Жанр: Боевик
Агент 12.
...тельно, люди Меннеля были связаны с кем-то из сотрудников НИИ.
По-моему, это логично.
Казмер встал, потянулся, налил себе в рюмку немного коньяку и выпил.
- Логично. Но только при одном условии, - сказал он, обращаясь к
полковнику. - Если бы конкурсные требования не были
известны еще где-нибудь. А их знали, по-моему, сотни людей. Например, работники
министерства внешней торговли. Наши
торгпредства в Лондоне, Стокгольме и Париже. Хотя могло быть и так, что Меннель
добыл их у своих конкурентов.
Известно ведь, что все мировые фирмы пристально следят друг за другом.
- Откуда вам это известно? - спросил Кара.
- От вас.
- От меня?
- Да. Я прослушал специальный цикл лекций в МИДе.
- Казмер назначен в Москву секретарем смешанной советско-венгерской
комиссии по научно-техническому
сотрудничеству, - пояснила Лиза. - Через три недели он уезжает.
- Так вот, одну из этих лекций - о подрывной деятельности некоторых
иностранных разведок - прочитали нам вы, товарищ
полковник. Вас я и процитировал сейчас.
- Вы правы. Вполне возможно, что мы ищем не там, где надо. Меннеля могли
убить из мести. Или из ревности. Или еще
по какой-то неизвестной нам причине. Вот вы, например, просто не любили его, как
я понял.
- Он был мне противен, - подтвердил Казмер, крутя зажигалку на столе. - Но
это еще ничего не значит. Я субъективист.
Есть люди, которые мне нравятся с первого взгляда. Как, например, папаша Шалго.
Мне он очень симпатичен. А вот Меннель
- совсем наоборот.
- Он вас оскорбил или обидел?
- Нет, меня - нет...
- Может быть, Илонку? - вмешался в разговор Шалго.
- Илонку? - Казмер смутился, утратив на какое-то мгновение свое
подчеркнутое спокойствие. - Это что, ваша новая
наживка?
- Прошу прощения, что я вмешиваюсь, - сказал профессор Табори. - Но мнение
Казмера действительно весьма
субъективно. Зачем делать из Меннеля черт знает кого? Ведь в общем-то он был
умным, образованным, хорошо воспитанным
молодым человеком.
- Пижон, зазнайка, подонок, - выпалил Казмер, теряя самообладание. - Да
хочешь знать, что за личность был этот твой
Меннель?
- Ты что, с ума сошел, мой мальчик?
Казмер нервно кусал губы. Несколько мгновений он оставался неподвижным,
потом круто повернулся и, сбежав вниз с
террасы, направился к воротам.
Фельмери последовал за ним. Еще с крыльца он увидел, что у ворот Казмер
остановился.
- Ила! Илонка! - громко позвал инженер. - Зайди к нам на минутку!
Издалека в ответ донесся голос девушки:
- Сейчас. Что случилось?
- Зайди, пожалуйста. - И Казмер поспешил ей навстречу.
Фельмери тоже вышел. Проходя мимо гаража, он заглянул внутрь: гараж был
пуст. "Куда же делась машина Меннеля?" -
подумал лейтенант.
А Илонка уже бежала через дорогу к воротам дома Табори. Кара, услышав, как
скрипнула калитка, подумал, что было бы
очень интересно знать, о чем говорит сейчас Казмер с девушкой. "Ну, да Фельмери
молодец: догадался тоже выйти. Может,
он услышит?.."
Но вот на дорожке мелькнуло что-то ярко-фиолетовое, и на террасе появилась
гостья - в цикламеновом болеро и такого же
цвета шортах. Сама же Илонка была шоколадно-коричневой от загара.
- А ну скажи-ка, Илонка, какие предложения делал тебе этот мерзавец
Меннель? - обратился к девушке Казмер.
Илонка, смущенно потупившись, стояла посреди гостиной.
"Надо было накинуть хотя бы халат, - подумала она. - Ладно, теперь уж все
равно. Вон лейтенант как уставился..."
- Он предложил мне стать его любовницей.
- Что за чепуха! - недовольно замахал руками профессор. - Какая-то
фантасмагория. Ни за что не поверю!
- Это уж ваше дело, дядя Матэ! - резко бросила Илонка.
- Когда он вам это предлагал?
