Жанр: Детектив
Вдовий клуб
...з этих имен хуже... - Свекровь сложила ручки и чинно
поставила ножки рядышком. - Но вряд ли
я могу запанибратски звать вас Элли!
- Почему же? Пожалуйста! - Я бухнула чайник на плиту, окатив и плиту, и
себя.
Миссис Хаскелл невозмутимо наблюдала, как я собираю воду тряпкой.
- Я бы не хотела... Видите ли... Элли - имя очень женственное, и вам оно
совершенно не подходит.
Оставалось только сцепить зубы. Не самый подходящий момент
распространяться о семейной склоке с утра
пораньше и о том, как я помчалась переодеваться к совершенно незнакомому
холостяку, проклиная родного мужа почем
зря...
Миссис Хаскелл растерла ручки и натянула беретку на уши.
- Вряд ли вы захотите звать меня мамой, Жизель, поэтому обращайтесь ко
мне по имени. Магдалина. - Не
дожидаясь ответа, она заметила: - Я и не представляла, что этот дом находится в
такой глуши.
Извиниться за местоположение Мерлин-корта я не успела, потому что она
добавила:
- Просто замечательно.
Наконец-то первый комплимент! Сердце мое выдало радостную трель. Чайник
подхватил мелодию пронзительным
свистом, плюнул кипятком и заплясал на плите, изрыгая клубы пара. Я бросила в
фаянсовый чайник (серебряный не такой
уютный!) пару пакетиков чая и запила кипятком.
- Не подумайте, что придираюсь, Жизель, но вы, кажется, забыли подогреть
чайник.
Я сосчитала до десяти. Искушение плюнуть на чайные пакетики, плававшие в
кипятке словно дохлые крысы, было
слишком велико.
- Вылью и заварю снова.
- Вам не кажется, что обычный рассыпной чай дешевле?
- Завтра же куплю...
- Надеюсь, вы понимаете, Жизель, что я не критикую. Мое неожиданное
появление выбило вас из колеи. Жизель,
вы хотите подпалить скатерть?
- О! - Я постаралась принять беззаботный вид. - Просто хотела подсушить
ее. - Тлеющая тряпка полетела в
раковину.
Магдалина поерзала на стуле.
- Наверное, Бен рассказывал вам, как я поклялась никогда не садиться ему
на шею, даже если что-нибудь случится
с Исааком. Сама мысль о том, чтобы стать обузой! Но... легко говорить! Через
сорок лет примерной супружеской жизни я
и подумать не могла, что Исаак спутается с этой миссис Клюке! - Голос ее
дрогнул.
- Да-да, конечно!
"Элли, оставь в покое чайник, - взывал внутренний голос, - и обними
наконец свекровь!", но ноги словно приросли
к месту.
- Не надо так переживать... Мы с Беном будем счастливы, если вы
поселитесь у нас, хотя, мне кажется, ваш муж
примчится сломя голову, как только узнает, что вы здесь.
- Не думаю. - Она взяла из моих рук чашку с чаем. - Этот дом великоват
для двоих, но, полагаю, вы с Беном
недолго будете куковать вдвоем. - Миссис Хаскелл выразительно уставилась поверх
чашки на мой живот.
- Мы с Беном заведем детей, когда созреем для этого шага. - Мне хотелось,
чтобы эти слова прозвучали
жизнерадостно, но вышел хрип сквозь зубы.
- Вы рассуждаете, как протестантка, - поджала губы Магдалина. - Я вручила
материнство в руки высших сил.
Мои-то руки окончательно обессилели и дрожали, пока я наливала суп в
кастрюльку. Свекровь запахнула кофту.
Надо бы включить отопление. Господи, когда же закипит этот суп!.. Хоть бы Фредди
пришел... Мне нужно капельку
времени, хотя бы пять минут, чтобы побыть наедине с собой и вжиться в роль
примерной невестки. Если б только удалось
выведать, где Мамуля пробыла пять месяцев.
- Думаю, Жизель, Бен рассказал вам, что я родила его в весьма немолодом
возрасте и трижды чуть не умерла при
родах. Отец Падински был совсем молодым священником, и я никогда не забуду, как
он волновался и бегал к епископу
справляться насчет того, сколько раз можно соборовать.
