Жанр: Триллер
На грани
...стро пришел конец. У меня наворачивались слезы. Я слишком устала.
- А я думала, уже все... - пробормотала я.
- С вами ничего не случится, - пообещал Линкс, не глядя на меня. -
Наблюдение не снято.
Я поднялась и побрела к двери как в тумане.
- Поймите, Надя, это хороший результат. Мы вычеркнули из списка еще одного
подозреваемого. Это прогресс.
Я обернулась:
- Что?
- Одним подозреваемым меньше.
- Осталось всего шесть миллиардов, - в тон ему продолжала я. - Ну, женщин и
детей отбросим. Значит, два миллиарда. Минус один человек.
Линкс поднялся.
- Стадлер проводит вас.
Меня пришлось вести под руку, почти нести. По пути Стадлер остановился в
длинном безлюдном коридоре.
- Как ты? - спросил он.
Я что-то простонала.
- Нам надо увидеться.
- Что?
- Я постоянно думаю о тебе. Хочу тебе помочь, Надя. Я нужен тебе, а ты - мне.
Да, ты мне нужна. - Он коснулся моей руки.
Я вдруг осознала, что он делает, снова застонала и стряхнула с плеча его ладонь.
- Не трогай меня! - воскликнула я. - Больше никогда ко мне не прикасайся!
Глава 17
Страх взыграл во мне. Парализовал ноги, тугим клубком засел в животе. Я
забралась в постель и уставилась в потолок, стараясь ни о чем не думать. Только не
думать. Всего несколько часов надежды. А что дальше? Что теперь, когда вернулась к
тому же, с чего все началось неделю назад? Мне казалось, что прошли месяцы и годы,
унылая и ужасная эра страха. Я засыпала, просыпалась и опять засыпала беспокойным
сном, близким к бодрствованию, где сновидения колышутся, как водоросли под водой.
Темнота сменилась сумерками, потом небо за окном опять стало серым. Я лежала и
прислушивалась к щебету птиц. Посмотрела на часы. Половина седьмого. Укрылась
одеялом с головой. Что же мне делать?
Сначала я позвонила Заку. Его голос был сиплым после сна.
- Зак, это я, Надя. Прости, что разбудила. Оказалось, это не он. Не Моррис. У него
алиби.
- Дерьмо, - выпалил Зак.
- И я так думаю. Что мне делать? - Я расплакалась. Слезы жгли кожу, затекали в
рот, скапливались где-то на шее.
- А это точно?
- Они уверены, что он не виноват.
- Вот дерьмо... - Я поняла, что ему нечего добавить.
- Я проиграла, Зак. Он до меня доберется. Я не выдержу. Это невыносимо. Все
бессмысленно...
- Нет, выдержишь, Надя. Ты сможешь.
- Нет. - Я вытерла рукавом ночнушки залитое слезами, распухшее лицо. Болело
горло. - Не смогу.
- Выслушай меня. Ты смелая. Я в тебя верю.
Он твердил: "Ты смелая, я в тебя верю", а я рыдала, шмыгала носом и повторяла:
"Да нет же! Нет, не справлюсь!" Как ни странно, твердя одно и то же, я постепенно
успокоилась, перестала возражать. Я даже хихикнула, когда Зак божился, что я доживу
до ста лет. Он взял с меня обещание приготовить хоть какой-нибудь завтрак. Сказал,
что позвонит через час и проверит, а потом мы увидимся.
Я послушно поджарила лежалый хлеб и съела тост с большой чашкой черного
кофе. Потом долго сидела в кухне и смотрела в окно. Мимо шли люди, а я думала: а
вдруг это он? Вон тот, в бейсболке и широченных штанах, подобравший губы в
неслышном свисте. Или другой - в наушниках, с тявкающей шавкой на поводке. Или
третий, с жидкой бородкой и редеющей шевелюрой, сгорбленный, в стеганом анораке,
несмотря на августовскую жару. Убийцей может оказаться кто угодно. Каждый из них.
Я старалась не думать о Дженни. Стоило мне вспомнить про ее посмертные
фотографии, к горлу подступала паника. Раньше убийца представлялся мне неясной,
призрачной угрозой, абстрактной и почти нереальной. Но ничего абстрактного не было
в спокойном лице Зои или в изувеченном трупе Дженни, и во мне понемногу начинала
поднимать голову пока еще робкая ненависть к убийце: потаенное, но стойкое чувство.
