Жанр: Детектив
Пэри Мейсон 1-44.
...ткрыл дверь в коридор, куда выходили еще две
двери.
- Которая из них ваша? - спросил он молодого человека.
- Та, что справа от вас, - ответил Уайт.
Мейсон вошел в спальню, какое-то время принюхивался к воздуху, а
потом прошел в туалет.
На полу стояло несколько бутылок из-под виски, ведерочко со льдом и
два бокала с еще не растаявшими кубиками льда. На одном из бокалов
виднелись следы помады.
- И совсем вы не занимались науками, Уайт, - сказал Мейсон, - а
наслаждались чьим-то милым обществом. Когда ваша матушка позвонила в
первый раз, вы выпроводили вашу подругу через черный ход, а после того,
как мы вошли через парадное, она села в вашу машину и укатила.
- Вы ставите меня в неловкое положение, господин адвокат, - сказал
Уайт.
- Я просто пытаюсь разобраться в деле, которое представляется мне
довольно сложным, - сухо ответил Мейсон.
- Хорошо, - сказал Уайт. - Я такой же человек, как и все. Это что,
противоречит закону?
- Нет, закону это не противоречит, - ответил Мейсон. - Но мне не
нравятся люди, способные лгать прямо в глаза. И когда вы с необсохшим
вином на губах пытались уверить меня, что целый день "грызли науку", а
потом я услышал, как кто-то уезжает на вашей машине, то я сказал себе, что
в этом надо разобраться.
- Теперь вы разобрались... Что дальше?
- Ничего, - ответил Мейсон. - Я просто проверил, насколько вы
правдивы.
- Уайт - хороший мальчик, - вмешалась Элен Эддар. - Но у юности так
много искушений, и вы не должны корить его за это. Не понимаю, о чем
думают девушки!
Мейсон повернулся к Уайту:
- У вас есть адрес Агнес Берлингтон?
- Кажется, где-то был. Меня это никогда особенно не интересовало, -
ответил Уайт.
Мейсон внезапно схватил Уайта за плечи. Юноша попытался освободиться
от крепко державших его рук.
- Оставьте меня! Я вам не солгал...
- Нет, вы лжете! - сказал Мейсон. - И своей ложью вы можете доставить
много неприятностей и себе, и другим. Что она хотела?
- Денег.
- Сколько?
- Десять процентов от всего гловервиллского наследства.
- И вы пришли с ней к какой-нибудь договоренности?
- Я не знал...
- Пришли или нет?
- Да, пришли, - ответил Уайт.
- Что-нибудь было зафиксировано письменно?
- Нет, она сказала, что лучше ничего не писать, но если я попытаюсь
ее обмануть, у меня будут серьезные неприятности...
- О, Господи! - вздохнул Мейсон. - Хоть бы кто-нибудь где-нибудь
сказал мне правду!
- Вы и так выжали из меня всю правду, - буркнул Уайт.
- А что мне оставалось делать, если я имею дело с такой семейкой, -
ответил адвокат. - Вы когда-нибудь бывали у Агнес Берлингтон?
- Нет.
- И вы не знаете, где она живет?
- Она оставляла мне свой адрес - вот и все.
- А другие связи у вас с ней были?
- Что вы подразумеваете под другими связями?.. О, небо! Ведь эта
женщина мне в матери годится! А мне нравятся молоденькие и хорошенькие
девушки... Нет, у нас с ней были только деловые связи.
- Вы часто ее видели?
- За последний месяц только один раз. Она пришла сюда и...
- Почему вы не рассказали об этом своей матери?
- Она запретила мне делать это. Она сказала, что мать моя слишком
прямолинейна и старомодна, и если сделка будет совершена через нее, то
адвокаты смогут понять, в чем тут дело, и тогда ситуация будет плачевной
для нас обоих. Кроме того, она дала понять, что деньги буду наследовать я,
а не моя мать...
- Она сказала, о какой сумме идет речь?
- Сказала, что речь идет о миллионах.
- И вы согласились дать ей десять процентов?
- Да, согласился, учитывая...
- Учитывая что?
