Жанр: Социология и антропология
ОБЩАЯ ТЕОРИЯ СОЦИАЛЬНОЙ КОММУНИКАЦИИ (учебное пособие)
...ас на планете, оценивается от 2500 до 5000. Лишь
формально-семиотические подходы могут разрешить проблему. Современная лингвистика
признала свое бессилие в раскрытии тайны происхождения естественных языков. В
отличие от прошлых времен, даже новые гипотезы по этому поводу не выдвигаются.
Тупиковая ситуация возникла потому, что происхождение человеческого языка нельзя
разрешить средствами лингвистической науки; здесь нужен более широкий социальнокоммуникационный
контекст, который создается семиотикой социальной коммуникации.
В отличие от всех биологических и социальных образований не обнаруживается
никакой эволюции, никакого совершенствования человеческих языков. Более того,
оказывается, что языки примитивных народов сложнее, логичнее и семантически богаче,
чем языки высокоцивилизованных наций. Этот казус объясняется тем, что дарованный
человечеству Богом "язык Адама", отличавшийся божественной красотой и силой,
постепенно деградировал по мере развития человечества. Других объяснений пока нет.
• Обширной и недостаточно освоенной областью приложения семиотики
социальных коммуникаций является искусственный интеллект вообще и машинный
перевод в частности, где требуется моделирование свойственных человеку процессов
обработки, хранения и выдачи социально значимых смыслов.
• Структурное литературоведение и семиотика искусства нуждаются в развитии
своего научного потенциала.
Литература
1. Белый А. Символизм как миропонимание. - М.: Республика, 1994. - 528 с.
2. Голан А. Миф и символ. - М.: Русслит, 1993. - 375 с.
3. Естественный язык, искусственные языки и информационные процессы в
современном обществе / Под ред. Р. Г. Котова. - М.: Наука, 1988. - 176 с.
4. Иванов В. В. Очерки по истории семиотики в СССР. - М.: Наука, 1976. - 303 с.
5. Пиз А. Язык жестов: Что могут рассказать о характере и мыслях человека его
жесты. - Воронеж: НПО "Модэк", 1992. - 218 с.
6. Почепцов Г. Г. История русской семиотики до и после 1917 года. - М.: Лабиринт,
1998. - 333 с.
7. Семиотика /Общ. ред. Ю. С. Степанова. - М.: Радуга, 1983. - 636 с.
8. Соломоник А. Семиотика и лингвистика. - М.: Молодая гвардия, 1995. - 352 с.
9. Соссюр Ф. Труды по языкознанию. М.: Прогресс, 1977. - 696 с.
10. Чертов Л. Ф. Знаковость. Опыт теоретического синтеза идей о знаковом способе
информационной связи. - СПб.: Изд-во СПбГУ, 1993. - 378 с.
11. Штангель А. Язык тела. Познание людей в профессиональной и обыденной
жизни. - М.: Прогресс, 1986. - 206 с.
12. Щекан Г. В. Как читать людей по их внешнему облику. - Киев: Украина, 1992.
- 237 с.
7. СОЦИАЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ
В научной литературе часто встречается толкование социальной коммуникации как
обмена (передачи) информации между людьми. При этом значение термина "информация"
не считают нужным пояснить, полагаясь на обыденное его понимание в
качестве "известия", "новости", "сведений" о чем-либо. Надо думать, что имеется в виду
не вся вообще информация, а информация социальная, ибо, помимо информации,
циркулирующей в обществе, различают еще биологическую и машинную (техническую)
информацию. Получается в итоге формулировка социальная коммуникация как обмен
социальной информацией.
Метатеория социальной коммуникации не может игнорировать эту формулировку,
поскольку она превращает социальную информацию в базовую категорию коммуникационной
метатеории. А если так, то смещаются все акценты и нужно строить не
метатеорию коммуникации, а метатеорию информации. Разобраться с категорией информации
вообще и социальной информации в частности тем более важно, что имеется
целый цикл информационных наук, среди которых есть концепции, именуемые "социальная
информатика". Социально-информационные науки включают в свой предмет
проблематику социальной коммуникации, и поэтому вопрос об их соотношении с циклом
социально-коммуникационных наук всплывает естественным образом. Задача настоящей
главы: рассмотреть бытующие в современной науке концепции информации и концепции
социальных информатик в их взаимосвязи с социальной коммуникацией.
