Жанр: Детектив
Рассказы из серии лью арчер
...еть, что со Стеллой. Она лежала у подножия лестницы и была мертва, - голос
его сорвался.
- Ты любил ее, Ленард?
- После того, как встретил тебя, нет.
- Она была очень красива? - в голосе ее слышался вопрос и горечь
одновременно.
- Теперь нет, - сказал я. - Она мертва. И вы возили за собой ее тело. Какой был
в этом смысл?
- Никакого смысла. - Вся его пышная борода и усы не могли скрыть, что он
выглядел, как виноватый напроказивший мальчишка. - Я запаниковал. Мод хотела,
чтобы я тут же вызвал полицию. Но у меня уже были в прошлом небольшие
неприятности с полицией, и я знал, что сделает Долфин, если найдет у моих дверей
мертвую Стеллу. Он меня ненавидит. - Его детские голубые глаза смотрели вначале
удивленно, а потом понимающе. - Я не виню его.
- А что он мог сделать?
- Он бы сказал, что это я ее убил.
- Как он мог это сделать? Судя по тому, что рассказала ваша жена, это
непреднамеренное убийство, возможно, при самозащите, поэтому оправданное.
- Вы так считаете? Не знаю. Я чувствовал себя виновным в смерти Стеллы.
Ничего не соображал. Просто хотел спрятать ее и увезти Мод из страны, подальше от
этой грязи, в которую я ее впутал.
- Для этого вам и были нужны пять тысяч?
- Да.
- Вы собирались бежать за границу через Чикаго?
- Нет. Наши планы изменились. Брат Мод уговорил нас, что ей лучше вернуться в
Чикаго. После того как вы выследили нас, я пришел сюда к нему и все рассказал. Он
сказал, что, если мы покинем страну, это будет равносильно признанию своей вины в
случае, если все это раскроется и будет суд.
- Он был прав.
- Вы считаете, что суд обязателен? - Он наклонился ко мне, кровать заскрипела
под весом его массивной фигуры. - Если в вас есть хоть какие-то человеческие
чувства, дайте нам возможность уехать в Чикаго. Моя жена - порядочная женщина.
Не знаю, значит ли это что-либо для вас?
- А для вас?
- Для меня - да. - Он опустил глаза. - Она не сможет пройти через судебное
разбирательство здесь, в Лос-Анджелесе, вынести всю эту грязь, которую они
раскопают в отношении меня и бросят ей в лицо.
Я сказал:
- Во мне еще осталось кое-что человеческое. Но его недостаточно для того, чтобы
согласиться с вами. Сейчас все мои чувства сосредоточены на Стелле Долфин.
- Но вы ведь сами сказали, что это вполне оправданное непреднамеренное
убийство.
- Судя по тому, что рассказывает ваша жена, это действительно так.
- Вы мне не верите? - спросил он удивленно.
- Я верю вам. Но вы не знаете всех фактов, связанных с этим делом. На горле
Стеллы Долфин есть отпечатки пальцев. Я видел такие отпечатки пальцев на горле
других задушенных женщин.
- Нет, - прошептала она. - Клянусь, я только толкнула ее.
Я смотрел на изящные руки, которые она сжимала у себя на коленях.
- Вы не могли бы оставить такие следы. Вы толкнули ее. Она покатилась с
лестницы и потеряла сознание. Кто-то другой нашел ее в бессознательном состоянии и
удушил. Листер?
Он опустил голову, как потерявший все силы бык. Он не смотрел на свою жену.
- Стелла Долфин не давала вам спокойно жить и могла продолжать это делать и
дальше. И вы решили положить этому конец, прикончив ее. Все это так и было?
- Дурная привычка, - сказал он. - Дурная привычка все время задавать
вопросы, как говорит Кокто. Вы все перевернули, представили все это в невыгодном
для нас свете, Арчер.
- Ваша ложь, которую я постоянно слышу, заставляет меня это делать.
- Хорошо, - сказал он, глядя в пол, - если я признаюсь и возьму на себя вину,
вы разрешите Мод уехать вместе с братом обратно в Чикаго?
Она прижала лицо к его опущенному плечу и сказала:
- Нет. Ты не сделал этого, Ленард. Ты просто хочешь защитить меня.
