Жанр: Детектив
Вредность не порок
...больше, чем мне. Мы увидели друг друга практически одновременно, взвыв от
злости, я шарахнулась влево. Череп выскочил
из машины и припустил за мной.
Как соперник по бегу Череп был для меня просто нулем, с одной маленькой
оговоркой - так было час назад.
Сейчас же он шустро ковылял за мной на своих пухлых коротеньких ножках, я
на своих длинных, но тоже ковыляла.
Дотянув до старых двухэтажных домишек, оглянулась, Череп замахал руками и что-то
крикнул, я не стала переспрашивать, а
увеличила скорость. Мы обежали продуктовый магазин и детский сад, Череп проявлял
стойкость и крепко держался на
хвосте. Район, в который мы сейчас попали, я знала плохо и отчаянно пыталась
сообразить, как оторваться от погони.
Наконец я заметила, что расстояние между нами немного увеличилось, это
придало сил, и я рванула вперед.
Передо мной возник четырехэтажный дом с аркой, вероятно, более поздней
постройки, чем соседние. Рванув в арку и
пробежав несколько шагов, я едва не закричала.
Дом представлял собой своеобразный колодец с одним-единственным выходом,
той самой аркой, через которую я сюда
попала. Поняв, что сама себя загнала в ловушку, сделала по двору круг, отчаянно
надеясь, что еще не все потеряно. Ну что ж,
в доме существуют подъезды, медлить больше нельзя, я кинулась к первому, как
вдруг услышала:
- Анастасия Игоревна, идите сюда...
Подпрыгнув от неожиданности, я оглянулась. Из дверей соседнего подъезда на
меня растерянно моргал Володя Савченко,
мой злой гений и, как я мгновенно сообразила, спаситель. Едва не сбив его с ног,
я влетела в подъезд и закрыла за собой
дверь. Говорить я не могла, так же, как, впрочем, и дышать, навалившись грудью
на обшарпанные перила, я судорожно
ловила ртом воздух.
Однако Володя схватил меня за руку и потянул наверх.
Спотыкаясь на неверных ногах, я послушно двинулась следом.
- Анастасия Игоревна, что случилось? - захлопнув дверь, Володя повернулся
ко мне. - Я вас с балкона увидел... Вы..,
бегали?..
Он уставился на меня, я плюхнулась на обувную тумбу и выдавила:
- Ага... Почти..., то есть бегала, конечно.., то есть убегала...
Поскольку слюны во рту больше не осталось, то и сказать я больше ничего не
могла. Проявив добросердечие, ребенок
скрылся на кухне и принес мне стакан кваса.
Минут пятнадцать я сидела, закрыв глаза и прижавшись затылком к холодной
стенке, дыша, словно ездовая лайка после
гонки. Усевшись у противоположной стены на корточки, Володя терпеливо дожидался,
пока я приду в чувство.
- Ты как внизу очутился? - поинтересовалась я, отдышавшись. - Шел куданибудь?
- Не-е... - протянул он, - я вас увидел. С балкона.
А это.., за вами, да? Ну тот, толстый?
Я кивнула. Володя многозначительно изогнул брови и качнул головой:
- Ничего себе... Интересно...
- Чего тебе интересно?
- Ну... Странно... Это же Череп. А чего он бегал, он зря бегать не будет,
пальнул бы пару раз, да и всех делов...
- Чего-чего? - Тут я вытаращила глаза и икнула от переизбытка кваса в
организме. - Ты чего несешь-то?
Куда пальнул? Что значит пальнул? Из чего пальнул?
Володя хмыкнул:
- Вы что же, Анастасия Игоревна, даже не поинтересовались, кто за вами
бегает?
- Да ты знаешь, нет, не поинтересовалась. Как-то недосуг все было
оглянуться. До него за мной еще трое бегали, тоже не
представились. Так что сил на вопросы у меня не осталось. Зато ты, похоже,
хорошо информирован, поделись, уважь
училку...
Тут Володя меня перебил:
- Хотите, я вам чаю заварю? Пойдемте на кухню...