7.1. Концепции информации в современной науке
Еще в прошлом веке в Европе термин "информация" производился от предлога "in"
- в и слова "forme" и трактовался как нечто упорядочивающее, оформляющее. Тогда
"информатором" называли домашнего учителя, а "информацией" - учение, наставление.
В толковых словарях и энциклопедиях, изданных в России, слово "информация"
отсутствовало. "Открытие" понятия информации современной наукой произошло в
середине XX века и, согласно справочной литературе, под информацией ныне понимают:
• сведения, сообщения о чем-либо, которыми обмениваются люди;
• сигналы, импульсы, образы, циркулирующие в технических (кибернетических)
устройствах;
• количественную меру устранения неопределенности (энтропии), меру организации
системы;
• отражение разнообразия в любых объектах и процессах неживой и живой
природы. Есть еще и другие ответы на вопрос "что такое информация?". Беда в том, что
все эти ответы несовместимы друг с другом: информацией именуются абстрактный
концепт, физическое свойство, функция самоуправляемых систем; информация
объективна и субъективна, материальна и идеальна, это и вещь, и свойство, и отношение.
Информация проникла в терминологию почти всех современных наук, и по этой причине
признается общенаучной категорией. Содержание этой категории можно представить в
виде следующих концепций информации.
7.1.1. Математическая теория информации:
информация - абстрактная фикция
Единственное определение информации, которое не вызвало открытых возражений в
научном сообществе, принадлежит "отцу кибернетики", математику Норберту Винеру
(1894-1964), который в 1948 г. написал: "Информация есть информация, а не материя и
не энергия" . Из этого определения вытекает, что информация - не существующий
реально объект, а умственная абстракция, то есть созданная человеческим разумом
фикция.
В этом же смысле, в смысле математической абстракции понятие информации
используется в теории информации (теории коммуникации), развитой в конце 40-х годов
американским математиком Клодом Шенноном (род. в 1916 г.). В этой теории понятие
информации служит для решения практических задач, с которыми сталкиваются
инженеры-связисты: оптимизация кодирования сообщений, повышение
помехоустойчивости, распознавание сигналов на фоне шумов, расчет пропускной
способности каналов связи и т.п. К. Шеннон ориентировался на схему технической
коммуникации, приведенную на рис. 1.3.
Каждому сигналу или их ансамблю (например, букве или слову), которые
передаются по данному коммуникационному каналу, на основе известных статистических
частот приписывалась априорная вероятность их появления. Считалось, что чем менее
вероятно, т.е. чем более неожиданно, появление того или иного сигнала, тем больше
информации для потребителя несет этот сигнал. Можно найти содержательные основания
для подобной трактовки в обыденном понимании информации как новости, известия .
Удобство вероятностно-статистического представления коммуникационной деятельности
состоит в том, что можно ввести количественную меру для оценки степени
"неожиданности" сообщения. В простейшем случае формула информации К. Шеннона
имеет вид:
где I - количество информации, pi - вероятность появления i-го сигнала, n -
количество возможных сигналов.
Если сигналов всего два и они равновероятны, то формула принимает вид:
I = ?1/2log ?1/2log ?log 1/2?
В случае двоичных логарифмов log 1/2 = ?1, а I получается равным 1. Это значение
принято в теории Шеннона в качестве единицы измерения информации и называется бит.
Отсюда - понимание информации как снятой неопределенности или как результата
выбора из возможных альтернатив. Есть другие математические концепции, не связывающие
информацию с вероятностью. Например, в алгоритмической теории
информации А.Н. Колмогорова информация - это длина алгоритма, позволяющего
преобразовать один объект в другой, т. е. мера сложности объекта.
Ограниченность математических теорий информации заключается в том, что они
полностью абстрагируются от осмысленности и ценности информации для потребителя.
