Жанр: Боевик
Агент 12.
...ве Шалго, у Казмера на левой лопатке
большое родимое пятно!
- Очень интересно, - вслух проговорил он. - А где сейчас живет адвокат
Месарош? Если он, так сказать, еще живет?
- На улице Петефи. В той же самой вилле, что и до войны. Уже лет пятьдесят.
В пятьдесят первом, правда у него, как у
человека одинокого, эту виллу национализировали. Тогда адвокат в Будапешт
переехал, к какому-то своему родственнику, так
сказать. Говорят, даже подсобным рабочим был. А в пятьдесят восьмом или
пятьдесят девятом возвратился он обратно, в наш
Фюред. Брат его, каноник Месарош, добился у властей, чтобы вернули ему, так
сказать, его виллу. Конечно, к тому времени
виллу ту здорово перестроили. Так как все эти годы ее занимала местная контора
"Заготвино".
- Как зовут адвоката Месароша?
- Балинт. Балинт Месарош.
- А брат его, каноник, тоже живет вместе с адвокатом?
- Нет, каноник живет в Веспреме. У епископа служит. Слышал я, что скоро он
уходит на пенсию.
Шалго тяжело поднялся.
Фельмери предложил Чордашу отвезти его домой на машине, но тот,
поблагодарив, отказался.
- Пройдусь пешочком, подышу свежим воздухом. Озоном, так сказать...
Илонка Худак ожидала их все это время в машине.
- Я уж беспокоиться начала, дядя Оскар, - сказала она. - Думаете, приятно
вот так сидеть ночью одной и ждать?
- Не везет тебе, дочка! - пошутил старый детектив, усаживаясь поудобнее. -
Вот видишь, опять никто тебя не похитил. Ну
что ж, сначала посмотрим улицу Балванеш. Поезжай, юноша, а я буду команды
подавать.
Фельмери медленно ехал по ночному спящему городу, а Шалго изредка негромко
говорил: "Налево... направо". Но в
голове его все время назойливо вертелась одна мысль: почему адвокат Месарош
утверждает, что подобранный им подкидыш
умер в детском доме? Откуда ему это может быть известно? Жаль, конечно, что
"хороший" хортистский полицейский Винце
умер...
- Медленнее! - подал он команду лейтенанту. - У двухэтажного дома -
направо.
Фельмери включил вторую передачу и повернул на широкую улицу, вдоль которой
росли каштаны. Дорога стала
подниматься в гору, и Шалго велел лейтенанту остановиться. Вдали отчетливо была
видна красная сигнальная лампочка.
- Сейчас мы выйдем, - повернувшись к Илонке, сказал Шалго. - А ты пересядь
на мое место и попытайся воскресить в
памяти ту ночь. В какую сторону пошел Меннель, выйдя из машины? Вперед или
назад?
- Вперед и потом повернул налево.
Шалго и Фельмери, выйдя из машины, медленно пошли вверх по улице.
- Если наше предположение правильно, сейчас слева будет переулок, - сказал
лейтенант.
Минуту спустя они были на углу переулка. Шалго остановился.
- Похоже, что здесь, - сказал он. По обе стороны переулка росли платаны. -
Интересно, что он здесь искал?
- Про то одному ему ведомо, - заметил лейтенант. - Если он вообще был
здесь.
- Будем считать - был. Но зачем? - тяжело отдуваясь и усаживаясь отдохнуть
на каменное основание решетчатой изгороди,
сказал Шалго. - Если он хотел с кем-то встретиться здесь, то получается, что он
хорошо знал город и, значит, бывал в нем
раньше. Или он просто так остановился и вышел из машины немного проветрить
хмельную голову? Едва ли. Меннель был
бабник, и, если он оставил в машине красивую девушку в такой благоприятный для
него момент, значит, у него должны были
быть для этого какие-то весьма веские причины. Как этот закоулок называется?
- Улица Генерала Бема!
- Надо бы нам пройти по ней до конца. Но уже поздно...
Шалго поднялся и медленно поплелся обратно, к машине.
- Здесь мы и стояли. Совершенно точно, - твердо заявила Илонка, когда они
сели в машину. - Я вспомнила вон тот дом с
башней.
- Ладно, - сказал Шалго. - Завтра утром мы более тщательно все здесь
осмотрим. Узнаем, кто тут вокруг живет. Поехали!
