Жанр: Триллер
Собор
...ствую себя виновной и одновременно... жертвой. Как такое может быть?
- Когда мы узнаем ответ, узнаем и как вести себя с такими людьми, как Брайен
Флинн.
Морин улыбнулась через силу:
- Извините, что я докучаю вам всем этим.
Бакстер хотел было возразить, но она продолжала:
- Думаю, что вы имеете право знать. До того как я...
Бакстер схватил ее за руку, но Морин перескочила через скамью сзади них и
оказалась в последнем ряду. Держась за две резные деревянные колонны, она вскинула
ноги вверх к балюстраде, чтобы спрыгнуть вниз в галерею с высоты шести футов.
Фрэнк Галлахер перегнулся через парапет трифория. Он нацелился прямо ей в
темечко, но винтовка почему-то задрожала в его руках, и он не выстрелил.
Имон Фаррелл увидел через алтарь спину Морин, но умышленно сместил цель
влево и сделал одиночный выстрел, который отчетливо прогремел в тишине собора.
Джордж Салливан и Абби Боланд, находившиеся в длинной галерее передней
части храма, резко обернулись на раздавшийся выстрел, а затем уставились на ту,
которой этот выстрел предназначался, но не двинулись с места.
Лири понял, что должно было произойти еще до того, как Морин сделала первое
движение. И как только она перепрыгнула через скамью, он перегнулся через парапет
хоров и стал следить за ней через прицел своей винтовки. А когда она подпрыгнула к
балюстраде, он выстрелил.
Сначала Морин услышала позади себя резкий треск первого выстрела Фаррелла,
затем почти одновременно оглушительный взрыв с церковных хоров. Первая пуля
прошла слева от нее на довольно большом расстоянии. Выстрел же Лири был более
точным: пуля просвистела над ее головой так близко, что Морин почувствовала, как та
коснулась ее волос, а отлетевшая от деревянной колонны слева щепка задела ее лицо.
Внезапно пара сильных рук схватила Морин за плечи и потащила к скамье, что была
позади нее. Затем она увидела перекошенное от ужаса лицо Гарольда Бакстера.
- Отпустите меня! Отпустите!
Бакстер был очень взволнован и, не умолкая, повторял:
- Не двигайтесь! Ради Бога, не дергайтесь!
Потом раздались торопливые шаги, и Морин увидела Меган, перегнувшуюся с
кафедры и целившуюся ей прямо в лицо из пистолета. Затем Меган спокойно
произнесла: "Ну, благодарю" и взвела курок.
Бакстер повалил Морин на пол, загородил своим телом, громко крича:
- Нет! Ради Бога, не надо!
Меган, пронзительно завизжав: "Уйди ты, бестолковая сволочь! Уйди!", ударила
Бакстера по затылку рукояткой пистолета и ткнула дуло прямо Морин в горло.
Кардинал вскочил и побежал к алтарю с громким криком:
- Остановитесь! Отпустите их!
Отец Мёрфи быстро подскочил к Меган, схватил ее за кисти рук, высоко
приподнял, перевернул в воздухе и уложил на лопатки на пол. Меган заскользила по
полированным мраморным плитам, быстро поднялась на колени и навела пистолет на
прелата.
Сверху через перила перегнулся Флинн и четким голосом скомандовал:
- Отставить!
Меган крутанулась на коленях и пристально посмотрела на Брайена, держа
пистолет в обеих руках прямо перед собой.
Флинн перепрыгнул через дверцу в ограждении и, подскочив, отдал команду:
- Быстро убирайся на хоры и сиди там!
Меган все еще не поднималась с колен, пистолет дрожал в ее руках. Все окружили
ее, стояли молча и не двигались. На алтарный помост вскочил Джон Хики.
- Пойдем со мной, Меган. - Он подошел к ней, обнял за талию и взял за руки. -
Пойдем отсюда, пойдем. Вот так.
Подняв Меган на ноги, он опустил ее руку с пистолетом и повел по ступенькам с
алтаря в центральный проход в зале.
Флинн подошел к церковных скамьям и взглянул на Морин и Бакстера, все еще
лежавших на полу.
