Жанр: Детектив
ТОРГОВЕЦ ЗАБВЕНИЕМ
... к ней, забыв, совсем забыв... В памяти остался ее смех в темноте.
В любви нам повезло. Мы были гармоничной парой - равно страстные, с равным
рвением и одновременно достигающие оргазма. Я еще помнил ее совсем другой: плоский
животик, неразбухшие груди. В памяти были живы моменты полного и абсолютного
наслаждения, ее ликующего оргазма, острое экстатическое ощущение семяизвержения.
Лучше уж помнить это...
Теперь в спальне было совсем тихо. Никакого невидимого присутствия Эммы. Никакой
мятущейся без успокоения души.
Если души и жили, то только во мне. Душа Эммы, душа отца и еще титаническая
фигура деда - непобедимого и невероятно отважного. Они жили во мне, не бунтуя, но и не
утешая. И я был обречен на вечное стремление прийти с ними к какому-то согласию,
потому что знал - если этого не произойдет, я пропал. Но слишком уж длинные
отбрасывали они тени...
Должно быть, беременность привела к повышению кровяного давления, так говорили
врачи. Явление вполне обычное, но в случае с Эммой это самое давление усилило
нагрузку на слабый сосуд, утечка крови усилилась... пока наконец сосуд не разорвался.
Сама по себе беременность, говорили они, еще одна гирька на весы смерти. Оба мы так
хотели детей, и вот семя, которое я посеял, ее убило.
Глава 15
Наутро я явился в лавку, размышляя о том, как бы выманить у сержанта Риджера пробу
виски из "Серебряного танца луны", но он разрешил мою проблему, почти тотчас же
возникнув у двери, словно вызванный с помощью телекинеза.
~~ Доброе утро, - сказал он, когда я впустил его. Дождевик на поясе, ярко начищенные
ботинки, аккуратная стрижка. Неужели он не слышал, подумал я, что в наши дни
полицейские в штатском должны носить грязные и рваные джинсы и походить на
безработных.
- Доброе утро, - ответил я, закрывая дверь. - Желаете что-нибудь купить?
- Информацию, - настроен он был серьезно, как всегда. Дошел до середины помещения
и остановился, крепко уперев в пол широко расставленные ноги.
- Так... Что ж, выкладывайте.
- Что, рука хуже? Прошлый раз я не видел повязки.
- Нет, не хуже, - я покачал головой. - Просто так удобнее.
На лице его отразилось не то что облегчение, скорее - одобрение.
- Хорошо. Тогда позвольте сделать вам официальное предложение. Помогать нам в
нашем расследовании.
- Помогать? В расследовании?
- Это предложение поступило непосредственно от старшего офицера полиции
детектива Уильсона.
- Вот как? - Мне стало интересно. - Лично мне?
- Да, он сам вас предложил. - Риджер откашлялся. - Это связано с расследованием
жалоб на качество напитков, продаваемых по лицензии в розлив в других точках, помимо
"Серебряного танца луны".
- Э-э... - протянул я. - Скажите, сержант, а нельзя ли объяснить все это почеловечески?
Похоже, Риджер был искренне удивлен. То, что он говорил, казалось его полицейскому
уму совершенно ясным и очевидным. Еще раз откашлявшись, он сказал:
- В ходе наших расследований по делу об убийстве Зарака мы сочли необходимым
проверить жалобы на противозаконные действия в той же сфере по всему району. Вчера
состоялось региональное совещание на высшем уровне. Меня тоже пригласили, как
офицера, который первым оказался на месте преступления, связанного с торговлей
поддельным спиртным. И старший офицер Уильсон лично просил меня привлечь вас к
этому расследованию. Он сказал, что, если удастся найти вторую точку сбыта, где один
сорт виски выдается за другой, и если это виски окажется сходным или идентичным тому,
что нашли в "Серебряном танце луны", тогда, возможно, мы выйдем на след поставщика
и убийцы Зарака. Во всяком случае, попытаться стоит, так он сказал, не слишком много у
нас вариантов. Так что... э-э... вот поэтому я здесь.
Я с изумлением взирал на него.
