Жанр: Боевик
Агент 12.
АГЕНТ № 13
Андраш БЕРКЕШИ
Перевод с венгерского О.Громова и Г.Лейбутина
Двадцать пятого июля 1969 года Оскар Шалго по междугородному телефону
позвонил в Будапешт полковнику Эрне Каре,
занимавшему важный пост в контрразведывательной службе Венгрии.
- А, это ты, старый бродяга? - послышался в трубке знакомый голос. - Откуда
изволишь звонить?
- Из Балатонэмеда, - отвечал Шалго. - Будто ты не знаешь, что с весны я
безвыездно сижу в Эмеде?
- Откуда же мне знать? Великий детектив двадцатого века Оскар Шалго не
снисходит до своих бывших друзей.
- Интересно! - с притворным удивлением воскликнул Шалго. - А мне казалось,
что я разговаривал с тобой перед самым
отъездом. Значит, запамятовал. Прошу прощения. Кстати, чтобы не забыть: ты
знаешь что-нибудь о деле некоего Меннеля?
- Это не тот, что утонул в Балатоне несколько дней назад? - уточнил Кара.
- Он самый, - отвечал Шалго. - Только он не сам утонул, его убили.
- Убили? - удивился Кара.
- Да. Ему сначала свернули шею, а потом бросили в воду. Ты не мог бы, Эрне,
приехать сюда?
- Считаешь, что это дело по нашей части?
- Ничего я еще пока не считаю. Но очень хочу, чтобы ты приехал, - сказал
Шалго. - Жду тебя. А если уж никак не сможешь
выбраться сам, пришли хотя бы Шани Домбаи.
- Когда совершено убийство? - спросил Кара, придвигая к себе настольный
перекидной календарь.
- Двадцатого июля. Между восьмью и девятью утра.
Кара взглянул на календарь. Иными словами, подумал он, в воскресенье утром.
Но почему Шалго позвонил только теперь?
- Когда прикажешь выезжать, начальник? - спросил Кара.
- Чем скорее, тем лучше.
- Завтра к полудню буду у вас, - пообещал Кара.
Сразу же после этого разговора полковник пригласил к себе своего
заместителя Шандора Домбаи.
- Завтра утром я еду в Балатонэмед.
- Мы же собирались с тобою ловить рыбу в Таше?!
- В Эмеде тоже есть виды на большой улов, - возразил Кара и рассказал о
телефонном звонке Шалго.
- Ох уж этот мне старый бродяга! Не знает покоя, персональный пенсионер, -
закуривая, заметил Домбаи и покачал
головой. - Отдыхал бы себе, ловил бы рыбку, сидя на берегу!..
- Не тот человек Шалго. Он никогда не выйдет из игры, - проговорил
полковник. - И как всегда, никому не будет доверять.
Я знаю, это глупо, но это так. И если мы до сих пор не смогли перевоспитать его,
нечего надеяться, что он исправится сам по
себе. Верит он только в себя да в нас с тобой, - с улыбкой посмотрел он на
Домбаи. - Мило с его стороны, не правда ли?
- Интересно, что он будет делать, когда и мы с тобой уйдем на пенсию? -
спросил Домбаи. - Нам его сообщения тогда будут
так же нужны, как балатонскому судаку зонтик. Или ты думаешь, что, выйдя на
пенсию, мы все втроем откроем частное
сыскное бюро? "Кара и Кo"! Сто пять процентов гарантии!..
Кара повернулся к Домбаи. Лицо его было бледным и усталым.
- Я поеду на Балатон завтра утром, - сказал он после недолгого молчания. -
С собой возьму лейтенанта Фельмери. А ты
пока запроси подробную информацию по этому делу из Веспрема.
Утром следующего дня полковник Кара в сопровождении лейтенанта Фельмери
выехал на Балатон.
Вишневый, похожий на хлопотливого жучка "фольксваген" проворно бежал по
шоссе.
Лейтенант Фельмери молча сидел рядом с полковником, который, как обычно,
был не очень разговорчив. Полковник не
случайно взял в эту поездку Фельмери, выбрав его из многих молодых сотрудников.