- Что от ее показаний зависит очень многое.
- Действуя таким образом, вы навредили бы себе еще больше, - заметил
Мейсон. - Ну, а как насчет бумаги?
- Какой бумаги?
- Ну, нечто вроде договора, обязательства или соглашения, - пояснил
адвокат.
- Я же говорил вам - такой бумаги нет. Она сказала, что никаких
обязательств давать друг другу не будем...
- Но она должна была иметь какую-нибудь бумагу от вас, - сухо сказал
Мейсон. - Она нуждалась в такой бумаге для своей защиты. Перестаньте
лгать!
- Ну, записку я ей дал, - ответил Уайт, смущено глядя на свои ноги. -
Но это не обязательство. Это просто записка.
- И вы подписали эту записку?
- Да.
- Копия есть?
- Нет. Она сказала, что копию иметь опасно. Достаточно одного
оригинала, чтобы я не мог отказаться от своего обещания. И еще она
сказала, что спрячет эту записку в такое место, где ее никто не найдет.
Мейсон устало вздохнул:
- У нас был тяжелый разговор, Уайт, и за это время вы так много раз
пытались мне солгать, что я...
- А вы чего ожидали? - перебил его Уайт. - Что я сразу выложу вам все
о нашем соглашении? Ведь я поклялся, что никому об этом не скажу.
Мейсон повернулся к Делле Стрит:
- Думаю, мы можем ехать домой, Делла.
- А как же я? - спросила Элен Эддар.
- Вы возьмете такси и тоже поедете домой. И не будете предпринимать
ничего, что можно было бы рассматривать как сокрытие вещественных
доказательств. И ни в коем случае не пытайтесь поменять покрышки на своей
машине. Понятно?
- Но если меня прижмут к стенке, я должна буду сознаться, что...
- Вы ни в чем не будете сознаваться, - перебил ее Мейсон. - Как
только вас заберут в полицию, я разрешаю вам говорить только одно: вы не
будете говорить ничего, пока не вызовут меня. А когда там появлюсь я, то
скажу вам, чтобы вы вообще не давали ни письменных, ни устных показаний.
Понятно?
- Мне кажется, это поставит меня в ложное положение перед
общественностью.
- Конечно! - уверил ее Мейсон. - Но это гораздо лучше, чем...
- А в чем дело, мама? - перебил Мейсона Уайт. - Не позволяй запугать
себя такому человеку. Если ты хочешь рассказать полиции правду, то иди и
расскажи.
- Нет, нет, ты ничего не понимаешь! - воскликнула Элен Эддар.
- Ваша подруга собирается вернуться сегодня попозже на вашей машине?
- спросил Мейсон Уайта.
- Да, вернется! - раздраженно бросил тот. - Вернется, если уж вам
обязательно нужно знать это.
- Хорошо, - сказал Мейсон. - И если вы хотите проявить хоть
какую-нибудь вежливость, вызовите такси для матери.
Мейсон сделал знак Делле Стрит и они направились к двери.
14
Около полудня лейтенант Трэгг вошел в кабинет Мейсона, предварительно
дав возможность Герти сообщить о своем появлении серией условных звонков
телефона.
- Добрый день, Мейсон! Здравствуйте, Делла! - поздоровался он. -
Чудесная сегодня погода, не правда ли? Как вы себя чувствуете?
- Отлично! - ответил Мейсон. - У вас были основания сообщить о своем
визите через Герти, лейтенант? Не хотели ждать в приемной?
- Не хотел, - ответил лейтенант Трэгг. - Налогоплательщики
скептически смотрят на полицейского, который сидит в приемной адвоката и
ждет, пока тот соберется с мыслями или выпроводит клиента через черный
ход.
Лейтенант Трэгг дружелюбно улыбнулся.
- Никакого клиента я через черный ход не выпроваживал, - ответил
Мейсон.
- Совершенно верно, не выпроваживали... Дело в том, что мы собираемся
арестовать вашу клиентку. И боюсь, что ей будет предъявлено обвинение в
убийстве. Она наверняка захочет видеть своего адвоката, вот я и подумал,
что будет неплохо, если вы отправитесь вместе со мной. Это будет выглядеть
как-то по-семейному, что ли, и сэкономит нам время.