У меня потеплело на сердце. В муках эта женщина произвела на свет моего
ненаглядного!
- Жизель, суп сейчас убежит, но не волнуйтесь. Я не люблю томатный суп,
вернее, он меня не любит.
Свекровь поежилась, а я открыла холодильник: остудить свои чувства и
достать ветчину для бутербродов.
- Вряд ли вы читаете старые медицинские журналы, но меня годами описывали
во всех изданиях. Покажу вам
альбом с вырезками, когда... то есть, если я вернусь в Тоттенхэм. - Мамуля
подергала рукава кофты. - Говорите, Бен
отправился в Лондон повидаться с Исааком?
- Нет, со своим издателем.
- То, что отец Бена с ним не разговаривает, значительно осложняет дело,
от этого не уйдешь.
Ну, уж теперь-то она наверняка выложит, где пропадала все это время! Я
метнула чайник и бутерброды на стол и
плюхнулась напротив свекрови. Черт, забыла накрыть чайник чехлом, но, может,
Магдалина не заметит?
- И когда вернется мой мальчик?
- Около семи.
- Как долго... - Это она сказала, не я. Я только подумала.
- Жизель, вы специально не накрыли чайник? Видимо, чехол совсем
истрепался? Свяжу вам новый. Крючком. В
конце концов, должна же я как-нибудь отблагодарить вас за гостеприимство и
хлопоты. Свалилась вам на голову, как
бродячая кошка.
- Как вы можете так думать! - Я украдкой глянула на часы.
- А эта кошка... которая вошла следом за вами...
В трактате "Свояк и Чужак, или Свекрови жаждут Крови" сказано, что тещи и
свекрови не должны гостить больше
двух недель. Это точно. Вполне достаточно времени для развлечений, включая
смертоубийство.
- Тобиас? Обещаю, он не будет вас беспокоить. Магдалина распотрошила
сандвич на тарелке и положила ветчину
строго параллельно кромке хлеба.
- Я тут не у себя дома, поэтому именно мне надо следить, как бы кого не
обеспокоить. Вообще-то на кошек у меня
аллергия, но я не стану требовать, чтобы вы из-за меня избавились от животного.
Вам и без того вскоре придется это
сделать, когда появится первый ребеночек.
- Я...
- Ну вот, я опять вмешиваюсь не в свои дела, хотя обещала этого не
делать. Мне надо постоянно напоминать себе,
что вы принадлежите к другому поколению. Для меня Бен был делом всей моей жизни,
а не хобби.
Я досчитала до тридцати. Нельзя допустить, чтобы Бен, вернувшись после
утомительного обеда с мистером А. Е.
Брэдом, обнаружил, что я не теряла времени даром и вдрызг разругалась с его
матерью. Свекровь, ссутулившись,
прихлебывала чай. Олицетворение жертвы злобной невестки. Так оно и было. Я
промаршировала в чулан, схватила грелку,
вернулась к плите, наполнила грелку кипятком, заткнула пробкой и обмотала
полотенцем.
- Что вы делаете, Жизель?
- Не хочу, чтобы вы подхватили воспаление легких. - Я сорвала с вешалки
старый жакет Бена. Ч-черт! На локте
дыра... - В пятницу мы собираемся устроить банкет по случаю открытия ресторана
Бена, и вы обязаны быть в отличной
форме как почетная гостья. А ну-ка, снимайте туфли! Насчет чулок можно не
беспокоиться, они мигом высохнут. Ну вот! -
Я поставила ее крохотные ножки на грелку. - Так лучше?
- Немного горячо, но...
- Никаких "но". Наденьте-ка жакет Бена поверх вашей кофточки.
- Наверное, сами связали? Ну ничего, я постараюсь научить вас закрывать
петли. - Свекровь еще больше
сгорбилась, руки у нее были тоненькие, как веточки.
- Выпейте чаю, Магдалина, и съешьте печенье. А потом расскажите мне, где
вы скрывались с двадцать седьмого
ноября.
- Печенье? Ну, разве что его испек Бен... Как погляжу, вы из этих волевых
молодых женщин, которые сейчас в
большой моде. Ну конечно, ведь с самого начала было ясно, что Бен не мог по
собственной воле венчаться в англиканской
церкви. Ведь мы с отцом предоставили ему на выбор два вероисповедания! Может
быть, вас это удивит, но для нас с
Исааком религия никогда не была препятствием. Очень удобно, когда у мужа и жены
разные выходные. Не было никаких
хлопот, пока...