- В субботу вечером. Я купалась в озере, возле трех старых ив, а он...
- Мы купались, - перебив ее, уточнил Казмер. - А вернее, Илонка загорала на
берегу, а я был в воде.
- Может, сама Илонка лучше расскажет, как все это произошло? - негромко
заметил полковник.
- Пожалуйста, - согласилась девушка. - Меннель вышел из воды и подсел ко
мне.
- И так вот, ни с того ни с сего, предложил вам стать его любовницей? -
сердито спросил профессор.
- Нет, конечно, не сразу. Сначала наговорил всякой всячины, - возразила
Илонка, - хвастался, какая он важная птица.
Спросил, есть ли у меня жених.
Я сказала, что нет. "А поклонник?" "О, этих хватает!" Я, говорит, тоже
хотел бы поухаживать за вами. "Разрешите - не
пожалеете. Мы, немцы, щедрый народ". А затем говорит: "Вы мне очень нравитесь, и
я охотно провел бы с вами ночь". А
Казмер как раз вышел из воды и услышал эти слова.
- И что ты ему сказал? - спросил Шалго Казмера.
- Ничего. Спросил, есть ли у него сестра. Есть, говорит. Очень миленькая,
зовут Лиза. Так вот, говорю я ему, в следующий
раз привозите Лизу сюда, раз она миленькая. Я, может быть, тоже проведу с ней
ночь, а то и две. Он оскорбился, принялся
меня отчитывать. А я... я съездил ему по роже.
- Что сделал? - изумился профессор Табори.
- Дал ему в морду.
- Да, - с улыбкой подтвердила Илонка. - Вот так наотмашь, - взмахнув правой
рукой, показала она. - Бедняжка Меннель
сразу с ног долой. Никогда не думала, что у Казмера такой удар.
Илонке явно нравилось быть в центре всеобщего внимания, и она принялась с
точностью хроникального кино
воспроизводить подробности события.
- ...у Меннеля поначалу даже глаза на лоб полезли. Но потом он все же
поднялся, ощупал подбородок, огляделся по
сторонам, словно не помня, что с ним произошло.
- Ну да, он притворялся.
- Поделом ему! - вмешалась в разговор Лиза. - Правильно, мальчик! Так ему и
надо.
- Лиза, пожалуйста... Я тысячу раз просил вас...
- Матэ, не волнуйся, - дал совет Шалго. - Рассказывай, Илонка, как дальше
события разворачивались.
- Ну, Меннель вскоре пришел в себя. Стал извиняться, говорить, что пошутил.
А сам все кровь сплевывает. Губа у него
была рассечена.
- Сук-кин сын! - прищелкнул пальцами Шалго. - Вот негодяй. Пошутил!
- Да, пошутил, говорит. Ну, и Казмер ему в тон: извините, говорит, я вас
тоже... в шутку.
- Почему ты никогда ничего мне не рассказываешь? - кипя от негодования,
крикнул профессор племяннику. - Почему ты
не сказал мне об этом?
- А что бы ты сделал? - удивился Казмер. - Ну скажи, как бы ты поступил на
моем месте?
- В самом деле, Матэ, как? - улыбаясь, повторил вопрос Шалго.
- Во всяком случае, я не затеял бы такой безобразной драки.
- Вот потому я тебе ничего и не сказал.
Кара молча слушал их перепалку.
- Скажите, Казмер, - вдруг спросил он, - а где вы были в день убийства?
- Уж не меня ли вы подозреваете?
- Что вы?! Просто я хочу знать. Вас, кажется, еще не допрашивали как
свидетеля?
- Знаете что, товарищ полковник! - раздраженно бросил Казмер Табори. - Вид
у меня, правда, злой, но убийца все же не я.
- Этого никто и не утверждает. Итак, где же вы были в ту ночь?
- Где он мог еще быть? - переспросил профессор и сам же ответил:
- Дома!
- Нет, я был в Будапеште, - возразил Казмер. - Вечером девятнадцатого я на
машине уехал в город.
- Выходит, об этом я тоже не знаю? - удивился Табори-старший.
- Мне двадцать восемь лет. Не вижу необходимости докладывать о каждом своем
шаге.
- А обратно когда вы приехали? - снова задал вопрос полковник.
- Двадцатого утром. Часов около десяти. Это может подтвердить мама.
- Что вы делали в Будапеште?