- Вы что же, просите меня пошляться по барам?
- Э-э... ну, если вы предпочитаете называть это так, то да. Да.
Прелестно, подумал я. Просто потрясающе! Отсюда до Уэтфорда примерно пятьдесят
тысяч баров... и в каждом из этих яблок, разложенных на огромном блюде, полиция
может обнаружить червоточину.
- И вы будете меня возить, как в прошлый раз? - осведомился я.
- Мне поручили это задание, - он не выказывал никакого отношения к этой своей
миссии, ни за, ни против. - Так могу я забрать вас, когда вам будет удобно?
- Можете, - ответил я. - Когда?
Он взглянул на свои изобиловавшие кнопками часы.
- В десять пятнадцать.
- Прямо сегодня?
- Конечно. Только сперва заеду в участок, доложусь и вернусь за вами.
- Ладно, - кивнул я. - Да, кстати, сержант, нельзя ли попросить вас, раз уж вы все равно
туда едете, захватить бутылку виски "Беллз" из "Серебряного танца луны"?
На лице его отразилось сомнение.
- Хочу попробовать еще раз, - объяснил я. - Ведь с тех пор, как мы были там, прошло
уже целых десять дней. И если вы хотите найти такое же виски, мне надо освежить в
памяти вкус.
Он счел это логичным.
- Хорошо. Сделаю запрос.
- Гм... Скорее не запрос. Это мое условие. Без него я не смогу сделать то, о чем вы
просите.
- Договорились. - Он достал блокнот, что-то записал в него, снова сверился с часами и
добавил: - Сейчас девять четырнадцать.
- А сколько мест мы должны объехать? - спросил я.
- Список довольно длинный, - небрежно заметил он. - Да и район у нас большой, это
безусловно. Мой начальник считает, что расследование можно завершить недели через
две.
- Две недели?
- Ну если работать ежедневно, с десяти до двух. — Скажите, а это официальное
привлечение к вашей работе как-то оплачивается?
Он выдержал секундную паузу, затем ответил:
- Этот вопрос рассматривался.
- И что же?
- У нас работал консультант-эксперт, но он недавно вышел на пенсию и переехал в
Испанию. Ему платили. Наверняка платили.
- И как часто... к нему обращались?
- Точно не скажу. По мере надобности. Сам я видел его всего лишь раз или два. Он
тоже, как и вы, различал разные вещи по вкусу. У таможенно-акцизного управления
имеются разные приборы и инструменты, ну, как в Палате мер и весов. Но их волнует - Виски "Беллз" и томатный сок, будьте любезны.
Она подставила мерный стаканчик под перевернутую бутылку виски и стала ждать,
пока он наполнится.
- Что-нибудь еще?
Я сказал "нет, спасибо", и она подтолкнула стакан ко мне, а бокал с томатным соком -
к Риджеру, взяла у меня деньги, отсчитала сдачу. Мы отошли к Двум глубоким креслам с
маленьким столиком посередине, где Риджер снова аккуратно записал расходы.
- Так что все-таки случилось с этими регбистами? - спросил я.
На лице его отразилось глубочайшее отвращение.
- Она знала, что неприятности будут. И все равно их пустила. Ребята грубые. Ну и стали
выдергивать люстры из потолка, прямо вместе со штукатуркой, и тогда она заставила их
выстроиться вдоль стены. И держала под прицелом, пока не прибыли мы.
- Под прицелом? - изумился я.
- Да. Правда, ружье заряжено не было, но ребята не на шутку труханули. К тому же
были наслышаны о том, какой она выдающийся охотник на фазанов.
- Так это был дробовик?
- Совершенно верно. Она держит его здесь, за стойкой. И мы ничего не можем с ней
поделать, потому как лицензия у нее имеется. Говорит, что держит ружье, чтоб
отпугивать разных злодеев. Хотя вряд ли в здешних краях найдется злодей, который
осмелится сунуться к ней.
- Так это она вызвала тогда полицию?
- Нет, конечно, не она. Один из посетителей. Она была далеко не в восторге, когда мы
явились. Сказала, что не родился еще на свет мужчина, с которым бы она не справилась...