Во время поездок на периферию Кара всегда старался поближе познакомиться с
молодежью. Он внимательно выслушивал
собеседника, лишь в случае крайней необходимости перебивая его уточняющими
вопросами.
Фельмери он до сих пор ни о чем не спрашивал. Только в самом начале поездки
попросил доложить ему о деле Меннеля.
- Полагаю, вчера вечером вы его обстоятельно изучили?
- Конечно, - подтвердил Фельмери.
Ровно, едва слышно жужжал мотор, ослепительно сверкала дорога под лучами
яркого утреннего солнца.
- Виктор Меннель родился в Мюнхене в тридцатом году, - начал доклад
лейтенант. - Если память не изменяет - десятого
апреля. По документам он числился руководителем гамбургского филиала акционерной
торговой компании "Ганза".
Проживал в Гамбурге по адресу: Шиллер-плац, три. Холост.
Внешность: рост сто восемьдесят два сантиметра, лицо овальное, волосы
темно-русые, глаза карие, усов и бороды не носит.
- Особые приметы? - уточнил Кара, обгоняя медленно шедшую впереди "шкоду".
- Никаких, - сказал Фельмери и продолжал:
- Пятнадцатого июня этого года "Ганза" обратилась к Венгерской торговой
палате с письмом за подписью директора
акционерного общества Эгона Брауна, в котором германская фирма высказала
пожелание установить прямые контакты с
венгерскими предприятиями. В случае положительного ответа "Ганза" была намерена
направить своего представителя в
Будапешт с целью изучения рынка и деловой конъюнктуры в стране. Наибольший
интерес для фирмы, говорилось в письме,
представляют фармацевтическая промышленность, производство и обработка легких
металлов, а равно возможные поставки
лабораторного оборудования и точных приборов. Тридцатого июня Торговая палата
ответила фирме "Ганза":
"Готовы принять Вашего представителя" и т.п. Ответное письмо было подписано
начальником Главного управления
Мартеном.
- Вы читали этот ответ Венгерской торговой палаты? - спросил Кара, приятно
удивившись обстоятельному докладу
молодого офицера.
- Товарищи из Веспремского областного управления передали мне егоГлава 2
Оскар Шалго сидел в глубине затененной террасы, спиной к озеру.
Фельмери расположился напротив него, поглядывая то на хозяина дома, то на
полковника Кару. Было заметно, что старый
детектив страдает от нестерпимой жары и высокой влажности воздуха. Фельмери про
себя отметил, что словесный портрет
Шалго был написан полковником весьма правдиво. Жара его совсем доконала: он
буквально обливался потом. Зной в это лето
стоял редкостный, и, пожалуй, сам Фельмери, вместо того чтобы изнывать на
террасе от духоты, предпочел бы пойти и
окунуться в озеро, благо оно совсем рядом. Но ничего не поделаешь: им надо
сидеть и ждать, пока приедет майор Балинт.
Фельмери взглянул на часы. О, уже три часа. Вон и Кара начинает позевывать,
хозяин дома давно уже задремал. Мысли
Фельмери обратились к Илонке Худак, девушке, беседовавшей с хозяйкой на кухне.
По фамилии - словачка, а внешне -
типичная венгерка: кареглазая смуглянка, какие родятся где-нибудь под Сольноком,
на берегах средней Тисы. Хорошо бы
пригласить ее покататься на лодке по вечернему Балатону! Великолепно расположен
дом Шалго! И лейтенант обвел взглядом
виллы, вытянувшиеся вереницей по склону холма.
Но вот из кухни вышла Илонка, и лейтенант Фельмери еще раз не без
удовольствия посмотрел на ее складную фигуру в
белоснежной блузке и синих шортах, а особенно на ее длинные, свободно падавшие
на плечи темно-русые волосы,
перехваченные у самой макушки голубой шелковой лентой. Заслышав шаги, Шалго
встрепенулся, открыв глаза.
- Как, вы уже уходите? - удивился он.
- Пора, - улыбнувшись, ответила девушка. - Я же с самого утра у вас здесь.
А вы отчего не идете купаться? - спросила она,
обращаясь, к лейтенанту.
Но ответил за него Шалго:
- Некому дорогу к озеру показать. - И тут же сам спросил:
- Казмер уже вернулся из Будапешта?
