Жанр: Социология и антропология
ОБЩАЯ ТЕОРИЯ СОЦИАЛЬНОЙ КОММУНИКАЦИИ (учебное пособие)
...но назвать
предшественником семиотики, ибо символ - один из видов знаков. Однако "символ"
нельзя считать простым синонимом слова "знак", символ - знак особого рода.
Вяч. Иванов писал, что символ - это миф, "знамение иной действительности,
которое содержится в окружающих вещах". В. С. Соловьев ту же мысль выразил стихами:
Милый друг, иль ты не видишь,
Что все видимое нами,
Только отблеск, только тени
От не зримого очами...
По словам Ю. М. Лотмана: "Символ и в плане выражения, и в плане содержания
всегда представляет собой некоторый текст, т. е. обладает некоторым единым замкнутым
в себе значением" . Действительно, книги, находящиеся в доме, имеют собственное
определенное содержание, вместе с тем это содержание выражает вкусы, интересы,
духовные запросы их владельца, становясь таким образом символом духовности (душой)
дома.
Детальное изучение таинственной природы символа предпринял А. Ф. Лосев в книге
"Проблема символа и реалистическое искусство", где приведена обширнейшая
библиография русской и иностранной литературы по символизму (М., 1995. - С. 273320).
В книге подробно растолковываются отличия символа от аллегории, художественного
образа, эмблемы, метафоры и других смежных понятий. Можно сделать вывод,
что символ - это социально-культурный знак, содержание которого представляет собой
концепцию (идею), постигаемую интуитивно и не выражаемую адекватно в словесных
описаниях.
Отечественное структурное литературоведение имеет в своем активе Общество по
изучению поэтического языка (ОПОЯЗ), созданное еще до революции. Из этого
общества вышли виднейшие теоретики литературы В. Б. Шкловский, Ю. Н. Тынянов, Б.
М. Эйхенбаум, которые образовали так называемую "формальную школу". В этой школе
осознали, что предметом науки о литературе является не литература, а литературность,
т. е. то, что делает данное произведение письменности литературным произведением. Для
объективной оценки "литературности" семиотический подход незаменим. Ярким
примером семиотического подхода является знаменитая "Морфология сказки" В. Я.
Проппа (1928 г.), переведенная на многие языки.
Формальные подходы плохо совмещались с принципом коммунистической
партийности, поэтому в 30-е-50-е годы они были отвергнуты в нашей стране. В
обстановке интеллектуального подъема 60-х годов, когда были восстановлены в своих
научных нравах структурная лингвистика, математическая логика и кибернетика, дошла
очередь и до семиотики литературы и искусства. Знаменательным явлением в жизни
интеллигентской элиты 60-х-70-х годов стала московско-тартуская семиотическая
школа, которую удалось организовать Ю. М. Лотману. Опубликованные труды этой
школы до сих пор находятся в научном обращении.
Таким образом, структурному литературоведению, как и структурной лингвистике,
присуще стремление к использованию формализованных методов исследования литературных
текстов (правда, до математики дело не дошло). Целевая установка на получение
объективной, не зависящей от субъективных пристрастий, истины свойственна семиотике,
и она воспринята структурным литературоведением в полной мере, как впрочем, и
семиотикой других художественных каналов.
3. Семиотика искусства охватывает художественные коммуникационные каналы,
разумеется, с учетом их специфики. Семиотика изобразительного искусства анализирует
выразительные средства, использованные древнерусскими иконописцами и художникамиавангардистами
советских лет, пытаясь постичь секреты мастерства (см. книгу
Успенского Б. А. Семиотика искусства. - М., 1995). Со времен Серебряного века
развиваются семиотические воззрения на театр, яркими выразителями которых были
известные режиссеры Всеволод Эмильевич Мейерхольд (1874 -1940) и Николай
Николаевич Евреинов (1879 -1953). Они уделяли большое внимание сочетанию языков
театрального действия: речи и движения актеров, декорациям и освещению,
музыкальному сопровождению. Характерно следующее рассуждение Н. Н. Евреинова как
режиссера-семиотика: "Режиссер прежде всего детальный толкователь автора и, главным
образом, толкователь с чисто театральной точки зрения. Режиссер - переводчик
книжного текста на живой язык жестов и мимики. Режиссер - художник,
набрасывающий первоначальный эскиз декорации, прежде чем поручить ее работу тому
из живописцев, который наиболее подходит к характеру инсценируемой пьесы; режиссеру
же принадлежит и общий красочный замысел, а стало быть, и иллюминационные планы.
