тридцати, с тяжелым подбородком синеватого цвета. Он
был почти копией мертвеца, которого я нашел в "кадиллаке". Это сходство меня так
поразило, что я вздрогнул. Я вздрогнул еще раз, когда увидел в его руке тяжелый
черный пистолет.
Он обошел барабаны и подошел ко мне. Под твидовым пиджаком плечи его
выглядели огромными, а пистолет он держал как дорогой подарок. Пианист стал
играть похоронный марш в быстром темпе. Остроумный парень.
Двойник мертвеца целился в меня одновременно своим подбородком и
пистолетом.
- Заходите, если вы не полицейский. Но вначале предъявите свои документы.
- Я частный детектив.
- Тогда заходите.
Дуло автоматического пистолета уперлось в мое солнечное сплетение. Повинуясь,
я прошел мимо барабанов и пюпитров в узкую дверь. Дуло пистолета упиралось теперь
мне в спину, подталкивая по узкому темному коридору. Мы очутились в маленькой
квадратной комнатке с железным письменным столом, сейфом и шкафом для
документов. Окон в комнате не было. Она освещалась люминесцентной лампой. При
ее свете лицо человека с пистолетом казалось совсем голубым. Я подумал, что мог
ошибиться: да, тот человек в "кадиллаке" не умер, это просто показалось из-за жары,
растопившей мои мозги.
- Я здесь управляющий, - сказал он, стоя от меня так близко, что я слышал
запах, исходивший от его чем-то смазанных черных волос. - Вас интересует кто-то из
сотрудников клуба? Можете задавать вопросы мне.
- А вы ответите?
- Попытайтесь узнать.
- Фамилия моя Арчер. Я частный детектив.
- На кого вы работаете?
- Это вам неинтересно.
- Нет, интересно. И даже очень. - Пистолет подпрыгнул у него в руке и уперся
дулом мне в живот. - Так на кого же вы работаете?
Я был зол, и меня тошнило. Я глотнул, оценивая свои шансы, дабы выбить у него
из рук пистолет и справиться с ним голыми руками. Шансы были незначительны. Он
был крупнее меня, а пистолет держал так, будто он прирос к его руке. "Ты слишком
часто ходишь в кино", - сказал я себе, а ему ответил:
- На хозяина мотеля на побережье. В одном из его номеров вчера ночью был
застрелен человек. Так случилось, что я приехал туда на несколько минут позже.
Старик нанял меня, чтобы я разобрался, в чем там дело.
- А кого застрелили?
- Возможно, вашего брата. Он очень похож на вас. У вас есть брат?
Лицо его побелело. Забыв на миг о пистолете, он уставился мне в лицо. Рука с
пистолетом невольно опустилась, дуло смотрело теперь в пол. Я выбил у него оружие
и одновременно ударил его левой в челюсть. Бабахнул выстрел, мне обожгло лицо.
Пуля угодила в стену. Я ударил его правой по затылку.
Он упал, но не потерял сознания, стал шарить рукой по полу, нашел пистолет и
схватил его. Я ударил его ногой по руке, но пистолета он не выпустил. Тогда я стукнул
его по затылку. Он выдержал мой удар, поднялся на ноги с пистолетом в руке,
покачивая головой, как китайский болванчик.
- Руки вверх, - сказал он тихо. Подобные люди в ярости начинают говорить
тихим нежным голосом. У него были блестящие, ничего не выражающие глаза, глаза
убийцы.
- Мой брат Барт... Он... мертв?
- Мертв. Ему выстрелили в живот.
- А кто в него стрелял?
- Вот в этом-то весь вопрос.
- Кто стрелял в него? - повторил он свой вопрос тихим голосом. Лицо его
перекосилось от гнева. Дуло пистолета смотрело своей черной глазницей мне в живот.
- То же самое может случиться и с тобой, приятель.
- С ним была женщина. Она убежала, когда это случилось.
- Вы назвали Элфи, пианисту, ее имя, я слышал. Это была Ферн?
- Вполне возможно.
- Вы не уверены, раз говорите так?
- Она была с ним в комнате. Если бы вы могли описать, как она выглядит...
Его жесткие карие глаза смотрели на что-то за моей спиной.