- Где вы собираетесь ее арестовывать?
- В магазине, где она работает. Это, конечно, не очень приятно, но вы
сами понимаете: закон есть закон.
- Надеюсь, у вас есть доказательства ее вины? - спросил Мейсон.
- Доказательства? - переспросил Трэгг. - Ну, конечно, у нас есть
доказательства. Мы не имеем права арестовывать человека, не имея
доказательств, тем более, если он занимает известное общественное
положение.
Мейсон повернулся к Делле Стрит:
- Ты останешься здесь, Делла, а я отправлюсь с лейтенантом Трэггом.
Составлю ему компанию.
- Очень любезно с вашей стороны, Мейсон, - ответил лейтенант. - А то
сперва арестовываешь подозреваемого, потом звонишь его адвокату, который
заставляет себя ждать час или два и тем самым дает возможность
арестованному обдумать свои ответы и заготовить хорошую версию.
- На этот раз я буду с вами искренен, лейтенант, - ответил Мейсон.
- Прошу вас.
- Я скажу Элен Эддар, чтобы она вообще не давала никаких показаний.
Она даст свои показания только на суде в присутствии присяжных.
- Вот как! - ответил Трэгг. - Не думаю, что это будет умно, Мейсон.
- Может быть, - ответил Мейсон. - Но это будет по-джентльменски по
отношению к женщине.
- Вам, конечно, виднее, - ответил Трэгг. - Но я бы хотел, чтобы она
ответила на ряд вопросов еще до судебного разбирательства.
- Она ответит, лейтенант, если это не будет нигде зафиксировано. И я
беру на себя всю ответственность за ее поведение.
- Это будет вашим поражением, Мейсон, - заметил Трэгг. - Или вы
другого мнения?
- Будем надеяться, что никакого поражения не будет, - ответил
адвокат. - Итак, едем!
- У меня служебная машина, - сказал Трэгг. - И мы сразу увезем вашу
клиентку в Управление. Вы поедете с нами?
- Поеду, - ответил Мейсон и многозначительно посмотрел на Деллу
Стрит.
Секретарша понимающе кивнула.
- Вот именно, Делла! - сказал Трэгг. - Как только мы выйдем,
соединитесь с фирмой "Френи, Колеман и Свази" и передайте Элен Эддар, что
мы едем за ней. А после этого Перри Мейсон, будучи ее адвокатом, даст ей
указания, как необходимо себя держать. Мы согласны на все... Ну, поехали!
Мейсон и Трэгг вышли на улицу и сели в машину. Лейтенант пребывал в
отличном расположении духа.
- Когда мы ее заберем, Мейсон, она поедет вместе с нами, - сказал
Трэгг. - Только давайте договоримся, что вы не будете разговаривать с ней,
пока мы не приедем в Управление. - После этого Трэгг повернулся к шоферу:
- Фирма "Френи, Колеман и Свази".
Полицейская машина быстро промчалась по улицам города и вскоре
остановилась перед универсальным магазином.
- Ждите меня! - сказал Трэгг шоферу, а потом повернулся к Мейсону: -
Вы пойдете со мной?
- Разумеется! Для этого я сюда и приехал.
- Да, конечно! - согласился Трэгг.
Они вошли в магазин и, пройдя в контору, спросили у секретарши, как
найти Элен Эддар.
Едва открыв дверь кабинета старшего продавца, лейтенант спросил:
- Надеюсь, вы уже знаете о цели нашего визита, мисс Эддар?
Мейсон сразу же вмешался:
- Элен, вас собираются арестовать по обвинению в убийстве. Являясь
вашим адвокатом, я запрещаю вам говорить что-либо и отвечать на вопросы.
