Жанр: Детектив
ТОРГОВЕЦ ЗАБВЕНИЕМ
...и соответствовала реальным фактам. Так что до настоящего понимания того,
что здесь произошло, еще очень далеко
- Так значит... я ничего не должен пока делать?
- Поступайте, как подсказывает вам здравый смысл, - вежливо и равнодушно бросил
Джерард. А я подумал, что, должно быть, впервые в жизни Квигли судорожно пытается
обрести уверенность в себе, но не в силах побороть сомнений и нерешительности.
После паузы Джерард добавил:
- Мы с Тони сообщим в полицию, что Пол Янг может быть здесь с минуты на минуту.
А там пусть сами решают.
- Он говорил, что Пол Янг прибудет ровно в два, - поправил его Квигли.
- Гм... Однако он вполне может заподозрить Вернона в намерении появиться раньше и
замести все следы. А значит, Пол Янг может появиться здесь в любую секунду. - Похоже,
сам Джерард не слишком верил в такую возможность, но был в этом одинок. Квигли
заявил, что уезжает немедленно, я испытывал сильнейшее искушение последовать его
примеру.
- Сюда ему не войти, все ключи теперь у меня, - сказал Квигли. - Полагаю, я должен
поблагодарить вас, мистер Макгрегор Я просто в ужасе от всего этого. Остается
надеяться, что теперь, когда Вернон уволен, все наши неприятности позади.
- Разумеется, - сухо ответил Джерард, и оба мы с ним наблюдали, как уезжал Квигли.
Вселившаяся в него надежда на лучшее заставила распрямить плечи, вскинуть
подбородок. Кто знает, может, неприятности у него действительно позади. А может - и
нет.
- Мне бы тоже не хотелось... быть здесь, когда приедет Пол Янг, - сказал я.
Джерард улыбнулся краешками губ.
- Да, пожалуй, это было бы неблагоразумно. Садитесь в мою машину. Сперва заедем за
вашей, потом найдем телефон-автомат.
Проехав мили четыре, мы остановились в маленькой деревушке, где он лозвонил из
телефонной будки возле почтового отделения. Я продиктовал ему номер, который дал мне
Риджер на всякий пожарный случай, и слушал, что он говорит дежурному полицейскому.
- Есть вероятность, - сказал он, - что человек, известный под именем Пол Янг, может
появиться на ипподроме в Мартино-парк, у ворот, через которые производится доставка
грузов... Сегодня в любой момент, - он выслушал ответ и добавил: - Нет, никаких имен. До
свидания, - улыбаясь, он повесил трубку.
И обернулся ко мне.
- О'кей, долг можно считать выполненным.
- До определенной степени, - сказал я.
- Все на этом свете относительно, - он опять заметно повеселел, хоть и выглядел
далеко не блестяще. - По крайней мере, теперь мы знаем, где находится виски Кеннета
Чартера.
- Часть виски, - уточнил я.
- Ну, скажем, большая часть.
- Однако мы не знаем, где оно побывало на пути от цистерны к "Винтнерс
инкорпорейтед".
- На фабрике по розливу, как вы говорили.
Он стоял, привалившись спиной к машине, одна рука на перевязи, и выглядел эдаким
хрупким типично английским джентльменом, отправившимся тихим воскресным утром
на прогулку за город - поправить пошатнувшееся здоровье. Но в глазах искрились
смешинки и одновременно проглядывало стальное упорство. И вдруг я, неожиданно для
самого себя, выпалил:
- Вам известно что-то еще, о чем вы мне не сказали?
- Думаете? Что же именно?
- Вы нашли разливочную фабрику!
- Да, нашел одну. По крайней мере, есть с чего начать. Хотел подъехать сегодня днем,
взглянуть. Так, предварительная разведка.
- Но сегодня воскресенье. И там никого не будет.
- И в этом есть свое преимущество.
- Вы что же... хотите взломать дверь и войти?
- Там видно будет, - ответил он. - В зависимости от обстоятельств. Иногда на фабриках
дежурит сторож или смотритель. И государственная инспекция может заявиться даже в
воскресенье. Несколько ошарашенный, я спросил:
- И... э-э... где же это?