- Бакстер, вы поступили очень смело, прямо по-рыцарски. Но и очень глупо.
Гарольд Бакстер не спеша поднялся и так же не спеша помог встать Морин. Флинн
перевел взгляд на нее.
- Теперь ты поняла, что убежать не так-то легко? К тому же ты чуть не убила
сэра Гарри.
Морин ничего не ответила. Бакстер достал носовой платок и приложил его к щеке
Морин, которую задела щепка от деревянной колонны. Неожиданно Флинн ударил
Бакстера по руке. Затем продолжил, как ни в чем не бывало:
- И не воображайте, что мистер Лири - плохой стрелок. Вам не успеть добежать
до двери, как он прострелит вам лодыжки. - Флинн повернулся к
священнослужителям: - Это и вас касается, Ваше Высокопреосвященство, и вас,
добрый отец Мёрфи. И если чудом кому-нибудь удастся убежать отсюда, кто-то
другой тут же умрет. - Он оглядел четырех заложников и медленно проговорил: -
Может быть, вас всех лучше связать? Но я предпочитаю не делать этого. - Он еще раз
окинул каждого молчащего пленника ледяным взглядом. - Запрещаю вам покидать
алтарный помост. Вы все поняли? Хорошо. Можете сесть. - Флинн неторопливо
повернулся и вскоре скрылся за алтарем. Спустившись по ступенькам к дверям склепа
и подойдя к Пэду Фитцджеральду, он тихо спросил: - Что-нибудь слышно внизу?
Пэд так же негромко ответил:
- Было немного шума в коридорах, но сейчас вроде все утихло. Кто-нибудь
пострадал? С моей сестрой все в порядке?
- Никто не пострадал. Не покидай этот пост ни в коем случае, что бы ни услышал
сверху.
- Понял. Присмотри за Меган, ладно?
- Мы все смотрим за ней, Пэд.
Один из полицейских оперативной патрульной службы влетел в епископский
кабинет в доме настоятеля и, еле переводя дыхание, проговорил:
- Сержант!
Тезик и Бурк мгновенно повернулись к нему.
- Люди в коридорах услышали два выстрела... - взволнованно доложил
полицейский. Тезик перевел взгляд на Бурка.
- Ну, началось. Идем на штурм.
Он быстро направился к двери. Бурк схватил его за плечи и отшвырнул к камину.
Тезик с трудом удержал равновесие и крикнул полицейскому:
- Арестуй этого человека!
Полицейский заколебался было, но все же вытащил свой пистолет. В эту минуту
раздался телефонный звонок. Бурк потянулся к телефону, но Тезик опередил его и
схватил трубку.
- Сержант Тезик, нью-йоркское управление полиции.
В соборе Флинн опустился на скамью, стоящую у церковного органа, и произнес:
- Я Финн Мак-Камейл.
- Что у вас там произошло? Что за перестрелка? - взволнованно вопрошал
Тезик. Флинн неторопливо прикурил сигарету.
- Два выстрела едва ли можно назвать перестрелкой, сержант. Вам следует
провести следующий отпуск в Белфасте. Там парой выстрелов матери обычно будят
своих детей, чтобы отвести их в ясли.
- Так что же...
- Никто не пострадал, - перебил его Флинн. - Случайно разрядилась
автоматическая винтовка. - Он затянулся сигаретой и продолжил уже более резким
тоном: - Наше терпение скоро лопнет, сержант.
- Просто надо успокоиться...
- Последний срок выполнения требований, которые я выдвину, - восход солнца,
а так как восход солнца вряд ли можно отодвинуть на более поздний срок, то советую
вам побыстрее найти свое чертово начальство. - Флинн повесил трубку и еще раз
затянулся сигаретой. Он думал о Морин. Следовало бы связать ее для ее же пользы,
для ее блага и во имя блага других. Но тогда он должен предоставить ей право самой
решать свою судьбу и больше не вмешиваться. Пока не взошло солнце, они не будут
зависеть друг от друга, но, так или иначе, все равно окажутся связанными одной
судьбой.
Глава 22
Сержант Тезик бросил телефонную трубку на рычаг и посмотрел на Бурка.
