Жанр: Боевик
Такси для ангела
... Tea, но две другие дамы
исподтишка смотрели порнушку!
Tea в очередной раз застонала, а Софья и Минна в очередной раз гадливо
поморщились.
- Прекратите, дорогая Tea, - сказала Минна. - Прекратите озвучивать эту
дрянь! Синхронных переводчиков полно и
без вас!
- А вы прекратите пялиться на экран, дорогая Минна! - парировала Tea,
не открывая глаз. - Тоже мне, эротоманка!
И это в вашем-то возрасте и при вашей нэмплекции!
- А в вашем... В вашем я тоже была мулаткой с талией пятьдесят четыре
сантиметра! Так что в недалеком будущем
вас ждут метаморфозы! - пригрозила толстуха. - Не обрадуетесь!..
В дверном проеме показался Ботболт со стаканом воды, и Tea застонала
сильнее.
- Выпейте. - На своих мертвых подопечных Ботболт старался не смотреть.
- Вам сразу станет легче.
- Сначала вы, - потребовала Tea. Ботболт пожал плечами, но глоток из
стакана все-таки сделал.
- Вот видите, все в порядке. Это хорошая вода, уверяю вас.
- Ваше шампанское тоже выглядело приличным... Tea вцепилась в стакан, и
я услышала, как стукнули о его край ее
зубы. Неужели она до сих пор не может прийти в себя от увиденного? Это странно,
тем более что смерть Аглаи,
произошедшая у нее на глазах, такой реакции не вызвала.
- Это вы взяли бутылку из кухни, Ботболт? - Чиж воспользовался
наступившей паузой. - Я же просил вас ничего не
трогать!
- Я не брал бутылки. Я вообще не выходил на кухню. Вы сказали, чтобы я
оставался в зале. Я там и оставался.
- Точно! - подтвердила Минна, не спуская глаз с экрана. - Да еще
исподтишка следил за нами, как будто мы
преступницы!
- Точно, - подтвердила Софья, не спуская глаз с экрана. - Хотя еще
неизвестно, кто настоящий преступник и кто
совершил это злодеяние. А мы в гробу его видели, не так ли, дорогая Минна? Кто
он такой, чтобы указывать нам, что
делать?
- Именно, дорогая Софья. Мы видели его в дешевом колумбарии!..
- Ваши приятели отвратительны, Ботболт! - сказала Tea, осушив стакан. -
И об этом вы должны поставить в
известность хозяина! Смотреть такую гадость в приличном доме! Да еще когда
приглашены гости!..
- Извращенцы! - добавила Минна, не спуская глаз с экрана. - Маньяки!
- Бог шельм метит, - добавила Софья, не спуская глаз с экрана. -
Собакам - собачья смерть!
- Уж вы бы помолчали, дорогая Софья! - Даже находясь в полуобморочном
состоянии, Tea не упустила случая
лягнуть конкурентку. - Любовные сцены в ваших книгах - вот где настоящее порно!
- Это почему же? - обиделась Софья.
- "Он закрыл свои прекрасные голубые с серыми крапинками глаза и
осторожно ввел свой роскошный стержень в
ее роскошное лоно, - противным сюсюкающим голосом процитировала Минна. - Она
тоже закрыла свои прекрасные
зеленые с золотыми искорками глаза и, обняв его за роскошные мускулистые плечи,
застонала от наслаждения".
- "Тебе хорошо, милая?" - подхватила цитату Tea. - "О да, дорогой, я
люблю тебя! Только не останавливайся,
прошу! О-о-о!..".
- Зачем же вырывать из контекста? - хмуро процедила Софья. - И вообще,
"О-о-о!" там не было. Там было "А-аа!.."
"А-а-а" ближе русской традиции, чем прозападное "О-о-о!". А я - патриотка,
в отличие от вас обеих! И потом вы
забыли две ключевых фразы: "Еще, еще, еще, я чувствую, что умираю от счастья! И
пусть я потеряла состояние, зато я
обрела тебя, любимый!.."
- Все равно - гадость. - Tea, забыв о нервном потрясении, гнусно
хихикнула.
- Все равно - пошлость, - не менее гнусно хихикнула Минна.
Но сбить с ног заслуженную работницу прокуратуры оказалось делом
бесперспективным.
