Жанр: Сказка
Лучшие сказки мира
.... Завтра я покину дворец, и если через двадцать дней я
не вернусь, значит, со мною случилась беда.
В простой крестьянской одежде Бачаган отправился в дальний путь.
Много он видел, много слышал, но самое необычайное случилось с ним на
обратном пути в городе Пероже.
Однажды он сидел на городской площади и увидел толпу народа, следующую
за седовласым старцем. Старец медленно ступал, перед ним очищали дорогу
и подставляли под ноги по кирпичу.
- Кто этот старец? - спросил Бачаган.
- Это великий жрец, он до того свят, что не ступает ногою на землю из
боязни раздавить какое-нибудь насекомое.
В конце площади старец опустился на разостланный ковер и начал проповедь.
Бачаган протиснулся вперед, чтобы разглядеть и послушать старца.
Старец заметил Бачагана и подозвал его к себе.
- Кто ты и откуда?
- Я из далекой, чужой земли. Пришел искать в ваш город работы.
- Пойдем со мной. Я дам тебе работу и щедро заплачу за нее.
Бачаган последовал за старцем. На краю города старец отпустил провожавшую
его толпу. Остались лишь жрецы и носильщики, нагруженные тяжелою
кладью. Все они были чужестранцы. Вскоре показался какой-то храм, окруженный
со всех сторон высокой стеною.
Великий жрец остановился около железных ворот, отпер их огромным ключом
и, впустив всех, снова запер замок.
Бачаган увидел перед собой храм, увенчанный голубым куполом, окруженный
маленькими кельями. У этих келий носильщики сложили свою кладь, и
великий жрец повел их в храм. В глубине храма, близ алтаря, великий жрец
нажал незаметную пружину, и стена раздвинулась надвое. За ней виднелась
новая железная дверь. Великий жрец открыл эту дверь и сказал:
- Войдите, люди. Здесь вас накормят и дадут работу.
Никто не успел сказать и полслова, как железная дверь захлопнулась, и
все погрузились во тьму. Ошеломленный Вачаган бросился к дверям и изо
всех сил застучал:
- Откройте! Откройте!
Но ему отвечало только собственное эхо.
Ошеломленный Бачаган молча поплелся вперед, туда, где виднелась слабая
полоска света. Остальные последовали за ним.
Падая и спотыкаясь, они добрались до скудно освещенной пещеры, откуда
неслись жалобные крики.
Навстречу им метнулась какая-то тень.
Бачаган выпрямился во весь рост и громко крикнул:
- Кто ты, человек или дьявол? Подойди и скажи, где мы?
Тень приблизилась и, дрожа, как лист в бурную ночь, остановилась перед
ним. Это был человек с лицом мертвеца. Его глубоко впавшие глаза
сверкали голодным блеском, щеки ввалились, синие губы обнажали беззубый
рот. Это был живой скелет, обтянутый кожей.
Заикаясь и плача, этот живой труп сказал:
- Следуйте за мной, и все поймете.
Они пошли по узкому коридору и вышли в другую пещеру, где такие же
голые, еле копошащиеся скелеты лежали на холодной земле, прижимаясь друг
к другу, и тщетно пытались согреться.
Проводник повел Бачагана дальше, через такую же пещеру, где в чинном
порядке стояли огромные котлы и такие же люди-тени копошились вокруг
них, мешая длинными палками какое-то варево.
Бачаган заглянул в котел и в страхе отпрянул назад.
В котле варилось человеческое мясо. Бачаган ничего не сказал своим
товарищам по несчастью и последовал за проводником.
Тот привел их в огромную, тускло освещенную пещеру, где сотни мертвенно-бледных,
измученных людей вышивали, вязали, шили. Тем же путем
проводник привел их в первую пещеру и устало опустился на камень.
- Тот же старец так же заманил в эти пещеры и нас. Я потерял счет
времени, ибо тут нет ни дня, ни ночи и только бесконечной чередой тянутся
кошмарные сумерки. Знаю только, что все, кто попал вместе со мной, -
погибли. Если человек, попавший сюда, знает ремесло, его заставляют работать,
если нет - уводят на бойню, и оттуда он попадает в те ужасные
котлы, которые вы только что видели. Старый дьявол не один, все жрецы -
его помощники.
