Жанр: Боевик
Полундра Морской спецназ
... буй,
установленный на месте гибели "Бостона". Уходя из квадрата, кавторанг не стал
поднимать его на борт.
Итак, буй был на месте, а судна не было. Сомнений не оставалось, оно ушло в
Мурманск. Полундра чувствовал, что в нем закипает дикая обида на самого себя. В
самом деле: как же он мог допустить такую оплошность? Разве по силам ему
тягаться в скорости с кораблем? Добравшись до буя, Полундра взобрался на него,
чтобы лучше оглядеться вокруг. Вдали - у самой кромки неба - он разглядел
неясные силуэты. Вооружившись висевшим на его поясе биноклем, Полундра разглядел
два пришвартованных друг к другу судна, одно из которых было очень похоже на
гидрографическое, а другое - на рыболовецкий траулер, тот самый, что болтался
тут во время всех их работ. Некоторое время Полундра тщетно пытался понять, что
все это значит, почему суда стоят, сцепленные вместе. Внезапно он заметил на
борту судов какие-то вспышки, а через некоторое время до его слуха донесся
грохот шквальной стрельбы из автоматического оружия. В бинокль он разглядел
мечущихся по палубе людей. Недолго думая, Полундра сунул бинокль обратно в
водонепроницаемый футляр и прыгнул в воду. Работая ластами, он поплыл в сторону
доносящихся выстрелов.
Гидрографическое судно сильно наклонилось на правый борт - верхняя палуба уже
погружалась в воду. Что по правому борту открыты кингстоны, Полундра понял
сразу, как понял и то, что дифферент пока не критический. Вот только при таком
положении судна любое неосторожное движение могло перевернуть его, поэтому
Полундра не стал забираться на правый борт, а принялся задраивать один за другим
отверстия кингстонов, через которые хлестала внутрь судна забортная вода.
- Какая же падла все это сделала? - бормотал он, работая в каком-то ожесточении.
- И где вся ко- манда? Неужели все убрались на траулере, оставив родное судно
погибать?
Внезапно Полундра замер: с судна отчетливо слышались стоны и просьбы о помощи,
да не одного, а сразу двух человек. Одного из них Полундра увидел тут же -
человек на четвереньках, словно орангутан, полз по накренившейся палубе.
Полундра даже присвистнул от изумления, узнав в этом человеке коммерсанта Бориса
Старикова. Заметив Полундру, тот вытаращил глаза с таким видом, будто увидел
вдруг ожившего утопленника.
- А-а-а... - хрипло и бессмысленно вырвалось из его глотки. - А-а-а...
- Стой! - во все горло заорал Полундра. - Стой, не шевелись!
Впрочем, коммерсант Борис Стариков и так замер на месте.
Полундра подплыл к левому, торчащему из воды борту, взобрался на него и протянул
руку Старикову.
- Лезь сюда! - снова крикнул он. - Давай ру ку! - К удивлению Полундры,
коммерсант послу шался и, уцепившись за протянутую Полундрой руку, добрался до
левого борта. - Держись! - скомандо вал ему Полундра. - Стой возле борта и
держись! Сейчас одно неверное движение, и судно опроки нется. Ты понял?
Лязгая зубами и трясясь всем телом, Борис Стариков послушно закивал. Полундра
только теперь заметил, что тот насквозь промок и дрожит от холода, а не только
от страха.
- Где команда? - спросил у него Полундра. - Где все? Что здесь случилось?
- - У-у-у... - стал заикаться тот. - У-убиты... Кто? - крикнул Полундра. - Кто их
убил?
- Н-не знаю, - пробормотал Стариков. - П-пираты... На т-трауле-ере...
- А Мартьянов? - спросил Полундра. - Что, тоже погиб?
Стариков указал куда-то вниз. Полундра понял этот жест неправильно.
- Рыб пошел кормить?
- Я здесь, сынок! - раздался голос из машин ного отделения. - Спаси! Погибаю,
тону! Я здесь к трубе пристегнут...
На мгновение глаза Полундры, устремленные к тому месту, откуда послышался голос,
сузились от гнева и холодной ненависти.