- Автоматическая винтовка сработала случайно... по крайней мере, он так
сказал... не знаю... - Сержант казался спокойным. - А вы что думаете по этому
поводу?
Бурк устало вздохнул, подошел к окну и некоторое время глядел в задумчивости
на величественный кафедральный собор. Затем пошире раздвинул шторы.
- Взгляните-ка отсюда.
Сержант Тезик бросил нервный взгляд на залитый светом прожектора храм.
- Вы когда-нибудь были внутри собора, Тезик? Тот кивнул головой:
- Да... На каких-то церковных церемониях... Ну так... на паре похорон.
- В таком случае помните трифорий - балконы? Церковные хоры? Целый зал со
скамьями? Это гиблое дело, понимаете, ловушка, дьявольская охота, и люди из
оперативной службы станут там беззащитными утками. - Бурк снова аккуратно
задернул шторы и повернулся к Тезику лицом. - По агентурным данным, достоверно
известно, что эти люди вооружены автоматами и снайперскими винтовками. Может
быть, даже гранатометами. А что есть у вас, Тезик? Шесть стрелков? Займитесь
постовой службой и прикажите полицейским оставаться на своих местах.
Тезик молча подошел к бару, налил бокал бренди, выпил его залпом и целую
минуту не мигая смотрел в пространство отсутствующим взглядом. Затем обернулся к
Бурку:
- Ладно, героя из меня не получилось. - Он постарался изобразить на своем
лице улыбку. - Думал, здесь можно ухватить неплохой кусок пирога. Пару медалей...
Похвалу мэра... Газетчики... Телевизионщики... Понимаете?
- Да. Но, скорее всего, это закончится грандиозны ми похоронами.
Полицейский спрятал револьвер в кобуру и покинул комнату. Вслед за ним
направился к двери и Тезик.
- Я не шучу, сержант.
Тезик прошел в другой кабинет и уже оттуда ответил
- Они хотят переговорить с высокопоставленным чином из полиции. Надеюсь, вы
найдете кого-нибудь.
Бурк подошел к столу и набрал служебный номер своего отдела в полицейском
управлении. После не скольких длинных гудков в телефонной трубке раздался
женский голос:
- Джексон слушает.
- Луиза, это Бурк.
Сержант Луиза Джексон, дежурная по отделу, негритянка среднего возраста,
устало ответила на конце провода:
- Лейтенант! Где вы пропадаете?
- В доме настоятеля собора святого Патрика. Позовите к телефону Лэнгли.
- Инспектор в вертолете вместе с заместителем комиссара Рурком. Они
пытаются навести порядок. Но мы потеряли с ними радиосвязь, когда они находились
недалеко от собора. Сплошные помехи! Все телефонные линии города перегружены,
исключая специальные, но и они работают с перебоями. Просто какой-то
сумасшедший дом!
- А у нас здесь к тому же и небольшая заварушка. Позвоните наверх, в отдел по
ведению переговоров с террористами об освобождении заложников. Разыщите Берта
Шрёдера, и побыстрей. Здесь несколько человек взяты в заложники.
- Чтоб их!.. Как раз то, чего мы боялись... Только что звонили из управления
спецслужб... они охраняли каких-то высокопоставленных лиц на ступенях собора и
потеряли несколько человек в толкучке, но они не стали распространяться, кто эти
лица и как это случилось.
- Я расскажу потом, кто и как. А сейчас позвоните в штаб батальона
специального назначения и постарайтесь найти капитана Беллини. Объясните, что
собор захвачен вооруженными людьми, и скажите, что необходимо подослать к
резиденции кардинала подкрепление для осады: снайперов, специалистов, а также
бронированные жилеты и всякое там снаряжение, которое может понадобиться.
Понятно?
- По всему видно, дело дрянь...
- Точно. Я подготовил рапорт о ситуации и требованиях этих людей,
террористов. Я продиктую вам, а вы позвоните в офис комиссара, они оповестят всех
остальных... Луиза, вы готовы записывать?
- Готова.