- Приехал домой, к себе на квартиру. Поужинал - съел два бутерброда, принял
ванну и лег спать.
- Только за этим и ездили в город?
- Да.
- А когда выехали обратно?
- В шесть утра.
- И в десять уже были здесь?
- Точно. Еще по дороге пришлось полчаса пролежать под машиной.
Небольшая поломка. С восьми до полдевятого проковырялся.
- Ясно. В городской квартире вы были одни?
- Да.
- До этого вы когда в последний раз наведывались туда?
- Недели две назад.
- А ваша матушка?
- С месяц назад.
- А вы, профессор?
- Я? В тот день, когда у меня была встреча с Меннелем в институте.
- То есть восемнадцатого? - уточнил Кара. - За два дня до смерти Меннеля.
- Да, кажется, так.
- Ясно.
Кара и Шалго переглянулись. Толстяк едва заметно ухмыльнулся.
- А что тут смешного, папаша? - спросил его Казмер. - Может, вы не верите
моим словам?
- Ах, что ты, мой мальчик! - запротестовал Шалго. - Просто я сижу и думаю,
из какого же хлеба ты соорудил себе те два
бутерброда?
- Как из какого? Вы не знаете, какой мы едим хлеб?
- Как не знаю? Покупаешь-то его подчас уж не ахти каким свежим. А уж
двухнедельной давности... Ты извини меня, мой
милый, но ты балда. Или, как теперь говорят, серость!
Возле дома резко затормозил автомобиль. Лиза с проворством, необычным для
ее возраста, вскочила и выбежала на
террасу.
- Хубер возвратился, - сообщила она. - На меннелевской машине. И где это он
раскатывал?
- Об этом уж узнай у него самого, - ответил Шалго и, посмотрев на
полковника, покачал головой.
Илонка, спросив разрешения у Кары, удалилась. Вслед за нею ушел и Казмер. А
мгновение спустя на пороге гостиной
появился Хубер. Гость, зажав пиджак под мышкой, носовым платком вытирал
перемазанные машинным маслом пальцы.
- Я не помешал? - спросил он, остановившись в дверях.
- Нет, конечно, - шагнув ему навстречу, сказал профессор. - Позвольте
представить вам моих гостей. Полковник Кара из
Будапешта. Он ведет следствие по делу Меннеля. Мой друг Оскар Шалго... -
Профессор на миг заколебался, не зная, что
сказать о его занятии, но Шалго тотчас же поспешил ему на выручку:
- Помощник участкового. По Эмедскому участку. Правда, я без нарукавной
повязки - но это потому, что жара очень
мучает. С женой моей господин Хубер, кажется, уже знаком?
- Да, сударыню я уже имел честь видеть.
Оттерев кое-как руки от машинного масла, Хубер спрятал платок в карман.
- Как, полковник, идет следствие? Успешно?
- Пока ничего определенного не могу вам сказать. Дело довольно запутанное.
Явно желая польстить Каре, профессор Табори тут же добавил:
- Смею вас заверить, дорогой Хубер, что наш уголовный розыск сделает все,
чтобы поймать преступника. Скажу вам не
хвалясь: венгерские следственные органы достигли таких успехов, что их авторитет
признается и за рубежом.
Фельмери с неудовольствием слушал хвалебную речь профессора.
"Ну вот, - думал лейтенант, - сейчас он начнет сыпать цифрами..." Но Табори
не стал больше распространяться, а закончил
свою тираду шуткой:
- А весь секрет успехов нашей милиции, господин Хубер, кроется в том, что у
нее такие гениальные помощники, как,
например, мой друг Шалго. Скажу вам прямо: там, где за порядком следит Оскар
Шалго, преступникам делать нечего.
Все засмеялись. "Черт побери, - подумал Фельмери, - а ведь этот профессор -
юморист!"
- Все дело в стиле, - скромно заметил Шалго.
- У вас есть свой, особенный стиль розыска? - поинтересовался Хубер. -
Признаюсь, я в этих делах разбираюсь не больше
любого поклонника детективных телефильмов. И отличить один стиль расследования
от другого - увольте, не берусь.
- Нет ничего проще, - сказал Кара. - Стиль, например, сименоновского
инспектора Мегрэ - логика.
- А стиль господина Шалго? - спросил Хубер и с любопытством взглянул на
сонно моргавшего толстяка.