Лиза еще не спала и слушала радио. И, конечно же, сразу напустилась на
беднягу Шалго.
- Я уж думала, что ты сегодня вообще не собираешься являться домой. Ты
только посмотри на себя: на кого ты похож!
Едва на ногах стоишь от усталости. Как будто все это нельзя было завтра
сделать...
- Нет, радость моя, завтра уже не то, - не очень уверенно возражал он,
вытягиваясь во весь рост в кресле. Он начал было
рассказывать о результатах их ночной операции, но тут Лиза вдруг спросила его,
где Фельмери, и Шалго возмутился.
- Я тебе рассказываю о полете орла, а ты меня возвращаешь к какому-то
пустяку, вроде того, где сейчас лейтенант
Фельмери. Ставит машину в гараж Табори. Сейчас вернется твой ненаглядный.
Фельмери действительно не заставил себя ждать. Но едва он появился, Шалго
встретил его просьбой:
- Юноша, позвони в Будапешт и доложи обо всем Каре. Может, они там соберут
побольше данных о канонике Месароше.
- Поздно уже, - уклонился Фельмери. - Успеем и завтра доложить.
- А у меня тут гость был, - сказала вдруг Лиза. - Господин Хубер.
- Что он хотел?
- Сказал, что приводил в порядок бумаги Меннеля и ему показалось, что коекаких
документов не хватает. Интересно,
какие бумаги Меннеля он ищет?
- Может, тот самый план виллы, про который, судя по магнитофонной записи,
Герцег спрашивал у Хубера? - предположил
Фельмери.
- Если план виллы принадлежит Меннелю, - задумчиво произнес Шалго, - мы
вправе подозревать, что существует какая-то
связь между этим фактом и поездками Хубера в Фюред. Скажем, на плане может быть
изображена вилла, в которой некий
гитлеровский офицер когда-то давно спрятал награбленные в Венгрии ценности. А?
Хубер об этом знал и потому не хотел
отдать план Герцегу.
- Значит, Хубер был с нами неискренен?
- Возможно. Завтра мы получим ответ и на этот вопрос, - пообещал Шалго.
- Сразу с утра примемся за дело! А ты позвонишь в Веспрем, в управление, и
попросишь прислать сюда специалиста по
дактилоскопии.
Глава 12
На другой день утром на вилле Табори появился Тибор Сюч в сопровождении
Беаты. Профессор открыл им дверь и
пригласил в гостиную.
- Мы хотели бы видеть господина Хубера, - сказал Тибор.
- Садитесь, пожалуйста... Сейчас я позову его.
Вошедшая в эту минуту Бланка, пристально посмотрев на Беату, сказала:
- Ваше лицо мне почему-то очень знакомо. Помнится, вы уже приходили сюда
однажды?
- Да, несколько дней назад, - подтвердила гостья. - К господину Меннелю.
- Совершенно верно. Теперь я все вспомнила. Вы, конечно... знаете, какое
несчастье произошло с господином...
- Знаем, - перебил ее Тибор.
- Утром накануне мы вместе позавтракали. Он был так весел, жизнерадостен...
- закончила фразу хозяйка.
- Наверняка и не думал, что его уже караулит смерть, - заметил Тибор Сюч.
В гостиную вошел Хубер, сопровождаемый профессором Табори. Представив
Хуберу посетителей, профессор вместе с
Бланкой тут же удалился.
Хубер откровенно подозрительным взглядом смерил стоявших перед ним молодых
людей.
- Садитесь, - пригласил он. - Чем могу служить?
- Просим извинить за беспокойство, но несколько дней назад мы получили от
Виктора Меннеля вот это письмо... - начал
Тибор Сюч, - вернее, официальное письмо от фирмы "Ганза". Вот оно.
Хубер, взяв у него из рук письмо, взглянул на почтовый штемпель, потом
внимательно изучил подпись и сказал:
- Да, это рука Меннеля.
Быстро пробежав письмо, он поднял глаза на молодого человека.
- Мне ничего не известно об упомянутой в письме сделке. Если я правильно
вас понял, вы кустарь или что-то в этом духе и
получили заказ от нашей фирмы?
- Совершенно верно, господин Хубер, - подтвердил Тибор Сюч. - Господин
Меннель попросил меня изготовить для фирмы
"Ганза" набор образцов пуговиц в художественном исполнении.