- Записывайте: "Около семнадцати часов двадцати минут собор святого Патрика
был захвачен группой вооруженных людей... их численность неизвестна..." - Бурк
закончил диктовать, а затем добавил: - Я установил командный пост в доме
настоятеля. Пусть еще возьмут мегафоны и прихватят дополнительные проводные
телефоны в количестве по нормам чрезвычайного положения. Понятно?
- Да... Пат, а у вас есть разрешение?.. Бурк вдруг ощутил, как у него градом потек
по шее пот, и он расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке.
- Луиза, не задавайте глупых вопросов. Мы должны все решить сами. О'кей?
- О'кей.
- Сделайте все возможное и невозможное, но свяжитесь с этими людьми. И
остыньте немного.
- Я спокойна. Вы должны сами увидеться с ними. Все тут думают, что это какойто
бунт или нечто подобное. Из Олбани и Вашингтона звонили в главное
полицейское управление - они не могут получить прямого ответа из муниципалитета
или от мэрии. Непонятно, бунт ли это или расовые волнения. Можно сказать, что это
мятеж? Это нужно для официального доклада наверх.
- Передайте в Олбани и Вашингтон, что в Нью-Йорке никто мятежа не затевал.
Как мне удалось выяснить, волнения в городе спровоцировали фении, чтобы под их
прикрытием захватить собор. Обстановка вышла из-под контроля - в городе началась
паника. У вас есть какие-нибудь сообщения от наших людей с улицы?
- Нет. Вы первый.
- И вот еще что. Найдите досье на Джона Хики и сразу же пришлите сюда... Да...
и посмотрите, что у нас есть насчет одного человека из Северной Ирландии по имени
Брайен Флинн. - Бурк положил трубку и неторопливо прошел в смежный кабинет.
- Монсеньер!
Епископ Доунс положил телефонную трубку.
- Я не могу ни до кого дозвониться. Мне нужно поговорить с главным викарием.
Нужно позвонить в миссию Ватикана в Вашингтоне. Что случилось? Что здесь
происходит?
Бурк посмотрел на побледневшего епископа, подошел к кофейному столику, взял
бутылку вина и наполнил бокал.
- Выпейте. Телефонная связь восстановится попозже. Сейчас несколько
миллионов людей пытаются дозвониться домой одновременно - вот и все. И еще...
мы намерены устроить в этом здании командный пункт.
Епископ Доунс не взял бокал вина и прошептал недоуменно:
- Командный пункт?
- Да. Пожалуйста, освободите здание и выведите отсюда весь персонал и
священников. Оставьте только оператора-телефониста, пока не подойдет
полицейский-связист. - Посмотрев на часы, он на несколько секунд задумался, а
затем спросил: - Как попасть отсюда в коридор, ведущий в ризницу?
Епископ Доунс выдал ему целый набор запутанных и невнятных пояснений. Вдруг
дверь с грохотом распахнулась, и ворвался высокий человек в черном пальто. Быстро
предъявив жетон полицейского, он представился:
- Лейтенант Янг. Управление специальных служб. - Он посмотрел на епископа,
затем на Бурка и спросил: - А вы кто?
- Лейтенант Бурк. Из оперативно-розыскного отдела.
Янг направился прямо к столику и налил бокал вина.
- О Боже... извините, святой отец, чтоб их черти побрали. Мы охраняли очень
важных персон сегодня на ступеньках этого чертова собора и в итоге не досчитались
троих.
Бурк неотрывно смотрел на свой бокал с вином.
- Позвольте угадать кого. Парни из розыска неплохо отгадывают разные загадки.
Вы потеряли кардинала, Бакстера и женщину по имени Мелон.
Лейтенант Янг взглянул на Бурка:
- Где они? Они ведь не в соборе?
- Боюсь, что именно там.
- О Господи, простите, черт возьми!.. Это... Это... я виноват. Я же обязан...
Простите.
- Да не расстраивайтесь, всего трое из сотни высокопоставленных лиц - это
довольно неплохо.
- Оставьте ваши шуточки. Это не просто плохо. Это ужасно...
- Насколько мне известно, они в целости и сохранности, - добавил Бурк. - С
ними также приходской священник отец Мёрфи. Он не относится к особо важным
персонам, так что за него не стоит беспокоиться.