Режиссер - композитор, сочиняющий мелодию сценической речи, ее общую музыку, т. е.
музыку ансамбля, темпы, нюансы, паузы и пр. Режиссер - своего рода скульптор живого
материала, созидающий самостоятельные ценности в области пластического искусства.
Режиссер, наконец, актер-преподаватель, играющий на сцене через душу и тело других" .
Когда Евреинова попросили однажды назвать лучших декораторов в мире, он ответил:
"Это я сам и моя верная помощница - госпожа Темнота". Действительно, и темнота, и
пауза являются выразительными театральными знаками.
Семиотическое направление в отечественном музыкознании ставит задачей
определение языка музыки и звукоэлементов, которые используются композитором, раскрытие
"музыкальной семантики" (Б. Асафьев); влияние социальной аудитории и места
исполнения на восприятие музыкального произведения; выявление сходства музыкального
канала с другими коммуникационными каналами, например с публичной
ораторской речью. Оно развивается с начала XX века благодаря основополагающим
трудам Бориса Асафьева (1884 -1949) и Болеслава Яворского (1877 -1942).
4. Паралингвистика ("пара" - греч. около) - относительно молодая
семиотическая дисциплина, изучающая невербальные средства устной коммуникации и
их использование в реальном общении. Фридрих Ницше заметил: "Наиболее понятным в
языке бывает не самое слово, а тон, ударение, модуляция, темп, с которым произносится
ряд слов, - короче сказать, музыка, скрывающаяся за словами, страстность,
скрывающаяся за музыкой, личность, скрывающаяся за страстностью, т. е. все то, что не
может быть написано".
Большой интерес вызывают национальная обусловленность жестов, сознательные и
бессознательные паралингвистические действия. Образовалось даже семиотическое
учение о кинемах (движениях, имеющих смысл), получившее название кинесика.
Кинесика установила, к примеру, национальное своеобразие походки, манеры общения,
позы стояния и т. п. Поэтому кинесику рекомендуется изучать параллельно с освоением
иностранного языка. Большое, иногда экзотическое разнообразие имеется в кинемах
отрицания и согласия; высовывание языка может быть демонстрацией презрения и
насмешки, либо удивления и замешательства (небольшое высовывание и оттягивание
языка), либо знаком уважения, либо признаком мудрости, силы и изобилия (на статуях
предков в Новой Каледонии) .
Обобщая, можно сказать, что невербальный канал обладает следующими
паралингвистическими средствами:
• просодия - система вокализации речи - тон, интонация, темп, громкость
произношение речи;
• эсктралингвистика - эмоциональное звуковое сопровождение - смех, плач,
паузы, вздохи, покашливание, звукоподражание ;
• кинесика - мимика (выражение лица), жесты, позы, походка, пантомимика
(выражение тела), визуальный контакт (взгляд);
• такесика (знаки приветствия) - рукопожатие, поцелуй, похлопывание, объятия;
• проксемика - дистанция между партнерами. Различаются следующие нормы
дистанцирования, принятые в североамериканской культуре:
• интимное общение - от 15 до 45 см;
• деловое - от 45 до 120см;
• официальное - от 120 до 400 см;
• публичное - от 400 до 750 см - при выступлении перед различными
аудиториями.
В других культурах, например, латиноамериканских, нормы делового и
официального общения меньше.
В паралингвистику часто включается темпоральная семиотика - отношение ко
времени. У одних народов заблаговременное приглашение в гости понимается как проявление
вежливости и учтивости, у других приглашать нужно накануне, потому что время
планируется в пределах 1-2 дней. У одних народов опоздание принимается как признак
неуважения ("точность - вежливость королей"), у других своевременный приход есть
знак подобострастия, униженности.