- Набор пуговиц? - переспросил Хубер, с явным удивлением посмотрев на
Тибора.
- А чему вы удивляетесь? Художественно исполненные модные пуговицы - это
товар, который пользуется сейчас большим
спросом. Особенно когда это не серийные изделия.
Сюч достал из сумки картонки с прикрепленными к ним пуговицами.
- Пожалуйста. Здесь каждая пуговица - единственная в своем роде. В этом и
состоит их ценность. А вот разрешение от
нашей фирмы "Артекс" передать эти образцы представителю фирмы "Ганза".
Хубер с интересом разглядывал пуговицы.
- Лю-бо-пыт-но, - протянул он. - Понятия не имел, что наша фирма занимается
еще и модными пуговицами... Сделаны
они, бесспорно, со вкусом, красиво... Хотя должен вам признаться, что я не
компетентен решать такой вопрос. И собственно
говоря, в чем состоит ваша просьба?
- Мы бы хотели, чтобы вы, как было условлено с господином Меннелем, приняли
от нас эти образцы и оплатили их...
- Охотно. Но оговоренные в соглашении пятьсот долларов я могу перевести
только на банковский счет "Артекса".
- Совершенно верно, господин Хубер. Вы известите "Артекс", что получили от
Тибора Сюча образцы пуговиц, и попросите
фирму выплатить мне переведенную вами на ее счет сумму. Я же получу от вас пять
тысяч долларов наличными отдельно.
Хубер был ошеломлен. Ничего не понимая, он с удивлением смотрел на
сохранявшего полное спокойствие молодого
человека.
- Пять тысяч долларов? Помимо пятисот?
- Так точно, господин Хубер.
- За эти пуговицы? Да вы шутите, молодой человек!
- Эти пуговицы, господин Хубер, для фирмы "Ганза" могут стоить и сто тысяч
долларов, - многозначительно проговорил
Тибор Сюч.
- Вы, наверное, принимаете меня за непроходимого идиота, - теряя терпение,
сказал Хубер. - Но, к вашему сведению, я не
из тех дураков-туристов, которым вы могли бы продать Хортобадьскую степь или
Тиханьский полуостров. Во всяком случае,
пять тысяч долларов за какие-то пуговички!..
- Господин Хубер, - растерянно и недоверчиво глядя на собеседника,
заговорил Тибор Сюч, - вы действительно не знаете, о
чем идет речь?
- Я вам уже сказал, черт побери!
- Тогда прошу прощения, - спокойно ответил Тибор Сюч. - Я вам сейчас все
объясню! - Он снял со стола картон,
помеченный цифрой "А-1". Достав из кармана перочинный ножик, он аккуратно срезал
одну пуговицу с листа картона и
кончиком ножа отделил стеклянное украшение пуговицы от ее пластмассового
основания. Достав затем из сумки какой-то
аппарат, напоминающий микроскоп, магнитной иголкой подцепил из образовавшейся в
пуговице полости еле видимую
микропластиночку и, положив ее на предметный столик этого своего карманного
микроскопа, заглянул в окуляр, покрутил
винт наводки и сказал:
- Прошу, господин Хубер.
Хубер заглянул в микроскоп.
- Если не ошибаюсь, это пусковая ракетная установка? - удивленно воскликнул
он.
- Совершенно точно, господин Хубер. Теперь вы понимаете, о чем идет речь?
- Кажется, понимаю, - медленно проговорил Хубер. - Он взглянул на молодого
человека, потом перевел взгляд на листы
картона. - И что же, в каждой пуговице такая микропленка? - спросил он.
- В пуговицах на листах "А-1" и "А-2", - чуточку рисуясь, с важностью
ответил Тибор Сюч, - локаторные станции дальнего
радиуса действия, ракеты на позициях, аэродромы... словом, все, что просил
господин Меннель... Ну как, вы все еще считаете
большой названную мною сумму?
- Нет, господин Сюч. Теперь я не считаю ее высокой, - ответил Хубер. Он
снова заглянул в письмо Меннеля.
- Вас что-нибудь смущает? - спросил Сюч.
Хубер покачал головой.
- Да нет. Только при мне нет таких денег. А моя чековая книжка у партнера.
Когда я должен выплатить вам деньги?
- Сейчас, немедленно, - ответил Сюч. - Я не могу рисковать.