- Значит, это сделали вы?
Она медленно покачала головой, прижавшись к нему. Он обнял ее. Я смотрел мимо
них в окно на синее, темнеющее море. Они были довольно приличными людьми -
такими же, как и все люди, - думающими о прошлом, переживающими за будущее,
державшимися друг за друга в тяжелую минуту жизни. И вся эта история вновь прошла
у меня перед глазами и перевернулась с головы на ноги - многоголовый дракон,
голова которого, если ее отрубить, вновь вырастала.
Харлан открыл дверь ванной комнаты и вышел, покачиваясь. Из носа у него текла
кровь. Он посмотрел на меня с ненавистью, а на сестру с мужем - с отчаянием. Они
не видели его. Он стоял в дверях, как вьющееся растение.
- Мне не надо было сюда приезжать, - сказал он с горечью.
Я повернулся к ним и сказал:
- Дело зашло слишком далеко.
Они ничего не слышали и не видели, поглощенные своим несчастьем, крепко
держась друг за друга. Заскрипела дверь. Я подумал, что это Харлан закрывает дверь в
ванную, и посмотрел не в ту сторону. Долфин появился в комнате. Тяжелый военный
пистолет дрожал в его руке. Он стал приближаться к Листеру и его жене.
- Вы убили ее, сволочи.
Листер попытался встать с кровати. Женщина удержала его. Она сидела спиной к
пистолету.
Раздался единственный выстрел, очень громкий. Его отголоски прозвучали
запоздалым громом. Харлан пересекал комнату, возможно, надеясь защитить свою
сестру. Он остановился. Потом упал. Я выстрелил тоже.
Долфин бросил пистолет, схватился руками за живот, попятился к стене и сел на
пол. Он тяжело дышал. Из глаз и из носа у него потекла вода. Лицо его искривилось,
выражая горечь и неудачу. Между пальцами у него стала просачиваться кровь. Я
подошел к нему.
- Откуда вы знаете, что это они ее убили?
- Я все видел.
- Но вы же были в постели.
- Нет. Я был в гараже. Они сбросили ее с лестницы, а потом спустились и
удушили ее. Листер удушил. Я видел его.
- И вы не вызвали полицию?
- Нет. Я... - Он подыскивал слова. - Я больной человек. Я был слишком болен,
чтобы вызывать полицию. Я был расстроен. Не мог говорить.
- Сейчас вы чувствуете себя еще хуже, но вы будете говорить. Ведь это не Листер
убил ее, а вы?
Он подавился и начал кашлять кровью. Его рыдания выплескивали кровь изо рта.
- Она получила то, что заслужила. Я думал, она вернется ко мне, когда сказал ей,
что он женился на другой женщине. Но она не пожелала даже смотреть на меня. Она
думала только о том, как бы вернуть его обратно. А ведь это я любил ее, а не он.
- Да, вы показали, как вы ее любили.
- Я любил ее. Любил.
Он посмотрел на свою окровавленную руку и начал громко кричать. Он упал на
бок лицом к стене и кричал. И умер той же ночью.
Харлан тоже умер. Он не должен был приезжать.
Росс Макдональд
"Лью Арчер"
Золотистая блондинка
"Guilt-Edged Blonde" 1954, перевод Л. Романова
У въезда в ворота меня ждал мужчина. Он не был похож на человека, которого я
ожидал встретить. На нем была бежевая ветровка в пятнах, бесформенные брюки и
потрепанная, подозрительного вида шляпа, впрочем, как и его лицо. Судя по седине в
волосах и морщинам у глаз, ему было лет сорок. Темные убегающие глаза. Он все
время как бы ждал удара. Трудно ему приходилось в жизни, подумал я.
- Вы Арчер?
Я ответил утвердительно и протянул ему руку. Он не знал, что с ней делать,
подозрительно посмотрел на нее, словно боясь, что я использую прием дзюдо. Руки он
держал в карманах своей ветровки.
- Я Гарри Немо, - сказал он жалобным, подвывающим голосом. Ему очень не
хотелось называть своего имени. - Мой брат попросил меня заехать за вами. Вы
готовы?
- Только возьму багаж.
