Жанр: Триллер
Собор
... Но, к сожалению, теперь мы расплачиваемся за
эту экономию.
В разговор включился Дуглас Хоган:
- ФБР предполагало, что выступила временная ИРА, пока майор Мартин не
сообщил, что это совсем другая организация. Мой отдел специализируется на
ирландских организациях и группировках в Америке, но Штат не укомплектован, и
мы во многом зависим от того, какую информацию получает британская разведка.
Бурк кивнул, соглашаясь с этим заявлением. Но все происходящее стало ему
порядком надоедать. Крюгер и Хоган, оба в сильном возбуждении, общались друг с
другом только на повышенных тонах. Они не выкладывали всего, ограничиваясь
повторением уже известных фактов, и высказывали различные предположения о том,
как будет развиваться ситуация. Ничего себе помощнички!
Заместитель комиссара Рурк с интересом посмотрел на Мартина:
- Значит, вы... Я думал... Вы не... Майор Мартин улыбнулся и встал.
- Да, по правде говоря, я не из консульства. Я из британской военной разведки.
Но об этом особо распространяться не следует. - Он обвел взглядом комнату и
повернулся к Лэнгли: - Я говорил инспектору Лэнгли, что что-то - как бы это
выразиться - должно вот-вот произойти. Но, к сожалению...
- Да, майор оказался весьма полезным, в частности для ЦРУ и ФБР, - сухо
заметил Лэнгли. - Мой отдел тоже отдает ему должное, мы чуть было не пресекли
этот акт насилия, но опоздали буквально на минуты. Ну а лейтенанта Бурка за
находчивость и храбрость следовало бы поощрить.
В комнате воцарилось молчание, и Бурк заметил, что присутствующие не очень-то
склонны расточать ему похвалы. Он понимал, что каждый из них преследовал
собственные цели, скрывал свои промашки и упущения, искал союзников, козлов
отпущения, врагов и пытался прикинуть, как использовать этот кризис к своей выгоде.
- Флинну я сказал, что мы не замедлим с ответом, - заметил Бурк.
Шрёдер немедленно возразил:
- Я не начну переговоров до тех пор, пока не проясню нашу позицию. - Он
посмотрел на помощника губернатора Билла Войта. - Разве губернатор обещал, что
готов предоставить им судебную неприкосновенность?
- На данный момент нет, - отрицательно мотнул головой Войт.
Тогда Шрёдер обратился к Роберте Шпигель:
- Какова позиция мэра относительно применения полиции?
Роберта закурила сигарету, прежде чем дать ответ.
- Независимо от того, как этот вопрос утрясут с Лондоном или Вашингтоном,
или с кем-то еще, мэр будет следовать закону и прикажет арестовать каждого, кто
выйдет из собора. Если они не выйдут сами, мэр имеет право отдать приказ полиции
ворваться в собор... и захватить злоумышленников.
Шрёдер кивнул в задумчивости и перевел взгляд на Арнольда Шеридана.
Чиновник госдепартамента доложил:
- В данный момент я не могу говорить от имени администрации государства и не
знаю, что скажет генеральный прокурор относительно неприкосновенности от
судебного преследования. Но можете считать, что никто в Вашингтоне не согласится с
требованиями преступников.
Шрёдер взглянул на Томаса Донахью.
Генеральный консул Ирландии посмотрел на майора Мартина и сказал:
- Ирландская республиканская армия запрещена в Ирландской Республике и
находится вне закона; мое правительство не станет пускать в свою страну членов ИРА
или предлагать им убежище в том случае, если британское правительство решит
освободить этих людей из заключения, что вообще-то само по себе невероятно.
Майор Мартин добавил к его словам:
- Хотя я и не представляю правительство Ее Величества, тем не менее могу
заверить вас, что его позиция в отношении ИРА, или как бы они там себя не называли,
остается неизменной: никаких переговоров, и если вы все же будете их проводить, то
не уступайте им даже в мелочах, а если все-таки решите уступить, никогда не
говорите им об этом.
- Ну вот, - раздраженно проговорила Роберта Шпигель. - Когда мы выяснили,
какими стали бескомпромиссными болванами, давайте начинать переговоры.