- похоже, Риджер твердо верил в истинность ее слов. - Ей даже в суд не пришлось
подавать, чтоб возместили ущерб. Выплатили все тут же как миленькие.
Да, подумал я, надо быть очень отважным мужчиной, чтоб сообщить миссис Алексис,
что вместо "Беллз" она подает "Рэннох", чего на самом деле не наблюдалось. Самый
настоящий чистейший "Беллз", ничем не испорченный.
- Жаль, - заметил Риджер, когда я выложил ему эту новость.
Я задумчиво сощурился.
- А вон там, на верхней полке, у нее стоит "Лэфройг".
- Правда? - Риджер тотчас же воспрял духом. - Будете пробовать?
Я кивнул и направился к бару, но миссис Алексис снова ушла к камину, где Уилфред,
вооружившись мехами, производил еще больше дыма.
- Похоже, труба забита, - задыхаясь, заметил он.
- Забита? - Миссис Алексис была возмущена до глубины души. - Как это может быть? -
Она на секунду задумалась. - Разве что какая-нибудь чертова птичка умудрилась свить там
гнездо, как три года тому назад?..
- Подождем, пока придет трубочист и прочистит снова, - предложил Уилфред.
- Подождем? Ну уж нет, увольте! - Она решительно устремилась к бару. - Сейчас
подойду, - бросила она мне. - Там гнездо, точно гнездо! Почему-то эти поганые птицы так
и норовят вить свои кретинские гнезда именно в моем камине. Такое уже бывало. Я задам
этим разбойникам перцу! До конца своих дней будут помнить!
Я не стал напоминать ей, что в октябре гнезда наверняка необитаемы. Ей было лучше
знать.
Злорадно ухмыляясь, она нагнулась, пошарила под стойкой и вышла из бара, держа в
руке совершенно сказочной красоты дробовик и вгоняя в затвор патрон. Чувства мои при
виде этой картины, очевидно, разделяли и все остальные присутствующие. Она
решительно шагнула к камину, и никто не вздумал ее остановить.
У Риджера прямо челюсть отвисла.
Миссис Алексис сунула ствол в просторную пасть камина и, долго не раздумывая,
спустила курок. Внутри прозвучал приглушенный хлопок, затем раздался грохот - это она
после отдачи уронила ружье на поленья. Все так и вытаращили глаза, но миссис Алексис
невозмутимо подобрала свою собственность и вернулась к бару.
- Еще один "Беллз"? - спросила она, пряча дробовик под стойку. - Томатный сок?
- Э-э... - протянул я. Она рассмеялась.
- Самый быстрый и надежный способ прочистить каминную трубу. Вы что, не знали?
- Нет.
- Старое ружье, ствол немного кривоватый. С хорошим ружьем я бы не стала так
обращаться, - она оглянулась на камин. - Смотрите-ка, а этот чертов дым вроде бы
рассеивается.
Она оказалась права. Уилфред, снова встав на колени и орудуя мехами, производил
клубы дыма, но шли они не в комнату, а поднимались вверх по трубе. Глаза зрителей
вновь заняли подобающее им место в орбитах, разинутые рты захлопнулись. Даже у
Риджера.
- "Лэфройг", - сказал я. - Будьте так любезны. И еще, нельзя ли взглянуть на карту вин?
- Ради Бога. - Она достала бутылку "Лэфройга" и налила в мерный стаканчик. - Вы и
этот полицейский... зачем вы здесь? - Острые глаза так и впились мне в лицо. - Этот
полицейский ни за что не зайдет сюда просто так, выпить. Кто угодно, только не он. И не
томатный сок. И уж тем более не в такую рань.
Я расплатился за виски и взглянул на карту вин.
- Мы ищем виски типа того, что объявилось в бутылках "Беллз" в "Серебряном танце
луны", - сказал я. - Такие же образцы.
Взгляд ее стал еще пронзительней.
- Такого тут не найдете.
- Нет. Полагаю, что нет.
- Это что, из-за тех жалоб, в прошлом месяце, да?
- Да, из-за них.
- Но вы не предъявили мне никаких документов, - похоже, она была искренне
возмущена. А стало быть, скорее всего невиновна.