- Приблизительно в двадцати пяти милях от фирмы Кеннета Чартера, - он еле заметно
улыбнулся. - В пятницу мы в своем агентстве пришли к выводу, что ваша идея сперва
проверить фабрики, куда Чартер возил вино, была в целом верной, но не оправдалась.
Таких фабрик пять. Мы проверили данные по ним, и оказалось, что все они заняты
солидным бизнесом. А потом... вчера ночью... ну, знаете, как ночью, когда пребываешь в
полудреме, вдруг приходят разные дурацкие идеи... Так вот, я вспомнил, что у Кеннета
Чартера прослеживаются две связи с одной из них, и подумал, что, возможно, эта вторая
связь важнее, чем мы себе представляли.
- Выкладывайте! - потребовал я.
- М-м... Не могу пока утверждать ничего определенного, но...
- Ради Бога...
- Ладно, так и быть. Так вот, в самом начале наших изысканий нам удалось установить,
что владельцем одной из этих фабрик является некий Стюарт Нейлор. Просто она была
первой в списке, который нам выдал Чартер, а потому и проверяли мы ее первой...
- Стюарт Нейлор... - я пытался вспомнить. - Погодите-ка... А не он ли... э-э...
упоминается в записной книжке Кеннета-младшего? Нуда, точно... отец мальчика,
который увлекается военными играми... Отец Дэвида.
- Превосходно!.. Стюарту Нейлору принадлежит фабрика "Бернард Нейлор боттлинг",
основана еще его дедом. Старая респектабельная фирма. Я проснулся, и это имя, Нейлор,
так и свербило в мозгу. Проснулся и рано утром позвонил самому Кеннету Чартеру и
начал расспрашивать его о друге сына Дэвиде Нейлоре и его семье. Он сказал, что знает
отца паренька, Стюарта Нейлора, вот уже много лет. Нет, они не близкие друзья, но
давние знакомые, потому как их связывает бизнес, к тому же и сыновья очень дружны. По
мнению Кеннета Чартера, Дэвид Нейлор - единственное светлое пятно в пустой и
никчемной жизни Кеннета-младшего. Если б не дружба с ним, мальчишка только и знал
бы, что болтаться на улице. Вообще Кеннет Чартер считает все эти военные игры пустой
тратой времени, но все лучше, чем нюхать клей или кокаин.
- Так он и сказал? - улыбнулся я.
- Не совсем. "Эй, да о чем тут толковать, дружище!"
- И вы действительно считаете?..
- Кеннет Чартер так не считает. Хватается за соломинку, вот что он делает. Говорит,
что "Бернард Нейлор боттлинг" - солиднейшая фирма и чиста, как стеклышко. Но
никаких других связей обнаружить не удалось, хотя мы проверили все фабрики по розливу
в стране и наших сотрудников уже начало тошнить от этого словосочетания. Три дня
напряженнейшей работы - и все псу под хвост. Многие из них уже давно вышли из
бизнеса. В одной сейчас находится библиотека. В другой - обувной склад.
- Гм, - буркнул я. - А может у этого Стюарта Нейлора оказаться незаконнорожденный
брат?
- Незаконнорожденный брат может оказаться у кого угодно. С кем такого не случалось.
- Нет, я имел в виду...
- Я знаю, что вы имели в виду. Кеннету Чартеру, во всяком случае, об этом неизвестно,
- он пожал плечами. - Так что эта фабрика Нейлора - та еще мишень. Тут или в яблочко,
или повод для извинений. Вот я и собираюсь поехать и проверить.
- Прямо сейчас?
- Прямо сейчас же. И если этот Стюарт Нейлор является по совместительству еще и
Полом Янгом, то сейчас он должен быть на пути в Мартино-парк, а не торчать среди
своих бутылок.
- Вы просили Кеннета Чартера описать его внешность?
- Да... Ничем не примечательная, так он ответил.
- Ох уж эти ничем не примечательные люди!.. Он не глухой? - спросил я.
Джерард растерянно заморгал.
- А вот об этом забыл спросить.