Я взял свою сумку, которая лежала на стойке в зале ожидания. Для своего размера
она была довольно тяжелой. Кроме зубной щетки и сменного белья, в ней лежало два
автоматических пистолета - 38-го и 32-го калибра.
Гарри Немо провел меня к своей машине. Это была семиместная машина, такая же
черная и длинная, как сама смерть. Переднее и боковые стекла очень толстые,
желтоватого оттенка, пуленепробиваемые.
- Вы полагаете, что в вас будут стрелять?
- Не в меня, - улыбнулся он смущенно. - Это машина Ника.
- А почему Ник сам не приехал?
Он осмотрелся вокруг. Летное поле было пустым. Самолет, на котором я прилетел,
уже поднялся в небо, блестя на солнце. Единственным живым существом был
диспетчер в контрольной башне. Тем не менее, Немо наклонился к моему уху и
шепнул:
- Ник до смерти испуган. Он с утра боится выходить из дома.
- А что произошло утром?
- Он не говорил вам? Вы же разговаривали с ним по телефону.
- Мы с ним недолго беседовали. Он сказал, что хочет нанять на шесть дней
охранника, пока не уйдет в море его корабль. Он не сообщил, зачем это ему нужно.
- Его хотят пристрелить - вот зачем. Сегодня утром он пошел на пляж. Это
частный пляж, принадлежит ему и находится за его ранчо. Решил искупаться. Кто-то
стрелял в него с обрыва. Было сделано пять-шесть выстрелов. Ник был в воде,
безоружен. Пули падали вокруг него, как град. Он нырнул и поплыл под водой в
сторону от берега. Хорошо, что Ник прекрасно плавает, а то бы ему конец. Поэтому
нет ничего удивительного, что он испуган. Это значит, что они выследили его,
понимаете?
- Кто это они? Или это семейная тайна?
Немо повернулся и внимательно посмотрел мне в лицо.
Изо рта у него пахло чем-то кислым, и смотрел он на меня удивленно:
- Вы что, не знаете, кто такой Ник? Он не сказал вам?
- Он фермер, выращивающий лимоны, ведь так?
- Теперь да.
- А кем он был раньше?
Его потрепанное лицо приняло замкнутое выражение:
- Я думаю, мне не стоит болтать. Он сам вам скажет, если сочтет нужным.
Он включил мотор в двести лошадиных сил, и машина буквально отскочила от
тротуара. Моя тяжелая кожаная сумка лежала у меня на коленях. Немо вел машину так,
как будто это была единственная вещь в жизни, которую он любил. Он как бы слился с
машиной. Вначале мы ехали по шоссе. Потом оказались на дороге, спускавшейся
между геометрически расположенными лимонными рощами. Внизу закат солнца
окрашивал море в красный цвет.
Прежде чем добраться до моря, мы свернули на частную дорогу, которая среди
темно-зеленых деревьев напоминала очень ровный пробор в волосах. Мы проехали по
ней полмили или немногим больше и оказались на лужайке, на которой стоял низкий
дом.
Цементная крыша дома была плоской. К дому пристроен гараж. Все окна в доме
закрыты плотными шторами. Лужайка вокруг дома ухожена. Она окружена заборомсеткой
высотой в десять футов, над сеткой протянута колючая проволока.
Немо остановил машину перед запертыми на висячий замок воротами и
посигналил. Никто не вышел. Он посигналил еще раз.
Где-то на полпути между домом и воротами выполз из кустов какой-то человек.
Передвигался он очень медленно, на четвереньках. Голова его касалась земли. Лицо
залито кровью. По дороге тянулся красный след.
Гарри Немо воскликнул:
- Ник! - Он выскочил из машины. - Что случилось, Ник?
Ползущий человек поднял раненую голову и посмотрел на нас. Потом с трудом
поднялся. Он продвигался вперед, широко расставив свои неустойчивые ноги, как
огромный младенец, который учится ходить. Дышал он тяжело и очень громко, глядя
на нас предсмертным взглядом, полным надежды. Потом он захрипел и умер, по
инерции еще продолжая идти. Я увидел, как изменилось его лицо перед тем, как он
упал на дорогу, посыпанную гравием.
Гарри Немо перепрыгнул через забор, как уставшая обезьяна, разорвав свои штаны
о колючую проволоку. Он наклонился над братом, перевернул его лицом вверх и
положил руку ему на грудь. Потом поднялся и покачал головой.
