Жанр: Сказка
Лучшие сказки мира
...ться. Так что не сомневайтесь, ваше королевское
величество, отдавайте свою дочку за меня.
Но тут королевна твердо сказала:
- Моим мужем может стать только тот, у кого я буду одна, как сердце в
груди.
И она посмотрела на португальского принца.
Король наконец понял, чего хочет его дочь и ответил:
- Ничего не поделаешь, ваше турецкое султанство, поищите себе сто
первую жену в других краях, потому что свою дочь я вам не отдам.
Турецкий султан страшно разгневался. Он в ярости топтал свою чалму и
приговаривал, что лучшего обращения она и не заслуживает, если ее хозяина
могут так унизить. Под конец он сказал королю:
- Коль твоя дочь не досталась мне, так пусть не достается никому.
С этими словами он подобрал свою чалму и ушел.
А на следующий день испанская королевна тяжко заболела. Она худела и
бледнела с каждым часом, глаза ее глубоко ввалились. Болезнь сводила ей
тело, и королевна то и дело сгибалась, словно вязальщица снопов. Лекари
не знали, как назвать болезнь и как ее излечить.
Тогда король в смятении ударил в колокол Совета.
- Синьоры Совета! - сказал он. - Моя дочь чахнет день ото дня. Скажите,
что мне делать.
И мудрые синьоры Совета ответили:
- Мы слышали, что в Италии при дворе одного из королей живет девушка
по имени Розалинда. Она столь же прекрасна, сколь и мудра. Она разыскала
пропавшую дочь этого короля и спасла ее. Пошлите за ней, может быть, она
спасет и вашу дочь.
- Прекрасно! - воскликнул король. - Ваш совет, синьоры Совета, пришелся
мне по душе.
Король хлопнул в ладоши и приказал тотчас снаряжать корабли. Послом к
итальянскому королю он назначил старейшего синьора Совета.
Корабли уже поднимали якоря, когда король запыхавшись прибежал на берег.
- Ах, старейший синьор Совета, ведь я чуть не позабыл вручить вам железную
перчатку. Если тот король не согласится отпустить Розалинду,
бросьте к его ногам перчатку в знак объявления войны.
Посол поклонился королю, взял перчатку, и корабли отплыли.
Перчатка и в самом деле чуть не пригодилась. Потому что король, названый
отец Розалинды, наотрез отказался отпустить свою приемную дочь в
Испанию. И быть бы войне, если бы сама Розалинда не вбежала в зал. Услышав,
зачем приехал посол, она сказала:
- Не огорчайтесь, дорогой король, я съезжу в Испанию ненадолго. Может,
я и помогу испанской королевне.
И она так уговаривала короля, что он согласился.
Вот приплыли корабли назад в Испанию. Сам испанский король и опечаленный
португальский принц вышли встречать Розалинду.
Только Розалинда ступила на берег, она сказала:
- Ведите меня скорее к вашей дочери.
И было самое время, потому что королевна совсем истаяла.
"Это не простая болезнь, - сказала себе Розалинда, - тут что-то
есть!"
Она заперлась с королевной в ее покоях и велела, чтобы никто к ним не
входил три дня и три ночи. Испанский король своими королевскими руками
наложил на двери, ведущие в покои дочери, семь больших восковых печатей.
И вот настал вечер. Розалинда хотела зажечь свечу, но у нее не оказалось
ни кремня, ни огнива, ни трута. Она взглянула в окно и приметила
далеко-далеко на холме тусклый огонек. Розалинда, недолго думая, взяла
свечу, выпрыгнула в окошко и побежала в ту сторону. Чем дальше она шла,
тем ярче становился огонь. А когда Розалинда подошла совсем близко, она
увидела большой костер. На костре стоял огромный котел, в котором что-то
кипело. Старый кривоногий турок в чалме помешивал варево и приговаривал
что-то не по-итальянски, не по-испански, а по-своему, по-турецки.
"Э, - подумала Розалинда, - не в этом ли котле тает жизнь испанской
королевны?"
И она сказала турку:
- Ах, бедняжка, отдохни немножко, ты очень устал.
