Жанр: Научная фантастика
Вечный поход
...и своих
гвардейцев, о Великий...
Резко воспротивился Хасанбек этому призыву. Не удержался и высказался о том
Великому - негоже бросать воинов в пасти водяным демонам! Это будет намного большая
кровь, после которой победе порадуются лишь избранные... Нужно выждать, по крайней мере,
пока успокоится стихия, и не испытывать судьбу.
И свело темнику скулы каменной судорогой от хлестанувших его слов хана.
- Хасан! Я вижу, ты забыл, для чего я ступил на ЭТУ тропу...
Подавил в себе темник гнев. Искоса зыркнул на змею-улыбку, ползавшую по губам Кусмэ
Есуга. Поклонился учтиво и молвил:
- Даже если Небо когда-то решит, что ты в чём-то виновен, Великий, я не буду думать и
брошусь спасать тебя. Даже от всадников Облачной Орды! Я не боюсь никого и смету с твоей
тропы любой пришлый народ. Но только... не вынуждай меня верить непонятно кому, иначе я
не смогу быть начальником Твоей Гвардии и отвечать за твою безопасность. Но пуще всего -
не заставляй меня доверять пришлым людям.
Опомнился и хан. Подошёл, положил руку на плечо темника. Пытливо всмотрелся в глаза
и, не усмотрев ничего настораживающего, произнёс:
- Однажды Время разложит все свои песчинки по местам... Ступай, Хасан! Я хочу,
чтобы ты вместе с дождём смыл врагов с нашей дороги, оставив на их месте лишь кровавые
пятна. Не медли... Храни тебя Небо!
Сжал до онемения темник рукоятку меча, запахнул мокрый цув и покинул шатёр. Лишь
напоследок уловил слова Кусмэ Есуга.
- Небывало добрый знак, Великий Хан... Орлы летают низко, как вороны над полем
брани... Если уж любимцы небес покинули высоты... должно быть, Небо их глазами желает
увидеть твою победу...
В сердцах плюнул темник себе под ноги - какие орлы могут летать в такую непогоду?
Ещё немного, и в воздухе можно будет лишь плавать! Нойон рванул повод из рук оруженосца и
одним махом взлетел в седло.
...Когда темник ворвался на взмыленном коне в расположение лагеря - кэкэритэн уже
строились в колонны. Кибитки было приказано не убирать - не до того! Спешным аллюром к
указанному "посланниками" склону - марш!
Марш! Марш!
Переход в предрассветном сумраке был недолгим.
Вскоре колонны остановились - до указанного склона оказалось не более пяти полётов
стрелы. Тут же построились тремя традиционными отрядами, готовясь к любым
неожиданностям. И застыли в ожидании.
Рассвет также выжидал, раздумывая, стоит ли ему вползать в такой неуютный, насквозь
мокрый мир. Небо посветлело лишь ненамного, но это позволяло теперь отчётливо различать
всадника в двадцати шагах. Дождь не унимался, однако на него уже никто не обращал
внимания - всё что можно было вымочить, он уже вымочил. А смыть нукеров с лица земли у
него явно не хватало сил. Хватит ли их у врагов?!
От разгорячённых тел лошадей шёл явственно различимый пар. Валил из ноздрей. Воины
молчали. В эти последние мгновения перед неизвестностью каждый думал о своём. Лишь
ливень бесцеремонно и шумно хлопотал в мокром хозяйстве.
Движение!
Хасанбек уловил краем глаза какую-то тень, мелькнувшую вверху, быстро поднял голову
и увидел... Над выстроившимися всадниками, на малой высоте, вполне доступной для
прицельного выстрела - плыл ОРЁЛ! И более того - с противоположной стороны, навстречу
ему, выплыли ещё две птицы с величаво раскинутыми крылами,
"Орлы летают низко, как вороны над полем брани... Должно быть, Небо их глазами
желает увидеть твою победу... - ожил в памяти ненавистный голос. И добавил, с интонациями
самого Хасанбека: - А ты говорил - орлы не летают в непогоду!"
