Жанр: Триллер
Мешок с костями
...ом временном поясе, дружище. В Нью-Йорке уже
четверть второго.
- Мы пообедали вместе. Во дворе. Действительно, потом я почитал девочке
книжку и уложил ее в постель, но...
- Половина местного населения уже думает, что вы трахаетесь без перерыва,
а вторая половина придет к тому же выводу, как только я, представляя ее
интересы, появлюсь в суде. - Но злости в его голосе не было. Наоборот, по
всему чувствовалось, что жизнью он доволен.
- Они смогут заставить вас сказать, кто оплачивает ваши услуги? - спросил
я. - На судебном процессе по опеке?
- Нет.
- А в пятницу, когда я буду давать показания?
- Господи, да нет же! Дарджин тут же распрощается с опекунством ad litem,
если двинется в этом направлении. Опять же, у них ее основания не касаться
секса. Они сосредоточатся на том, что Мэтти пренебрегает материнскими
обязанностями и, возможно, грубо обращается с дочерью. Довод, что мать - не
монахиня, мог сработать только в фильме "Крамер против Крамера". И потом, у
них есть куда более серьезная проблема. - Голос Сторроу радостно зазвенел.
- Какая же?
- Максу Дивоуру восемьдесят пять лет и он разведен. Более того, разведен
дважды. Прежде чем доверить опеку над ребенком мужчине такого возраста,
необходимо принять во внимание вторичную опеку. Это, между прочим, очень
важный момент, сравнимый с обвинениями матери в пренебрежении своими
обязанностями и жестоком отношении к ребенку.
- В чем конкретно ее обвиняют? Вы знаете?
- Нет. И Мэтти не знает, потому что все сфабриковано. Она, между прочим,
милашка...
- Я это заметил.
- ..и станет отличной свидетельницей. Жду не дождусь личной встречи с
ней. А пока не уводите меня в сторону. Мы говорили о вторичной опеке, так?
- Так.
- У Дивоура есть дочь, которая признана психически ненормальной и
содержится в закрытой клинике где-то в Калифорнии.., вроде бы в Модесто. Не
слишком удачный кандидат в опекуны.
- Не слишком.
- Его сыну, Роджеру... - я услышал шуршание страниц, - пятьдесят девять
лет. Тоже - не мальчик. Однако в наши дни многие в его возрасте становятся
отцами. Люди у нас храбрые. Но Роджер - гомосексуалист. Я вспомнил, что Билл
Дин на это мне намекал.
- Вы только что сказали, что секс значения не имеет.
- Наверное, мне следовало сказать, разнополый секс значения не имеет. В
некоторых штатах, Калифорния - один из них, однополый секс тоже не имеет
значения.., или на этот аспект смотрят сквозь пальцы. Но наше дело будет
слушаться не в Калифорнии. Оно будет слушаться в Мэне, где люди без особого
энтузиазма встретят известие о том, что маленькую девочку будут воспитывать
двое женатых мужчин, в смысле, женатых друг на друге.
- Роджер Дивоур женат? - Признаюсь, тут и я испытал прилив радости. Да,
при этом мне стало стыдно: Роджер Дивоур жил, как считал нужным, и едва ли
он имел хоть малейшее отношение к планам своего престарелого родителя, но
известие Сторроу меня обрадовало.
- Он и инженер-программист Моррис Рид-динг завязали брачный узелок в 1996
году. Я выяснил это без труда, проведя компьютерный поиск. И если наше дело
дойдет до суда, я постараюсь использовать эту информацию на полную катушку и
с максимальной выгодой. Я, конечно, не знаю, что мне дадут сказать, а что -
нет, но сделаю все, чтобы нарисовать благостную картину воспитания веселой,
яркоглазой маленькой девочки двумя пожилыми геями, которые большую часть
времени проводят в "Интернете", рассуждая в "курилках", чем занимаются
капитан Керк и мистер Спок <герои популярного телесериала "Стар трек".>
после того, как в офицерских каютах гаснет свет. Если у меня будет такой
шанс, я им воспользуюсь.