Получается, что "совокупность 100 букв, выбранных случайным образом, фраза в 100
букв из газеты, из пьесы Шекспира или теоремы Эйнштейна имеют в точности
одинаковое количество информации" .
В математических теориях понятие информации не связано ни с формой, ни с 7.1.2. Информация - физический феномен
Отражение в материалистической философии понимается как атрибут материи
(отсюда - название концепции "атрибутивная"). В. И. Ленин писал: "вся материя
обладает свойством, по существу родственным с ощущением - свойством отражения" .
Связывая отражение и информацию, философы-материалисты превращают информацию в
физический феномен, не нарушающий материального единства мира. Беда в том, что
объявляя и отражение, и информацию свойствами материи, сторонники атрибутивной
концепции потеряли критерий разграничения отражательных и информационных явлений.
Об этом свидетельствует отождествление отражения и информации в предлагаемых ими
дефинициях. Так, информация определяется как содержание (сущность) отражения,
основная грань (сторона, аспект) отражения, инвариант отражения, отраженное
разнообразие, наконец, способ существования одной системы через другую. Так как
сущность заключена прежде всего в содержании и качественной определенности объекта,
то информационные процессы оказываются сущностью отражательных процессов, а отражательные
процессы - проявлением информационных. Поскольку информация -
сущность отражения, то дефиниции обоих понятий совпадают. Если вспомнить, что
отражение в свою очередь трактуется как содержание (грань, аспект) взаимодействия, то
информация оказывается содержанием содержания и гранью граней.
Чтобы выйти из затруднения, приходится прибегать к запутанным объяснением.
Один из первооткрывателей проблематики информации в отечественной философии А. Д.
Урсул, выдвинувший формулировку "информация есть отраженное разнообразие", видит
отличие информации от отражения в том, что "информация включает в себя не все 7.1.3.Информация - функция самоуправляющейся системы
Функциональная концепция информации представлена двумя разновидностями:
кибернетической, утверждающей, что информация (информационные процессы) есть во
всех самоуправляемых (технических, биологических, социальных) системах, и
антропоцентристской, считающей областью бытия информации человеческое общество
и человеческое сознание.
Кибернетики, в свою очередь, довольно отчетливо подразделяются на две группы.
Одну группу образуют практически мыслящие специалисты, которые, определяя информацию
как содержание сигнала или сообщения, как обозначение содержания, полученного
кибернетической системой из внешнего мира, как означающее нечто воздействие, несущее
в себе след какого-то факта или события, по сути дела попросту отождествляют
информацию и сигнал, ибо сигнал не может не иметь значения, а информация не может не
иметь материального носителя. "Сигнальная" трактовка информации вполне оправдывает
себя в конкретных науках, особенно - в информационной технике. "Сигнал" и
"информация" Превращаются в синонимы, и можно было бы обойтись одним из них, как
поступил, к примеру, И.П. Павлов, говоривший о сигнальных, а не информационных
системах.
Другая группа состоит из философствующих кибернетиков, склонных к
"панинформистскому" мировоззрению.
Представители этой группы усматривают информацию не только в форме свободно
распространяющихся сигналов, но и в форме свойственных материальным объектам
структур (связанная, потенциальная, априорная, внутренняя информация, информация "в
себе"). В отличие от свободной (актуальной) информации, информация "связанная" не
способна самостоятельно переходить на другие носители; именно она представляет собой
то закодированное "нечто", которое пытаются извлечь "информационные гносеологи".
Кстати, несовместимость атрибутивной и функциональной концепции ясно
проявляется, если соотнести понятие "связанной" информации с формулировкой "информация
- отраженное разнообразие". "Связанная" информация есть нечто иное, как
разнообразие, свойственное данному объекту . Тогда выходит: "информация - отраженная
разновидность информации".
Функционально-кибернетическая концепция страдает тем же недугом, что и
концепции, рассмотренные в пункте 7.1.2, только она отождествляет информацию не с
отражением или организацией, а с сигналом или структурой. Собственно информация
остается столь же неопределенной сущностью, что и ранее. Тем не менее с помощью одного
неизвестного предпринимаются попытки объяснить другое неизвестное и тем самым
разрешить принципиальной важности философские проблемы, например проблему жизни.