- Минутку, минутку! - произнес лейтенант Трэгг. - Сперва необходимо
соблюсти формальности. Я хочу сказать, что некоторые ваши поступки вызвали
наше подозрение. И все. Моей неприятной обязанностью является то, что я
должен вас арестовать по подозрению в убийстве Агнес Берлингтон. Хочу
также предупредить, что вы не обязаны отвечать на вопросы и можете не
делать никаких заявлений, которые могут быть направлены против вас. Хочу
также сказать вам, что вы имеете право на адвоката и мистер Мейсон,
являющийся вашим адвокатом, извещен нами о положении вещей и знает, что мы
собираемся вас арестовать. Он заявил, что будет находиться вместе с вами,
где бы вас ни допрашивали.
- Я же сказала вам... - начала Элен Эддар.
- Замолчите! - перебил ее Мейсон. - Помолчите, Элен! Вы не должны
ничего говорить!
- Но я ведь ему сказала...
- Если вы что-нибудь ему и говорили, он этого не забыл, - продолжал
Мейсон. - И ему, конечно, очень хочется, чтобы вы сказали еще что-нибудь.
- Разве есть основания, вынуждающие меня доказывать свою
невиновность? - спросила она.
- Сейчас это не имеет значения, - ответил Мейсон. - Но если вы будете
говорить, он поймает вас на мелких несоответствиях и сделает из них
большие.
- Я не совсем понимаю, что вы имеете в виду, Мейсон, - сказал Трэгг.
- Мы уже можем доказать, что машина Элен Эддар побывала на подъездной
дорожке, которая ведет к дому Агнес Берлингтон уже после того, как газон и
дорожка были мокрыми. Можем доказать и кое-что другое.
- Примите мои поздравления, - ответил Мейсон.
- Спасибо... Видите ли, Мейсон, она въехала на подъездную дорожку,
увидела, что почва размокшая, и решила вернуться. К тому же она отлично
водит машину. Некоторые водители, если дают задний ход, часто крутят
баранку, так что машина идет зигзагами. А эта женщина вывела машину почти
по прямой линии, так что имелись хорошие отпечатки в основном только
передних колес. Конечно, кое-где попались и отпечатки задних, но их было
гораздо меньше, чем мы ожидали. Грунт был слишком мягким.
- Я тоже посчитал, что земля там слишком мягкая.
- Да, но вы были там позже, - заметил лейтенант Трэгг. - Мы
предполагаем, что машина Элен Эддар какое-то время стояла на подъездной
дороге, а потом выехала задним ходом. Это случилось приблизительно в то
время, когда наступила смерть.
- А как вы определили время смерти? - поинтересовался Мейсон.
- Это очень щекотливый вопрос, - ответил лейтенант Трэгг. - И вы,
вероятно, в свое время зададите кучу вопросов эксперту. Точно определить
время смерти мы не смогли, только установили, что смерть наступила за
двадцать четыре - тридцать часов до обнаружения трупа, трупное окоченение
уже было и прошло. Если бы мы узнали, когда она последний раз принимала
пищу, это помогло бы нам намного точнее определить время смерти, но,
по-видимому, она сама себе готовила и мыла посуду. Так что мы можем лишь
констатировать, что она погибла через два часа после приема пищи, но когда
она ела, нам неизвестно.
- А характер пищи вам ничего не подсказывает? - спросил Мейсон.
- Ну и ну, Мейсон! - укоризненно заметил Трэгг. - Вам не кажется, что
разговор у нас идет в противоположном направлении? Вместо того, чтобы мне,
офицеру полиции, допрашивать подозреваемую и ее адвоката, я вынужден сам
отвечать на ваши вопросы. Вам остается только предупредить меня - как того
требует буква закона - что все, что я сейчас здесь скажу, может быть
направлено против меня.
- Если вы заинтересованы найти настоящего убийцу, - заметил Мейсон, -
вы должны быть готовы обсудить со мной некоторые факты.
- Вот именно! - подхватил Трэгг. - А если вы сами заинтересованы в
раскрытии преступления, я думаю, что вы не откажетесь ответить на
некоторые вопросы... Например, вопрос о бандероли, адресованной мисс Эддар
на главный почтамт?.. О, я вижу, вы вздрогнули, мисс Эддар? Вы не ожидали,
что полиция докопается до этого, не так ли?