К паралингвистике примыкает также семиотика костюма, изучаемая этнологией
(культурной антропологией). Костюм демонстрирует пол и возраст, семейное положение
и сословную принадлежность, род занятий (форма, мундир) и т. д. Особенно большое
значение имел костюм в палеокультуре. Не случайно Петр I приказал дворянам брить
бороды, носить голландские камзолы, а Павел I, борясь с либерализмом, запретил носить
круглые шляпы и сапоги с отворотами, фраки и трехцветные ленты, бывшие в моде во
Франции.
Не будем останавливаться на семиотике телевещания и мультимедийных
визуальных мирах, дающих иллюзию личного присутствия в фантастических ситуациях.
Сказанного достаточно для того, чтобы сделать следующие выводы:
• разнообразие знаков, используемых в коммуникационных каналах, очень велико и
нуждается в систематизации;
• в некоторых каналах обнаруживаются аналогии в знаковой деятельности, например
музыкальный канал и ораторское искусство;
• обособленность конкретных коммуникационных наук препятствует развитию
межнаучных контактов между ними и, следовательно, тормозит их развитие.
Эти выводы свидетельствуют о потребности в обобщающей семиотической теории,
или метатеории, которой и должна стать семиотика социальной коммуникации. Предмет
этой теории следует уточнить следующим образом: она изучает не непосредственно знаки
и знаковую деятельность во всех коммуникационных каналах, а то общее и закономерное,
что присуще коммуникационным знакам. В качестве обобщающей теории (метатеории)
семиотика социальной коммуникации решает следующие задачи:
• обеспечение преемственности между философской теорией семиотики,
выясняющей сущность знака, и конкретными коммуникационными дисциплинами;
• разработку типизации и классификаций коммуникационных знаков;
• анализ и обобщение текстовой деятельности; выявление структурных элементов
текстов и взаимоотношений между ними;
• создание унифицированной системы понятий, категорий, терминов, которые могут
использоваться для описания знаковых ресурсов различных коммуникационных каналов,
демонстрируя их общность и различие.
6.2. Коммуникационные знаки и их классификация
В семиотике исторически сложились два понимания сущности знака: одно -
логико-философское, восходящее к Ч. Пирсу; другое - лингвистическокоммуникационное,
восходящее к Ф. де Соссюру. Согласно первому, знак представляет
собой предмет (слово, изображение, символ, сигнал, вещь, физическое явление и т. п.)
замещающий, репрезентирующий (Ч. Пирс) другой материальный или идеальный объект
в процессах познания и коммуникации. Объект, репрезентируемый знаком, логики стали
называть денотат; концептом (десигнантом) именовалось умственное представление о
денотате, точнее, о всем классе денотатов, сложившееся у субъекта знаковой деятельности.
Г. Фреге (1848-1925) представил отношение между денотатом, концептом и
знаком в виде треугольника (см. рис. 6.1).
Треугольник Фреге демонстрирует зависимость знака как от объективно
существующей действительности (денотат), так и от субъективных представлений об этой
действительности (концепт).
Рис. 6.1. Логический треугольник Г. Фреге
В семиологии Соссюра знак - это единство означаемого и означающего, иначе -
"соединение понятия и акустического образа". Акустический образ - это имя (слово,
название), присвоенное людьми тому или иному понятию или психическому образу, т. е.,
говоря языком логики, концепту. Соссюровское понимание знака связывает концепт и
имя, другими словами, план содержания и план выражения знака. Причем, имя и
обозначенный им предмет связаны друг с другом условно, конвенционально (Соссюр), в
силу соглашения между людьми. Соссюр ссылался на тот очевидный факт, что слова,
обозначающие одну и ту же вещь, например "стол", в разных языках звучат по-разному.
Лингвисты-теоретики, разрабатывая новаторские идеи Ф. де Соссюра, в 20-е годы
столкнулись с проблемой значения, которая стала камнем преткновения не только для
лингвистов, но и для психологов и философов. В 1923 г. американские семиотики С.К.
Огден и И.А. Ричардс опубликовали книгу с характерным названием: "Значение значения.