- Я не могу отдохнуть, - ответил турок. - Я мешаю уже три месяца днем
и ночью, ночью и днем. Осталось уже недолго. Скоро я уеду в свою Турцию,
а то как бы мои сто жен не перессорились между собой.
- Ну так давай я за тебя помешаю, - сказала Розалинда.
- Мешай, мешай, но клянусь бородой Магомета, если ты будешь плохо мешать,
я и тебя сварю в этом котле.
Турок сел на землю, скрестив ноги, а Розалинда принялась усердно мешать
сушеной совиной лапой вонючее варево.
- Хорошо я мешаю? - спросила она турка?
- Мешай, мешай, - проворчал турок.
- А ты поспи, - сказала Розалинда.
Турок заснул.
Тогда Розалинда взяла да и опрокинула котел с волшебным зельем прямо
на турка.
Ох, что тут было! Турок сразу стал худым, как щепка, весь ссохся и,
наконец, превратился в кучу трухи.
А Розалинда зажгла свечу от тлеющих угольков и бросилась бежать ко
дворцу.
Когда она вернулась, испанская королевна впервые за много дней спала
спокойно, как дитя. На ее бледных щеках проступил румянец.
В назначенный Розалиндой день испанский король сорвал семь печатей и
открыл двери. На шею ему бросилась веселая и здоровая дочь.
Король наградил Розалинду богатыми подарками и с почестями отправил в
Италию. Испанская королевна крепко обняла ее, расцеловала и просила не
забывать, что в Испании у Розалинды есть названая сестра. А португальский
принц, ее жених, добавил: и названый брат.
МОРЕГ И ВОДЯНОЙ КОНЬ
Когда наступают теплые дни и папоротник темнеет под летним солнцем,
горцы-фермеры, по древнему обычаю, ведут стада в горы, на летние пастбища.
Там они отпирают двери своих летних хижин и живут в них, пока не
придет пора возвращаться домой.
Много лет назад жил-был один фермер по имени Доналд Мак-Грегор. Его
летник стоял в глухом месте, на склоне горы, у подножия которой лежало
большое озеро. Хижина у Доналда Мак-Грегора была маленькая, белая, и
вокруг нее простирались поросли вереска, а внизу, под горой, росла пышная
трава. Там было богатое пастбище для его скота. Однако люди не завидовали
Мак-Грегору. Больше того, они с осуждением покачивали головами и
говорили ему, что напрасно он построил себе хижину в таком месте. А по
вечерам, когда уже темнело, ни один человек не отваживался даже ступить
на тропку, что к ней вела. Ведь все знали, что в глубинах большого озера
обитает страшное чудище - Водяной Конь - и оно рыщет по окрестным горам.
Никто не знал, какое оно, это чудище. Те, кому случалось увидеть, как
страшилище поднимается из темных вод озера, умерли от страха и ничего не
смогли рассказать про него. Когда же чудище рыскало по горам, оно принимало
разные обличья и являлось то в виде старухи, то в виде черного ворона,
то в виде лисицы с хитрыми глазами. А в своем настоящем виде оно
появлялось, только когда подкрадывалось к добыче, чтобы схватить ее и
безжалостно растерзать.
Ходили слухи, что Водяной Конь громаден и черен, что на чудовищной
его голове торчат два острых сатанинских рога, а когда он мчится по вереску,
его не догонит и ветер.
Много ходило рассказов про это страшилище, и каждый год оно губило
новые жертвы. Но, наперекор всему, Доналд Мак-Грегор не слушал соседей,
когда они говорили, что опасно-де жить так близко от озера. Ему советовали
перенести его летник на другой берег того ручья, что протекал неподалеку.
Ведь известно было, что Водяной Конь не может перешагнуть через
текучую воду, а значит, ему недоступна вся местность за ручьем. Но на
все уговоры Доналд Мак-Грегор отвечал, что хочет пасти свой скот на самом
лучшем пастбище, а самое лучшее пастбище как раз на берегу озера.
- Что до Водяного Коня, - говорил он, - то я поверю в него не раньше,
чем встречусь с ним.
