Жанр: Триллер
Безнадега
... еще, - ответил отец, словно кома Брайена и
надвигающаяся на него смерть составляли часть какой-то пьесы.
Дэвид заставил себя не слушать. Ощущение необычности происходящего
вновь вернулось к нему, ощущение того, что он не просто отдельно взятый
человек, но часть чего-то большого, еще непостижимого для него. Внезапно
возникло острое желание отправиться в лес на Медвежьей улице, к небольшой
прогалине. К ней вела узкая тропа, по которой, однако, они могли ехать на
велосипеде один за другим. Именно там, на "вьетконговском наблюдательном
посту", мальчики годом раньше впервые попробовали сигарету Дебби Росс и
нашли ее отвратительной. Там они впервые просмотрели номер "Пентхауса"
(Брайен увидел его на крышке мусорного ящика около автобусной остановки),
там они подолгу болтали, мечтали... главным образом о том, что они будут
делать, перейдя в девятый класс и став королями средней школы Западного
Уэнтуорта. Там, на прогалине, к которой вела "тропа Хо Ши Мина", мальчики
особенно полно наслаждались своей дружбой. Туда Дэвида внезапно и
потянуло.
Он постукал об асфальт мячом, которым они с Брайеном играли миллион
раз, взял его в руки, согнул колени и бросил. В последний раз. Попал.
Когда мяч отскочил к Дэвиду, он откатил его на траву. Родители все еще
разговаривали на кухне, до него долетали их голоса, но у Дэвида и мысли не
возникло сунуться в открытое окно и сказать, куда он пошел. Они могли его
не пустить.
Не взял он и велосипед. Зашагал, опустив голову, с синим пропуском
"ОТПУЩЕН РАНЬШЕ" в нагрудном кармане, хотя школьные занятия уже
закончились. Большие желтые автобусы развозили детей. Стайки школьников из
младших классов пробегали мимо, размахивая портфелями и коробками с
ленчем. Дэвид не обращал на них внимания. Мыслями он был далеко. Это потом
преподобный Мартин расскажет ему о "тихом, спокойном голосе" Бога, и Дэвид
поймет, что же он слышал в тот день, но тогда он не мог сказать, то ли это
голос, то ли мысль, а может, и интуиция. Он знал: когда тебя мучает жажда,
когда все твое тело жаждет воды, ты ляжешь на землю и будешь пить из лужи,
если другого источника воды не будет. В сложившейся ситуации такой лужей
стал для него "вьетконговский наблюдательный пост".
Дэвид пришел на Медвежью улицу и свернул на "тропу Хо Ши Мина".
Шагал он медленно, наклонив голову, напоминая ученого, обдумывающего
серьезную научную проблему. "Тропа Хо Ши Мина" не принадлежала ему и
Брайену, многие школьники пробегали по ней по дороге в школу и обратно, но
в тот теплый осенний день она пустовала, словно ее очистили специально для
него. На полпути он заметил обертку от шоколадного батончика "Три
мушкетера" и поднял ее с травы. Брайен ел только такие батончики, он
называл их "Три мушкера", и Дэвид не сомневался, что обертку бросил именно
Брайен за день или два до происшествия. Не то чтобы Брайен бросал обертки
там, где ел батончики. Обычно он засовывал их в карман. Но...
_Может_, _его_ _заставило_ _бросить_ _обертку_ _нечто_, _знающее_,
_что_ _я_ _приду_ _сюда_ _после_ _того_, _как_ _Брайена_ _собьет_ _машина_
_и_ _он_ _размозжит_ _голову_ _об_ _кирпичную_ _стену_, _нечто_,
_знающее_, _что_ _я_ _найду_ _обертку_ _и_ _вспомню_ _о_ _нем_.
Дэвид убеждал себя, что это безумие, он сошел с ума, если так
думает, но при этом он отнюдь не считал себя безумцем. Возможно, будучи
озвученными, эти мысли и показались бы безумными, но, оставаясь в его
голове, они представлялись Дэвиду более чем логичными.
Не отдавая себе отчета в том, что он делает, Дэвид засунул в рот
красно-серебристую обертку и высосал остатки сладкого шоколада. Проделал
он все это с закрытыми глазами, а по его щекам стекали слезы. Когда же
шоколад вместе со слюной перекочевал в желудок, а во рту не осталось
ничего, кроме мокрой бумаги, Дэвид выплюнул обертку и двинулся дальше.