- Жестоко, знаете ли. - По моему тону чувствовалось, что мне хочется,
чтобы Сторроу разубедил меня, может, даже высмеял, но этого не произошло.
- Разумеется, жестоко. Все равно, что на полной скорости въехать на
тротуар и сбить двух прохожих. Роджер Дивоур и Моррис Рид-динг не
распространяют наркотики, не развращают маленьких мальчиков, не грабят
старушек. Но это опека, а в делах об опеке препарировать человеческое
существо словно насекомое даже проще, чем в бракоразводном процессе. А что
меня особенно бесит, так это наглая прямота Макса Дивоура. Он ведь прибыл в
свой родной город с одной единственной целью - отсудить ребенка у любящей
матери.
Я улыбнулся, представив себе моего адвоката, стоящего с ружьем у
кроличьей норки, поглядывающего на воткнутую рядом табличку с надписью
ДИВОУР
- И мое послание Дивоуру очень простое: цена ребенка поднялась. Возможно,
зашкалила за ту сумму, которую он может себе позволить.
- Вы несколько раз повторили: если дело дойдет до суда. Вы думаете,
существует вероятность того, что Дивоур отступит?
- И очень большая. Я бы Даже сказал, что по-другому и быть не может, не
будь он таким старым и не войди у него в привычку всегда добиваться своего.
Опять же, вопрос в том, возобладает ли его здравомыслие над упрямством. По
приезде к вам я постараюсь встретиться с ним и с его адвокатом, но пока мне
не удалось пробиться дальше секретаря.
- Роджетт Уитмор?
- Нет, думаю, она стоит на ступень выше. С ней я тоже еще не говорил. Но
поговорю.
- Попробуйте также пообщаться с Ричардом Осгудом или Джорджем Футменом, -
посоветовал я. - Они оба смогут связать вас с Дивоуром или его адвокатом.
- Я все равно хочу переговорить с этой Уитмор. Такие мужчины, как Дивоур,
с возрастом все больше доверяют своим личным помощникам, и, возможно, именно
она может уговорить его дать задний ход. Она же может доставить нам массу
неприятностей. Потому что в ее силах убедить его продолжить борьбу. То ли
она уверена в его победе, то ли ей хочется поприсутствовать при жаркой
драчке. Опять же, она может выйти за него замуж.
- Замуж? За него?
- Почему нет? Он может подписать с ней брачный контракт, ограничивающий
ее права на наследство, причем мне не удастся добиться его представления в
суд, точно так же, как и его адвокатам не узнать через суд, кто нанял
адвоката Мэтти, и это повысит его шансы.
- Джон, я видел эту женщину. Ей под семьдесят, а то и больше.
- Но она - потенциальный женский игрок в деле об опеке над маленькой
девочкой и может стать промежуточным звеном между Дивоуром и женатыми геями.
Мы должны помнить об этом.
- Хорошо. - Я вновь взглянул на дверь кабинета, но желание работать уже
поубавилось. Бывают моменты, когда надо закругляться, хочешь ты этого или
нет. Такой момент для меня уже наступил. Может, вечером...
- Адвоката, которого я вам нашел, зовут Ромео Биссонетт. - Он помолчал. -
Неужели это его настоящее имя?
- Он из Льюистона?
- Да, а как вы узнали?
- Потому что в Мэне, а особенно в Льюистоне, детей так называют. Я должен
с ним встретиться? - Встречаться с Ромео мне не хотелось. До Льюистона
пятьдесят миль двухполосного шоссе, которые придется ползти между кемперами
и "Виннебаго" <разновидности домов на колесах.>. А я бы предпочел искупаться
и вздремнуть. Только безо всяких сновидений.
- В этом нет нужды. Позвоните ему, обменяйтесь парой слов. Он -
предохранительная сетка, не более того. Подаст протест, если в своих
вопросах Дарджин обойдет инцидент, имевший место Четвертого июля. Об
инциденте говорите правду, всю правду и ничего кроме правды. Это понятно?
- Да.