Когда же ему напоминали о злополучных жертвах чудища, он возражал:
- Если эти люди пропали без вести, значит, они слишком загостились у
соседей. Возвращались домой под хмельком, споткнулись где-нибудь в темноте,
ну и свалились в пропасть.
Но в конце концов пришлось ему признать, что он был неправ, и вот как
это случилось.
У Доналда Мак-Грегора была дочь Морег, и отец нежно любил ее. Каждый
год она уходила вместе с ним на летние пастбища и все длинные светлые
дни просиживала у порога хижины за прялкой. Когда же наступали сумерки и
лиловые тени на вереске сгущались, девушка спускалась на берег озера и
сзывала свое стадо. Она босиком бежала с горы, уговаривая себя, что бояться
нечего, - ведь отец не раз говорил ей, что ничего страшного тут
нет. Но все-таки дрожь пробегала у нее по телу, когда она смотрела на
темные воды озера, лизавшие травянистые берега, и опасливо вглядывалась
в тени прибрежных рябин. Но домой она всегда возвращалась благополучно.
А днем все ее страхи пропадали. Она даже пела песни, когда сидела на
солнышке за прялкой.
Как-то раз ясным утром, когда Морег беззаботно вертела колесо своей
прялки, перед нею вдруг возникло что-то темное и заслонило от нее солнце.
Девушка оборвала песню и вскрикнула.
- Я не хотел тебя пугать! - послышался ласковый голос.
Морег подняла глаза и увидела, что перед ней стоит молодой человек,
высокий, красивый, широкоплечий и, должно быть, очень сильный. Но он казался
каким-то странным. Волосы и одежда у него были темные и такие мокрые,
что с них вода капала.
- Как это ты ухитрился так вымокнуть? - спросила его Морег. - Ведь на
небе - ни облачка!
- Да вот шел я по берегу одного озерка, высоко в горах, - недолго думая,
отвечал молодой человек, - поскользнулся и упал в воду. Ничего, на
солнышке я скоро обсохну.
Он сел на землю у ног Морег и принялся болтать с нею, да так весело,
что она даже перестала прясть. Однако, несмотря на его любезное обхождение,
и ласковые речи, и нежные взгляды, было в нем что-то странное, и
Морег это чувствовала, но старалась об этом не думать.
Но вот солнце озарило голову молодого человека, и он запустил руки в
свои мокрые кудри.
- Положи голову ко мне на колени, - сказала Морег, - я приглажу тебе
волосы.
Молодой человек положил голову на колени Морег, и она принялась осторожно
расчесывать гребенкой его темные кудри. Но вдруг замерла в ужасе.
Она увидела, что между зубьев гребенки застряли тонкие зеленые водоросли
и тина. Они были ей хорошо знакомы - точно такие же водоросли и
тина запутывались в сетях ее отца, когда он ловил рыбу в большом озере
под горой. И вот теперь они оказались в волосах незнакомца.
"Полно, да разве он человек? - подумала Морег. - Нет, это страшный
Водяной Конь. Вышел из подводного логова и прикинулся молодым красавцем,
чтобы зачаровать и погубить меня".
Тут Водяной Конь заметил ужас в глазах девушки. А Морег со страшным
криком столкнула с колен темнокудрую голову, вскочила, опрокинув прялку,
и бросилась бежать. Не помня себя, она бежала вниз по крутому склону, а
за нею, страшная при свете солнца, гналась огромная тень. И тень эта была
темнее самых глубоких вод большого озера.
Но Морег оказалась счастливей других жертв Водяного Коня. Ему не удалось
догнать девушку - она успела добежать до ручейка, что журчал близ
озера. И как только перепрыгнула через текучую воду, опасность миновала.
С тех пор ни один человек не переступал порога белой хижины, что стояла
на горном склоне, над колдовским озером. Не заходил в нее и сам хозяин
- Доналд Мак-Грегор. Он так напугался, когда дочь его чуть не погибла,
что с того дня уже не высмеивал рассказы про Водяного Коня.
А развалины белой хижины до сих пор стоят в чаще кудрявого папоротника.