Предложение я одобрила, кряхтя, поднялась и, уцепившись рукой за стреляющую
поясницу, направилась вслед за
хозяином. Под ногами тонко поскрипывал давно не лакированный паркет, обои и в
коридоре, и на кухне чистенькие, но явно
старые. Обстановка в квартире довольно скромная, хотя, безусловно, здесь
чувствовалась женская рука, весьма успешно
создавшая ощущение тепла и уюта. Оглядываясь вокруг, я вдруг вспомнила, что
здесь должна находиться вывезенная из
деревни Савченко-старшим бабушка.
- А родители где?
- На работе, - гремя чайником, отозвался Володя.
Я решила продемонстрировать, что тоже кое-что знаю:
- А бабушка?
- У соседки... Время-то, - он кивнул на настенные часы, - как раз "Любовь
до гроба" по первой началась...
Им теперь поодиночке смотреть неинтересно, соберутся кагалом, чай хлещут и
сериал обсуждают.
- "Любовь до гроба"? - задумалась я. - Что-то мне такого названия не
попадалось...
- А вы сериалы смотрите? - ужаснулся вдруг мальчик и едва не уронил чайник
себе на ногу.
- Нет, - торопливо заверила я, поняв, что немедленно потеряю всяческий
авторитет, если малость не совру, - я только
кино.
Пару минут мы обсуждали проблемы нашего телевидения, сойдясь на том, что
показывают много всякой ерунды, и я
потихоньку вернула его к главной теме:
- Так что ты говорил о Черепе?
- А чего он за вами бегал?
- А я первая спросила... Он твоему брату дружок?
- Какой дружок! - едва не всплеснул руками Володя. - Череп здесь в
авторитете! Его только разве комары не знают, да и то
перелетные! Если кому сказать, что он за вами как пацан бегал...
- Вот этого как раз и не надо! - всполошилась я. - Мне только этого и не
хватает!
- Да это я так... Чудно только. Он все время на машине ездит, тачка у него
крутая, навороченная...
- Так Череп, выходит, местный? - Володя кивнул. - То-то я гляжу, номера
тутошние. Местный... - я замешкалась, -
бизнесмен?
Володя уставился на потолок и, решив, очевидно, что училка младших классов
не может не быть двинутой, согласился:
- Можно и так сказать...
- А в гости к твоему брату он приезжал?
- Не... Что вы! - В голосе пацана зазвучало явное уважение. - Череп в
большом почете...
Из чего я поняла, что Савченко-старший у местных бандитов в небольшом
почете, и обрадовалась. Это позволяло
надеяться, что Ефим "со товарищи" к данной категории граждан все же не
относится. Я хлебнула чаю, помакала ложку в
вишневое варенье, любезно предложенное хозяином, и задумалась, прикидывая, как
бы попедагогичнее выведать у ребенка о
друзьях старшего братика. Пока я корчила из себя Макаренко, время неумолимо
таяло и на небольшую опрятную кухоньку
всерьез накатывали сумерки.
- А ребята, которые к твоему брату приехали, они кто?
Володя подумал, повздыхал, смешно хмуря брови, наконец отозвался:
- А кто их разберет... В армии вместе служили...
- А Ефим?
- Ефим?
- Ну высокий такой, симпатичный... Блондин, глаза синие...
- Я в глаза им не заглядывал, - недовольно буркнул мальчик, дернув плечом.
- Может, он и Ефим, почем мне знать!
- А Юру и Колю знаешь?
Он снова пожал плечами.
- Коля здоровый такой, со шрамом через всю щеку...
- Ах, эти! Эти трое особняком держались... Да я и видел-то их пару раз.
Слышал, что одного Бешеный зовут, другого -
Жук. Очень этот Жук беспокойный. Все чего-то вертелся, вертелся, словно
укушенный. Но они точняк в почете, это я
отвечаю.
Постеснявшись показать свою неосведомленность в местном жаргоне, я не стала
уточнять, что представлял собой этот
самый почет и в какой именно области он присваивался. Уважение в мальчишечьем
голосе совершенно не гарантировало,
что столь высокое звание характеризует их как почетных академиков. Пока я кусала
губы, досадуя, что мое расследование
далеко не продвинулось, Володя заерзал на табурете, бросил взгляд на часы и
пробормотал:
- Через пятнадцать минут бабка вернется...
Поняв намек, я поднялась, поблагодарила парня и пошла к двери.