- Переговорите с ним заранее, а встретитесь уже в пятницу в..,
подождите.., это где-то здесь... - Вновь зашелестели страницы записной
книжки. - Встретитесь с ним в закусочной на Сто двадцатом шоссе в четверть
десятого. Выпьете кофе. Познакомитесь поближе, может, поспорите насчет того,
кому оплачивать чек. Я же хочу как можно больше времени провести с Мэтти.
Нам, возможно, потребуется частный детектив.
- Мне нравится ход ваших мыслей.
- Само собой. Счета я буду посылать Голдэкру, он - вашему агенту, а ваш
агент...
- Нет, - остановил я его. - Пусть Пэлдэкр посылает сюда мне. Гарольд -
еврейская мамаша. И сколько мне это будет стоить?
- Минимум семьдесят пять тысяч долларов, - без запинки ответил Сторроу.
Не слышалось в голосе и извиняющихся ноток.
- Не говорите Мэтти.
- Хорошо. Вы уже почувствовали, что живете, Майк?
- Между прочим, да, - подумав, ответил я.
- За семьдесят пять тысяч долларов и должны были почувствовать.
Мы распрощались. Я положил трубку на рычаг и подумал о том, что за
последние пять дней пережил больше, чем за четыре последних года.
Телефон больше не звонил, и мне удалось добраться до стола, но я уже
точно знал, что с работой на сегодня все. Сел за машинку, пару раз нажал
клавишу RETURN и начал писать план следующей страницы в нижней части той,
над которой работал, когда звонок оторвал меня от дела. До чего же
мерзопакостное изобретение этот телефон, как мало хороших вестей получаем мы
с его помощью. Сегодня, однако, исключение из общего правила, с улыбкой
подумал я. Я работал. Работал! Часть моего сознания наслаждалась тем, что я
сидел за столом, дышалось мне легко, сердце билось ровно, будущее, во всяком
случае, профессиональное, казалось безоблачным. Я написал:
(СЛЕД. : Дрейк - Рейфорду. Останавливается у лотка с овощами, чтобы
поговорить с парнем, который стоит за лотком, старый знакомец, ему нужно
колоритное имя. Соломенная шляпа. Футболка с кем-то из Диснейленда. Говорят
они о Шеклефорде.)
Я вытащил страницу из каретки, положил ее поверх уже отпечатанных и
дописал ручкой:
Позвонить Теду Розенкрайфу насчет Рейфорда.
Розенкрайф, отслуживший свое моряк, жил в Дерри. Я пользовался его
услугами при подборе материала для нескольких книг. Для одной он предоставил
мне описание процесса изготовления бумаги, для второй - сведения о миграции
некоторых перелетных птиц, для третьей - особенности архитектуры
погребальных комнат пирамид. Мне всегда требовались "основные сведения", а
не "полный объем информации". Свои произведения л предпочитал не перегружать
конкретикой. Стиль Артура Хейли не по мне. Такие книги я и читать не могу,
не то что писать. "Основные сведения" позволяли мне оживлять фон
повествования. Рози это знал, и мы отлично сработались.
На этот раз мне хотелось получить основные сведения о флоридской тюрьме
Рейфорда, особенно о той ее части, где приводились в исполнение смертные
приговоры. Интересовала меня и психология серийных убийц. Я подумал, что
Рози будет рад моему звонку.., точно так же, как радовался ему я.
Я взял со стола восемь напечатанных через два интервала страниц и
скоренько проглядел каждую, не переставая удивляться их существованию.
Неужели они действительно вышли из-под моей руки?Глава 15
- Назовите ваше имя и фамилию для внесения в протокол.
- Майкл Нунэн.
- Ваш адрес?
- Постоянно проживаю по адресу - Дерри, Бентон-стрит, четырнадцать, но у
меня также есть дом в Тэ-Эр-90, на озере Темный След. Почтовый адрес -
абонентский ящик номер восемьсот тридцать два. Дом находится на Сорок второй
дороге, отходящей от Шестьдесят восьмого шоссе.