Бачаган, не отрывая глаз, смотрел на говорящего и... узнал в нем своего
исчезнувшего слугу Вагинака.
Вагинак не узнал своего господина, и Бачаган, боясь, чтобы радость
встречи не порвала, как меч, тонкую нить жизни Вагинака, не назвал себя.
- Силы совсем оставляют меня, и тогда меня отправят на бойню, -
грустно сказал Вагинак. - И всех вас ждет та же судьба.
- Нет! - гневно воскликнул Бачаган. - Оставайся с нами, я верю, что
мы выберемся живыми из этого ада!
Бачаган расспросил своих спутников об их ремесле. Один оказался портным,
другой - ткачом, третий - вышивальщиком, остальные не знали никакого
ремесла.
- Будете моими помощниками, - заявил им Бачаган.
Вскоре с шумом распахнулись железные двери, и в пещеру вошел жрец,
окруженный со всех сторон стражей.
- Это новоприбывшие? - спросил он.
- Да, мы слуги твоей милости.
- Кто из вас знает какое-нибудь ремесло?
- Мы - искусные мастера. Мы умеем ткать ценную парчу. Она стоит в сто
раз больше, чем чистое золото.
- Неужели на свете есть ткань, которая стоит в сто раз больше, чем
золото? - удивился жрец.
- Я не лгу, - гордо ответил Бачаган.
- Хорошо, - поверил жрец. - Скажи, какие вам нужны инструменты, какой
материал, и идите в общую мастерскую работать.
- Нет, о господин! Чужие глаза не должны видеть нашу работу. Позволь
нам остаться здесь и прикажи посылать нам в пищу хлеб и плоды. Мы не
едим мясную пищу и, вкусив, сразу умрем, и вы лишитесь огромной выгоды.
- Хорошо, но горе, если вы обманете меня. Я пошлю вас на бойню и
прежде чем убить, предам всех страшным пыткам.
В тот же день жрец прислал необходимые инструменты и материал. Бачаган
принялся за работу, обучая ей своих товарищей по несчастью.
Каждый день слуги жреца приносили пленникам хлеб и плоды. Каждый старался
хоть немного уделить несчастным, томившимся в соседней пещере.
Вагинак постепенно стал приобретать человеческий вид.
Когда основа парчи была готова, Бачаган сказал жрецу:
- Мы не можем дальше работать в полутьме. Прикажи принести нам огня.
Жрец исполнил просьбу Бачагана и принес смоляной факел и несколько
светильников.
Увидев Бачагана, освещенного с ног до головы, Вагинак дико вскрикнул
и без сознания рухнул на землю.
- Что с ним? - удивился жрец.
- Блеск факела ослепил его, господин. Он придет в себя и спокойно будет
работать, - с поклоном сказал Бачаган, и жрец ушел.
Вскоре парча была готова. Она сверкала и переливалась всеми цветами
радуги. По краям тонкого узора Бачаган выткал крохотными буквами историю
своей неволи.
Увидев чудесную парчу, жрец пришел в восторг.
- Ты действительно мастер, - милостиво бросил он Бачагану.
- Я тебе говорил, что эта парча будет стоить в сто раз дороже золота.
Знай же, что она стоит еще дороже! На ней вытканы волшебные талисманы.
Жаль, что они не доступны каждому. Прочесть и открыть их тайну может
только мудрая царица Анаит.
Жадный жрец не отводил глаз от чудесной парчи. Он решил не показывать
ее главному жрецу, с тем, чтобы самому воспользоваться щедрой прибылью.
Тем временем Анаит так мудро правила страной, что народ не знал об
отсутствии Бачагана. Прошло условленных двадцать дней - Бачаган не вернулся.
Царица встревожилась не на шутку. По ночам она видела страшные
сны, Зангин день и ночь выла, кидалась под ноги и, визжа, тащила куда-то
Анаит за платье. Конь Бачагана не ел корма и ржал, как жеребенок, потерявший
мать. Куры кукарекали, как петухи, а петухи, вместо зари, пели
под вечер фазаньими голосами. Храбрая Анаит впала в отчаяние. Она разослала
гонцов во все концы своего царства, но Бачаган исчез, как иголка в
стоге сена.