Что же за день сегодня такой?! Ничего-о... Ливень остудит голову. А близкая уже битва
- на время излечит душу, шевелящуюся внутри раненым зверем. Хасанбек сзади наблюдал за
построившимися подразделениями, но видел только задние шеренги воинов.
Больше ничего не было видно. Совершенно. И воины, стоявшие в первых рядах, и
местность впереди - тонули в колышущемся мареве.
Ожидание длилось. Время тончало, вытягивалось в нить, начинало противно колотиться в
виски. Постепенно небо посветлело ещё. Настолько, что половина склона всё же проступила, но
различалась нечётко, то и дело исчезая. Всякий раз, как только ливень утолщал свои струи и
натиск.
В кэль Хасанбек направился лично. Подав знак командиру своей охранной полусотни,
темник пришпорил коня, правя в расположение тысячника Мурада, отряд которого занимал
сегодня центральные позиции. Темник ехал в первые ряды, нисколько не сомневаясь, - в
таком потопе, в виде исключения, битвой нужно было командовать лично, находясь во главе
всадников. Иначе можно даже не заметить собственного поражения!
Несмотря на ливень, цепкий взор Мурада сразу выхватил фигуру темника,
приближающегося с группой всадников. Направил коня навстречу, доложил о готовности своих
подчинённых. Хасанбек не терял времени на объяснения, знал - один из самых опытных
тысячников гвардии понимает его с полуслова. Только и показал кивком, чтобы тот ехал рядом.
В обычную погоду неприятеля увидали бы задолго до шума, издаваемого им. Сегодня же,
напротив, первым дополз шум, состоящий из криков и лязга металла.
Когда же враг явил себя взору - сначала никто ничего не понял. Из стены, сплетённой
хлещущими струями, выползало что-то необъяснимое...
Лошади попятились, несмотря на все потуги всадников удержать их в строю. Натянулись
поводья. Удила больно врезались во рты. Заплясали по бокам плети. Тем не менее - передняя
шеренга изломала свою стройную линию, потеснила задних всадников.
- Держать равнение! Номо к бою! - рвали глотки сотники. - Держать линию!!!
Но строй лихорадило. И было от чего.
По склону на них двигались ЧУДОВИЩА!
Сплошь покрытые влажными чешуйками, напоминавшими металлические. Чешуйки были
красного цвета. Поблёскивая в тусклом освещении небес, они шевелились при каждом
движении огромных тел. С виду эти чудовища напоминали гигантских окровавленных черепах.
И ползли, казалось, так же неторопливо. То ли будучи израненными и истекая кровью, то ли -
сытыми, измазавшись в чужую кровь и плоть.
От них доносился какой-то лающий шум, короткий, методичный. Словно эти чудовища
двигались, повинуясь чьим-то командам. Каким же должен быть хозяин этих громадин?!
Конь под Хасанбеком заёрзал, начал вертеть головой вправо-влево, кося взглядом назад.
Темник криком ободрил верного друга, потрепал по шее.
Шесть красных черепах, практически соблюдая равнение в линию, выползли из
непроглядной стены дождя и теперь фронтом двигались на монголов. Между ними были
огромные пустые промежутки, вполне годные для окружного манёвра!
И темник решился.
"Эй, кто бы вы там ни были, сейчас разберёмся, чего вы стоите в бою!"
Он отёр мокрое лицо ладонью. Подозвал посыльных, коротко объяснил им суть манёвра,
который надлежало выполнить второй и восьмой тысячам, выстроившимся в первом эшелоне
атаки, - справа и слева.
Топот копыт удаляющихся посыльных был почти не слышен, утонул в шуме ливня.
"Пора!"
Хасанбек повернулся к тысячнику.
- Мурад, тебе начинать! Окружи четырёх "черепах", ползущих по центру, и проверь -
по нраву ли им наши стрелы! Будешь отступать, как только увидишь неладное... И не забудь
подать сигнал отхода, чтобы свои не затоптали друг друга... Вперёд!
Мурад резко развернул коня и на скаку выкрикнул в небо:
- Хур-раг-г-кх-х! Вперёд!
Его воины отозвались, но боевой клич на этот раз не взметнулся ввысь - прогремел и тут
же стих, должно быть увяз в сплошной стене дождя. В серебристом ореоле брызг помчалась на
врага панцирная лава.