- Пока не появилась миссис Клюке?
- Наверное, все началось даже немного раньше... - Свекровь снова натянула
берет на уши. - Во всем виноват разрыв
Бена с отцом. Прошлым летом я стала чересчур нервной. Мне все мерещилось, что за
мной следят... Я нигде не чувствовала
себя в безопасности, даже в доме с задернутыми занавесками, По крайней мере, мне
так казалось. Доктору Падински (он
брат нашего приходского священника) пришлось даже прописать таблетки от
бессонницы...
- Помогли?
- Да... и нет. - Щеки ее залились краской, - Я не то что вы, молодежь. Не
люблю обсуждать интимные вопросы, но
если высказаться как можно яснее... жена, которая засыпает, едва положив голову
на подушку, и спит всю ночь без задних
ног, в одно прекрасное утро рискует проснуться у потухшего домашнего очага.
- Точно.
Я скрестила ноги, испугалась, что в этой позе брючины выглядят чересчур
вызывающе, и скрестила вместо этого
руки.
- Поэтому я не так уж сильно виню Исаака в том, что он поддался соблазну,
когда эта женщина стала бесстыдно
вертеть перед самым его носом своей селедкой в вине. Он едва не вогнал меня в
гроб, утверждая, что между ними ничего
нет. И все это время стоял передо мной с этакой улыбочкой, - Магдалина свирепо
поджала губы.
- Я бы на вашем месте размазала его по стенке! И он еще утверждает, что
не может нарушить клятву и заговорить с
сыном, поскольку честность - превыше всего?!
Магдалина, похоже, забыла, на чьей она стороне - своей или мужниной, с
гордостью в голосе заявив:
- Исаак не сказал ни единого лживого слова за всю нашу совместную жизнь!
Если покупатель спрашивает, мятые
апельсины или нет, Исаак отвечает: "Да, мятые! Хотите крепких, отправляйтесь в
супермаркет!" Вам не понять, Жизель, но
я могла бы простить ему измену, если бы он вел себя при этом как мужчина.
Позвала "бы отца Падински, чтобы он отчитал
Исаака как следует, а сама перебралась бы в чулан, пока у него в голове не
прояснится...
- Куда вы отправились?
Магдалина посерела, отодвинула стул и встала.
- В монастырь Святой Агнессы, очень милый и уединенный, возле ЛиттлХэмптона.
- Бен с отцом так и подумали, что вы нашли убежище в монастыре.
Магдалина сложила в мойку тарелки.
- Они ошиблись. Я не искала убежища. Я помогала им по хозяйству в обмен
на кров и еду. Да, Жизель, вы были
правы, приняв меня за домработницу. Я выбрала монастырь в Литтл-Хэмптоне,
поскольку никогда прежде там не бывала.
Боялась, что Исаак выследит меня, если я отправлюсь в один из своих любимых
монастырей.
- Надо было немедленно ехать к нам.
Она посмотрела на меня так, словно желала сказать: протестантка, да еще и
тупая.
- Так ведь он в первую очередь искал бы меня именно здесь.
Слава богу, что Бен не унаследовал хитрость от своего папаши.
- Магдалина, вам понравился монастырь Святой Агнессы?
- Он не похож на Мэривилль или Эбби-Вуд, но... не стану скрывать,
поначалу мне там понравилось. - Она
рассеянно отправила в раковину сахарницу и масленку. - Монастырь расположен в
прелестной местности, чудесный вид на
море... очень уединенно, совсем как здесь. Мне стало так уютно и спокойно. Я
даже хотела попросить священника
освободить меня от брачных уз, чтобы я смогла принять монашество. По вашему
лицу, Жизель, я вижу, вы считаете меня
староватой для послушницы. Но именно женщины вашего поколения твердят на всех
углах, что никогда не поздно начать
карьеру.
- О, конечно! Но Бену было бы не очень сподручно называть вас "сестра".
То ли Магдалина не слышала меня, то ли притворилась, что не слышит. Она
грохотала тарелками в мойке,
сахарницей и масленкой, а я беспомощно топталась рядом.