- Ну, держись, сука-кавторанг, - вполголоса проговорил Полундра. - Сейчас я
тобой займусь.
Велев вцепившемуся в левый борт и дрожавшему от холода и страха Старикову стоять
неподвижно, а если судно начнет опрокидываться, прыгать с борта в
противоположную сторону, Полундра стал осторожно пробираться в машинное
отделение.
- Ну что, отец-командир? Видишь, как вышло? Не на том, на этом свете довелось
нам свидеться ..
- Спаси, сынок! - простонал кавторанг, червем извиваясь вокруг намертво
прикрученной к маги стральной трубе своей руки. - Отвяжи мне руку! Больно,
терпеть нету сил!
Полундра вдруг почувствовал омерзение и полное нежелание еще более унижать этого
и без того растоптанного человека, которого прежде он считал своим боевым
командиром.
- - Где все ребята? - сурово спросил Полун дра. - Весь экипаж судна где?
Расстреляли всех! - захныкал кавторанг. - Подлюга, бандит, мурло! Всех до
единого расстре лял, никого не пожалел...
- Тебя вот только оставил. Непонятно зачем, - сухо проговорил Полундра.
- Не погуби, сынок! - простонал кавторанг. - Отвяжи руку! Этот бандюга мне так
прикрутил ее...
- Этот твой дружок Баташев? - спросил Полу ндра. - Бывший однокашник... А то ты
не знал, что он бандит? Думал, для всех бандит, а для тебя бла годетель
окажется?
- Он все золото забрал! - хныкал кавторанг. - В голах мы...
- Так тебе и надо! - спокойно проговорил По лундра. - Не бери чужого, не
затевай злого дела.
- Отпусти меня, сынок! - простонал кавто ранг. - Дай мне шанс! Я же тебя
спасал. Из гаупт вахты вытащил, перед командованием за тебя хло потал. Без меня
ты бы орден Мужества не получил бы...
Полундра вздрогнул, презрительно глядя на прикованного к трубе своего бывшего
командира. Ни слова не говоря и не обращая внимания на нытье кавторанга, он
вышел из машинного отделения и пробрался в капитанскую каюту. Нашел там, что
искал: принадлежащий Мартьянову пистолет Макарова. С пистолетом в руках Полундра
снова спустился в машинное отделение.
- - Вот твой шанс, - сказал он, подавая пистолет рукояткой вперед кавторангу. -
Если хочешь, чтобы я считал тебя остаток своей жизни своим команди ром, а не
морским дерьмом... Вот тебе оружие. А мор ской воды здесь довольно... Не забыл еще,
как во флоте стреляются? - продолжал Полундра. - Морской воды в ствол на лить
надо, чтобы пуля через воду прошла...
- Руку мне освободи! - негромко сказал кавто- ранг, снимая пистолет с
предохранителя.
Сняв водолазный нож с пояса, Полундра перерезал удерживающий руку шкертик.
- Вот так! - Кавторанг потер намятую шкерти- ком левую руку, довольно улыбнулся
- А теперь, старлей, слушай мою команду! - Мартьянов навел ствол своего
пистолета на Полундру. - Если бы мог я один с судном управиться, я бы сейчас и
слова не сказал, сразу тебе пулю в голову пустил!
- Спасибо за откровенность, дядя Коля! - не громко проговорил Полундра.
Кавторанг на мгнове ние побледнел, но потом снова взял себя в руки.
- Налево кругом! - скомандовал он. - Из ма шинного - шагом марш!
Не спеша Полундра повернулся и направился было к выходу. В дверях он для виду
споткнулся, так что неожиданно оказался вблизи кавторанга. Одним ловким
движением Полундра сумел отклонить ствол пистолета в сторону. Выстрел грянул, но
пуля пролетела мимо и расплющилась о стальную стену машинного отделения. Рывком
Полундра перехватил правую руку кавторанга, держащую пистолет, сжал ее и стал
медленно поворачивать дуло так, чтобы оно смотрело в грудь кавторангу. Когда
дуло пистолета оказалось точно против сердца кавторанга, Сергей словно бы
случайно надавил на спусковой крючок. С пробитой навылет грудью Мартьянов
повалился на пол.