- Нет у меня документов Я всего лишь виноторговец.
- Вот как? - Она обдумала услышанное. - И как же вас звать?
Я сказал ей. Назвал также свою лавку.
- Сроду о такой не слыхивала, - весело заметила она - Так вы что, правда, узнали бы то
виски, если б попробовали?
- Ну, скорее всего. Да. По идее, да.
- Тогда желаю удачи. - Она окинула меня насмешливым сверкающим взглядом и
отвернулась к новому посетителю, я же понес стаканчик к Риджеру, уверенный в том, что
"Лэфройг" "Лэфройгом" и окажется
- Ужасная женщина, - заметил Риджер. - Мне следовало бы ее арестовать.
- На каком основании?
- Стрельба в общественном месте.
- Ну, трубу в камине вряд ли можно назвать общественным местом.
- Не вижу ничего смешного! - сердито буркнул он
- А дым-то развеялся, - заметил я. - Так что выстрел сработал.
- Можно подумать, вы сами всю жизнь только и занимались стрельбой.
- Ну, в некоторой степени.
Я отпил глоток "Лэфройга": дымный, торфяной, с горьковатым привкусом дубовой
бочки. Самый неподдельный старый добрый "Лэфройг"...
Риджер посетовал на безумную цену напитка и беспокойно ерзал в кресле, пока я
изучал карту вин, написанную от руки и довольно пространную. Здесь были все знакомые
еще по "Серебряному танцу луны" наименования и дюжины других. Но, когда я обратил
внимание Риджера на этот факт, он холодно заметил, что его задание ограничивается
виски.
Я отнес карту вин к бару и попросил у миссис Алексис бутылочку "Сент Эстефа".
Она улыбнулась.
- Ради Бога. Открыть?
- Пока нет. - Я вместе с ней просмотрел карту и заказал еще "Сент Эмильтон",
"Макон", "Вальпо-лиселлу", "Волней" и "Нюи Сент Жорж".
- Конечно, - откликнулась она. - Так вы берете все?
- Да, если можно.
Она удалилась куда-то в заднее помещение и вскоре вернулась с корзиной,
разделенной перегородками, где лежали все шесть заказанных мной бутылок. Я заплатил
за каждую и прочитал этикетки. Надписи и названия те же самые, а вот года урожая не
совпадали.
- Все вино урожая 1979 года мы уже распродали, - объяснила она в ответ на мое
замечание. - Мы постоянно обновляем запасы. Потому-то карта вин и написана от руки.
Все время вносим что-то новое. Вот эти, последние, вина гораздо лучше. Может, возьмете
их?
- Нет, - ответил я. - Спасибо.
Она поставила корзину с бутылками на пол, У ног, и приветливо улыбнулась.
- Вам знаком ресторан "Серебряный танец луны"? - спросил я.
- Да, слышала. Его тут все у нас знают. Правда, никогда не была. К тому же говорят,
дело у них труба.
- Труба?..
- Ну, вылетели в трубу, - торопливо ответила она. - Банк лишил их права выкупа
заложенного имущества. Всех сотрудников увольняют. Мне самой звонил один из их шефповаров,
спрашивал, не найдется ли для него работы, - говорила она все это весело, словно
в самом факте разорения было нечто комичное, и выражение лица оставалось прежним.
Похоже, оно вообще никогда не покидало ее лица - мышцы щек под скулами натянуты
туго, уголки губ приподняты в насмешливой улыбке.
- В "Серебряном танце луны", - тихо заметил я, - одно и то же вино подавалось под
разными марками.
Выражение не переменилось, но ястребиные глаза глянули вниз, на корзину с
бутылками.
- Да, эти, - кивнул я. - Вернее, под этими же названиями.
- Вы что, оскорблять меня пришли?
- Да нет, просто рассказываю. Сверкающие глаза обежали мое лицо.
- И вы ишите такое же вине, не только виски? -Да.
- Простите, но ничем не могу помочь.
- Может, это и хорошо. Для вас.
- Почему?
- Ну... Не думаю, что так уж безопасно слишком много знать об этом деле. Главный
официант по винам из "Серебряного танца луны", несомненно, знал, что продает... И его
убили.