Исследование влияния языка на мышление и научный символизм". В этой книге
предложен семантический треугольник (треугольник Огдена?Ричардса), который
представляет собой удачную модель взаимосвязи трех уже известных нам логиколингвистических
категорий:
• данный в ощущениях объект реальной действительности или явление психического
мира, именуемые в логике "денотат", а в лингвистике "референт";
• возникающий в сознании людей мысленный образ (психологическое
представление) о данном объекте, которое в логике называется "понятие" или "концепт",
а в лингвистике "значение" или "смысл";
• принятое в человеческом обществе наименование объекта - "имя" (слово,
лексема, символ). На рис. 6.2 воспроизведен знаменитый треугольник с некоторыми
дополнениями. Его преимущество перед треугольником Г. Фреге в том, что он
разграничивает материальную и идеальную сторону знака (план выражения и план содержания).
Фреге же отождествляет знак и имя, что неприемлемо для естественного
языка.
Введенное Ф. де Соссюром отношение "означаемое - означающее" соответствует
отношению "значение (концепт) - имя", или "содержание ? выражение", и именно это
отношение называется семантическим. В логике, где используется треугольник Фреге,
считается семантическим отношение "денотат - знак". Для коммуникационной
семиотики предпочтительнее первое понимание, ибо социальная коммуникация - это
движение смыслов, а не денотатов. Здесь уместно остановиться на различиях в понятиях
"смысл" и "значение".
В разделе 1.2 мы условились понимать под смыслом те знания, умения, эмоции,
стимулы, которые образуют идеальное содержание коммуникационных сообщений.
Согласно рис. 6.2, получается, что содержание знаков, а всякий знак в принципе может
быть сообщением, это значение (понятие, концепт), а не смысл. Можно было бы попросту
отождествить смыслы, значения, концепты, понятия, добавив к ним психологические
представления и другие образы. Но такое отождествление затрудняется тем, что в
отечественной психологии понятие "значение" и "смысл" жестко разграничиваются.
А. А. Леонтьев формулирует различие между ними следующим образом: смыслы -
это личностная, субъективная форма знания, а значение - "объективная, кодифицированная
форма существования общественного знания" . Другой психолог, А.Ю. Агафонов,
написавший монографию, посвященную психологической теории смысла , приходит к
выводу, что смысл - это "психический продукт", он принадлежит психическому миру
(существует в психическом пространстве и времени), а значение в логиколингвистическом
понимании принадлежит внешнему относительно психики социальному
миру, характеризующемуся социальным временем и пространством. В результате между
понятиями "смысл" и "значение" воздвигается непроходимая стена, ибо они относятся к
разным мирам; получается, что смыслы не имеют значения, а значения - бессмысленны.
Рис. 6.2. Семантический треугольник
С предложенным психологами разграничением "смыслов" и "значений" согласиться
нельзя. Мы полагаем, что смыслы - универсальная категория, которая может
обнаруживаться во всех мирах, а не только в субъективной психической реальности.
Социальная коммуникационная деятельность и социальная память есть движение смыслов,
которые можно, конечно, называть "значениями", но научное познание от этого не
выиграет, а скорее заплутается в терминологической путанице. Мы полагаем, что
Рис.6.3. Классификация знаков
Этнографы и культурологи давно обратили внимание на специфические отличия
коммуникационных знаков, используемых в разных культурах. Для учета этих отличий
было введено понятие язык культуры, под которым понимается совокупность всех
знаковых способов вербальной и невербальной коммуникации, которые демонстрируют
этническую специфику культуры этноса и отражают ее взаимодействие с культурами
других этносов. На стыке этнографии и семиотики образовалась этносемиотика,
предметом которой является язык культуры. На рис. 6.3 приведена классификация знаков
и языков, обобщающая сказанное.
6.3. Семиотика текстов
Принятое большинством ученых стандартное толкование определения Ч. Пирса,
согласно которому знаком является тот предмет, который репрезентирует (представляет,
замещает) другой объект, нуждается в уточнении и развертывании. В соответствии с этим
толкованием, всякий символ есть знак, поскольку он репрезентирует нечто "незримое
очами", или, по цитированным словам Ю. М. Лотмана, "выражает другое, более ценное
Рис. 6.4. Текстовый семантический треугольник
Реальные научные, художественные, в принципе - любые литературные тексты
представляют собой сложный монолог автора, который может быть представлен в виде
текстового коммуникационного сообщения, соответствующего текстовому
семантическому треугольнику (рис. 6.4). Эти текстовые сообщения и образуют те
"литературоведческие знаки", которыми, по мысли Ю. М. Лотмана, должно заниматься
структурное литературоведение. Можно легко представить живописные, музыкальные,
сценические, кинематографические тексты, которые войдут в предмет различных
отраслей семиотики искусства. В своих исследованиях они могут отталкиваться от
семантических треугольников и других семиотических закономерностей, обнаруженных
обобщающей семиотикой социальной коммуникации.