- Уж кто бы говорил, дорогая Минна! - Софья, нимало не смутившись,
перешла в контратаку. - А соитие зомби и
вампира в разрушенном фамильном склепе действительного статского советника.., ээ..,
как его?..
- Терпигорева, - подсказала Tea.
- Вот именно!.. Мертвецов бы пожалели! Тоже, нашли страстных
любовников! Ну, какой сексуальный партнер из
полуразложившегося зомби, в самом деле! У них же проблемы с мягкими тканями,
спецлитературу читать надо!..
Консультироваться со специалистами!
- Да и вампир к трупу на километр не подойдет, пусть даже и ожившему! -
блеснула познаниями Tea. - Их всегда
на свеженькое тянет! Для них застоявшаяся кровь что молоко прокисшее. Пить
можно, но никакого удовольствия...
- Зачем же вырывать из контекста? - хмуро процедила Минна. - Вампиры -
они тоже разные бывают. Кому-то арбуз
нравится, а кому-то - свиной хрящик.
- Все равно - гадость! - Tea, во второй раз забыв о нервном потрясении,
гнусно хихикнула.
- Все равно - пошлость! - не менее гнусно хихикнула Софья.
После непродолжительной паузы Минна вместе с тяжелым кожаным креслом
развернулась в сторону мулатки и
наставила на нее жерла своих грудей.
- А вы, дорогая Tea...
Вот он и наступил, звездный час мастера иронического детектива Теодоры
Тропининой! Еще ни разу я не видела
столь ослепительного блеска в ее матовых, подернутых легкой поволокой глазах.
Tea ловко свернула два кукиша и сунула их
под нос Минне:
- А я любовных сцен не пишу! Принципиально! Минна беспомощно скосила
глаза на Софью.
- Не пишет! - заскрежетав зубами, подтвердила Сафьянова.
Зубы Минны отозвались таким же скрежетом:
- Выпендриться хочет! Кольцо в нос продела, а ведь уже не девочка!
- Ага! Решила стать круче вареного яйца! Вот только наша дорогая Tea
забывает, что отсутствие любви в романе -
это и есть самая страшная гадость и пошлость! Ведь что нужно нашему читателю?
Нашему читателю нужно море крови,
океан чувств и счастливый конец.
- Зачем же так грубо? - поморщилась Минна. - Можно сказать то же самое,
но другими словами... Вы же сами
писали - "роскошный стержень"! Не опускайтесь до уровня так называемых
иронических детективов, дорогая Софья! Там,
кроме дешевого мата, скабрезных шуток и анекдотов с бородой, нечего почерпнуть!
- Вообще-то я совсем не то имела в виду...
- Вообще-то пора прекращать всю эту порнографию! - не выдержал Чиж.
Его высокий ломкий голос пронесся над головами писательниц ударом
хлыста. Tea моментально откинулась на
спинку кресла и болезненно искривила губы. Минна вздохнула, а Софья набросилась
на Ботболта:
- В самом деле, Ботболт! Наш юный друг прав. Вы долго еще будете
испытывать наше терпение этой, с позволения
сказать, эротической агиткой?! Выключите видеомагнитофон немедленно! Не дом, а
вертеп какой-то!
Ботболт пожал плечами, но сафьяновскому окрику все же подчинился. Он
подошел к телевизорам и выключил их,
после чего протер салфеткой.
Когда оба экрана погасли и в аппаратной наступила тишина, Чиж обратился
к Tea:
- Это вы обнаружили тела?
Метаморфозы настигли мулатку гораздо раньше, чем предрекала Минна. Еще
минуту назад - со смуглыми
кукишами наперевес - она выглядела достаточно оправившейся от потрясения. Но
теперь ей снова стало плохо, и жалобные,
едва слышные стоны возобновились.
- Это вы обнаружили тела, госпожа Тропинина? - повторил вопрос Чиж.
Tea выдержала паузу и прерывающимся, слабым голосом произнесла:
- Это ужасно.
- Да уж, ничего хорошего...
- Вы бы не могли принести мне еще воды, Ботболт? Я все еще неважно себя
чувствую...
Ботболт кивнул и направился к двери.
- Как вы нашли их?
