Жанр: Сказка
Лилипут - сын Великана
... на
всякий случай зажмурив глаза. - Раз, два, три, четыре, пять...
И только он дошел до "шести", как дверь молниеносно открылась - они
опомниться не успели, - кто-то схватил их за шиворот и втащил внутрь, мощно
захлопнув е„ ногой за собою. Пальчик и Гук очутились в кромешной темноте.
- Ага-а! Ого-о! - радостно заорал неизвестный. Гук завизжал, как
ушибленный щенок, а Пальчик изловчился и укусил незнакомца за палец.
Раздался вопль:
- Чего кусаешься, леший тебя возьми!
- А ты чего хватаешь нас раньше времени? - вскричал Пальчик.
- Ведь написано: "Звонить шестнадцать раз!" - вторил ему Гук.
- Это Людоеду - шестнадцать, - возмущенно отозвался неизвестный, - а мне
- шесть!
- Не врите, - дерзко сказал Пальчик. - Там не написано.
- Знать надо, - пробасил тот, выпуская их. - Не маленькие.
ЛЕШИЙ
Щ„лкнул выключатель, и вспыхнула лампа под зел„ным абажуром. Пальчик и
Гук сидели на полу и таращили глаза.
Перед ними стоял лысый детина с малиновым носом, квадратными глазами и
дремучими рыжими бакенбардами. Широкую грудь обтягивала тельняшка, а из-под
брюк торчали ярко-красные носки и шл„панцы. Он внимательно смотрел на ребят.
- Так и есть, Мальчик с пальчик и Гук!
- А откуда вы нас знаете? - бодрился Пальчик.
- Ну, тебя-то все знают.
- А меня? - подал голос Гук.
- Тебя и подавно. Под всеми мостами ночуешь. Тебя, голубчик, не то что я
- каждый бродяга знает. Как вы сюда попали? - прикрикнул детина.
Несмотря на свой грозный вид, он отчего-то вызывал к себе доверие. И они,
перебивая друг друга, рассказали ему обо вс„м.
- Вас понял... - задумался незнакомец. - Ну что ж, считайте, вам крупно
повезло. Вы попали в замок Людоеда! Сообразили? Дошло? Допетюкали?
Допетрили?
- Какой же это замок? - усмехнулся Пальчик, оглядывая комнату,
заставленную громоздкой, сколоченной из досок мебелью. - Обыкновенная лесная
избушка.
- Кому избушка, а кому замок, - строго поправил его незнакомец. - Просто
здесь живет обедневший Людоед. И я вас очень прошу не называть этот замок
избушкой. Он этого не переносит. Не хочет. Не позволяет. Не любит. Иначе
будет плохо.
- Хорошо, - кивнул Пальчик. - Дошло. Допетюкали.
- А я есть хочу, господин хозяин, - вдруг сказал Гук.
- Не называй меня так, - насупился детина. - Я не хозяин. Я самый
обыкновенный Леший.
- Леший! - ахнули Пальчик и Гук.
- Именно. Раньше я тоже в цирке работал. Вернее, подрабатывал. А хозяин
меня, как и вас, выгнал вон. Топай на все четыре стороны, говорит, ножками!
А я разве виноват, что одна из тыкв, которыми я жонглировал, упала на другую
- ему на голову?
Гук и Пальчик хихикнули.
- Вам-то хи-хи да ха-ха. А она разбилась!
- Голова? - засмеялись ребята.
- Тыква.
- Скажите, пожалуйста: а кроме того, что пугают, чего ещ„ лешие делают? -
спросил Пальчик.
- Лешие?.. А ничего не делают. Ворон гоняют, на болота прохожих
заманивают и радостно кричат по ночам дурным голосом.
- Радостно - я знаю. А как - дурным?
- Ууу-ооо-ууу-ооо! - радостно возопил он дурным голосом. У ребят по
спинам даже мурашки пробежали. Крупные.