- Откуда я знаю? Что, я ему нянька, что ли?
Голос ее сразу сделался резким, недовольным.
"Казмер? - подумал Фельмери. - Это, наверное, сын профессора, Казмер
Табори". Он встречал это имя в материалах дела.
Не ускользнуло от его внимания и то, как сердито, даже зло посмотрела девушка на
Шалго.
- А ты не груби, - пожурил ее Шалго. - Ишь ты, как на меня зарычала!
- Будешь тут грубить! Два дня подряд мучаете меня расспросами о Казмере.
Откуда я знаю, где он?
Лиза заглянула на террасу и тихо сказала девушке что-то по-польски.
Илонка так же негромко ответила ей и сразу же вышла, не прощаясь.
- Чего ты к ней пристаешь? - спросил полковник Оскара Шалго.
- Подозрения у него, - сказала Лиза и, вытерев руки передником, присела
рядом с мужем на лавку. - Этот мудрейший из
мудрейших вдруг пришел к выводу, что в ночь на двадцатое Илонка не ночевала
дома. А Казмер накануне тоже только около
десяти часов вечера вернулся из Будапешта.
- И он подозревает, что эту ночь они провели вместе? - переспросил Кара. -
Что ж, я понимаю зависть старика. Но что в том
подозрительного?
Илонка красивая девушка. Не так ли, лейтенант? - повернулся он к Фельмери.
- Охотно оказался бы на месте Казмера, - подтвердил Фельмери, но
почувствовал, что его развязный ответ не понравился
хозяйке, и в замешательстве стал смотреть в сад, куда только что ушла девушка.
Шалго что-то негромко шепнул жене. Однако
лейтенант уже больше не прислушивался к разговорам в комнате, так как его
внимание было целиком поглощено только что
проехавшей мимо дома машиной. Номера машины он, конечно, не мог видеть: мешали
кусты живой изгороди. И все же он
успел разглядеть, что это был "мерседес-280". Элегантный автомобиль серебристого
цвета почти бесшумно проскользнул по
аллее и остановился перед виллой профессора.
- Ни в чем я ее не подозреваю. Просто я действительно хотел бы знать, где
был Казмер в ночь на двадцатое июля.
Кара ничего не ответил ему. А Фельмери вообще показалось странным, что
полковник с момента их приезда ни одним
словом не обмолвился о деле Меннеля. Вот и поди их разбери! В академии их учили
совсем не так организовывать следствие.
Но уж полковнику-то, наверное, лучше знать, как действовать... Вот и теперь
разговор идет о чем угодно, только не о
преступлении. Ну какое дело полковнику Каре до урожая винограда в этих краях? Да
и Шалго не председатель кооператива и
не виноградарь, и, судя по его далеко не стройной фигуре, он видит только в
киножурналах, как собирают виноград.
Поднялась Лиза, поправила выбившуюся прядь седеющих волос, сняла свой
передничек - синий, в мелких белых
цветочках.
- Кажется, к соседям гости приехали. Пойду взгляну и я на них.
- Ступай, душечка, - слегка приподняв тяжелые веки, сказал Шалго и
влюбленно посмотрел вслед своей хрупкой жене.
Лиза прошла по садовой дорожке, окаймленной кустами смородины. Фельмери
только сейчас разглядел в легкой
проволочной изгороди, разделявшей два соседствующих сада, небольшую калитку.
Значит, соседи дружны. Судя по всему,
калитка даже не запирается, открыта в любое время. Лейтенант спустился с веранды
в сад и прошел по тропинке до высокого
орехового дерева. Здесь он остановился и внимательно оглядел двухэтажную виллу
профессора Табори. Террасы отсюда не
было видно, так как она выходила на озеро, зато отлично просматривались ворота и
въезд в гараж. "Мерседес" уже стоял
перед гаражом.
Пока он прогуливался, успел прибыть майор Миклош Балинт. Лейтенант
представился и, расположившись в сторонке,
принялся его разглядывать. Это был молодой, несколько грузный для своих лет
мужчина лет тридцати пяти, атлетического
сложения, круглолицый, загорелый, с выцветшими добела волосами, в рубашке с
короткими рукавами и в парусиновых
джинсах. Кара предложил новому гостю вина, кивком пригласив и Фельмери.