Я сидела за кухонным столом и следила, как оно обретает форму. Убийца - не облако,
не тень, не гнусная вонь в воздухе, которым я дышу. Он человек, который уже убил
двух женщин и угрожает убить меня. Он - мой враг.
Разыскав неоткрытое письмо, в котором мне сообщали, что приз я уже выиграла, я
принялась писать на чистом обороте листа. Что я знала? Что неизвестный убил Зою в
середине июля и Дженни - в начале августа. Как выразилась Грейс, он смелел.
Пропавший медальон Дженни нашелся в квартире Зои, фотография Зои - в вещах
Клайва, но больше этих женщин ничто не связывало. Единственной ниточкой -
тоненькой и, как выяснилось, бесполезной - между мной и Дженни был Моррис. Я
вспомнила всех, кого допросили полицейские: конечно, Фреда, хотя в списке
подозреваемых он никогда не значился, Клайва, агента Гая, бизнесмена Ника Шейла,
бывшего парня Зои, который вернулся из путешествия, всю ораву архитекторов,
строителей, садовников и уборщиц Дженни. И Морриса. Полицейские добились только
одного: исключили явных подозреваемых.
Я потягивала остывающий кофе. На чем мы остановились? Итак, я сижу за столом
и пытаюсь быть сама себе детективом, разглядываю мужчин в окно, гадаю "он - не
он". Бьюсь головой о ту же стену, в которую уже уткнулись носом полицейские.
В спальне я нашла клочок бумаги, на который выписала имена и адреса из папок
Камерона. Я смотрела на них, пока буквы не начали расплываться у меня перед
глазами. Ничего не придумав, я тяжело вздохнула и потянулась к телефону.
- Доброе утро. Агентство Кларка. Чем могу помочь? - зазвенел наигранным
энтузиазмом женский голос.
- Я слышала, вы продаете квартиру на Холлоуэй-роуд. Можно взглянуть на нее?
- Подождите минутку, - попросила незнакомка, и я услышала Баха,
исполняемого на детском электроорганчике.
Мужчина на другом конце провода заменил приветствие кашлем.
- Гай слушает. Чем могу помочь?
Я повторила просьбу.
- Отлично! Превосходное расположение. У самой станции метро.
- Можно посмотреть квартиру сегодня?
- Конечно. Днем вас устроит?
- А хозяева дома?
- Я сам покажу вам квартиру.
Повезло.
Я набрала следующий номер из списка. Не знаю, почему. Наверное, потому, что из
всех допрошенных только она была убита горем.
- Алло!
С чего начать? Я избрала прямой путь.
- Я Надя Блейк. Вы меня не знаете. Я хочу поговорить о Зое. - На другом конце
провода было тихо. Я не слышала даже дыхания. - Простите за напоминание...
- Кто вы? Журналист?
- Нет. Я - подруга Зои по несчастью. Мне пишет мужчина, который убил ее.
- О Господи! Так вас зовут Надя?
- Правильно.
- Чем я могу вам помочь?
- Можно с вами встретиться?
- Да, конечно. Я еще в отпуске. Я учительница.
- А если в квартире Зои, скажем, в два?
- У Зои?
- Мне обещали показать квартиру.
- Зачем?
- Хочу увидеть.
- А надо ли? - с сомнением спросила она. Наверное, приняла меня за
сумасшедшую.
- Мне надо узнать про Зою.
- Я приеду. Но предупреждаю: вам будет тяжело.
До встречи оставалось четыре часа. Сегодня дежурила другая женщина-констебль,
Бернис. Я сказала ей, что в два еду осматривать квартиру на Холлоуэй-роуд, и она
кивнула не моргнув глазом и сделала пометку в блокноте, с которым не расставалась.
Наверное, она не знала адрес Зои, а может, ей просто надоело торчать у меня и ждать
неизвестно чего. Я не спеша вымылась, помыла голову, полежала в ванне с пеной, пока
у меня не сморщились подушечки пальцев. Потом накрасила ногти на ногах и надела
почти новое платье. Я приберегала его для особого случая - какой-нибудь шикарной
вечеринки, где я встречу мужчину своей мечты. Но теперь ждать и беречь платье было
глупо. Значит, в нем можно осмотреть квартиру Зои, встретиться с Гаем и Луизой.