Что же такое стряслось в стенах монастыря Святой Агнессы? Что заставило
мою свекровь без оглядки бежать
обратно в грешный мир? Как это она недавно сказала? "Словно бродячая кошка..."
Что-то не похоже на счастливую
свекровь, которая проснулась однажды утром и решила: прекрасный нынче денек,
навещу-ка я сына с молодой невесткой.
- Вам кто-нибудь посоветовал обратиться именно в этот монастырь?
- Просто недавно услышала про него, и мне показалось, что это приятное
местечко. Когда я сошла с автобуса у
ворот, на душе сразу стало тепло и мирно. Меня там так приветливо встретили. Я
ни на миг не заподозрила... - Все ее
маленькое тельце сотрясла дрожь. - ...но в последний день я сделала ужасное
открытие...
- Какое? - Я украдкой выудила из раковины масленку.
- Исаак всегда говорил мне, что я слышу только то, что хочу слышать...
В моем воображении вихрем проносились кровавые фантазии, одна ужаснее
другой. Когда-то я смотрела фильм,
где монахини в одном корнуэльском монастыре на самом деле оказались
сатанистками. К тому же мужчинами. Я шагнула к
свекрови, словно хотела своим телом защитить ее от страшных воспоминаний.
Прекрасно помню, как заползла от страха
под сиденье, когда аббатиса сорвала чепец, а под ним оказалась козлиная башка.
То было в мои "толстые" дни, так что я
застряла под креслом.
- Неужто... монахини Святой Агнессы оказались... своей
противоположностью?
- Вот именно! - страстно вскричала свекровь. - Протестантками!
Глава XVI
- И как же вы со свекровью провели время до возвращения Бена, Элли? -
осведомилась Гиацинта.
- Устроила ей экскурсию по дому. Может показаться, что я
непоследовательна в своих чувствах, но, когда
Магдалина пальцем проверила наличие пыли на всей мебели в доме, я сама готова
была попроситься в монастырь.
Примула сочувственно погладила меня по руке.
- Нашлась ли в доме хоть одна спальня ей по вкусу?
- Магдалина настояла на том, чтобы жить в башенке, той самой, откуда
Фредди грозился сигануть вниз. Она
несколько раз похвалила толщину стен, крепкий железный засов и вид из окна. Даже
достала из сумки полевой бинокль,
чтобы получше рассмотреть скалы и маяк.
- Да, комнатка в самый раз для нее, - ухмыльнулась Гиацинта.
- Во всех отношениях! Прямо над нашей спальней - можно было не
беспокоиться, что мы пропустим что-нибудь
интересное из жизни Мамули, да и она была бы в курсе событий этажом ниже. Я
твердо решила угодить свекрови, и, не
сомневаюсь, Магдалина также предпринимала героические усилия полюбить меня...
Бен вернулся из Лондона и шагнул в кухню с улыбкой на лице и букетом
нарциссов в руках. Магдалина при виде
его пролила чай. Ее сморщенное личико еще больше скукожилось, глаза наполнились
слезами. Бен остановился как
вкопанный: пальто расстегнуто, в одной руке портфель, в другой безжизненно
повисли нарциссы. Тут Магдалина раскрыла
объятия и бросилась к нему.
Я отобрала у Бена портфель и букет, но ни он, ни Мамуля ничего не
заметили. Бен ожил и схватил родительницу в
охапку.
- Где ты пропадала, Мамуля? Я места себе не находил! Сегодня днем устроил
сидячую забастовку в Скотленд-Ярде,
пока не заставил какого-то бюрократа выслушать историю твоего исчезновения.
Теперь придется позвонить им и дать
отбой. Пусть возвращаются к своим бумажкам.
А мне ни слова не сказал, что собирается в Скотленд-Ярд! Конечно, это
свидетельствует о его чуткой натуре. Мой
ненаглядный не хотел, чтобы я волновалась. Долгие месяцы он твердил мне о своей
уверенности, что Мамуля жива и
здорова.
- Сынок, я не могла тебе написать. Ты прочел бы между строк... С Марселем
проще: слезы не размывали строчки.