- Ну что ж, Миклош, поведай нам, что у вас с этим делом Меннеля?
Балинт закурил и не спеша пересказал столичным гостям все, что, собственно,
они уже и сами знали.
- Мне только мотивы этого преступления неясны, - заключил свой рассказ
майор. - Я просто ума не приложу, кому и зачем
понадобилось убивать этого Виктора Меннеля? В целях ограбления - едва ли: у него
ничего не взято из ценностей.
Предположить, что он был убит по политическим мотивам? Кем?
Почему? По нашим сведениям, Меннель в Венгрию приехал впервые. Я уж не
говорю о том, что, если его убили все-таки
по политическим мотивам, почему убийцы не забрали ценности, чтобы запутать
следы?
- Нет, Миклош, - возразил Кара, - политические убийцы обычно этого не
делают. Они, как правило, не хотят вводить
власти в заблуждение.
Наоборот...
- Это если они думают так же, как наш друг Миклош Балинт! - поспешил
заметить Шалго.
- Сделай милость, дорогой Шалго, - уже недовольно посмотрев на хозяина,
попросил майор. - Забудь на время обо мне.
Шалго лениво почесал волосатую грудь.
- Вот если бы я о тебе забыл, тогда бы ты действительно обиделся на меня,
Миклошка! Мы же вместе с тобой едем на
рыбалку в субботу. Так что эту игру мы уж доиграем до конца.
- Может быть, кто-то из ревности придушил его? - начал было лейтенант, но
Балинт не дал ему закончить мысль:
- Думали мы и об этом. И, честно говоря, такое предположение кажется нам
даже наиболее вероятным. Хотя, по
имеющимся у нас материалам расследования, Меннель за время пребывания в Венгрии
не встречался ни с одной женщиной.
- Не встречался или вы не знаете, что он встречался? - уточнил Шалго,
вынимая из кармана толстенную сигару.
- Верно, - согласился майор. - Или мы не знаем об этом. Однако сегодня
утром мы напали на очень интересный след.
- А именно? - спросил Кара. Он встал с кресла и принялся прогуливаться по
выложенной каменными плитками террасе.
- Магда Цапик, официантка из кафе, утверждает, что вечером девятнадцатого
июля Меннель был в кафе с каким-то
молодым человеком приблизительно его же возраста. Они сидели за столиком в углу,
- пояснил Балинт. - Выпив по две
рюмки коньяка, они сразу же ушли.
- Вечером? В какое время?
- В восемь часов.
- Это уже интересно, - подхватил Шалго.
- Ну вот, хоть что-то да показалось вам наконец интересным, папаша! -
рассмеялся майор. Но тут уже полковник Кара
остановил их обоих, посоветовав приятелям отложить пикировку до выезда на
рыбалку и говорить только по существу.
- Магда Цапик, - продолжал докладывать Балинт, - очень хорошо помнит, что
Меннель и его спутник говорили друг с
другом по-французски. А также что рассчитывался за коньяк тот, другой. Она
французского не знает, поэтому ей не известно,
о чем они говорили, видно было только, что оба были возбуждены. Пробыли они в
кафе минут двадцать - двадцать пять.
Спутник Меннеля был ниже его ростом, но плотнее, крепче. Показания Цапик
подтвердил и Адам Рустем, кассир с
платного гостиничного пляжа. Он встретил их на пляже в тот же вечер, часов в
девять. Они прогуливались по пляжу и
оживленно говорили по-французски.
- А сам Рустем знает французский? - спросил Кара.
- Да. И кроме французского, еще четыре иностранных языка, - вставил Шалго.
- И довольно хорошо.
- Почему же он не работает заведующим отделом в Венгерском бюро
иностранного туризма? - удивился Кара и сделал
пометку в своей записной книжке об Адаме Рустеме, кассире с гостиничного пляжа,
полиглоте.