Платье было прелестное, бледно-бирюзовое, облегающее, с короткими рукавами и
круглым вырезом. К нему я выбрала ожерелье, маленькие сережки и сандалии.
Нарядная, свежая, я будто собиралась на вечеринку, пить шампанское в прохладном
саду. Если бы! В заключение я подкрасила губы.
В полдень Бернис сообщила, что ко мне пришли. Я выглянула в окно в прихожей и
увидела, что у порога мнется Джош. А рядом - мужчина с темными волосами в
черной куртке. В одной руке он держал пачку сигарет, в другой - букет и с улыбкой
ждал, когда я выйду.
Когда мне вдруг втемяшилось в голову, что убийца - Моррис, его лицо казалось
мне зловещим: со стеклянными глазами, хищной усмешкой. Но теперь я увидела, что
он просто привлекательный, похожий на мальчишку парень. При моем появлении он
расцвел обаятельной улыбкой и протянул мне букет.
- Входите оба.
Джош что-то бормотнул и присел, развязывая шнурки. Моррис встряхнул букет.
- Это мне следовало подарить вам цветы и извиниться за подозрения, - заявила
я. - Чудесный букет. - В неожиданном порыве я приподнялась на цыпочки и
поцеловала Морриса в щеку. Бернис стояла у дверей, как надсмотрщик.
- Надеюсь, мы вам не помешали? - спросил Моррис, наблюдая, как я ставлю
цветы в вазу.
- Хак решил, что нам пора встретиться всем вместе, - пояснил Джош.
Он снова вышагивал по гостиной, хватал все, что попадалось под руку, заглядывал
во все углы.
- Сядь, Джош, не мельтеши. Конечно, я рада видеть вас обоих. Только немного
странно...
- Что?
- А вы сами подумайте. - Я захихикала, и Джош из вежливости поддержал меня.
Моррис смотрел на нас нахмурившись.
- Как вы можете смеяться? - прервал он мой истерический смех. - Вас же хотят
убить.
- Видели бы вы меня сегодня утром! Или вчера, когда я узнала, что вы ни в чем не
виноваты. Не обижайтесь, но мне очень хотелось, чтобы убийцей оказались вы.
- Надежда - жестокая вещь. - Моррис мрачно кивнул.
Я озабоченно посмотрела на Джоша:
- Ты в порядке?
- Ага.
Но выглядел он ужасно: бледная кожа приобрела зеленоватый оттенок, глаза были
красные. Я усадила его на диван, подсунув под спину подушку.
- Когда ты в последний раз ел?
- Я не голодный.
- Что-нибудь съесть тебе все равно придется. Макароны будешь? А вы? -
повернулась я к Моррису.
- Я помогу, - вызвался он. - Побудь здесь. - Он хлопнул Джоша по плечу. -
Береги силы.
Джош откинул голову на спинку дивана и закрыл глаза. На губах мелькнула слабая
улыбка.
Моррис резал помидоры, я варила макароны-спиральки. Высыпала их в кастрюлю
и наполнила водой чайник.
- Страшно? - спросил Моррис, совсем как Джош.
- Бывает, - ответила я. - Пока держусь.
- Хорошо. - Он мерно постукивал ножом. - Вам помогают?
- Кто?
- Полицейские.
- Вроде того, - уклончиво ответила я.
Посвящать его в подробности мне не хотелось. В шкафу я нашла банку черных
оливок без косточек и посыпала ими готовые макароны. Блюдо получилось простым и
элегантным. Не хватало только пармезана и черного перца. И так сойдет. Моррис
продолжал медленно и методично резать помидоры на крохотные кубики.
- Каким он вам видится? - спросил он.
- Не знаю. - Я удивилась собственному спокойствию. - Я думаю о женщинах.
О Зое и Дженни.
Он высыпал нарезанные помидоры в миску.
- Если я могу чем-нибудь помочь - я к вашим услугам.
- Спасибо, - кивнула я, но не слишком воодушевленно. - У меня достаточно
друзей.
Пока мы ели, я рассказала, что сегодня иду смотреть квартиру Зои. Услышав это,
Моррис и Джош оцепенели.
- Хотите со мной? - вдруг предложила я и сразу пожалела об этом.
Джош покачал головой.
- Глория везет всех нас к своей матери, - с горечью объяснил он.