Мертвое тело кавторанга Полундра вытащил на верхнюю палубу, положил на ней лицом
вверх. Коммерсант Борис Стариков с ужасом уставился на Полундру.
- Иди принеси вон тот брезент. - Дулом писто лета, что держал в руках, Полундра
указал на лежав ший на баке кусок прочной ткани.
Коммерсант послушно бросился выполнять приказание, не сводя глаз с пистолета в
руках Полу-ндры. Сам старлей спустился в трюм, добыл там немного тонкого троса и
каких-то ненужных железяк. Бережно завернул тело мертвого кавторанга в брезент и
как следует перемотал канатом. Не забыв привязать к ногам балласт, молча указал
на получившийся сверток коммерсанту.
Тот, мгновенно поняв, кинулся ему на помощь и подхватил тело с одной стороны.
Полундра взялся с другой. Так вдвоем они перекинули мертвого кавторанга
Мартьянова за борт. Холодная морская вода навеки сомкнулась над ним.
Некоторое время Полундра молча и сосредоточенно смотрел на серую воду. Внезапно
обернувшись, он вдруг увидел, что коммерсант Борис Стариков смотрит на него
жалким, умоляющим взглядом побитой собаки.
- Что, теперь моя очередь, да? - спросил он. Полундра молчал. - Глаза
завязывать будешь или как?
- Ты купил судно? - спокойно спросил Полу ндра. - Для чего? Ради этого золота,
которое все равно тебе не досталось?
Борис Стариков хмуро помолчал, прежде чем ответить. - Откуда ж я мог знать, что
твой капитан такой продажной тварью окажется?
Полундра кивнул и, ничего не сказав, направился в сторону ходовой рубки.
- Погоди! - крикнул коммерсант. - Постой! Они же недалеко ушли, у этой рыбацкой
посудины ход дохлый, мы ихвдва счета догоним!..
- Ничего не выйдет, - спокойно покачал голо вой Полундра. - Там целая банда. И
у каждого ствол. А у нас на двоих один "Макаров"...
- Но там же мое золото! - в отчаянии крикнул Стариков. - Я все деньги в это
предприятие вло жил! Если оно прогорит, я буду нищий! Весь в дол гах!
- Считай, что оно прогорело, - сказал Полу ндра. - Один раз я ради тебя жизнью
рисковал, ко гда на этот затонувший эсминец спускался. Хватит. Больше не хочу.
- Но я клянусь тебе: мы поделим все золото по ровну! Ты будешь богатым
человеком, богаче всех в вашем городке. И это судно я отдам тебе в собст
венность! И Наташку...
- Что Наташку? - придвинулся к нему Полу ндра. - Что Наташку?
- Я заявление свое из загса возьму, - испуган но бормотал коммерсант. - Женись
на ней сколько хочешь, я слова не скажу. Я ее отцу денег дал на операцию - если
бы не я, он бы уже умер...
- Значит, дядю Сашу прооперировали? - пере спросил Полундра. - Успешно?
- Конечно! - воскликнул коммерсант. - Все прошло хорошо, старик уже ходит. Я
сам видел!
- Видел? - удивился Полундра. - Откуда? Ты что, был в Москве? Какое там в
Москве! - крикнул коммерсант. - Я дал им денег, чтобы они оперировались в Осло,
в госпитале Ассоциации ветеранов-подводников! Ты видишь, я для Наташки ничего не
пожалел.
- Значит, Наташка с отцом сейчас в Осло? - переспросил Полундра. - И ты,
конечно, чисто слу чайно тоже там оказался...
- Но между нами ничего не было, я клянусь те бе! - в ужасе крикнул коммерсант.
- Ты же знаешь ее характер: если она не хочет, никакой силой ее не возьмешь...
- А ты пытался взять ее силой? - Полундра схватил коммерсанта за глотку, как
следует трях нул. - Говори, что с ней! - рявкнул он. - Где она? В Осло? Ну же,
говори! Или я тебя задушу, как ко тенка!
Коммерсант в ужасе хрипел, вращая белками глаз.