- Только не говори никому, что я здесь была, ладно?
Он кивнул, я с удивлением увидела, что лицо у Савченко-младшего грустное, а
глаза несчастные, словно больные. Я
протянула руку и крепко тряхнула его кисть.
- Вовка! Не грусти!
Я уже одолела лестничный пролет, когда Володя вдруг встрепенулся и
решительно заявил:
- Анастасия Игоревна, я с вами!
- Зачем это? - Я растерялась. Что мне с ним делать?
- Провожу... Темно уже... - пробубнил Володя, догоняя меня.
Сначала я воспротивилась, а потом согласилась. Вдвоем веселее, к тому же
мальчишка глазастый и вполне может помочь
избежать нежелательной встречи. В своей правоте я убедилась довольно скоро. Ему
хватило одного мгновения, чтобы,
окинув опытным взглядом пыльный двор, небрежно бросить:
- Порядок!
Переведя дыхание, я выскользнула из подъезда. Торопливо покинув каменный
колодец, едва не ставший для меня
ловушкой, мы повернули вправо и нырнули в сплетение полуразрушенных деревянных
строений, представляющих собой
нечто вроде складов. За складами тянулась широкая грунтовая дорога, обрамленная
живописными кустами, сплошь
усеянными какими-то крупными желтыми ягодами. Освещения на грунтовке не было, и,
хотя еще не совсем стемнело, две
долговязые фигуры, вынырнувшие внезапно перед самым нашим носом, перепугали меня
до полусмерти. По сложившейся
уже традиции я едва не рванула в бега, но Володя, ловко ухватив меня за кисть,
торопливо шепнул:
- Тихо, все в порядке...
Я почему-то поверила, однако глаза опустила вниз, надеясь, что лицо в
сумерках разглядеть трудно.
- Здорово, Вован!
- Здорово! - отозвался Вовка, они шумно поздоровались, выколотив при этом
друг у друга пыль из курток.
Через пару минут оживленная беседа несколько ослабла, затем повисла
короткая пауза, и неожиданно я услышала:
- Твоя?
При этом задавший вопрос весьма недвусмысленно кивнул в мою сторону, я
обомлела, а Вовка, с силой стиснув мои
пальцы, небрежно отозвался:
- Ага... - после чего выпустил мою руку и, словно нехотя, обхватил за
плечи. - Ну ладно, мы отваливаем...
- Давай... - отозвался высокий крепыш в белой толстовке и вдруг вспомнил:
- Да, тут Череп был... - Внутри у меня все оборвалось, и ноги медленно, но
верно стали подкашиваться. - ..пацанов
загрузил... Телку искали... Сказал, что где-то здесь должна быть, кто найдет,
денег обещал. Училка из новопосадской
школы... Ты вроде должен знать...
Я так и осела, обхватив Вовку правой рукой и намертво вцепившись в его
футболку. Выдержка у Вовки была не чета
моей, он оживился и с большим интересом спросил:
- Да?! А че за училка?
- Младших классов вроде...
- Младших... - разочарованно протянул он. - Хрен их, младших, знает... Они
вообще на другом этаже...
Может, наших каких надо? А то физичка у нас ну такая сучка...
Парни заржали:
- На фиг ему твоя физичка!
Вовка равнодушно пожал плечами, и мы двинулись вперед, ребята одинаково
взмахнули руками и неслышно растаяли в
темноте.
- Слава богу, что ты со мной пошел, - зашептала я в некотором
замешательстве, прикидывая, как избавиться от крепких
ученических объятий, - не то пришлось бы мне снова козлом по всему городу
скакать...
- Не пришлось бы, - спокойно заметил кавалер, бросив на меня
снисходительный лукавый взгляд, - у Боцмана разряд по
бегу, от него не убежишь...
Я запечалилась и плечами поерзала, однако движение на мальчика впечатления
не произвело, зато он поинтересовался:
- Ты не замерзла?
Едва не подавившись своим ответом, я мотнула головой. Так, моя дорогая,
что-то тебя опять не в ту сторону несет. То
водки напьешься, то со своим учеником в обнимку рулишь... Нет, не со своим,
конечно... А с Иркиным и Надькиным...