- Наш стиль - терпение! - ответила за мужа Лиза. - Беспредельное терпение
страстных рыболовов. Мы ждем до тех пор,
пока рыба сама не проглотит наживку. И ставим мы крючки только на крупных рыб.
На хищников!
Хубер закурил сигару, попыхтел ею. Затем признался:
- Я за всю свою жизнь ни разу не удил рыбу. Может быть, поэтому я не
улавливаю тонкостей этой техники.
- Попросту говоря, - пояснил полковник, - стиль моего друга состоит в том,
что он сам стремится управлять ходом
событий, создавая такие ситуации, при которых преступник волей-неволей должен
себя разоблачить.
Хубер задумчиво пускал вверх табачный дым.
- Господин Хубер, - обратился к нему полковник Кара, - я хотел бы кое о чем
спросить вас.
- Пожалуйста, - постучав сигарой о край хрустальной пепельницы, сказал
немец.
- Вы не знаете, имел ли Меннель друзей, знакомых в Венгрии?
Фельмери впился взглядом в лицо Хубера, но ему мешало облако сигарного
дыма, которым тот укрылся, словно завесой.
Но вот дым растаял, и лейтенант вдруг отчетливо увидел, какая неимоверная
усталость лежит на лице Хубера.
- Мог бы я переговорить с вами, господин полковник, наедине? - вместо
ответа вдруг спросил Хубер. И, посмотрев на свои
перепачканные маслом руки, добавил:
- Скажем, минут через десять?
- Да, пожалуйста, - поднимаясь, сказал Кара. - Жду вас.
- Я провожу вас в ванную, - предложил Хуберу профессор.
Глава 3
В дверях стоял Казмер.
- Вы один, папаша?!
Шалго, вздрогнув, оторвался от своих мыслей:
- Один, как Леонов в космосе!
Казмер подошел ближе. Остановился у стола. Сверкнув глазами, он резко
сказал старику:
- Ваш приятель полковник подозревает меня в убийстве.
- Он всех подозревает, - возразил Шалго, приоткрывая веки. - Может быть,
даже и меня.
- Задает какие-то глупые вопросы...
- Глупые россказни порождают глупые вопросы. Это цитата из "Избранных
произведений Шалго".
- Перестаньте хоть на минуту балагурить. Я серьезно говорю.
- Я тоже. То, что я сейчас сказал, - серьезное, мудрое утверждение. С
глубоким философским содержанием.
- На живца ловите? Я не клюну.
- Ты только на бутерброды из черствого хлеба клюешь?
- Вы не верите, что я был в тот день в Будапеште?
Шалго подавил зевок, пошарил в карманах в поисках сигары и, не найдя ее,
кряхтя, встал. Но Казмер опередил его,
подошел к шкафу и, достав коробку с сигарами, протянул старику. Шалго кивком
поблагодарил, откусил кончик сигары и
закурил.
- Так о чем ты меня спросил? Ах, да. Действительно не верю. Но теперь это
не имеет значения. Кара задал тебе несколько
обычных в таких случаях вопросов. Но если дело примет серьезный оборот, он
задаст куда больше вопросов. Ты ведь умный
парень, Казмер, и я уверен, что впредь ты будешь отвечать гораздо умнее.
- Да вы что? Неужели вы и в самом деле поверили, что я убил этого негодяя?!
- Дорогой мой, это не вопрос веры. Ты инженер. Ты ведь тоже не веришь в
законы физики, а просто знаешь их. Знаешь,
потому что они доказаны. Вот и Кара хочет знать, кто убил Меннеля. И он докажет
это. Поэтому не надо, говоря с ним, ходить
вокруг да около. Он хочет знать все совершенно точно.
- Пусть спрашивает. Я отвечу. Остальное - его дело. Только я искал бы
убийцу не в этом доме.
- Убийцу нужно искать среди знакомых Меннеля.
- Я, например, на месте вашего приятеля разузнал бы, у кого из здешних
жителей есть акваланг.
- Ты думаешь, что убийца... - Шалго не докончил фразы, представив себе
мысленно остальное: Меннель сидит и загорает в
лодке, а сзади к нему подкрадывается некто под водой.
- Вот именно. Сзади схватил его за шею, - подтвердил Казмер. - Так что
Меннель даже и защищаться не мог. Убийца
задушил его, стащил в воду, утопил, а сам под водой поплыл к берегу. Через
камыши он мог потом незаметно улизнуть.