6.4. Семантика, синтактика, прагматика
Среди методологических приемов, успешно применяемых во всех случаях
обращения к арсеналу семиотики, нельзя не назвать введенное еще Ч. Пирсом и развитое
Ч. Моррисом разделение семиотики на три части (семантику, синтактику, прагматику)
подобно тому, как лингвистика подразделяется на фонетику, грамматику (в свою очередь
состоящую из морфологии и синтаксиса), лексикологию.
Семантика имеет дело с отношениями знаков к тому, что они обозначают, т. е. с
денотатами, значениями, именами, представленными в классическом семантическом
треугольнике (рис. 6.2). Синтактика рассматривает способы сочетания знаков, ведущие в
конечном счете к порождению текстов. Ее предметом являются синтаксис и грамматика
разных знаковых систем. Прагматика занимается отношением знак - человек
(коммуникант или реципиент).
Если вернуться к текстовому треугольнику (рис. 6.4), то выясняется, что глубинный
смысл (замысел), в соответствии с которым коммуникант подбирает и организует знаки,
относится к компетенции прагматики. Замысел зависит от намерений и целей,
преследуемых коммуникантом, его понимания важного и полезного в коммуникационной
деятельности, поэтому глубинный смысл можно постичь только с позиций прагматики,
учитывая ситуативно изменяющееся отношение человек - знак. Поверхностный смысл
доступен всякому человеку, владеющему семантикой языка текста. Этот семиотический
уровень - область семантики. Синтактика имеет своим предметом план выражения
сообщений, где ею определяется порядок следования (расположения) знаков, т.е.
отношения знак - знак, примером которых могут служить грамматические согласования
между словами предложения.
Еще один пример семиотических аналогий дает общение людей, в котором, согласно
социальной психологии, различаются три действия: перцепция - восприятие партнерами
друг друга, текстовая (коммуникативная) деятельность - передача друг другу
смыслов, интеракция - практическое взаимодействие (сотрудничество или конфликт)
(см. раздел 2.4). Перцепцию можно соотнести с синтактикой, имея в виду упорядочение
взаимоотношений партнеров; семантику - с текстовой деятельностью, где происходит
оперирование смыслами; прагматику - с интеракцией, где преследуются практически
важные цели.
Учет семантических, синтаксических, прагматических аспектов в социальной
коммуникации весьма полезен в различных ситуациях. При анализе задач коммуникационного
обслуживания оказалось необходимым ввести специальные понятия -
релевантность и пертинентность, которые связаны с семантикой и прагматикой. Дело в
том, что библиографы, подбиравшие литературу в соответствии с читательским запросом,
зачастую сталкиваются с тем, что читатель отвергает документы, казалось бы, бесспорно
лежащие в тематических рамках запроса, а другие, явно не имеющие отношения к теме, с
энтузиазмом принимает. В чем причина этого парадокса: неквалифицированность
библиографа или капризы читателя? Семиотика помогает ответить на этот вопрос.
Читатель обращается в библиотеку с тематическим запросом из-за дефицита знаний
по данной теме, который переживается им как коммуникационная (информационная,
познавательная - не будем здесь уточнять) потребность. Потребность существует
объективно, она осознается в виде субъективного образа предмета потребности, в данном
случае - представления читателя о тех знаниях, которых, по его мнению, ему не достает.
Это представление (субъективный образ потребности, иногда называемый "интерес")
выражается в запросе. (Причем, формулировка запроса, как правило, задается шире
тематических рамок нужных знаний, чтобы избежать потерь информации). В результате
получается семантический треугольник (см. рис. 6.2), где в качестве денотата выступает
объективная потребность, которая отражается в ее субъективном образе (концепте
потребности), а осознанный субъектом образ выражается в тексте запроса, который
направляется в библиотеку.