ПОДИ ТУДА - НЕ ЗНАЮ КУДА, ПРИНЕСИ ТО - НЕ ЗНАЮ ЧТО
В некотором государстве жил-был царь, холост - не женат. Был у него
на службе стрелок, по имени Андрей.
Пошел раз Андрей-стрелок на охоту. Ходил, ходил целый день по лесу -
не посчастливилось, не мог на дичь напасть. Время было к вечеру, идет он
обратно - кручинится. Видит - сидит на дереве горлица.
"Дай, - думает, - стрельну хоть эту".
Стрельнул и ранил ее, - свалилась горлица с дерева на сырую землю.
Поднял ее Андрей, хотел свернуть ей голову, положить в сумку.
А горлица говорит ему человеческим голосом:
- Не губи меня, Андрей-стрелок, не руби моей головы, возьми меня живую,
принеси домой, посади на окошко. Да смотри - как найдет на меня
дремота, в ту пору бей меня правой рукой наотмашь: добудешь себе великое
счастье.
Удивился Андрей-стрелок: что такое? С виду совсем птица, а говорит
человеческим голосом. Принес он горлицу домой, посадил на окошечко, а
сам стоит, дожидается.
Прошло немного времени, горлица положила головку под крылышко и задремала.
Андрей вспомнил, что она ему наказывала, - ударил ее правой рукой
наотмашь. Упала горлица наземь и обернулась девицей, Марьей-царевной,
да такой прекрасной, что ни вздумать, ни взгадать, только в сказке
сказать.
Говорит Марья-царевна стрелку:
- Сумел меня взять, умей и удержать - неспешным пирком да за свадебку.
Буду тебе честной да веселой женой.
На том они и поладили. Женился Андрей-стрелок на Марье-царевне и живет
с молодой женой - потешается. А службы не забывает: каждое утро ни
свет ни заря идет в лес, настреляет дичи и несет на царскую кухню.
Пожили они так недолго, Марья-царевна говорит:
- Бедно живешь ты, Андрей.
- Да как сама видишь.
- Добудь-ка рублей сотню, купи на эти деньги разного шелку, я все дело
поправлю.
Послушался Андрей, пошел к товарищам, у кого рубль, у кого два занял,
накупил разного шелку и принес жене. Марья-царевна взяла шелк и говорит:
- Ложись спать, утро вечера мудренее.
Андрей лег спать, а Марья-царевна села ткать. Всю ночь ткала и выткала
ковер, какого в целом мире не видывали: на нем все царство расписано,
с городами и деревнями, с лесами и нивами, и птицы в небе, и звери на
горах, и рыбы в морях; кругом луна и солнце ходят...
Наутро Марья-царевна отдает ковер мужу:
- Понеси на гостиный двор, продай купцам, да смотри - своей цены не
запрашивай, а что дадут, то и бери.
Андрей взял ковер, повесил на руку и пошел по гостиным рядам.
Подбегает к нему один купец:
- Послушай, почтенный, сколько спрашиваешь?
- Ты торговый человек, ты и цену давай!
Вот купец думал, думал - не может оценить ковра. Подскочил другой, за
ним - еще. Собралась купцов толпа великая, смотрят на ковер, дивуются, а
оценить не могут.
В то время проезжал мимо рядов царский советник, и захотелось ему узнать,
про что толкует купечество. Вышел из кареты, насилу протолкался
через великую толпу и спрашивает:
- Здравствуйте, купцы заморские! О чем речь у вас?
- Так и так, ковра оценить не можем.
Царский советник посмотрел на ковер и сам дался диву:
- Скажи, стрелок, скажи по правде истинной: откуда добыл такой славный
ковер?
- Так и так, моя жена вышила.
- Сколько же тебе дать за него?
- А я сам не знаю. Жена наказала не торговаться: сколько дадут, то и
наше.
- Ну, вот тебе, стрелок, десять тысяч.
Андрей взял деньги, отдал ковер и пошел домой. А царский советник поехал
к царю и показывает ему ковер.
Царь взглянул - на ковре все его царство как на ладони. Он так и ахнул:
- Ну, что хочешь, а ковра я тебе не отдам.
Вынул царь двадцать тысяч рублей и отдает советнику из рук в руки.