Я открыл сумку и достал пистолет. Подойдя к воротам, я сказал:
- Открывай, Гарри.
Гарри пошарил в карманах брата и нашел кольцо с ключами. При этом он все
время повторял:
- Они убили его, грязные подонки. - Он несколько раз перекрестился.
- Открывай.
Гарри открыл ворота. Мы шли по шуршавшему гравию. Я посмотрел в глаза Ника,
тоже напоминавшие гравий. У него был прострелен висок.
- Кто убил его, Гарри?
- Я не знаю. Толстый Джордан, или Арти Кастоло, или Фаронзи. Кто-нибудь из
них.
- Банда лиловых?
- Так ее называют. В тридцатых годах Ник был их казначеем. О нем не писали в
газетах. Он занимался выплатами. Когда началась заваруха и банда распалась, у него
оставались деньги в банке. Ему одному удалось спастись.
- Сколько у него было денег?
- Ник никогда не говорил мне этого. Я знаю только, что перед войной он приехал
сюда и купил тысячу гектаров лимонных плантаций. Они гонялись за ним пятнадцать
лет. Но он знал, что они найдут его.
- Арти Кастоло вышел из тюрьмы прошлой весной.
- Я знаю. Тогда-то Ник и купил себе эту машину и обнес свой дом колючей
проволокой.
- А за вами они тоже охотятся?
Он посмотрел на потемневшее небо и лимонные плантации. Небо было в красных
прожилках, как будто солнце тоже было смертельно ранено и истекало кровью.
- Не знаю, - ответил он взволнованно. - У них нет на это никаких причин. Я
чист, как мыло. Я никогда не участвовал в их делах. Во всяком случае, после того, как
женился. Жена разъяснила мне, что к чему.
Я сказал:
- Нам лучше пойти в дом и вызвать полицию.
Дверь в дом, обитая железом, была приоткрыта. Гарри сказал вслух то, о чем я
подумал:
- Какого черта он вышел из дома? С ним бы ничего не случилось, если бы он
этого не сделал.
- Он жил один?
- В основном - да.
- Что вы имеете в виду?
Он сделал вид, что не слышит меня. Но я получил своего рода ответ на мой вопрос.
В гостиной на диване валялась небрежно брошенная леопардовая шубка. В
пепельницах среди окурков сигар виднелись и окурки сигарет со следами помады.
- Ник был женат?
- Не совсем.
- Но вы знаете эту женщину?
- Нет, - соврал он.
Где-то за толстыми стенами дома послышался скрежет мотора, стук дверцы и
скрип колес по гравию. Я подошел к двери как раз вовремя, чтобы увидеть вишневого
цвета кабриолет, удалявшийся от дома. Верх машины был опущен. Блондинка,
сидевшая за рулем, казалась маленькой и очень сосредоточенной. Она объехала тело
Ника и помчалась к воротам. Я прицелился в правое заднее колесо, выстрелил, но
промахнулся. Гарри подбежал ко мне и ударил меня под локоть, чтобы я не смог
выстрелить еще раз. Машина исчезла из виду, повернув в сторону шоссе.
- Пусть она уезжает, - сказал он.
- Кто это?
Он подумал. Мозг его соображал очень медленно.
- Не знаю. Какая-то шлюха, которую Ник где-то подобрал. Зовут ее Флосси или
Флорри. Что-то в этом роде. Она его не убивала, если вас это беспокоит.
- Вы хорошо с ней знакомы, не так ли?
- Ни черта я с ней не знаком. Я не путаюсь с девчонками Ника. - Он пытался
произнести эти слова со злостью, но это ему не удалось. Кроме раздражения, в голосе
не было никаких других эмоций. - Послушайте, мистер, почему бы вам не убраться
отсюда? Человек, который вас нанял, умер.
- Во-первых, мне не заплатили, - ответил я.
- Это я улажу.
Он вышел на лужайку и подошел к мертвецу. Вернулся с бумажником из
крокодиловой кожи, полным денег:
- Сколько вам причитается?
- Сотни хватит.
Он протянул мне сотенную бумажку.
- А теперь убирайся, приятель, пока не приехала полиция.