На лице ее не дрогнула ни единая жилка.
- Мне бояться нечего! - отрезала она. - Это я вам точно говорю. Хотите заказать чтонибудь
еще?
Я покачал головой.
- Нет, спасибо. Нам, пожалуй, пора.
Она взглянула через плечо на Риджера, лицо сохраняло все то же выражение. И
сказала:
- Подать сюда человека, который качался на люстре! Подать сюда этого негодяя! - Она
вновь покосилась на меня. - Господи, до чего же иногда скучно жить на этом свете!
Темно-рыжие густые ее волосы так и сверкали здоровьем и краской, ногти были
твердые и длинные, точно когти. Женщина ненасытных аппетитов, она живо напомнила
мне те виды из животного царства, где самка с хрустом пожирает своего муженька на
завтрак.
Уилфред, возможно, входивший в настоящее время в меню, по-прежнему стоял
коленопреклоненный перед огнем, мы с Риджером направились наконец к двери. Риджер
обогнал меня, и тут со стороны камина донесся странный приглушенный стук, и целый
ком липкой сажи обрушился на поленья, огоньки пламени и стоявшего внизу Уилфреда.
Зрители в креслах, точно завороженные, наблюдали за тем, как Уилфред медленно
поднимается на ноги. Вид у него был самый что ни на есть зловещий. Он напоминал
взъерошенного и растерянного демона, разбрасывающего хлопья черной сажи и
недоуменно вращающего огромными светлыми глазами, точно удивленная сова темной
ночью.
- Да я за решетку упеку этого треклятого трубочиста! - взревела миссис Алексис.
В первый день мы посетили еще четыре паба, и я уже начал уставать от постоянного
привкуса виски "Беллз" во рту. Риджер методично сверялся со своими записями и не
выказывал ни малейшего разочарования тем, что все пробы, одна за другой, оказывались в
норме. Похоже, он воспринимал объезд заведений как обычную рутинную работу и
собирался флегматично выполнять задание до тех пор, пока не придут другие инструкции.
Вот человек без капли бунтарской крови, подумал я, никогда не ставящий под
сомнение ни отдельный приказ, ни порядок вещей в целом. Он являл собой полную
противоположность подлым и ненасытным авантюристам типа сына Кеннета Чартера.
Где-то посередине между этими двумя крайностями располагалось все остальное
человечество, все мы, ворчащие, спорящие, терпеливые и не очень, философствующие и
бездумные, старающиеся выжать максимум из того, чем одарила нас несовершенная
эволюция.
В конце нашего путешествия я спросил, удалось ли полиции напасть на след фургона
"Бедфорд", который использовался при ограблении моей лавки. Очевидно, к этому
времени Риджер начал воспринимать меня чуть ли не как официального коллегу, а
потому ответил без обычно присущей ему сдержанности:
- Нет, не нашли. И, наверное, никогда не найдем.
- Это почему? - удивился я.
- Он принадлежал фирме "Кволити хаус провижнс". Они не замечали, что фургон
пропал, вплоть До того самого момента, пока один из наших констеблей не пришел к ним
и не начал задавать вопросы. Фургонов у них много, поэтому и проморгали, так они
сказали. Прямо сонное царство какое-то... Теперь машина под этим номером объявлена в
срочный розыск, поскольку она может быть связана с убийством Зарака. Но раз фургон,
что называется, засветился, его скорее всего бросили, возможно, оставили на свалке со
снятыми номерами. Да его теперь никто не найдет, разве что случайно подвернется. А
вообще-то - не думаю.
- Весело...
- Такова жизнь.
Он подвез меня к лавке и сказал, что завтра утром заедет с новым списком подлежащих
проверке заведений.
- А почему бы не привезти весь список сразу, а не частями? - спросил я.
- О, он еще не готов. Мы начали составлять только вчера, используя имеющиеся у нас
данные, а теперь надо ждать дополнительной информации.
- Вон оно что... Скажите, сержант, а как вас по имени?
Он немного удивился.
- Джон.