В восточном углу прогалины рос дуб с двумя мощными ветвями, в
двадцати футах от земли расходящимися буквой V. Мальчики не решились
построить домик на развилке: кто-нибудь мог увидеть его и сломать. Но год
- ' $ летним днем они принесли доски, гвозди, молотки и сколотили на дубе
платформу. Дэвид и Брайен знали, что ее используют старшеклассники (время
от _времени_ на потемневших от дождей досках они находили окурки и пустые
банки из-под пива, а однажды нашли даже колготки), и это им льстило.
Малыши же туда не лазили: слишком высоко.
Дэвид поднялся на платформу, с влажными щеками, опухшими глазами, со
вкусом шоколада и мокрой бумаги во рту и аханьем белых мехов в ушах. Он
чувствовал, что найдет на платформе следы присутствия Брайена, может, те
же обертки от "Трех мушкетеров", но ничего не обнаружил, кроме прибитой к
дереву таблички с надписью: "ВЬЕТКОНГОВСКИЙ НАБЛЮДАТЕЛЬНЫЙ ПОСТ", которую
они повесили через две недели после сооружения платформы. Вдохновил их
(так же, как и на название для тропы) старый фильм с Арнольдом
Шварценеггером, но какой именно, Дэвид не помнил. Он ожидал, что в один
прекрасный день, поднявшись на платформу, они обнаружат, что
старшеклассники оторвали табличку или написали на ней что-нибудь вроде: "А
КО-КО - НЕ ХО-ХО", но ее никто не трогал. Дэвид догадался, что название им
понравилось.
Заморосил легкий дождь, охлаждая разгоряченную кожу. Совсем недавно
они с Брайеном сидели на платформе под таким же дождем. Болтали ногами,
разговаривали, смеялись.
_Зачем_ _я_ _здесь_?
Нет ответа.
_Почему_ _я_ _пришел_? _Что_ _заставило_ _меня_ _прийти_?
Нет ответа.
_Если_ _тут_ _есть_ _кто_-_нибудь_, _пожалуйста_, _отзовись_.
Долгое время крик его души оставался без ответа... а потом ответ
пришел, причем у Дэвида не возникло ощущения, что он говорит сам с собой,
обманывает себя, чтобы хоть немного успокоиться. Как и в тот раз, когда он
стоял в больнице рядом с Брайеном, сигнал поступил извне.
_Да_, послышался голос у него в голове. _Я_ _здесь_.
_Кто_ _ты_?
_Кто_ _я_, ответил голос, после чего наступила тишина, словно она
все и объясняла.
Дэвид уселся по-турецки посередине платформы и закрыл глаза. Он
обхватил колени ладонями и как мог распахнул свой разум. Что еще можно
сделать в такой ситуации, он не знал. В этой позе он просидел долго, слыша
далекие голоса детей, возвращающихся домой, различая черные и красные
полосы, движущиеся по его векам: ветер качал ветки, и солнечные лучи,
проникая сквозь листву, освещали лицо мальчика.
_Скажи_ _мне_, _чего_ _ты_ _хочешь_, спросил он голос.
Нет ответа. Голос, похоже, ничего не хотел.
_Тогда_ _скажи_ _мне_, _что_ _делать_.
Нет ответа.
Издалека, с пожарной каланчи на Колумбус-Броуд, донесся гудок. Пять
часов. Дэвид просидел на платформе с закрытыми глазами около двух часов.
Отец и мать, должно быть, уже заметили его отсутствие, увидели лежащий на
траве мяч, начали волноваться. Дэвид любил родителей и не хотел доставлять
им лишних забот, он понимал, что смерть Брайена потрясла бы их не меньше,
чем его самого, но домой идти не мог. Потому что не довел дела до конца.
_Ты_ _хочешь_, _чтобы_ _я_ _помолился_? - спросил он голос. - _Я_
_попытаюсь_, _если_ _ты_ _этого_ _хочешь_, _по_ _я_ _не_ _знаю_, _как_...
_мы_ _не_ _в_ _церкви_ _и_...