- Гм... попробую дозвониться до него. Вдруг на счастье, он окажется дома.
Прошу прощения. - Хубер подошел к
телефонному аппарату, набрал номер и через несколько мгновений заговорил в
трубку по-немецки:
- Алло! Это я, Хубер... Слушай, вот какое дело: мне нужно выплатить большую
сумму денег.
Да, сейчас. Принеси мне, пожалуйста, сюда, на виллу Табори, мою чековую
книжку... Не понимаешь?.. Чековую книжку
мою, говорю, принеси... Да-да.
Спасибо. Жду тебя... До свидания. - Хубер положил трубку и вернулся к
столу. - Приходится соблюдать осторожность. Тут
вокруг кишит сыщиками. - Он достал из коробки сигару и закурил.
- Что касается сыщиков, - заметил Тибор Сюч, - то три дня назад мы тоже
имели возможность с ними познакомиться. Да
вот и ваш сосед, Шалго, явно сотрудничает с милицией. Имейте это в виду.
- Мне это известно, - ответил Хубер.
- Он что-то пронюхал, - вмешалась в разговор девушка. - Правда, Тибор
удачно вывернулся. К сожалению, я допустила
ошибку. Но в конце концов нам удалось отвязаться от этого подозрительного
старика. А вот как передать вам микроснимки,
мы никак не могли придумать. Нам казалось, что и вы под наблюдением, да и мы
тоже...
- Полагаю, за вами больше нет слежки, раз вы рискнули прийти ко мне? -
строго спросил Хубер.
- Мы пришли сюда по указанию Шалго, - пояснил Тибор Сюч. - Этот старый паяц
"завербовал" нас... Нет-нет, не бойтесь!
Я не провокатор. Целых два дня я отказывался принять его предложение, но вчера
наконец согласился.
Старику, разумеется, и не снилось, что на самом-то деле я - ваш человек...
Вот с его помощью мне и удалось передать вам снимки.
- Какое же задание получили вы от Шалго? - поинтересовался Хубер.
- Сказать вам, что я - агент Меннеля. Что я сейчас и делаю.
- А что вы доложите Оскару Шалго?
- Что я честно выполнил его задание, но вы по всем правилам вышвырнули меня
вон из комнаты. Нужно, правда, чтобы и
вы сообщили ему о моем посещении. Мы должны петь в унисон.
- Что же, вы это хитро все придумали, - одобрил Хубер.
Беата самодовольно улыбнулась.
- Наши сыщики считают себя великими умниками. Им и невдомек, что и у других
тоже голова на плечах. Например, эту
"коллекцию образцов пуговиц" мы придумали с Виктором, с господином Меннелем, еще
в Италии, в прошлом году. Тогда же
мы договорились о способах связи с ним.
- И давно вы поддерживаете с ним контакт?
- Третий год. С Виктором, собственно, я установила контакт в Париже. А
когда вернулась в Венгрию, вовлекла в дело и
своего жениха, Гезу Салаи, а потом - и Тибора. Сейчас он должен был бы
встретиться с Виктором. Но вот - не довелось. В
прошлом году, когда мы виделись с ним в Ливорно, он забрал у меня со связи Гезу
Салаи... Мне даже не известно, какое у
Салаи было задание. Наверное, установить с кем-то контакт...
Хубер рассеянно слушал болтовню девушки. Разумеется, она убеждена, что он -
шеф Виктора Меннеля, и потому так
откровенна с ним. Но тут же у него возникло сомнение: почему Меннель скрыл эти
свои связи от Брауна и Шлайсига. "Мне
известны все донесения Меннеля, - рассуждал про себя Хубер, - но эта агентурная
группа в них вообще не упоминалась.
Странно... А операцию "Пуговки" они, надо признать, ловко придумали..." Он снова
прислушался к болтовне Беаты, а когда та
умолкла, заметил:
- Что касается пуговиц, то идея действительно оригинальная. Но вы, помоему,
недооцениваете Оскара Шалго. Люди,
которые прикидываются этакими простачками, весьма опасны. Я подозреваю, что
Шалго уже давно знает, кто убил Виктора
Меннеля.
- Если бы он это и впрямь знал, убийца давно был бы уже арестован, - не
согласилась с ним Беата.
- Возможно. И все же Шалго не дурак. Кстати, ваш жених арестован.