- Но я вас пугать не буду, - подмигнул Леший, - пусть вам будет скучно.
Они сразу повеселели.
- А я есть хочу, - вдруг снова захныкал Гук. Леший глубоко, по самое
плечо, запустил руку в левый карман и вынул... бутылку пива.
- Брр, не то, - сконфузившись, затряс он толстыми щеками.
Пальчик и Гук снова хихикнули.
Тогда он полез в правый карман и вытащил... жестяную банку с пивом.
- Брр, опять не то! - Дремучие бакенбарды у Лешего встали дыбом. Внезапно
лицо его озарила широченная улыбка, он с трудом просунул два толстых пальца
в карманчик для часов и извл„к оттуда... пузатую бутыль с красочной
наклейкой "Пиво".
Пальчик и Гук захлопали в ладоши. Леший весело посмотрел на них:
- А яичницу любите? Глазунью? Не болтушку, конечно.
- Болтаешь... - протянул Гук.
Леший покраснел и возмущ„нно ударил себя кулаком в грудь.
- Да я!.. - Он щ„лкнул пальцами.
На полу появилась большая, пышущая жаром, сковорода с яичницей.
Пальчик и Гук даже попятились. А Леший радостно подпрыгнул:
- Алле - оп! Лопайте, но не лопните! - И довольно загоготал. - Юморок.
- А вилки? - строго сказал Пальчик, придя в себя.
- Ешьте руками. Вы не дома.
В мгновение сковорода опустела. Вдво„м же лопали!
- А без вилок вкуснее, - сказал Гук очень сытым голосом. Леший задрал
подбородок.
- А теперь за дело! Будем играть в прятки, - деловито сказал он.
ИХ ВЕЛИЧЕСТВО ЛЮДОЕД XVI
- Прятки? Это для малышни, - пренебрежительно заметил Пальчик.
- Да мне триста пятьдесят два года! Могу утерянный девять лет назад
паспорт показать, - возмутился Леший. - Но я хорошо сохранился. - Он ловким
жестом вытащил у Гука из носа сигару, ударил себя кулаком в глаз и прикурил
от посыпавшихся искр. - Не пью! - погладил карманы. - Не курю! - И
застенчиво спрятал сигару Гуку обратно в нос.
Тот поспешно ощупал нос. Ничего... Надо же!
- А уж если я спрячусь, то вообще никогда не найд„те, - похвастался
Леший.
- Ладно, - смилостивился Пальчик. - Прячься. Леший мигом залез в шкаф.
- Ку-ку-у, - послышался его голос оттуда. Ребята недоверчиво открыли
шкаф. Леший сидел на корточках, накрыв голову большим носовым платком.
- Попался! - завопили они.
Он вздрогнул и недовольно заворчал:
- Разве так играют? Надо было заглянуть под шкаф и крикнуть:
"И здесь его нет!" Под топчан: "И там его нет!" На кухню: "И тут его
нет!" Нечестно... Так я не играю.
Внезапно за окном раздался оглушительный треск мотора.
- Людоед приехал, - Леший выскочил из шкафа и заметался по комнате. - И,
наверно, с Ведьмой.
- Людоед! - вскрикнул Гук.
- Ведьма! - ужаснулся Пальчик.
- Прячьтесь, а то съест. Брр-р-р... - Леший выбежал во двор. Ребята,
столкнувшись лбами, шмыгнули под огромный топчан. Хлопнула дверь. Гук и
Пальчик с ужасом увидели, как по комнате прошли громадные сапоги.
- Здесь человеком пахнет! - раздался громовой голос. Шл„панцы Лешего
засеменили вокруг сапог Людоеда.
- Хе-хе... Это яичницей пахнет. Глазуньей.
Сапоги размеренно ходили туда и сюда. За ними бегали шл„панцы. Слышались
скрип отворяемого шкафа, стук передвигаемых табуреток.
Ребята крепко прижались друг к другу.