Голос перебил его, в нем не слышалось ни злости, ни удивления, ни
нетерпения, эмоции отсутствовали.
_Ты_ _уже_ _молишься_.
_О_ _чем_ _же_ _я_ _молюсь_?
_Черт_, _Мамми_ _идет_ _за_ _нами_, ответил голос.
_Давай_ _прибавим_ _шагу_. _Я_ _не_ _знаю_, _что_ _это_ _означает_.
_Знаешь_.
_Нет_, _не_ _знаю_!
- Да, знаю, - простонал Дэвид. - Но это значит, что я хочу просить
тебя о том, о чем не решались попросить другие, вымолить то, чего не
решались вымолить другие. Это так?
Ответа он не получил.
Дэвид открыл глаза. Ноябрьский день подходил к концу. Солнце
окрасило лес в золото и багрянец. Ноги мальчика затекли, он словно очнулся
от глубокого сна.
Красота окружающей природы поразила его, он почувствовал себя частью
огромного целого, клеточкой живой кожи мира. Дэвид воздел руки к небу.
- Излечи его. Господи, излечи его. Если Ты это сделаешь, я чтонибудь
сделаю для Тебя. Я услышу, что Ты мне скажешь, а потом все в
точности исполню. Обещаю.
Глаза он закрывать не стал, но напряг слух, ожидая, что скажет
голос. Поначалу голос ничего не сказал. Дэвид опустил руки, начал
подниматься, прилипшие к брюкам иголки посыпались ему на ноги, и он даже
хохотнул. А когда взялся рукой за ветку, чтобы сохранить равновесие, голос
послышался вновь.
Дэвид слушал внимательно, наклонив голову, держась за ветку,
чувствуя покалывание в затекших мышцах. Потом кивнул. Табличку с надписью:
"ВЬЕТКОНГОВСКИЙ НАБЛЮДАТЕЛЬНЫЙ ПОСТ" они прибили тремя гвоздями. Кора под
ними выкрошилась, ржавые шляпки торчали наружу. Дэвид вытащил из кармана
синий пропуск и насадил его на одну из шляпок. Потом начал переминаться с
ноги на ногу, чтобы полностью восстановить кровообращение, и наконец
спустился вниз.
Едва Дэвид появился на подъездной дорожке у своего дома" как его
родители выскочили из кухонной двери. Эллен Карвер осталась стоять на
крыльце, приложив ладонь ко лбу, чтобы солнце не слепило ее, а Ральф
сбежал со ступенек и обнял сына за плечи.
- Где ты был? Где тебя носило, Дэвид?
- Пошел прогуляться. В лес на Медвежьей улице. Я думал о Брайене.
- Ты ужасно нас напугал, - вырвалось у Эллен. Кирстен тоже вышла на
крыльцо, с миской клубничного мусса в руках и любимой куклой, Мелиссой
Дорогушей, под мышкой. - Даже Кирсти и та волновалась.
- Я не волновалась, - возразила девочка, продолжая есть мусс.
- С тобой все в порядке? - спросил отец.
- Да.
- Ты уверен?
- Да.
Дэвид прошел в дом, по пути дернув Пирожка за косичку. Сестра
скорчила ему рожицу, но потом улыбнулась.
- Ужин почти готов, иди мыть руки. - Эллен последовала за сыном на
кухню.
Зазвонил телефон. Эллен сняла трубку, потом позвала Дэвида, который
уже направился к ванной на первом этаже, чтобы помыть руки, действительно
изрядно испачканные. Повернувшись, он увидел, что мать одной рукой
протягивает ему трубку, а второй комкает фартук. Она попыталась что-то
сказать, но с ее шевелящихся губ не сорвалось ни звука. Эллен проглотила
слюну и предприняла вторую попытку.
- Это Дебби Росс. Просит тебя. Она плачет. Думаю, все кончено. Ради
Бога, говори с ней помягче. Дэвид взял трубку и поднес ее к уху.
- Алло! Миссис Росс?
Мать Брайена душили рыдания, поэтому сначала она не могла произнести
ни слова. Потом Дэвид услышал голос мистера Росса: "Давай я". На что
миссис Росс ответила: "Нет, я сама, - еще раз громко всхлипнула и
добавила: - Брайен очнулся".