Балинт, продолжая рассказ, пояснил, что Рустем раньше служил библиотекарем
в соседнем монастыре, но во время
событий 1956 года руководил вооруженной бандой, за что был осужден на десять лет
лишения свободы, и был освобожден
всего, два года назад. В зимние месяцы Рустем работает в местной библиотеке, а
летом до конца сезона - на пляже.
Кара понимающе кивнул головой и про себя решил поближе познакомиться с
Рустемом.
- И теперь вы ищете неизвестного "плотного" мужчину? - спросил он Балинта.
Майор кивнул головой.
- Нам уже удалось установить, что человека, похожего на описанного, никто
не помнит из обслуживающего персонала
отеля. А это значит, что в гостинице он не проживал, так как с восемнадцатого
июля из отеля не уехал ни один из гостей.
- Есть здесь поблизости кемпинги? - продолжал расспрашивать Кара.
- Есть, - кивнул Балинт. - Мои ребята изучают, кто сейчас там живет.
Нам бы хоть национальность или гражданство этого неизвестного узнать.
- А что это даст? - возразил Кара. - От этого мы не станем умнее.
Отпечатки пальцев не обнаружены?
- Отпечатков много, но криминалисты считают, что мало какие из них можно
принимать во внимание.
- Лодку тоже осмотрели? - спросил Шалго.
Майор Балинт бросил просительный взгляд на полковника:
- Вот видите, товарищ полковник, он опять за свое! Неделю назад убит
человек, труп сбросили в воду. А мудрый Шалго
сидит и с невинным видом вопрошает, осмотрели ли мы лодку! Ну что можно ему
ответить на такую глупость?
- Сказать что-нибудь еще более глупое, - посоветовал Кара.
- Между прочим, сейчас я как раз и не шучу, - возразил Шалго. - Спрашиваю
вполне серьезно и не без причины.
- Осмотрели, разумеется, - выдавил нехотя Балинт. - Ничего в ней не было,
кроме двух весел и с полведра затхлой воды.
Кара стоял у самой двери, ведущей с веранды в сад, и глядел вдаль.
Знойное солнце постепенно растопило дымку над озером, и теперь по глади вод
побежали миллионы сверкающих полос.
Вернувшись к собеседникам, Кара поблагодарил майора за доклад, спросил,
есть ли в поселке прямая телефонная связь с
Будапештом, и попросил подключить телефон Шалго на один из свободных номеров,
одновременно установив на местной
АТС приспособление против подслушивания разговоров по этому каналу посторонними.
- Сколько времени вы собираетесь пробыть здесь, товарищ полковник? -
спросил Балинт.
- Еще не знаю, - ответил Кара, пожав ему руку. - Попытайтесь все же
разыскать того неизвестного "француза".
Но прежде чем Балинт успел удалиться, Шалго еще раз спросил его, не нашли
ли его сотрудники чего-нибудь достойного
упоминания в машине Меннеля. Балинт подозрительно покосился на Шалго,
предчувствуя очередную провокацию. Но лицо
толстяка оставалось непроницаемым, и во взгляде его не было и намека на улыбку.
И это уже совсем не понравилось майору.
Он-то уж знал, что если Шалго всерьез интересуется чем-то, пусть самым
обыденным, то, значит, на это у него есть веские
причины. И Балинту теперь уже было ясно, что Шалго после официального осмотра
сотрудниками милиции сам еще раз
тщательно обследовал и лодку и машину. И, по-видимому, нашел в ней что-то такое,
что должны были найти они, работники
уголовного розыска. Но что же мог старый лис обнаружить в машине?
- Да, осмотрели, - ответил он с порога. - И тоже ничего не обнаружили.
- Ну, спасибо, Миклош, - сказал Шалго. - Ты меня успокоил.
- Рад этому, - в тон ему ответил Балинт и сбежал вниз по ступенькам.
Шалго удивительно легко встал с кресла, прошелся до двери, прищурившись,
посмотрел вслед майору. Когда он
повернулся к сидевшим на террасе, Фельмери заметил на его лице плутовскую
усмешку. Шалго проследовал старческой,
шаркающей походкой к столу, налил себе полный бокал вина и одним духом осушил
его.
- Ну и что, старина? - подсаживаясь к столу, нетерпеливо воскликнул Кара. -
Что ты там опять придумал?