- Зачем ее описывать? Позади вас, на стене, висит ее фотография.
На стене ничего не было. Он глубоко вздохнул и пошел на меня. Я попытался
уклониться, но не удалось. Он ударил меня рукояткой пистолета по голове. Я
стукнулся о стену и стал опускаться вниз. В глазах потемнело, и я потерял сознание.
Потом я стал различать цвета и очертания предметов, услышал голоса. Хриплый
тенор говорил:
- Я думаю, дело было так. Варио сказал нам правду. Барт нашел ее в Акапулько и
вез домой. Она уговорила его остановиться в мотеле на ночь. Она всегда нравилась
Барту.
- Я не знал этого, - заметил кто-то сухим старческим голосом. - Это
интересная для меня новость. Барт и Ферн. Ты должен был сказать мне об этом
раньше. Я не послал бы его за ней, и ничего бы не произошло. Ведь так, Джино?
Я все еще окончательно не пришел в себя, мозг был в отключке, и я не мог понять,
кому принадлежат эти голоса и о чем они говорят. Но ума хватило, чтобы не открывать
глаз и продолжать слушать. Я лежал спиной на чем-то твердом, и голоса раздавались
где-то вверху надо мной.
Тенор сказал:
- Вы не можете во всем винить Бартоломео. Это она виновата, эта грязная лживая
сучка.
- Успокойся, Джино. Я никого не обвиняю. Но хочу ее вернуть. Теперь особенно.
Ведь я прав?
- Я убью ее, - сказал тенор мягко, почти мечтательно.
- Возможно. Но теперь, может быть, такой необходимости не будет. Мне не
нравятся бессмысленные убийства.
- С каких это пор. Ангел?
- Не прерывай меня, это невежливо. Я научился отличать главное от
второстепенного. Что сейчас для нас главное? Почему мы хотели вернуть ее? Я скажу
тебе. Потому что я хотел заткнуть ей рот. Власти знали, что она ушла от меня. Они
хотели, чтобы она сообщила им о моих доходах. Поэтому мы решили найти ее и
заткнуть ей рот. Я прав?
- Я знаю, как заткнуть ей рот, - спокойно сказал молодой голос.
- Вначале испробуем мой план, он лучше. Когда стареешь, то начинаешь
понимать, что к чему, и не тратишь времени попусту. Она застрелила твоего брата,
ведь так? Теперь мы знаем, как заставить ее молчать. Она может получить за это от
пяти до десяти лет тюрьмы. И я считаю, что нам достаточно сказать ей об этом. Но
прежде мы должны найти ее.
- Я найду ее. Барт смог ее найти без труда.
- Но ему помог Варио, ведь так? Думаю, Джино, тебе не стоит этим заниматься.
Ты слишком импульсивный, как и твой брат. Я хочу видеть ее живой. Мы поговорим с
ней и тогда решим, что делать дальше.
- Ты стал слишком сентиментальным на старости лет, Ангел.
- Так считаешь? - Послышался звук слабого шлепка или удара. - Я убил
немало людей. На это были причины. Так что, думаю, ты должен взять свои слова
обратно.
- Беру обратно.
- И называй меня мистер Фанк. Если я старик, то ты должен уважать мои седины.
Называй меня мистер Фанк.
- Мистер Фанк.
- Прекрасно. Этот твой друг, он знает, где сейчас находится Ферн?
- Не думаю.
- Ты забыл сказать: мистер Фанк.
- Мистер Фанк, - прорычал Джино.
- Кажется, он приходит в себя. Его веки дрожат.
Кто-то ткнул меня мыском ботинка в бок. Кто-то стал хлопать меня по щекам. Я
открыл глаза и сел. Мой затылок трещал, как мотор, работающий вместе бензина на
боли. Джино выпрямился и встал рядом со мной.
- Поднимайся.
Шатаясь, я поднялся на ноги. Мы находились в комнате с каменными стенами и
высоким потолком. Здесь стоял черный дубовый стол и стулья старинного образца.
Комната и мебель, казалось, были построены для богатырей.