- Правда? - Никогда в жизни Дэвид не чувствовал себя таким
счастливым... Однако услышанное его не удивило.
- Он умер? - выдохнула Эллен. Одна ее рука все еще теребила фартук.
- Нет, - ответил Дэвид матери и отцу, прикрыв трубку рукой. Он мог с
ними поговорить, так как Дебби Росс опять рыдала. Дэвид подумал, что
рыдать она будет всякий раз, рассказывая о выздоровлении сына. Во всяком
случае, первое время. И ничего не сможет с собой поделать: слишком много
она пережила.
- Он умер? - вновь тихо спросила Эллен.
- Нет! - В ответе прорвалось раздражение. Она же не глухая, почему
он должен повторяться? - Брайен жив. Миссис Росс говорит, что он очнулся.
Отец и мать Дэвида хватали ртом воздух, словно рыбы в аквариуме.
Кирсти прошла мимо них, доедая мусс, наклонившись к Мелиссе Дорогуше.
- Я же говорила тебе, что так оно и будет. - Тон ее не допускал
возражений. - Говорила ведь?
- Очнулся? - изумленно переспросила Эллен. - Он жив?
- Дэвид, ты меня слушаешь? - раздался голос миссис Росс.
- Да, конечно.
- Примерно через двадцать минут после твоего ухода на мониторе
энцефалографа появились зубцы. Я увидела их первая, Марк в это время пошел
в кафетерий за минеральной водой. Я побежала за медсестрой, но она мне не
поверила. - Миссис Росс смеялась сквозь слезы. - Действительно, кто бы мне
поверил? А придя в палату, медсестра позвонила не доктору, а в службу
технического обслуживания. Никто не верил, что такое может случиться. И
они действительно заменили монитор, можешь себе такое представить? -
Естественно, нет. Фантастика. Родители Дэвида смотрели на него во все
глаза. А отец еще что-то показывал ему руками, вызывая у него смех. Однако
смеяться Дэвид не считал возможным, он не хотел, чтобы его услышала миссис
Росс, и поэтому отвернулся к стене.
- Лишь когда они увидели зубцы на новом мониторе, с более сильным
разрешением, одна из медсестер позвала доктора Васлевски. Нейрохирурга. Но
еще до того, как он пришел, Брайен открыл глаза и посмотрел на нас.
Спросил, кормила ли я сегодня рыбок. Я ответила, что рыбки в полном
порядке. Я даже перестала плакать. Меня так потряс его голос, что я
перестала плакать. Потом Брайен сказал, что у него болит голова, и вновь
закрыл глаза. Когда появился доктор Васлевски, Брайен выглядел так, будто
опять оказался в коме. Доктор недовольно глянул на медсестру, как бы
говоря: "Чего вы меня беспокоили?" Ты понимаешь?
- Конечно, - ответил Дэвид.
- Но когда доктор хлопнул в ладоши под ухом у Брайена, тот сразу
открыл глаза. Видел бы ты лицо этого старого поляка, Дэйви! - Миссис Росс
рассмеялась каким-то безумным каркающим смехом. - Потом... потом Брайен
ска-ска-сказал, что он хочет пить, и попросил дать ему в-в-воды.
Она вновь разрыдалась, потом рыдания стихли, и в трубке раздался
голос отца Брая:
- Дэвид, ты слушаешь? - Голос его тоже дрожал от радости и
безмерного облегчения.
- Конечно.
- Брайен не помнит, как его сбила машина, вообще не помнит того
утра. Воспоминания его обрываются на домашней работе, которую он делал
вечером, но он помнит свое имя, свой адрес, наши имена. Он знает, кто
сейчас президент, может решать простые арифметические задачи. Доктор
Васлевски говорит, что слышал о таких случаях, но сам видит впервые. Он
называет это "клиническим чудом". Я не знаю, что это значит, да это и не
важно. Я просто хочу поблагодарить тебя, Дэвид. И Дебби тоже. От всего
сердца.
- Меня? - Дэвида дергали за плечо, требуя, чтобы он повернулся. - А
за что вы благодарите меня?
- За то, что ты вернул Брайена к нам. Ты говорил с ним, и зубцы
появились после твоего ухода. Он тебя услышал, Дэйви. Услышал тебя и
вернулся.