- Это интересная версия. Но Каре ты о ней не говори...
- Почему?
- Потому что у тебя у самого есть акваланг.
- Да оставьте вы меня в покое! - возмущенно крикнул Казмер и выскочил из
комнаты.
Из сада доносился голос Лизы, громко разговаривавшей с кем-то. Шалго
подошел к двери.
- Интересная молодая дама спрашивает господина Меннеля, - шепнула Лиза и
кивнула в сторону калитки.
- Ты сказала ей, что его уже нет в живых?
- Ну что ты, радость моя! Дурочкой меня считаешь? - обиженным тоном
возразила Лиза. - Они приехали на машине.
Остановились возле кондитерской.
Дамочка вышла, а мужчина остался ждать в машине.
- Пригласи ее сюда, - попросил Шалго. - И запиши номер машины. Не сердись,
я не хотел тебя обидеть.
Лиза вышла, а Шалго одернул на себе костюм, пригладил волосы.
- Пожалуйста, сюда, барышня, - послышался снова Лизин голос. - Не бойтесь,
собака не укусит.
- У вас есть собака?
- Нет, золотко. Потому и не укусит.
Шалго, стоя у двери, с любопытством разглядывал огненно-рыжую девицу,
поднимавшуюся вместе с Лизой по ступенькам
крыльца на террасу.
- Господин Шалго, - представила его Лиза. - Менеджер господина Меннеля.
- Добрый день, - поздоровалась гостья.
- Здравствуйте, барышня, - ответил Шалго и легким жестом руки показал на
плетеное садовое кресло под ярким зонтом, а
затем с важностью английского лорда произнес, обращаясь к Лизе:
- Спасибо, Лиза, можете идти.
Гостья в коротенькой белой юбочке села в кресло, выставив для всеобщего
обозрения стройные загорелые ноги.
Дождавшись, когда Шалго тоже усядется, она представилась:
- Меня зовут Беата Кюрти. Мне нужен господин Виктор Меннель.
- А по какому делу вы разыскиваете моего друга Виктора?
Девица достала из сумочки сигареты и, закинув ногу на ногу, закурила.
- Я кузина Виктора Меннеля, - сказала она.
Шалго от изумления так глубоко вдохнул табачный дым, что даже закашлялся.
Лицо его побагровело и покрылось
капельками пота. Но он воспользовался этой заминкой, чтобы скрыть свое удивление
и собраться с мыслями. "А еще говорят,
что детективу не нужна удача!" - подумал он.
- Простите, я плохо разобрал ваше имя.
- Беата. Беата Кюрти. - Девица с любопытством обвела взглядом террасу,
словно отыскивая Меннеля, и пояснила:
- Я получила от Виктора письмо с просьбой навестить его сегодня после
полудня.
- Сегодня?
- Ну да. Двадцать шестого. Надеюсь, я не перепутала день? - улыбнувшись,
спросила третья.
- Нет, не перепутали. Сегодня двадцать шестое июля, суббота.
Интересно... - Шалго умолк и, словно задумавшись, уставился в одну точку.
- Выходит, вы и... Виктор... - Он умышленно замялся, ожидая, пока девица
сама объяснит ему хитросплетение своих
родственных отношений с Меннелем.
- Моя мама - сестра отца Виктора, - подсказала Беата. - Ее девичья фамилия
Меннель.
- Да, да... Хотя должен вам заметить, что Виктор не любил распространяться
о своей семье, родственниках...
По лицу девушки словно промелькнула тень.
- Его нет дома? - озабоченно спросила она.
- К сожалению, нет, - подтвердил Шалго. - Я обязательно известил бы вас, но
у меня не было вашего адреса. Хотя это так
важно...
- Он уехал?
Шалго пустил колечки дыма и печальным взглядом посмотрел на гостью:
- Он умер.
Голубые глаза Беаты округлились: она забыла закрыть рот и стала что-то
торопливо искать в сумочке.
- Умер? - тихо повторила она.
- Убит. Утром двадцатого июля. Почти неделю назад.
- Умоляю вас, не шутите, - бледная как полотно промолвила Беата.