Элмер Дарджин, опекун ad litem Киры Дивоур, помахал пухлой ручкой перед
лицом, то ли отгоняя назойливое насекомое, то ли показывая мне, что пора
ставить точку. В принципе я бы с ним согласился, но, откровенно говоря, мне
хотелось продолжить, взяв пример с маленькой девочки из "Нашего города",
которая сказала, что ее адрес - Гроверс Корнер, штат Нью-Хемпшир, Америка,
Северное полушарие, Земля, Солнечная система, галактика Млечный Путь, Мир
Господень. Наверное, потому, что я нервничал. Дожив до сорока лет, я никогда
не участвовал в судебном процессе. И хотя находились мы в конференц-зале
адвокатской конторы "Дарджин, Питере и Джарретт" на Мостовой улице в
Касл-Роке, я полагал, что для меня процесс уже начался.
Тут необходимо упомянуть об одной мелочи, которая очень удивила меня.
Стенографист пользовался не привычной машинкой с клавишами, похожей на
арифмометр, а стеномаской, которая закрывала нижнюю половину его лица. Такие
я видел только в старых черно-белых гангстерских фильмах, в которых Дэн
Дурие <Дурие Дэн (1907 - 1968) - американский актер театра и кино, блистал в
40 - 50-е годы. Снялся более чем в 60 фильмах и популярных телесериалах
("Пейтон Плейс"). Обычно играл циничного злодея, перед которым не могли
устоять женщины.> и Джон Пэйн <Пэйн Джон (1912 - 1989) - сын оперной певицы,
начинал свою артистическую карьеру как вокалист. В Голливуде с 1935 года.
Блестяще сыграл несколько главных ролей в мюзиклах. Со временем переключился
на вестерны и гангстерские фильмы.> разъезжали в изрешеченных пулями
"бьюиках", с суровыми лицами и дымящимся "Кэмелом" во рту. Чем-то
стенографист напоминал пилота допотопного истребителя, какие давно уже
отправлены на свалку истории. Странное он являл собой зрелище, а уж особенно
странным казалось его монотонное бормотание: стенографист повторял все,
сказанное присутствующими.
- Благодарю вас, мистер Нунэн. Моя жена прочитала все ваши книги и
говорит, что вы - ее любимый писатель. Я хочу, чтобы это внесли в протокол.
- Дарджин добродушно хохотнул. Почему нет? Толстякам свойственно добродушие.
Толстяков я, надо сказать, люблю. Большую их часть. Потому что необъятная
талия обычно свидетельствует о легком характере. Но есть среди них подвид,
который я называю Злобные маленькие толстяки. С ЗМТ лучше не связываться,
если, конечно, можно этого избежать. Они сожгут твой дом и изнасилуют твою
собаку, если ты дашь им половинку повода и четвертушку шанса. Редко кто из
них вытягивается до пяти футов и двух дюймов <приблизительно 158 см> (по
моим прикидкам, рост Дарджина), а в большинстве своем не дотягивают и до
пяти футов. Они часто улыбаются, но улыбка не затрагивает их глаза. Злобные
маленькие толстяки ненавидят весь мир. А особенно люто они ненавидят тех,
кто может посмотреть вниз и увидеть свои ноги. Я мог, хотя уже и с трудом.
- Пожалуйста, мистер Дарджин, передайте вашей жене, что я ей искренне
признателен за столь высокую оценку Я уверен, что она может порекомендовать
вам лучшую из моих книг.
Дарджин вновь хохотнул. Справа от него хихикнула его помощница,
очаровательная молодая женщина, похоже, только что, максимум семнадцать
минут тому назад, окончившая юридическую школу. Слева от меня фыркнул Ромео
Биссонетт. В углу самый старый в мире пилот "Ф-111" продолжал бормотать в
свою стеномаску.
- Я подожду экранизации, - ответил Дарджин.
И глазки его злобненько блеснули, словно он знал, что ни по одной из моих
книг полнометражного фильма так и не сняли, а телефильм по роману "Быть
вдвоем", мягко говоря, не снискал лавров. Я надеялся, что на этом мы с
комплиментами покончили.
- Я - опекун ad litem Киры Дивоур, - продолжил Дарджин. - Вы знаете, что
это означает, мистер Нунэн?