Слаженно действовали всадники Мурада - не зря ценил Хасанбек пятую тысячу.
Охватив чудовищ полукольцами, они встретили их градом стрел и - о Небо! - черепахи
остановились, задёргались, исторгли непонятные звуки. На двух крайних "черепах"
одновременно, следуя плану темника, наскочили нукеры второй и восьмой тысяч.
- Экэрэджу! - командовал Хасанбек, веля окружить врага.
- Харбайалдун!! - кричал он, приказывая стрелять совместно...
На флангах полновесные тысячи смогли совершить полный охват - взять двух чудовищ в
плотные кольца. Окружив "черепах", гвардейцы второй и восьмой тысяч принялись
забрасывать их стрелами с расстояния около двух десятков шагов. Стрельба велась не залпами,
а обвально. При этом, каждый нукер, выцеливая бреши между красных пластин, посылал
стрелу за стрелой, следя лишь за тем, чтобы конь не вынес его слишком близко к огромному
существу.
И не выдержали натиска две крайние черепахи!
Их чешуйчатые тела задёргались. По ним пробежали судорожные движения,
растягивающие участки покрова в разные стороны, изламывающие защитный панцирь. В эти
изломы тут же прицельно впились сотни стрел!
И случилось то, чего мало кто ожидал! Сначала левая "черепаха", а потом и правая -
развалились на большие куски. И...
Из их тел стали высыпать и разбегаться в стороны вооружённые воины! Хасанбек
хлопнул себя ладонью по лбу, наконец-то осознав, что никакие это не чудовища, а странный,
доселе невиданный монголами иноземный боевой строй.
Стрелы прицельно жалили разбегающихся пехотинцев. Некоторые из них сбивались в
группы, защищая спины друг друга, но конный натиск довершил разгром - крайние
"черепахи" практически перестали существовать.
Четыре оставшиеся, в центре, огрызались, как могли. Они даже сделали пару удачных
массовых бросков дротиков - некоторые лошади ордынцев с пронзёнными шеями забились на
земле, переламывая ноги своим седокам. Но конная лава тут же среагировала и увеличила
расстояние мёртвой зоны. Практически лишённые возможности наносить реальный вред своим
оружием, вражеские воины двинулись на монголов, чтобы сократить дистанцию. "Черепахи"
ожили, но цельность их панцирей была серьёзно нарушена.
Непрекращающаяся ни на миг стрельба уносила и уносила всё новые и новые жизни...
Их просто расстреливали, пользуясь тихоходностью!
Как только "черепахи" приближались - всадники отодвигали свою стреляющую линию
назад. И вскоре "лопнули" на несколько частей ещё две ощетинившиеся прямоугольными
щитами громадины. Их судьба также была предрешена - безжалостные стрелы без промаха
валили отчаявшихся воинов в грязь.
Неожиданно из туманно-капельного марева в огромные бреши между расстрелянными
"черепахами" стали вползать новые закрытые щитами "короба"! А на самой вершине склона -
замаячили другие "черепахи", ползущие как раз в пробелах между предыдущей линией.
Но это уже не пугало гвардейцев. Сигналы дунгчи, по команде темника, отозвали
всадников с израсходованным боекомплектом. На их место спешили свежие тысячи. И
командиры, ведущие их в бой, уже знали, как нужно побеждать этих ненастоящих чудовищ.
Каждая "черепаха" вновь была окружена плотными кольцами всадников,
рассредоточившимися на сотни. И взвились по короткой траектории - в упор, наверняка! -
тысячи стрел. Вскинулись, захрипели, застонали воины под ненадёжным составным панцирем.
Теперь уже первые ряды расстреливали не спеша - выцеливали по ногам! И валились крайние
щитоносцы, открывая кишащее воинами нутро.