Советник деньги взял и думает: "Ничего, я себе другой, еще лучше, закажу".
Сел опять в карету и поскакал в слободу. Разыскал избушку, где живет
Андрей-стрелок, и стучится в дверь. Марьяцаревна отворяет ему. Царский
советник одну ногу через порог занес, а другую не переносит, замолчал и
про свое дело забыл: стоит перед ним такая красавица, век бы глаз от нее
не отвел, все бы смотрел да смотрел.
Марья-царевна ждала, ждала ответа, да повернула царского советника за
плечи и дверь закрыла. Насилу он опомнился, нехотя поплелся домой. И с
той поры и ест - не наестся и пьет - не напьется: все ему представляется
стрелковая жена.
Заметил это царь и стал выспрашивать, что за кручина у него такая.
Советник говорит царю:
- Ах, видел я у одного стрелка жену, все о ней думаю! И не запить
это, ни заесть, никаким зельем не заворожить.
Пришла царю охота самому посмотреть стрелкову жену. Оделся он в простое
платье, поехал в слободу, нашел избенку, где живет Андрей-стрелок, и
стучится в дверь. Марья-царевна отворила ему. Царь одну ногу через порог
занес, другую и не может, совсем онемел: стоит перед ним несказанная
красота.
Марья-царевна ждала, ждала ответа, повернула царя за плечи и дверь
закрыла.
Защемила царя сердечная зазноба. "Чего, - думает, - хожу холост, не
женат. Вот бы жениться на этой красавице. Не стрельчихой ей быть, на роду
ей написано быть царицей".
Воротился царь во дворец и задумал думу нехорошую - отбить жену от
живого мужа. Призывает он советника и говорит:
- Надумай, как извести Андрея-стрелка. Хочу на его жене жениться.
Придумаешь - награжу городами, и деревнями, и золотой казной, не придумаешь
- сниму голову с плеч.
Закручинился царский советник, пошел и нос повесил. Как извести
стрелка, не придумает. Да с горя и завернул в кабак винца испить.
Подбегает к нему кабацкая теребень в рваном кафтанишке:
- О чем, царский советник, пригорюнился, зачем нос повесил?
- Поди прочь, кабацкая теребень!
- А ты не гони меня, лучше стаканчик винца поднеси, я тебя на ум наведу.
Поднес ему царский советник стаканчик винца и рассказал про свое горе.
Кабацкая теребень и говорит ему:
- Извести Андрея-стрелка дело нехитрое: сам-то он прост, да жена у
него больно хитра. Ну да мы загадаем загадку такую, что ей не справиться.
Воротись к царю и скажи: пускай он пошлет Андрея-стрелка на тот
свет узнать, как поживает покойный царь-батюшка. Андрей уйдет и назад не
вернется.
Царский советник поблагодарил кабацкую теребень и бегом к царю:
- Так и так, можно стрелка извести.
И рассказал, куда нужно его послать и за чем. Царь обрадовался, велел
позвать Андрея-стрелка.
- Ну, Андрей, служил ты мне верой-правдой, сослужи еще службу: сходи
на тот свет, узнай, как поживает мой батюшка. Не то мой меч - твоя голова
с плеч...
Андрей воротился домой, сел на лавку и голову повесил. Марья-царевна
его спрашивает:
- Что не весел? Или невзгода какая?
Рассказал ей Андрей, какую царь задал ему службу. Марья-царевна говорит:
- Есть о чем горевать! Это не служба, а службишка, служба будет впереди.
Ложись спать, утро вечера мудренее.
Утром рано, только проснулся Андрей, Марья-царевна дает ему мешок сухарей
и золотое колечко.
- Поди к царю и спроси себе в товарищи царского советника, а то, скажи,
тебе не поверят, что был ты на том свете. А как выйдешь с товарищем
в путь-дорогу, брось перед собой колечко, оно тебя доведет.
Андрей взял мешок сухарей и колечко, попрощался с женой и пошел к царю
просить себе дорожного товарища. Делать нечего, царь согласился, велел
советнику идти с Андреем на тот свет.
Вот они вдвоем и вышли в путь-дорогу. Андрей бросил колечко - оно катится.