- Она живет в коттедже... - прохрипел он.
- Где находится коттедж?
. - Кюнемунде... - стонал коммерсант. - Это прибрежный поселок возле Нарвика...
- Нарвика? - изумился Полундра. - Говори точный адрес. Улица, номер дома...
- Там нет улиц, - отчаянно хрипел коммер сант. - Только номер коттеджа. Но я не
помню его сейчас! Там, в капитанской каюте, папка с докумен тами на аренду.
Отшвырнув от себя Старикова, Полундра спустился в капитанскую каюту. Нашел
папку, в ней - нужный документ. И хотя на договоре об аренде стояла фамилия
какого-то Чеснокова, Полундра постарался запомнить адрес: порт Нарвик, поселок
Кюне- мунде, коттедж номер восемьдесят три. Обернувшись, он увидел, что
коммерсант, дрожа от страха, стоит в дверях каюты.
- Иди качай воду, - коротко приказал ему По лундра. - На судне полно забортной
воды, надо ее осушить.
- А что потом?
- Ничего, - хмуро ответил старлей. - Личную безопасность гарантирую, но о золоте
забудь и ду мать. Оно от нас обоих ушло.
Полундра спустился в машинное отделение и после некоторой возни ухитрился
пустить силовую установку, включил откачивающие воду помпы.
Потом поднялся в радиорубку и поставил передатчик на постоянные позывные SOS. И
только после этого направился в ходовую рубку. Дав выпрямившемуся уже судну
полный ход, он развернул его курсом зюйд-зюйд-ост. Там находилась буровая
платформа, там его ждал раненый мичман.
ГЛАВА 46
Инвалид отхлебнул из кружки светлого пива, что прямо в инвалидное кресло подал
ему хозяин кабачка в прибрежном поселке Кюнемунде, и задумался. Хозяин кабачка и
его жена, казалось, ничуть не были удивлены ни появлением инвалида в старомодном
морском кителе, ни его иностранным акцентом
- - Я приехал расспросить относительно коттед жа, - проговорил наконец инвалид.
- Мне расска зывали, что у вас на побережье есть свободные кот теджи, откуда
открывается великолепный вид на море... У нас изо всех коттеджей великолепный вид
на море, - возразила жена хозяина кабачка. - Место, как видите, открытое, море
видно практичес ки из окон любого дома.
- И есть в настоящий момент свободные кот теджи?
- Сколько вам угодно, - ответил хозяин кабач ка. - В этом году лето холодное, и
немногие при ехали сюда на каникулы. Последние годы люди во обще предпочитают
отправляться на юг.
- Если я захочу снять коттедж на пару месяцев, к кому я должен буду обратиться?
- Офис фирмы находится в Осло, - ответил хо зяин. - Вот ее адрес, номер
телефона. - И он по казал на укрепленный на стене рекламный проспект.
- Мне особенно понравился восемьдесят тре тий коттедж, - сказал инвалид. - Он
достаточно близко от берега. И в то же время там возле дома такая очаровательная
сосновая аллея.
- А восемьдесят третий коттедж теперь сдан, - сказала жена хозяина кабачка. -
Очень сожалеем, но вам придется поискать себе что-нибудь другое.
- Сдан? Какая досада, - проговорил инва лид. - Но почему же вы уверены, что
сдан? Я, когда был возле коттеджа, никого там не видел...
- А этот человек время от времени уезжает, - сказал хозяин кабачка. - Как раз в
это время, под вечер. А кроме него, никого в коттедже нет.
- Он живет один? - удивился инвалид.
- Нет, он не один, - возразила жена хозяина кабачка. - Я как-то проезжала мимо
на велосипеде и видела, как в окне мелькнула чья-то белокурая го ловка, очень
симпатичная, я вам скажу.
Ее многие видели, - вторил своей супруге хозяин кабачка. - Но тоже только в
окне. Никогда она не выходит, даже погулять по аллее. Всем это кажется очень
странным.
- Рассказывают, что, кроме девушки, в доме есть еще и старик, но его никто из
нас не видел, - сказала жена хозяина кабачка.