- Не будете возражать, если завтра в пивных я буду называть вас по имени? Сегодня
пару раз перед разными барменами я едва не обратился к вам "сержант".
Он обдумал предложение.
- Ладно. Тогда, наверное, вы хотите, чтоб я называл вас Тони?
- Имеет смысл.
- Хорошо.
- А чем вы занимаетесь в свободное от службы время? - спросил я.
- Садом, - ответил он. - В основном вырашиваю овощи.
- Женаты?
- Да, вот уже четырнадцать лет. Две дочери, эдакие маленькие дамочки, - выражение,
возникшее при этом у него на лице, противоречило резкости тона. - А ваша жена, говорят,
умерла?
- Да.
- Соболезную.
- Спасибо, сержант.
Он кивнул. Джон был рожден для дела, возникшая между ним и любым другим
человеком близость не могла перерасти в дружбу. И я почти физически почувствовал, как,
услышав это "сержант", он испытал облегчение, едва ли не благодарность - за то, что я не
назвал его Джоном в частной беседе.
Он высадил меня у двери и аккуратно отъехал от обочины, включив, как положено,
поворотник, пунктуальный во всем, до последней мелочи. Миссис Пейлисси радостно
сообщила, что совсем сбилась с ног, и выразила уверенность, что я могу самостоятельно
доехать до больницы, потому как, если честно, мистер Бич, то от вас попахивает
спиртным.
Я вспомнил, что заказывал и за что платил, и быстренько подсчитал в уме, что
проглотил добрую дюжину неразбавленных виски и что если и чувствую себя трезвым,
так это не более чем иллюзия. А потому в больницу я поехал на такси и был вознагражден
неодобрительным фырканьем медсестры (той самой), которая сняла с руки повязку,
посмотреть, что там под ней происходит.
- Кстати, должна предупредить, у пьющего раны заживают хуже, - строго заметила она.
- Что, правда?
- Да.
Склонив голову, она с помощью щипчиков начала снимать антисептические пластыри,
которые наложила в прошлое воскресенье, а я старался дышать как можно реже, через нос
и в сторону. Но, судя по тому, как она брезгливо морщилась, не слишком преуспел.
- Надо сказать, большинство этих ранок затянулось лучше, чем вы заслуживаете, -
заметила она после паузы. - Три немного воспалены, еще одна... тоже мне не нравится.
Вот так больно?
- Ну есть немного... Она кивнула.
- Что и следовало ожидать. Ведь некоторые из них были больше дюйма глубиной... -
Она принялась налеплять новые пластыри. - Вот здесь, на самую плохую, надо наложить
шовчик, чтоб края не расходились. И старайтесь воздерживаться от спиртного. На свете
есть куда более эффективные обезболивающие.
- Да, мэм, - кисло ответил я и представил себе завтрашний объезд и пятьдесят тысяч
пабов на пути к Уэтфорду.
Вернувшись в лавку, я отправил миссис Пейлис-си с Брайаном развозить заказы, сам
занялся кое-какой бумажной работой и, воспользовавшись дневным перерывом в потоке
покупателей, решил взглянуть на ксерокопии страниц из записной книжки Кеннетамладшего
Фирма Джерарда проделала неплохую работу по части расшифровки и проверки
записей, и слабые мои подозрения о не слишком симпатичных методах расследования,
используемых в "Деглетс", переросли в уверенность.
В толстом конверте, полученном от Джерарда, находилась, помимо пятнадцати
страниц ксерокопий, объяснительная записка. В центре каждого из листков красовалась
сама ксерокопия из маленькой книжки, от многих слов шли стрелки к объяснениям на
полях.
Памятка Джерарда была отпечатана на машинке.
"Тони!
Все расследования проведены по телефону, не лично Ответы получены без всякого
принуждения. Их давали сам Кеннет Чартер, его жена, дочь и старший сын. Проверяя
информацию у друзей, в магазинах и заведениях, мы соблюдали определенную
осторожность, поскольку Кеннет Чартер запретил нам представлять Кеннетамладшего
в криминальном свете.