- Я тут ни при чем. - Он повернулся. Родители нависли над ним, на их
лицах отражались изумление, надежда, смятение. Мать плакала. Просто какойто
День слез. Только Пирожок, которая ревела шесть часов из каждых
двадцати четырех, на этот раз почему-то сидела тихо, как мышка.
- А я придерживаюсь иного мнения, - возразил мистер Росс.
Дэвид хотел заговорить с родителями до того, как от их взглядов
воспламенится его рубашка, но сначала он должен был задать несколько
важных вопросов.
- Когда он очнулся и спросил о рыбках? Сколько времени прошло после
того, как вы увидели зубцы?
- Они меняли монитор... Дебби уже говорила тебе... Я не знаю... -
Тут голос мистера Росса окреп. - Нет, знаю. О рыбках он спросил после
того, как я услышал пятичасовой гудок пожарной каланчи на Колумбус-Броуд.
Значит, в самом начале шестого.
Дэвид кивнул, ничуть не удивившись ответу. Именно в это время голос
сказал ему:
_Ты_ _уже_ _молишься_.
- Могу я прийти к нему завтра?
Мистер Росс рассмеялся:
- Дэвид, если хочешь, ты можешь приходить и в полночь. Почему нет?
Доктор Васлевски говорит, что мы должны все время разговаривать с
Брайеном, задавать любые вопросы. Я знаю, чего он боится: как бы Брайен
опять не впал в кому. Но я думаю, этого не случится. А ты?
- Разумеется, нет, - ответил Дэвид. - До свидания, мистер Росс.
Он положил трубку, и родители буквально набросились на него. Они
хотели знать, как все это произошло и почему родители Брайена думают, что
Дэвид имеет к этому самое непосредственное отношение.
Дэвида так и подмывало опустить глаза и скромненько сказать: _Ну_,
_он_ _очнулся_, _это_ _все_, _что_ _мне_ _известно_. _Кроме_ _того_,
_что_... _ну_... Тут бы он выдержал паузу, а потом добавил: _Мистер_ _и_
_миссис_ _Росс_ _думают_, _что_ _Брайен_ _услышал_ _мой_ _голос_ _и_
_отреагировал_ _на_ _него_, _но_ _вы_ _понимаете_, _в_ _каком_ _они_
_были_ _состоянии_.
Этого вполне хватило бы, чтобы слава о нем начала распространяться
по городку. Дэвид прекрасно это понимал. И он хотел, чтобы люди о нем
знали. Хотел, сомнений в этом не было. Остановил его не тот голос, что
раздавался в его голове, а другой, идущий из глубины сознания.
_Если_ _ты_ _припишешь_ _исцеление_ _себе_, _все_ _закончится_.
Что закончится?
_Все_, _что_ _значимо_, ответил ему внутренний голос. _Все_, _что_
_значимо_.
- Дэвид, очнись. - Отец потряс его за плечо. - Мы же умираем от
любопытства.
- Брайен пришел в себя. - Дэвид говорил, тщательно подбирая слова. -
Он может разговаривать, к нему вернулась память. Нейрохирург считает, что
это чудо. Мистер и миссис Росс думают, что я имею к этому какое-то
отношение, они вроде бы слышали, как я говорил с Брайеном, потому-то он и
очнулся, но ничего такого не было. Я лишь держал его за руку, а он
пребывал в коме. С пустыми открытыми глазами. Словно покойник. Потому я и
плакал. Думал, что он уже ушел от меня. Я не знаю, как это случилось, и
мне без разницы. Брайен очнулся, и это главное.
- Самое главное, дорогой. - Мать прижала его к груди.
- Я голоден. Что у нас на ужин? - спросил Дэвид.
3
И теперь Дэвид завис в темноте, слепой, но не глухой, вслушиваясь в
тишину в надежде услышать голос, тот самый, что преподобный Джин Мартин
назвал тихим, спокойным голосом Бога. За последние семь месяцев
преподобный Мартин не единожды внимательно выслушивал историю Дэвида.
Особенно ему нравились воспоминания Дэвида о своих ощущениях во время
разговора с родителями после звонка миссис Росс.