- Вроде бы знаю.
- Это означает, - Дарджин предпочел меня не услышать, - что я назначен
судьей Рэнкортом, с тем чтобы определить, когда и как интересы Киры Дивоур
будут защищены наилучшим образом, если дело об опеке будет передано в суд.
Судья Рэнкорт не обязан выносить решение, исходя из моих рекомендаций, но в
большинстве случаев судья поддерживает мнение опекуна ad litem.
Он смотрел на меня, сложив ручки на чистом, без единой записи блокноте.
Зато его миловидная помощница строчила как пулемет. Возможно, она не
доверяла пилоту истребителя. Дарджин же держал паузу, словно ожидая
аплодисментов.
- Вы задали вопрос, мистер Дарджин? - полюбопытствовал я и тут же получил
от Ромео Биссонетта пинок в колено. Я даже не повернулся к нему: и так
понял, что пинок не случайный.
Дарджин надул пухлые губки. На его блестящей лысине осталось с десяток
аккуратно уложенных волосинок. Он оценивающе посмотрел на меня. Во взгляде
читалась многовековая ненависть Злобных маленьких толстяков. Да уж, время
комплиментов прошло.
- Нет, мистер Нунэн, вопроса я вам не задавал. Просто подумал, что вам
интересно знать, а почему мы лишили вас возможности провести это прекрасное
утро на озере. Наверное, ошибся. А теперь, если...
Послышался стук в дверь, вслед за чем в конференц-зале появился наш общий
знакомец Джордж Футмен. На сей раз не в кливлендском прикиде, а в униформе
помощника шерифа. С широким кожаным ремнем и револьвером в кобуре.
Оценивающе обозрел бюст помощницы Дарджина, достоинства которого
подчеркивала блузка из синего шелка, протянул ей папку и кассетный
магнитофон. Прежде чем уйти, коротко глянул на меня. Я тебя помню, дружище,
говорил его взгляд.
Остряк-писатель, который за свидание много не берет Ромео Биссонетт
наклонил ко мне голову. Его рот оказался рядом с моим ухом.
- Пленка Дивоура, - выдохнул он. Я кивнул, показывая, что все понял, и
вновь сосредоточился на Дарджине.
- Мистер Нунэн, вы встречались с Кирой Дивоур и ее матерью, Мэри Дивоур,
не так ли?
Как могла Мэри стать Мэтти, изумился я.., а потом все понял, точно так
же, как понял, откуда взялись шорты и топик. Когда Ки попыталась произнести
"Мэри", у нее получилось "Мэтти".
- Мистер Нунэн, мы вас задерживаем?
- В сарказме надобности нет, не так ли? - вмешался Биссонетт, не повышая
голоса. Однако взгляд, брошенный на него Элмером Дарджином, ясно говорил,
что как только ЗМТ захватят власть над миром, Биссонетт отправится на
каторгу с первой же партией заключенных.
- Извините, - вставил я, прежде чем Дарджин успел ответить. - Отвлекся на
пару секунд.
- Пришла новая идея для романа? - Дарджин широко улыбнулся. В пиджаке
спортивного покроя он очень уж напоминал жабу. Он повернулся к старому
пилоту, приказал вычеркнуть свою последнюю фразу и повторил вопрос насчет
Киры и Мэтти.
- Да, - ответил я, - я с ними встречался.
- Один раз или больше, чем один?
- Больше, чем один.
- Сколько раз вы с ними встречались?
- Два.
- Вы также разговаривали с Мэри Дивоур по телефону?
Не нравились мне эти вопросы. Я чувствовал, куда он клонит.
- Да.
- Сколько раз?
- Трижды. - Последний раз мы говорили вчера. Она предложила мне
присоединиться к ней и Джону Сторроу. Они договорились встретиться за ленчем
в городском парке. Действительно, где же еще встречаться с симпатичной
девушкой, как не у всех на глазах.., тем более что роль дуэньи сыграет
Нью-йоркский адвокат.
- Вы разговаривали по телефону с Кирой Дивоур?