Немногочисленная конница противника, с запозданием, вырвалась на поле боя. И тотчас
же, незамедлительно, была смята таранным ударом шестой тысячи Шанибека, посланной
темником, цепко наблюдавшим за всем, что творилось в этой бойне. На этот раз, верные своей
тактике монголы стреляли по лошадям. Широкие плоские наконечники-срезни оставляли
страшные секущие раны на незащищённых доспехами лошадиных телах. И кони, истекая
кровью, уже не слушались седоков, прихрамывая, валились на мокрую землю. К тому же, как
оказалось, у вражеских конников не было стремян! Потому, в начавшейся рубке, многие падали
наземь, будучи выбиты из седла, не в силах удержаться на скользких боках лошадей.
Темник тут же направил к Шанибеку гонца с указанием - развивать успех, следуя за
отступавшими остатками конницы. Скорее всего они приведут монголов к вражеской ставке.
Уже вся первая линия "черепах" была разгромлена! Всадники второй атакующей волны
добивали вражеские подразделения следующей линии и окружали третий "выводок"
рукотворных чудовищ.
Хасанбек повернулся к своему дунгчи. Нужно было отводить назад вторую лаву и дать
дорогу тысячам, пополнившим боекомплект и сменившим лошадей. Он уже поднял вверх руку,
но не успел ею взмахнуть...
"ЧТО ТАКОЕ?!"
Хасанбек не верил своим ушам - над полем боя взвилась песня трубы! Взмыла чистым
звуком ввысь. Повисела и упала отвесно, вместе с дождевыми нитями...
Темник даже снял шлем, подумав, что ослышался. Но песнь взлетела снова! И он осадил
коня.
Эту трубу он не мог не узнать. Её пронзительный высокий голос принадлежал дунгчи
первой тысячи. Должно быть, Отряд багатуров, находившийся при Ставке Великого Хана,
прибыл на бранное поле. А примчать сюда без хана они попросту не могли. И значит, звуковую
команду (да ещё какую!) подали с согласия Повелителя либо по его прямому приказу.
Появление хана в разгар битвы неприятно поразило темника.
"Не доверяет?! Слушает только "посланников"... "
Но больше всего его поразила сама команда. Непонятная и невозможная именно в этот
переломный победный момент.
"ОТСТУПАТЬ!"
Труба не унималась. И в промокшее небо снова и снова взлетала странная команда.
ОТСТУПАТЬ! ОТСТУПАТЬ!
Хасанбек, поколебавшись, потянул поводья и развернул коня назад.
"Небось, эту мысль хану вложил всё тот же Кусмэ Есуг?! Ох, чую, змееликий, недолго
тебе осталось нашёптывать... Поулыбаешься с выклеванными глазами... "
Рассредоточенные и частично заблудившиеся в дождливой измороси, отряды всадников
отхлынули прочь от истерзанных "черепах". Труба звала их назад... командирам виднее.
Ливень и труба. И ещё одна украденная победа!
Вновь ПО ВОЛЕ НЕБЕС?!!
Глава третья
МОЗАИЧНЫХ ДЕЛ МАСТЕР
"Ну, и как ты будешь оправдываться, дружище?"
Антил сегодня был на редкость конструктивен и спрашивал но существу.
"Да никак. Лучшая защита - нападение. Но гораздо неожиданней - пофигизм в
комплекте с дурацкой обидой".
"Ну, с пофигизмом понятно - это твоё кредо. А с обидой... Подскажи - кто ж такого
детину обидел?"
Вопрос остался без ответа.
Я сидел на самом видном месте, изображая памятник в отпуске - то бишь, неподвижный
и расслабленный на живописной опушке леса. Постаментом мне служил поросший мхом валун.
Бросив перепираться сам с собой, я весь ушёл в чувства. Область моего восприятия
медленно расползалась вовне, как громадное пятно мазута от терпящего бедствие танкера. И на
всей площади этой незримой кляксы я физически ощущал чужое присутствие. Вот пульсируют,
дёргаются, перепрыгивают с места на место точки - птицы в хитросплетениях веток над
головой. Пятнышко, двигающееся оживлённо с периодическим замиранием - ёж.
Промышляет, обходит свой ареал. Холодная полоска, ползущая прочь от меня - змея...