Сапоги приблизились к топчану, и тут перед испуганными мальчишками
оказалось лицо - и какое! - наклонившегося Людоеда. Длинные усы, похожие на
велосипедный руль, свисали до самого пола, низкий лоб пересекали извилистые,
словно волны, морщины, а в правом ухе колыхалась большущая золотая серьга.
Он пов„л своими ч„рными глазищами величиной с небольшое кофейное блюдечко и
торжественно уставил на онемевших ребят длинный указательный палец с
треснувшим ногтем. Палец торчал грозно, как ружь„.
Подбежали шл„панцы, и под диван заглянул Леший. Он "удивл„нно" зачмокал
губами, а косматые брови забегали вверх-вниз.
Гук попытался юркнуть за Пальчика, тот - за Гука, и они снова
столкнулись.
- Чего? - услышав стук лбов, быстро спросил Людоед. Леший сч„л, что
спрашивают у него, и пожал плечами:
- Первый раз их вижу, а ты?..
- Попались, - хохотнул напарник. - Включай электроплитку! Леший выбежал
из комнаты.
- Предлагаю одно из двух, - вкрадчиво сказал Людоед. - На каком масле вас
зажарить: на постном или на сливочном?
- Здо-ро-вый, а пугаешь... - еле вымолвил Пальчик. А Гук заревел навзрыд:
- Я не хочу... зажариться.
- Да что я людоед, что ли?! - обиделся Людоед. - А ну, вылезайте все или
вместе!
- А не съешь? - тревожно спросил Пальчик.
- Мы невкусные, - торопливо сказал Гук.
- Леший! - гаркнул Людоед.
- Ау? - с готовностью донеслось издалека. Он привычным жестом закинул усы
на плечи:
- Выключай плитку. Экономь электроэнергию! Ребята с опаской вылезли
из-под топчана.
- Трон! - скомандовал он.
Леший вкатил зубоврачебное кресло на колесиках.
Людоед расселся на н„м и грозно спросил:
- Вы меня знаете?
- Знаем... - не сразу ответил Гук. - Звонить шестнадцать раз.
- Сам знаю.
Он задумчиво похлопал ладонями величиной с хорошую совковую лопату по
коленям:
- Видите? - и указал на портрет над диваном.
Мальчишки подняли головы. Со старинной картины на них смотрел какой-то
злющий старик с длинной бородой странного синего цвета.
- Я Людоед Шестнадцатый, потомок Синей Бороды. Он мой прапрапрапра...
- Вы заикаетесь? Так есть одно средство: надо стать у зеркала и сказать
три раза... - зачастил было Гук.
- Вот пожарю на маргарине третьего сорта, - рассердился Людоед, - не
заикн„шься!
Леший по-прежнему невозмутимо стоял за спинкой его кресла.
- Я вс„ о вас знаю, - вдруг засмеялся Людоед. - Вас выгнал Магнум. Ага? -
торжествовал он.
Гук сразу же осмелел и показал ему язык:
- Знаешь, и помалкивай.
- Молчать, когда спрашивают!
- Когда НЕ спрашивают? - уточнил Гук.
- Когда не спрашивают, и подавно молчать! - Людоед грозно поднялся во
весь свой рост.
Гук спрятался за Пальчика. Но как спрятался: представьте сами - он был на
две головы выше его.
- Попробуй сунься! - Пятиться Пальчику было некуда.
- Ну ладно, ладно. Мир, - оторопел Людоед. - Меня не запугаешь! Чего вы
ко мне привязались? Двое на одного, да? Он задумался на секунду.
- Признавайтесь, - мрачно сказал он, - кто из вас боится мышей?
- Я боюсь, - сразу признался Гук.
- Они - меня боятся, - подчеркнул Пальчик.
- Ясно! Будешь спать рядом со мной.
- А ты... меня и впрямь не съешь? Да„шь слово?