- Мне не на чем ехать.
- Возьмите машину Ника, она ему теперь не нужна. Вы можете оставить ее в
аэропорту, а ключи передайте дежурному на стоянке.
- Вы так считаете?
- Конечно. Я вам говорю, сделайте так.
- Не слишком ли свободно вы обращаетесь с собственностью своего брата?
- Теперь это все мое, парень, - заметил он. И вдруг его осенила блестящая идея.
- Кстати, давайте-ка убирайтесь с моей земли.
- Я остаюсь, Гарри. Мне нравится здешняя атмосфера. Я всегда считал, что
атмосфера любого места зависит от людей, которые там находятся.
Пистолет все еще был у меня в руках. Он покосился на него.
- Идите к телефону, Гарри, и вызовите полицию.
- Кто вы такой, чтобы мне приказывать? Я не подчиняюсь ничьим приказам, я
сам себе хозяин. - Он посмотрел через плечо на бесформенный предмет на дорожке и
злобно сплюнул.
- Я гражданин, работающий на Ника, а не на вас.
Внезапно настроение у него изменилось.
- Сколько вы с меня возьмете, если я вас найму?
- Это будет зависеть от того, какого рода работу я должен буду делать.
Он порылся в бумажнике из крокодиловой кожи:
- Вот еще сотня. Если вы здесь останетесь, не говорите об этой дамочке.
Согласны?
Я ничего не ответил, но деньги взял. Эту сотню я положил отдельно от остальных
денег. Гарри пошел звонить шерифу.
Перед приходом полицейских он опорожнил пепельницы и спрятал губку в шкаф,
а я сидел и смотрел на него.
Следующие два часа мы провели с горластыми помощниками шерифа. Они
злились на убитого за то, что его убили из-за его прошлого. Они злились на Гарри за
то, что он был его братом. Втайне они злились и на себя за то, что были неопытны и
некомпетентны. Они даже не нашли леопардовой шубки.
Гарри Немо покинул здание суда первым. Я подождал, пока он выйдет, и пошел
незаметно за ним. Он шел пешком, я тоже.
За склонившейся над тротуаром пальмой был вход во двор, в котором стояли
наспех сколоченные коттеджи. Гарри вошел во двор и поднялся на крыльцо первого
коттеджа. Дверь открылась, осветив его лицо. Женский голос что-то сказал. Затем
дверь закрылась, свет исчез и голосов не стало слышно.
Напротив двора высился старый дом с остроконечной крышей. Я перешел улицу и
устроился в тени его веранды, чтобы последить за тем коттеджем, где скрылся Гарри.
Я выкурил три сигареты. Наконец из дома вышла высокая женщина в темной шляпе и
светлом пальто. Она быстро пошла по улице и исчезла за углом. Я выкурил еще две
сигареты. Женщина появилась на углу улицы уже на моей стороне. Двигалась она так
же быстро. Под мышкой у нее была соломенная сумка. В свете уличных фонарей лицо
ее казалось длинным и окаменевшим.
Она поднялась на разбитый тротуар и пошла по направлению к веранде, где я
стоял, прислонившись к стене. Лестница заскрипела под ее решительными шагами. Я
сунул руку в карман и стал ждать. С уверенностью сержанта, марширующего впереди
своей роты, она прошла через веранду и приблизилась ко мне. Свет фонаря выхватил
ее тонкую фигуру с поднятыми плечами. Правая рука ее находилась внутри сумки, угол
сумки направлен прямо мне в живот. Лицо ее было в тени, только глаза и зубы
сверкали в темноте.
- На вашем месте я не делала бы этого, - сказала она мне. - Я вооружена и
умею стрелять, мистер.
- Поздравляю.
- Это не шутка, - голос у нее был низким, но сейчас в нем слышались высокие
нотки. - Когда-то я была прекрасным стрелком. Так что выньте руки из карманов.
Я показал ей свои руки. Умелым движением она обезоружила и обыскала меня.
- Кто вы такой, мистер? - спросила она, отступив в сторону. - Вы не Артуро
Кастоло. Он гораздо старше вас.
- Вы полицейский?
- Вопросы задаю я. Что вы здесь делаете?
- Жду друга.