Странный, однако, вопрос. Никто не предупреждал меня, что его могут
задать. Полагаю, Дарджин об этом догадывался.
- Мистер Нунэн?
- Да, один раз я с ней разговаривал.
- Вы можете пересказать нам ваш разговор?
- Ну... - я вопросительно посмотрел на Биссонетта, но никакой помощи не
получил.
Очевидно, он тоже не знал, как вести себя в сложившейся ситуации. -
Мэтти...
- Извините. - Дарджин наклонился ко мне. Вперился в меня взглядом. Глазки
едва виднелись меж розовых складок. - Мэтти?
- Мэтти Дивоур. Мэри Дивоур.
- Вы называете ее Мэтти?
- Да, - ответил я и едва подавил нестерпимое желание добавить: "В
постели! Именно так я называю ее в постели! "О, Мэтти, не останавливайся, не
останавливайся! Я сейчас кончу!" - Так она представилась при нашей встрече.
Мы познакомились...
- Мы до этого еще дойдем, а сейчас меня интересует ваш телефонный
разговор с Кирой Дивоур. Когда вы говорили с ней?
- Вчера.
- Девятого июля 1998 года.
- Да.
- Кто звонил?
- Мэт... Мэри Дивоур. - А теперь он спросит; зачем она звонила, подумал
я, и я отвечу, что она хотела договориться о еще одном секс-марафоне, а в
прелюдии мы намеревались угощать другу друга вишней в шоколаде, рассматривая
фотоснимки обнаженных карликов.
- Как получилось, что трубка перешла к Кире Дивоур?
- Она спросила у матери, может ли она поговорить со мной. Я слышал, как
она говорила Мэтти, что ей надо мне кое-что рассказать.
- И о чем она хотела вам рассказать?
- О своей первой пенистой ванне.
- Она также сказала вам, что кашляла? Я молча смотрел на него. В этот
момент я понял, почему люди ненавидят адвокатов, особенно если они не на
твоей стороне и знают свое дело.
- Мистер Нунэн, вы хотите, чтобы я повторил вопрос?
- Нет. - Мне хотелось знать другое: откуда у него эта информация? Они
поставили "жучка" на телефонную линию Мэтти? Или на мою? На обе? Наверное,
впервые я осознал, каково противостоять полумиллиарду долларов. И такими
деньгами можно поставить "жучки" на много телефонов. - Она сказала, что ее
мать гнала на нее пену и она закашлялась. Но она...
- Благодарю вас, мистер Нунэн, теперь давайте...
- Позвольте ему закончить, - оборвал Дарджина Биссонетт. Как мне
показалось, он не рассчитывал, что его участие будет столь активным, но ему
это даже нравилось. Сидел он, конечно, с сонным видом, но ничего не упускал.
- Мы не в зале суда, и вы не ведете перекрестный допрос.
- Я должен превыше всего ставить благополучие маленькой девочки. -
Помпезность фразы не очень-то вязалась с его намерениями. - И к своим
обязанностям я отношусь очень серьезно. Если вам кажется, что я придираюсь к
вам, мистер Нунэн, прошу меня извинить.
Я не нуждался в его извинениях.
- Я лишь хотел отметить, что Ки смеялась, рассказывая мне об этом. Она
сказала, что они с матерью устроили пенную битву. И ее мать смеялась, когда
девочка передала ей трубку.
Дарджин открыл папку, которую принес ему Футмен, и пролистывал
находящиеся в ней бумаги, словно и не слышал моих слов.
- Ее мать... Мэтти, как вы ее называете.
- Да. Мэтти, как я ее называю. Как вы узнали о том, что мы разговаривали
по телефону?
- Это не ваше дело, мистер Нунэн. - Он выбрал нужный листок и закрыл
папку. Подержал его на весу, как врач, разглядывающий рентгеновский снимок,
и я увидел на нем текст, напечатанный через один интервал.
- Давайте вернемся к вашей первой встрече с Мэри и Кирой Дивоур. Она
произошла четвертого июля, не так ли?
- Да.
Дарджин покивал.
- Утром четвертого июля. Первой вы встретили Киру Дивоур?
- Да.