- Ну, Геза сумеет выпутаться.
В дверь террасы постучали, и в гостиную вошли Оскар Шалго и лейтенант
Фельмери. Шалго был в в панаме, сдвинутой на
затылок, в белом, хорошо отутюженном полотняном костюме. Сюч выругался про себя
и подумал: "Не хватает только, чтобы
как раз сейчас явился партнер Хубера с его чековой книжкой. Вот незадача. А я-то
думал, что старик уехал в Фюред..."
Шалго заметил разложенные на столе пуговицы. Микроскоп Тибор Сюч успел
убрать в сумку.
- Вы купили пуговицы? - спросил Шалго у Хубера.
- Пришлось, - сказал тот. - Сделку заключал еще Меннель, по поручению
фирмы.
- И за сколько, интересно, вы продали их? - обратился Шалго с вопросом к
Тибору.
- Как было договорено, - уклончиво ответил Сюч. - А вообще-то сделка более
выгодна для казны, чем для меня: она
получит доллары, а я только форинты.
- Слушай, Фельмери, ты можешь поверить, что за эти вот пуговки кто-то готов
платить доллары? - И Шалго шутливо
толкнул в бок лейтенанта.
- Не уверен, - ответил тот и взял в руки один из листов картона. - Хотя
пуговицы красивые! Сколько же они стоят? -
спросил лейтенант, взглянув на Тибора. - В долларах?
- Дорого... - снова попытался уйти от ответа Сюч.
- Пять тысяч пятьсот долларов, - ответил за него Хубер.
Шалго, прищурил глаза, посмотрел на Хубера.
- И вы уже расплатились? - спросил он.
- У меня нет при себе таких денег.
- Но я думаю, господин Сюч согласится принять от вас и чек? - спросил
Шалго. - А в банке он получит потом по нему
деньги.
- Но у меня нет с собой и чековой книжки, - сказал Хубер.
- Ну надо же! - воскликнул Шалго. - Совсем позабыл о вашей чековой книжке,
а ведь специально затем и шел, чтобы
отдать ее вам! - Он вынул из кармана конверт и передал Хуберу:
- Пожалуйста!
- Спасибо, - поблагодарил Хубер.
Тибор Сюч, совершенно сбитый с толку, тупо уставился на Хубера.
- Это и есть ваш друг?! - кивнул он в сторону Шалго.
- А чему вы удивляетесь? Вы же сами сказали, что мы должны "петь в унисон".
- Подлый предатель! - задохнувшись от злобы, прошипел Тибор Сюч.
- Они оба - агенты Меннеля, - спокойно сказал Хубер, показав на Тибора и
Беату. - Он с прошлого года, а мадемуазель уже
три года. Кстати, и жених ее тоже. А в этих пуговичках - кадры микропленки.
- Здорово вы меня провели, господин Сюч, - с наигранной укоризной
проговорил Шалго. - А ведь я верил вам. Ну что ж,
тогда следуйте за лейтенантом Фельмери, дети мои. А ты, дружок, - обратился он к
Фельмери, - захвати с собой и эти
игрушечки.
Когда Шалго и Хубер остались вдвоем, Хубер с обидой сказал:
- Вы по-прежнему не доверяете мне?
- Вы имеете в виду микрофон? Так ведь этой мудрой предусмотрительности вы
обязаны своей жизнью. До свидания!
- До свидания! - И Хубер проводил Оскара Шалго на веранду. - Еще минутку,
господин Шалго. Вы уже знаете, кто убил
Виктора Меннеля, не так ли?
Шалго вынул сигару изо рта. В глазах его светилась улыбка.
- "Ибо нет ничего тайного, что не сделалось бы явным, ни сокровенного, что
не сделалось бы известным..." Евангелие от
Луки, глава восьмая, стих семнадцатый, - сказал он, спускаясь по ступенькам
террасы.
Хубер долго с удивлением смотрел ему вслед и не заметил, как за его спиной
в гостиную вошла Бланка. Увидев ее, он
медленно приблизился к ней и крепко взял за руку.
- Больно! - тихо вскрикнула Бланка. - Отпусти. - Хубер отпустил руку. -
Уезжай! - прошептала она. - Я даю тебе добрый
совет: уезжай, пока не поздно!
Хубер отошел на шаг.