- Не лгите. Вы следите за моим домом уже полтора часа. Я видела вас из окна.
- Поэтому вы вышли и купили пистолет?
- Да, я это сделала. Вы следили за Гарри, когда он вернулся домой. И хочу знать,
почему. Я - миссис Немо.
- Гарри как раз тот друг, которого я жду.
- Вы опять лжете. Гарри боится вас. Вы ему не друг.
- Все зависит от Гарри. Я детектив.
Она хмыкнула:
- Так я вам и поверила. Где ваш полицейский значок?
- Я частный детектив. Мои документы в бумажнике.
- Покажите их. И никаких штучек!
Я протянул ей свою лицензию. Она стала рассматривать ее под светом уличного
фонаря, потом протянула обратно.
- Вы действительно детектив, - сказала она. - Но вам нужно
усовершенствовать вашу технику слежки. Вы действуете слишком примитивно.
- Не знал, что имею дело с полицией.
- Я действительно раньше работала в полиции. Сейчас нет.
- Тогда верните мне мой пистолет 38-го калибра. Я заплатил за него семьдесят
долларов.
- Сначала скажите, почему вы следите за моим мужем? Кто вас нанял?
- Ник, брат вашего мужа. Он позвонил мне сегодня утром в Лос-Анджелес и
сказал, что ему нужен на неделю охранник. Разве ваш муж не говорил вам об этом?
Она ничего не ответила.
- Когда я приехала к Нику, ему уже не нужно было охранника и вообще ничего не
нужно. Но я решил немного задержаться и посмотреть, что здесь происходит. Он все
же был моим клиентом.
- Вы должны более осторожно выбирать себе клиентов.
- А как насчет выбора деверя?
Она покачала головой. Из-под шляпы выбилась прядь волос. Она была почти
белой.
- Я не отвечаю за Ника и за то, что он делал. Я отвечаю за Гарри. Я встретилась с
ним, когда работала в полиции, и решила поставить его на правильный путь,
понимаете? Я увезла его из Детройта от всякого рода рэкета и привезла сюда. Но не
могла заставить его окончательно порвать с братом. Хотя у него не было никаких
неприятностей с тех пор, как мы поженились. Никаких.
- До настоящего момента.
- Сейчас у него тоже все в порядке.
- Еще нет. С формальной точки зрения.
- Что вы имеете в виду?
- Верните мне мой пистолет и опустите свой. Я не могу беседовать под дулом.
Она заколебалась. Мне даже стало жаль эту печальную взволнованную женщину,
оказавшуюся в напряженной обстановке. Я подумал, какие причуды судьбы привели ее
к тому, чтобы выйти замуж за преступника, и решил, что это любовь. Только любовь
может заставить женщину выйти на темную улицу и предстать перед неизвестным
вооруженным мужчиной. Лицо у миссис Немо было лошадиное, она не была молода и
красива. Но ей следовало отдать должное - это была отважная женщина.
Она вернула мне пистолет. Было приятно держать его в руке, но я положил его в
карман. Группа молодых негров пробежала по улице, свистя и улюлюкая.
Она наклонилась ко мне, почти такая же высокая, как я. Говорила шепотом, сквозь
зубы:
- Гарри не имеет никакого отношения к убийству брата. Если не верите, то вы
сумасшедший.
- А почему вы в этом так уверены, миссис Немо?
- Гарри не мог этого сделать, вот и все. Я его знаю. Он для меня - открытая
книга. Если бы даже у него хватило на это смелости, чего у него нет, он никогда даже
не подумал бы о том, чтобы убить брата. Ник - его старший брат, понимаете? К тому
же самый удачливый в семье. - И она продолжала с сожалением в голосе: - Что бы я
ни делала, что бы ни говорила, я не могла настроить его против брата. Он до самого
конца молился на него.
- Эти братские чувства иногда принимают странные формы. Он многое
выигрывает от смерти брата.
- Он ничего не получит. Ни цента.
- Но ведь он наследник Ника?
- Это неважно. Пока он женат на мне, я не позволю ему пользоваться грязными
деньгами Ника Немо. Это вам ясно?
- Мне-то это ясно. Но ясно ли это Гарри?
- Я много раз говорила ему об этом. Все это смешно. Гарри не тронул бы пальцем
своего распрекрасного брата.