- Вот что, молодой человек, - жарко зашептала Tea, как только бурят
исчез из поля зрения. - Вы должны
немедленно вывезти нас отсюда! Я с этим убийцей и минуты не останусь!
- С каким убийцей?
- С этим басурманом Ботболтом, с кем же еще!.. За два часа умудрился
троих прихлопнуть! Да еще с выражением
христианского смирения на лице!
- У вас есть основания полагать, что он убийца?
- А у вас разве нет?! Почему он солгал? Почему сказал, что эти двое...
- Tea обернулась к дивану с трупами и
понизила голос:
- Что эти люди находятся в гараже?
- А вы у него не спрашивали?
- Ну, я же не сумасшедшая! Я ему вопрос, а он мне - яду в глотку! Или
тесаком по башке! Вы же держали в руках
его.., мачете! Вам, Петр, было бы сподручнее переговорить с ним... Вас он
послушается...
Чиж в очередной раз покраснел и бросил на меня самодовольный взгляд:
смотри, дура, как меня ценят! И какие
люди! Не тебе чета!
- Я поговорю с ним. А теперь расскажите мне, как вы обнаружили тела?
- Зашла в комнату и обнаружила. Любой бы обнаружил. Товар, как
говорится, на витрине, - бросила Tea и зябко
повела плечами. При этом в жилете у нее что-то звякнуло.
- Я же просил! - распетушился Чиж. - Я же просил никого не покидать
зал!
- Пошли вы к черту! - надменно бросила Tea. - Какие могут быть просьбы,
когда у нас три трупа на руках!..
- Ну, хорошо. Значит, вы отправились в это крыло...
- Да, я отправилась в это крыло, чтобы посмотреть на мониторы, о
которых вы же нам и сообщили, насколько я
помню! Полагала, что, может быть, собаки угомонились, наивная!.. Или эти..,
деятели пришли в себя.
- И...
- Как видите, в себя они не пришли. Даже более того... Сначала я
подумала, что они просто напились и спят. Но
когда подошла... - Tea перевела дух.
- Это вы так кричали?
- Нет, вы! Что за дурацкие вопросы!
- Мне просто казалось, что вы не робкого десятка. И в самообладании вам
не откажешь.
- Три трупа! Какое уж тут самообладание...
- Вы ничего здесь не трогали?
- Я ведь не наша дорогая Минна, чтобы возиться с мертвецами!
- Когда вы пришли, дверь была закрыта?
- Да.
Чиж повернулся к Минне и Софье:
- Вы появились здесь позже?
- Все бросились на крик, - ответила за двоих Софья. - Мы тоже посчитали
нужным подойти.
Наверняка только для того, чтобы убедиться, что с поганкой Tea что-то
случилось. И что еще одной конкуренткой
стало меньше.
- Мы страшно испугались. - Минна затрясла всеми подбородками сразу. - В
этом доме происходит что-то
нехорошее, неужели вы не понимаете?
- Чего уж тут не понять!
На этом дознавательный пыл Чижа закончился, и он обратился ко всем трем
почтенным беллетристкам сразу:
- Я попрошу вас вернуться в зал. Ботболт вас проводит.
- Только не Ботболт! - вырвалось у всех троих.
- Хорошо. Тогда я попрошу нашего немецкого друга... Я оглянулась:
немецкий друг уже стоял в дверях и
исподлобья осматривал аппаратную.
- Вы проводите наших дам в столовую, Райнер?
- Gut! - Немец по-военному четко вздернул подбородок. - А вы?
- Мы подойдем чуть позже...
Опять "мы"! Положительно, Чиж не хотел со мной расставаться. Или все
дело в моей способности заполнять
пустоты и становиться гарниром к любому, даже самому незатейливому, блюду?..
Так и есть. Я - гарнир. Я всегда нахожусь в последних строках меню. Вне
зависимости от того, где это меню
составляется: на сквозняке в забегаловке "Чанахи" или в дорогом ресторане.
В университетские годы я приправляла Дашку, затем - Бывшего, затем -
швейную машинку "Минерва" и мадам
Цапник. Затем - Аглаю.
Теперь пришла очередь Чижа.
...Дамы под предводительством Райнера-Вернера удалились, и мы снова
остались одни.