Многие авторы считают информационные процессы органическими качествами
живых систем, отличающими их от неживой природы, непременной субстанцией живой
материи, психики, сознания. "Специфика жизни связана с наличием информации, с
помощью которой через особого рода регуляцию обеспечивается процесс функционирования
системы" , "жизнь - это способ существования органических систем,
основанный на использовании внутренней информации" и т.п. Информация выступает
в качестве универсальной "жизненной силы", управляющей метаболическими процессами
в живых существах (бытует еще термин "информационный метаболизм"), организующей
отражение среды и адаптацию к ней, обеспечивающей хранение и передачу
наследственных признаков, формирующей популяции, биоценозы, биосферу в целом ,
наконец, определяющей биологическую эволюцию. Объяснение появления и эволюции
жизни как перехода от неинформационных систем к информационным с последующим
развитием последних внушало бы доверие, если бы подкреплялось убедительной
трактовкой информации. Но этого нет. Авторы информационных теорий жизни
характеризуют ее довольно сбивчиво как "свойство материальных систем", "меру
организации", "воспроизводящую структуру" (Югай Г.А., с. 99-100), "существование
явлений в несвойственной их природе материальной форме" (Серавин Л.Н., С. 15, 144) и
т. п. В результате эти теории превращаются в "информационную" версию витализма.
Антропоцентристские взгляды суживают область существования информации до
пределов человеческого общества. Существование информации в живой, а тем более - в
неживой природе отрицается; информация появилась в ходе антропосоциогенеза и
оперировать ею могут только социализированные личности, владеющие языком,
сознанием и самосознанием (отсюда - "антропоцентричность" этих взглядов).
Антропоцентризм присущ обыденной речи и конкретным социально-коммуникационным
дисциплинам (журналистика, педагогика, библиотековедение и др.). По сути дела
антропоцентристская трактовка отождествляет понятия "информация" и "социальная
информация", ибо никакой другой информации, кроме социальной, не признает.
В общественных науках получила распространение дефиниция В.Г. Афанасьева:
информация "представляет собой знания, сообщения, сведения о социальной форме
движения материи и о всех ее других формах в той мере, в какой они используются
обществом, человеком, вовлечены в орбиту общественной жизни" . "Знания, сообщения,
сведения..." не что иное как смыслы; вовлечение их в орбиту общественной жизни
означает не что иное как движение их в социальном времени и пространстве. Если
сделать соответствующие подстановки в дефиницию В.Г. Афанасьева, оказывается, что
социальная информация - это движение смыслов в социальном времени и
пространстве, т. е. социальная коммуникация! Этот вывод имеет принципиальное
значение для метатеории социальной коммуникации и мы к нему вернемся позднее.
7.1.4. Другие концепции
Точкам зрения, изложенным в пунктах 7.1.2 и 7.1.3, присуща одна общая черта:
презумпция объективного (вне зависимости от человеческого сознания) существования
информации. Их антиподами служат скептические рассуждения по поводу реальности
информации, агностические заявления о непознаваемости информации (информация -
неопределяемое исходное понятие), наконец, нигилистическое отрицание
объективности (онтологизации, физикализации) информации. Например, "никто еще не
видел ни как субстанцию, ни как свойство эту загадочную информацию... Везде мы
обнаруживаем лишь взаимодействие материальных веществ, наделенных энергией и нигде
не обнаруживаем того, что обычно называем информацией. Почему? Да потому, что
ее не существует в природе, как не существует флюидов, флогистона, эфира и т.д." .
Предлагается использовать информацию в качестве меры самых разных свойств и
отношений реальных объектов и систем. Например: неопределенности, присущей
данному набору альтернатив; неоднородности распределения материи и энергии в
пространстве и во времени; изменений, которыми сопровождаются все протекающие в
мире процессы; разнообразия; сложности; организованности; активности отражения и т. д.
Сюда можно для полноты картины включить еще негэнтропию как меру упорядоченности
(Л. Бриллюэн) и негинформацию как "меру трудности познания состояния системы" (П.