- Не съем - ни впрямь, ни вкривь. Сказал, и точка. С запятой, -
предупредил он. - Слово ему дай... Кто ты такой, что мне не веришь? Мне! Так
и быть, - смягчился он. - Даю тебе слово Людоеда.
- А я где буду спать? - спросил Гук. Людоед махнул рукой.
- Ну тебя к Лешему! - И проворчал: - Тоже мне, мышей боится. Леший
поманил Гука:
- Пошли, братишка.
Тот нерешительно шагнул к нему и оглянулся на друга:
- В случае чего, зови на помощь.
- Чего там, - беззаботно ответил Пальчик. - Пусть только тронет! - И
ударил кулачком по краешку кресла.
Людоед испуганно отодвинулся.
Леший одобрительно ухмыльнулся и бережно взял Гука за руку. Они вышли в
коридор и остановились перед кособокой дверью, на которой красовались три
таблички, одна больше другой:
ЛАБОРАТОРИЯ СЕКРЕТНАЯ!
ДИРЕКТОР.
ЛЕШИЙ VI - ДОКТОР ВСЕХ ХИМИЧЕСКИХ НАУК. ДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЙ!
ПОТУСТОРОННИМ ВХОД ВОСПРЕЩ‚Н!
Леший гордо надулся:
- Это я Директор. Ди-рек-тор! Вход воспрещ„н! А? Внушительно? Прошу, -
ударом ноги он гостеприимно распахнул дверь.
Гук ахнул.
Перед ним действительно была лаборатория. Кругом стояли какие-то
загадочные приборы, сосуды, колбы. Сверкала паутина разноцветных трубок...
- Леший! - спохватившись, крикнул Людоед из гостиной в полуоткрытую
дверь.
- Чего? - послышалось за стеной.
- Не закрывай трубу. Под утро прилетит Ведьма.
- Обратись к Домовому, - откликнулся Леший.
Заметим, что и Пальчик, и Гук - каждый у себя - только по„жились от
зловещих слов: "Ведьма" и "Домовой". Но надеялись, что страшнее уже не
будет.
Людоед схватил со стола какую-то книгу и в сердцах швырнул е„ в стену.
- Книжки нельзя бросать, - осудил его Пальчик.
- А это не книжка, это телефонный справочник - я его уже прочитал. Людоед
потянулся, сел на корточки, встал. Опять сел, снова встал... Пальчик
удивл„нно смотрел на него.
- Чего стоишь? - пробурчал Людоед. - Не видишь, я занимаюсь утренней
зарядкой. Стели постель.
- Утренней зарядкой люди занимаются утром.
- А Людоеды вечером, - пробурчал тот. - Или ночью.
СЕКРЕТНАЯ ЛАБОРАТОРИЯ
Гук осторожно потрогал стеклянные трубки и колбы и, зевая, взглянул на
большую кровать у окна:
- Очень она красивая. Мягкая, верно?
- Умный ты парень, - с уважением признал Леший. Тоже протяжно зевая, он
вдруг замер с открытым ртом и вытаращенными глазами. Зевал он так широченно,
что вывихнул челюсть. Однако, не теряя смекалки, тут же ударом кулака ловко
водворил е„ на место.
- А это что? - Гук показал на медный кран, с которым длинной цепью трубок
были соединены все сосуды. Под краном стояло резиновое ведро с надписью:
"Гремучая жидкость. Не взбалтывать. Страшное дело!" И чуть ниже - мелкими
буквами: "Яд".
Леший глубокомысленно задрал нос вверх. Только нос, знаете ли, а само
лицо оставалось неподвижным.
- Всю жизнь я искал научно-философский камень. Ну, этот... Как тебе
объяснить? В общем, он что хошь превращает в чистое золото. Вс„-вс„!
- Да ну? - поразился Гук.
Леший убедительно закивал головой:
- Медь, олово, опилки и даже огурцы!.. Я его ещ„ не нашел, - как бы
невзначай, но с достоинством отметил он. Гук огорч„нно вздохнул.