От еды он повеселел, но оливки оставил на краю тарелки.
- Я пойду с вами, - решил Моррис.
- У меня встреча с подругой Зои. С Луизой.
- Забавно... - пробормотал Моррис.
- Почему?
Он ответил не сразу.
- Вы уже знакомы с теми, кто знал мать Джоша. А теперь - со знакомыми Зои.
Странно.
- Должна же я что-то делать.
Моррис пробормотал что-то невнятное. Доел макароны, встал и вытащил из
кармана куртки тонкий мобильник.
- Только проверю сообщения. - Он понажимал кнопки, послушал телефон и
нахмурился: - Черт... - Он набросил куртку и застегнул ее. - У меня срочный
вызов. Извините, но пойти с вами я не могу. Пообещал не подумав.
- Ничего.
Он пожал мне руку и ушел. Я ему нравилась, я точно знала это. С первой встречи,
когда он пришел чинить компьютер. Неужели он не понимал, насколько я далека? Я
вообще сомневалась, что ко мне когда-нибудь вернутся человеческие чувства.
Скоро ушел и Джош. На пороге я поцеловала его в щеку, и он чуть не расплакался.
- До встречи, - жизнерадостно попрощалась я. - Береги себя.
Прежде чем сойти с крыльца на тротуар, он выпалил:
- Нет, лучше вы берегите себя. Будьте осторожны.
Гай явился на встречу в шоколадном костюме, галстуке с Бартом Симпсоном и с
широчайшей улыбкой. У него были белоснежные зубы и бронзовый загар. И крепкое
рукопожатие. Он попросил разрешения звать меня по имени, а потом так часто
повторял его, как будто заучивал иностранное слово. Когда он отпирал дверь, за моей
спиной кто-то произнес:
- Надя?
Я обернулась и увидела женщину примерно моего возраста и роста. В желтой
безрукавке и ярко-алой юбке, едва прикрывающей ягодицы, с длинными стройными
загорелыми ногами. Каштановые волосы собраны в конский хвост, губы накрашены
помадой оттенка юбки. Глаза настороженные, блестящие, недоверчивые. Я
заулыбалась:
- Луиза? Как хорошо, что вы пришли!
Она ободряюще улыбнулась. Вдвоем мы вошли в унылую прихожую и поднялись
по узкой лестнице.
- Это гостиная, - объявил Гай, впуская нас в тесную комнату, пахнущую
плесенью.
Тонкие оранжевые шторы были задернуты. Я шагнула вперед и раздвинула их.
Господи, какая убогая конура!
- Знаете, - повернулась я к Гаю, - я бы хотела сначала осмотреть ее без вас.
Подождите за дверью.
- А разве вы?..
- Нет, - ответила за меня Луиза и, когда Гай ушел, добавила: - Скользкий тип.
Зоя терпеть его не могла, а он, как назло, ухлестывал за ней. Вечно куда-то зазывал.
Мы печально улыбнулись друг другу. У меня навернулись слезы. Зоя, девушка с
милой улыбкой, жила здесь. За этой дверью она умерла.
- Я бы хотела знать о ней все, - призналась я. - Как жаль, что... - Я осеклась.
- Она была лучше всех, - сказала Луиза. - Ненавижу слово "была". Дети в
школе обожали ее. Мужчины были от нее без ума. В ней было что-то...
- Что?
Луиза устремила взгляд куда-то сквозь стену и продолжала, как в трансе:
- Знаете, она еще в детстве лишилась матери. И всегда казалась маленькой
сиротой. Ее хотелось защитить и обласкать. Может, поэтому...
- Говорите.
- Кто знает, почему и кого выбирают? - Она посмотрела на меня в упор.
- И я постоянно думаю об этом.
Я прошлась по комнате. Все вещи, похоже, остались на местах, хотя кто-то
старательно убрал квартиру. Сложил книги на столике у окна, положил поверх
блокнота пару карандашей, резинку и линейку. На первой странице блокнота я увидела
аккуратный план урока. Почерк Зои: мелкие буковки, округлые хвостики. На стене
висела страница из газеты в рамке: фотография Зои в окружении детей, с огромным
арбузом.
Мы перешли в кухню. На сушилке стояли кружки, в вазе поникли засохшие цветы.
Рядом с чайником приютилась бутылка белого вина. Открытый холодильник был
абсолютно пуст.