Комиссар Рурк обратился к Шрёдеру:
- Вот что, Берт, надо прежде всего затянуть переговоры с ними. Они подключили
к этому делу Красный Крест и Амнистию, так что обмануть их будет не так-то просто.
Вы должны быть очень... очень... - Рурк не мог найти подходящего слова и
повернулся к капитану Беллини, который до сих пор помалкивал: - Капитан, в
неблагоприятной обстановке Берт не может вести переговоры. Как вы считаете, ваше
подразделение готово пойти на штурм в нужный момент?..
Беллини неловко поерзал на стульчике, с трудом вмещавшем его массивное тело.
Иссиня-черная щетина придавала его лицу грубоватость, под глазами у него набрякли
мешки.
- Так точно, сэр. Когда будет нужно, мы будем готовы.
Шрёдер потянулся к телефону.
- Хорошо. Теперь я знаю, кто есть кто и ваши мнения и советы. Верно?
Вместо ответа раздался голос епископа Доунса:
- Можно и мне кое-что сказать?
Все посмотрели на него. Шрёдер положил трубку на место, улыбнулся и
благосклонно кивнул. Доунс тихо заговорил:
- Никто не сказал и слова о заложниках. Или о соборе. - В комнате мгновенно
воцарилась тишина, а епископ так же негромко продолжал: - Если, как я понимаю,
ваша первейшая обязанность - безопасность заложников и если вы хотите довести
эту мысль до своего начальства и до тех, кто находится в соборе, то я не понимаю,
почему не может быть компромисса. - Доунс медленно обвел взглядом комнату.
Никто не решился объяснить епископу реальность международной дипломатии.
Молчание нарушил Шрёдер:
- На своей службе, монсеньер, я не потерял еще ни одного заложника и ни одного
здания. Но должен сказать, что нередко становится возможным достичь желаемого,
ничего не давая взамен.
- Да... простите... я не понимаю этого, - еле слышно пробормотал епископ.
- По сути дела, - уверенно продолжал Шрёдер, - я намерен действовать более
тонко, чем вы предлагаете. Подождите немного и вы увидите, как это делается. - Он
взял телефонную трубку и стал ждать, когда откликнется телефонистка на
коммутаторе. Еще раз посмотрев вокруг, он сказал: - Не переживайте, если вам
покажется, что он выиграл несколько начальных раундов. Пусть они считают, что
ведут в счете. До восхода солнца они протянут ноги. Вам приходилось когда-нибудь
ловить акул? Кажется, что вот-вот вы вытащите ее из воды, и тут же приходится
отпускать леску. - Оператор откликнулась, и Шрёдер попросил: - Соедините меня с
хорами собора.
В трубке что-то щелкнуло. Шрёдер положил локти на стол и стал ждать. В
комнате повисла тишина. Все замерли.
Глава 25
Губернатор Доул положил телефонную трубку и оглядел переполненный внешний
кабинет епископа. Люди обступили только что установленные телефоны и
отталкивали друг друга, пытаясь поскорее схватить трубку, а густые облака сизого
дыма неподвижно зависли над элегантной мебелью в просторном помещении. Все это
походило на атмосферу в отелях в предвыборную ночь и напомнило Доулу о
следующих приближающихся выборах. Среди толпящихся он заметил мэра Клайна.
Тот беседовал с представителями администрации города и офицерами полиции.
Подойдя к мэру, Доул крепко пожал его руку и проговорил:
- Мюррей, мне нужно поговорить с тобой.
Мэр, подталкиваемый массивным губернатором, с трудом протиснулся сквозь
толпу в коридор и поднялся на верхнюю площадку лестницы, ведущей в личные
апартаменты священнослужителей. Увернувшись от объятий Доула, мэр торопливо
заговорил:
- Что это. Боб? Нужно что-то делать.
- Я только что звонил в Олбани. Там опасаются массовых волнений.
- Не думаю, что в Олбани достаточно народу, чтобы устроить бунт.
- Не в Олбани, а здесь. На Манхэттене. Эта толпа, что бушует снаружи, может
снова взорваться... а учитывая всех поддавших...