- Но зато я скоро построю вечный двигатель, - скромно потупился
изобретатель.
- А что такое - вечный двигатель?
- По-иностранному, "перпетуум мобиле", - важно произн„с Леший. -
"Перпету-ум"! - повторил он и пояснил: - Ум, значит, нужен. Большой. Понял?
- Не-а.
- Ну, вечный двигатель - это движок, сделанный навечно. Работает сам. Без
ветра, без бензина, без ничего - даже без меня.
- А зачем это нужно?
- Как - зачем? Над его созданием кто только голову не ломал - не один
уч„ный себе башку свернул! Если мне это удастся, мой портрет появится в
городской газете.
- Ну, если портрет, - оценил Гук, - тогда, конечно. Леший гордо
посмотрелся в большую зеркальную колбу.
- Нет, тебе не понять, - вздохнул он. - У тебя внешность не та! - И
включил рубильник.
Гук зачарованно уставился на забурлившую в трубках жидкость, на прыгающие
разноцветные пузырьки. Леший открыл кран, и тяж„лые капли мягко застучали по
резиновому дну ведра.
- Считай, - он опять, на сей раз осторожно, зевнул. - Одна, две, три...
- Четыре, пять, шесть... - скучно подхватил Гук, тоже снова зевая.
- Считай, наблюдай, гляди, смотри. И смотри у меня, если собь„шься! -
погрозил ему Леший пальцем. - А я, так и быть, посплю пока. Часиков восемь.
Он с разбегу прыгнул в кровать. Сетка провисла до пола и упруго
подбросила его под потолок. Вновь прогнулась, и опять Леший взлетел, но уже
чуть пониже. Его подкинуло в третий раз, и по комнате разн„сся могучий храп
- он уже спал.
- Тридцать, тридцать одна, тридцать две... - бубнил Гук.
НУ И НОЧКА
Пальчик лежал на топчане под гигантским одеялом, вышитым розовыми
зайчиками, и с любопытством смотрел, как Людоед неуклюже прыгает через
скакалку и бормочет себе под нос:
- Сто двадцать два, сто двадцать три, сто двадцать четыре... "Разве это
людоед? - размышлял Пальчик. - Взаправдашний людоед ни за что на свете не
стал бы взаправду прыгать через вер„вку, словно сопливая девчонка!"
- Сто тридцать три, сто тридцать четыре, сто тридцать пять... Аут! Уф-ф,
- выдохнул Людоед и отбросил вер„вку в угол.
- Спать будем валетом? - поинтересовался он.
- Как?.. - растерялся Пальчик.
- Молча. Ты головой в одну сторону, я в другую. Как на гадальных картах.
Ну?
- Значит, твои ноги будут с моей стороны? У головы?
- И даже дальше, - заважничал Людоед.
- Тогда ты их сначала помоешь, - строго сказал Пальчик.
- Ну вот ещ„! Я триста лет как ноги не мою. И не подумаю, не подумаю. Ни
за что!.. Послушай, - оживился он. - А если я надену самые чистые-пречистые,
почти новые носки, а?
- И тебе ни капельки не стыдно? Людоед смущ„нно по„жился.
- Стыдно. Но я вс„ равно не буду ноги мыть. Я, если хочешь знать, уже
вышел из этого возраста.
- Не хочешь, как хочешь. Тогда будем нормально спать - по-человечески.
- Ид„т, - быстро согласился каприза. - А подушка кому достанется? Учти,
она у меня одна. Может, разыграем?
- Ночь уже - разыгрался. Будем спать на одной подушке, - твердо сказал
Пальчик.
- Не-е, - насупился Людоед. - Ты будешь в ухо дышать. Хит„р.
- Ну, тогда... Тогда давай распилим подушку! - вспылил Пальчик. Людоед
ликующе замахал руками, точно петух крыльями.
- Ура! Жив„м!