Человек, стоявший рядом с Джино, был маленьким уставшим старичком. Он мог
быть разорившимся бакалейщиком или бывшим барменом, приехавшим в
Калифорнию, чтобы поправить свое здоровье. Здоровье у него было плохое, это
бесспорно. Даже в этой душной комнате он ежился от холода или лихорадки, лицо его
было желтым. Он подошел ко мне поближе. Ноги его в синих мятых брюках,
вытянутых на коленках, шаркали по полу. Высохшую грудь плотно облегал толстый
синий свитер. Он, по меньшей мере, дня два не брился, и подбородок его напоминал
серый, изъеденный молью плед.
- Джино сказал мне, что вы расследуете убийство. - Он говорил с легким
среднеевропейским акцентом, но с каким, трудно было сказать. Казалось, он сам
забыл, на каком языке говорил раньше. - Где это произошло?
- Не думаю, что могу ответить на ваш вопрос. Завтра вы сможете прочесть об
этом в газетах, если это вас так интересует.
- Не могу ждать. Мне нужно это знать сейчас. Вам известно, где находится Ферн?
- Я не приехал бы сюда, если бы знал, где она.
- Но вы знаете, где она была прошлой ночью?
- Я в этом не уверен.
- Но все же расскажите мне, что вам известно.
- Не собираюсь.
- Он не собирается, - сказал старик, обращаясь к Джино.
- Думаю, лучше выпустите меня отсюда. Похищение - тяжелое преступление.
Вы же не хотите провести остаток своей жизни в тюрьме.
Он улыбнулся мне снисходительной улыбкой, которая была страшнее, чем гнев.
Его глаза напоминали тонкие ножевые раны, заполненные кровью, наполовину
смешанной с водой. Неторопливо прошаркав к дубовому столу, он нажал носком
ботинка на кнопку под ковром. В комнату вошли два парня в синих костюмах и быстро
направились ко мне. Это были те самые богатыри, для которых построена эта комната
и мебель.
Джино зашел сзади и попытался завернуть мне руки за спину. Я повернулся и
ударил его кулаком в скулу. В ответ он сильно стукнул меня в живот, и что-то тяжелое,
вроде бампера грузовика, ударило меня сзади по почкам. Ноги мои подкашивались, но
я повернулся и локтем задел чей-то подбородок. В голове у меня звенело, но я все же
услышал, как Ангел спрашивал меня вежливо:
- Так где же была Ферн прошлой ночью?
Я не ответил.
Ребята в синих костюмах держали меня за руки, а Джино бил по голове, как боксер
по груше. Я пытался уклоняться то вправо, то влево, в зависимости от того, какой
рукой он наносил удары, но удары сыпались все быстрее и быстрее, а я уклонялся все
медленнее и медленнее. Лицо его стало расплываться и куда-то исчезло. Временами
Ангел продолжал вежливо допытываться, намерен ли я ему помочь. В перерывах
между ударами я спрашивал себя, почему я молчу и кого защищаю. Возможно, я
молчал потому, что не хотел уступать насилию. Не люблю насилия. Но мое Я начало
растворяться и исчезать, как и лицо Джино.
Я решил сконцентрироваться на ненависти к этому лицу. Какое-то время ясно его
видел - глупое лицо с квадратным подбородком, брови срослись на переносице,
близко посаженные глаза, горящие черным огнем. Он продолжал молотить меня
кулаками.
Наконец Ангел положил свою костлявую руку ему на плечо и кивнул ребятам,
которые меня держали. Они посадили меня на стул. Стул с помощью невидимой
проволоки был привязан к потолку и постоянно раскачивался. Он раскачивался все
сильнее и сильнее. Наконец, промчавшись через пустыню в сторону еле заметного
горизонта, исчез совсем.
Я пришел в себя и выругался. Джино опять стоял рядом, держа в руках пустой
стакан. Лицо мое было совершенно мокрым. Ангел, стоявший рядом с ним, сказал
теперь уже раздраженным голосом:
- Да, вы умеете молчать. Но зачем вам это? Хочу узнать всего одну вещь, ничего
не значащую. Моя подруга, моя девушка покинула меня, убежала. Я хочу знать, где она
сейчас. Хочу вернуть ее.
- Вы неправильно действуете.
Джино нагнулся ко мне и засмеялся. Он грохнул стакан о ручку стула, на котором я
сидел, и поднес острый осколок к моим глазам. Я очень испугался. Кровь застыла в
жилах. Глаза для меня были все. Если ослепну - это конец. Я закрыл глаза, чтобы не
видеть это ужасное стекло.