- Это угроза? Или действительно только совет?
- Совет. - Бланка повернулась, подошла к двери и посмотрела в сад.
- Виктору Меннелю ты советовала то же самое?
- Да, то же самое, - ответила Бланка, не оборачиваясь. Она не хотела
встречаться с ним взглядом. - То же самое. Но он не
послушал моего совета.
Хубер закурил сигару.
- Ну, а если и я не последую твоему совету, меня тоже прикончат? - спросил
он холодным, бесстрастным тоном.
- Не переиначивай мои слова, - устало проговорила Бланка.
- Я не переиначиваю... - Хубер приблизился вплотную к ней, но потом, словно
передумав, отошел, сел на кушетку и
неожиданно спросил:
- Кто убил Виктора? И почему?
Бланка нервно покрутила на пальце кольцо с крупным топазом. Лицо ее было
бледным.
- Если бы я даже и знала это, то все равно не сказала бы тебе.
- Ну, мне-то как раз ты можешь сказать.
- Никому. И тебе тоже.
- Шалго подозревает в убийстве тебя, а полковник Кара - твоего сына.
- Шалго идиот. Кару я не знаю. - Она подняла взгляд на спокойное лицо
Хубера. - Не понимаю только, на каком основании
Шалго может подозревать меня?
- Ты чуть не потеряла сознание, увидев меня здесь. Это вышло очень
некстати. Кроме того, он не мог не заметить, что ты
намеренно меня избегаешь...
- Но ты же сам велел мне быть осторожной, предупредил, что у нас в доме
установлен подслушивающий аппарат.
- Я не говорил, что в доме. Выражайся точнее. Я хорошо помню, что говорил.
Здесь, в гостиной, сказал я, установлен
тайный микрофон... Но я часами гулял по берегу. При желании ты могла бы туда
прийти ко мне. Трижды я ездил в
Балатонфюред. Ты знала, что я был там на кладбище...
Бланка не отвечала. Нервничая, она снимала и вновь надевала кольцо.
- Ты уверен, что сейчас здесь нет микрофона? - спросила она.
- Можешь не опасаться, - сказал Хубер. - Но повторяю, Шалго подозревает
тебя. - И, многозначительно посмотрев на
Бланку, добавил:
- Возможно, не без основания...
- Виктора убила не я, - тихо возразила Бланка. - Кто-то сумел опередить
меня. Когда Меннель сказал мне, чего он хочет, я
решила убить его. В ту же ночь я зашла в кабинет Матэ и украла у него из
аптечного шкафа ампулу с цианистым калием. А
утром чуть свет помчалась в Фюред исповедаться и покаялась своему старому
духовнику в этом намерении. Бедного старца
чуть удар не хватил. Разумеется, я не открылась ему, кого и почему хочу убить.
Я просила только об отпущении греха до его совершения. И конечно же, он
отказал мне в отпущении. Вот ты и знаешь все.
Хуберу стало жалко ее. Он понимал, почему она рассказала ему обо всем.
Нет, не в порыве откровенности. Она хотела, чтобы он увидел ее готовность
на все, вплоть до убийства, если он попытается
действовать, как Меннель.
Хубер стряхнул пепел с сигары.
- Перед моим отъездом мы еще поговорим с тобою об этом деле, - спокойно
сказал он.
- Когда ты уезжаешь?
- Надеюсь, сегодня вечером или завтра утром.
- И мы никогда больше не встретимся?
- Никогда. Ты ведь сама так хотела.
- Да. И ты оставишь меня в покое?
- Ты не веришь мне?
- Я уже и самой себе не верю, - призналась Бланка.
Хубер нахмурил брови. "Если она больше не доверяет мне, - подумал он, - все
мои усилия напрасны..."
- Странный ты человек, Бланка, - задумчиво проговорил Хубер. - Я выдал
венгерским органам безопасности двенадцать
агентов. Несколько минут назад я выдал им Тибора Сюча и Беату с кучей важных
шпионских материалов.
Неужели ты не видишь, что я действительно сжег за собою все мосты? Неужели
и это для тебя не доказательство? Чего
тебе еще от меня нужно?
- Я верю тебе, - сказала Бланка. - Но я помню и свои страдания. Ты не
знаешь, сколько мне пришлось выстрадать. - На
глаза у нее навернулись слезы. - Не знаешь, - прошептала она. - И не можешь
этого знать.