- Так спросите, - сказал я. - Позвоните прямо сейчас, перед тем как ехать.
- А если окажется, что Стюарт Нейлор глухой? Тогда не ехать, что ли?
- Именно. Не ехать. Джерард покачал головой.
- Нет. Тем больше причин навестить это заведение.
- И оказаться в реке Лимпопо, - добавил я.
- Возможно. Заметьте, всего лишь возможно. Совсем не обязательно. - Однако он все
же вошел в телефонную будку и набрал сперва домашний, потом служебный номер
Кеннета Чартера. Но ни дома, ни в офисе никто не отвечал.
- Ладно, что поделаешь, - спокойно заметил он. - Я поехал.
- А вы когда-нибудь бывали на фабрике по розливу? - отчаявшись отговорить его,
воскликнул я. - Вы хоть представляете, что там надо искать?
-Нет.
Я смотрел на него. Он - на меня. В конце концов я нехотя выдавил:
- В течение целого года я изучал в Бордо такие предприятия.
- Вот как?
- Да.
- Тогда скажите, что там надо искать.
Я вспомнил насосы и автоматы. Вспомнил огромные чаны и плескавшуюся в них
жидкость. И безнадежно махнул рукой.
- Без меня вам все равно не разобраться. Хотите, чтоб я поехал с вами?
- Буду очень рад, - ответил он. - Но просить... просто не имею права. Это несколько
выходит... э-э... за рамки консультационных услуг.
- И вы, конечно, не можете отличить один сорт вина от другого, не так ли? - спросил я.
- И в виски тоже ничего не смыслите?
- Ни черта! - весело ответил он.
- Черт бы вас побрал, мистер Джерард! - проворчал я. - Жулик вы эдакий!
Он улыбнулся.
- Так и знал, что вы поедете, если я вам расскажу! Нет, честное слово, знал!
Глава 20
Я повесил на дверь лавки табличку: "Просим извинения за неудобства. Закрыто в связи
с болезнью персонала. Работаем в понедельник с 9.30 утра".
Да нет, я просто рехнулся, подумал я. Окончательно сошел с ума!
Но, если не поеду, он поедет туда один.
На этом, собственно, и кончались все доводы "за" и "против". Я не мог отпустить его
туда одного, поскольку только мне было ведомо, что именно надо искать. Не мог
отпустить, поскольку он болен и слаб, а сам я поправился и почти полностью восстановил
силы.
Я сидел за столом в конторе и писал записку сержанту Риджеру, в которой уведомлял
его о том, что еду на разливочную фабрику Стюарта Нейлора, поскольку там может
оказаться виски из "Серебряного танца луны". Еду с мистером Джерардом Макгрего-ром.
На всякий случай вот его адрес. Затем вложил записку в конверт, заклеил его и написал
инструкции для миссис Пейлисси. Отнести в полицию, если до десяти утра от меня не
будет никаких известий, и попросить их немедленно вскрыть конверт.
Я положил конверт на прилавок на самое видное место, от души надеясь, что она сразу
же заметит его и прочтет. Затем, в последний раз оглядев помещение, запер двери, сел в
машину и отъехал, стараясь не думать о том, что, возможно, уже никогда сюда не вернусь.
Меня раздирали сомнения. То мне казалось, что Кеннет Чартер действительно хорошо
знал этого человека и что Стюарт Нейлор чист, как стеклышко. То казалось, что ночные
озарения Джерарда имеют под собой почву. Существует же интуиция! И важные решения
очень часто приходят во сне.
А может, в результате выяснится, что мы впустую затеяли эту поездку и что она не
стоит того, чтоб писать мелодраматические послания в полицию или гоняться за
несуществующим призраком. Приедем на эту самую фабрику, вламываться, конечно, не
будем, найдем многочисленные свидетельства того, что там занимаются вполне
легальным и процветающим бизнесом, и мирно отправимся по домам. И не позволим
превратить еще одно воскресенье в полный кровавых ужасов день.
Джерард, как и договорились, ждал меня на автостоянке. За это время он успел
съездить домой и оставить в гараже вещественные доказательства из Мартино-парк. И вот
мы в его "Мерседесе" двинулись по направлению к Лондону, только на этот раз за рулем
сидел я.