Учеником твоей школы. Я плавно, но весьма решительно качнулась влево,
повернулась и взяла Володю под руку.
- Давай через площадь, так короче будет, - буркнула я, вспомнив о Ефиме,
который, наверное, уже не знает, что и думать о
моем отсутствии.
- Лучше обойти. Вечером здесь много народу собирается, из нашей школы тоже.
А для нас это совершенно лишнее.
Я не смогла отказать ребенку в здравомыслии, хотя лазать по кустам мне уже
смертельно надоело.
- Куда это ты так летишь? - поинтересовался вдруг мальчик после того, как я
в очередной раз с размаху преодолела ограду
на бульваре. - Он тебя там ждет, что ли?
- Послушай, - сердито отозвалась я, барахтаясь в зелени, - что-то я не
пойму, с какой стати мы перешли на "ты"?
Володя недовольно засопел за моей спиной, прошло несколько секунд, и он
отозвался:
- Извините...
- Извиняю.
Минуты через три мы вышли на соседнюю улицу, я остановилась:
- Все, дальше я сама...
- Я пойду посмотрю, - перебил он, не слушая, - поднимусь на этаж, гляну...
Стойте здесь.
- Не надо, - пискнула я, пытаясь ухватить его за руку, но он даже не
оглянулся. Я плюнула и зло сказала:
- Второй этаж, пятая квартира...
- Знаю...
Откуда, скажите на милость? Ну-ка, педагог без стажа, пошевели мозгами!
Налицо прямо-таки нечеловеческое
бескорыстие... Что за резон пацану писать учительнице записки с предупреждением,
тайком вылезая ночью в окно и рискуя
навлечь на себя гнев старшего брата? На первом листке с обратной стороны было
написано "Дор...", зачеркнуто, и написано
"Уважаемая...".
Вовка начал писать мне записку, начав ее словами "дорогая"? Какой у вас
напрашивается вывод? У меня один - Вовка
влюблен... Причем в меня. Да, ситуация деликатная, что ни говори. Здесь
необходимо чувство такта и чего-то там еще, чего
именно, никак не вспомню. Не успела я еще измыслить какого-либо мудрого решения
для достойного выхода из
сложившейся ситуации, как передо мной снова возник Володя.
- Ни единой души. Можете идти спокойно, я отвечаю... - Это меня ободрило,
но тут он добавил:
- Ваш... этот.., дома...
- А как ты узнал? - удивилась я, немного смутившись.
Он дернул плечом, показывая, что обсуждать это не намерен.
- Слушай, Вовка, а вчера ты в окно ко мне не лазил? - осенило вдруг меня,
но он посмотрел с большим удивлением:
- В окно? Я? К вам? Нет...
Я покивала головой и протянула ему руку:
- Ну ладно, я пошла! Большое спасибо, ты мне очень помог! Без тебя я бы
пропала!
Володя тряхнул мою кисть:
- Да ладно, ерунда! До свидания!
После чего развернулся и моментально исчез в кустах.
Не успела я слабенько пошуршать под своей любимой бронированной дверью, как
она распахнулась, явив моему взору
сверкающие глаза и раздувающиеся ноздри любимого. Минут через пятнадцать Ефим
закончил судорожно ощупывать мои
конечности, прекратил шипеть и булькать и смог наконец членораздельно
поинтересоваться:
- Что случилось?
Решив перестраховаться на тот случай, если выдержка Ефиму все же изменит и
он, чего доброго, сгоряча надает мне по
шее, уткнувшись лицом в ладони, я села на банкетку и горько зарыдала. К тому же
мне было обидно: случись нечто подобное
с Ефимом, я бы первым делом поинтересовалась, не что случилось, а все ли с ним в
порядке. Но мужик есть мужик, и где уж
нам, слабым созданиям, ожидать от них сердечности. Пока я старательно
увеличивала влажность в квартире, Ефим смотрел,
сердито сжав губы, потом вздохнул, шагнул ближе и опустился рядом на корточки. Я
прибавила еще звук, со словами: "Тихо,
тихо, малышка!" - Ефим обнял меня за плечи и прижал голову к груди.
- Ну не надо плакать... Пожалуйста... Слышишь, малышка, не плачь...