Напрасно Пальчик думал, что вс„ так и окончится шуткой. Но тот выбежал из
комнаты и вернулся с большой двуручной пилой.
- Ты всерь„з?! - ахнул Пальчик.
- Острая! Другой не наш„л, - не понял его Людоед. И тихо, словно по
секрету, сообщил: - Гений ты, вот что я тебе скажу.
- С тобой станешь гением, - вздохнул Пальчик.
- Ну, давай-давай, - торопил Людоед. - Ив другой раз умных советов не
давай.
Делать нечего. Пришлось взяться за вторую ручку.
И хотя Людоед шевелил пилой еле-еле, малец, как заводной, бегал
взад-вперед, держа рукоять обеими руками.
- Да ты не д„ргай, - ворчал Людоед, - не д„ргай. Чего у меня вырываешь?
Когда ночь уже подходила к концу и в окно на прощание заглянула круглая
от любопытства луна, вся комната была густо усеяна пухом, а посредине пола
на клочьях наволочки сиротливо блестела зубастая двуручная пила. Пальчик и
Людоед спали "валетом" - без подушек. На кровати за головой гостя торчали
огромные ступни хозяина в почти что новых полосатых носках.
Где-то тихо заскреблась мышь... Уши у Людоеда мгновенно вздрогнули и
тревожно зашевелились. Он открыл глаза и робко привстал. В зрачках ярко
отражалась луна. В одном и в другом по луне. Как у лунатика.
Опять заскреблась мышь. Рраз! - Он поспешно нырнул под одеяло, и его
голова появилась рядом с головой мальчишки.
- Ну что там? - сонно пробормотал Пальчик.
- Мышь!!!
Пальчик что-то буркнул и перевернулся на другой бок. Людоед мощно дунул
на него.
- Не устраивай сквозняки. У меня насморк...
- Мышь-шь, говорю! Ты б-боишься? Я буду охранять тебя своим телом. Ложись
с краю, а я к стене.
Снова зашуршала мышь, и Людоед забрался глубоко под одеяло.
ДОМОВОЙ И СОРОКА
- А? - испуганно открыл глаза Гук. Над ним стоял взъерошенный Леший.
- Пятьдесят капель... - ошалело сообщил Гук.
"Доктор всех химических наук" в ужасе схватился за голову:
- Пропал уч„т! Пятьдесят капель... И это за три часа?
- А я только до пятидесяти считать умею, - признался Гук.
- Спать! - рявкнул Леший и выключил рубильник.
...Утреннее солнце бодро поднялось над лесом. Ночь прошла быстро, как
всегда бывает, когда крепко спишь. Тогда она спешит, а не тянется долго, как
при бессоннице.
По колбам и змеевикам запрыгал, играя, солнечный зайчик... Вот он л„г на
переносицу Гука. Тот замотал головой, будто отгоняя муху. И озорник зайчик
юркнул ему в нос.
Мальчишка оглушительно чихнул. Солнечный зайчик, испуганно вылетев
наружу, ударился о стену и упал на пол. Слегка поворочался, словно проверяя,
вс„ ли на месте, и удрал во двор через открытую форточку. Увы, мы многого не
замечаем, когда крепко спим!
Гук проснулся и недоуменно огляделся по сторонам. Лаборатория... Леший...
Он крепко зажмурился. А потом уже осторожно посмотрел краешком глаза.
Опять - лаборатория, Леший...
А он-то подумал, что сон!
Тихо отворилась дверь. Сначала из-за не„ показалась дымящаяся сигаретка,
затем стал выползать мундштук. Неимоверной длины! Казалось, ему нет конца. И
когда Гук решил, что ещ„ секунда, и сигаретка упр„тся в стену, - в комнату
вошел бородатый низенький толстячок, крепко сжимающий конец мундштука в
зубах.
Это был удивительный толстячок. В ж„лтой курточке с красными пуговицами,
в замшевых ч„рных брючках до колен и синих башмаках с загнутыми носами. На
голове торчал фиолетовый колпак, на котором были нарисованы метла и ключ.