Однажды утром ей доложили о приезде иноземного купца с товарами.
- Позовите его, - приказала царица. - Может быть, он встретил на своем
пути моего дорогого мужа.
Слуги ввели жреца. Он отвесил царице низкий поклон и на серебряном
подносе преподнес золотую парчу.
Анаит мельком взглянула на парчу и спросила:
- Не встретил ли ты на своем пути царя Бачагана?
- Нет, - ответил жрец.
- Сколько стоит твоя парча?
- Она стоит в триста раз больше, чем вес золота. Это цена работы мастеров
и материала. А мое усердие оцени сама, о госпожа!
- Это неслыханная цена за парчу.
- Это не простая парча, царица, на ней вытканы волшебные талисманы,
исцеляющие грусть и горе. Занги - собака.
- Вот как? - удивилась Анаит и снова развернула парчу.
"Любимая Анаит, я попал в страшный ад. В нем я встретил Вагинака.
Доставивший парчу - один из демонов этого ада. Ищи нас к востоку от Перожа
под обнесенным стеной храмом. Налево от алтаря стена раздвигается
надвое. Торопись, нам грозит смерть. Бачаган".
Сердце Анаит затрепетало, как пойманная птица. Снова и снова она пробегала
страшные слова. Собрав все свои силы, Анаит с улыбкой сказала:
- Да, ты прав! Узоры этой парчи обладают чудесным свойством. Еще вчера
я не находила себе места от тоски и горя. А сейчас ты видишь - я улыбаюсь.
Этой парче нет цены. Но мертвое творение не может быть выше своего
творца, - не так ли?
- Ты говоришь мудро, царица.
- Приведи ко мне мастера, соткавшего эту парчу, - я хочу посмотреть
на него.
- Мудрая царица! Я не видал этого мастера. Я купец и приобрел эту
парчу в Индии у одного еврея. А тот купил парчу у араба. А у кого купил
араб - я не знаю.
- Но ты говорил, что работа и материал стоят в триста раз дороже веса
золота. Значит, ты сам отдал ее ткать.
- Мудрая царица, так сказал мне купец, у которого...
- Ты лжешь! - гневно вскричала царица. - Талисманы открыли мне твою
мерзкую тайну. В темницу его!
Слуги схватили жреца и увели.
Анаит приказала трубить тревогу. Тревожно перешептывающийся народ
запрудил дворцовую площадь, спрашивая друг у друга, что случилось.
На балкон вышла вооруженная с ног до головы Анаит.
- Граждане! - сказала она. - Жизнь нашего царя Бачагана в опасности.
Кто любит царя, кому дорога его жизнь - за мной. К полудню мы должны
быть в Пероже.
Не прошло и часа, как все, кто мог носить оружие, были) на конях.
Анаит оседлала огненного коня, обскакала свое войско, скомандовала
"вперед" и помчалась в Перож, вздымая за собой облако пыли.
Войско Анаит осталось далеко позади, когда она остановила огненного
коня посреди площади Перожа.
Жители, приняв Анаит за божество, преклонили перед нею колени.
- Где ваш начальник? - гордо спросила Анаит.
- Я твой слуга, - поднявшись с колен, сказал седобородый старик.
- Что творится в твоем храме?
- Там живет святой человек, которого чтит весь наш народ.
- Святой человек?! Веди меня к нему.
Начальник повел Анаит к храму, а за ним последовала толпа.
Увидав их приближение и приняв их за богомольцев, жрецы открыли первую
железную дверь.
Навстречу толпе, с пением молитвы, с высоко поднятыми для благословения
руками, вышел главный жрец.
Анаит на коне въехала в храм. Она подскакала к алтарю, нащупала в
стене тайную пружину, стена разошлась надвое, и перед изумленной толпой
предстали тяжелые железные двери.
- Открой эту дверь, - приказала главному жрецу Анаит.