Одна из монахинь все время ездила по делам в разные города и посылала открытки
оттуда. - Магдалина замолчала, и Бен
поставил ее на пол. - Правильно, сынок, дай-ка я на тебя посмотрю. Ой-ой-ой, как
же ты плохо выглядишь! Мало спишь?
- Сколько душе угодно!
Чувствуя себя вешалкой, я подхватила пальто Бена, перебросив портфель и
цветы в другую руку.
- Но ты права, Мамуля, что-то я перетрудился в последнее время. Уже
несколько дней у меня чертовски болит
палец, на обратном пути он так пульсировал, что всему вагону было слышно.
Бен протянул матери руку, и я увидела, что палец и в самом деле сильно
воспалился. Я заикнулась было про
доктора Мелроуза, но голос мой потонул в грохоте стула, который Магдалина
выдвинула на середину комнаты, велев Бену
сесть. Он трогательно улыбался ей.
- Не надо было тебе ездить в Лондон, сынок. Всю дорогу трястись в жестком
вагоне, дышать сажей и дымом... -
Магдалина гладила кудри Бена, баюкала его руку.
- Мне кажется, в ранку действительно попала сажа или крошка угля. - Бен
похлопал по соседнему стулу, приглашая
меня присоединяться. - Элли, помнишь тот день, когда я принес уголь в спальню?
Вообще-то это было вечером, и можно было добавить, что я лежала в постели
с простудой... А то получается, будто
я полеживала с книжкой и коробкой конфет, пока он носился по лестнице с ведрами
угля...
- Сынок, малюсенький кусочек угля не мог такого натворить.
- Тут не только он виноват, Мамуля, меня поцарапал кот Элли.
Изворотливая гадина! Я бухнула на стол нарциссы, портфель и пальто Бена -
именно в такой последовательности.
- И это свирепое животное до сих пор свободно разгуливает по дому? -
Сорочьи глазки Магдалины впились в меня.
Бен протянул ей палец и принялся мрачно наблюдать, как мать ощупывает
поврежденный орган. Судя по всему,
проделывала она это не слишком нежно, потому что он вскрикнул:
- Осторожнее, Мамуля! Я не могу позволить себе стать инвалидом, ведь наш
ресторан открывается через четыре
дня! И без того придется работать в перчатках.
Ну да, и перед каждым блюдом стерилизовать руки в кипятке, подумала я про
себя, исходя злобой.
- Сыночек, тебе следовало остаться в постели и вызвать доктора. Я
уверена, что Жизель не возражала бы, в свою
очередь, поухаживать за тобой.
- Ну конечно, Мамуля. - Бен одарил меня мимолетной улыбкой. - Но если я
расскажу, кого сегодня встретил в
Лондоне, ты будешь рада, что я все же поехал! Помнишь Ангелику Евангелину Брэд,
шикарную девушку, что жила в доме
на углу? - Бен руками изобразил роскошную анатомию бывшей соседки. - Так вот,
представь себе, она и есть тот самый
издатель, что согласился опубликовать мою книгу!
- Мистер А.Е. Брэд - это она?! - Я не верила своим ушам.
- Элли, она никогда не подписывалась "мистер". Это ты сама додумала.
Я от души надеялась, что в порыве восторга он не свалится со стула, а то
я ненароком могла наступить на больной
палец...
Магдалина всплеснула ручками, волосы ее, словно птичий пух, выбились изпод
беретки. Может быть, она
молилась про себя, чтобы Господь ниспослал ей возможность признать
недействительным наш с Беном неудачный брак?
- Прекрасная Ангелика Брэд? Сердце ее окончательно разбилось, когда ты
уехал учиться во Францию, и Сидни
Фаулеру пришлось водить ее в кино и в кафе, чтобы хоть как-то утешить.
- Очень мило с его стороны... Мамуля, а Элли уже рассказала тебе, что
старина Сид живет теперь в наших краях?
- Нет. - По лицу Магдалины пробежала тень, но мне некогда было с этим
разбираться.
Я заняла место за стулом Бена, чтобы он не разобрался с гримасой на моей
собственной физиономии и,
вцепившись в спинку кресла, ровным голосом осведомилась:
- Дорогой, а когда ты впервые узнал, что А.Е. Брэд - твоя старая любовь?
Он качнулся назад, прижался ко мне затылком и погладил здоровой рукою мою
ладонь.