- Представьте себя на месте Стюарта Нейло-ра, - сказал Джерард. - Представьте, что
отдали полжизни, стремясь усовершенствовать семейный бизнес, и вдруг из-за каких-то
французов, решивших разливать вино самостоятельно, получается, что полноводный
поток иссяк и превратился в тоненький ручеек.
- Несчастье, - кивнул я.
- Что? Ах, ну да... Но, знаете, Кеннет Чартер ошибался в одном. Не было счастья, да
несчастье помогло... Ладно, это я так, к слову. Счастье или несчастье, но внезапно, не по
своей вине, вы оказываетесь не у дел. Сегодня утром говорил с Кенне-том Чартером, он
подтвердил, что возит на фабрику Нейлора едва ли не пятую часть того, что было прежде.
Но все равно довольно много. Больше, чем к кому-либо. По его словам, бизнес у Стюарта
Нейлора по сравнению с другими просто процветает.
- Гм...
- Да, да, это так. Представьте себя на месте Стюарта Нейлора. Видя, что источник вина
иссякает, вы начинаете искать другие жидкости, которые можно разливать по бутылкам...
Томатный сок, к примеру, всякие там моющие средства. И вдруг оказывается, что не один
вы такой умный, что и другие тоже нацелились на подобный бизнес. И вот уже разорение
приподнимает свою безобразную голову и угрожающе смотрит на вас... - Он умолк,
выжидая, пока я обгоню грузовик, затем продолжил: - Ранее мы предполагали, что к
таким, как Нейлор, Должны явиться некие жулики и предложить вариант спасения в
обмен на бесчестье и обман. И что наши загнанные в угол владельцы фабрик должны
были непременно клюнуть на эту удочку. Ну а что, если здесь все обстояло по-другому?..
Что, если Стюарта Нейлора вовсе не требовалось соблазнять? Что, если он сам додумался
до такой схемы?
- Которая состояла в том, - подхватил я, - что он сам закупал вино, а не только разливал
его по бутылкам для других. Разливал, наклеивал этикетки и продавал, - я нахмурился. - И
тут вдруг его ловят за руку и подводят под суд.
- Ну нет, все не так просто, особенно когда у вас есть брат, обожающий лошадей. Вы
приспосабливаете его к отмывке денег... через "Серебряный танец луны". Вы заставляете
его продавать это вино. А распродается оно прекрасно, причем по ценам, раз в двадцать
превышающим ваши расходы на всю эту операцию, включая бутылки. Деньги текут
рекой... и вот тут-то вас подстерегает опасность. Комплекс ненасытности.
- Комплекс ненасытности? - удивился я.
- Пагубная привычка, - сказал Джерард. - Первый шаг самый трудный и длинный.
Человеку надо решиться. Нюхать кокаин или нет. Позаимствовать денег из общественной
кассы или нет. Продать секрет. В первый и последний раз, говорит он себе. Создать
этикетку с изображением несуществующего замка, нашлепать ее на бутылку с подделкой.
Первый шаг всегда труден, второй - вдвое легче, а к шестому занятие уже входит в
привычку. Что, если наш Стюарт Нейлор начал подумывать о расширении дела, при
условии, что удастся найти новые точки сбыта?
- О'кей, - кивнул я. - Допустим.
- На этом этапе необходимо заручиться поддержкой какого-нибудь приспешника типа
Зарака, которого назначают официантом по винам в "Серебряном танце луны". В его
обязанности, помимо всего прочего, входит выискивание возможностей для расширения
дела, и вот он выходит на Вернона из Мартино-парк. Докладывает, конечно, Полу Янгу...