Вместо ответа главный жрец с вооруженными слугами бросился на Анаит.
- Она осквернила храм! Смерть ей! - бесновался главный жрец, призывая
горожан к мести.
Умный конь Анаит затоптал его могучими ногами, а тем временем на подмогу
отважной женщине, сражавшейся с окружавшими ее жрецами, подоспело
войско и истребило всех врагов до единого.
Народ со страхом и недоумением следил за происходящим.
- Подойдите поближе и посмотрите, что скрыто в подземелье вашего храма!
- сказала Анаит.
Когда двери пещеры сорвали с петель, страшное зрелище предстало народу.
Из адского подземелья выползли люди - не люди, а тени. Многие из них
были при смерти и не могли стоять на ногах. Другие, ослепну в от света,
шатались и ползли, как муравьи. Последними вышли Бачаган и Вагинак с полузакрытыми
глазами, чтобы дневной свет не ослепил их.
Воины ворвались в подземелье и вынесли оттуда тела умерших людей,
орудия пыток, ремесленные инструменты и котлы с человеческим мясом.
Пристыженные горожане помогли им разбить и очистить храм.
Только покончив с этим, Анаит вошла в наскоро сооруженную палатку,
где ждали ее Бачаган и Вагинак. Царь с царицей уселись рядом и не могли
наглядеться друг на друга. Вагинак, плача, приник к руке Анаит.
- Мудрая царица! Это ты спасла нас сегодня!
- Нет, Вагинак! Не сегодня спасла вас мудрая Анаит, а тогда, когда
спросила: "А знает ли сын вашего царя какое-нибудь ремесло?" Помнишь,
как тот смеялся тогда?
Пристыженный Вагинак молча опустил глаза.
С тех пор прошло много лет, но слава о мудрой Анаит жива до сих пор.
ДЕТИ КОРОЛЯ ЭЙЛПА
Давным-давно у подножия обледенелых холмов в густой тени деревьев
произошло сражение между королем Эйлпа и друидами. И когда битва кончилась,
король Эйлпа вместе со своими воинами лежал мертвый на земле, а
друиды расхаживали по его дворцу и распевали свои дикие победные песни.
И вдруг они заметили обоих детей короля Эйлпа: мальчик и девочка сидели,
скорчившись, у огромной двери. Их подняли и с торжествующими криками потащили
к предводителям.
- Девочку мы возьмем себе, - решили друиды. - И пусть все знают, что
отныне она принадлежит нам.
Тогда одна из их женщин прикоснулась к пленнице. И вот белая кожа девочки
стала зеленой, как трава.
Но друиды еще не решили, что им делать с сыном короля Эйлпа. И он
вдруг вырвался из их рук и побежал с быстротой оленя, которого травят.
Мальчик бежал, пока не поднялся на вершину горы Бек-Глойн, что значит
"Стеклянная гора". На ее ледяной вершине он и заснул в ту ночь. Но пока
он спал, один друид нашел его и заколдовал - обратил в борзого пса, а
потом увел обратно во дворец. Однако он не лишил королевича дара речи.
Друиды, собираясь покинуть дворец короля Эйлпа, оставили в нем королевну,
чтобы она смотрела за своим братом. К тому же она отказывалась
повиноваться их женщинам, и те были рады отделаться от нее.
- Зеленая девочка и борзой пес будут жить вместе в доме отца своего,
- изрек предводитель друидов. - Мы их заколдовали, и наши могучие чары
не рассеются, пока не произойдут два события. Если какая-нибудь женщина
по доброй воле согласится остаться здесь на всю жизнь и не покидать борзого
пса, королевич снова примет свой прежний вид. А если королевну поцелует
принц, кожа ее снова станет такой же белой, какой была раньше.
Королевна стояла у входа во дворец, обвив зеленой рукой шею борзого
пса, а предводитель друидов широким жестом показал на двор, устланный
костями павших в великой битве. И перед тем, как навсегда уйти отсюда,
он произнес еще одно пророчество:
- Кости отца вашего и воинов его останутся здесь, и высушит их солнце,
и дожди отмоют их добела, и будут они лежать, непогребенные, пока
дети детей ваших не предадут их земле.