- Черт побери! Я потерял троих важных персон! - Янг рассеянно огляделся по
сторонам, а затем вновь наполнил бокал. - Черт возьми, надо было привлечь
секретную службу. Когда приезжал Папа, президент присылал нам в помощь
секретную службу. - Он посмотрел на Бурка и на епископа Доунса и продолжил: -
Почти все люди из секретной службы находились на гостевых трибунах. Бирд забрал
себе самых лучших. А мне подсунули горстку неумех.
- Так всегда бывает, - бросил Бурк. И направился к Двери. - Вызовите
несколько опытных сотрудников, и пусть они будут с епископом Доунсом. Он тоже
очень важная персона. А я попытаюсь переговорить с преступниками. Они тоже
"очень важные персоны".
Лейтенант Янг бросил на Бурка свирепый взгляд и нервно спросил:
- Почему вы не договариваете, Бурк, не объясняете, что творится?
- А вы не спрашивали об этом.
Бурк вышел из кабинета, спустился по лестнице, а потом на лифте и оказался в
подвале. Там сидел встревоженный смотритель здания из латиноамериканцев.
- Как попасть в ризницу? - спросил Бурк, ничего не объясняя.
Смотритель подвел его к проходу и показал дорогу. Бурк увидел шестерых человек
из оперативной патрульной службы, стоящих вдоль стен с оружием наготове. Он
молча предъявил свой жетон полицейского и жестом велел им следовать за собой к
ризнице. Вытащив из кобуры револьвер, Бурк переложил его в карман пальто и
спустился по короткой лестнице к отверстию в проходе. Не спеша, он внимательно
оглядел коридорчик и мраморный свод ризницы.
- Парень наверху на лестнице хочет схлопотать очередь из "томпсона", -
прошептал позади Бурка один из людей Тезика.
Бурк осторожно вошел в ризницу, минуя длинный ряд столов для церковной
одежды вдоль правой стены. В конце ряда оказался другой арочный проход. Через него
он разглядел тускло освещенную многоугольную комнату, стены которой были
сложены из серого камня и кирпича.
Бурк медленно и осторожно подошел к дверцам, стараясь не попасть в
освещенную полосу, пересекавшую ступеньки лестницы. Ему стали слышны
приглушенные голоса, эхом отражавшиеся от лестницы, но ничего разобрать он не
смог.
Он понимал, что должен переговорить с Финном Мак-Камейлом во что бы то ни
стало. Прижимаясь к мраморной стенке лестницы, он прислушивался, как у него в
груди бешено колотится сердце. Голос пропал. Тогда он глубоко вздохнул несколько
раз, но без толку. Крепко сжимая в одной руке лежащий в кармане револьвер, другой
рукой он оперся о стену и посмотрел на часы. Осталась минута. Через минуту он
должен окликнуть Мак-Камейла.
Морин сидела на церковной скамье, прикрыв лицо руками, а отец Мёрфи и
кардинал, разместившиеся по бокам, утешали ее, словно ребенка, подбирая
всевозможные ласковые слова; Бакстер подошел к ним со стаканом воды, налитой из
фляги, стоящей на жертвеннике.
- Выпейте, - обратился он к Морин. Но она покачала головой и резко встала.
- Отцепитесь от меня! Все проваливайте! Что вам известно? Вы не понимаете и
половины того, что происходит. Но вы еще поймете.
Кардинал жестом подозвал к себе Бакстера и отца Мёрфи, и они втроем
неторопливо пошли через алтарь и остановились у престола кардинала. Кардинал тихо
проговорил:
- Она сама успокоится. Она напугана. Если мы ей понадобимся, она подойдет
сама. - Он окинул взглядом алтарь, возвышающийся перед ними. - Бог свел нас всех
вместе в свой дом, и сейчас мы все в Божьих руках. И мы, и они. Как он решит, так и
будет. Нам не следует провоцировать этих людей и давать им повод причинять зло
нам или храму.
Бакстер откашлялся и сказал:
- Мы должны бежать лишь тогда, когда возникнет очевидная возможность.