Его длиннющая борода волочилась между ног. За ней поднималось облако пыли.
Сигаретка важно прошла мимо Гука и повесила над ним маленькое дымовое
кольцо. Гук машинально дунул - и оно исчезло. Толстячок остановился у окна и
выпыхнул сразу несколько дымовых обручей. Не вынимая мундштука изо рта, он
принялся жонглировать ими. Колец становилось вс„ больше и больше...
- Вы кто? - весело спросил Гук.
- Я Домовой. Не видишь, подметаю? Разве от вас дожд„шься...
Он пропылил бородой по полу вокруг стола с колбами и змеевиками. Мундштук
медленно уплыл за дверь, за ним прошествовал Домовой.
И, если бы в воздухе не осталась туча пыли, Гук мог бы подумать, что вс„
ему тоже приснилось.
А Леший храпел так, словно от этого зависела его драгоценная для науки
жизнь. Гук толкал, щипал его - спит да и только. Тогда он наклонился над его
ухом и шепнул:
- Руки вверх!
Леший подскочил и задрал руки. Гук задохнулся от смеха.
- Хе-хе. Я просто хотел тебя... развлечь, - наш„лся Леший. Гук быстро
оделся. А тот вс„ лежал да лежал, зевал и потягивался.
Наконец, поднялся и он. Оказалось, что спал он, как и был, в брюках и
даже в шл„панцах.
- А почему ты одетым спишь?
- Из оригинальности, - сказал Леший и уточнил: - На всякий пожарный
случай. Вдруг - пожар!
Они прошли в гостиную и остолбенели - в воздухе колыхались густые стаи
пуха. Очевидно, Домовой и здесь подметал.
- Привет, - крикнул им Пальчик и что есть силы заколотил кулачками по
спине спящего Людоеда. - Вставай! Ну, вставай, лежебока.
- Пора! - провозгласили хором Леший и Гук.
- Да я уже два часа как не сплю, - лениво отозвался он. - Разорались тут!
- А что же ты делаешь? - озадачился Пальчик.
- Мечтаю, - молвил Людоед. И зевнул двадцать пять раз подряд. Двадцать
пять! - Вот видишь - не выспался, - заявил он и укрылся с головой.
Тук... Тук... Тук... За окном на подоконнике сидела сорока и вертела
головой.
- Войдите, - глухо сказал Людоед из-под одеяла. Она толкнула окно крылом.
Створка полуоткрылась, и птица протиснулась в комнату. Выдернула газету из
своего хвоста, на котором, как всем известно, сороки приносят новости, и
бросила на стол.
Лежебока нехотя встал, прошл„пал к буфету и кинул ей кусок сахару.
- Урра! - вскрикнула сорока, поймав сахар, и улетела.
Людоед сбросил пижаму и остался в широких полосатых трусах. Затем
почему-то взобрался на стол, держа брюки перед собой.
Гук подставил стул к буфету, влез и протянул руку к вазе с сахаром. Но
тут Людоед стремительно прыгнул в брюки. Пол содрогнулся, сласт„на покатился
вместе со стулом. Ваза накренилась и - а-ах! - разбилась вдребезги!.. Гук,
потирая ушибленное плечо, быстро засунул кусочек сахару в рот. К нему
стремительно подскочил Людоед. Мальчишка в испуге отшатнулся, но тот тоже
схватил сахар с пола.
Потом взял газету:
- Что такое? Сегодня в нашем лесу - Большая охота? Надо бы посмотреть...
Перед едой всегда полезно прогуляться, - бубнил он, вкусно хрустя сахаром. -
Пошли, малец. А вы, - приказал он Гуку и Лешему, - готовьте завтрак, да
повкуснее!
- А ты возьм„шь свои сапоги-скороходы? - спросил Пальчик.
- Скорох... - чуть не подавился Людоед новым куском сахара. - Какие еще
скороходы?