Страницы пронумерованы в том порядке, в каком располагались в записной книжке
Кеннета Чартера. Он датирует первую запись началом августа, поскольку там есть
упоминание о дне рождения миссис Чартер, в августе. Отсюда можно предположить,
что остальные записи сделаны позже, но, повторяю, это совсем не обязательно, и
других дат, как вы убедитесь, нет.
Пожалуйста, сразу же записывайте все соображения, которые возникнут у вас во
время чтения. Не оставляйте на потом, поскольку хорошие мысли имеют обыкновение
быстро улетучиваться.
Ваш Д."
Я взглянул на страницу под номером один и увидел следующую запись:
"Купить открытку на мамин день рождения, на след неделе".
От записи к полям вела стрелка. На полях было написано: "8 августа".
У Кеннета-младшего был весьма оригинальный почерк - буквы в одном слове могли
иметь наклон как в одну, так и в совершенно противоположную сторону. Комментарии
"Деглетс" были написаны черными чернилами, мелкими и аккуратными, вполне
различимыми буковками. Так что сетовать на то, что Джерард поставил передо мной
технически невыполнимую задачу, не приходилось.
Вторая запись на первой странице гласила:
"Зайти к Д. Н. на в. и.".
Приписка на полях объявляла:
"Д. Н. - Дэвид Нейлор, единственный близкий друг Кеннета-младшего. По всей
видимости, "в. и." означает "военные игры", поскольку Дэвид Нейлор увлекается ими".
На первой странице было еще несколько записей.
"Забрать брюки из химчистки".
"Попросить у отца денег".
"Сказать Б. Т., чтоб отцепилась".
Стрелка от последней записи вела к строке: "Б. Т., по всей вероятности, Бетти
Таунсенд, девушка, с которой встречался Кеннет-младший. По словам миссис Чартер,
девушка в целом славная, но прилипчивая".
Бедная Бетти Таунсенд!..
Я перешел ко второй странице и увидел на ней перечень телефонных номеров с
пометками и адресами на полях.
"Кинотеатр "Одеон". (Местный.)
"Футбольный клуб "Дайэмонд". (Местный.)
"Дэвид Нейлор". (Друг. Не работает.)
"Стрижка". (Телефон местной парикмахерской.)
"Лайза Смитсон". (Девушка, с которой встречался время от времени. Не работает.)
"Рональд Хейлби". (Друг. Работает вышибалой в местной дискотеке.)
На следующих нескольких страницах были лишь записи телефонных номеров и
памятки, красноречиво свидетельствующие о бесцельной и праздной жизни. Вообще
памятки Кеннета-младшего являли собой некое подобие дневника с такими, к примеру,
откровениями: "Зайти к Р. X. за нюхтой в воскр. Не забыть бабки" или "Достать телефон
абортария для Л. С." Но по большей части записи носили довольно обыденный характер
типа: "Напомнить маме, чтоб купила новую зубную щетку", "Футбольный матч в
"Дайэмонд", "Починить перемотку на стерео".
На одной из последних страниц я увидел следующее:
"Стрижка".
"Съездить в "Галифакс".
"Купить танк для в. и. Позвонить Д. К"
"Взять ключи от Н.М. для дубликатов".
"Встреча с Р. X. в "Дайэмонд".
"Отдать Л. С. деньги за аборт".
Примечания "Деглетс" гласили:
1) В парикмахерской сообщили, что Кеннет-младший заходит к ним примерно раз в
десять дней помыть голову шампунем и уложить волосы. Он покупает дорогие
косметические средства и дает щедрые чаевые.
2) Скорее всего Кеннет-младший в Галифакс не ездил. По всей вероятности, имеется в
виду банк при Строительном обществе "Галифакс", хотя родители не знают, был ли у
него там счет. По мнению Кеннета Чартера, его сын не получал никаких денег, кроме тех,
что давал ему отец. Однако он, по всей вероятности, ошибался, поскольку денег, которые
он давал сыну, никак не могло хватить на кокаин и оплату абортов.
3) "Танк" - игрушечный танк для военных игр.
4) Не выяснено.
Какое-то время я, задумчиво хмурясь, взирал на инициалы Н. М., но преуспел в их
расшифр
...Закладка в соц.сетях