Вняв просьбам, я всхлипнула напоследок и промокнула глаза о его плечо.
- Вот и умница. Где ты "была столько времени? Я уж не знал, куда бежать...
Думал, что-то случилось...
Мой рассказ вышел гораздо короче, чем время, которое я пробегала, однако на
Ефима он произвел весьма сильное
впечатление. Я умолчала о спасительном вмешательстве Володи, рассудив, что не
следует вмешивать ребенка в опасные
взрослые игры. Поэтому я с чистой совестью и тоской в голосе соврала, что просто
отсиживалась в чужом подъезде.
- Послушай, - доверчиво поинтересовалась я, когда страсти немного утихли, -
а чего этому Черепу от меня надо? Ты
представить себе не можешь, до чего по-дурацки все это выглядело! Я его всего
один раз видела, какие у него могут быть
претензии?
- У Черепа могут быть любые претензии, - усмехнулся Ефим. - Ему достаточно
считать, что это входит в сферу его
интересов.
- А ты откуда его знаешь?
Ефим подумал и неохотно отозвался:
- Я же говорил, что у меня здесь дела. Надеюсь, тебя не интересуют
подробности?
- Почему не интересуют? Очень даже интересуют.
Особенно после того, как в результате получасовой разминки я подвернула
ногу...
Мое любопытство любимого утомляло; безусловно, он относился к категории
граждан, не привыкших делиться своими
проблемами. Он поскучал немного, но все же сообщил:
- Ты видела Черепа с Седым. Ну с тем, что на пляже...
Семеном... - Я кивнула. - А они не должны были быть вместе. Седой, он..,
как бы тебе объяснить.., он охранник.
Обеспечивает безопасность при проведении сделок.
Ты же понимаешь, мы работаем с налом. Он наш охранник. Он не мог находиться
в одной машине с представителем
другой стороны, не мог, по крайней мере до того, как будет завершена сделка. Ты
догадываешься, что это значит? -
Вероятно, в моем лице было что-то такое, что позволило Ефиму думать, что
догадываюсь. - А сделка сорвана, Семен исчез.
Он понял, что ты его видела с Черепом, и рассказала нам...
Тут я запуталась окончательно:
- Не понимаю. Как он об этом догадался? Вы его уличили во время сделки?
Значит, он деньги подменил?
И камни он украл?
- Настя, ты предполагаешь, что ему после этого позволили участвовать? Это
же не кино, чтобы по столам прыгать и из
автоматов палить! Подобные операции всегда рискованны, кому охота башку
подставлять? Сначала все прошло нормально, а
дальше ты знаешь...
- Как же это может быть? - не унималась я. - Все прошло нормально, деньги
были настоящие, а потом оказались
фальшивые! Ведь те, кто вам камни продавал, проверяли их! Семен в сделке не
участвовал, следовательно, это не он. Значит,
баксы потом подменили, свои же! Вы при чем? Почему нужно возвращать камни?
- Пойми, настоящие баксы пропали от пяти до двадцати минут после сделки. Их
не просто вынули и положили другие,
поменяли кейс! Откуда люди могли знать, в чем именно будут деньги? Кейс
абсолютно такой же, это невозможно сделать за
десять минут.
- Значит, кто-то из ваших в точности описал чемодан вашим.., партнерам?
Кто-то из них приносит на сделку копию и в
удобный момент меняет? То есть, ты думаешь, что это были Семен и Череп? Семен
обманул вас, а Череп своих?
Ефим развел руками, но я поняла, что вроде так он и думает. Выходит, с моей
помощью Ефим смог вычислить в своих
рядах предателя, однако сделку не отменили, а провели... Все разъехались, а
через какое-то время продавцы предъявляют
претензии за фальшивые баксы?
Сделка крупная, поэтому в дураках никто оставаться не желает... Правильно я
думаю?.. За баксы отвечает Ефим,
естественно, теперь все шишки его. Семен, не дожидаясь развязки, сматывается, и,
похоже, правильно делает, потому как
отпереться не в состоянии. Пожалуй, теперь мне понятно, зачем Череп так жаждал
меня видеть...