- Суммировал все услышанное, - признался Шалго. - Послушайте, лейтенант, а
вы-то почему все время отмалчиваетесь?
- Не любитель я много говорить, - признался Фельмери.
- И все же я хотел бы слышать ваше мнение об этом деле.
Лейтенант вопросительно посмотрел на начальника. Тот одобрительно кивнул
головой. Фельмери смутился. Что-то
похожее на экзамен?
- Сложное дело, - уклончиво промолвил он. - И во многом для меня еще
непонятное. Во-первых, почему Меннелю нужно
было навещать наш исследовательский центр фармакологии? Во-вторых, откуда ему
было известно, какое именно
лабораторное оборудование этому институту требуется.
Небезынтересен и такой факт, что Меннель был подготовлен к тому, чтобы
сразу предложить значительно более низкие
цены на оборудование, чем конкуренты. Я бы на месте майора Балинта сосредоточил
все внимание именно на этих
моментах...
- Короче говоря, - перебил его Кара, - тебя интересует, откуда мог Меннель
знать заранее о предстоящем переоборудовании
института?
- Да, - подтвердил лейтенант.
- Вы считаете, что между переговорами, проходившими в исследовательском
центре, и убийством Меннеля есть какая-то
причинная связь? - уточнил Шалго.
- Возможно. - Фельмери на мгновение задумался. - Как возможно и то, что
Меннеля убили по приказу какой-то из
конкурирующих фирм. Хотя в таком случае перед нами самое заурядное уголовное
преступление.
- Следовательно, вы исключаете возможность того, что Меннель стал жертвой
преступления по политическим мотивам? -
допытывался Шалго.
- Так ведь нет никаких признаков того, что убийство было совершено по
политическим мотивам, - твердо сказал лейтенант.
- Пока все, что говорит Фельмери, звучит правдоподобно, - поддержал его
полковник. - Если, конечно, ты не держишь за
пазухой какого-нибудь весьма убедительного аргумента, который опроверг бы это
его утверждение.
- Я обследовал автомобиль Меннеля, - сказал, стряхнув с коленей сигарный
пепел, Шалго.
- Когда? - спросил полковник.
- Сразу же после обнаружения убийства. - Он налил себе еще вина, сделал
несколько глотков и вытер рукою полные,
мясистые губы. - Я, конечно, не очень разбираюсь в технике, но, едва поднял
капот, сразу же понял, что эта машина не
серийная. И мотор для нее тоже был сделан по специальному заказу. Покопавшись
немного, я обнаружил за приборной
панелью небольшую, но достаточно мощную рацию.
- Да ты что, смеешься?! - вскричал полковник.
- И не думаю. И самое интересное, что питается этот передатчик не от
аккумулятора.
- Больше ему неоткуда питаться, - возразил Фельмери.
- Представьте себе, не от аккумулятора, - настойчиво повторил Шалго. -
Можете на меня положиться. И потому амперметр
совершенно не показывает наличие этого потребителя тока.
- Интересно! - Кара уже не жалел, что послушался Шалго и приехал сюда по
его приглашению. Выходит, старый следопыт
и на этот раз оказался прав и убийство Меннеля и в самом деле не обычное,
заурядное уголовное дело?!
- Кроме того, я нашел в машине еще и надежно упрятанный пистолет с
глушителем, - продолжал Шалго. - Что же касается
рации, то с помощью хорошо замаскированной кнопки ее можно в течение десяти
секунд привести в рабочее состояние. Так
что позвольте мне теперь спросить вас почтительно: что это за мирный купец,
который возит с собой бесшумный пистолет, не
говоря уж о приемно-передающем радиоустройстве?
Лейтенант вопросительно посмотрел на Кару, но тот задумчиво продолжал
глядеть куда-то вдаль.
Лиза возвратилась уже к концу их оживленного разговора. Она сказала, что в
доме Табори очень накаленная атмосфера,
что все почему-то нервничают. Впрочем, это можно понять: ведь убитый жил у них
на квартире.
- Погоди, дорогая, ты нам не о том рассказываешь, - остановил ее муж. - Ты
лучше об их гостях нам доложи, все по
порядку.
- А что о них сказать? - возразила Лиза. - Приехал новый гость.