- Какие-то очень странные люди, - задумчиво сказал инвалид.
- А русские всегда очень странные, - сказала жена хозяина кабачка. - То
дебоширят целыми но чами, бросаются деньгами, а то живут как монахи. Сидят дома,
не покажутся.
- Русские? - переспросил инвалид. - Вы уве рены, что живущие в коттедже люди
именно рус ские?
- Во всяком случае, тот, кто ездит на сером "Опеле". Он у нас продукты
покупает, по-нашему не знает ни слова. Объясняемся при помощи жестов да пары
английских слов.
- Да вы сами сейчас в этом сможете убедить ся, - сказал хозяин кабачка. - Скоро
одиннадцать часов вечера, в это время он обычно возвращается из Нарвика. Вы
можете с ним поговорить...
- Ты советуешь глупость, Эдвард, - возразила жена хозяина кабачка. - Когда этот
русский возвра щается из Нарвика, он обычно сильно пьян, с ним нельзя
поговорить.
- Да, верно, - согласился со своей женой хо зяин кабачка. - Непонятно, как он
вообще умудря ется доехать без приключений.
Я вам очень благодарен за информацию, - сказал инвалид, ставя пустую пивную
кружку на стой- ку. - Боюсь, что этот коттедж и в самом деле мне не подходит.
Придется искать себе что-нибудь еще.
С этими словами он поехал на своем кресле к выходу из кабачка.
Гидрографическое судно подвалило к заржавелому и закопченному причалу
заброшенной буровой платформы. Высунувшись из окна ходовой рубки, Полундра
крикнул стоявшему на баке и тупо смотревшему на ржавую громаду коммерсанту:
- Слышь, не стой столбом. Кинь швартовы Вик тору..
Стариков, не поняв требования, стал беспомощно оглядываться по сторонам. Между
тем мичман сам спрыгнул на борт гидрографического судна. С недоумением и ужасом
оглядывал он залитую кровью и усеянную пулевыми пробоинами палубу.
- Что здесь было, Серега? - ошеломленно спросил он. - Где все остальные?
- Всем крышка, - сообщил Полундра.
- А Мартьянов?
- Этому тоже. Помнишь рыболовецкий траулер, что крутился возле нас все время?
- Ну, еще бы!..
- Там оказалась банда с Баташевым во главе. Они расстреляли команду и везут
теперь домой зо лото. Подробности вон у того. - Полундра кивнул в сторону
коммерсанта. - Он это видел своими гла зами. В отличие от меня...
В это время над их головами прострекотал вер- толет норвежской береговой охраны.
Оба моряка как по команде подняли головы.
- Вон, по нашу душу, - сказал Полундра, кивая вслед винтокрылой машине. - Жди,
сейчас сторо жевик придет... На, держи, это тебе. - Он протянул мичману пистолет
кавторанга. - Следи за тем дея телем, пока я в трюм слазаю...
Из трюма Полундра вытащил новый акваланг и комплект заряженных кислородных
баллонов.
- Ты что задумал? - удивленно взглянул на не го мичман.
- Пойду прогуляюсь до Нарвика, - облачаясь в акваланг, ответил Полундра. -
Прибрежный посе лок Кюнемунде. Там у меня дела...
- А с этим что? - Мичман кивнул на испуганно взиравшего на них Старикова. - Это
же из-за него все наши беды...
- Сдашь его норвежцам, - негромко сказал Полундра. - И расскажешь все, что
знаешь. И этот тип пусть все расскажет. Скажи норвежцам, что, ес ли поторопятся,
они этот траулер еще успеют пере хватить. Только пусть будут осторожны: на борту
полный набор огнестрельного оружия и даже грана томет есть...
В это время на горизонте показался окутанный облаком брызг норвежский сторожевой
катер на воздушной подушке. Он стремительно приближался к нефтедобывающей
платформе.
- Все, прощай, Виктор, мне пора, - сказал По лундра, обнимая своего друга. - Про
меня ни сло ва, обо мне не беспокойся. Не в первый раз уже. Бу дем живы,
увидимся...
Полундра надел маску акваланга, открыл кислородный кран. После этого осторожно
соскользнул с борта гидрографического судна и, работая ластами, ушел под воду.