Мэр улыбнулся:
- Ну, чем этот вечер празднования дня святого Патрика отличается от всех других
вечеров поминовения этого святого?
- Перестань, Мюррей, сейчас не время для шуток. Захват собора может стать
прелюдией к крупному гражданскому бунту. По-моему, ты должен объявить
комендантский час.
- Комендантский час? Ты с ума сошел? В то время как час пик еще не кончился,
и в Манхэттене не рассосались транспортные потоки? - Объяви его попозже. - Доул
беспокойно огляделся по сторонам и понизил голос. - Мои аналитики из Олбани
говорят, что единственное, что охлаждает происходящее, - это снег. Когда снегопад
закончится, бары опустеют, и тогда жди беды...
Мэр посмотрел на него скептически:
- Мне наплевать, что говорят твои аналитики в Олбани. Господи! Это же день
святого Патрика в Нью-Йорке. Здесь только что закончилась самая огромная
манифестация в мире, исключая разве первомайский парад в Москве. И только
начинаются самые большие семейные празднества в Нью-Йорке, а может быть, и во
всей Америке. Люди готовятся к этому дню весь год. Только в центре города
находится более миллиона людей, переполнены все бары, рестораны, а еще не забывай
про домашние посиделки. В этот вечер будет съедено и выпито в несколько раз
больше продуктов и спиртного, чем в любой другой вечер целого года. Если я объявлю
комендантский час. Ассоциация владельцев ресторанов разорвет меня на куски. Они
тогда выльют все невыпитое пиво на каток Рокфеллеровского центра и утопят меня в
этом море. Черт побери, сам возьми и попытайся ввести сегодня комендантский час.
- Но... ведь...
- А тут еще религиозные фанатики... Чего ты добиваешься? Чтобы мэр из евреев
отменил день святого Патрика? Да мне легче отменить Рождество. Какой кретин в
Олбани насоветовал тебе такое? Чертовы советники!
Губернатор нервно заходил кругами по маленькой лестничной площадке, бросив
на ходу:
- Ладно, Мюррей! Остынь немного. - Он перестал шагать и на минуту
задумался. - Забудем про комендантский час. Тем не менее считаю, что для
наведения порядка все же нужно привлечь полицию штата и национальную гвардию.
- Ни в коем случае. Никаких гвардейцев, никакой полиции штата. В моем
распоряжении двадцать тысяч полицейских - больше целой дивизии. Мы их всех
постепенно привлечем к операции.
- Шестьдесят девятый полк приведен в боевую готовность и может оказаться
полезным.
- Приведен в боевую готовность? Неужели? - Клайн рассмеялся. - Более
вероятно, что все там в дымину пьяные. Боже мой! Солдаты-контрактники
сматываются с дежурства из части уже в два часа. А сейчас они успели так надраться,
что, пожалуй, не отличат винтовку от шнурков от ботинок.
- Мне стало известно, что офицеры и большая часть сержантов сейчас находятся
на вечеринке в учебном манеже и...
- Не финти, скажи прямо, что тебе нужно.
- Не финти, говоришь?
- Да.
Губернатор кашлянул в кулак, а затем добродушно рассмеялся:
- Ну, ладно... видишь ли, ты, черт побери, прекрасно знаешь, что это самые
крупные беспорядки в Нью-Йорке с тех пор, как в семьдесят седьмом году произошла
авария на линии электропередачи. Поэтому я просто обязан показать, что не сижу
сложа руки, а делаю дело.
- В таком случае, лети обратно в Олбани. Позволь уж мне самому хозяйничать в
своем городе.
- Твоем городе? Это мой штат! Я отвечаю за его жителей.
- Верно... Но где ты был, когда мы так нуждались в деньгах?
- Послушай-ка. Мне не надо спрашивать твоего разрешения, чтобы вызвать
национальную гвардию или полицию штата.
- Позвони генеральному прокурору и послушай, что он скажет. - Клайн
повернулся и направился к лестнице.