Большими зверями - людьми пока не пульсировало. Но покуда и время в запасе было
целых девятнадцать минут. Я прибыл примерно на час раньше - хотелось лишний раз
убедиться в своих догадках. Например, в обязательном наличии странного молчания птиц
перед появлением резидентов и в кое-каких выводах, с этим связанных. Каждый раз перед
приходом моих кураторов на контрольную точку встречи - птицы словно набирали в клювы
воды. Подобное, правда, творилось и перед каждым нападением на меня - до или после этих
встреч...
"Что тебе от них нужно? И вообще, и сегодня в частности?"
"Антил, куда тебя девать... попробую объяснить, всё равно ведь не уймёшься. Значит,
так. "Вообще" - мне надо от них избавиться. Жизнь покажет, каким именно способом...
Надеюсь, даже до тебя дошло, что в этой фантасмагории нам делать нечего. А значит, надо
приложить максимум стараний, чтобы с их помощью попасть домой... Теперь "в частности" -
разобраться в том, что же здесь творится на самом деле. В особенности - какая роль отведена
именно мне. Уж коль я взялся раскладывать всё по полочкам - то хочу добавить в
недоделанную мозаику местной реальности самые нужные камешки. И распознать полученное
панно. Вот когда получится - будешь меня величать... э-э, Мозаичных дел мастер.
Ферштейн?"
"Воистину ферштейн! - осклабился Антил и тут же встрепенулся: - Тревога! Тебе не
кажется, что птицы уже замолчали?"
"Ты прав, в виде исключения. Запомни: двенадцать часов одиннадцать минут..."
Время поползло разведчиком по нейтральной полосе. На пределе концентрации. Его
маятник раскачивался на канате, сплетённом из нервов. Минута! Ещё!
"Есть! Пеленг! Шесть минут от начала тишины..."
Пятно, соответствующее энергетике человека, вползло в зону восприятия с направления
"норд-норд-вест". Темп движения - быстрый шаг. Агрессивность - чуть выше нормы. До
опушки - пятьдесят метров...
Я передёрнул затвор "вампира", расположился лицом к приближающемуся.
Упругие шаги, шелест веток, хлещущих по ногам. И полное молчание в окрестном
птичьем царстве.
"Добавь ещё две минуты... Выходит на опушку!"
"Молодец, Антил! Теперь не мешай".
По опушке ко мне шёл человек в тёмно-зелёном комбинезоне. Невысокого роста, макушка
достаёт мне до уха. Младше меня года на два. Чёрная гладкая шевелюра на голове. Крупная
родинка прямо на левом виске, словно метка-пособие для начинающего самоубийцы. Вес его,
мягко говоря, был избыточным, но похоже, он не собирался останавливаться на достигнутом.
Однако, при такой округлости форм, перемещался он на удивление подвижно.
Я задумчиво наблюдал за его приближением, чуть склонив голову набок, но по-прежнему
не шевелясь. Нет, я не был в состоянии рассмотреть такие детали, как родинка, с двадцати
шагов. Всё объяснялось проще - этого типа я имел возможность не один раз рассмотреть
вблизи. Раньше. И имя его я знал также - Тэфт Оллу. Один из двух моих "резидентов"
ненаглядных.
Он был один-одинёшенек!
Впервые за всё время, с того момента, когда они возникли передо мной в Москва, в
пивбаре "Тётя Клава", улица Головачёва, 14, вход с торца здания.
И его поведение очень отличалось от прежнего, когда присутствовал напарник. Исчезли
вальяжность и скрываемая надменность, он смотрел настороженно и этим выдавал свою
неуверенность. Осталась только былая импульсивность, но теперь она производила
впечатление не напористости, а поспешности.
Преодолев эти двадцать шагов, он, вместо приветствия, сразу начал с вопросов.
- Попытайся правдоподобно объяснить причину своих проколов... Ты не прибыл в две
предыдущие контрольные точки... - Его голос звучал напряжённо и даже растерянно. Похоже,
"резидент" был удивлён, он вообще не чаял увидеть меня здесь, просто отрабатывал номер. -
Более того... Ты вообще исчез, с...
- С-с-с... сука?! Или с-с-с... с экранов?! - ехидно поинтересовался я.
Его зрачки дёрнулись, как раз на слове "экранов" - я попал в точку!