э-э... Пол Янг - он же Стюарт Нейлор. Тот идет поглядеть на этого Вернона. Они ударяют
по рукам, и вот вам пожалуйста, винный бизнес обретает второе дыхание, и объемы его
удваиваются. Теперь деньги текут уже таким широким потоком, что становится трудно их
скрывать. Ничего, тоже не проблема. Потому как у Нейлора имеется единокровный брат
Ларри, который зациклен на лошадях. Он передает Ларри черный нал, тот, словно по
мановению волшебной палочки, превращает его в лошадок. Лошадки отправляются в
Калифорнию, где происходит второе превращение, в доллары, да еще наверняка с
хорошим наваром. После чего денежки стекаются в банк. И лежат там спокойненько до
той поры, пока не придет момент снять их со счета и безбедно жить где-нибудь на
солнышке до конца своих дней. Однако, исходя из опыта, могу заявить, что до этой,
последней, главы редко когда доходит. Порочная привычка воровать и обманывать
настолько входит в плоть и кровь, что преступник просто не в силах остановиться. Мне
удалось схватить нескольких типов, замешанных в промышленном шпионаже, только
благодаря тому, что они никак не могли избавиться от пагубной привычки снимать все
подряд скрытыми камерами.
- Короче, остановиться и затихнуть они были просто не в силах, - заметил я.
- Именно. Этого почти никогда не случается. Они возвращаются за вторым куском,
потом - за третьим и еще за одним... А там, глядишь, отхватил так много, что кусок
поперек горла встал.
- Так, стало быть, Стюарт Нейлор решил заняться виски?
- Ага, - кивнул Джерард. - Так, ладно... Теперь предположим, сын навещает
разведенного отца и однажды приводит с собой друга, Кеннета-младшего. Или же,
допустим, приводит его часто... Стюарт Нейлор хорошо знает отца Кеннета-млад-шего...
знает в течение многих лет. Его цистерны поставляли вино на фабрику Нейлора. И вот, по
всей видимости, Стюарт положил глаз на беспутного паренька и сообразил, что цистерны
Чартера могут перевозить не только вино, но и виски и джин. И что если доходы с
поддельного вина можно было назвать приличными, то в случае с виски и джином они
могли бы стать просто астрономическими... Правда, он не мог впрямую попросить Кеннета-младшего,
чтоб тот посодействовал в изменении маршрута цистерн и расписания
перевозок. Должно быть, в тот, первый, день Кеннет-младший ушел домой чистым, точно
агнец, но семя все равно было посеяно. Стюарт Нейлор не считал, что Кеннет-младший
созрел для измены, хотя, вероятно, слышал, как он жаловался на отца.
- И вот он посылает Зарака завербовать его, верно? - вставил я. - Не домой к Чартерам,
конечно. Ну, допустим, в футбольный клуб "Дайэмонд", куда-нибудь в этом роде. И Зарак
говорит пареньку: "Вот тебе бабки, малыш. А ты достань мне ключи от цистерны, узнай
ее маршрут и получишь еще. Кругленькую сумму, наличными". И через три месяца снова
подкидывает ему деньжат, а потом еще. А затем говорит, достань-ка мне ключики от
другой цистерны, потому как первая сильно засветилась...
- Действительно, почему бы нет?
- Почему бы нет? - повторил я.
- Этот Зарак, - задумчиво произнес Джерард, - был большим мастером по части
шантажа.
Я кивнул.
- Слишком большим, на свою голову.
Мы доехали до конца главной дороги и свернули на узенькие улочки, ведущие к
Илингу.
- А вы знаете, где находится эта фабрика? - осведомился я. - Или придется спрашивать
полицейского?
- Карта, - коротко ответил Джерард и достал из "бардачка" карту. - На ней обозначены
все дороги. Доедем до нужной и будем смотреть в оба.
- Что ж, справедливо.
- Но только, когда увидим ее, проедем мимо, - добавил он. - Посмотрим, что к чему, а
там решим, как действовать дальше.
- Ладно.
- Примерно через милю поворот налево. Оттуда до нашей цели еще миль пять. Я буду
вашим штурманом.
- О'кей.
Свернув влево, мы проехали через большую автомобильную развязку и оказались на
сонной городской окраине, где дымились каминные трубы и жарилось что-то вкусное на
воскресный ленч.
- Кстати, завтра будут готовы профильные анализы виски из Мартино-парк, - сказал
Джерард.
- И той пробы из бутылки, что я взял из "Серебряного танца луны"?