- Постой, Мюррей. Послушай... а что, если Олбани оплатит все расходы на эту
операцию. Боже, она обойдется городу во многие миллионы! Я позабочусь и выставлю
Вашингтону счет с небольшим наваром. Я скажу, что это была международная
проблема, а деньги пошли на охрану консульств. Как считаешь?
Мэр остановился на середине лестницы и обернулся к губернатору, ободряюще
улыбаясь. Губернатор продолжал:
- Я заплачу за все, если позволишь прислать сюда моих людей. Мне просто
необходимо показать, что и силы штата задействованы здесь, - ты понимаешь?
Хорошо? Договорились, Мюррей?
- Деньги должны быть переведены городу в течение месяца.
- Считай, что они уже у тебя в кармане.
- В расходы будут включены сверхурочное и обычное рабочее время всех
задействованных департаментов города, а также затраты на полицию, пожарных,
медиков и другие муниципальные учреждения, а также затраты, которые будут
необходимы впоследствии.
- Хорошо...
- Включая расходы на ремонт муниципального имущества, компенсацию
частным лицам и компаниям, которые понесут убытки.
Губернатор глубоко вздохнул:
- Идет.
- Но участвовать в операции будет только шестьдесят девятый полк. Никаких
подразделений национальной гвардии и никакой полиции штата - мои ребятишки не
сойдутся с ними характерами.
- Позволь мне ввести полицию штата в те районы Нью-Йорка, где ощущается
нехватка сил, так как многих полицейских перебросили на Манхэттен.
Мэр задумался, затем кивнул и улыбнулся. Он вынул руку из кармана и обменялся
с Доулом рукопожатием. Затем Клайн нарочито громко, чтобы его слышали в
коридорах внизу, произнес:
- Губернатор, я хотел бы, чтобы вы вызвали сюда шестьдесят девятый полк и
полицию штата.
Полковник Дэнис Лоуган сидел во главе стола в учебном манеже 69-го полка на
Лексингтон-авеню. В просторном высоком зале сидели или стояли более ста
офицеров, сержантов и приглашенных гражданских лиц. Одни уже были пьяны в
стельку, другие прилично поддали. Сам Лоуган чувствовал, что немного перебрал.
Попойка в этом году была не очень шумной, и, как заметил Лоуган, после сообщения
о беспорядках в центре города гуляки как-то сникли.
К Лоугану подошел сержант с телефоном и воткнул телефонный провод в розетку.
- Полковник, губернатор на проводе!
Лоуган кивнул и выпрямился в кресле. Взяв трубку; он посмотрел на майора Коула
и сказал:
- Полковник Лоуган слушает, сэр. Поздравляю с днем святого Патрика,
губернатор.
- Боюсь, что поздравлять не с чем, полковник. Группа ирландских
революционеров захватила собор святого Патрика.
Полковник внезапно ощутил слабость во всем теле и тяжесть в груди, но
постарался произнести твердо:
- Вот как?
- Я призываю шестьдесят девятый полк выполнить свой долг.
Полковник Лоуган обвел из-за стола взглядом огромный зал, раскинувшийся перед
ним. Большинство офицеров и сержантов еле держались на ногах, кое-кто спал,
положив голову на стол, а рядовые либо разбрелись по домам, либо рассыпались по
всевозможным барам города.
- Полковник...
- Да, сэр.
- Объявите полную боевую готовность. Не забудьте бронежилеты и прочую
амуницию для подавления мятежа. Оружие зарядить боевыми патронами.
- Слушаюсь, сэр.
- Постройте всех у собора святого Патрика, точнее, у резиденции кардинала на
Медисон-авеню, и ждите дальнейших указаний. И поспешите!
- Понятно, сэр!
- Полк готов, полковник?
Лоуган начал бормотать что-то невнятное, затем откашлялся и лихо отрапортовал:
- Ирландские воины всегда готовы, губернатор!
- Капитан Берт Шрёдер из нью-йоркского управления полиции, - представился
Шрёдер и мгновенно включил динамики в обеих резиденциях. В комнате раздался
громкий голос с явным ирландским акцентом, эхом прокатился по офисам и вскоре
затих:
- Чего вы так тянули? - Это он, Мак-Камейл, - пояснил Бурк. Шрёдер говорил
нарочито мягко и подчеркнуто вежливо, что создавало видимость спокойствия:
- Кое-что пришлось утрясать. Кто говорит? - Финн Мак-Камейл, вождь фениев.