Какой-то доктор Отто Хубер. Немец. На вид лет пятидесяти пяти. Высокий,
примерно с тебя ростом, Эрне. Но в плечах
будет пошире. Волосы черные, с заметной сединой. Спокойный, разговаривает
негромко. Хорошо говорит по-венгерски.
- Вот как? - воскликнул Шалго. - Ох, не люблю я немцев, хорошо говорящих
по-венгерски. - Он выразительно посмотрел
на полковника. Ему вспомнился эсэсовец Шликкен. По спине у Шалго пробежали
мурашки. Лиза же рассмеялась:
- Ну, конечно, говорит он не так изысканно, как я. Но все слова произносит
правильно, старается точно формулировать
мысли, хотя и заметно, что думает он при этом по-немецки.
Тут она взглянула на мужа и не смогла удержаться от возгласа возмущения:
- Шалго, ты просто невозможен! Опять запорошил и пол и брюки этим проклятым
пеплом!
- Милочка, оставь ты на время в покое мои брюки! Дело, о котором ты нам
рассказываешь, куда важнее и пепла, и пола, и
даже моих брюк!
- Скажите, Лиза, - вмешался Кара, - Хубер приехал один?
- Нет, с ним какой-то молодой человек. Кажется, кто-то из Торговой палаты.
Но он оставил немца здесь, а сам тотчас же
уехал назад, в Будапешт.
- А Табори знал, что к нему приедет Хубер? - продолжал расспрашивать
полковник.
- Мне показалось, что знал.
- Должен был знать, - заметил Фельмери. - Торговая палата известила фирму
"Ганза" о смерти Меннеля. Если мне не
изменяет память, "Ганза" ответила, что они пришлют в Будапешт своего нового
представителя.
- Конечно, знал, - согласился Шалго. - Но почему это так важно?
- Важно в том случае, - пояснил Кара, - если мы примем за аксиому
предположение, что Меннель приезжал в
исследовательский центр фармакологии для установления деловых контактов. Твоя же
находка, Шалго, проливает на эти
"деловые" контакты новый свет. Теперь уже с полным основанием можно
предположить, что Меннель приезжал в Будапешт
не только для того, чтобы добиться заказа на поставку лабораторного
оборудования, но и ради чего-то еще. Только мы пока
еще не знаем, какое задание должен был выполнить Меннель, находясь в Венгрии.
- Да, мы много чего еще не знаем, - заметил Шалго.
Лиза молча смотрела то на мужа, то на гостя.
- А что, если... - произнесла она, скорее обращаясь с вопросом к самой
себе, чем к остальным, - если вдруг выяснится, что
Виктор Меннель приезжал для установления контакта не с центром фармакологии, а
лично с профессором Табори или с кемто
другим?
- Я уже думал об этом, - сказал Кара. - Если это действительно так, история
становится тем более интересной.
"Странно, - рассуждал Фельмери, - убили какого-то типа, а полковник и
Шалго, вместо того чтобы выяснить, кто убийца и
почему он совершил это преступление, принялись гадать, зачем Меннель приехал в
Венгрию".
- Вы следите за нашей беседой, Фельмери? - обратился вдруг Кара к
задумавшемуся лейтенанту. - Или дремлете?
- Слежу, - отвечал лейтенант.
- И каково ваше мнение?
- Пока еще не знаю. - Фельмери смущенно посмотрел на хозяйку и во взгляде
ее приветливых глаз словно прочел
поддержку. - Мне кажется, что важнее всего поймать убийцу. А тогда уж мы получим
ответ на все вопросы, которые нас
интересуют.
По лицу Шалго было видно, что ответ лейтенанта ему пришелся не по вкусу.
- А вот меня, юноша, жертва интересует куда больше, чем убийца, - сказал
он. - Мне кажется, что ответы на многие
вопросы мы должны получить еще до того, как найдем и схватим преступника. Ведь
возможен и такой вариант, что между
секретным заданием Меннеля и его убийством нет вообще никакой связи.
- Возможен, - согласился Фельмери. - Но тогда нам первым делом нужно
выяснить, имеет ли фирма
...Закладка в соц.сетях