Норвежский сторожевой катер был уже рядом.
- Папа, смотри, а тот "Жук", который приезжал вчера, сегодня опять стоит возле
наших ворот!
Наташа Назарова, стоя возле окна, обращенного ко входу в ландшафтный парк вокруг
коттеджа, показывала на скромную малолитражку, припаркованную возле ворот.
Отставной каплей Назаров, которому, несмотря на отсутствие медицинского ухода,
все-таки становилось лучше - теперь он меньше мучился болями и мог даже спокойно
ходить по комнате - поднялся с кресла и выглянул в окно.
- А может быть, кто-то другой, дочка? - пред положил он. - Почему обязательно
тот же самый...
- Да какая нам разница, папа? - горячо вос кликнула Наташа. - Главное, что хоть
какие-то жи вые люди, помимо этого мордатого телохранителя.
Старик-каплей кивнул, снова вглядываясь в скромную машину. С такого расстояния
было невозможно понять, сидит ли кто за рулем ее или машина пуста.
- Папа, может быть, попробуем, а? - предло жила его дочь. - Пока этот Чесноков
опять уехал по своим делам...
- Что попробуем? - безнадежно переспросил старик.
- Прошлый раз у меня почти получилось снять дверь с петель и открыть ее, -
сказала Наташа. - И это при том, что вчера я делала это почти голыми руками, а
сегодня мне удалось украсть столовый нож. Ну откроем, а дальше-то что? -
безнадежно махнул рукой старик. - Как выбираться отсюда, сил у меня нет... Этот
тип обнаружит, что мы сбежали, помчится за нами на машине, в два счета догонит.
Еще изнасилует тебя...
- Но там ведь стоит эта машина! - возразила Наташа. - Мы подойдем к ее
водителю, скажем, что тебе стало плохо, и попросим отвезти к врачу. Не ужели он
откажет?
- Кто знает, зачем он тут стоит, - проговорил старик. - Может быть, это один из
друзей твоего Борьки...
- Если он один из его прислужников, то почему не заходит в дом? - возразила
Наташа. - И потом, откуда у Борьки здесь друзья, да еще такие, кто бы ездил на
дешевой малолитражке? Я знаю характер Борьки - он с такими принципиально не
водится!..
- Ну а тогда кто это может быть? - удивился старик. - Просто так он же не будет
здесь стоять, правильно?
- Наверное, ждет нашего тюремщика, - пред положила Наташка.
- Ну, если так, то долго ждать придется, - ска зал старик. - Никогда не знаешь,
в котором часу наш телок из свой поездки вернется и в каком виде будет...
- Папа, мы сами виноваты, что нас здесь так долго держат! - с жаром сказала
Наташка. - Мы уже столько дней здесь взаперти сидим, наш охран ник так беспечен,
каждый вечер куда-то надолго уезжает, возвращается в пьяном виде, после чего
подолгу спит мертвым сном. Стучишь изо всех сил, а его не добудишься... А мы
ничего не сделали, что бы выбраться отсюда!
А что мы с тобой сделаем? Я - старик, ты - беззащитная девушка... Что мы можем
против грубой силы?
С безнадежным видом старик отошел от окна, опустился в кресло. Его белокурая
дочь растерянно стояла посреди комнаты.
- Нет, папа, мы должны попробовать, - сказала она решительно. - Дверь я
попытаюсь открыть, а водителя вон той машины мы попросим довезти нас до города.
Это наш единственный шанс выбраться отсюда и избавиться от Борьки.
С этими словами она взяла со стола обычный столовый нож с округленным концом и
стала ковыряться в петлях двери.
Сидящий в это время в своем "Жуке" инвалид видел, как мелькают в проеме окна
лица старика и его дочери, однако не решался подать им какой-нибудь знак. Он не
знал, есть ли в доме еще кто-нибудь. Беспечность, с какой телохранитель Чесноков
оставлял своих пленников безо всякого присмотра, казалась старому моряку
подозрительной. Прежде чем действовать, он решил еще немного понаблюдать.