Библиограф, получивший запрос, может его уточнить и конкретизировать, сделать
более адекватным объективной потребности, но в конечном счете запрос остается с явно
выраженным поверхностным смыслом и сокровенным глубинным смыслом
(представления читателя о своих потребностях), о котором известно лишь читателю, но
никак не библиографу. Библиограф в результате библиографического поиска получает
множество документов, представляющих собой тексты, также имеющие два смысловых
уровня.
В процессе библиографического отбора библиограф оставляет поверхностные
смыслы текста запроса и текстов документа и на этом основании решает вопрос о
релевантности документа данному запросу. Поскольку всякое оперирование смыслами
есть операция семантическая, понятие релевантности относится к области семантики. Его
можно определить как объективно (т.е. независимо от читателя и библиографа)
существующую смысловую близость между содержанием двух текстов, в частном случае
- текста документа и текста запроса.
Почему же читатель отказывается от некоторых (не всех, конечно!) релевантных
документов, отобранных библиографом, и приветствует документы, вовсе не релевантные?
Анализ показывает, что причинами отказа являются неточная формулировка
запроса, недоступный научный уровень, незнание языка документа, изменения в
коммуникационных потребностях, знакомство с документом ранее. Обобщая, можно
сказать, что читатель всегда и непроизвольно ориентируется не на релевантность, а на
пертинентность, исходя из субъективной оценки полезности данного документа в
качестве источника информации, а не из смысловой близости его текста и текста запроса.
Пертинентность относится к области прагматики, она связана с глубинными, а не
поверхностными смыслами и лежит в иной плоскости, чем понятие релевантности (см.
рис. 6.5).
Рис.6.5. Соотношение релевантности и пертинентности
Различение понятий релевантности и пертинентности важно для того, чтобы четко
уяснить требования, предъявляемые к библиографическому поиску. Нельзя требовать от
библиографических служб, чтобы они выдавали пертинентные документы, т. е. те и
только те документы, которые признал бы полезным автор запроса, если бы лично
просмотрел все библиографические фонды. Назначением библиографической службы
общественного пользования (личные справочные аппараты не в счет) является выдача
релевантных запросу документов, и не более того. Проникнуть в глубинные смыслы
читателя, не выраженные явно в его запросе, никакая библиографическая служба не в
состоянии. Достаточно, если она будет хорошо функционировать в области семантики и
незачем стараться перетащить ее в чуждую ей область прагматики.
6.5. Выводы
1. Семиотика социальной коммуникации входит в состав метатеории социальной
коммуникации в качестве обобщающей теории коммуникационных знаков. Вместе с тем
она является частью семиотики - научной дисциплины, изучающей все вообще знаки, а
не только знаки коммуникационные.
2. Для семиотического подхода к познанию коммуникационных знаков свойственно
использование абстрактных моделей, структур, логико-математического аппарата.
Лидером в этом отношении среди коммуникационных дисциплин является структурная
лингвистика.
3. Семиотические абстракции при разумном их осмыслении могут помочь в
разрешении практических проблем, что показало использование понятий релевантности и
пертинентности в коммуникационном обслуживании.
4. Terra incognita. Семиотика социальной коммуникации может внести свою лепту в
разрешение следующих проблем:
• Построение сущностной типологии естественных языков. Описательная
лингвистика в качестве типологических признаков использует: связность (спайку,
соединение) морфологических элементов слова, - получаются три типа языков
изолирующие, агглютинативные , флексивные; синтез (оформление) слов языка
позволяет разделить языки на четыре типа: изолирующие (как и в первом случае в этом
качестве выступают китайский, вьетнамский, кхмерский, сиамский языки);
слабосинтетические - большинство европейских языков; вполне синтетические -
арабский, санскрит, латинский, греческий; полисинтетические - эскимосский и языки
ряда индейских племен. Ясно, что типологии такого рода нельзя назвать сущностными.
Кроме того, описательная лингвистика не смогла разработать критерии, которые
позволили бы разграничить наречие, диалект, национальный язык. В результате количество
языков, существующих сейч
...Закладка в соц.сетях