- Ты вел себя абсолютно правильно, - заверил его преподобный Мартин.
- В конце ты услышал не чужой голос и, уж во всяком случае, не голос
Бога... С другой стороны, справедливо утверждение, что Бог всегда общается
с нами через нашу совесть. Миряне, Дэвид, верят, что совесть -
единственный цензор, средоточие моральных норм, но в действительности
совесть отделена от самого человека, чтобы предлагать оптимальные решения
в ситуациях, осознать которые тот бессилен. Ты меня понимаешь?
- Думаю, да.
- Ты же знал, почему негоже приписывать себе выздоровление твоего
друга. Сатана искушал тебя, как он искушал Моисея, но ты сделал то, чего
не смог сделать Моисей: сначала понял, а потом устоял.
- А чего не смог сделать Моисей?
И преподобный Мартин рассказал Дэвиду историю о том, что, когда
евреев, которых Моисей увел из Египта, замучила жажда, пророк ударил
посохом в скалу и из нее потекла вода. Когда же евреи спросили, кого они
должны за это благодарить, Моисей ответил, что благодарить надо его.
Рассказывая эту историю, преподобный Мартин то и дело прикладывался к
кружке с надписью: "СЧАСТЛИВЫЙ, ВЕСЕЛЫЙ И СВОБОДНЫЙ", но содержимое кружки
своим запахом напоминало Дэвиду не чай, а виски, которое иногда пил отец,
сидя вечером перед телевизором.
- Всего один неправильный шаг в долгой, многотрудной службе Господу,
- продолжал преподобный Мартин, - но Бог не допустил его в Землю
Обетованную. Иисус Навин перевел через реку эту неблагодарную толпу.
Разговор этот происходил в июне, в одно из воскресений. Преподобный
Мартин и Дэвид знали друг друга уже достаточно давно, и еженедельные
беседы вошли у них в привычку. Утром Дэвид приходил в методистскую
церковь, а во второй половине дня шел в дом пастора и проводил в его
кабинете чуть больше часа. Дэвид с нетерпением ждал этих встреч. Те же
чувства испытывал и Джин Мартин. Он привязался к этому ребенку, который в
один момент обрел несвойственную его годам мудрость. Пастора влекло к
мальчику и другое: он верил, что Бог прикоснулся к Дэвиду Карверу и рука
Его по-прежнему лежит на плече Дэвида.
Не только история Брайена Росса вызвала у него благоговейный трепет.
Его потрясло, что Дэвид, обычный мальчишка конца двадцатого века, имеющий
о религии самые смутные представления, начал... искать Бога. Пастор даже
сказал своей жене, что Дэвид - единственный истинный новообращенный,
которого ему довелось встретить, а случившееся с приятелем Дэвида -
единственное современное чудо, о котором он слышал и в которое мог
поверить. Брайен полностью выздоровел, только немного прихрамывал, но
врачи в один голос утверждали, что через год или чуть больше исчезнет и
хромота.
- Великолепно, - ответила мужу Стелла Мартин. - А мне и нашему
ребенку будет особенно приятно, если твой новый друг заявит, будто ты не
так приобщал его к вере, и ты окажешься в суде, обвиненный в растлении
малолетних. Будь поосторожнее и, пожалуйста, не пей виски в его
присутствии.
- Я не пью в его присутствии. - Преподобный Мартин разглядывал за
окном что-то очень интересное. Наконец он повернулся к жене. - Что же
касается остального, Бог - мой поводырь.
И пастор продолжил воскресные встречи с Дэвидом. Самому ему еще не
было и тридцати, и он испытывал истинное наслаждение, получив возможность
писать на чистой странице. Он не прекратил добавлять "сигрэм" в чай, не
захотел нарушать воскресную традицию, но во время бесед с Дэвидом оставлял
дверь кабинета открытой. Телевизор всегда работал, правда, преподобный
Мартин выключал звук, поэтому разговор о Боге шел на фоне беззвучного
футбола, баскетбола, бейсбола.
Как раз на беззвучный бейсбол и пришлась история Моисея и воды,
выбитой им из камня. Дэвид оторвал глаза от экрана и повернулся к
преподобному Мартину:
- Бог не из тех, кто легко прощает?