Шамбадаль).
7.1.5. Итоги
Полярными воззрениями на природу информации являются не атрибутивная и
функциональная концепции, как думалось ранее, а, так сказать онтологическое и методологическое
ее понимание. Первое: информация принадлежит объективной
действительности в качестве естественного явления материального мира или неотъемлемой
функции высокоорганизованных систем, включая человека; второе: информация -
продукт сознания, познавательный инструмент, абстрактная фикция, искусственно
созданная людьми. Эти две крайности несовместимы, нужно выбрать одно что-нибудь. В
противном случае информация оказывается одновременно феноменом, функцией,
фикцией; вещью, свойством, отношением; существующей повсюду и нигде не
обнаруживаемой; количеством и качеством, познаваемой и непознаваемой и т. д. Именно
этот невообразимый хаос имеет место сейчас в научном сознании. Казалось бы, нельзя не
согласиться со словами М.И. Сетрова, приведенными в пункте 7.1.4. Информация, подобно
флогистону или эфиру, никак не проявляет себя в реальной действительности. Нет
таких реалий, относительно которых можно было бы сказать: вот это информация, а не
сообщение, не сигнал, не знание, не отражение, не структура и т. п. Информация в
"чистом" виде - чистейшая абстракция. Но, вопреки очевидности, подавляющее
большинство ученых, инженеров, просто носителей современного языка говорят и думают
так, как будто бы информацию можно реально создать, получить, передать, сохранить.
Именно "онтологическое" понимание информации оказалось господствующим. Почему?
7.2. Эффект "информационных очков"
Принципиальное различие между онтологическими и методологическими
концепциями заключается в том, что они отводят информации разное место в механизме
общественного познания, который соответствует схеме на рис. 7.1. Поясним действие
этого механизма. Объекты познания - живая и неживая природа, общество, человек,
которые изучаются различными отраслями знания (субъектами познания). Результатом
познания является общественное знание в документированной или недокументированной
форме, которое включается в социальную память. Общественное знание - не
беспорядочная сумма фактов и концепций, а относительно упорядоченная и
структурированная идеальная система, более-менее адекватно отражающая объективную
реальность.
Методологические концепции относят информацию к системе общественного
знания и трактуют ее как метод осмысления изучаемых явлений, например оценка их неопределенности
и неожиданности, математическое моделирование, оптимизация
кодирования сообщений и т. п. Так, математическая теория информации К. Шеннона
успешно используется в области технической коммуникации и в вычислительной технике.
Рис.7.1. Схема общественного познания
Онтологические же концепции видят в информации объект познания, который
нужно обнаружить, открыть в реальной действительности, подобно тому как открывались
микробы или звездные туманности. К примеру, раньше было не известно, что информация
- атрибут материи, и вот академик В.М. Глушков разъясняет: "Совершенно неправильно
связывать с понятием информации требование ее осмысленности, как это имеет место при
обычном, житейском понимании этого термина. Информацию несут не только
испещренные буквами листы книги или человеческая речь, но и солнечный свет, складки
горного хребта, шум водопада, шелест листвы и т.д.". Прежние биологи не могли найти
критерий для разграничения живой и неживой природы, теперь же специфику жизни стали
усматривать в информационных процессах, неведомых безжизненному космосу. Таким
образом Вселенная предстала в "информационных красках". Как это случилось? Во всем
виноват эффект "информационных очков". Поясним суть дела.
С детства всем известна замечательная фантазия "Волшебник Изумрудного города".
Иллюзия изумрудности создавалась благодаря специальным очкам, которые обязаны
были постоянно носить все горожане. Если очки снимались, изумрудный город исчезал. В
науке после эпохальных публикаций Н. Винера и К. Шеннона получил повсеместное
признание информационный подход, сущность которого состоит в рассмотрении
объектов познания через призму категории информации. Именно информационный
подход выполняет функцию "информационных очков", позволяющих увидеть мир в
"информационном свете".