Небольшая прогулочная яхта на малом ходу приближалась к гражданской части порта
Нарвик - туда, где была оборудована стоянка для маломерных морских судов. Это
была самая обычная яхта на дизельном ходу, без подводных крыльев, воздушных
подушек и прочих современных чудес кораблестроения, из-за чего, конечно, она не
могла тягаться с ними в скорости Зато эта яхта обладала особой остойчивостью на
случай шторма, и даже если волна достигала нескольких метров, небольшое судно
практически не теряло в ходе, а особо прочный корпус позволял, в случае
столкновения с подводным рифом, избежать пробоины. Словом, это было сравнительно
недорогое судно, в котором главный упор был сделан на надежность и внутренний
комфорт. Такие яхты покупали себе представители западноевропейского "среднего
класса": менеджеры банков, владельцы небольших кампаний, мелкие предприниматели.
Находившиеся в тот день на борту яхты люди не подозревали и не могли знать, что
под водой, на самом днище их судна, словно моллюск присосался, распластавшись,
человек в акваланге и гидрокостюме. Они не знали, что этот человек прикрепился к
их днищу еще далеко за пределами тридцати километровой зоны норвежских
территориальных вод и теперь преспокойно проник на территорию их госу-дарства
совершенно нелегально, без ведома миграционных властей и спецслужб. Разумеется,
им и в голову не пришло осмотреть днище своего судна, но даже если бы им
предложили сделать это, такого человека подняли бы на смех. Ведь за гладкое
свежевыкрашенное днище их яхты физически невозможно как-нибудь зацепиться и
продержаться там хотя бы полминуты на полном ходу. Только сумасшедший может
попытаться сделать такое, ведь на большой скорости его неминуемо смоет, и он по
инерции непременно попадет под гребные винты, которые безжалостно изрубят на
куски его глупое тело.
Пассажиры яхты были убеждены, что они совершенно одни в море, поэтому
разговаривали громко, в полный голос. Присосавшийся к днищу Полундра отчетливо
разбирал практически каждое слово, и хотя норвежским он не владел, но
произнесенное несколько раз слово "Нарвик" убедило его в том, что яхта
направляется именно в этот порт.
Когда яхта приблизилась на достаточное расстояние к порту, Полундра с силой
оттолкнулся ногами от днища и, ловко избежав встречи с гребными винтами, отплыл
в сторону. Здесь, на мелководье, можно было не опасаться, что его обнаружат
радиолокаторы и радары НАТО, которые круглосуточно сканируют прибрежную полосу
вод Норвежского моря. Работая ластами, Полундра миновал скопление судов, держа
курс на восток вдоль побережья. Он выбрался на участок, где глубина моря была не
более десяти метров, а дно необычайно замусорено. Так, лавируя между гниющими в
морской воде остовами машин и старых моторных лодок, Полундра выбрался на
безлюдную часть морского побережья. Там он решился высунуть из воды голову:
каменистый берег был совсем рядом, круто вздымающиеся отвесные скалы торчали из
воды угрожающе, накатывающиеся на них волны разбивались с грохотом, поднимая
тучи брызг. Однако Полундра знал, как избежать опасности быть выброшенным на
камни. Он заплыл в небольшую, закрытую от посторонних глаз бухточку - что-то
вроде фьорда в миниатюре - и только тогда, окончательно убедившись, что вокруг
никого нет, выбрался на берег. В изнеможении, тяжело дыша от усталости, он
уселся на прибрежные камни и стянул с себя акваланг.
Вокруг было тихо и пустынно; неяркое норвежское солнце, выглянув из-за туч,
словно приветствовало прибытие на свою землю русского моряка.
Полундра был поражен непрофессионализмом норвежских пограничников. Он с самого
начала не сомневался, что ему удастся проникнуть на норвежское побережье, но что
это оказалось так элемен- тарно просто, его немного удивило и даже насторожило.
Не спеша откупорив герметическую капсулу, Полундра вытащил штатскую одежду,
стянул с себя гидрокостюм, переоделся. Все снаряжение аккуратно сложил и спрятал
в небольшой пещере в скале, куда не доходил
...Закладка в соц.сетях