Только почему это он преспокойно разъезжает по городу, по идее, он должен
был моментально свалить после такого
куша... Ладно, до этого момента я еще кое-что понимаю... А какое отношение ко
всему происходящему имел, царствие ему
небесное, некто Простырь, закончивший свой бренный путь в самом, я бы сказала,
неподходящем месте? И куда делся
"клетчатый" Юра, причем делся не один, а с моей подругой? А если с нашей
стороны... Тут я осеклась. Да-да, именно так я и
подумала: "с нашей стороны"... Анастасия, с какой нашей, твое дело, образно
говоря, сторона, неужели у тебя все-таки не
хватит мозгов спокойно отсидеться подальше от всей этой давно уже не забавной
истории? "Пожалуй, не хватит..." - грустно
подумала я и вздохнула. Итак, если с нашей стороны участвовал не Седой, а Юрий?
А с другой - Простырь? Все тогда
выходит очень складно. Отсутствие на сделке Седого ничего не изменило по той
простой причине, что он просто был ни при
чем... А Юра там был... После чего они с Простырем не смогли договориться, проще
говоря, не поделили деньги. И
Простыря прикрывают простынкой, а Юра.., и Ирка... Выходит, конечно, не очень
красиво, что я подозреваю подругу в
подобном, но кто может знать, как поведет себя женщина, покажи ей целый чемодан
долларов?
- Этого не может быть... - услышала я вдруг и не сразу сообразила, что
настолько увлеклась, что стала рассуждать вслух.
Пожалуй, надо быть осторожнее, про себя в сердцах иной раз такое ляпнешь! - Юрка
этого сделать не может...
- Почему это?
- Юрка не может, - упрямо повторил Ефим, - у нас с Юркой столько всего
было... И откуда ему Простыря знать?
- А вдруг знал? Вон у Коли здесь дача рядом, откуда ты знаешь, с кем он
знаком? Вдруг он когда-нибудь Юрку с
Простырем знакомил?
- Юрка сюда первый раз приехал, - отрезал Ефим.
Голос звучал сердито. Я подумала, что эту тему следует пока оставить. -
Ладно, слушай! Я на Бешеного вышел, он рядом,
но сейчас приехать не может. Ночуем здесь, утром он подъедет. Собери с собой
какие-нибудь вещи, только самые
необходимые... И чтоб сумка под рукой была... И давай спать...
- Давай, - согласилась я, повертелась под вопросительным взглядом любимого
и добавила:
- Устала, сил нет, если через две минуты не усну - умру на месте...
После чего я рванула в направлении ванной, демонстрируя тем самым, что
отсчет времени до моей близкой кончины
пошел...
Повинуясь безотчетному порыву, я подняла голову и прислушалась. В квартире
царила тишина, которую вполне можно
было бы назвать мертвой, если бы не сопение спящего Ефима. Глаза слипались, и
голова была тяжелая, я потрясла ею, чтобы
немного разогнать сон, и села. Во рту все пересохло, страшно хотелось пить,
обреченно вздохнув, я поднялась и поплелась
на кухню.
Мышцы на ногах сильно ломило. Добравшись до ближайшего табурета, я присела
и принялась энергично растирать икры.
Когда боль немного отпустила, встала, налила воды, поднесла стакан к губам и
снова замерла.
В сердце отчего-то проник неприятный холодок. Поставив стакан на стол, я
глубоко вздохнула и осторожно шагнула к
кухонной двери. Во всей квартире было темно, в целях конспирации Ефим запретил
включать вечером свет, но глаза уже
привыкли, я хорошо видела весь холл и Ефима, спокойно спящего в комнате. Попрежнему
было тихо, однако невесть откуда
взявшееся чувство тревоги не отпускало, напротив, оно все усиливалось, поэтому
большого удивления, когда входная дверь
вдруг плавно дрогнула и стала открываться, я не испытала. Зато чувство страха я
испытала с лихвой.
- Ефим! - заверещала я, подскакивая вверх от переизбытка чувств. - Ефим!
Дверь!
И в то же мгновение увидела, как Ефима словно подбросила гигантская
пружина, он вскинулся, растерянно выкрикнув:
- Что? - Тут же входная дверь распахнулась полностью, и в холл стремительно
ворвалась громадная черная фигура.
Ефим вскочил на ноги и молча бросился навстречу незваному ночному гостю.