- Из рук вон, из рук вон, из рук вон, - запричитал Чиж. - Дела обстоят
из рук вон. Но самое ужасное, что в их
смерти нет никакого смысла. То есть вообще никакого!
- Как будто в смерти Аглаи есть какой-то смысл!
- С точки зрения литературы большого стиля... Это символический акт.
Я с трудом удержалась, чтобы не отвесить Чижу пощечину:
- Это подло. Чиж!
Но он уже и сам понял, что зашел слишком далеко.
- Простите меня, Алиса... Конечно же, я сглупил.
- Сглупил!
- Правда... Мне искренне жаль... Но зачем было убивать еще и этих
двоих? Они отравлены, и боюсь, тем же ядом,
что и Канунникова...
Пока Чиж примерялся к месту преступления, я подошла к двери и осторожно
выглянула в коридор: никого. Даже -
Ботболт, отправленный за водой для страждущей Tea, куда-то запропастился. Чужой,
затаившийся дом отталкивал меня - и
притягивал одновременно. Гулкая тишина, полумрак, окоченевший мрамор стен и
пола, предательская мягкость ковров... А
собаки, а снег, а машины, запертые в гараже! Лучшего антуража для съемок
программы "Играем в детектив" и придумать
нельзя! Дорого бы я дала, чтобы и смерть Аглаи оказалась всего лишь сценарным
ходом...
- Идите сюда, Алиса! - тихонько позвал меня Чиж. С трудом оторвавшись
от созерцания коридора, я повернулась к
нему.
Чиж стоял на коленях перед лежащим на полу Дугаржапом (или Доржо?) и
внимательно изучал тело.
- Вы не находите ничего необычного, Алиса? - спросил он.
- Ничего, кроме того, что они мертвы.
- Да нет же, посмотрите внимательно! Они без ботинок. И один, и другой.
Действительно, оба новоиспеченных покойника сверкали одинаково белыми
носками. Но торопиться с выводами я
не стала.
- Может быть, это национальный бурятский обычай - ходить в доме без
обуви?
- Не думаю. В холле - еще куда ни шло, там ковры, да и в комнатах пол
наверняка с подогревом. А в коридоре -
мрамор... А если к тому же они пришли из гаража... Не могли ведь они переться
через двор босиком по снегу, правда?
- А если они вообще не были в гараже? Если все это время они находились
в доме? Или вы верите тому, что сказал
вам Ботболт?
- А вы нет?
- Не знаю...
- Послушайте, Алиса! Вы ведь не эти тупоголовые детективщицы! Вы ведь
должны понимать, что Ботболт не стал
бы морочить нам голову с гаражом. Он сам предложил взглянуть на мониторы,
помните?
- Ну и?..
- Зачем ему отправлять на тот свет своих.., уж не знаю, кем они ему
приходятся... Сослуживцев, что ли...
- А если они увидели что-то такое, что не должны были видеть? -
высказала я туманное предположение.
- Уж с ними бы он договорился. Земляки все же, не исключено, что
родственники...
Все это время Чиж, вороном круживший вокруг тела Дугаржапа (или
Доржо?), со знанием дела обшаривал
карманы покойного. Я просто диву давалась ловкости его рук.
- Самое время для мародерства, - подколола я Чижа. - Что вы ищете?
- Не знаю. - Чиж на секунду задумался, а потом продолжил:
- Ботинки.
- Посмотрите во внутреннем кармане пиджака... Шутку озабоченный Чиж не
оценил, но несколько раз катком
проехался по Доржо и Дугаржапу.
- Черт возьми, ненавижу людей, у которых нечего изъять из карманов!
- А если изъяли до вас?
- Знать бы только что...
Обогнув тело и проползя на четвереньках около полуметра, Чиж заглянул
за диван, левый угол которого примыкал
к окну. И присвистнул.
- Что там?
- Думаю, Ботболт прав. Покойники были не дураки выпить. Взгляните.
В узкой щели между окном и диваном стояла целая батарея стеклотары: от
литровых емкостей до стограммовых
"мерзавцев". Доминировала водка, но я без всякого труда узнала два упитанных
пузыря "Veuve Cliquot Ponsardin".
- Вкус у парней неплохой. - В голосе Чижа послышалась меланхоличная
зависть. - Впервые вижу бурятов,
квасящих коллекционное шампанское под порнуху...