- О бандероли? - спросил Мейсон.
- Да, о маленькой такой бандероли. Размером с тетрадку, в каких
обычно ведут дневники. Мы, разумеется, еще не вскрыли пакет, поскольку у
нас не было ордера на арест, а мы должны соблюсти все формальности по
отношению к почтовому агентству. Пока лишь известно, что эта бандероль
адресована мисс Эддар на главный почтамт и адрес на ней написан рукой мисс
Эддар. Ну, а теперь, имея на руках ордер на арест, мы можем вскрыть этот
конверт в самое ближайшее время, и его содержимое, надеюсь, внесет ясность
в ситуацию, особенно если в бандероли окажется дневник Агнес Берлингтон.
Дело в том, что близкий знакомый Агнес Берлингтон утверждает, что она вела
дневник, который хранился в одном из ящиков шкафа. Во время обыска мы не
нашли никакого дневника, так что вполне возможно, в этой бандероли
находится исчезнувшая вещь - дневник... Вы понимаете, что все это значит,
Мейсон? - Трэгг повернулся к Элен Эддар: - Вы не хотите сделать никаких
заявлений относительно этой бандероли, мисс Эддар?
- Нет, не хочет! - ответил вместо нее Мейсон.
- Во всяком случае она может сказать, посылала ли она что-нибудь на
свое имя, и когда она это сделала, - сказал Трэгг. - Мы ведь имеем эту
бандероль и знаем, кто писал адрес на ней. В течение часа мы познакомимся
и с содержанием бандероли.
Элен Эддар бросила на Мейсона испуганный взгляд.
- Мисс Эддар вообще не будет делать никаких заявлений, - твердо
повторил Мейсон.
- Для нее же хуже, - ответил Трэгг. - Пресса может представить факты
в невыгодном для нее свете...
- Суд общественности нам мало поможет в этом вопросе. Речь может идти
только о Суде Присяжных. И давайте играть в открытую, лейтенант: в силу
определенных причин мисс Эддар не может ответить на ваши вопросы. Кроме
того, у нее есть основания сохранять свое прошлое в тайне - прошлое чисто
личного и частного порядка. А если она будет отвечать на вопросы, это
прошлое неизбежно всплывет на поверхность. Отсюда следует, что на вопросы
отвечать она не будет и вообще не будет говорить ни слова.
- Я могу понять вашу позицию, - ответил Трэгг. - Но в таком случае
все это дело целиком ляжет на ваши плечи... Впрочем, вы, наверное, этого и
хотите. С другой стороны, эти личные и частные вещи все равно всплывут на
поверхность. Я имею в виду конкурс красоты и все такое прочее...
- Почему? - спросил Мейсон.
- Потому что об этом знают в полиции и, боюсь, это известно уже и
прессе, - ответил Трэгг. - Я не хочу сказать ничего, что бы бросило тень
на поведение вашей клиентки, но в конце концов улики есть улики, и, кроме
того, имеется еще свидетельница Максин Эдфилд, которая даст Суду весьма
ценные показания в отношении мотивов. К тому же она может поставить под
сомнение утверждение Элен Эддар о том, что она имеет сына от Хармена
Хаслетта, оставившем после себя двухмиллионное состояние. Все эти факты
неизбежно всплывут на поверхность, когда речь пойдет о причинах убийства,
и я буду весьма удивлен, если мисс Эддар не побоится прокомментировать их.
- У мисс Эддар нет надобности комментировать что-либо!
- В таком случае объяснения придется давать вам, как ее адвокату.
- Как ее адвокат, я тоже не обязан давать какие-либо объяснения.
- Что ж, - пожал плечами трэгг, - значит, будем играть в молчанку.
Вы, конечно, оба понимаете, что мы заинтересованы в расследовании этого
дала. И нам не нравится, когда вокруг дела поднимается много шума, так что
если мисс Эддар сможет ответить нам на вопросы, мы будем рады выслушать ее
объяснения, проверим факты, о которых она сообщит, и если в их не будет
противоречий, мы не станем ее больше беспокоить.