В 60-х годах началась подлинная эпидемия информатизации. Болгарский академик
Тодор Павлов в это время не без удивления заметил: "Физиологи, психологи, социологи,
экономисты, технологи, генетики, языковеды, эстеты, педагоги и другие ищут и находят
информацию почти во всех органических, общественных и умственных процессах" .
Именно так: "ищут и находят"! Но поскольку общепринятой дефиниции информации не
было, а были несовместимые друг с другом концепции (см. 7.1), то исследователи стали
называть информацией то, что им через их "информационные очки" казалось на нее
похожим. В результате появились десятки частнонаучных определений информации,
приспособленных к нуждам физиологии, психологии, социологии и других частных наук.
При этом феномен информации не обнаруживался заново, не открывался пытливыми
исследователями в объекте познания, а информацией назывались уже известные вещи,
свойства, явления. Например, последователи великого русского физиолога И.П. Павлова
его знаменитые "сигнальные системы", служившие для раскрытия механизма условных
рефлексов, стали именовать "информационными системами"; психологи стали создавать
информационные модели восприятия и памяти (см. модель Р. Аткинсона в разделе 3.2);
инженеры и кибернетики принялись разрабатывать информационно-технические
устройства, системы, сети; генетики обнаружили в хромосомах генетическую
информацию и т.д.
Нельзя не обратить внимание на то, что "информационными" именовались чаще
всего коммуникационные, иногда - организационные явления. Типы смысловой
коммуникации, представленные на рис. 1.2, при взгляде на них через "информационные
очки", выглядят типами информации. Действительно, генетическая коммуникация =
генетический информационный процесс; психическая (внутриличностная) коммуникация
= психический информационный процесс; социальная коммуникация = социальноинформационная
деятельность; техническая коммуникация (рис. 1.3) = передача
машинной информации. При этом соответствующие смыслы и сообщения
отождествлялись с информацией. Выходит, что информация и информационные процессы
- это результат информационного подхода к коммуникации. Коммуникация
представляет собой объект познания, существующий независимо от познающего субъекта.
Но она выглядит информацией, если познающий субъект одевает "информационные
очки", подобно тому как выглядели изумрудными дома в царстве волшебника
Изумрудного города. То же самое можно сказать в адрес организации, если вспомнить
формулу материи М = В + Э + И (см. естественнонаучную концепцию информации).
Исходя из сказанного, наиболее общее, родовое понятие информации можно
определить так:
Информация - инструментальное понятие информационного подхода, 7.3. Концепции социальных информатик
Информационный подход играет в науке две роли:
• роль одного из научно-исследовательских инструментов в арсенале какой-либо
конкретной науки, например, генетики или психологии, лингвистики или
библиографоведения;
• роль способа конституирования научных дисциплин, называющих предметом
своего изучения информацию (информационные процессы) в целом или их
разновидности.
Последние именуются по-разному: информационная наука, информология,
информатология, информатистика, информатроника, инфотроника, теория информационных
процессов, но чаще всего - информатика.
Произошел в последние десятилетия, можно сказать, бум информатик, в результате
которого в системе научного знания образовалось целое семейство информатических
дисциплин, некоторые из которых представляют собой развитые, академически
признанные науки, другие остались на уровне концептуальных разработок или гипотетических
предложений. В нашу задачу не входит содержательный анализ цикла
информационных дисциплин, мы ограничимся динамикой эволюции семейства
информатик. Вехами этой динамики могут служить концепции социальных
информатик, на которых мы сосредоточим свое внимание. Этих концепций три, и их
можно с определенной степенью условности разнести хронологически по десятилетиям
XX века:
• социальная информатика I (СИ I) - 70-е гг.
• социальная информатика II (СИ II) - 80-е гг.
• социальная информатика III (СИ III) - 90-е гг.
7.3.1. Социальная информатика I (70-е гг.)
Впервые в советской научной литературе термин "информатика" был употреблен в
1963 г. для обозначения "интегральной научной дисциплины", представляющей собой
"важный теоретический стержень автоматики, телемеханики, измерительной и
вычислительной техники, связи и радиолокации" . Но идея подобной информатики
поддержки не получила.
После публи
...Закладка в соц.сетях