Хубер потянулся через стол, чтобы пожать руку Бланке, но она отдернула
руку.
- Я сожалею об этом, Бланка. Поверь, я не хотел причинять тебе страданий. И
никогда не просил тебя о помощи. Я только
сообщил тебе, что со мной. Ты же сама помогала мне. Меня радовала твоя помощь,
но я никак не мог предположить, что под
конец все так получится... Наверное, ты не должна была мне помогать.
- Не в этом дело, - перебила его Бланка, - тем более что я сама согласилась
тебе помогать... - Горестная усмешка пробежала
у нее по лицу.
- Как ты сказал только что? "Я никогда не просил тебя о помощи". Будто ты
не понимал, что достаточно мне было
услышать, узнать, что с тобой, и я жизнь готова была отдать... И ты очень хорошо
знал, что я всегда отдавала всю себя, свое
сердце, душу. Да, ты действительно не просил. Но ты принимал мою помощь как
должное... А я, кого же я могу сейчас в чемто
обвинять? Я сама избрала этот путь, прекрасно представляя себе, что делаю, и
зная, что однажды наступит час расплаты и
расплачиваться за все придется мне самой.
Хубер вынул сигару изо рта и потушил ее в пепельнице. Хмурым взглядом
окинув залитую солнцем террасу, он
проворчал:
- Я умолял тебя после смерти Греты приехать ко мне.
- Умолял? Но ведь ты знал, что я не смогу оставить брата и сына. И наконец,
есть же и у меня хоть капля гордости.
- О, эта проклятая гордыня! - пробормотал Хубер. Он еще что-то хотел
добавить, но спохватился и замолчал.
- Теперь уж все равно. Так случилось, - продолжала Бланка. - Вечером ты
уедешь, через несколько дней увидишься со
своим сыном и начнешь новую жизнь. И я тоже попробую. Хотя и не верю, что мне
это удастся...
- Тебе, Бланка, как раз удастся, - убежденно проговорил Хубер. - А вот
удастся ли мне, не знаю... Мне еще предстоит
долгий путь. И для этого нужно еще кое-что сделать... В частности, продолжить
то, что начал Меннель...
- И не говори мне об этом, - замахала руками Бланка, а ее лицо стало
суровым и непреклонным.
- Нет, мы должны об этом поговорить, дорогая.
- Ты думаешь заставить меня?
- Меня тоже заставляют, Бланка. Мы все - жертвы принуждения.
- Ты не сможешь заставить меня. И никто не заставит. До какого-то рубежа я
еще готова была идти. Но дальше - нет.
Дальше я не пойду. Обречь себя на гибель я могла. Это было мое право. Но стать
причиной гибели других людей я не могу.
Не имею права. И ты не имеешь права. А если ты все же попытаешься совершить это
безрассудство, мы оба погибнем.
Хубер ясно видел, что слова ее - не пустая угроза. Но он продолжал:
- Мы не погибнем, Бланка. Теперь уже нет. И если ты все трезво обдумаешь,
то поймешь, что это и в твоих интересах...
Бланка протестующе подняла руку.
- Я все обдумала. Еще когда Меннель посвятил меня в свой адский план.
- Это не план, а решение руководства "Ганзы".
- План или решение - мне все равно.
- Бланка, я очень прошу тебя, не вынуждай меня...
- Ты мне угрожаешь? Но теперь я уже не боюсь твоих угроз.
- Дело не в нас с тобой, - уговаривал Хубер. - От твоего ответа зависит
судьба всех, в том числе Матэ и Казмера.
- Что ты хочешь этим сказать? - настороженно спросила Бланка.
- Девятнадцатого утром я разговаривал с Виктором, - медленно начал Хубер. -
Он говорил со мной по рации из
оперативной машины. Наш разговор я записал на пленку. А через час он уже был
убит. Но он успел сказать мне, что накануне
ты завтракала с ним. И вы снова говорили о "безумном плане" и поругались. Потом
ты сообщила Меннелю, что кто-то хочет с
ним встретиться утром, в восемь тридцать. Вы вышли на террасу, и ты показала ему
место на берегу, где его будет ожидать
тот человек. Ты сказала также, что за человеком ведется наблюдение. Поэтому
хорошо было бы, если бы Меннель
...Закладка в соц.сетях