Я тотчас же вспомнила подсобку с коньяком: вкус у парней действительно
неплохой.
- А днем они пили коньяк...
- Вы видели их днем, Алиса?
- Ну, видела - это громко сказано. Они спали в подсобке. Той самой,
которая возле кухни. А, проспавшись, видимо,
переместились в гараж, если верить Ботболту. Или - сюда, если верить своим
глазам.
- Значит, вы видели их днем...
- Я заглядывала туда некоторое время назад еще раз. Уже после того..,
как это произошло с Аглаей. И там уже
никого не было. А еще...
Минна, ну, конечно же, Минна! Оставив мокрого Райнера в оранжерее, я
отправилась за спиртным и на кухне
встретила Минну! Она не ожидала подобной встречи и была явно смущена. Еще бы, мы
с немцем вернулись с прогулки
намного раньше, чем можно было ожидать!
- Что - "еще"?
- А еще я видела на кухне Минну. И тоже днем. Может быть, это ничего не
значит, но мое появление на кухне
страшно ее смутило.
- Так-так... Платок, кухня, буряты в кладовке...
- Спящие буряты, - уточнила я.
- Это не имеет значения. Возможно, кто-то из них выполз... Не ко
времени. И что-то увидел. Не к месту. Как это вы
сказали - "они увидели что-то такое, что не должны были видеть". Я не исключаю
такой возможности.
- Да, вот еще что... Когда я спросила у Минны, есть ли где-нибудь
поблизости алкоголь, она вполне уверенно
показала мне запасы спиртного...
- А зачем вам понадобилось спиртное? - тоном ревнивого мужа спросил
Чиж. - Замерзли и решили согреться?
- Да нет. Просто немец провалился под лед, и я его растирала.
Мое безыскусное признание не понравилось Чижу. Очень не понравилось. Он
нахмурился и бросил:
- Вы близкие друзья?
Интересно, что он вкладывает в понятие "близкие друзья"?
- Почему вы так решили?
- Ну-у...
- Из проруби вытаскивают не только близких друзей, Чиж. Я просто
помогла человеку, который нуждался в
помощи... - Я решила сменить тему. - А Минна... Минна явно не ожидала увидеть
меня на кухне, она даже что-то уронила.
Что-то бьющееся.
- Чашку? Плошку? Миску?
- Не знаю... Не обратила внимания. Пока я докладывала Чижу о своих
наблюдениях, он внимательно изучал обе
бутылки из-под шампанского.
- Странно... Обе бутылки пусты.
- Вы думаете, что одна из этих бутылок.., и есть та самая?
- Вряд ли... В той шампанского оставалось гораздо больше половины...
Хотя... - Чиж накрутил на палец хохолок на
макушке, что призвано было символизировать крайнюю степень умственного
напряжения. - Нет... Подождите! Откуда
здесь третий стакан? И кому он принадлежал?
- Убийце?.. - непослушными губами прошептала я.
- Если убийце, то зачем он оставил его? Зачем так явно было указывать
на присутствие третьего? С его стороны это
просто глупость. Или наглость. Или...
- Или?
- Или какой-то расчет. Но какой?
Мизансцена у дивана была достаточно красноречивой: два мертвых тела и
три опрокинутых стакана. Чиж метнулся
от бутылок к легким пластмассовым стаканчикам и принялся осматривать их. А
заодно - и пол вокруг.
- Похоже, они выжрали все до дна. Ни одной капли не пролито!
Полтора часа назад Аглая сделала всего лишь пару глотков. И этого
оказалось достаточно, чтобы умереть.
- А цианистый калий действует на всех одинаково? - глупо спросила я.
- Смотрите в самый корень, Алиса. - Чиж взглянул на меня с одобрением.
- Один грамм яда, попавший в кровь, - и
уже ничто вас не спасет. Но достаточно и пятидесяти миллиграммов. У них не было
шансов.
- Но ведь тогда убийца... Если это был убийца... Он должен был
уничтожить все следы... Затереть пол, вылить
остатки яда. Или унести бутылку... А если он унес бутылку, то зачем оставил
стаканы? И к тому же - три, а не два!