Кардинал бросил на него взгляд, в его словах сквозило плохо скрытое
раздражение:
- Мы исходим из разной оценки возможностей. Тем не менее, мистер Бакстер, я
настаиваю, чтобы в моем храме вы вели себя так, как я велю.
Бакстер спокойно ответил:
- По-моему, этот вопрос касается всех, кто находится здесь в данный момент,
Ваше Высокопреосвященство. - Он повернулся к отцу Мёрфи: - А что вы думаете?
Во взгляде и жестах прелата промелькнула неуверенность, но голос его прозвучал
твердо:
- Я думаю, что об этом нет смысла спорить. Его Высокопреосвященство прав.
Бакстер, похоже, вышел из себя:
- Послушайте, мне не нравится, когда меня запугивают. Мы все же должны
оказать хоть какое-то сопротивление, даже если оно чисто психологическое, и должны
составить хотя бы план побега, если намерены сохранить здравый ум и чувство
собственного достоинства. Это может продолжаться дни, недели, и если мне удастся
выйти отсюда живым, я хочу жить и поступать по-своему.
Кардинал выслушал раздраженную тираду Бакстера и спокойно произнес:
- Мистер Бакстер, эти люди довольно неплохо обращаются с нами, ваше
поведение может изменить их отношение, и тогда...
- Неплохо обращаются с нами? Нет таких ругательств, которыми можно было бы
описать их отношение к нам. Они не имеют никакого права держать нас здесь.
- Разумеется, вы правы, - кивнул кардинал. - Но позвольте высказать
последний довод: я понимаю, что многие благородные порывы молодых мужчин не
что иное, как следствие того, что рядом с ними молодая женщина...
- Какая ерунда...
Кардинал едва заметно улыбнулся:
- Похоже, я обидел вас. Извините. Как бы то ни было, не думайте, будто я
сомневаюсь, что эти люди убьют меня и отца Мёрфи, так же, как вас и мисс Мелон.
Не это главное. Важно другое: мы не должны подталкивать их на самый страшный
смертный грех - убийство. А для меня еще важно быть хранителем этого храма. Это
величайший католический собор в Америке, мистер Бакстер, храм христианства,
церковь Пресвятой Богоматери, духовный центр католицизма в Северной Америке.
Попытайтесь представить себе, что это здешнее Вестминстерское аббатство.
Бакстер покраснел и с трудом перевел дыхание.
- Я обязан сопротивляться по долгу службы, и я буду сопротивляться.
Кардинал покачал головой:
- Ладно. Но у вас же нет долга вести войну. - Он придвинулся к Бакстеру
поближе. - Вы что, не можете предоставить развитие событий на волю Божью? Или
же если вы не склонны к этому, то дать возможность заниматься этим делом
вышестоящему начальству.
Бакстер посмотрел кардиналу прямо в глаза.
- Я уже изложил свое мнение достаточно ясно.
На несколько секунд кардинал задумался, а затем произнес:
- Возможно, я чрезмерно забочусь об этой церкви. Она входит в мою епархию,
как вам известно, и я разделяю с другими ответственность за материальные ценности
внутри нее. Но, как мы оба согласились, жизнью людей жертвовать без надобности
нельзя.
- Конечно же.
- Ни нашими жизнями... - кардинал обвел рукой пространство собора, - ...ни
их.
- Я не столь категоричен относительно их жизней, - заметил Гарольд Бакстер.
- Все мы дети Господа, мистер Бакстер.
- Скажите на милость!
- Отныне знайте это.
Воцарилась долгая тишина. Ее нарушил голос Морин, подошедшей к мужчинам:
- Позвольте заверить вас, кардинал, что каждый из тех людей - исчадие ада. Я
знаю. Некоторые из них могут показаться вас разумными мужчинами и женщинами
- замечательными, добрыми ирландцами, приятными собеседниками, радушными
провинциалами и все такое прочее. Их можно воспеть в песнях или в поэмах. Но они
вполне способны убить нас всех и сжечь ваш собор.
Трое мужчин молча и внимательно смотрели на Морин. А она продолжала,
обращаясь теперь только к священнослужителям:
- Может, вы просто не понимаете реального зла, а знакомы лишь с абстрактным
злом, но вот перед вами сущий дьявол. - Она подняла руку и указала на Брайена
Флинна, поднимающегося по ступенькам алтаря.