- Может быть, сам он его не убивал. Кто-то другой сделал это для него. Я знаю,
он прикрывает кого-то.
- Кого?
- Белокурая девушка покинула дом, когда мы туда приехали. Она уехала на
вишневом кабриолете. Гарри ее узнал.
- На вишневом кабриолете?
- Да. Это вам что-либо говорит?
- Совершенно ничего. Должно быть, это одна из девушек Ника. Он постоянно
встречался с разными девушками.
- А почему Гарри прикрывает ее?
- Как прикрывает?
- Она оставила в доме свое пальто из шкуры леопарда. Гарри спрятал его и
заплатил мне, чтобы я ничего не рассказывал о девушке полиции.
- Гарри это сделал?
- Да, если это не была галлюцинация.
- Возможно, это была галлюцинация. Если вы считаете, что Гарри заплатил этой
девушке, чтобы она убила Ника, или же имел что-то общее...
- Не продолжайте. Это значит, что я сумасшедший.
Миссис Немо положила свою худенькую руку мне на плечо.
- В любом случае, оставьте Гарри в покое. Пожалуйста. Я и так замучилась с ним.
Он еще хуже, чем мой первый муж. Первый был пьяница. Вот так-то.
Она посмотрела на коттедж, в окнах которого горел свет. На лице ее появилась
кривая улыбка:
- И почему это некоторые женщины влюбляются в неудачников?
- Не знаю, миссис Немо. Хорошо. Я оставлю Гарри в покое.
Однако делать этого я не собирался. Когда она вернулась домой, я прошелся по
улице и занял другую позицию, около прачечной. На этот раз я не курил и не двигался,
только иногда смотрел на часы.
Около одиннадцати вечера свет в доме Немо погас. Примерно в полночь Гарри
выскользнул на улицу. Он посмотрел по сторонам и пошел по улице в мою сторону,
пройдя мимо меня футах в шести и не заметив. Шел он крадучись.
Пропустив его на довольно значительное расстояние вперед, я осторожно пошел за
ним. Он вошел в освещенную дверь гаража и через некоторое время выехал оттуда на
машине марки "шевроле" довоенного образца.
Я вошел в гараж, поговорил со служащим, дал ему денег и тоже выехал из гаража,
но на машине марки "бьюик" довоенного образца. Это была неплохая машина, она все
еще могла ехать со скоростью семьдесят пять миль в час. Она доказала это, как только
я выехал на шоссе. Я подъехал к воротам темного ранчо Ника Немо как раз вовремя,
чтобы увидеть фары машины Гарри, подъезжавшей к дому.
Погасив огни, я припарковался в сотне ярдов от въезда. "Шевроле" появилось через
несколько минут. Гарри сидел за рулем. В машине больше никого не было. Я следовал
за ним, не включая фар, до самого шоссе. Выехав на шоссе, включил фары и поехал за
ним. Мы проехали через весь город.
В районе мотелей и гостиниц он свернул с шоссе и подъехал к вывеске, на которой
неоновыми буквами было написано: "Стоянка трейлеров". Трейлеры стояли на берегу
высохшего ручья. "Шевроле" остановился перед одним из них. В его окнах горел свет.
Гарри вылез из машины. Под мышкой у него был пятнистый узел. Он постучал в дверь
трейлера.
Я развернулся и стал ждать. Наконец "шевроле" выехал со стоянки и направился в
сторону шоссе. Я не стал преследовать Гарри.
Оставив свою машину, я прошел по берегу ручья к освещенному трейлеру. Окна
были зашторены. Рядом стоял вишневый кабриолет. Я постучал в алюминиевую дверь.
- Гарри? - спросил девичий голос. - Это опять ты.
В ответ я пробормотал что-то невнятное. Дверь открылась, блондинка выглянула
наружу. Это была очень молоденькая девушка, но ее голубые глаза опухли от пьянства
или от угрызений совести. На ней была нейлоновая комбинация я больше ничего.
- В чем дело?
Она хотела закрыть дверь, но я не дал ей этого сделать.
- Уходите. Оставьте меня в покое, или я закричу.
- Прекрасно. Кричите.
Она открыла рот, но не
...Закладка в соц.сетях