- Я же говорил вам! - Чиж даже затряс головой. - Я же говорил, что все
в этих преступлениях не правильно. Что так
не должно быть! Он над нами издевается!
- Кто?
- Тот, кто это сделал!.. И куда девалась их обувь? Мы с Чижом принялись
обшаривать глазами аппаратную. Ни
одной ниши, ни одного, даже самого завалящего, шкафа. Ни одной вешалки. Пол,
диван, два кресла, аппаратура на
открытом стеллаже. И стена с мониторами.
- Кстати, почему работают только три монитора? Только три из восьми?
- Вы у меня об этом спрашиваете?
- Ладно. Оставаться здесь смысла не имеет. Идемте. Мы вышли из
аппаратной, плотно притворив за собой дверь.
Но направились не к залу, а в противоположную сторону.
- Куда теперь? - спросила я у Чижа, после того как мы миновали
несколько дверей и нишу со скульптурным
воплощением очередного Будды.
- Не знаю... Если они пришли из гаража, то где-то оставили хотя бы
обувь... В зале их никто не видел,
следовательно, попасть в дом они могли только через это крыло.
- "Если они пришли из гаража"! А если нет и Бот-болт действительно
солгал?
- Не думаю.
До самого конца коридора Чиж молчал. И оживился только тогда, когда мы
остановились перед небольшой дверью
со узкими витражными стеклами. Дверь венчала собой небольшую площадку, которую
смело можно было назвать
прихожей: небольшой домотканый коврик на полу и шкаф-купе слева от двери. Стоило
Чижу приблизиться к двери, как он
тотчас же упал на колени и принялся обнюхивать коврик.
- Ну вот, что и требовалось доказать! - протрубил он. - Коврик мокрый.
Значит, кто-то здесь был! И совсем недавно.
Кто-то пришел с улицы. И собаки его не тронули.
После таких впечатляющих оргвыводов сыщик-любитель переместился к шкафу
и раздвинул дверцы.
- Смотрите, Алиса!
В шкафу висели два коротких тулупчика из овчины. А прямо под ними
стояло две пары высоких ботинок на
шнуровке.
- Доржо и Дугаржап! Очень аккуратные молодые люди! - провозгласил Чиж и
двумя пальцами по очереди
приподнял ботинки.
На том месте, где они стояли, образовалась цепочка еще не подсохших
лужиц.
- Они пришли не так давно. Снег успел растаять, но следы просохнуть не
успели.
Оставив ботинки в покое. Чиж запустил блудливую руку в карманы тулупов.
Первым, что он извлек на свет,
оказалась тонкая металлическая цепь сантиметров пятидесяти в длину с крупными
кольцами по краям. За цепью
последовали одинокий желтый ключ от английского замка, несколько вкладышей от
жвачек с горячими, только что
испекшимися пляжными девочками. И полупустая бледно-зеленая пачка сигарет "Вог".
- Вам не кажется странным, Алиса, что два юных бурятских охранника и
собаковода, проживающие в лесной
глуши, курят дорогие женские сигареты?
- Разве это единственное, что кажется странным? - вполне резонно
заметила я. - Самое странное, что мы до сих пор
не спрыгнули с ума от всего происходящего.
- Вы правы... Кажется, я видел такие сигареты у одной из наших дам.
- У Tea, - подсказала я.
- И именно Tea нашла молодых людей.., в таком плачевном состоянии.
- Да. Вы думаете, что это может послужить уликой?..
- Ничего я не думаю, - неожиданно взвился Чиж. - Какие это, к черту,
улики? В них нет никакого смысла!
Так, набор предметов... Платок, сигареты... Как будто кто-то хочет
убедить нас, что именно это - улики! Как будто
кто-то хочет убедить нас, что чем больше вещей - тем лучше. Что, стреляя наугад,
мы куда-нибудь да попадем!
- Никто не просил вас стрелять наугад. Рыться в этом дерьме было вашей
личной инициативой, - не выдержала я. -
А след в оранжерее?
Чиж на секунду бросил потрошить полушубки.
- След в оранжерее - единственное, что заслуживает внимания. Но даже я
не могу объяснить, как он там оказался...
Если вам что-нибудь придет в голову на этот счет...
- Если мне что-нибудь придет в голову, я обязательно с вами поделюсь.