- Недели две назад. По-моему, я даже что-то говорил об этом, разве нет?
Он беззаботно хохотнул. Уши свекрови стояли торчком.
- Нет, не говорил. - Я оставила в покое обшивку кресла.
- Не стоит придираться по пустякам, Элли! Внутренний голос нашептывал
мне: хорошая жена не обижается на
ложь умолчания. В конце концов, подслушав предрождественский разговор между
Беном и Фредди, я знала, что Бен коечто
скрывает от меня ради моего же блага.
Магдалина схватила чайник.
- Если я вам мешаю, только скажите... хотя я всегда считала, что
добрачная жизнь - личное дело каждого из
супругов.
Изумрудные глаза Бена на секунду встретились с моими.
- У нас с Элли нет подобных проблем. Бессердечная ехидна! Слова душили
меня. С показным спокойствием я
попятилась к двери. Этот человек, которому я раскрыла душу, отлично знал, что у
меня-то как раз и не было никакой
"добрачной жизни". Смазливый малый, который как-то раз ночь напролет горланил
серенады под моим окном, не в счет.
Он всего лишь ошибся окном. Я желала, чтобы Бен взглянул на меня и увидел в моих
глазах горечь и страдание, но он уже
напяливал фартук и говорил Мамуле, что ждет рассказа о ее приключениях, пока он
приготовит обед - одной левой.
- Элли, ты не угостишь нас шерри?
Я отлепилась от двери, но оказалось, что Магдалина не хочет шерри, а раз
так, то и Бен тоже не хочет.
- Тогда извините меня, пойду проверю медицинскую карту Тобиаса, делали ли
ему прививку от бешенства. - Голос
мой дрожал, но кому это интересно!
Мать с сыном углубились в воспоминания. Закрывая за собой дверь, я
услышала голос Магдалины:
- Похоже, она девушка приличная, сынок. В наши дни ты мог подцепить и
кое-кого похуже. Ее можно было бы
даже назвать хорошенькой, если бы не ее комплекция.
В ярости я взлетела наверх, рывком распахнула двери гардероба и
уставилась на свое отражение в большом зеркале.
Весы утверждали, что я по-прежнему сбрасываю килограммы, но я им не верила.
Популярная модель, уверял продавец. А
разве может быть "популярное" правдивым? Свет мой, зеркальце, скажи, кто на
свете всех милее, всех квадратней и
жирнее? Удивительно, что блузка и юбка пока не трещат по швам, но я покупала их
на размер больше, дабы, болтаясь
внутри одежды, чувствовать, что я на правильном пути. Пора урезать калории. И
немедленно!
Плюхнувшись на постель, я подумала, не позвонить ли Доркас. Взмолиться,
чтобы они с Джонасом сели на первый
же самолет... Просто услышать ее бодрый голос: "Что ж, Элли, все мужчины порой
бывают козлами, дело житейское". Но я
не хотела огорчать Доркас... Неужто всему настал конец? Нежному сиянию нашей
любви? Долгой Счастливой Жизни? А ято
была уверена, что брак сродни диете - работаешь над ним, фанатично следуя
инструкциям, упорно, старательно,
беззаветно, и результат не заставит себя ждать!
Минут через пять Бен пришел в спальню. Я торчала у зеркала, волосы
нечесаной гривой рассыпаны по плечам. Его
губы коснулись моей шеи, и я вздрогнула. Пурпурные занавески отбрасывали
багровые тени на наши отражения.
- Элли, как чудесно, что Мамуля здесь, живая и здоровая, правда?
- Чудесно...
Невероятно - он ведет себя так, словно не было никакого мистера Ангелики
Брэд! Гнусный предатель! Одной рукой
Бен поглаживал мое плечо, другая висела плетью. Надо бы вызвать все-таки доктора
Мелроуза. Я сконцентрировалась на
этой мысли; думаю, только благодаря " этому мой голос прозвучал почти спокойно:
- Уверена, ты действовал из лучших побуждений, скрыв от меня правду про
прекрасную Ангелику. Наверное,
боялся, что я с места в карьер нафантазирую бог знает что.