- Теперь квартира принадлежит ее тете, - объяснила Луиза, отвечая на мои
расспросы.
Я машинально взяла калькулятор с кухонного стола, понажимала кнопки и
посмотрела на цифру на экране.
- Ей было страшно?
- Да. Она перебралась ко мне. Сначала была не в себе, но в последний день
успокоилась. Думала, что все уже позади. Знаете, я ведь ждала ее в машине. - Луиза
мотнула головой в сторону окна. - Не смогла припарковаться у тротуара. Ждала,
ждала... Потом посигналила, еще подождала и начала злиться. Не выдержала, стала
звонить в дверь. И наконец вызвала полицию.
- Значит, труп вы не видели?
Луиза заморгала.
- Нет, - наконец призналась она. - Мне не разрешили. Только потом меня
впустили в квартиру. Я была в шоке. Ведь это я привезла ее, она обещала вернуться
через минуту...
- Дамы, вы скоро? - крикнул с лестницы Гай.
- Еще немного! - отозвалась я.
Вдвоем мы прошли в спальню. Кровать была не застелена, стопка простынь и
подушек лежала на стуле. Я открыла шкаф. Вся одежда на месте. Ее было немного. Три
пары туфель на полу. Я потрогала двумя пальцами подол голубого платья, легкий
жакет с отпоровшимся подолом.
- Вы знали Фреда? - спросила я.
- Конечно. Красавец. Но Зое не пара. Эгоист. Она просто ожила, когда наконец
рассталась с ним.
- Этого я не знала.
Я прикрыла глаза, вспомнив фотографию мирно лежащей на полу Зои. Наверное,
она не мучилась. Открыв глаза, я заметила, что Луиза смотрит на меня с
беспокойством.
- Зачем вы сюда пришли? - не выдержала она. - Зачем это вам?
- Не знаю, - ответила я. - Надеялась узнать что-нибудь, но не думала, что будет
так тяжело. Может, просто искала Зою...
Она улыбнулась:
- Собираете улики?
- Глупо, да?.. Или что-нибудь пропало?
Луиза огляделась.
- Полицейские тоже спрашивали. Точно сказать не могу. Но я сразу заметила, что
на стене нет драпировки - подарка Фреда. Она исчезла.
- Да, - вспомнила я, - я читала об этом в протоколе.
- Кому она понадобилась? Эта тряпка ничего не стоила.
- Полицейские предположили, что в нее преступник что-то завернул и вынес.
Луиза задумалась.
- Мог бы просто взять пакет в кухне.
- Наверное, после убийства трудно рассуждать разумно.
- У Зои вообще было немного вещей. Кое-что уже забрала тетка. Некоторые
увезла полиция. Но в остальном все на месте. Жуткая дыра, верно?
- Да.
- Зоя ненавидела ее. Особенно перед смертью. Но это вам ничего не скажет. -
Луиза вернулась в гостиную и присела на диван. - В последний день мы вместе
ходили по магазинам. Просто купить ей какую-нибудь одежду на первое время.
Подобрали трусики, лифчик, носки, потом стали искать какую-нибудь футболку. Мои
ей были слишком велики. От переживаний она страшно похудела, стала как щепка. Мы
зашли в магазин детской одежды возле моей квартиры, примерили легкое летнее
платье и белую тенниску с вышитыми цветочками. Судя по этикетке - для девочек
десяти-одиннадцати лет. Зое обе вещи пришлись впору. В них она была так мила -
тоненькая, чуть растрепанная, с руками-веточками, бледным лицом...
По лицу Луизы заструились слезы. Утереть их она не пыталась.
- Я любовалась ею, - призналась она. - Даже забыла, что ей двадцать три года,
что она учительница, у нее своя квартира и так далее. В детской одежде, смеющаяся,
она опять стала ребенком. Такая хрупкая, юная... - Она пошарила в сумочке в поисках
платка, вытерла лицо. - В этой тенниске она и погибла. Во всем новом и чистом.
Свежая, как ромашка.
- Дамы! - Гай заглянул в комнату и смутился, застав нас обнявшимися посреди
комнаты. Мы обе рыдали. Не знаю, кого оплакивала я, но так мы простояли очень
долго. Потом Луиза приложила ладони к моим щекам и заглянула мне в лицо.