- Мы оба с вами отлично знаем, - бросил Мейсон, - что вы все равно не
сможете ее отпустить до тех пор, пока дело не будет решено в судебном
порядке. А все эти громкие слова вам нужны для того, чтобы заставить ее
говорить.
Трэгг усмехнулся:
- Хорошо, Мейсон, я больше не буду делать никаких попыток. А вам,
мисс Эддар, придется поехать вместе с нами. Кстати, хочу заметить, что
попытка послать компрометирующие материалы по почте говорит сама за себя.
Конечно, сейчас я не выношу никаких обвинений, но, может быть, вам,
господин адвокат, будет интересно узнать, что эту бандероль мы обязательно
вскроем. Я буду очень рад за вас и за вашу клиентку, если мы не найдем там
дневника Агнес Берлингтон, но очень боюсь, что именно этот дневник мы там
и найдем. А теперь, мисс Эддар, если вы будете так любезны и проедете с
нами в полицейское Управление, мы выполним там все формальности по
возможности безболезненно - это, конечно, в том случае, если вы измените
свое поведение и дадите толковое объяснение своим поступкам.
- Никаких объяснений не будет! Ни толковых, ни бестолковых! - ответил
Мейсон. - И мы будем пользоваться своим правом - хранить молчание. Кроме
того, я хочу пять минут поговорить со своей клиенткой, господин лейтенант.
Может быть, вы подождете в коридоре? После этого вы можете везти ее в
Управление.
- Переговорить с ней вы можете и в Управлении, - ответил Трэгг.
- После того, как вы внесете это в регистрационную книгу? Конечно,
если вы мне отказываете в разговоре с моей клиенткой...
- Вы не так меня поняли, - поспешно сказал Трэгг. - Я не хочу ставить
вам никаких препятствий, Мейсон. Во избежание осложнений. Значит, вы
просите пять минут?
- Да.
- Что же, говорите, - ответил Трэгг и с саркастической улыбкой вышел
из кабинета.
Мейсон повернулся к Элен Эддар:
- В этой бандероли - дневник Агнес Берлингтон?
- Да.
- Где вы его взяли?
- В верхнем ящике бюро.
- Хорошо, - сказал Мейсон. - Итак, вы приехали к ней, нашли ее
мертвой, обыскали комнаты и забрали дневник?
- Да.
- Оружие какое-нибудь находили?
- Нет.
- А у вас есть оружие?
- Почему вы об этом спрашиваете?.. Да, есть.
- Какое?
- Кольт тридцать восьмого калибра.
- Где он сейчас?
- О, Господи! Откуда я знаю! Где-то дома. Мне кажется... Ой, нет,
вспомнила! Я давала его Уайту. Он хотел поупражняться в стрельбе. Выезжал
за город с девушкой... ну, и поскольку он очень хороший стрелок, то хотел
покрасоваться перед ней.
- А что он потом сделал с револьвером? Отдал обратно?
- Нет, он еще у него, если он не... О, Боже!
- Ну, что там еще? - спросил Мейсон.
- Теперь я все вспомнила! Он сказал мне, что положит его в мою
машину, в "бардачок".
- Вы не знаете, он уже положил его?
- Не знаю, но думаю, что положил.
- И, значит, когда полиция осматривала вашу машину, она могла
обнаружить и револьвер?
- Думаю, что могла.
- Если окажется, - сказал Мейсон, - что роковая пуля была выпущена из
этого револьвера, вас уже ничто не спасет. Присяжные вынесут вердикт о
предумышленном убийстве.
- Мне кажется... Вы думаете, что я вела себя совсем глупо... Да,
мистер Мейсон?
- Вы очень хорошо планировали свои действия, мисс Эддар. Вы пытались
поступить как можно умнее, но выходило все наоборот.
Адвокат вышел из кабинета.
- Вам понадобилось всего три с половиной минуты, - дружески сказал
Трэгг.
- Вот и хорошо, - хмуро ответил Мейсон. - Оставшиеся полторы вы
можете засчитать как сдачу от занятого мной у вас времени.