- Ну как же! У всех людоедов всегда были замечательные семимильные
сапоги. Так уж положено.
- Где они были положены, там их нет, - проворчал тот. - Украли. Мальчик с
пальчик украл.
- Это не я!
- Не ты, - ехидно согласился Людоед. - Это было пятьсот лет назад. Знать
надо, об этом тоже всем известно.
- Да-да, - поспешно сказал Пальчик. - Я просто подумал о таких сапогах.
Удобно: одна нога здесь, другая там!
- Надо жить в ногу с веком. Скороходы... Я кое-что побыстрей имею.
Закачаешься!
МОТОЦИКЛ И ВЕДЬМА
Пальчик почтительно притих - что за чудо! Людоед выкатил из сарая
нов„хонький мощный мотоцикл. Весь обтекаемый, блестящий, двухцветный.
Людоед потрогал шину - слабовато. И стал надувать е„ губами, как мяч. Она
напрягалась вс„ больше и больше, становилась вс„ туже и туже...
А потом как грохнет - в клочья!
Пальчик чуть не упал. А в доме мгновенно распахнулось окно, и Леший
заорал:
- Караул, стреляют! Наверно, из орудия?
- Кыш! - вскипел Людоед. - И ст„кла новые вставь! Леший исчез, с таким
треском захлопнув рамы, что окно разлетелось вдребезги.
- А как вы заранее узнали про ст„кла? - поразился Пальчик.
- Пожив„шь с ним, не то узнаешь.
Людоед бегом притащил из сарая новую шину и насос:
- Так, пожалуй, над„жней.
Гук смотрел на них из разбитого окна и завидовал. Пальчику вечно вез„т.
Ну не обидно ли? Сиди тут с Лешим и готовь завтрак, а они там готовятся к
какому-то явно увлекательному путешествию.
- Извините, ведь вы зарплату не получаете, да?.. На что же вы жив„те? -
вдруг спросил Пальчик, по-прежнему не сводя глаз с нов„хонького мотоцикла.
- Что? - не понял сначала Людоед, а потом по-стариковски пробурчал: -
Живу со своего огорода.
В окне, оттеснив Гука, вновь стремительно возник Леший:
- И ещ„ мы торгуем лекарствами моего собственного изобретения. А охота?
Ба-бах! - и домашнего гуся как не бывало! На десять метров от деревни отош„л
- значит, дикий.
- Эй, Ведьма! - прокричал Людоед, усаживаясь в седло. Мотоцикл сразу же
осел под ним.
Из трубы со свистом вырвался небольшой т„мный смерч, со стуком опустился
во дворе и, юрко вращаясь, стал приближаться к нему.
Пальчик даже рот раскрыл от изумления - туда залетела муха, не нашла там
ничего интересного и улетела. А малец и не заметил.
- Ну ты, парашютистка, полегче на поворотах, - сказал Людоед. Смерч
закружился медленнее. Теперь можно было разглядеть Ведьму верхом на метле.
Она остановилась локоть о локоть с Людоедом. Это была обыкновенная карга,
знакомая нам по картинкам и фильмам. Только в очках. В круглых.
- Я здесь! - по-солдатски рявкнула Ведьма. Пальчик спрятался за сапогом
Людоеда.
- Где ночью ходила, бродила, шаталась? - строго спросил тот. Пальчик
робко выглянул из-за его сапога.
- Я летала в кино на вечерний сеанс, - проскрипела Ведьма. - А потом
ночью в догонялки играла - с филином молодым. Тра-та-та-та-та! - затарахтел
мотоцикл.
- Догнала?
- Ага.
- Тогда по коням! - скомандовал Людоед, подхватив Пальчика и посадив себе
на шею.
Ведьма разместилась сзади на втором сиденье. Людоед скрючился за рул„м,
почти касаясь коленями носа. Мотоцикл сделал чудовищ
...Закладка в соц.сетях