- С-с-с каких экранов? - нахмурившись, уточнил он.
- Я так думаю, с экранов слежения. А какой будет правильный ответ?
Он вопросительно молчал, вероятно, просчитывая линию моего поведения. Но, как только
начинало получаться - она обрывалась штрихом пунктира.
- А если нет правильных ответов, я жду хотя бы правильных вопросов. Не могу же я
задавать их сам себе.
- Хорошо... - он, видимо принял решение сыграть в поддавки. - Что тебя не
устраивает?
- Знаешь, я до одури не люблю, когда вмешиваются в мою психику. Но ещё больше не
терплю, когда протягивают грязные руки к моей анатомии.
С этими словами я отдал ему крохотную безделицу - исковерканный кусочек пластика
овальной формы. То, что ещё недавно имитировало ноготь на моём мизинце.
"Не буду я прикидываться шлангом. Играю в открытую!"
- Может, вы не в курсе, но... материал и толщина моих ногтей, в числе прочего,
утверждены лично Господом Богом и скрупулёзно исполнены моей мамой. Всё остальное
самодеятельность, за которую можно получить по морде... Пуркуа па, мусьё?
Его уши имели странную особенность - шевелились, ёрзали при разговоре. Словно очень
нервничали и опасались услышать в ответ что-нибудь не то. Вот и сейчас они сдвинулись с
места, задрожали.
- Что это? Перестань говорить загадками... Лучше ответь... где ты был всё это время? -
он продолжал играть свою роль, но повреждённый "маячок" из моих рук всё же машинально
взял.
- Вопрос неправильный. Или ты начинаешь говорить со мной как с равным, или... Если
у тебя плохая память, могу тебе помочь, но только один раз. Это следящее геройство. Или как
там у вас он называется...
- Ладно... - сдался он. - "Маяк"... Ну и что тут "из ряда вон"?..
- Знаешь, я не люблю тратить время на дефективных. Одно из двух - либо вы ошиблись
с кандидатурой для подопытного кролика, экспериментаторы хреновы, либо...
- Тебе никто не выказывал недоверие, успокойся... Но слишком велики ставки в этой...
операции, чтобы мы могли себе позволить не знать, кто где находится...
- Меня не интересуют именно ваши ставки - я не хозяин букмекерской конторы. Меня
бесит, когда обнаруживаются нюансы, о которых не говорилось заранее. Каждый такой
пунктик играет против нашего соглашения. В нём не указано, что меня должны выпасать.
Иначе я бы не сказал вам "да". Я НЕ ЖЕЛАЮ светиться точечкой любого цвета на ваших
экранах! Именно поэтому я на время вышел из игры. Ну и, естественно, из-под контроля...
Подходит такое объяснение?
Он молчал, переваривая сказанное.
- И ещё. У меня скопилась уйма вопросов. Но я задам лишь пять... самых главных.
Первый вопрос. Почему не пришёл Фэсх Оэн?
"Антил, теперь как никогда пригодится твоя въедливость. Следи за ответами и сравнивай.
Надеюсь, помнишь подслушанную беседу? А я буду следить за мимикой".
"Будь спок".
Тэфт Оллу усмехнулся.
- А ты думал, что мы всегда ходим парой, как... любовники? А может, тебя боимся?..
Честно говоря, мы уже не думали... что ты объявишься в последней контрольной точке...
Решили - сломался Дымов... дезертировал из проекта на первом же реальном уровне...
Потому-то Фэсх Оэн и остался на базе... А тебе что, одного меня мало?.. Нужен кворум?..
- Да нет, если честно - мне и тебя много.
"Брешет, как твой любимый Геббельс. В подслушанном звучало так: "Мне до вечерней
сверки нужно предстать пред ясны очи самого Инч Шуфс Инч Второго". И ещё:
"...персональный вызов на аудиенцию к одному из Высшей Семёрки - это не то, что должно
радовать".
"Молодец, Антил, сечёшь. Не ответ - "полная лажа". Ноль - один. Они -
профессионалы, значит, думать в направлении уменьшения объёмов задания не могут. Если
были изначально заданы последовательно три контрольные точки - все три должны быть
отработаны по полной. Посему, явиться они просто обязаны были парой, как всегда! К тому же,
нагло врёт, что не боится меня..."