Много лет брат и сестра жили одни в отчем доме. И пока вокруг него за
воротами все пышней и пышней разрастался папоротник, отроческие годы королевских
детей миновали. Зеленокожая королевна, высокая и стройная,
бродила по опустевшим покоям, и зеленые волосы рассыпались у нее по плечам.
За ней по пятам ходил поджарый борзой пес с человечьими глазами. Он
обладал даром речи, и в душе у него жили мечты, свойственные юным людям.
И вот когда брат и сестра стали уже взрослыми, сосед их покойного отца,
король Эрби, выступил в дальний поход с тремя сотнями воинов. Но не
успели они углубиться в горы, как с неба спустился густой белый туман, и
король сбился с тропы. Он в замешательстве пробирался вперед ощупью,
тщетно стараясь отыскать тропу и не потерять из виду своих спутников.
- Держитесь ближе ко мне! - крикнул он.
Из непроглядной тьмы ему откликнулось только сто человек.
Король все брел и брел вперед и вот различил справа от себя слабое
поблескивание тихого горного озера и крикнул снова:
- Держитесь ближе ко мне!
На этот раз отозвались только двадцать воинов.
Он выхватил из ножен палаш, словно желая рассечь им туман, и опять
пошел вперед. А когда различил слева от себя чуть видные очертания могучей
ели, крикнул в третий раз:
- Держитесь ближе ко мне!
Но теперь откликнулось лишь трое воинов.
Наконец он забрел по колено в густую чащу папоротника и в последний
раз позвал своих воинов. Но теперь уже никто не откликнулся на его зов,
и он понял, что остался один.
С палашом в руке он стоял, не двигаясь с места, пока туман не поднялся
над горами и рваными клочьями не поплыл по синему небу. И тут путник
увидел перед собой дворец короля Эйлпа. Буйный папоротник рос в щелях
его ветхих стен, довершая их разрушение.
Король Эрби опасливо приблизился к воротам, которых никто не охранял,
и вошел в безлюдный двор. Он по-прежнему был устлан костями тех, что пали
в бою много лет назад. Кости эти уже высохли на солнце, и дожди отмыли
их добела. "Страшная, должно быть, битва разыгралась здесь когдато!"
- подумал король Эрби и направился ко входу во дворец, но по дороге нечаянно
задел ногой череп. Это был череп самого короля Эйлпа, и он покатился
по двору и пересек его из конца в конец.
И тут из огромной двери вдруг выскочил свирепый борзой пес. Он в бешенстве
бросился на короля Эрби и сшиб его на землю - вот-вот в горло
вцепится. Нежданное нападение ужаснуло короля, но он был поражен еще
больше, когда из собачьей пасти с острыми клыками послышался человеческий
голос.
- Ты осквернил кости моего отца! - зарычал пес. - Ты топтал ногами
тех, что обречены лежать непогребенными, пока их не предадут земле дети
наших детей!
- Пощади меня! - взмолился король Эрби в ужасе. - Кто бы ты ни был, о
пес с человечьим голосом, пощади меня!
И тут из дворца донесся звонкий девичий голосок:
- Пощади этого незнакомца, брат! Кто знает, а может, он нас расколдует?
Борзой пес отскочил в сторону, и король, пошатываясь, поднялся на ноги.
И тут он увидел, что по двору к нему идет стройная девушка с ярко-зелеными
волосами и кожей.
- Где я? - спросил король в страхе. - И кто вы такие, странные вы
создания?
- Это дворец короля Эйлпа. Он был убит в сражении с нашими врагами -
друидами, - ответила королевна. - А мы - несчастные дети короля Эйлпа.
Тогда заговорил борзой пес.
- Как тебя зовут, незнакомец? - спросил он.
- Я король Эрби, - ответил тот. - У меня тоже есть сын и дочь, и они
будут оплакивать меня всю жизнь, если я не вернусь к ним.