Флинн посмотрел на них и улыбнулся:
- Кто-то вроде упомянул мое имя?
Бурк поднялся вплотную к лестничному проему, глубоко вздохнул и крикнул:
- Я из полиции! Хочу поговорить с Финном Мак-Камейлом. - Он замолчал, но
его слова еще долго отдавались эхом, отражаясь от мраморных ступеней лестницы.
В ответ раздался грубоватый голос с сильным ирландским акцентом:
- Подойди ко входу и положи руки на прутья двери! Без всяких фокусов! У меня
с собой "томпсон".
Бурк вышел в просвет лестницы и увидел молодого человека, почти юношу,
стоявшего на коленях на полу перед дверями склепа. Бурк медленно поднялся по
ступенькам и положил вытянутые руки на медные створки дверцы.
Пэд Фитцджеральд направил автомат вниз, на лестницу.
- Стой! Не двигаться! - Он повернулся и крикнул: - Позовите Финна! Здесь
какой-то парень хочет поговорить с ним!
Бурк сначала внимательно рассматривал молодого человека, а затем оглядел
помещение, где очутился. Это оказалась небольшая площадка перед дверью в склеп, от
которой направо и налево расходились две лестницы. Над дверью склепа
располагалась задняя часть алтаря, из которой вырастали золотистые очертания
огромного креста, устремленного к высокому потолку собора. Все внимательно
изучив, Бурк понял, что никто не смог бы проникнуть в храм через эту дверь,
подняться по лестнице и избежать смертоносного огня из автомата сверху.
Бурк услышал неторопливые шаги на лестнице слева, затем появилась высокая
фигура, освещенная лишь мрачным желтым светом, проникающим сквозь витражные
двери склепа. Человек прошел мимо стоящего на коленях юноши и все так же, не
спеша, направился вниз по едва различимым мраморным ступенькам Бурк не мог как
следует рассмотреть черты его лица, но заметил, что он был в белой рубашке без
воротника и черных брюках - все, что осталось от костюма священника.
- Финн Мак-Камейл? - спокойно спросил Бурк. Для любого ирландца,
знакомого с гэльской историей, а Бурк знал ее, это имя звучало так же абсурдно, как
если бы он назвал кого-нибудь Робином Гудом.
- Да, это я, - ответил, приближаясь, высокий человек. - Вождь фениев.
Бурк едва не расхохотался над такой высокопарностью, но что-то в глазах
подошедшего остановило его. Флинн стал прямо перед дверью и пристально
посмотрел на Бурка.
- А с кем я имею удовольствие говорить?
- Старший инспектор Бурк, нью-йоркская полиция, из офиса комиссара.
Он спокойно посмотрел в глубокие темные глаза Флинна, затем взглянул вниз на
его правую руку и заметил большое бронзовое кольцо на пальце.
Брайен Флинн прервал затянувшееся молчание:
- Я знаю, кто вы... лейтенант. У меня тоже есть служба сыска... Немного
неприятно, не так ли? Ну да ладно, - улыбнулся Флинн, - если я могу быть старшим
у фениев, почему бы вам не быть старшим инспектором.
Бурк вспомнил с некоторой досадой первое правило при ведении переговоров об
освобождении заложников: никогда не позволять уличить себя во лжи.
- Я сказал так только для того, чтобы ускорить дело, - спокойно заметил он.
- Превосходное оправдание лжи.
Их разделяли всего несколько дюймов, но двери не давали возможности быстро и
без потерь ворваться внутрь собора, где каждый ярд наверняка был под прицелом. От
этого Бурку стало не по себе, но он не показал виду и по-прежнему держал руки на
медных прутьях дверей.
- С заложниками все в порядке?
- Пока да.
- Не позволите ли мне поговорить с ними?
В ответ Флинн молча отрицательно мотнул головой.
- Но ведь были выстрелы. Кто-нибудь погиб?
- Никто.
- Чего вы хотите? - спросил Бурк и подумал: а какое ему дело до этого, они же
пока ничего не требовали.
...Закладка в соц.сетях