Андрей идет за ним полями чистыми, мхами-болотами, реками-озерами,
а за Андреем царский советник тащится.
Устанут идти, поедят сухарей - и опять в путь.
Близко ли, далеко ли, долго ли, коротко ли, пришли они в густой дремучий
лес, спустились в глубокий овраг, и тут колечко остановилось.
Андрей и царский советник сели поесть сухарей. Глядь, мимо них на
старом-престаром царе два черта дрова везут - большущий воз - и погоняют
царя дубинками, один с правого бока, другой с левого.
Андрей говорит:
- Смотри, никак это наш покойный царь-батюшка?
- Твоя правда, это он самый дрова везет.
Андрей и закричал чертям:
- Эй, господа черти! Освободите мне этого покойничка хоть на малое
время, мне нужно кой о чем его расспросить.
Черти отвечают:
- Есть нам время дожидаться! Сами, что ли, дрова повезем?
- А вы возьмите у меня свежего человека на смену.
Ну, черти отпрягли старого царя, на его место впрягли в воз царского
советника и давай его с обеих сторон погонять дубинками; тот гнется, а
везет.
Андрей стал спрашивать старого царя про житье-бытье.
- Ах, Андрей-стрелок, - отвечает царь, - плохое мое житье на том свете.
Поклонись от меня сыну да скажи, что я накрепко ему заказываю людей
не обижать, а то и с ним то же станется.
Только успели они поговорить, черти уж назад едут с порожней телегой.
Андрей попрощался со старым царем, взял у чертей царского советника, и
пошли они в обратный путь.
Приходят в свое царство, являются во дворец. Царь увидал стрелка и в
сердцах накинулся на него:
- Как ты смел назад воротиться?
Андрей-стрелок отвечает:
- Так и так, был я на том свете у вашего покойного родителя. Живет он
плохо, велел вам кланяться да накрепко наказывал людей не обижать.
- А чем докажешь, что ходил на тот свет и моего родителя видел?
- А тем я докажу, что у вашего советника на спине и теперь еще знаки
видны, как его черти дубинками погоняли.
Тут царь уверился, делать нечего - отпустил Андрея домой. А сам говорит
советнику:
- Вздумай, как извести стрелка, не то мой меч - твоя голова с плеч!
Пошел царский советник, еще ниже нос повесил. Заходит в кабак, сел за
стол, спросил вина. Подбегает к нему кабацкая теребень:
- Что, царский советник, пригорюнился? Поднеси-ка мне стаканчик, я
тебя на ум наведу.
Советник поднес ему стаканчик вина и рассказал про свое горе. Кабацкая
теребень ему говорит:
- Воротись назад и скажи царю, чтобы задал он стрелку вот какую службу
- ее не то что выполнить, трудно и выдумать: послал бы его за тридевять
земель, в тридесятое царство добыть кота-баюна...
Царский советник побежал к царю и рассказал, какую службу задать
стрелку, чтобы он назад не вернулся. Царь посылает за Андреем.
- Ну, Андрей, сослужил ты мне службу, сослужи другую: ступай в тридесятое
царство и добудь мне кота-баюна. Не то мой меч - твоя голова с
плеч!
Пошел Андрей домой, ниже плеч голову повесил и рассказывает жене, какую
царь задал ему службу.
- Есть о чем кручиниться! - говорит Марья-царевна. - Это не служба, а
службишка, служба будет впереди. Ложись спать, утро вечера мудренее.
Андрей лег спать, а Марья-царевна пошла на кузницу и велела кузнецам
сковать три колпака железных, железные клещи и три прута: один железный,
другой медный, третий оловянный.
Утром рано Марья-царевна разбудила Андрея:
- Вот тебе три колпака да клещи и три прута, ступай за тридевять земель,
в тридесятое царство. Трех верст не дойдешь, станет одолевать тебя
сильный сон - кот-баюн на тебя дремоту напустит. Ты не спи, руку за руку
закидывай, ногу за ногу волочи, а где и катком катись. А если уснешь,
кот-баюн убьет тебя.
И тут Марья-царевна научила его, как и что делать, и отпустила в дорогу.