Тут хитроумный замысел пришел в голову королевичу. Он отозвал сестру
в сторону и сказал ей:
- Мы должны заманить сюда дочь этого короля. Я постараюсь уговорить
ее остаться со мной на всю жизнь, и тогда снова стану человеком. И кто
знает - а вдруг ее брат расколдует тебя? Ведь он - принц, и его поцелуй
может рассеять чары друидов.
- Хорошо придумал! - сказала сестра. - Но как это сделать? Ведь женщина
должна остаться с тобой, не зная, что ты - королевич. А принц должен
поцеловать меня, не ведая, что меня заколдовали друиды. И мы не
должны поверять своей тайны королю Эрби.
- Верно, сестра, - молвил королевич. - Так давай скажем королю, что
убьем его только через год. Пусть он пока уйдет в свое королевство и за
это время подготовит сына себе в преемники. Ты пойдешь с королем и приведешь
к нам его дочь. Она послужит залогом того, что отец ее вернется к
нам через год. Так мы заманим принцессу к себе, а прочее уж зависит от
нас самих. Если постигнет нас неудача, придется нам до конца своих дней
жить в скорбном одиночестве.
И вот они сказали королю Эрби, что отпускают его на год, но с тем условием,
чтобы дочь его прожила этот год у них. Королю волей-неволей
пришлось согласиться. Потом он вместе с дочерью короля Эйлпа пустился в
путь по бездорожным порослям папоротника, и путники не отдыхали ни днем,
ни ночью, пока не дошли до королевского дворца.
Вскоре пес, поджидавший сестру у ворот, увидел, как она спускается с
холма, а с нею идет молодая принцесса - идет, робея, но из гордости не
выдавая своего страха. Это была Ойгриг, дочь короля Эрби. А сын короля
Эйлпа, как только взглянул на нее, подумал, что краше ее нет девушки на
свете.
Брат и сестра приняли Ойгриг как почетную гостью, и вскоре ее ненависть
и недоверие к странным хозяевам сменились удивлением. Она не понимала,
как могут этот борзой пес с кроткими глазами и эта зеленая девушка,
что так ласкова с нею, грозить смертью ее отцу. Она умоляла их пощадить
короля Эрби, но они не внимали ее мольбам.
- Вы скрываете от меня какую-то тайну, - сказала наконец Ойгриг. - Я
знаю, что вы не жестокие.
И вот настала весна, и зацвели колокольчики; настало лето, и чибисы
стали бороздить небо; настала осень, и гроздья красных ягод запылали на
ветвях рябины. Королю Эрби близилась пора вернуться к детям короля Эйлпа.
- Как хорошо тут, в горах! - воскликнула как-то раз осенью Ойгриг.
Сердце у королевича забилось от радости. Но девушка не произнесла тех
слов, которые он жаждал услышать. Когда же выпал первый снег, королевич
сказал ей:
- Ты скоро покинешь нас, Ойгриг! Завтра твой отец придет сюда, а ты
вернешься к своим.
- Вернусь, но - одна! - горестно воскликнула Ойгриг. - О, не отпускай
меня одну! Умоляю тебя, пощади моего отца! - Она помолчала, потом тихо
добавила: - А уж если не хочешь отпустить нас обоих, отпусти только отца,
а меня оставь здесь навсегда или убей меня вместо него.
И радостно и недоверчиво смотрели на нее дети короля Эйлпа.
- Ты и вправду согласна остаться здесь на всю жизнь? - спрашивали
они.
- Да, - ответила Ойгриг. - Чтобы спасти жизнь отцу.
И как только она проговорила эти слова, чары друидов рассеялись. Сын
короля Эйлпа сбросил с себя обличье пса и принял свой прежний вид. Перед
Ойгриг стоял юный королевич.
- Не бойся за отца, - сказал он с улыбкой. - У меня и в мыслях не было
убить его.
Затем он рассказал принцессе о том, как его заколдовали, а его сестра
обняла их обоих своими зелеными руками и расплакалась от радости.
Тут во двор вошел король Эрби и, увидев их, изумился. Ему открыли
тайну, и он снова отправился на родину, чтобы привести своего сына на
свадебный пир, - Ойгриг и сын короля Эйлпа уже собирались обвенчаться.