- Нет, Джино, - сказал ему старик. - Я знаю лучший способ...
Они отошли к столу и стали о чем-то тихо советоваться. Потом Джино вышел из
комнаты, а старик остался. Он подошел ко мне. Его штурмовики стояли от него по обе
стороны, глядя на него с восхищением и ужасом.
- Как вас зовут, молодой человек?
Я сказал ему. Губы мои вздулись, язык запекся в крови.
- Мне нравятся такие смелые ребята, мистер Арчер. Вы сказали, что вы детектив.
Разыскиваете людей и получаете за это деньги на жизнь. Ведь так?
- У меня уже есть клиент.
- А теперь будет другой. Кем бы он ни был, я в состоянии его купить и снова
продать. Поверьте мне. Пятьдесят раз подряд.
Он потер свои тонкие синие руки. Они были такими сухими, что казалось, будто
деревяшка трется о деревяшку.
- Наркотики? - спросил я. - Вы торгуете героином? Я слышал о вас.
Его водянистые глаза покрылись пленкой, как у птицы.
- Не задавайте глупых вопросов, а то я перестану вас уважать.
- Это разобьет мне сердце.
- Может быть, это облегчит ваши страдания? - Он достал из кармана старый,
потертый бумажник, вынул смятый банкнот и бросил его мне на колени. Это была
пятисотдолларовая бумажка. - Моя девушка, которую вы найдете, очень молода и
глупа. Ей нельзя верить. Но это неважно. Найдите ее, приведите сюда, и я заплачу вам
еще пятьсот долларов. Возьмите деньги.
- Возьмите деньги, - повторил один из его охранников.
- Мистер Фанк сказал, чтобы вы взяли деньги.
Я взял деньги.
- Вы напрасно тратитесь. Я даже не знаю, как она выглядит. Я ничего о ней не
знаю.
- Джино сейчас принесет ее фотографию. Он встретился с ней прошлой осенью в
студии звукозаписи в Голливуде, где Элфи записывал свою музыку. Он послушал ее и
предложил работу в клубе. Скорее из-за внешности, чем из-за голоса. Пела она плохо,
но внешность у нее замечательная. Невысокая, но фигура прекрасная. Брюнетка,
светло-карие глаза. Я нашел способ, как ее использовать. - Глаза его загорелись, но
тут же потухли.
- Вы ничего не упускаете.
- Это верно. Ничто не должно пропадать зря. Думаю, что если бы я не стал тем,
кем стал, то мог быть хорошим экономистом. Все должно приносить пользу. - Он
замолчал, задумался. Его стареющий мозг начал ему отказывать. Потом он собрался с
мыслями и продолжал: - Она побыла здесь месяца два и убежала. Глупая девчонка.
На прошлой неделе я узнал, что она находится в Акапулько и что федеральный суд
намерен использовать ее в качестве свидетеля по моему делу. У меня неприятности с
налогами, мистер Арчер. Всю жизнь у меня были неприятности с налогами. Считали,
что я от них уклоняюсь. К несчастью, Ферн помогала мне с бухгалтерией. Она может
сильно повредить мне. Поэтому я послал Барта в Мексику, чтобы он привез ее сюда.
Но я не желал ей ничего плохого. И даже сейчас не желаю ей ничего плохого и не
обижу ее. Просто хочу с ней поговорить, объяснить, что к чему. Вот и все. А то, что
она застрелила моего друга Барта, сослужит свою службу. Кстати, где это произошло?
Все эти его разглагольствования были просто длинной леской, на конце которой
был крючок - вопрос, который он мне задал. И пытался поймать меня на этот крючок.
- В Сан-Диего, - сказал я. - Рядом с аэродромом, в мотеле "Мишн".
Возвратился Джино с фотографией в серебряной рамке. Он протянул фото Ангелу,
а тот передал ее мне.
Он по-отцовски улыбнулся мне:
- Вот теперь вы действуете правильно.
Снимок был сделан в студии - вероятно, для рекламы. На черном бархатном
диване на фоне искусственного ночно
...Закладка в соц.сетях