Мейсон сидел у себя в кабинете в расстегнутой у ворота рубашке. Перед
им стояла чашка кофе. Пол Дрейк расположился напротив, в кресле для
посетителей, и делал записи. Делла Стрит возилась с новой порцией кофе.
Мейсон устало сказал:
- Эта женщина втянула меня в грязную историю. А я слепо сунул туда
свою голову и теперь не могу вытащить ее обратно. Я не могу рассказать
тебе, Пол, что собирается предпринять полиция в отношении ее, потому что
сам этого не знаю. И самое главное - я не знаю, нашла ли полиция оружие,
из которого была застрелена Агнес Берлингтон.
- У твоей клиентки есть оружие? - спросил Пол.
- Это еще полбеды, - ответил Мейсон. - У нее есть револьвер,
купленный в солидном магазине, и регистрационная книга этого магазина
быстро подскажет полиции, чей это револьвер.
- А где он сейчас?
- Видимо, в руках полиции, - ответил Мейсон. - И мне совершенно
необходимо узнать, Пол, из этого револьвера был произведен выстрел или
нет.
- А если из этого - что тогда?
- В этом случае мне останется лишь поднять руки вверх, - ответил
Мейсон. - Не будет и одного шанса из тысячи, что присяжные ее оправдают.
- А если стреляли не из этого револьвера?
- Тогда я попытаюсь доказать, что она вообще не стреляла. Ведь тот
факт, что она имеет револьвер именно такого калибра, который был
употреблен для убийства, в сочетании с другими факторами просто создаст
картину неудачно сложившихся обстоятельств...
- Но тем не менее обстоятельные улики останутся, - заметил Дрейк. - Я
понял, что полиция способна доказать, что машина Элен Эддар стояла на
подъездной дорожке к дому Агнес Берлингтон и что Элен Эддар побывала в
этом доме задолго до того, как полиция была извещена об убийстве. И
прокурор будет строить свое обвинение на том, что она утаила или
уничтожила какие-то улики, находившиеся в доме, а потом направилась к тебе
и пригласила с собой на место преступления, чтобы ты зафиксировал
положение вещей и вызвал полицию.
- Да, они будут придерживаться именно таких позиций, - ответил
Мейсон. - Но, тем не менее, у меня будет достаточно возможностей разбить
эту теорию.
- Если они смогут доказать, что ее машина стояла у дома, а сама она
побывала в доме, - сказал Дрейк, - то дело плохо. Тут уже придется давать
Суду очень толковое объяснение.
- И такое толковое объяснение не так уж трудно дать, - ответил
Мейсон. - Я, например, думаю, что на судебном процессе выяснится, что
Агнес Берлингтон умерла не позже, чем через два часа после приема пищи. И
я хотел бы выяснить, что именно она ела и в какое время.
- Как ты собираешься это узнать?
- Неподалеку от ее дома находится универсальный магазин. И я думаю,
что она время от времени ходила туда за провизией. Попробуй разузнать
что-нибудь.
- Ты думаешь, ее там кто-нибудь запомнил?
- Не знаю. Но попытаться нужно. Ведь мы имеем дело с одинокой
женщиной. Судя по всему, она регулярно покупала полуфабрикаты или еще
какую-нибудь пищу. Если она вообще питалась одна, я думаю, что именно
полуфабрикатами. Хочу напомнить, что полиция не хотела давать информацию
относительно содержимого ее желудка. По всей вероятности, здесь можно
будет за что-нибудь зацепиться. Если, например, оказалось бы, что она
пообедала в ресторане - съела бифштекс с жаренным картофелем, салат и так
далее, то можно было бы предположить, что она ходила в ресторан с мужчиной
и что этот мужчина мог проводить ее домой.
- Но ты же не узнаешь, когда она ела в последний раз? Был ли это
ленч, обед или ужин?
- Я знаю, что свет в доме был зажжен, - ответил Мейсон. - А этот факт
позволяет мне предположить, что преступление было совершено в вечерний
час. И если вдобавок окажется, что оно было совершено не
...Поділитися у соцмережах