- Удачи тебе, Надя, моя новая подружка, - пожелала она. - Я буду думать о
тебе.
На следующий вечер около семи, когда я лежала дома на диване, в дверь
позвонили. День не задался с самого утра. Ночь прошла в раздумьях о Зое и Дженни.
Теперь я считала их подругами. Близкими подругами. Мне представлялось, как я иду
по тропе, по которой до меня уже прошла сначала Зоя, потом Дженни. Иногда я
различала их следы и понимала, что вижу то же, что и они. Только обе ушли далеко
вперед и теперь ждали меня во мраке и пустоте.
Думали ли они о смерти? Как они себя вели? Я не про меры предосторожности.
Как они жили? Что можно успеть сделать, зная, что тебе осталось жить всего неделю?
Надо дорожить каждой минутой. Много думать, читать прекрасные книги... Но я не
знала, есть ли у меня такие. Поднявшись и сварив кофе, я пошарила на полках и нашла
томик стихов - чей-то подарок на день рождения. Казалось бы, самое подходящее
чтение. Но мне скоро стало скучно. Что-то случилось с моей головой. Смысла строк я
не улавливала. Они напоминали музыку, долетающую из соседнего дома, - слишком
тихую, чтобы узнать ее. Я поставила книгу на место и включила телевизор.
Только что я обдумывала, как лучше распорядиться остатком жизни. А теперь
смотрела ток-шоу с участием женщин, которые встречались с парнями собственных
сестер.
Потом - кулинарный поединок, после него - комедию положений семидесятых
годов и документальную ленту о коралловых рифах. У дайверов были короткие бачки.
Периодически я переключалась на прогнозы погоды.
Если я умру в возрасте двадцати восьми лет и кто-нибудь возьмется писать мой
некролог, ему предстоит трудная задача. "В последние годы она нашла утешение в
скромном искусстве детского аниматора". Вот Зоя учила детей, хотя сама была почти
ребенком. Дженни растила троих сыновей. В том числе почти взрослого Джоша.
Я задремала на диване, проснулась, досмотрела вестерн, соревнования по боулингу,
телеигру и еще одну передачу, посвященную кулинарии. В дверь позвонили. Вышла из
комнаты и увидела на пороге Джоша и Морриса. Унюхала сытные запахи индийской
кухни. Моррис что-то объяснял женщине-полицейскому.
- ...Да, мы знакомы. Наши адреса и фамилии полиции известны. Могу повторить,
если хотите. - Он вскинул голову и увидел меня. - А мы проходили мимо, купили
ужин и решили заскочить!
Я тупо молчала. Гости были здесь ни при чем: поневоле отупеешь, проторчав
целый день перед телевизором. Он меня усыпил.
- Но мы можем уйти, - продолжал Моррис. - Возьмем пакеты, найдем
скамейку где-нибудь в сквере. Под фонарем. Мокрую от дождя...
Я невольно заулыбалась: день был ясный и солнечный.
- Не болтайте! Заходите лучше. - Моя охранница нахмурилась. - Это мои
друзья.
Они внесли в комнату аппетитно пахнущие пакеты и свалили их на стол.
- Вы куда-то собирались? - спросил Моррис.
- Честно говоря, нет.
Оба стащили куртки и бросили их на диван. Стесняться меня им и в голову не
приходило.
- Я спас Джоша от нудного вечера в семейном кругу, и мы отправились на поиски
женщины.
Джош криво усмехнулся, и я чуть не расцеловала его, но удержалась. Гости уже
разворачивали принесенные пакеты.
- Ваши вкусы мы пока не знаем, - объяснял Моррис, поднимая крышки на
пластиковых тарелках, - поэтому набрали всего понемногу - от крема до мясного
блюда с пометкой "очень острый", и всякую мелочь - хлеб, лепешки, овощи.
Взрослым - пиво, Джошу - напиток.
Я вскинула бровь:
- Тебе разрешают пить?
- Само собой, - ухмыльнулся он.
Ну и ладно. У меня своих забот полно. Я достала тарелки, стаканы и ножи.
- А если бы меня не оказалось дома? - поинтересовалась я.
- Моррис был уверен, что вы здесь.
- Вот как? - Я иронически взглянула на Морриса.
Он улыбнулся:
- Не обижайтесь. Я знал, что вам хочется побыть дома.