- Такими вещами мы не шутим, - возразил Шалго, пристально следя за каждым
движением девушки. - Убили. Кто-то
задушил... или задушили... Но вот кто, почему - неизвестно. Может быть, вы,
Беата, могли бы хоть чем-то помочь нам. И с
похоронами...
- Убили? - растерянно, почти шепотом повторила девушка, глядя куда-то в
пустоту. Она усердно прижимала платок к
сухим глазам, словно хотела выдавить из них хоть несколько слезинок для
приличия.
- Примите наши соболезнования, барышня.
- Спасибо, - все так же шепотом поблагодарила гостья. - Бедный Виктор!
- Может быть, следовало бы известить вашу маму? - спросил Шалго. - Я охотно
помогу вам. Давайте пошлем ей
телеграмму!
- Маму? Мою маму?
- Ну да! Полиция уже дала разрешение на погребение умершего.
При упоминании матери девушка словно опомнилась и уже совершенно овладела
собой.
- Нет-нет! Маме нельзя сообщать об этом.
- Нет так нет. Я просто думал... Тут из Гамбурга приехал начальник Виктора
Меннеля, господин Хубер. Может, ваша
матушка захотела бы обсудить с ним вопрос, где хоронить Меннеля: здесь, в
Венгрии, или отправить его тело на родину?
Лицо Беаты обрело свой обычный цвет, из глаз исчезли страх и растерянность
- видно было, что к девушке вернулось
самообладание, и она стала совершенно спокойной, постигнув безвозвратность
потери и смирясь с ней.
- Господин Шалго... - медленно, с расстановкой выговаривая слова, начала
она. - Этот случай поставил меня в весьма
неприятное положение. Я даже не знаю, как вам все это объяснить. - Последовал
глубокий вздох, и Беата кончиком языка
облизнула губу. - Но попытаюсь... Может, вы поймете... - Беата достала сигарету,
не закуривая, помяла ее в пальцах. - Моя
мать в очень плохих отношениях с отцом Виктора. Я бы даже сказала, что они
ненавидят друг друга. Очень сильно. И мама не
знает, что Виктор в Венгрии.
- Вы сказали, что получили его письмо.
- Да, я получила. На адрес жениха. И сказала матери, что у меня путевка на
три дня в заводской дом отдыха. По
предписанию врачей. Так что мне просто нельзя вернуться домой раньше чем через
три дня.
- Понимаю вас, барышня, - закивал головой Шалго, про себя подумав, что всю
историю с домом отдыха девица придумала
только что, с ходу. И ему решительно не понравилась эта история. Хотя?..
Интересный поворот сюжета!
- А в какой дом отдыха у вас путевка? - спросил он.
- Нет у меня никакой путевки... Я же говорю: я сказала маме не правду.
Мы рассчитывали, что эти три дня погостим у Виктора. Он достал бы нам
комнату...
- Где?
- В отеле. Или где-нибудь еще. Вы же знаете, иностранцам это проще.
- Да, но только не здесь. Отель переполнен, барышня. Можно, конечно,
попытать счастья у владельцев частных дач.
- Что же нам теперь делать? - Беата щелкнула зажигалкой и вопросительно
взглянула на толстяка.
- Что? Ну, если вы подбросите меня до поселкового совета, я что-нибудь
попробую предпринять, - отвечал Шалго. - У меня
есть в отеле знакомые.
Жених ваш тоже остановится здесь, с вами?
- Разумеется.
- Значит, вам нужны две комнаты?
- Нет, мы с ним помолвлены. - Беата показала обручальное кольцо.
- Да-да, понимаю, - улыбнулся Шалго. - Тогда подождите меня у ворот. Я
сейчас спущусь.
- Спасибо, - проговорила девица и направилась к двери.
Дождавшись, пока Беата выйдет за калитку, Шалго кивком подозвал к себе
Лизу.
- Я еду в поселковый совет, - сказал он ей негромко. - Девушку зовут Беата
Кюрти. Она двоюродная сестра Меннеля.
Скажи Эрне, пусть Домбаи посмотрит, не числится ли она в картотеке. Номер машины
ты записала?
- Да.
- Пусть товарищи установят также, кому принадлежит автомашина. Передай
Эрне, что тут дело нечисто. Если получат от
Домбаи что-то интересное, пусть сообщат мне. Я буду в кафе. Если меня там не
найдут, Ева скажет, где я.
- Поняла. - В окно Лизе было видно, как к воротам подкатил "опель" и замер
в ожидании. - А как быть с "игрушкой"?