В полдень следующего дня король Эрби и его сын верхом на резвых лошадях
показались на горном склоне. Их встретили с радостью. Печалилась
только дочь короля Эйлпа. Ведь она с первого же взгляда всем сердцем полюбила
юного принца. А он от нее отшатнулся - не понравились ему ее
длинные зеленые волосы и зеленая кожа.
- Нет, не дождаться мне от него поцелуя - так и останусь заколдованной,
- сказала она брату, и слезы потекли по ее зеленым щекам.
- Не отчаивайся! - молвил он. - Принеси кубок желтой браги, что сварена
из меда диких пчел. В старину говорили, что это волшебная брага.
Кто знает, а вдруг она склонит сердце принца к тебе.
Сестра послушалась его совета и поднесла сыну короля Эрби кубок солнечной
медовой браги.
- Попробуй! Она пахнет вереском, - сказала девушка. - Она напомнит
тебе о благословенном летнем тепле.
Принц взял кубок из ее рук и поднес к губам. И вот едва он пригубил
медовый напиток, как глаза его, словно по волшебству, увидели королевну
в ее прежнем прекрасном облике, и показалось ему, что не сравнится с нею
никакая другая девушка. Он поставил на стол кубок, обнял королевну и поцеловал
ее. И в тот же миг злые чары друидов рассеялись, и дочь короля
Эйлпа снова стала красавицей.
В тот день задали два свадебных пира вместо одного. Ойгриг и сын короля
Эйлпа остались во дворце и были счастливы там весь свой век. А дочь
короля Эйлпа отбыла вместе с королем Эрби и его сыном в их королевство.
И они тоже обрели счастье на всю жизнь.
А со временем исполнилось и третье предсказание друидов: дети детей
короля Эйлпа собрали со двора кости воинов, давным-давно павших в бою, и
наконец предали их земле.
ПРЕКРАСНАЯ РОЗАЛИНДА
В испанской королевне, дочери испанского короля, исполнилось шестнадцать
лет. Пора было выдавать ее замуж. Прослышали об этом женихи, и
съехалось их с разных концов земли великое множество.
Был тут и индийский раджа, и наследник французского престола, и португальский
принц, и персидский шах, а князей да герцогов не перечесть.
Последним приехал турецкий султан, старый и кривоногий.
Королевна в щелочку смотрела на женихов, которых отец принимал в парадном
зале, и хохотала до упаду. Только дважды она не смеялась. Первый
раз, когда увидела португальского принца, потому что он был статен, красив
и очень понравился королевне. Второй раз она не засмеялись, когда
увидела турецкого султана - очень уж он был страшен.
Отец королевны растерялся: все женихи знатны и богаты - как тут выбрать
достойного! Ведь он любил королевну так сильно, как всякий отец любит
свою единственную дочь, есть у него корона или нет. Думал он три дня
и, наконец, придумал. Пусть королевна бросит наугад золотой мячик. В кого
он попадет, тот и станет ее мужем.
Вот в назначенный день женихи собрались перед дворцом. Королевна вышла
на балкон, и все женихи разом зажмурились, ослепленные ее красотой.
Тут королевна и бросила свой золотой мячик. Метила она, конечно, в португальского
принца. Да на беду рядом стоял турецкий султан. Увидев, куда
летит мяч, он тесно прижался к португальскому принцу. Мячик коснулся
плеча принца, но - увы! - он коснулся и плеча хитрого турка.
И вот оба предстали перед королем и его дочерью.
Король был в смущении. Ведь всю эту затею с мячом он придумал, чтобы
не надо было выбирать. Да к тому же его любимая дочка, глядя на двух
своих женихов, то плакала, то смеялась, и король никак не мог понять, за
кого же ей хочется замуж.
- Ваше королевское величество, - сказал португальский принц, - я люблю
вашу дочь и прошу ее руки.
- Мне королевна нравится не меньше, - возразил турецкий султан. - Незачем
такой прекрасной девице выходить замуж за желторотого юнца, который
даже ни разу еще не был женат. Иное дело я - у меня сто жен, и я хорошо
знаю, как с ними обраща
...Закладка в соц.сетях