- Вот именно, - он поймал в зеркале мой взгляд. - Мне кажется, ты еще не
оправилась от своего комплекса на почве
Ванессы. А все просто потому, что я единственный раз согласился с твоим же
утверждением, что она красива. Ты тотчас
вбила себе в голову, что я сплю и вижу, как бы окрутить эту безмозглую идиотку.
Жизнь в тени Ванессы, Элли, заставила
тебя чувствовать в каждой красивой женщине угрозу, особенно когда дело касается
меня.
Гнусное высокомерие! И гнусная правда! Я отвела взгляд.
- Ну хорошо, хорошо, в свое время Ангелика мне и в самом деле нравилась,
и сегодня я очень обрадовался,
встретив ее, но я нисколько не жалею, что не связал с ней свою жизнь.
Ах-ах-ах! Она что, вымахала с каланчу за время разлуки? Или охромела на
обе ноги?
- Элли, я ничего не говорил о ней, потому что у тебя и так хватало забот
и хлопот: ссора Мамули и Папули, отъезд
Доркас и Джонаса, да еще... - он притянул меня к себе, - твои проблемы с весом.
- Может, дать тебе медаль за благородство? - Я увернулась от его объятий
и схватила с кровати подушку. - Как я
понимаю, ты успел сообщить своей матери, что когда-то я была невероятно толста?
Глядя в пол, Бен вышагивал по каминному коврику.
- Элли, не вмешивай сюда Мамулю. Ей и без того досталось. У нас с тобой
давно уже назревала ссора. Мы
просеивали наши отношения сквозь сито, стремясь, чтобы все у нас шло тихогладко,
без комочков, но так не бывает. - Он
остановился как вкопанный. - Я был не прав, что не сказал тебе сразу про
Ангелику, но я сам не в восторге от того, как ты
ведешь себя с Роулендом. Думаешь, я не заметил, - продолжал он елейным тоном, -
как вчера ты кинулась поднимать его
трубку? Чуть руку себе не вывихнула!
- Просто не хотела, чтобы он прожег дыру в ковре!
- Как же, как же! - Бен снова зашагал по комнате. - Раз уж мы коснулись
этого предмета, то зачем, собственно, ты
ходишь в церковь? Послушать проповеди Роуленда или шелест его рясы, когда он
восходит на кафедру? - Мы оба
выдержали длинную паузу, возведя глаза к потолку. - Элли, если мы хотим, чтобы у
нас была семья...
- Если? - Горький смешок скрыл мои истинные чувства. - Пребывание твоей
матери здесь наверняка добавит
комочков. Полируя нимб своей святости, она может долго допекать меня своими
мелочными придирками.
Правда, в последних словах я слегка слукавила. Магдалина старательно
избегала прямой критики. Она же не
сказала, что юбка у меня слишком длинная, просто предложила ее укоротить.
Бен, которого я не узнавала, прыжком оказался возле кровати.
- Не смей говорить так про мою мать! Ей пришлось пережить настоящий ад!
- Не сомневаюсь, если твой отец пошел в тебя... Бен направился к дверям,
но обернулся.
- С того самого дня, как мы познакомились, я по уши увяз в твоих
полоумных родственничках. Сейчас, если это их
не слишком обездолит, я пойду и приготовлю обед для своей матери. Если хочешь,
присоединяйся к нам.
Бен потрусил вниз по лестнице. Стоя в дверях, я ехидно крикнула ему
вслед:
- Фредди тоже относится к числу моих полоумных родственничков? Знаешь,
сколько сплетен ходит о вашей
нежной дружбе?! "Темная лошадка" пойдет с молотка, если вы прекратите
заскакивать туда каждый вечер по дороге домой!
Бен резко обернулся, напомнив мне фантастический фильм, где роботы
испепеляли все и вся злобными взглядами.
- Я не намерен оправдываться за то, что два раза в неделю пропускаю по
кружке пива и играю в дартс! Фредди надо
кому-то излить душу насчет Джилл и...
- Ее вздорном требовании жениться? - прошипела я.
- Не перебивай! - рявкнул Бен. - Я собирался сказать, что единственное, в
чем мои родители мне отказали, - это в
брате. Иногда к нам присоединяется Сид. В последнее время он захандрил, и к кому
ему обратиться за помощью, как не к
друзьям? Семья ведь не тюрьма? Разве я т
...Закладка в соц.сетях