Джерард кивнул.
- По идее, они должны быть идентичны.
- Так и будет.
- Надо же, какая уверенность! Я усмехнулся.
- Да.
- Ну ладно, выкладывайте, в чем тут загвоздка.
- Помните, я говорил вам, что в виски, вывозимом из Шотландии, содержание спирта
составляет пятьдесят восемь процентов? И на фабрике по розливу "Рэнноха" они
добавляют в него воду, чтоб довести крепость до положенных сорока градусов?
- Да, - кивнул он.
- А вы имеете хотя бы отдаленное представление, сколько для этого требуется воды?
- Нет, конечно, нет. Сколько же?
- Около двух тысяч семисот галлонов. Более десяти тонн по весу.
- Ого!
- Да, - кивнул я. - На фирме "Рэннох" всегда очень следили за качеством воды.
Используют самую чистую родниковую воду, пусть даже она и не из шотландского озера.
Но готов поклясться, что похищенное у Чартера виски разбавляли самой обычной водой
из-под крана.
- А это плохо? Я рассмеялся.
- Конечно, плохо! Да любой шотландский производитель виски при виде этого просто
хлопнулся бы в обморок. Принято считать, что шотландское виски является своего рода
уникальным напитком именно благодаря мягкости и чистоте воды. Когда я в лавке еще
раз попробовал виски, конфискованное в "Серебряном танце луны", то различил еле
уловимый запах химикатов. Вообще-то в целом водопроводная вода у нас не так плоха, но
в некоторых районах она просто ужасна. Даже чай из нее получается отвратительный. Да
зайдите здесь в любой дом и спросите.
- Здесь? - удивленно воскликнул он.
- Западные окраины Лондона. Они этим славятся.
- О Господи...
- И на профиле это обязательно скажется.
- Вода?
- Нет, присутствие химикатов, которые используют для ее очистки. В настоящем виски
их не обнаружить.
- Но разве водопроводная вода не влияет на этот самый профиль? Я имею в виду...
сумеем ли мы доказать, что наши пробы идентичны оригиналу, то есть виски,
вывезенному из Шотландии?
- Да, конечно, не беспокойтесь. Водопроводная вода не влияет на профиль виски,
просто в нем будут выявлены дополнительные компоненты.
- А то, что виски разбавлено, имеет значение?
- Нет, - ответил я. - Анализ с использованием газовой хроматографии выявляет лишь
наличие веществ, а не их количество.
Похоже, он был удовлетворен услышанным.
- Так, на следующем светофоре сверните направо... А может ли эта самая газовая
хроматография определить, откуда взята водопроводная вода?
- Не знаю.
- Удивительно!
- Что удивительно?
- Что есть, оказывается, на свете вещи, которых вы не знаете.
- Есть... К примеру, понятия не имею о династиях китайских императоров, о том, как
сказать "спасибо, нет" на пятнадцати языках, о том, как проехать на эту самую фабрику. -
И еще больше всего на свете мне хотелось бы развернуться и уехать домой, подумал я. Чем
ближе мы подбирались к логову Нейлора, тем больше я нервничал... Я думал об отце,
храбрейшем из храбрых, отчаянно бросавшемся в бой, увлекавшем своим примером
солдат... Господи, ну почему я не пошел в него, почему не унаследовал отчаянной
смелости, почему вместо этого во рту у меня пересохло и дыхание участилось?.. А ведь
мы еще даже не углубились в дебри этого самого Илинга.
- Здесь налево, - сказал Джерард. - А потом третий поворот направо... Вот она... наша
улица.
Он был абсолютно спокоен, ни малейшего волнения ни в голосе, ни на лице. Я,
стараясь взять с него пример, немного ослабил пальцы, так и впившиеся в руль, но и это
не помогло успокоиться.
Бесполезно. Даже зубы мои были плотно стиснуты, а сердце так и подпрыгивало в
груди. Наконец мы свернули налево и медленно поехали вдоль по улице.
- Вот она, - небрежно бросил Джерард. - Видите?