После неожиданной находки сигарет настала очередь бесформенного,
грязно-белого куска какой-то субстанции с
налипшими на него крошками.
- Что это, как вы думаете?
Не дожидаясь ответа. Чиж поднес кусок к носу, потом ко рту - и прежде,
чем я успела что-то сказать, лизнул его.
- Сладко! - промурлыкал он. - Похоже на какое-то пирожное...
- Эклеры! - выпалила я. - Они ели пирожные. Во всяком случае, в
подсобке стояло блюдце с недоеденным десертом.
Мое сообщение привело Чижа в неописуемый восторг.
- Так они сладкоежки! Жрали пирожные в свободное от работы время!
Теперь все ясно!
- Что ясно?
- У них было какое-то время. Немного, но было. Во всяком случае, чтобы
допить шампанское. Сладкое в какой-то
мере нейтрализует действие яда. А если накапать цианид на кусок сахара и сожрать
его на глазах у изумленной публики...
Лучше - у девушек нежного возраста... То все может обойтись. А ты сам
приобретешь статус сверхчеловека.
- Что, проделывали такое?
- Никогда, - признался Чиж. - Теперь вижу, что правильно делал.
Пирожные этим двоим не помогли.
- Если честно, ваши познания меня потрясают, Петя.
- Да, если бы я хотел, то мог бы стать великим отравителем!.. - Поняв
по моему вытянувшемуся лицу, что сболтнул
лишнее. Чиж немедленно заткнулся.
Задвинув дверцы шкафа, он снова подошел к двери. И в задумчивости стал
поигрывать дверной ручкой. Потом
пальцы его переместились к английскому замку.
- Не хотите подышать свежим воздухом, Алиса? - спросил он.
- Как-то не тянет, - призналась я. - Во-первых, на улице снег... Вовторых,
собаки...
- Давайте выйдем. Постоим возле двери... Наша дорогая Минна права. Этот
дом начинает действовать на нервы...
- ..и в-третьих, - закончила я. - Вы же не станете прыгать рядом с
домом в одной жилетке... Или вы хотите... Не
стоит этого делать, Чиж!
Но оператора было уже не остановить. Он вытащил из шкафа полушубки
Доржо и Дугаржапа и один из них бросил
мне.
- Надеюсь, вы не суеверны.
- Суеверна! Еще как суеверна!
- Идемте проветримся.
Господи, ну почему всем и всегда я говорю "да"?..
Через секунду полушубок угнездился на моих плечах. Он принес с собой
массу неизведанных, незнакомых запахов:
кислая овчина, законсервированный юношеский пот, острый привкус собачатины и
что-то еще... Что-то яростногормональное,
что Бывший в минуты пьяных откровений о службе на точке ПВО где-то
в богом забытом Заполярье
характеризовал поговоркой: "Чай кипит - заварки нет. Член стоит - Тамарки нет".
Пожалуй, это была самая бесстыжая одежонка в моей жизни: едва лишь
напялив ее, я почувствовала себя
изнасилованной.
- Ну что, готовы? - спросил у меня Чиж и щелкнул замком.
Через секунду мы уже стояли на улице.
Метель закончилась, и разом потеплело. А в невидимом небе дрожали
крупные звезды. Им было глубоко наплевать
на дом и его пленников.
Дверь с витражными бойницами вывела нас в крошечный, ничем не
огороженный дворик с такой же крошечной
деревянной пагодой; пагода светилась изнутри - в самой ее сердцевине горело
несколько лампочек. Лампочки украшали и
небольшие деревца вокруг пагоды. В этом было что-то нереальное - красные,
желтые, голубые точки света, парящие над
снегом. От пагоды к двери вела дорожка из камней. Сейчас она была припорошена
снегом.
Зачарованная изысканной рукотворной красотой пейзажа, я прошлась по
дорожке и, обогнув пагоду, вышла к
небольшому, старательно не правильной формы водоему то ли запруде, то ли озерцу.
Несмотря на зиму, вода в запруде не
замерзла, совсем напротив: стоило мне только присесть на корточки и опустить
руку в воду, как я тотчас же машинально
отдернула ее. Озерцо было теплым - таким теплым, что по нему плавали кувшинки! А
где-то в самой глубине стояли
...Закладка в соц.сетях