Я уже говорил сержанту Тезику и лейтенанту Бурку, что хочу вести переговоры с
высокопоставленным лицом. А сейчас, как я понимаю, разговариваю всего лишь с
капитаном.
Шрёдер ответил заранее заготовленной фразой:
- Все, с кем вы хотели бы поговорить, находятся здесь. Они слушают через
динамики наш разговор. Слышите, как фонит эхо? Мы решили: чтобы ничего не
перепутать, я буду говорить один, от лица всех присутствующих. Свои ответы они
будут передавать через меня.
- Кто вы такой?
- Скажем так, у меня есть определенный опыт подобных ситуаций.
- Это даже интересно. А там присутствуют представители ирландского,
британского и американского правительств?
- Да, конечно. А также комиссар полиции, мэр и губернатор.
- Я выбрал неплохой денек, не правда ли?
Бурк тихо сказал Шрёдеру:
- Я забыл предупредить вас, он не лишен чувства юмора.
Шрёдер кивнул и вновь обратился к Флинну:
- Да, сэр. Но лучше давайте перейдем прямо к делу.
- Нет, давайте сначала установим правила игры, капитан. Все ли представители
имеют связь со своими столицами?
- Да, сэр.
- А установлен контакт с Международной Амнистией и Красным Крестом?
- Это сейчас делается.
- Контакт устанавливается через вас?
- Да. Так лучше - меньше проблем. Считают, что и вы найдете приемлемое
решение. - Шрёдер присел на край стула. Наступила самая трудная часть
переговоров - уговорить психов вести их с ними, а не с президентом США или
королевой Великобритании. - Итак, мы можем продолжить?..
- Ладно. Посмотрим, что получится. Шрёдер с облегчением вздохнул и сказал:
- У нас есть ваши требования, а также список людей, которых вы хотите
освободить в Северной Ирландии. Мы хотим, чтобы вы знали: главное для нас -
безопасность заложников...
- Но не забудьте и про собор. Его в любую минуту можно спалить.
- Да, можно. Но прежде всего мы волнуемся за человеческие жизни.
- Прошу извинить за гибель лошади.
- Что? Ах да, мы тоже сожалеем. Но пока никто из людей не убит, так что
давайте действовать и дальше в том же духе.
- А что, комиссар Двайер чувствует себя лучше? Шрёдер стрельнул глазами на
Бурка и прикрыл микрофон рукой.
- Какого черта ты сказал ему о Двайере?
- Правило номер один - говорить только правду.
- Черт! - Убрав руку от микрофона. Шрёдер продолжил разговор с Флинном: -
Комиссар Двайер умер естественной смертью, сэр. Вы никого не убивали. - По лицу
Шрёдера стало заметно, что он снова начинает нервничать. - Главное - сохранить
жизни людей...
- Значит, я могу поджечь собор после того, как выполнят мои требования?
Взгляд Шрёдера снова нервно обежал комнату. Все напряженно замерли на своих
местах, лишь табачный дым тихо плавал в воздухе.
- Нет, сэр. Это уже будет поджог, уголовное преступление. Так что давайте не
будем осложнять проблему.
- У нас нет никаких проблем.
- С заложниками все в порядке?
- Я уже говорил, что все в порядке. А если я что-то говорю, это так и есть на
самом деле.
- Здесь много людей... Они волнуются... Я им передаю, что все в порядке, как вы
сказали. Здесь также и настоятель собора святого Патрика. Он очень переживает за
кардинала и других заложников. Они все рассчитывают, что вы сдержите свое слово.
Послушайте, а мы не можем поговорить с заложниками? Мне хотелось бы...
- Можно, но позже.
- Хорошо. Прекрасно. Да, вот еще что. Насчет прожектора. Ваши действия
чреваты опасностью.
- Нет, это совсем не опасно, поскольку на колокольне находится лучший стрелок
графства Антрим. Уберите прожектора.