- Вы встретили ее первой, потому что Мэри Дивоур с ней в тот момент не
было, так?
- Ваш вопрос сформулирован неудачно, мистер Дарджин, но полагаю, что
ответ на него - да.
- Я польщен, что мою речь корректирует писатель, книги которого не
покидают списки бестселлеров. - Дарджин улыбался. Улыбка предполагала, что
он хотел бы видеть меня рядом с Ромео Биссонеттом в партии каторжников. -
Расскажите нам о вашей первой встрече, сначала с Кирой Дивоур, а потом с
Мэри Дивоур. Или с Мэтти, если это имя нравится вам больше.
Я рассказал. Когда я закончил, Дарджин поставил перед собой кассетный
магнитофон. Ногти его пухлых пальцев блестели совсем как губы.
- Мистер Нунэн, вы могли задавить Киру, не так ли?
- Ни в коем разе. Я ехал со скоростью тридцать пять миль в час, как того
и требовал знак ограничения скорости. И времени, чтобы остановиться, мне
хватило с лихвой.
- Допустим, вы ехали бы с противоположной стороны, держа путь на север, а
не на юг. Хватило бы вам времени, чтобы остановиться?
Пожалуй, забота об интересах ребенка прозвучала только в этом вопросе. У
того, кто выскакивал из-за поворота, времени, конечно же, было меньше. Но...
- Да, - ответил я.
Брови Дарджина взлетели вверх:
- Вы в этом уверены?
- Да, мистер Дарджин. Возможно, мне пришлось бы чуть сильнее надавить на
тормоз, но...
- При скорости тридцать пять миль в час?
- Да, при скорости тридцать пять миль в час. Я же говорил вам, именно эта
цифра указана на...
- ..на знаке ограничения скорости, регулирующем движение на этом участке
Шестьдесят восьмого шоссе. Да, вы мне об этом говорили. Безусловно,
говорили. Как по-вашему, многие водители соблюдают скоростной режим на этом
участке дороги?
- С 1993 года я практически не бывал в Тэ-Эр, поэтому...
- Перестаньте, мистер Нунэн. Это же не эпизод из вашей книги. Просто
отвечайте на мои вопросы, а не то мы просидим здесь до вечера.
- Я делаю все, что в моих силах, мистер Дарджин.
Он вздохнул:
- Коттедж на озере Темный След вы купили в восьмидесятых, не так ли? С
тех пор режим ограничения скорости на участке Шестьдесят восьмого шоссе, где
расположены супермаркет, почта и авторемонтная мастерская Дика Брукса, это
место еще называют Северной деревней, не изменился, не правда ли?
- Нет, - признал я.
- Тогда вернемся к моему исходному вопросу: как по-вашему, многие
водители на этом участке дороги сбрасывают скорость до тридцати пяти миль в
час?
- Точно сказать не могу, такой статистики у меня нет, но, полагаю, многие
едут быстрее.
- Желаете заслушать показания помощника шерифа Футмена, мистер Нунэн? Он
убежден, что в Тэ-Эр-90 чаще всего водители штрафуются за превышение
скорости именно на этом участке дороги.
- Не хочу, - честно ответил я.
- Пока вы разговаривали с Кирой Дивоур, а потом с Мэри Дивоур, мимо
проезжали другие автомобили?
- Да.
- Сколько?
- Не помню. Наверное, два.
- А может, и три?
- Возможно.
- Пять?
- Нет, меньше.
- Но назвать точную цифру вы не можете?
- Нет.
- Потому что Кира Дивоур была очень расстроена?
- Наоборот, для своего возраста она держалась...
- Она плакала в вашем присутствии?
- Ну., да.
- Мать довела ее до слез?
- Это несправедливо.
- Так же несправедливо, как и отпускать трехлетнего ребенка погулять на
шоссе, или, по вашему мнению, менее несправедливо?
- Прекратите, - подал голос мистер Биссонетт. На его лице читалась
печаль.
- Я снимаю вопрос, - ответил Дарджин.
- Который из двух? - уточнил я. Он устало взглянул
...Закладка в соц.сетях