Я взглянул в указанном направлении и увидел высокую кирпичную стену со столь же
высокими запертыми воротами. На воротах поблекшие белые буквы складывались в
надпись: "Стюарт Нейлор боттлинг", ниже висел замок размером с чайное блюдце.
Да сюда ни за что не пробраться, подумал я. Слава тебе, Господи...
- А в конце улицы сверните налево, - сказал Джерард. - Где-нибудь там и запаркуемся.
Это был один из тех районов, где предприятия легкой промышленности возводились
среди жилых кварталов, образуя как бы единое целое. Мы проехали мимо домиков с
кружевными занавесками на окнах, маленькими садиками у входа. И запаркова-лись у
обочины в ряду других машин, принадлежавших местным обитателям. Небось уже едят
себе свои ростбифы, мрачно подумал я. Йоркширские пудинги, соус... Было уже время
ленча, живот у меня подвело, а в желудке точно бабочки порхали, целая стайка, как в
бразильском тропическом лесу.
Медленно, словно прогуливаясь, прошли мы по улице и не встретили на ней ни души,
если не считать пожилого господина, терпеливо ожидавшего, пока его собака не сделает
свои дела у фонарного столба.
Дойдя до ворот восьми футов в высоту, выкрашенных в поблекшую на солнце темнозеленую
краску, Джерард остановился и, закинув голову, стал разглядывать их, точно
читал надпись из больших белых букв.
- А на каменном заборе наверняка рассыпано битое стекло, - заметил я. - И еще
протянута проволока под напряжением. И не говорите мне, что можете сбить этот замок.
Он полтонны весит.
- Нет необходимости, - спокойно ответил Джерард. - Раскройте глаза пошире. В
больших массивных накрепко запертых воротах имеется, как правило, маленькая дверь, в
которую может проскользнуть всего один человек. Вот она, прямо перед нами, по левую
руку... Замок, насколько я могу судить, весьма примитивен. И если мне не удастся
отворить эту самую дверцу, считайте, что лучшие годы своей жизни я потратил напрасно.
Он перестал читать надпись и двинулся дальше, время от времени поглядывая на
прорезанную в воротах дверцу.
- Вы курите? - спросил он.
- Нет, - удивленно ответил я.
- Тогда завяжите шнурок.
- Хорошо, - смекнув, к чему он клонит, я послушно нагнулся и сделал вид, что
завязываю несуществующий шнурок на своих мокасинах.
- Мямля! - раздался над головой голос Джерарда.
- Что?
- Да входите же!
Тут к своему изумлению я обнаружил, что узенькая дверца открывается. Джерард
оказался на удивление проворен. Я заметил, как он убирает во внутренний карман кусок
прозрачного пластика, одновременно косясь в ту сторону, где собака вновь испытывала
терпение хозяина, пристроившись у очередного столба.
Джерард прошел в ворота с таким уверенным видом, точно делал это каждый день, я,
чувствуя, как учащенно забилось сердце, последовал за ним. Он притворил за мной
дверцу, замок защелкнулся. На губах его играла легкая улыбка, и только тут я с
удивлением понял, что, несмотря на болезнь и усталость, он явно наслаждается всей этой
игрой.
- Там могут быть люди, - пробормотал я.
- Если кто спросит... скажем, что дверь была открыта. И мы зашли просто из
любопытства.
Мы оглядели гигантские ворота изнутри. Оказалось, что тяжелый висячий замок
снаружи был повешен только для отвода глаз - толстые засовы упирались в землю, еще
один крепился в петлях посередине, примерно на высоте груди. Так что сколько ни
напирай снаружи, ворота ни за что не откроются.
- На фабриках всегда найдется какая-нибудь щелочка, в которую можно проскочить, -
заметил Джерард, махнув рукой в сторону дверцы. - Особенно на старых, таких, как эта,
построенных в век невинности и неведения.
Мы находились в большом заасфальтированном дворе. Справа от нас тянулось высокое
кирпичное строение: небольшие зарешеченные оконца в два ряда, один выше, другой
ниже. В дальнем от нас конце двора виднелось современное одноэтажное здание офиса из
бетонных
...Закладка в соц.сетях