- Хорошо. Впредь, если вам что-нибудь понадобится, скажите мне. Постарайтесь
не брать все на свою ответственность. Иногда лучше и посоветоваться с другими.
- Постараюсь этого не забывать. Откуда вы звоните?
- Из дома настоятеля при соборе, а точнее, из его рабочего кабинета.
- Хорошо. Лучше быть поближе к центру событий.
- Вот поэтому-то мы и здесь.
- И мы тоже. Ну ладно, у меня есть и другие дела. Не отвлекайте меня звонками
по всяким пустякам. Надеюсь, во время следующего нашего разговора вы сообщите,
что все три правительства и обе заинтересованные международные организации
готовы обсуждать конкретные вопросы относительно освобождения и передачи
заключенных.
- Для этого необходимо какое-то время. Хотелось бы периодически связываться с
вами и информировать, как продвигается дело.
- Не создавайте себе лишних хлопот.
- Но я же нахожусь здесь для того, чтобы помогать делу.
- Хорошо. Тогда можете начинать прямо сейчас - пришлите мне ключи.
- Какие ключи? - Шрёдер посмотрел на епископа Доунса, и тот молча кивнул.
- Все ключи от собора - не от города же. Передайте мне их прямо сейчас через
лейтенанта Бурка, - сказал Флинн.
- Я не уверен, что смогу найти какие-нибудь ключи... - начал Шрёдер.
- Перестаньте вилять, капитан. Если через десять минут ключи не будут у меня, я
уничтожу алтарь. Передайте это Доунсу, и он достанет все ключи, да еще и на сотню
больше, чем существует на самом деле.
Епископ Доунс с озабоченным видом направился к столу.
Увидев реакцию епископа, Шрёдер быстро проговорил в микрофон:
- Ладно, тут просто недоразумение. Монсеньер говорит, что у него есть комплект
ключей.
- Думаю, он найдет их. Кстати, пришлите нам на ужин для сорока пяти человек
тушеной говядины с капустой. И чтобы ее приготовили... подождите, не вешайте
трубку, я посоветуюсь со своими американскими друзьями. - Прошло несколько
секунд, затем снова раздался голос Флинна: - Возьмите все в кафе Джона
Барлейкорна на Восточной Сорок пятой улице. А заодно пришлите пресный хлеб,
кофе, чай и... сладкое, если вы, конечно, не против. Я за все заплачу.
- Мы позаботимся обо всем... и о счете тоже.
- Капитан, еще вечер не кончится, а в городской казне могут иссякнуть все
деньги, и не на что будет купить даже кружку пива. Я заплачу за все.
- Хорошо, сэр. Еще один вопрос. О сроках... Вы поставили перед нами довольно
сложные проблемы, и нам понадобится больше времени...
Голос Флинна резко изменился от подчеркнуто вежливого до угрожающего:
- Никаких затягиваний времени. Все перечисленные в списке заключенные
должны быть освобождены и доставлены в Дублин до того, как первый луч солнца
проникнет сквозь окна часовни пресвятой Богоматери. Рассвет или смерть, Шёффер.
- Шрёдер. Но послушайте...
- Как бы вас ни звали, с днем святого Пэдди. Живи, Ирландия!
В трубке раздался щелчок и последовали короткие гудки. Капитан Шрёдер
положил трубку, выключил динамики и закурил сигару. Пальцами руки он принялся
выбивать дробь о крышку стола. Начало переговоров его не радовало. Он чувствовал,
что имеет дело с человеком более твердым и жестоким, чем ему представлялось ранее.
Может, и не совсем таким, как его описали, но уж точно, что гораздо более
одержимым.
Продолжая размышлять, он вспомнил, что никогда не знал провалов и всегда
добивался продления сроков, если переговоры заходили в тупик. Первое во многом
зависело от результатов второго. Шрёдер посмотрел на притихших людей и сказал:
- Орешек не так-то просто расколоть. Но я люблю иметь дело с неподатливыми.