Скоро сказка сказывается, не скоро дело делается. Пришел Андрей-стрелок
в тридесятое царство. За три версты стал его одолевать сон. Надевает
Андрей на голову три колпака железных, руку за руку закидывает, ногу за
ногу волочит - идет, а где и катком катится.
Кое-как выдержал дремоту и очутился у высокого столба.
Кот-баюн увидел Андрея, заворчал, зауркал да со столба прыг ему на
голову - один колпак разбил и другой разбил, взялся было за третий. Тут
Андрей-стрелок ухватил кота клещами, сволок наземь и давай оглаживать
прутьями. Наперво сек железным прутом, изломал железный, принялся угощать
медным, и этот изломал и принялся бить оловянным.
Оловянный прут гнется, не ломается, вокруг хребта обвивается. Андрей
бьет, а кот-баюн начал сказки рассказывать: про попов, про дьяков, про
поповых дочерей. Андрей его не слушает, знай охаживает прутом.
Невмоготу стало коту, видит, что заговорить нельзя, он и взмолился:
- Пожалей меня, добрый человек! Что надо, все тебе сделаю!
- А пойдешь со мной?
- Куда хочешь пойду.
Андрей пошел в обратный путь и кота за собою повел. Добрался до своего
царства, приходит с котом во дворец и говорит царю:
- Так и так, службу выполнил, добыл вам кота-баюна.
Царь удивился и говорит:
- А ну, кот-баюн, покажи большую страсть!
Тут кот свои когти точит, на царя их ладит, хочет у него белую грудь
раздирать, из живого сердце вынимать.
Царь испугался:
- Андрей-стрелок, уйми, пожалуйста, кота-баюна!
Андрей кота унял и в клетку запер, а сам пошел домой, к Марье-царевне.
Живет-поживает, тешится с молодой женой. А царя еще пуще знобит зазноба
сердечная. Опять призвал он советника:
- Что хочешь придумай, изведи Андрея-стрелка, не то мой меч - твоя
голова с плеч!
Царский советник идет прямо в кабак, нашел там кабацкую теребень в
рваном кафтанишке и просит его выручить, на ум навести. Кабацкая теребень
стаканчик вина выпил, усы вытер.
- Ступай, - говорит, - к царю и скажи: пусть пошлет Андрея-стрелка
туда - не знаю куда, принести то - не знаю что. Этой задачи Андрей во
веки веков не выполнит и назад не вернется.
Советник побежал к царю и все ему доложил. Царь посылает за Андреем.
- Сослужил ты мне две службы, сослужи третью: сходи туда - не знаю
куда, принеси то - не знаю что. Сослужишь - награжу по-царски, а нет -
твоя голова с плеч.
Пришел Андрей домой, сел на лавку и заплакал. Марьяцаревна его спрашивает:
- Что, милый, не весел? Или еще невзгода какая?
- Эх, - говорит, - через твою красу все напасти несу. Велел мне царь
идти туда - не знаю куда, принести то - не знаю что.
- Вот это служба! Ну, ничего, ложись спать, утро вечера мудренее!
Марья-царевна дождалась ночи, развернула волшебную книгу, читала, читала;
читала, бросила книгу и за голову схватилась: про цареву загадку в
книге ничего не сказано. Марья-царевна вышла на крыльцо, вынула платочек
и махнула. Налетели всякие птицы, набежали всякие звери.
Марья-царевна их спрашивает:
- Звери лесные, птицы поднебесные, вы, звери, всюду рыскаете, вы,
птицы, всюду летаете - не слыхали ли, как дойти туда - не знаю куда,
принести то - не знаю что?
Звери и птицы ответили:
- Нет, Марья-царевна, мы про то не слыхивали.
Марья-царевна махнула платочком - звери и птицы пропали, как не бывали.
Махнула в другой раз - появились перед ней два великана:
- Что угодно? Что надобно?
- Слуги мои верные, отнесите меня на середину океан-моря.
Подхватили великаны Марью-царевну, отнесли на океанморе и стали на
середине, на самой пучине, - сами стоят, как столбы, а е
...Закладка в соц.сетях