- Это точно замечено. - В голосе пастора слышалось изумление. - Иным
он и не может быть, потому что Бог очень требователен.
- Но он и жесток, так ведь?
Джин Мартин ответил без запинки:
- Да, Бог жесток. У меня есть попкорн, Дэвид... Хочешь, я его
поджарю?..
Теперь, в темноте, Дэвид пытался услышать голос жестокого Бога
преподобного Мартина, который не позволил Моисею войти в Ханаан только
потому, что тот единожды приписал себе Его деяние, того самого Бога,
который использовал Дэвида ради спасения Брайена Росса, того самого Бога,
который убил его маленькую сестренку и отдал их всех в руки чокнутого
гиганта с пустыми глазами человека, пребывающего в коме.
В том темном месте, куда он отправлялся, когда молился, обитали и
другие голоса. Дэвид слышал их и раньше, когда бывал там. Обычно они
звучали издалека, совсем как те голоса, которые возникают в трубке во
время междугородного телефонного разговора. Иногда голоса раздавались
более отчетливо. Сегодня один из них слышался особенно ясно.
_Если_ _хочешь_ _молиться_, _молись_ _мне_. _Зачем_ _тебе_
_молиться_ _Богу_, _который_ _убивает_ _младших_ _сестер_? _Тебе_ _уже_
_не_ _посмеяться_ _над_ _ее_ _ужимками_, _не_ _пощекотать_ _ее_, _не_
_подергать_ _за_ _косички_. _Она_ _мертва_, _а_ _ты_ _и_ _твои_ _родители_
_в_ _тюрьме_. _Когда_ _вернется_ _этот_ _сумасшедший_ _коп_, _он_ _скорее_
_всего_ _убьет_ _вас_ _троих_. _И_ _остальных_ _тоже_. _Это_ _все_
_допустил_ _твой_ _Бог_. _Впрочем_, _что_ _еще_ _можно_ _ожидать_ _от_
_Бога_, _который_ _убивает_ _маленьких_ _девочек_? _Он_ _такой_ _же_
_чокнутый_, _как_ _и_ _коп_, _если_ _разбираться_ _с_ _конкретными_
_случаями_. _Однако_ _ты_ _преклоняешь_ _перед_ _ним_ _колени_.
_Перестань_, _Дэйви_, _начни_ _жизнь_ _заново_. _Молись_ _мне_. _По_
_крайней_ _мере_ _я_-_то_ _не_ _сумасшедший_.
Голос не потряс его, вернее, не слишком потряс. Дэвид слышал его и
раньше, возможно, в тот самый момент, когда хотел дать понять родителям,
что имеет самое непосредственное отношение к выходу Брайена из комы. Дэвид
слышал его более чем ясно во время молитв, его это беспокоило, но, когда
он сказал преподобному Мартину, что этот голос иногда врезается в его
общение с Богом, словно случайно подключившийся к телефонному разговору
человек, тот лишь рассмеялся.
- Как и Бог, Сатана предпочитает говорить с нами во время молитвы
или медитации. Именно тогда мы наиболее открыты, больше всего сливаемся с
нашей pneuma.
- Пневма? Что это такое?
- Душа. Та часть каждого из нас, что стремится реализовать
заложенный Богом потенциал и стать вечной.
Та часть, из-за которой даже теперь препираются Бог и Сатана.
Пастор научил Дэвида короткой молитве, которую надо использовать в
таких случаях, и Дэвид всякий раз следовал его наставлениям. _Загляни_ _в_
_меня_. _Господи_, _будь_ _во_ _мне_, думал он снова и снова. Дэвид
ожидал, что другой голос смолкнет, но ему требовалось время, чтобы
справиться с болью. Она накатывала и накатывала. Смерть Пирожка нанесла
глубокую рану. Да, он обиделся на Бога за то, что тот позволил безумному
копу столкнуть сестренку с лестницы. Более того, он ненавидел его.
_Загляни_ _в_ _меня_, _Господи_. _Будь_ _во_ _мне_, _Господи_.
_Загляни_ _в_ _меня_, _будь_ _во_ _мне_.
Голос Сатаны (если это действительно был он, о чем Дэвид не мог
знать наверняка) пропал вдали, и какое-то время мальчи
...Закладка в соц.сетях