Капитан Джо Беллини встал с места, расстегнул мундир и подошел к окну. По
привычке большие пальцы его рук легли на ремень с кобурой, взгляд же был
направлен на прекрасный вид собора святого Патрика. Мысленно он представил себе
неприятную картину: его спецназовцы штурмуют гигантские серые стены храма. Ему
не нравились неподатливые. Он вообще никого не любил.
Брайен Флинн сидел у алтарного органа около ризницы и смотрел на книгу,
лежащую на клавишах, прикрытых чехлом. "Шёффер", - вспомнил Флинн и
рассмеялся.
К органу подошел Джон Хики и поднял книгу, которая называлась "Мои
переговоры об освобождении заложников", автор Берт Шрёдер.
- Шёффер. Ну, что же, неплохо, Бранен. Но теперь ему придется иметь дело с
тобой, - сказал Хики.
- Видимо, так, - кивнул Флинн. Он сдернул чехол с клавиатуры и нажал на
клавишу, но из труб в галерее никакого звука не вырвалось. - Забыл повернуть ключ,
- заметил он рассеянно и поднял глаза на Хики. - Мы не хотим слишком больно
задевать его профессиональное самолюбие. Нужно держать его на коротком поводке.
А в самом конце, если понадобится, мы выложим нашу козырную карту против него
- Терри О'Нил. - Флинн улыбнулся. - Да разве этот жалкий придурок
догадывается, сколько у нас припасено козырных карт?
- Привет, Бурк, - сказал Флинн.
Бурк остановился внизу у ступенек ризницы.
- Я попросил, чтобы пришел ты, тебя за это должно отметить начальство.
- Благодарю. - В руках Бурк держал большую связку ключей. - Ты их хотел
получить?
- Поднимайся сюда!
Бурк поднялся по ступенькам и передал Флинну связку ключей через прутья в
дверном проеме, Флинн снова вынул детектор обнаружения микропередатчика и
провел им по телу Бурка.
- Говорят, что такая техника негуманна, но зато с ее помощью можно и не
обыскивать, ибо обыск - всегда напряженность. Такая техника - путь к взаимному
доверию.
Он убрал прибор.
- А если бы у меня и было подслушивающее устройство? Мы же не собираемся
обсуждать что-то такое, о чем я не должен докладывать начальству.
- Все равно стоит проверить. - Флинн резко повернулся и приказал Пэду
Фитцджеральду идти назад на площадку. - Погуляй там немного.
Пэд ушел, повесив автомат на шею.
Флинн и Бурк молча смотрели друг на друга, затем Флинн резко спросил:
- Как ты прознал про нас, лейтенант?
- Это не твоя забота.
- Нет, моя. Майор Мартин заложил?
В этот момент Бурк почувствовал огромное облегчение, что при нем нет
подслушивающего устройства и их разговор не слышат в доме настоятеля. Он кивнул
головой и, увидев странное выражение, на мгновение промелькнувшее на лице
Флинна, спросил:
- Он что, твой старинный друг?
- Деловое знакомство, - ответил Флинн. - А добренький майор назвал мое
настоящее имя?
Бурк ничего не ответил. Флинн подошел ближе к дверному проему.
- В разведслужбе бытует старинное присловье: "Неважно знать, кто стрелял в
тебя, а важно - кто нанял стрелка". - Флинн пристально вглядывался в лицо Бурка.
- И кто же в данном случае нанял?
- Это я должен у тебя спросить.
- Ну, что ж, скажу: материально-техническое снабжение фениев осуществляет
английская военная разведка.
- Вряд ли правительство Великобритании пойдет на такой риск, учитывая, что вы
ведете слишком ограниченную войну...
- Речь идет о людях, преследующих собственные цели, которые могут совпадать
с целями британского правительства, а могут и не совпадать. Эти люди говорят, что
весь исторический опыт оправдывает...
- Это не люди, а лично вы так считаете. Флинн не обратил внимания на реплику
Бурка.
- Эти люди ценят себя очень высоко. Жизнь имеет для них смысл лишь тогда,
когда они могут обманывать своих врагов, вводить их в заблуждение, вносить разлад и
раздоры в их стан и в конце
...Закладка в соц.сетях