Утробно охнув, они сшиблись в дверях
комнаты. Взвизгнув от ужаса, я откатилась к кухонному окну, свернувшись
калачиком и заткнув уши руками. Из комнаты
меж тем раздавался дикий грохот, трещала мебель и тоненько откликалась в шкафу
посуда.
Подвывая от страха, я на четвереньках подползла к двери комнаты и заглянула
внутрь. Двое на полу активно барахтались,
беспрестанно отвешивая друг другу увесистые тумаки, вот они завертелись клубком,
и я вдруг увидела, как ночной визитер
лихо подмял Ефима. Не помня себя, я вскочила на ноги и бросилась вперед, однако
мой благородный порыв закончился не
совсем так, как я рассчитывала. Пытаясь скинуть с себя противника, Ефим
взбрыкнул ногами, попав при этом мне
аккуратненько под дых. Глухо квакнув, я отлетела к противоположной стенке и
сложилась пополам. Несколько секунд я
старалась вздохнуть, и тут ладонь неожиданно наткнулась на что-то твердое.
"Медведь", - подумала я и угадала. Это была бронзовая статуэтка, сбитая,
вероятно, во время драки с комода. Уцепив
медведя за морду, я рванулась и с размаху опустила бронзовое основание на
широкую спину гостя.
Удар пришелся куда-то под шею, человек молча дернулся и обмяк. Выронив
статуэтку, я зажала руками рот и попятилась
к двери. На минуту воцарилась тишина, слышно было только тяжелое дыхание Ефима.
Наконец он спихнул неподвижное
тело в сторону.
- Молодец... - прохрипел он и закашлялся. - Молодец, малышка...
Поднялся на ноги, подошел ко мне. Тараща глаза, полные слез, я тонко
взвыла:
- Я его убила.., убила... Убила, да? Ефим?
- Тихо, - прошипел он, обнял меня за плечи и вытеснил в холл, - ни слова
больше... Сейчас здесь архангелы со всей округи
будут... Вот твоя одежда... Одевайся быстро... Не лезь в комнату, без тебя
разберусь. Где твоя сумка?
- А?.. - бессмысленно отозвалась я, лихорадочно кусая ногти. - Я его убила,
да? Ефим, кто это? А?
- Настя! - Тут он тряхнул меня за плечи так, что моя голова замоталась,
словно у пьяной. - Быстро одевайся!
Сумка с вещами где? Синяя сумка с твоими вещами?
Господи, ну откуда я могу знать, где она? На полу моей комнаты лежит
человек, которого я только что.., мамочки... Я
наткнулась спиной на стенку и поползла вниз.
- Черт, - рявкнул Ефим, - что за дурная баба!
Он подскочил вплотную и стащил с меня ночную рубашку, после чего, малость
оживившись, я сфокусировала взгляд на
его лице. Ефим швырнул мне в руки джинсы, и я начала торопливо одеваться. Ефим
вихрем метался по квартире, видимо,
что-то разыскивая. Когда он снова пронесся мимо, я жалобно сказала:
- Я сумку на кухне под стол поставила...
Не отвечая, Ефим ринулся на кухню, выхватил баул из-под стола и сверкнул
глазами:
- Уходим...
- Может, "Скорую помощь"? - проблеяла я, послушно направляясь к двери.
Ефим не ответил, лишь подтолкнул меня в спину, что-то больно задело по
лопатке, я оглянулась и увидела в руке
любимого пистолет. Оттого, шагая через порог, я чуть замешкалась, а в комнате
вдруг раздался шорох, и в дверной проем
шагнула черная фигура. "Не убила!" - чуть не закричала я от радости. Ефим резко
выбросил назад руку, и грохнул выстрел.
Человек в дверях крутанулся влево, и его отбросило в комнату. От грохота я
оглохла, однако приводить меня в чувство
Ефиму было недосуг, он схватил меня свободной рукой, и мы скатились с лестницы.
Я сидела, крепко обхватив коленки руками, и тщетно стараясь согреться.
После того как мы покинули мою квартиру,
прошло минут сорок, не больше, но за это время мы успели добраться почти до
окружной дороги.
Здесь, возле оврага, на
...Закладка в соц.сетях