- Верно, - вздохнула я. - Меня никуда не тянет.
- Так я и думал. Ну, ешьте.
Это было настоящее пиршество. Вот чего мне не хватало - сытной, сочной, не
слишком изысканной еды, где намешана куча ингредиентов. Я заедала ее хлебом,
обмакивая его во все соусы по очереди. Потом мы стали подзадоривать друг друга
попробовать жгучий пхал. По-моему, Моррис смошенничал и откусил совсем чутьчуть,
а Джош глубоко вздохнул, сунул в рот полную ложку мясного кушанья, прожевал
его и проглотил. Мы уставились на него во все глаза. Джоша мгновенно прошиб пот.
- Беги-ка скорее в ванную, - посоветовала я.
- Да мне не надо, - сдавленно отозвался Джош, и все мы рассмеялись.
Впервые я видела его не только смущенным. И сама давно так не смеялась. Просто
было не над чем.
- Твоя очередь, - сказал Джош.
Элегантным движением я зачерпнула полную ложку и поднесла ее ко рту. На меня
смотрели так, словно ожидали фейерверка.
- Ну и как? - не выдержал Моррис.
- Обожаю остренькое, - заявила я. - И умею есть, как подобает леди.
- Потрясно, - оценил Джош.
А я торопливо глотнула холодного пива.
- Ты в порядке? - спросил Джош.
- Просто захотелось пить.
Вскоре от роскошной трапезы остались лишь остывшие объедки. Пока я убирала со
стола, то есть сваливала в ведро пластиковые тарелки, мужчины занялись моим
компьютером. Я присоединилась к ним, прихватив стакан пива. У меня уже кружилась
голова.
- Опять потешаетесь?
- Наоборот! - запротестовал Джош, ловко орудуя мышкой. - У тебя же здесь
первые версии программ. Такой электронный парк Юрского периода. А это еще что
такое?
Оказалось, что у меня на компьютере установлена какая-то древняя карточная игра.
Правил я не знала. Мужчины начали играть без меня, вопя и отнимая друг у друга
мышь.
- Прямо вечер в компании двух подростков, - заметила я.
- Ну и что? - откликнулся Джош.
Он совсем разошелся. И перестал стесняться меня. От прежней неловкости и
старательной вежливости не осталось и следа. Они кричали, требовали пива, и я
наконец принесла им две банки из холодильника.
- В этой компании я принцесса Лея, - пошутила я.
Джош оторвался от экрана, задумчиво взглянул на меня.
- Скорее Чубакка.
- Кто?
- Не важно.
От возни и воплей у меня заболела голова. Я ушла варить кофе. Горячий и очень
крепкий.
- Кто хочет кофе? - спросила я, заглянув в спальню.
Джош увлекся игрой и совсем забыл о моем существовании. Но Моррис был не
прочь выпить чашечку.
- А молоко есть?
- Сейчас принесу.
- Сиди, я сам найду.
Моррис ушел на кухню, а я засмотрелась на Джоша, который не сводил глаз с
экрана. Меня поразили его белые, удивительно тонкие руки. Все-таки еще мальчишка.
Пусть и довольно большой... Вернулся Моррис.
- Отличная квартирка, - заметил он. - Очень тихая.
- Подыскиваешь жилье? Тогда съезди туда, где я была вчера. Правда, там
довольно шумно.
- Кстати, как прошла поездка?
- Даже не знаю, - вздохнула я. - Я сама не понимала, зачем мне это. Глупо, но
почему-то для меня важно. Я поговорила с подругой Зои, Луизой. Она прелесть.
Теперь мне кажется, что я близко знакома с Зоей.
Моррис отпил кофе.
- Почему тебе так интересен человек, которого ты никогда не увидишь?
- Между мной, Зоей и Дженни существует связь. Так мне кажется.
- Ты видела в новостях репортаж об обвале в горах Гондураса?
- Нет.
- Уже нашли около двухсот тел. Сколько еще людей погибло - неизвестно.
- Какой ужас...
- А в газетах об этом только вскользь упомянули. Случись такое во Франции, мы
увидели бы большую статью. В Англии или в Штатах - передовицу.
- Извини, но пока мне как-то не думается о других, - призналась я. - Надоели
постоянный страх и тошнота. Изнуряют.
Моррис осторожно поставил чаш
...Закладка в соц.сетях