Установить?
- Не знаю даже, - пожал плечами Шалго. - Боюсь, попадет нам от Эрне.
- Не говори ему.
- Ты советуешь рискнуть?
- А чем, собственно, мы рискуем?
- Ладно. Давай действуй. Только осторожно.
- Можешь не беспокоиться.
Лиза проводила мужа до калитки. Дождалась, пока тот неуклюже забрался в
машину, махнув ей рукой. И даже когда
"опель", рванув с места, в мгновение ока исчез за поворотом, она все еще стояла
и смотрела ему вслед.
Иштван Фельмери сидел в нижнем конце сада, почти у самого озера, на добела
вылизанном волнами большом обломке
скалы и смотрел, как Илонка, укрывшись от солнца под тенистым ясенем, стирала
чулки, носки и еще что-то.
- Расскажите мне, Илонка, про Меннеля... Что это был за человек?
Девушка, запрокинув голову, задумчиво смотрела в безоблачное небо.
- Честно говоря, я его очень мало знала. Что он за человек? Ну, как
сказать? Решительный, наглый, самоуверенный. Из тех,
что везде и всегда играют только наверняка. Вы понимаете, что я имею в виду?
- Догадываюсь.
- Мне кажется, Меннель ехал к нам в Венгрию, зная о нас все совершенно
точно. По крайней мере он так считал. Кто-то
сказал ему: венгерские девушки легкодоступны. Только пальцем помани, и они сами
заберутся в постель к гостю с Запада.
Он, собственно, мне нечто подобное и заявил. А вы, наверное, подумали, что я
сказала дяде Матэ не правду? Ведь подумали,
сознавайтесь? Что это я сама виновата, сама дала повод. Иначе бы он не осмелился
сделать мне такое предложение?
- Нет... но... В общем-то, конечно, - пытаясь уклониться от ответа,
забормотал Фельмери.
- Так вот знайте: не давала я ему никакого повода так себя вести.
Честное слово! Просто я была с ним приветлива - не больше. Разговаривали,
шутили. Он рассказывал о своих
путешествиях, о том, что трижды объехал вокруг света. - Помолчав немного, она
добавила:
- И все же Меннеля подвели его информаторы. Когда Казмер дал ему по
физиономии, он прямо-таки остолбенел. Не от
удара, нет. От удивления! За что, мол, дурак, бьешь?..
- Меннель не упоминал ни разу, что у него есть знакомые здесь, в Венгрии?
Илонка долго не отвечала: вспоминала, перебирала в памяти все разговоры с
Меннелем. Иштвану же, по-своему
истолковавшему это раздумье, не понравилось ее молчание.
- Нет, - наконец проговорила девушка. - Ничего такого не припоминаю.
Один раз только он как-то сказал, что, мол, хорошо знает эту страну. Но это
совсем не звучало так, что он уже приезжал
сюда раньше. Я же приняла тогда его фразу за обычное хвастовство... - Она
провела пальцем по сырой траве и, не поднимая
на лейтенанта глаз, тихо произнесла:
- А я бы не позавидовала вашей невесте.
- У меня нет невесты.
- Ну, той девушке, которая когда-нибудь будет ею. А потом станет вашей
женой...
- Почему же?
- Да вы бы ее допросами замучили!
- Ошибаетесь, если думаете, что мы только и делаем, что кого-то
допрашиваем. И с вами сейчас мы просто беседуем.
Скажите: вас разве не взволновал этот случай? Человека же убили! Разве вам
безразлично, кто убил, почему?
- Конечно, нет! Но скажите, неужели вы подозреваете в убийстве Казмера?! -
неожиданно спросила девушка и добавила:
- Ну и глупо! Он-то уж наверняка тут ни при чем!
Фельмери заметил, что в глазах ее промелькнул какой-то затаенный страх.
Лейтенант почувствовал, что Илонка не все ему сказала, умолчав о чем-то
очень важном.
- Кто может это так уверенно утверждать? А что, если Меннель, не забыв
обиды, захотел при новой встрече расквитаться с
Казмером? И эта встреча произошла как раз утром двадцатого?..
- Да не встречались же они!
Фельмери, отметив про себя решительный тон этого утверждения, сделал вид,
что пропустил Илонкино
...Закладка в соц.сетях