Я загнул один палец.
- Ладно, ответ никакой, но для начала сойдёт. Второй вопрос. Где конкретно,
применительно к знакомым мне географическим названиям, я сейчас нахожусь?
Длинная пауза под моим неотступным взглядом. Работа его мысли выплеснулась вовне,
отразилась на лице.
- Однозначно могу сказать пока лишь то... что тебе известно - ты в точке "231-720"...
- Меня интересуют не условные координаты, а реальные названия.
- Увы, разочарую... в целях чистоты эксперимента, запрещено... сообщать
исполнителям подобную информа...
- Один местный житель божился, - перебил я его, - что мы находимся под
Смоленском, хотя...
- Вот именно, хотя... Хотя, по условиям задания, тебе были запрещены... какие-либо
контакты с местным... мирным населением...
"Хер, оберст! Тебе не кажется, что вопрос был неудачным? Тип явно освоился, чешет по
инструкции... К тому же в подслушанном никаких цитат на сей счёт не было".
"Антил, всё нормально. Пусть расслабится. А я ему сейчас ещё слабительного подкину".
- К тому же, скажу по секрету, среди местного населения специально оставлены
дезинформаторы, провокаторы высочайшей квалификации. Ты, должно быть, наткнулся на
одного из них. - Тэфт Оллу явно смаковал свой ответ.
- А вот это мимо... - я тут же представил простоватую физиономию Митрича. Это ж
каким гением лицедейства надобно быть, чтобы...
А вдруг - гений?!
- Тогда объясни мне... откуда под Смоленском такие степи, если... ты в географии столь
силён? - его глаза откровенно потешались надо мной. - То-то же...
"Оп-па! Оберст, по-моему, он тебя сделал! Счёт: один - один. А про Митрича... чем не
шутит чёрт?!"
"Лапы прочь от сына полка! Не отвлекайся - следи за смыслом".
Я недоумённо пожал плечами и загнул второй палец.
- Проехали. Вопрос третий. Что по сути представляет из себя это ваш проект?
На этот раз он ответил уверенно и быстро.
- Тебе уже говорилось... Это - максимально реальная боевая программа... по отбору
кандидатов в элитный отряд "Эль"... Туда попадут лучшие из лучших... И вот тогда уже -
будут иные отношения, достоверная информация и конкретные задачи...
"А может, он правнук Геббельса? Опять брешет. В подслушанном разговоре было
следующее: "Это уже не военные игрища... С каждым месяцем это всё больше напоминает
настоящую войну".
"Вот-вот. К тому же, мимика на этот раз подкачала. Лажа номер Два".
- Тогда сразу четвёртый вопрос. Что творится со Временем?
- В смысле?..
- Я имею ввиду необъяснимые экскурсы в прошлое. Как это объясняете вы? Эту галерею
персонажей... Гитлеровцы... Первобытные люди... Неужели вы перешерстили все театры и
студии в мире, и отобрали... не верю!
- А ты вспомни... Тебе же заранее говорилось, и я... сейчас повторяю - всё будет
донельзя правдоподобно... Но никто не говорил, что всё происходящее будет ПРАВДОЙ...
- Ага. Всё-таки, значит, провокаторы-ролевики? И тоже высочайшей квалификации?
Тогда откуда взялся Наполеон?! Собственной персоной! Из театра двойников? Или из древнего
музея мадам Тюссо?
- А скажи мне честно... ты его видел лично сам?.. Или опять со слов местного жителя?..
У меня неприятно кольнуло под лопаткой - видать, зашевелилась "Кощеева смерть".
"И действительно - со слов Митрича!"
"Эй, оберст! Сдаёшь игру. Два-два... " - заволновался Антил.
"Ладно тебе. Хорош раскачивать лодку... Готовность номер Раз!"
Четыре вопроса у меня были заготовлены загодя. Пятый должен был родиться в
зависимости от ситуации. И он прозвучал неожиданно, даже для Антила.
- Во
...Закладка в соц.сетях
